Помоги проекту - поделись книгой:
Он закрыл тумбочку и начал шарить под подушкой.
– Что ты там ищешь? – спросила его Эми. – Подарок мышки за зубик?
– Шоколадку! Разве они не кладут шоколадки под подушку в этих шикарных отелях?
– Кладут, но только не под, а на подушку, и перед сном, когда расстилают постели.
Дэн скрылся в ванной.
– Идите сюда! Смотрите, сколько тут всяких шампуней! – Он высунул голову из-за двери. – А я знаю, что девочки просто обожают всякие шампуни! – И он смешно захлопал ресницами. Эми схватила подушку и бросила в него.
Дэн увернулся и снова принялся за гостиную.
– Ни с места! Я обнаружил мини-бар!
Нелли потянулась и встала.
– Ну а я, пожалуй, пойду приму ванную и вылью на себя целый литр пены. И не выйду, пока не принесут еду.
– Какую еду?
– А такую, которую вы сейчас закажете по телефону. Позвоните в сервис, они все сделают. Кстати, не дай Дэну опустошить этот мини-бар, иначе мы все окажемся на улице. – Она достала из гардероба халат и надела наушники. – И не стесняйтесь, когда будете заказывать еду. Я умираю от голода! – заорала она, перекрикивая свой айпод.
И, размахивая руками, она скрылась в ванной. Как только за ней захлопнулась дверь, послышался шум воды, такой сильный, словно это был водопад.
Эми вернулась в гостиную. Дэн задумчиво стоял с леденцом во рту и недоуменно глядел на единственную запертую дверь в номере. До этого он уже успел проверить все комнаты и шкафы.
– Дэн, Нелли просила не открывать мини-бар. Там все очень дорого…
Дэн не реагировал. Он стоял как вкопанный, тупо глядя в пространство. И даже перестал жевать.
– Да что с тобой, мелкий? Это просто дверь! Самая обыкновенная дверь!
– Ты помнишь, что сказал тот чувак? Что здесь на весь этаж только один люкс. Но этого не может быть! Может, этот номер и красив, как настоящий дворец, но он явно не тянет на весь этаж! Мы находимся в восточном крыле. Когда мы подъезжали, я заметил, что здесь на каждом этаже по семь окон, а у нас в номере их только четыре!
Эми даже не стала озадачивать себя тем, как ему могло прийти такое в голову. Она уже давно привыкла к тому, что у Дэна в голове работал компьютер вместо мозгов. Путаясь в огромном халате, он подошел к двери и склонился над замочной скважиной, украшенной красивой латунной накладкой с изящным орнаментом.
– Посмотри на этот замок. Он тебе ничего не напоминает? – спросил он.
– Нет. – Эми присела на корточки перед дверью, разглядывая орнамент. Прошло какое-то время, прежде чем она наконец поняла, что Дэн имел в виду. – Но это же герб клана Екатерины. Странное существо с крыльями, как у дракона.
– И откуда здесь замочная скважина, хотя весь отель оборудован современными электронными замками с карточками? Здесь должен быть такой старый смешной ключ, но только где его искать?
– Ты думаешь, он где-то здесь, в номере?
Вдруг Дэн прямо подскочил на месте.
– Слушай, помнишь, ты в самолете читала всякую ерунду про Египет. Что там говорится о средней норме осадков в Каире?
– Дюйм. И в основном выпадают они где-то между декабрем и мартом.
– Но тогда зачем здесь зонтик? – Дэн подошел к шкафу и вытащил оттуда зонт. – Мне этот зонтик сразу показался странным, но тогда я подумал, что его ручка специально сделана в таком египетском стиле. Но смотри!
К ее ужасу, он начал раскручивать зонтик. Затем он вытащил из него ручку, и, к великому изумлению Эми, на ней оказался тот же самый орнамент, что и на замке. А самый конец ручки был сделан в форме ключа. Дэн сбросил халат и вставил ключ в замочную скважину. Ключ легко повернулся. Дэн вопросительно посмотрел на Эми. Она согласно кивнула.
Он повернул ручку и открыл дверь.
Они осторожно вошли внутрь.
Вдоль большой широкой залы от пола до потолка стояли застекленные шкафы. Через арку зала была соединена с еще одной, а та – со следующей и так далее. Внутри шкафов находись какие-то сложные приборы и чертежи. На стенах были развешаны рисунки, фотографии, карты, портреты, статьи и письма. Как только они пересекли порог, автоматически зажегся свет. Предметы в витринах пришли в движение, в воздухе высветились объемные голограммы и начали вращаться вокруг собственной оси.
На одной из голограмм был предмет, обернутый в фольгу.
– Это же буррито дяди Алистера! – воскликнул Дэн. – Так, это наверняка штаб клана Екатерины!
Вдруг послышался слабый стук закрывающейся двери.
– Мы заперты! – закричала Эми. Но тут же опомнилась: – Слава богу, у нас с собой ключ.
– Правда? – Дэн вытянул пустые ладони. В руках у него ничего не было.
Глава 5
– Я болван, Эми, – произнес Дэн. – Можешь ничего не говорить. Но зато посмотри, как тут офигенно! Да, я забыл ключ, но мы нашли это место!
– Но как мы отсюда выйдем?
– Потом разберемся! Пойдем, все исследуем!
– Не уверена, что это хорошая идея, – заметила Эми. – А что, если тут сигнализация?
– Тогда она бы уже давно сработала, – ответил Дэн.
Эми перешла на шепот:
– Но почему здесь никого нет? Как странно! Во всех других штаб-квартирах было полно людей.
– Потому что нам везет, Эми. Давай, пойдем же! Перестань ныть.
И он пошел по галерее, больше не в силах сопротивляться гению открытий и изобретений. Это было потрясающе. Вокруг сверкали радужные голограммы, поблескивали плазменные экраны, где-то в углу затарахтела старинная машинка, из которой выходила телетайпная бумажная лента. Прямо как в старых фильмах! То там, то здесь на стенах мелькали проекции чертежей и всевозможных изобретений, всех достижений человеческой мысли за последние несколько столетий. Перебегая от экспоната к экспонату, Дэн, задыхаясь от восторга, восклицал:
– Нет, ты представляешь, оказывается, Томас Эдисон тоже был Кэхиллом! Ну, не круто?! Электрическая лампочка!
В отличие от брата, Эми не кидалась сломя голову от витрины к витрине. Напротив, она затаив дыхание подробно изучала каждый экспонат. Пока Дэн восторгался чертежами первого в мире парохода, изобретенного Робертом Фултоном, внимание Эми привлек макет носителя ядерных боезарядов для подводных лодок.
Дэн издал ликующий клич:
– Вот это да! Эли Уитни тоже был из клана Екатерины! Это же он изобрел первую в мире машину, которая очищает хлопок! Гениально!
Не слушая брата, Эми удивленно смотрела на странную непроницаемую черную стену в конце зала.
– Эми! Мы изобрели велосипед!
Но она не слушала. Подойдя ближе, она вдруг поняла, что это был обман зрения. Оказывается, это было темное, не освещенное светом пространство, которое казалось сплошной черной стеной из-за яркого, бьющего прямо в глаза луча прожектора перед ним.
– И швейную машинку! Здесь чертежи Элиаса Хау! Он тоже из нашего рода, ты представляешь!
Эми прошла сквозь луч света, и едва она шагнула в эту пустую черную зону, как в темноте тут же вспыхнул экран, на котором замелькали кадры старой черно-белой хроники. Сначала она ничего не понимала, это были просто какие-то чертежи, диаграммы и цифры. Дэн что-то там возбужденно кричал о двигателе внутреннего сгорания.
– А вот и Мария Кюри! И радиоактивность!
Дальше на экране появились фотографии. В ужасе она закрыла рот руками, чтобы не закричать.
По ту сторону луча Дэн ликовал:
– Все эти изобретения просто потрясающие! Мы делаем историю!
– Не мы, – шепотом произнесла Эми.
Дэн прошел сквозь луч прожектора и оказался в черной зоне рядом с Эми.
– А что это? – спросил он, глядя в экран, где чертежи сменялись черно-белыми фотографиями. Эми грубо оттащила его обратно на освещенную часть галереи.
– Эй! – возмутился Дэн. – Что ты делаешь? Я тоже хочу посмотреть!
– Нет! – резко ответила Эми. – Ты не будешь на это смотреть! Ты не будешь смотреть, как мы создали средства доставки отравляющего газа к цели, чтобы убить миллионы людей!
Дэн побледнел.
– Как мы открыли способ расщепления атома и создали атомную бомбу, которой за один раз можно уничтожить целый город!
Дэн покраснел. Только маленький шрам у него под глазом оставался совершенно белым. С ним так всегда было, когда он очень сильно нервничал. Пусть Эми прекратит. Но она продолжала. Она уже просто не могла остановиться.
– Химическое оружие, понимаешь, Дэн? Это, по-твоему, круто? – Она и сама не знала, почему она так злится на него. – Мы додумались устроить геноцид! И это круто?
Она отвернулась, ее всю трясло от только что пережитого ужаса. Кажется, впервые за всю свою сознательную жизнь Эми специально заставила Дэна плакать. Это смешно. Потому что на самом деле ей самой хотелось выть от горя. Ей хотелось кричать и топать ногами. А вместо этого глаза ее были сухи.
– А что, если мы и сами такие же? – прошептала Эми. – Что, если мы тоже принадлежим клану Екатерины, и этот злой гений заложен в нас и в нашем ДНК?
Увидев страх в ее глазах, Дэн тоже испугался.
– Послушай, в каждом клане Кэхиллов были плохие люди, – сказал он. – Но было и много хороших представителей ветви Екатерины. Где бы мы были сейчас без Эдисона, например? Сидели бы в темноте. И вообще, раз мы пока не знаем, из какого мы клана, то и нечего волноваться. Мы Кэхиллы, вот и все. Если уж говорить, то я вообще не хотел бы быть ни в каком клане, потому что везде есть плохие парни.
Эми прислонилась к стене и села на пол.
– Зачем мы здесь? – спросила она. – Зачем нам все это нужно? Чем больше мы узнаем, тем меньше понимаем, что к чему. Все это бессмысленно. Почему Грейс хотела, чтобы мы увидели все это зло? Зло, исходящее из нашей семьи?
– Да ладно, я просто так пошутил, что все это мы, – ответил Дэн. – На самом деле это все равно что сказать, будто это я изобрел машинку для очистки хлопка.
Эми благодарно улыбнулась ему в ответ.
– Это точно. Но Грейс… ведь она всегда старалась оградить нас от всего плохого. Ведь она любила нас, Дэнни. Или, по крайней мере, мне так казалось…
Дэн настолько не ожидал, что она будет так говорить о Грейс, что даже пропустил мимо ушей это «Дэнни». Ей было раз и навсегда запрещено так к нему обращаться с тех пор, как ему исполнилось шесть лет.
– Тебе так казалось? Что ты хочешь этим сказать?
– Да просто с самого начала мы никак не могли понять, почему Грейс ни о чем нам не говорила раньше, ведь она могла бы хоть как-то помочь… – заметила Эми. – Она даже не оставила нам никакого письма. Она вообще ничего нам не оставила, никаких подсказок. Она просто бросила нас среди всех этих Кэхиллов.
– Как будто мы для нее такие же, как все остальные, – сказал Дэн, надеясь, что Эми опровергнет его и станет, как обычно, защищать Грейс. Конечно, это была провокация, но ему очень хотелось услышать что-нибудь хорошее о бабушке, чтобы забыть о своих собственных подозрениях.
Но вместо этого Эми согласно кивнула и продолжила:
– Так, может, мы ее на самом деле совсем не знали? Смотри. Ведь она всю жизнь жила этой тайной. И мы ничего не знали. Вся ее жизнь была связана с семьей Кэхилл. Так кто же она была на самом деле? Что мы о ней знали, если мы ничего о ней не знали, – она перевела дыхание. – Я чувствую себя просто какой-то…
– Идиоткой? – подсказал Дэн. – Ну, давай, договаривай.
Эми даже не обиделась на него.
– Мистер Макентайер предупредил нас, чтобы мы никому не доверяли. А что, если это касается и… самой Грейс?
Она закрыла глаза. Она просто ненавидела себя за эти слова. За эти грязные мысли. Но она уже не могла остановиться. Она продолжала верить людям, которые снова и снова предавали ее. Так что же, это она идиотка? Иан играл с ней в кошки-мышки, и она радостно предложила себя на роль глупой мышки. Все, с нее довольно. Если она хочет выиграть в этом состязании, то ей пора повзрослеть.
– А помнишь, как она везде водила нас с собой: по музеям, университетским библиотекам? Она научила меня, как пользоваться справочниками и искать нужную информацию, как правильно анализировать ее. Ведь она это делала специально, зная, что мне это потом пригодится в жизни, чтобы я могла правильно вести себя. А ты помнишь, что она сделала после музея океана?
– Она заставила меня повторить наизусть названия всех рыб, которых мы там видели, – ответил Дэн. – Плюс их имена на латинском. Я думал, это у нее игра такая.
– Нет, это она тренировала твою память, – возразила Эми. – Она знала, что у тебя уникальная память. Фотографическая. Понимаешь, ведь она все это время готовила нас, Дэн. – Она горько усмехнулась. – Для всего этого! Но зачем она хотела, чтобы мы это видели? Мы и так уже врем на каждом шагу, занимаемся мошенничеством. Мы почти превратились в настоящих преступников.
– Я знаю, – ответил он. – Но ведь клево же.
Он отвел взгляд. Она понимала, что он пытается успокоить ее, что ему страшно быть рядом с такой Эми, что он не должен слышать то, что она собиралась сказать. Но она все равно это скажет.
– А что будет дальше? – продолжала она. – Прежде, чем это состязание подойдет к концу? Во что Грейс хотела превратить нас? – Эми перешла на шепот: – А что, если она сама – зло?
– Замолчи! – закричал Дэн. Все, хватит, с него довольно. Он больше не может видеть такую Эми. Ему захотелось схватить ее и трясти до тех пор, пока перед ним не появится его прежняя сестра.
Он вообще не помнил своих родителей. Грейс была всем в его жизни. Она была его единственной защитой. И Эми не заберет ее у него. Он не позволит ей этого.
– Заткнись! – закричал он.
Кажется, он впервые в жизни сказал ей «Заткнись». Да, они, конечно, ругались друг с другом и раньше, и он обзывал ее мелочью, лузером, занудой. Но не «заткнись». Им просто когда-то родители запретили так разговаривать друг с другом и произносить это слово. Дэн, конечно, этого не мог помнить, он был еще совсем ребенком, но Эми это хорошо знала.
Но теперь он действительно хотел, чтобы она заткнулась. Если бы он мог, если бы он не боялся выглядеть, как маленький, он бы просто заткнул уши, чтобы не слышать ее. Но он и так все видел по ее глазам: Эми сама прекрасно понимала, что зашла слишком далеко.
Но вдруг в ее лице произошла перемена, и она заговорила тоном окружного прокурора:
– Почему она не помогла нам? Почему? Подумай об этом сам. Ведь нам еще повезло, что с нами Нелли. О чем думала Грейс, когда затеяла все это? Что мы будем путешествовать по свету совсем одни? Разве она не понимала, как это опасно? Если бы она по-настоящему любила нас, разве ей не захотелось бы как-то защитить нас? А все эти кланы! Неужели она не знала, к какому клану мы принадлежим? Почему-то все знают о своем происхождении. Например, Ирина. Или эти жуткие Холты знают, что они из клана Томасов. Даже Натали и… – Она запнулась. И тот, чье имя нельзя называть. – …Даже Натали со своим братом знают, что они Люциане. А мы… мы – просто мы.
Поделиться книгой: