Формула идеального мужчины

– Что хуже? – в отчаянии спросила она Лулу. – Опоздание или рваные колготки? – Пораженного выражения Лулу было вполне достаточно. Аллегре даже не стоило спрашивать. – Ты права, лучше переодеть колготки…

Это стало второй ошибкой Аллегры. Добежав до туалета, она нашла Гермиону, одну из стажерок отдела маркетинга, рыдающей в кабинке, и, пока Аллегра успокоила ее и выслушала рассказ о ее горе, сама уже не только ужасно опоздала, но и приобрела два пятна от туши на пиджаке.

Вот что получаешь за утешительные объятия, горько подумала Аллегра, снимая колготки, но она так спешила натянуть новые, что нечаянно проткнула их пальцем.

– О, черт! – По крайней мере, на этот раз стрелка скрыта под юбкой. Выбросив первую пару в мусорное ведро, Аллегра поправила волосы. Она выглядела как сумасшедшая, но ничего не могла с этим поделать. Если Аллегра не попадет на это редакционное совещание, то упустит задание. Ианта Берроуз, вероятно, уже предлагает альтернативу.

– Извините, – произнесла она одними губами, наконец войдя в конференц-зал с пылающими щеками и взъерошенными волосами, и все повернули голову, чтобы посмотреть на нее. Наступило гробовое молчание. Стелла ничего не сказала, но ее взгляд на несколько секунд остановился на пятнах, а потом упал на колени Аллегры, застывшей на пороге.

Против своей воли Аллегра опустила вслед за редактором глаза и увидела, что стрелка предательски выглядывала из-под юбки. В ужасе Аллегра наблюдала, как она ползет по колену и вниз по ноге.

– Редакционные совещания начинаются в десять, – произнесла Стелла, и Аллегра съежилась.

– Да, я знаю… Я… – Аллегра замолчала. Она не могла рассказать о Дереке, миссис Гослинг и Гермионе. Стеллу это не интересует, а Аллегра будет выглядеть идиоткой. – Мне очень жаль, – сказала она.

Стелла пренебрежительно кивнула, и разговор вернулся к последнему модному дебюту, а Аллегра прокралась к стулу в последнем ряду. Вытаскивая блокнот, ручку, айпад и карманный компьютер, она мечтала об одном – чтобы ее лицо перестало гореть от стыда.

К счастью, она вроде пропустила не очень много, и, когда дискуссия перешла к статьям о том, как придать актуальным нарядам рок-н-ролльный вид, о плюсах и минусах секса с друзьями, Аллегра опустила голову и ждала, пока ее пульс восстановится. Она прислушалась к аргументам за и против секса с друзьями и решила, что это не ее вариант. Она бы побоялась испортить дружбу.

Что бы случилось, поцелуй ее Макс тогда, много лет назад? При этой мысли Аллегра ощутила странную волну тепла. Должно быть, просто волнение перед чем-то запрещенным, потому что Макс практически ее брат.

Сама идея шокировала! Но в ту ночь в воздухе витало что-то такое, что могло изменить все, и они оба понимали это. Возможно, именно поэтому они отступили. Если бы они поцеловались, то не остановились бы на одном поцелуе, а тогда им действительно стало бы неловко. И потом, Макс даже не в ее вкусе, думала Аллегра, рассеянно рисуя его, лежащего на диване. А она, разумеется, не в его вкусе. Эмма – аккуратная изящная блондинка, маленькая милая фея, а Аллегра длинноногая и эксцентричная.

Нет, хорошо, что они остались просто друзьями, без шуры-муры, как Ианта называла секс. Они бы не смогли жить в одной квартире, как сейчас, если бы переспали тогда, и ей было бы неудобно просить его принять участие в проекте.

Поджав губы, Аллегра рассматривала свой рисунок. Похоже на Макса, но рот не совсем такой… Она немного подкорректировала верхнюю губу, и его лицо ожило так внезапно, что сердце Аллегры екнуло: проницательные глаза, упрямый подбородок, невозмутимый рот. Она не осознавала, насколько хорошо запомнила контуры его щек, то, как растут его волосы. В ее исполнении Макс выглядел… довольно привлекательным.

Во рту у нее пересохло, и она неожиданно вспомнила, как в возбуждении обняла его накануне. Она не думала ни о чем таком. Это же Макс, и он только что согласился принять участие в том, что возненавидит, – Аллегра это знала. Обнять его казалось самой естественной реакцией. Но когда ее руки обхватили его шею, а губы прижались к щеке, ей вдруг стало очевидно, насколько он мужественный. Такой родной и все же такой незнакомый. Колючая щетина на подбородке щекотала ей щеку, Аллегра вдохнула чистый мужской запах, и что-то сжалось в тугой горячий комок у нее в животе.

Что-то, подозрительно напоминавшее желание. Что, разумеется, невозможно, потому что, эй, это же Макс!

Сидевшая рядом Джорджи, одна из немногих начинающих журналисток, как и Аллегра, наклонилась к ней и оценивающе подняла брови.

– Твой парень? – одними губами спросила она.

Аллегра покачала головой, почему-то растерявшись:

– Просто друг.

– Конечно, – недоверчиво улыбнулась Джорджи.

Аллегра быстро дорисовала рубашку Макса – каждую полоску и глухо застегнутый воротник, – и улыбка Джорджи исчезла.

– О.

Спокойно, подумала Аллегра. Нужно меньше думать о губах Макса и больше о его абсолютно ужасном вкусе в вопросе рубашек.

– Аллегра!

Голос заместителя главного редактора заставил ее поднять глаза и посмотреть на невозмутимую, как сфинкс, Стеллу и раздраженную Марису, ее заместителя.

– Можно завладеть минутой твоего внимания?

Аллегра поборола желание ответить «Да, мисс».

– Да, конечно.

– Мистер Совершенство… ты продвинулась с этим проектом?

Несомненно, ожидая отрицательного ответа, они уже просматривали список дальше, глаза скользили вниз к следующему пункту. Это был ее звездный час.

– Да, продвинулась, – ответила Аллегра, и волна удивления прокатилась по комнате.

– Ты нашла участника-добровольца? – Выражение Стеллы осталось непроницаемым, как всегда, но Аллегра сказала себе, что легкое движение безупречных бровей ее начальницы можно считать хорошим знаком.

– Да, – ответила она.

– Кто же он? – поинтересовалась Мариса.

– Брат моей подруги, Макс. – Почему одно лишь его имя, произнесенное вслух, вдруг заставило ее почувствовать тепло внутри?

– Как он выглядит? – деловито осведомилась Мариса. – Предполагаю, нельзя надеяться, что он красавчик?

Аллегра опустила взгляд на эскиз лежащего на диване Макса: крепкий, с проницательным взглядом. Обыкновенный. Ничего особенного. На мгновение ее глаза остановились на его губах, и пульс в очередной раз тревожно ускорился без всякого предупреждения.

– Я бы не сказала, что он красавчик, – осторожно начала она, – но думаю, его можно привести в порядок.

– Звучит многообещающе. Какой он?

– Он инженер, – ответила Аллегра, как будто это все объясняло. – Вполне обычный, играет в регби, никакого понятия о стиле. – Она пожала плечами, не зная, как еще описать его. – Просто парень.

– Никакой подружки? Мы не хотим, чтобы кто-то поднимал шум из-за того, что он будет проводить время с Дарси.

Аллегра покачала головой:

– Его только что бросила невеста, и в ближайшем будущем он собирается работать за границей, так что в настоящий момент не заинтересован в свиданиях с кем-либо. Подходит идеально, – резюмировала она.

– И он точно знает, в чем именно участвует? – настаивала Мариса. – Мечтает измениться?

«Мечтает – возможно, преувеличение», – подумала Аллегра, вспоминая, как ей пришлось прибегнуть к шантажу, но сейчас не до придирок. Ее шанс так близко, и Аллегра не упустит его.

– Совершенно точно, – подтвердила она.

Мариса посмотрела на Стеллу, та кивнула.

– В таком случае как можно скорее свяжись с Дарси Кинг и договорись о первом свидании.

Глава 3

– Значит, вот где ты работаешь. – Макс беспокойно огляделся. В офисе было полно великолепных женщин, которые смотрели на него так, как будто никогда не видели мужчину в костюме.

Должно быть, приятно находиться в центре такого интенсивного женского внимания, но Макса это нервировало. Какого черта он согласился на эту глупую затею? Лежал себе полеживал, смотрел спортивную передачу, а потом Аллегра присела на диван рядом, и, прежде чем Макс понял, что происходит, уже запутался в ее идее и потерялся в этих зеленых глазах, и вдруг оказалось, что все, чего ему хотелось, – это сделать ее счастливой.

Должно быть, спятил. Но улыбка Аллегры осветила комнату, у него перехватило дыхание, и, когда она бросилась в его объятия, Макс ощутил странную легкость. Ее волосы нежно щекотали лицо, когда она прижалась губами к его щеке, а запах ее духов сводил с ума.

Не осознавая своих действий, он обнял Аллегру и прижал к себе, борясь с желанием проникнуть руками под ее откровенный топик и опрокинуть Аллегру на диван. В следующий момент Аллегра отпрянула, взволнованно бормоча что-то о редакционнном задании. Для нее это были просто сестринские объятия.

«Вот все, что случилось», – сурово напомнил себе Макс.

– Первым делом нужно привести тебя в порядок. – Аллегра деловито достала планшет и листок бумаги. – Ты можешь договориться на работе и освободить вторую половину дня? Тебе необходимо полное преображение.

Максу не понравилось это слово. Вообще, ему все не понравилось, но особенно последнее.

– Я мог бы взять небольшой отпуск, – неохотно предложил он. Максу не хотелось, чтобы кто-то на работе догадался, что происходит. В то утро он сказал коллегам, что идет к стоматологу, и сейчас, оглядывая шикарный офис Glitz, он уже думал, что лечение корневых каналов предпочтительнее того, что ждет его впереди.

– Если ему станет скучно или что-то его будет раздражать, Дики просто бросит все и уйдет, поэтому, пожалуйста, просто будь милым с ним! – повторила она, ведя Макса между стеклянными офисными перегородками вниз в студию, ее высоченные каблуки постукивали по полированному полу, который, как Аллегра объяснила, назывался подиумом.

Макс чувствовал, что все взгляды прикованы к его волосам, костюму, галстуку, фигуре, когда он шагал за Аллегрой.

Сегодня она была одета в деловом стиле – узкие брюки, топ с анималистическим принтом и эти наводящие ужас туфли. Макс, пожалуй, предпочел бы видеть ее в платье.

– Я всегда мил, – ответил Макс.

Аллегра бросила на него взгляд через плечо:

– Ты не очень хорошо отозвался о моем вчерашнем наряде.

Макс разогревал карри, когда она появилась в дверях кухни в исключительно странном виде. Буйство цветов и узоров, Макс не знал, как описать то, что на ней было надето, но, когда Аллегра покрутилась и спросила, что он думает, Макс сделал большую ошибку и сказал правду. С его губ сорвались такие слова, как «фруктовый салат» и «разодеться в пух и прах».

Никогда больше он не станет оценивать чье-либо умение одеваться.

– Вот мы и пришли. – Аллегра втолкнула его в студию. – Просто… кивни и улыбнись. И следуй за мной, – пробормотала она себе под нос, широко улыбнулась и потащила Макса к маленькому человечку с коротко подстриженными седыми волосами, в огромных очках в красной оправе и белом в красный горох галстуке-бабочке.

– Ты не сказала мне, что я должен быть осторожным, чтобы не наступить на него, – пробормотал Макс, и Аллегра шикнула, приказывая замолчать.

– Дики, я так взволнована, что буду работать с тобой, – сказала она, практически делая реверанс.

Дики царственно кивнул, и они обменялись обязательными воздушными поцелуями, прежде чем он перевел взгляд на Макса.

– А это кто? – спросил он с французским акцентом, настолько сильным, что показался Максу фальшивым.

– Макс Уорринер, – представился Макс, делая шаг вперед и крепко пожимая руку Дики, прежде чем Аллегра успеет сказать, что он глухонемой. Абсолютно точно он не собирается целоваться с Дики. – Приятно познакомиться, – энергично произнес он.

Дики посмотрел на свою руку, словно ее еще никогда никто не сжимал, а затем на Аллегру, которая извиняюще улыбнулась.

– Макс участвует в проекте «Мистер Совершенство», – сказала она, понизив голос. – Ты знаешь, где предполагается полное преображение.

– Ах, oui…[1] – Дики окинул взглядом наряд Макса, совершенно приемлемый костюм и галстук, и картинно содрогнулся. – Я вижу, что это просто необходимо!

– Сегодня первое свидание, – продолжила Аллегра. – Он встречается с Дарси Кинг на коктейле в Xubu.

Xubu, как Макс уже слышал во всех деталях, считался модным тусовочным местом, «чтобы себя показать и на других посмотреть», и Аллегра отчаянно хотела побывать там. К счастью – для нее, Дарси Кинг открыла для них эти двери, и Аллегра была в восторге.

– Не понимаю, чему ты так радуешься, – удивился Макс. – Не ты ведь идешь.

– Конечно, я иду, – сказала Аллегра. – Я же пишу эту статью. И фотограф тоже там будет.

– По мне, так это не очень похоже на свидание, – проворчал Макс, но Аллегра отмахнулась:

– Будет весело!

Весело. Макс покачал головой, думая об этом.

– Ты сам видишь, сколько работы предстоит, – объясняла Аллегра Дики, который разглядывал Макса, закатывая глаза и пожимая плечами. – Ему необходим совершенно новый имидж, чтобы произвести впечатление на Дарси.

– Я сделаю, что смогу, – ответил Дики, с отвращением касаясь пиджака Макса. – Но это, это должно исчезнуть! И эта рубашка – если это можно назвать рубашкой, – и эти брюки и… и обувь тоже… Сжечь все это!

– Подождите! – начал было Макс, но Аллегра больно наступила ему на ногу каблуком.

– Не волнуйся, Дики. Я позабочусь об этом. Сними пиджак, – процедила она Максу сквозь зубы.

– Это мой офисный костюм! – пробормотал он в ответ, неохотно раздеваясь. – Не смей сжигать его.

– Без паники. Я просто отнесу его домой, где он не будет расстраивать Дики.

– А как насчет того, что это расстраивает меня?

Аллегра проигнорировала эту реплику.

– Как ты думаешь, что лучше подойдет для коктейля? – спросила она Дики. – Что-то классическое? Или изысканное и утонченное?

Дики сделал шаг назад и стал критически изучать Макса, мысленно снимая с него эту невозможную, оскорбительную для маэстро одежду. Макс немного смутился.

– Я думаю, нечто утонченное, но с изюминкой, – наконец объявил Дики.

– Отлично, – сказала предательница Аллегра. – Не слишком бросающееся в глаза, но интересное. Образ, который покажет Дарси, что Макс достаточно уверен в себе, чтобы заявить о своей приверженности моде? Возможно, что-то немного дерзкое?

«Приверженность моде»? Боже… Макс сжимал пальцами переносицу, пока Аллегра и Дики обсуждали его. Он должен проверять результаты испытаний материалов или работать над геологическим исследованием для предложения по расширению автомагистрали, но не стоять здесь, как немой бык, в то время как они болтали о какой-то дани моде!

– Эксцентричное? – предложил Дики. – Возможно, вот здесь…

Сейчас Макс был убежден, что французский акцент поддельный. Никто не в состоянии говорить так смешно.

Хотя для мужчины с этой бабочкой быть смешным, очевидно, не проблема.

– Что ты думаешь? – с тревогой спросила Аллегра. – Ты сможешь помочь Максу?

В ответ Дики развернулся на каблуках и хлопнул в ладоши своим прислужникам, которые вполголоса переговаривались друг с другом, покорно ожидая вердикта великого мастера.