Помоги проекту - поделись книгой:
– Ну, так а что то за тварь была? – снова раздался вопрос.
– О, это был колобок…
– Кто? – Поинтересовался ещё кто-то.
– Ну, так их называют Казематные гниды. С их сурового языка колобок обозначает – «Колюще Огненно Липкий Оглоед Бодающийся Острым Копьем».
– Как он может быть «огненно-липким»?! – Возмутился кто-то из толпы.
– Ну, слизь с них течёт и загорается временами, – пояснил рассказчик.
– А что там ещё было?
Дед начал снова что-то, рассказывать ожесточенно жестикулируя. До Тамики донёсся разговор двух мужиков, что сидели возле него.
– Ох и заливает старый! – Сказал первый.
– Да, это всё цветочки, ты ему ещё кувшин вина поставь – он тебе и про гнид казематных расскажет, и охотников с ледника Казематных гор, – ответил второй.
Тамика не стал слушать дальше, ибо ему принесли его еду – миску каши, присыпанную луком, маленький кусочек прожаренного мяса и кружка кваса.
– Десять медных, – коротко сказала девушка.
Некромант пошарил в сумочки на поясе и высыпал все монеты, что нашёл на спуске, на стол. От удивления у девушки глаза распахнулись, словно ставни на окнах, она даже на миг замерла в удивлении. Перебирая монеты, она сказала:
– Их уже лет пятьдесят не чеканят.
– Тогда бери все, – пожал плечами Тамика, подвинув девушке монеты. Она забрала монеты со словами:
– Что ж, медь есть медь. – После чего ушла.
Поев, некромант встал и, подойдя к столу, за которым сидел дед с компанией, со всего маха припечатал рукой к столу. Все взоры мгновенно были устремлены на некроманта. После того, как он убрал руку, на столе осталась серебряная монета новой чеканки, но уже потрепанная временем.
– Дед, это тебе привет… от колобков. – С этими словами Тамика развернулся и медленно пошел к выходу. Над столом воцарилась гробовая тишина. Все с недоверием рассматривали монету, дед от удивления даже пару раз икнул.
Выходя из таверны, некромант услышал тихий шепот:
– А дед – таки правду рассказывал…
11
Тамика вышел из таверны. Вместо прохладного, свежего воздуха, в лицо ударил такой смрад, что некромант скривился. Рядом раздалось какое-то дзюрчание: один из посетителей таверны мочился прямо с порога. Тамика поспешил покинуть крыльцо и отправился по улице, как ему казалось, на выход из города.
Уже стемнело – ставни начали закрываться, везде в окнах загорались огоньки, а по городу тускло горели масляные фонари. В некоторых пламя прыгало и трепетало – видимо, в данных фонарях давно уже не подрезали фитили. После отвратительного кваса, выпитого в таверне, некроманту жутко хотелось пить. Он осматривался в поисках фонтана или другого источника воды, и не заметил, как очутился возле церкви. Во дворе, под густой кроной странного дерева, возвышалась огромная каменная глыба, на вершине который был вытесан крест. Из трещины в камне бежала вода, стекая в водоем, образовавшийся в гранитной породе за сотни лет существования источника. Вокруг водоема обильно произрастала зелень. Над камнем кружились светлячки.
Складывалось впечатление, что попал в лес к эльфийскому источнику, а не в грязный имперский городишко. Некромант спокойно зашел на дорожку, посыпанную гравием, что вела к источнику. По телу пробежали мурашки. Передернув плечами, Тамика все же пошел дальше. На середине пути он почувствовал, как его бросило в жар, в висках начало методично пульсировать, а спустя несколько шагов в голове загудело. Пересилив себя, некромант все же снял флягу с пояса и, склонившись над водоемом, набрал воды. Тамика кое-как поднялся на ноги – его начало лихорадить, и через пару мгновений тело покрылось липким холодным потом.
Пошатываясь, некромант побрел на улицу – болезненное состояние как рукой сняло, осталось только лишь небольшое головокружение. Он удивленно осмотрелся и, рассеяно пожав плечами, направился дальше по дороге. Вскоре он подошёл к стене. Как оказалось, некромант очутился совсем не у ворот, а в глухом тупике. Впрочем, это был не тупик. Стена была разрушена. Неподалеку мерцал костер, возле которого сидела пара стражей и что-то обговаривали. Завидев приближающуюся фигуру, один из них встал, всматриваясь в темноту переулка.
– А тебе чего надо? – Спросил страж, осмотрев некроманта.
– Мне бы выйти, – как-то растерянно ответил Тамика.
– Ну, так проваливай отсюда, дыра перед тобою, – зло бросил охранник и уселся на прежнее место. Бросив на стражей странный взор, Тамика перешагнул обломки камня и зашагал прочь от города. Пройдя мимо ворот, он пошёл вдоль горного хребта и очутился в небольшой рощице. Небо было чистым – луна ярко светила, можно было четко разглядеть, что творилось на тропинке. Некромант остановился и перевел дыхание.
В голове промелькнула мысль, что неплохо было бы плюнуть в рожу стражника за его хамское поведение. Но момент был безвозвратно упущен, к тому же, во рту пересохло так, что плюнуть было нечем. Тамика вспомнил про флягу на поясе и, откупорив её, сделал хороший глоток. В тот же миг тело сковала судорога. По всем внутренностям прокатилась волна пламени, словно в глотку влили кипящую смолу. В голову будто вонзилась тысяча игл. В глазах всё померкло, и он в беспамятстве рухнул на землю.
12
Внезапно стало светло, и некромант открыл глаза. Солнце уже поднималось над деревьями. От головной боли он зажмурился, сжав зубы и рывком встал на ноги.
По телу пробежала волна холода, кожа покрылась пупырышками. И тут Тамика понял, что по нему бегают настоящие мурашки. Осмотревшись, он увидел что спал возле муравейника.
Насекомые пролезли под одежду и кусали что есть силы. Впереди за деревьями виднелись заросли камыша. Тамика, не раздумывая, бросился туда. Уже через минуту, не снимая одежды, он прыгнул в озеро. Слева раздалось шипение и некромант повернул голову: с выступающего из воды камня соскользнула змея, обругав некроманта на своем наречии за то, что он не дал ей понежиться под утренним солнцем. Тамика змею даже не удостоил вниманием – он махал руками, бил ими по воде, стараясь избавиться от назойливых насекомых. Через некоторое время у него все же получилось – а с десяток мурашек он даже заметил в воде: они копошились и дрыгали лапками.
– Тьфу! Мерзость какая… – Некромант брезгливо сплюнул в воду, выбираясь на берег. Подождав, пока солнце хоть немного высушит одеяния, Тамика пошел дальше, стараясь теперь даже не сходить с дороги, а не то чтобы падать на муравейник.
Ближе к вечеру, когда солнце стало клониться к земле, некромант заметил, что его желудок издает довольно недвусмысленные звуки – он урчал и ругался на Тамику за то, что последний не давал ему пищи. Так как еды с собой у некроманта не было, выход из данной ситуации был только один – достать какую-нибудь пищу старым проверенным способом: а именно, поохотившись.
Однако, тут возникала другая проблема – некромант не обладал никакими навыками охотника, более того – у него не было даже охотничьего оружия, кроме как своих клинков и магии. Рыкнув пару раз от недовольства, Тамика свернул с тропы немного в сторону и стал внимательно всматриваться, а вдруг какая птица пролетит, или еще что-то проскочит? И тут позади хрустнула ветка.
Некромант обернулся и увидел, как из кустов вылезло двое бородатых мордоворотов. Одеты они были в грубую одежду из мешковины, массивные кулачища крепко сжимали дубины. Один из разбойников окинул оценивающим взглядом Тамику, подмигнул второму. Тот небрежно откинул в сторону походный мешок, и, покрепче ухватив оружие обеими руками, начал медленно обходить намеченную жертву сбоку.
– Кошелёк или жизнь… – Пробасил, тот, что остался на месте, почесав свою лопатистую бороду.
– Вы б лучше пожрать чего предложили… – С кислой рожей ответил Тамика. Мужланы переглянулись. То, что человек никак не отреагировал, было для них явно непривычно; их угрожающий вид и огромная сила постоянно вселяли в их жертвы страх. Бородач небрежно бросил напарнику:
– Бей по голове, чтобы одежку не запачкать.
– Куда ж дальше-то пачкать… – Пробубнил себе под нос Тамика, сам же чуть громче изрек, – Может, все же без бойни порешим?
– Порешим? Так мы это и собираемся сделать! – Почти радостно воскликнул заходящий сбоку. Некромант скосил взгляд на него, и бородач тут же рванулся к Тамике, оказавшись рядом. Некромант, увидев свистящую в воздухе дубину и уйдя от удара, сорвал свой пыльный, проеденный молью плащ и швырнул в лицо второму.
– Ах, ты ж скотина! – Проревел мужлан и отбросил тряпье в сторону, намереваясь сделать из некроманта отбивную. Но, когда он уже занес дубину для удара, пыль, попавшая в нос, заставила разбойника громко чихнуть. Вследствие этого он уронил дубину, которая угодила Бородачу по ноге. Сразу после этого раздалось несколько фраз на местном матерном диалекте, и вторая дубина просвистела мимо Тамики. Он стремительно выхватил клинок и рубанул, куда смог достать. Лезвие прошло чуть выше колена, рассекая плоть. Кровь брызнула в стороны, брань сменилась протяжным воем. Тамика оказался позади раненого разбойника, вложил клинок в ножны и взмахнул рукой, концентрируя заклинание. Зелёное пламя охватило руку, забушевало, принимая разные оттенки. Второй разбойник несколько мгновений ошалело смотрел на него, затем, схватив бородача за шиворот и перехватив под руку, бросился бежать настолько быстро, насколько позволяло теперь скулящее и хромающее за ним тело его горе-напарника.
– Хех, – усмехаясь, бросил Тамика. – То-то же.
Отряхнув магическое пламя, он поднял брошенный разбойниками мешок. На удивление, он доверху оказался забит провизией. Чуть позже, когда некромант устроился на привал, он обнаружил в мешке вяленое мясо, несколько крупных рыбин, пару голов сыра, несколько бурдюков вина, кваса и каравай хлеба.
– О, говорил же – поделились бы сразу, не было бы проблем… – Потирая руки, пробубнил некромант и принялся обедать.
Через несколько дней скитаний по лесу, он вышел к подножью гор. Здесь дорога уходила в долину, а вторая узкой и извилистой тропинкой поднималась вверх, скрываясь в небольшой рощице, произраставшей на склоне.
Тамика не долго раздумывал, куда податься, и пошёл в горы. Воздух здесь был намного легче и свежее, чем лесной, пропитанный влагой и запахом хвойных деревьев.
На следующий день некромант поднялся на высокогорный луг. На нём паслись огромные, лохматые существа. С виду они напоминали бродячие стоги сена, только чёрные. И явно походили на коров, бродили неспешно, всё время жевали сочную траву, часто выкапывали корешки. Возле дороги Тамика остановился у камня. Тот отдавал зелёным цветом и был буквально отшлифован. Очевидно, эти существа поколениями тут чесались.
Поглядев и так и эдак, Тамика всё же отправился дальше. День прошел без происшествий, лишь ночью он проснулся от того, что несколько камней скатились поблизости на дорогу. Некромант огляделся – костёр ещё не потух, пламя трепетало на ветру. Он нехотя поднялся, подкинул хворосту, закинул бревно побольше. Пламя затрещало и разгорелось с новой силой. Лишь теперь он заметил на камнях вверху два светящихся глаза. Рука сама потянулась к клинку, но горная рысь скользнула тенью по узкой тропе и растворилась в ночи. Тамика передёрнул плечами подбросил побольше дров в костёр, и сам улёгся поближе к огню.
Наутро, поев, он двинулся в путь. Дорожка, став ещё уже, вскоре вывела к обрыву, и тянулась теперь вдоль отвесной стены, а справа зияла пугающая пустота, где далеко внизу, словно зелёный ковёр, угадывались кроны деревьев. Отдышавшись, Тамика собрался с силами и двинулся вдоль скалы. На середине своего пути он увидел нависающую над тропой сухую ветку. На ней взгромоздились несколько грифов. Они зорко следили за каждым движением некроманта, словно ждали, когда он оступится и сорвётся вниз. Тамика невольно передёрнул плечами и аккуратно пошёл вперёд. Вскоре он добрался до противоположной стороны и зашёл в небольшую пещеру. Из неё веяло холодом, но воздух был свежий, а туннель был длинным и терялся в темноте. Оглядевшись, некромант заметил в стене у входа старый факел, уже изрядно обросший паутиной. Не долго думая, он зажёг его магией и отправился в туннель.
Продвижение сквозь пещеру оказалось хоть и медленным – она было довольно узкой – но прошло без происшествий. Некромант скривился, когда оказалось, что пол был усеян какой-то гадостью. Наступив на нее, Тамика выругался: нога погрузилась в странное желе по щиколотку. Пройдя шагов тридцать, он понял, что это такое. Когда что-то капнуло сверху на голову некроманта, он поглядел верх – под потолком копошились сотни летучих мышей.
– Засранцы… – Выругался некромант и продолжил путь. Вскоре пещера свернула и пошла немного под уклон. Спустя некоторое время Тамика вышел в более широкое ответвление пещеры, которое представляло собой типичный грот. Сверху, со сталактитов, капала вода, создавая иллюзию дождя. В очередной раз подернув плечами, Тамика направился дальше.
Пройдя грот, он снова потопал по узкому проходу, увлекающему путника вниз. В одном из поворотов некромант чуть не ухнул в узкую глубокую дыру, ибо тропка сворачивала так резко, что еще шаг – и можно было не заметить и сорваться вниз. Снова выругавшись, некромант пошел дальше, осторожно продвигаясь вперед и присвечивая себе факелом, который отбрасывал зеленое, почти призрачное, сияние.
Скоро потянуло свежим воздухом: где-то впереди должен был быть выход из пещеры. Прибавив шагу, Тамика преодолел еще около тридцати метров и заметил свет.
– Свет в конце пещеры… – Пробормотал некромант и, спустя несколько десятков шагов, вышел на свежий воздух.
13
Он оказался в долине, окружённой высокой цепью гор. Далеко напротив, в горах, выступая на горизонте призрачной тенью, виднелся маленький домик, из трубы которого витиевато поднимался сизый дымок. Внизу раскинулся обширный лес. Внимание некроманта, привлекло то, что середина леса была из потемневших хвойных деревьев, над ними периодически взмывала стая воронов, карканье которых доносилось и сюда.
На противоположной стороне, в горах, виднелась речка и водопад. Тамика ещё пару мгновений наслаждался прохладным ветром. Так как ему было всё равно куда идти, а дороги тут не было, он решил пойти напрямик, и начал спускаться вниз по направлению к лесу. Скоро он оказался возле первых деревьев. В основном, тут росли ветвистые дубы, но попадались и такие деревья, которых некромант и вовсе никогда не видел.
Раскидистые ветви, шелестящие от набегов даже легкого ветерка, величественно возвышались над землей, укрывая ее теневым покрывалом. Между деревьев, кое-где, рос густой кустарник. Проходя мимо одного, Тамика услышал возню и хрюканье. Через мгновение на дорогу вышла большая, дикая свинья. Поглядев на некроманта отсутствующим взглядом, она двинулась дальше, а за ней выбежал целый выводок поросят. Все быстро перебирали копытцами, боязливо поглядывая по сторонам. Вскоре вся процессия исчезла в кустах, и растворилась в лесу. Тамика проводил их недоумевающим взглядом, пожалуй, он был даже больше удивлен, чем свиньи, которые до этого, очевидно, не видели людей.
Вскоре пошли, в основном, высокие ели и сосны. Лес становился всё мрачнее. Под ногами уже был сплошной ковёр мха. Порою попадались высохшие деревья. В полумраке, что царил в этой части леса, можно было увидеть загадочных жуков, которые светились разными цветами, сидя на ветках. На высохших корнях, торчащих из мха, росло множество грибов. Некромант остановился у одного из них. Вынув клинок, он краем дотронулся до шляпки гриба. Раздался хлопок, в воздух поднялось фиолетовое облачко, которое через пару мгновений осело на корне, продолжая искриться. Изогнув в удивлении бровь, Тамика положил клинок в ножны и отправился дальше.
Мох под ногами начал чмакать, превращаясь в чёрную жижу, воздух стал тяжёлым и влажным. Понесло гнилью. Но тут послышалось журчание – впереди тёк широкий ручей. К удивлению, вода в нём была почти прозрачной, а на дне светились загадочные растения. Некромант решил двигаться вверх по течению ручья, и вскоре подошёл к огромному валуну, из под которого било несколько ключей. На камне чернели какие-то знаки на неизвестном наречии. И тут раздалось громкое «ква». Тамика, едва не подпрыгнув, круто обернулся. На чёрном камне сидела огромных размеров лягушка. От неё поднимался вверх синий дымок, напоминающий испарение. Некромант осмотрел ее внимательно, после чего улыбнулся:
– Чего тебе? – В ответ жаба глянула на Тамику презрительным взглядом, медленно моргнула и, выдув здоровый пузырь, квакнула. Некромант сделал пару шагов к камню, но тут лягушка плюхнулась в воду, а камень, на котором она сидела, начал тускло светиться синим светом. Подойдя поближе, Тамика заметил, что светился вовсе не камень, а жабья слизь, которой там осталось довольно много.
Оглядевшись в поисках столь загадочной лягушки, он увидел в воде плоский камень. Даже в этом полумраке можно было разглядеть хорошо высеченный на нём знак. Рука сама потянулась за ним. Вытащив его из воды, некромант вытер камень плащом: на нем была вырезана руна. Тамика провел по руне ладонью. Как только он прикоснулся к замысловатому символу, тот вспыхнул зеленым светом, который больше походил на пламя. Тут же раздался голос – Тамика поднял голову, так как этот тихий шепот доносился откуда-то сверху. Но ничего не увидел, однако вкрадчивый голос продолжал звучать, доносясь теперь словно бы со всех сторон, проникая в голову. Отзвуки этого потустороннего шепота казались настолько неестественными для этого мира, что тело невольно пробирала дрожь. Голос продолжал шептать на неизвестном древнем наречии, то понижаясь до зловещего шепота, то переходя в громогласные раскаты.
Вздрогнув, некромант краем глаза посмотрел на руку, держащую камень. Теперь не только рунический символ, но и вся рука некроманта полыхала зеленым огнем. С отвращением выбросив камень под ноги, Тамика попытался стряхнуть пламя с руки, но оно перекинулось на грудь и начало охватывать левую руку. За несколько ударов сердца пламя распространилось по всему туловищу и последнее, что запомнил некромант, прежде чем свалится на землю в беспамятстве, было окончание фразы, которую говорил странный голос, и его дикий хохот.
14
В полумраке было сложно сказать, день сейчас или же вечер. Тамика, придя в себя, увидел лишь разлапистые ветки елей, заслонявшие небо. Он встрепенулся, вспоминая последние мгновения, и, вскочив на ноги, посмотрел на руки. К его удивлению, они не только оказались на месте, но и по прежнему его слушались.
– Уф… – С облегчением выдохнул он. Тут взгляд переместился на камень с руной, от которого осталось лишь два небольших осколка, всё остальное рассыпалось в пепел. Погрузившись в мысли о том, что это было и куда идти теперь, некромант поплёлся из чащи куда глаза глядят. Нельзя сказать, что такие события его не пугали, но после проведённого времени в темнице демонов за обучением магии и чтением книг, его уже сложно было чем-то удивить. Но теперь его странствия подкидывали всё новые и новые неожиданности. Несколько мыслей всё не давали покоя: что он делал до того, как попал в темницу, и кто такая Эрлина, которой нужно отдать этот небольшой чёрный камень, высеченный в форме ромба?
Через время мох под ногами сменился уже твёрдой землёй, пошли густые кустарники и высокая трава, деревья становились всё реже и реже, и вскоре Тамика вышел к подножью горы. Так как солнце уже почти закатилось за гряду гор, некромант поспешил вверх по узкой тропинке. С той стороны долины он видел где-то тут домик, и вскоре нашёл его на небольшом каменистом плато.
Справа был обширный загон, в котором топталось с полдюжины лохматых зверей, лениво жующих сено. А слева от дома тянулся огромный виноградник. По крайней мере, это растение так же плелось, и плоды свисали гроздями мелких ягод. Только были фиолетового цвета, в странном белом пуху и тускло светились.
Крякнув от удивления – такого странного винограда ему еще не доводилось наблюдать – Тамика подошел к хлипкому забору, который представлял собой вбитые в землю деревянные колья. Некоторые из них даже пустили корни и молодились зелеными побегами, которые, видимо, кто-то постоянно обрезал. Это было сложно назвать частоколом, поскольку высота достигала в самом большом месте некроманту по пояс. Такой забор только цыпленок не перепрыгнет.
Сам дом представлял собой потрепанную временем хибару из грубо отесанных брёвен, между которыми обильно произрастал мох. От трубы отвалились несколько камней, которые так и остались лежать на крыше из прогнившей соломы. Окна были затянуты бычьим пузырём. Дверь уже покрылась небольшими грибами. Но некромант и рот не успел открыть, как дверь вдруг со скрипом отворилась, и в проёме показалось лицо старого человека с длинной белой бородой и ниспадающими на плечи волосами такого же цвета.
– О, ещё один охотничек забрёл. – Скорее сам себе, нежели кому-то проговорил старец. Потом, внимательно оглядев Тамику, он продолжил. – Хотя… на охотника ты не сильно тянешь. Или сейчас охотники по горам с клинками бегают? Да… наверное так, стрелы-то, поди дорогие нынче.
– Ну… это… я вообще-то… не то, что бы то… но… – начал, запинаясь от неожиданности, некромант.
Его нечленораздельное мычание прервал старец:
– А, понятно, очередной искатель мысли. Неужто снова от Андриана?! Сколько можно?! Когда же этот старый пень сдохнет?! Сам тупой, как колода, так еще свою же ересь распространяет вот уже… – старик ушел в подсчеты, что позволило Тамике вставить пару слов.
– Я тут вообще проходом, и никаких Андрианов не встречал… заблудился я, в общем.
– А… заблудился. Вот молодежь пошла – в трех соснах заблудятся! – Хмыкнул старец.
– Там далеко не три сосны.
– Да? Видимо, проросли мои шишки… странно, вроде недавно садил… – как-то отстраненно пробормотал дед. У Тамики после этих слов волосы зашевелились: если старик не врет – сколько же ему лет?!
– Ну, чего стоишь, как истукан? Ты заходи или… ты всё таки от Андриана? А то больно уж на его слабоумных смахиваешь.
– Слышь, дед… – Тамика уже приготовил пламенную речь о том, что говорить можно все, кроме личных оскорблений, но старик его перебил.
– Белый.
– Я вижу, что ты белый…
– Да не, имя у меня такое. – Невозмутимо ответил старец.
– Хм… да… ну, а меня Тамикой звать. – Некромант почти растерял заряд пламенноречия, но все же поднял правую руку вверх, выставив два пальца, от которых вверх взвилось фиолетовое свечение, словно от лучины.
– Давай балаганные штучки оставим для деревенских зевак, – улыбнулся в бороду Белый и хитро погрозил Тамике пальцем, от которого в стороны пошли энергетические разряды. Воздух затрещал, а пламя на руке некроманта тут же погасло, словно на лучину вылили ведро воды.
Тамика почувствовал себя в тот же миг самым настоящим балбесом, который полез с деревянным колом на опытного бойца в латах.
– Ладно, идем в дом, поди, проголодался с дороги-то, – и Белый не оглядываясь, вошел в дом. Тамика молча поплёлся следом, пару раз по пути щёлкнув пальцами, но пламя не то, что бы не загорелось, волшба как будто испарилась.
Халупа внутри оказалась намного обширнее. Тамике даже пришла в голову мысль – а не магическим ли образом было увеличено внутреннее пространство дома? Посередине стоял простой стол, сколоченный из крупных, грубо отесанных досок, рядом две такие же лавки. В углу находилась широкая печь. Неподалёку был низкий столик на ножках, высеченный из цельного камня, заваленный грудой огромных книг. Тамика беглым взглядом насчитал больше десятка. А ведь они стоили целое состояние. Два небольших окна, на удивление некроманта, были застеклены цветной мозаикой, а не затянуты бычьим пузырём, как это было видно снаружи. На стенах висели светильники, излучающие приятный, мягкий, белый свет, который горел ровно, не мигая. На стенах висели ковры дивной работы, а пол был устлан огромными шкурами, чёрными и мохнатыми.
Тамика потоптался у входа, затем подошёл к лавке и чуть не перецепился. Помянув про себя пару десятков бесов, некромант посмотрел под ноги: шкура, лежащая у порога, собралась в складки. Оглядев её густой мех, он спросил:
– А как это животное зовётся, с которого шкура?
– Як… – Кратко ответил Белый.
– Как?
– Не как, а як.
– А, ну раз так… – Некромант присел на лавку и придвинулся к столу.
– Ну, и чего ты уселся? – Спросил Белый, копошась в углу у печи.
– Так кто-то есть предлагал…
– Так уж и быть, можешь шкуру, что поближе, пожевать… только мех не обслюнявь.
Поделиться книгой: