Введение в политическую теорию

Правоведение, или юридическая наука, есть область познания, предметом которой является право и правоприменительная деятельность как особая система регулирования отношений и поведения людей в процессе общественной жизни, в том числе в сфере политики. Юридическая наука в современном ее виде дифференцирована на ряд дисциплин: история права и правовых учений, криминология, криминалистика, гражданское право, уголовное право, уголовный процесс, административное право, хозяйственное право, международное право и др. Правоведение основывается на положениях и выводах политической науки, в частности общей теории государства. В этой связи политология по отношению к юридической науке выступает в качестве методологической дисциплины. В то же время юридическая наука изучает правовые аспекты взаимодействия участников политики, механизмы разработки, принятия и реализации политических решений, без чего не может нормально осуществляться политическая жизнь общества.

История, или историческая наука, изучает прошлое отдельных стран и народов, а также человечества в целом во всей его конкретности и многообразии. Соотношение политологии и истории определяется тем, что, с одной стороны, политическая наука помогает создавать теоретическую базу анализа реальной эволюции политических процессов; с другой – история и современная политическая практика служат не только определяющими критериями правильности теоретических выводов политической науки, но и фактологической основой новых выводов и обобщений. На стыке истории и политологии развивается такая относительно самостоятельная научная дисциплина, как политическая история, которая исследует процесс развития политической жизни общества, государственных институтов, партий и движений.

Социология и политология наиболее тесно связаны друг с другом. С точки зрения объекта и методов исследования политология и такая область социологии, как политическая социология, малоразличимы. Однако остаются принципиальные различия в предмете их исследования. Политология рассматривает политику как процесс, подчиняющийся определенным закономерностям. Социология политики этот процесс изучает не сам по себе, а его «человеческое измерение». Ее интересует, как политика влияет на взаимодействие людей и их общностей. Словом, если у политологии в центре внимания политика, ее слагаемые, ход и эффективность, то в центре внимания политической социологии – человек в политике, взаимосвязь политических и социальных отношений.

Психология, социальная психология в частности, изучает закономерности и механизмы формирования, функционирования и развития общественно-психологических явлений, процессов и состояний, субъектами которых являются классы, исторические общности, социальные группы, личности. Предмет ее изучения составляют общественно-психологические явления в сфере политики. Поэтому политология и социальная психология находятся друг с другом, прежде всего, в партнерских отношениях. В то же время каждая из них по отношению к другой выполняет методологическую роль. Знание политических закономерностей позволяет вскрыть сущность психологических явлений в сфере политики. И наоборот, знание психологических закономерностей позволяет постигнуть глубинную суть политических процессов.

На стыке политологии и социальной психологии сложилась и развивается относительно самостоятельная научная дисциплина – политическая психология, предметом которой являются психологические факторы политического поведения людей. Различают также и такое направление исследований, как психология политики, где предметом анализа выступает влияние психологических особенностей людей на реальные политические процессы. Однако на практике эти два понятия – «политическая психология» и «психология политики» – чаще всего не различаются, используются как синонимы.

География, на первый взгляд, слабо связана с политологией. Однако это не так. Географическая среда, природно-климатические условия существенно влияют на развертывание политических процессов, исторических событий, судеб целых народов. Поэтому политологический анализ должен учитывать данные географической науки. В структуре современных политических исследований сформировалась особая научная дисциплина – политическая география, предметом которой является выяснение зависимости политических явлений и процессов от пространственного положения страны, от территориальных, климатических, природно-биологических и других естественных факторов. Необходимость учета пространственного положения и особенностей природной среды государства при разработке его внешнеполитической стратегии привела к выделению из политической географии геополитики как прикладной политологической дисциплины.

Наука о политике развивается во взаимосвязи и с теми науками, непосредственным предметом которых не являются процессы и явления политической сферы общества. Среди них прежде всего следует выделить антропологию (науку о происхождении и эволюции человека), демографию (науку о закономерностях воспроизводства населения), этнографию (науку, изучающую состав, происхождение, расселение и культурно-исторические взаимоотношения народов мира), семиологию, или семиотику (науку о свойствах знаков и знаковых систем, главным образом естественных и искусственных языков), астрологию (учение, которое символическим языком описывает влияние космических процессов на природные явления и поведение людей) и др. Исследователи политики обращаются также к культурологии, религиоведению, педагогике, лингвистике. Достижения этих наук позволяют полнее выявить общественный контекст и мотивы деятельности политических субъектов.

Особое соотношение существует между политологией и формальными науками, например логикой (наукой о законах и формах мышления, способах доказательств и опровержений), кибернетикой (наукой об управлении, связи и переработке информации), статистикой (наукой об общих вопросах сбора, измерения и анализа массовых количественных данных о развитии общества). Эти науки хотя и не вносят в предмет политологии специфического содержания, но предоставляют ей количественные измерения, образцы конструирования абстрактных трактовок политических явлений и процессов.

Разумеется, политология взаимодействует не только с указанными выше науками. Если вспомнить, что современная политическая наука проявляет интерес и к предметам изучения чисто естественных наук (биологии, экологии и т. д.), то это будет еще одним подтверждением тому, что предмет политологии весьма эластичен, его границы трудноопределимы.

В настоящее время политология – это одна из самых обширных областей научного знания. То, что ныне называется политикой как область практической деятельности, на самом деле является результатом аналитических усилий разветвленной сети исследовательских институтов, кафедр и групп, следствием коллективного творческого труда многих людей. По числу проводимых исследований и количеству публикаций политология сегодня занимает первое место среди других общественных наук.

Глава 2. Основные этапы становления и развития политической науки

2.1. Зарождение, или предыстория, политической науки

Политические идеи мыслителей Древнего мира

Первые идеи о политике и власти были высказаны мыслителями Древнего мира, к которому принято относить период от III–II тыс. до н. э. по V в. н. э. На политические представления людей того времени сильное влияние оказывало религиозно-мифологическое мировоззрение, унаследованное от родового строя. Общая особенность политической мысли рассматриваемого периода – обоснование божественной, сверхъестественной природы политической власти, а также объяснение с этих позиций социального, политического и правового неравенства членов различных сословий общества. Политические взгляды мыслителей древности тесно переплетаются также с философскими и моральными представлениями.

Среди источников древневосточной политической мысли прежде всего следует назвать мифологию различных народов, пятикнижие Моисея и другие произведения ветхозаветной части Библии. Источниками нерелигиозного характера являются древневавилонский политико-правовой памятник XVIII в. до н. э. «Законы Хаммурапи», учение персидского мыслителя VIII в. до н. э. Заратуштры (Зороастра), учение китайского мыслителя Конфуция, древнекитайский философско-политический трактат IV в. до н. э. «Книга правителя области Шан», древнеиндийские трактат IV–III вв. до н. э. «Артхашастра» и политико-правовой памятник II в. до н. э. «Законы Ману», а также другие произведения.

К числу наиболее оформившихся в концептуальном отношении политических учений Древнего Востока следует отнести взгляды Конфуция. Его идеи дошли до нас в виде книги «Изречения» (по-китайски Луньюй), которая представляет собой запись высказываний мыслителя, сделанную его последователями после смерти учителя. Центральное место среди них занимает учение о благородном человеке, или о благородном муже, качествам которого должны подражать все жители Поднебесной. Согласно Конфуцию, главой государства может быть только благородный муж – «сын Неба». Таковым является тот, кто умен, справедлив, любит учиться, отличается скромностью и не стыдится спрашивать у нижестоящих о том, чего не знает. Существенную роль в его учении играет система морально-этических принципов и норм поведения, которые включают: почитание предков и особенно родителей; человеколюбие и прежде всего любовь к родственникам; уважение к старшим и подчинение им; честность, искренность; стремление к внутреннему усовершенствованию и т. п. Конфуций отстаивает незыблемость установленных Небом, т. е. отождествляемой с Небом высшей божественной силой, общественных порядков, социального неравенства, требует выполнения обрядов. Учение Конфуция и поныне является важным фактором социально-политической и духовной жизни китайского общества.

Заметный отход от религиозных представлений о политике и власти к рационалистическим представлениям наблюдается в древнеиндийском трактате «Артхашастра», что в буквальном переводе означает «наука о государственном устройстве». Его авторство индийская традиция приписывает мудрому брахману Каутилье, известному также под именем Чанакья. Однако, по данным современной исторической науки, произведение создавалось на протяжении длительного времени, между первыми веками до н. э. и первыми веками н. э. По своему основному содержанию это произведение представляет руководство по управлению государством. Исходная идея трактата состоит в том, что для царя политическая выгода превыше всего; ради нее он может пренебречь любыми моральными нормами. Цель политики определяется как расширение подвластной царю территории с податным населением, поэтому соседи царя являются его естественными врагами, а соседи соседей – союзниками. Трактат содержит также детальные описания методов политической интриги, военных хитростей, правил, по которым ведется судопроизводство, и т. п.

Своего наивысшего развития политическая мысль европейской Античности достигла в учениях древнегреческих мыслителей Платона и Аристотеля. Их литературное наследие огромно. Основными произведениями Платона о политике являются диалоги «Государство», «Законы», «Политик» и отчасти «Критий». Политическое учение Аристотеля изложено главным образом в уже упоминающейся работе «Политика», а также в «Афинской политиb», «Никомаховой этике» и других сочинениях. Свои рассуждения о политике они строили на основе познания жизнедеятельности полиса, служившего для них и образцом, и естественной формой организации сообщества людей. Они ввели ряд относящихся к политике и власти понятий, разработали важные подходы к пониманию данных явлений, выдвинули немало идей и концепций, оказавших огромное влияние на все последующее развитие политической мысли. Отметим наиболее важные из них.

Платон, например, снискал себе непреходящую славу учением об идеальном государстве. Оно явилось продолжением его философских представлений об объективно существующих нематериальных идеях как первопричине возникновения всех видимых предметов и явлений. Государство, считал он, станет идеальным, если оно будет полностью соответствовать идее государства, которая сама по себе вечна, неизменна и абсолютно совершенна. В таком государстве свободные граждане должны быть разделены на три сословия: правителей, воинов и трудящихся. Такое устройство общества Платон «выводит» из трех начал (частей) человеческой души – разумной, яростной и вожделеющей, которым в государстве аналогичны три схожих начала – совещательное, защитное и деловое. Отсюда и деление граждан на три сословия, каждое из которых призвано выполнять определенные общественные функции. Править в идеальном государстве должны философы, поскольку только они способны своим внутренним взором познать сущность идеи государства и внести ее свойства в «частный и общественный быт людей» [60. Т. 3. С. 281].

Аристотель, ученик Платона, подверг критике его учение об идеальном государстве. Его интересует не заранее заданная «абсолютно наилучшая» форма государства, а такое политическое устройство, которое могут иметь у себя большинство государств. Главный его упрек Платону состоит в том, что тот преступил пределы должного единства, стремясь упразднить всякое многообразие. Аристотель подверг анализу с целью выяснения наиболее приемлемой формы государственного устройства 158 древнегреческих полисов. Результатом стало его учение о правильных и неправильных государственных формах, которое не утратило своего значения и по сей день.

Правильным он считал такой государственный строй, при котором преследуется общее благо, независимо от того, правит ли один, немногие или большинство. Неправильным – такой, при котором преследуются частные цели правителей. К правильным он относил следующие государственные формы: 1) монархию (правление одного); 2) аристократию (правление немногих); 3) политию (правление многих). Столько же у него неправильных государственных форм: 1) тирания; 2) олигархия; 3) демократия. Последние развиваются из соответствующих правильных форм, когда цель общего блата подменяется частными целями одного, немногих или многих правителей.

Среди правильных форм государства наилучшей Аристотель считал политию. Это такая форма политического устройства, при которой «народная масса, будучи в состоянии и подчиняться, и властвовать на основании закона, распределяет должности среди состоятельных людей в соответствии с их заслугами» [4. Т. 4. С. 484]. Именно в политии правит большинство в интересах общей пользы. Данная форма государства, по убеждению мыслителя, соединяет в себе лучшие стороны олигархии и демократии, но свободна от их недостатков и крайностей. Полития – «средняя» форма государства и «средний» элемент в ней доминирует во всем: в нравах – умеренность, в имуществе – средний достаток, во властвовании – средний слой. «Государство, состоящее из средних людей, будет иметь и наилучший государственный строй» [4. Т. 4. С. 508]. Из неправильных форм государства Аристотель отдавал предпочтение демократии, считая ее наиболее сносной, т. е. наиболее умеренной из отклоняющихся государственных форм.

Таким образом, если Платон конструировал «идеальное» государство, то Аристотель был более реалистичен, соглашаясь принять одну из существующих форм. Он был убежден в том, что человек – это «существо государственное», а политика имеет своей задачей выработку законов, основанных на справедливости, соответствующих правильным формам государственного устройства.

Из произведений мыслителей Древнего Рима, в которых прослеживаются оригинальные идеи политики, прежде всего следует отметить поэму «О природе вещей» Лукреция, работы «О государстве» и «О законах» Цицерона. Первый автор развивал мысли о договорном характере государства, второй – стоял у истоков того понимания государства, которое впоследствии переросло в понятие «правового государства». В частности, Цицерон пришел к выводу о том, что условием свободы является подчинение закону всех. Ему принадлежат следующие замечательные слова: «Только в таком государстве, где власть народа наибольшая, может обитать свобода; ведь приятнее, чем она, не может быть ничего, и она, если она не равна для всех, уже и не свобода» [89. С. 23].

Заслуживают внимания космополитические идеи и естественно-правовые положения, выдвинутые представителями римского стоицизма, наиболее видными из которых являются Луций Анней Сенека, Эпиктет и Марк Аврелий. Сенека, например, считал, что неминуемый и божественный по своему характеру «закон судьбы» играет роль того права природы, которому подчинены все человеческие установления, в том числе государство и законы. Вселенная, по его мнению, – естественное государство, членами которого по закону природы являются все люди. Поэтому он призывал признать необходимость мировых законов и руководствоваться ими. По его убеждению, перед лицом мирового закона равны все люди – свободные и рабы, греки и варвары, мужчины и женщины. У Эпиктета призывы к надлежащему исполнению той роли, которая ниспослана каждому судьбой, дополняются резкой критикой богатства и осуждением рабства. Марк Аврелий развивал представление о государстве с равным для всех законом, о царстве, превыше всего чтущем свободу подданных.

Оценивая сложившиеся в античную эпоху представления о политике и власти, некоторые исследователи склонны с ними связывать начало становления политической науки, а Платона и Аристотеля считать ее основоположниками. Нам представляется, что более правильным было бы относить к этому времени начало предыстории политической науки, что нисколько не умоляет вклада мыслителей Древнего Востока и особенно Древних Греции и Рима в развитие политических идей. Дело в том, что политические идеи и учения прошлого не следует путать с содержанием политической науки в собственном смысле слова, хотя нельзя и отрицать наличия преемственной связи между тем и другим. Если первые в том или ином виде возникли с появлением государства, то политическая наука формировалась по мере вычленения политики в самостоятельную область жизнедеятельности людей. Совокупность высказанных мыслителями Античности идей и представлений относительно государства, политики и власти можно назвать, как это делает А. И. Соловьев, протонаучным знанием [70. С. 11]. Однако оно все же еще не составляло вполне оформившуюся область научного знания.

Своеобразие политической мысли Средневековья

Оно связано с исключительно сильным влиянием на нее христианской религии и римско-католической церкви. На протяжении всей политической истории западноевропейского Средневековья шла ожесточенная борьба между римско-католической церковью (папством) и светскими феодалами (в первую очередь монархами) за главенствующую роль в обществе. Соответственно и одной из центральных проблем тогдашнего политического знания оказался вопрос о том, какая власть (организация) должна иметь приоритет: духовная (церковь) или светская (государство). Конечно же, этот вопрос мыслителями Средневековья разрешался в пользу церкви. Ими была создана христианская политическая концепция, согласно ей государство выступало частью универсального порядка, творцом и правителем которого является Бог.

Наиболее видными мыслителями периода Средневековья являются Аврелий Августин, который известен также под именем Августин Блаженный, и ученый-богослов Фома Аквинский. Первый свое учение изложил в книге «О граде Божием», второй – в работах «О правлении властителей», «Сумма теологии» и др.

Согласно Августину, вся история человечества является борьбой «двух градов»: «града Божьего», состоящего из праведников, Божьих избранников, которые следуют не земным, а божественным установлениям, и «града земного», или светского государства, «великой разбойничьей организации», в которой борются за материальные блага и притесняют праведников. «Два града, – пишет Августин, – созданы двумя родами любви, – земной любовью к себе, доведенною до презрения к Богу, и небесной любовью к Богу, доведенною до презрения к самому себе. Первый, затем, полагает славу свою в самом себе, последний – в Господе» [1. Т. 3. С. 63]. В конечном счете, полагал Августин, ход истории, направляемой волей Бога, приведет к победе «града Божиего» над «градом земным», т. е. светским государством.

Как заметил английский ученый и философ Бертран Рассел, значение книги Августина Блаженного «О граде Божием» состоит в идее разделения церкви и государства, основывающейся на том, что государство может стать частью града Божиего, лишь подчинившись нормам и доктринам церкви. С тех пор как идея была выдвинута, она всегда являлась элементом учения церкви и в течение всех Средних веков служила теоретическим оправданием политики церкви, небезуспешно стремившейся подчинить себе государство. В этот период вплоть до начала XIV в. католическое духовенство, как правило, одерживало верх в своих конфликтах со светскими властями [66. Т. 1. С. 378–379].

Фома Аквинский продолжил развитие положения о верховенстве католической церкви по отношению к государству. В своих сочинениях он предпринял попытку приспособить взгляды Аристотеля к догматам церкви. Он считал, что светской власти подчинены лишь тела людей, но не их души. Верховная, всеобъемлющая власть, в том числе и право распоряжаться духовной жизнью людей, принадлежит церкви. Насколько Бог выше человека, настолько духовная власть выше власти земного государя. Поэтому, делал вывод Аквинский, римскому папе – наместнику Бога на земле – должны, как вассалы, подчиняться все светские государи.

С учетом данного положения Аквинский развил теократическую концепцию власти. Государственную власть он рассматривал как результат воли Бога. Именно так, по его мнению, следует понимать слова апостола Павла: «Существующие же власти от Бога установлены» (Рим. 13, 1). Однако отсюда не следует, что каждый отдельный правитель поставлен непосредственно Богом и Богом же благословлено любое действие правителя. Он, как и каждый человек, имеет свободную волю и потому способен творить зло, т. е. отдавать противоречащие божественным законам приказы. В этих случаях суждения о законности происхождения и использования власти правителя принадлежат церкви. Вместе с тем мыслитель признавал право подданных на свержение главы государства, если тот явно творит зло. Как уже отмечалось, судьей в таких случаях призвана выступать церковь, что практически означает ограничение власти светского правителя волей католического духовенства.

Таким образом, политические идеи наиболее видных мыслителей Средневековья по своей сути укладываются в рамки предыстории политической науки. Хотя в это время представления о политике и получали названия «ars politica» («политическое искусство»), «scientia politica» («политическая наука»), «doctrina politica» («политическое учение») и даже «santissima civilis stientia» («божественная гражданская наука»), пройдет еще немало времени, пока идеи мыслителей о политике и власти разовьются во вполне научную дисциплину.

2.2. Становление политологии в качестве самостоятельной области научного знания

Вклад мыслителей эпохи Возрождения

Новый этап в развитии представлений о политике и власти начинается с эпохи Возрождения. Вместо одностороннего, однозначного религиозного объяснения политических явлений выдвинутые мыслителями этого периода концепции основывались на положениях о естественном характере человека, приоритете его земных интересов и потребностей. Систему разрабатываемых мыслителями Возрождения идей относительно государства, общества и личности можно определить как гражданскую концепцию политики.

Наиболее ярким представителем политической науки в эпоху Возрождения по праву считается флорентиец Никколо Макиавелли. Важным его вкладом в историю политической мысли явилось то, что теологической концепции государства он противопоставил концепцию светского государства, выводя его законы из разума и опыта, а не из теологии. Политика, по его мнению, есть лишь автономная сторона человеческой деятельности, она является воплощением свободной человеческой воли в рамках необходимости. Политику определяют не Бог и мораль, а сама практика, естественные законы жизни и человеческая психология. Макиавелли приходит к пониманию того, что в конечном счете в основе политической деятельности лежат реальные интересы, корысть, стремление к обогащению.

Здесь необходимо особо подчеркнуть, что главным в политических воззрениях Макиавелли является выдвинутый им принцип политического реализма, который предполагает учет в политике подлинных условий действительности, подчинение политических действий практическим интересам и оставление без внимания того, что должно быть согласно априорным схемам или предписаниям религиозной морали. Вот как выражает эту мысль Макиавелли в знаменитом труде «Государь»: «Теперь остается рассмотреть, как государь должен вести себя по отношению к подданным и союзникам. Зная, что об этом писали многие, я опасаюсь, как бы меня не сочли самонадеянным за то, что, избрав тот же предмет, в толковании его я более всего расхожусь с другими. Но, имея намерение написать нечто полезное для людей понимающих, я предпочел следовать правде не воображаемой, а действительной – в отличие от тех многих, кто изобразил республики и государства, каких в действительности никто не знавал и не видывал. Ибо расстояние между тем, как люди живут и как должны бы жить, столь велико, что тот, кто отвергает действительное ради должного, действует скорее во вред себе, нежели на благо, так как, желая исповедовать добро во всех случаях жизни, он неминуемо погибнет, сталкиваясь с множеством людей, чуждых добру. Из чего следует, что государь, если он хочет сохранить власть, должен приобрести умение отступать от добра и пользоваться этим умением смотря по надобности» [45. С. 344–345].

Таким образом, в отличие от мыслителей Средневековья, которые все же не выделяли политические идеи из этики, философии, истории или теологии, Макиавелли рассматривал учение о политике в качестве самостоятельной области знания. И хотя ему были еще не ведомы научные методы анализа политической действительности, тем не менее он уже уподоблял политические явления естественным, природным фактам, подчиняющимся объективным закономерностям. В центр своего политического учения он ставил проблему государственной власти и подчинял политические исследования решению практических задач государственной жизни. Вычленив государство, политическую власть в качестве самостоятельного предмета изучения, Макиавелли фактически положил начало существованию новой научной дисциплины – политической науки, или политологии, здание которой затем возводили поколения мыслителей различных стран.

Еще одним видным мыслителем эпохи Возрождения является француз Жан Боден. Свои представления о власти и политике он изложил в работе «Шесть книг о государстве». Ему принадлежит одна из самых значительных политических идей того времени – идея государственного суверенитета (от фр. souverain – носитель верховной власти). По его мнению, самым существенным признаком государства является суверенитет, под которым он понимал высшую, абсолютную и постоянную власть над подданными в политическом сообществе. Высший характер государственной власти Боден усматривал в том, что она всегда обладает верховенством, стоит выше всех других видов господства. Абсолютность власти состоит в том, что она не ограничена какими-либо условиями и, несмотря на свою сложную структуру, выступает как единое целое, является неделимой. Постоянство же означает, что государственная власть не установлена кем-либо и на какой-либо срок, а существует по собственному праву. Надо заметить, что понятие суверенитета стало одним из самых употребляемых не только в политической, но и в правовой науке. Бодену принадлежит также идея о влиянии климата на государственное устройство у различных народов.

Политические концепции западных мыслителей XVII – начала XIX в.

С начала Нового времени до середины XIX в. происходил процесс формирования представлений о государстве, власти, политических институтах и политической деятельности в современном их понимании. Постепенно мир политики стал рассматриваться как особая область жизнедеятельности людей. Одновременно политическая сфера становилась важнейшим объектом научного анализа, а знание о мире политики вычленялось из комплекса социальных и гуманитарных наук в качестве самостоятельной научной дисциплины с ее собственными предметом, понятийно-категориальным аппаратом и методами исследования.

Вехами в этом процессе стали произведения крупнейших представителей Просвещения – идейно-политического течения XVII–XIX вв. К ним прежде всего следует отнести работы Гуго Гроция «О праве войны и мира» (1625), Баруха Спинозы «Политический трактат» (1677), Томаса Гоббса «Левиафан» (1651), Джона Локка «Два трактата о правлении» (1690), Шарля Монтескье «О духе законов» (1748), Жан-Жака Руссо «Об общественном договоре» (1762). Их авторами разработан ряд вошедших в содержание политической науки теоретических концепций относительно происхождения и сущности государства и права, форм демократии, гражданского общества и др.

В частности, по мысли Томаса Гоббса, государство возникло на основе общественного договора из естественного догосударственного состояния людей. Государство было учреждено по воле людей в целях обеспечения порядка и мира. В результате общественного договора на государя были перенесены права отдельных граждан, тем самым добровольно ограничивших свою свободу. Но на государя одновременно была возложена функция охраны мира и благоденствия. При всех различиях концепция общественного договора составляла суть интерпретации государства Гроцием, Спинозой, Локком и др. Одновременно в теории общественного договора получает развитие и основополагающий принцип правового государства: подчинение всех, включая само государство, власти закона.

Джону Локку и Шарлю Монтескье принадлежит приоритет в разработке теории разделения властей, принципы которой были сначала положены в основу устройства государственной власти в США, а затем и во многих других странах. Первый из них обосновал идею разделения властей как путь к обеспечению необходимого людям порядка, второй – как способ их защиты от анархии и от диктатуры. «Чтобы не было возможности злоупотреблять властью, – пишет Монтескье в своем знаменитом труде «О духе законов», – необходим такой порядок вещей, при котором различные власти могли бы взаимно сдерживать друг друга… Если власть законодательная и исполнительная будут соединены в одном лице или учреждении, то свободы не будет… Не будет свободы и в том случае, если судебная власть не отделена от власти законодательной и исполнительной. Все погибло бы, если бы в одном и том же лице или учреждении, составленном из сановников, из дворян или простых людей, были соединены три власти: власть создавать законы, власть приводить в исполнение постановления общегосударственного характера и власть судить преступления или тяжбы частных лиц» [52. С. 134–139].

Жан-Жак Руссо в своем главном сочинении «Об общественном договоре» разрабатывал учение о народном суверенитете как осуществлении общей воли. Он считал, что никакой парламент не может представлять народ, а поэтому каждый закон должен быть принят всем народом, т. е. плебисцитом. «Депутаты народа, – писал Руссо, – не являются и не могут являться его представителями; они лишь его уполномоченные; они ничего не могут постановлять окончательно. Всякий закон, если народ не утвердил его непосредственно сам, недействителен; это вообще не закон» [68. С. 222]. Избранники народа, по мысли Руссо, должны заниматься только исполнением законов, перед которыми все равны.

Логическим развитием идей европейского Просвещения явились политические идеи американских мыслителей Бенджамина Франклина, Джона Адамса, Томаса Джефферсона, Джеймса Медисона, Александера Гамильтона и др. Многие из выдвинутых ими положений формулировались в ходе борьбы США за свою независимость как политические требования, а затем были закреплены в конституционных документах. К числу важнейших из них, вошедших в фундамент современной политической и правовой науки, относятся: идея о том, что все люди от природы свободны, независимы и обладают некоторыми неотчуждаемыми правами и прежде всего правом на жизнь, свободу и на стремление к счастью; право народа на политическое самоопределение и независимое существование; право народа сменять такое правительство, которое не отвечает своему назначению – обеспечивать достижение всеобщего счастья и безопасности; дополнение идеи разделения властей идеей системы сдержек и противовесов, обеспечивающих равновесие между соперничающими властями; идея судебного надзора за конституционностью принимаемых законов.

Значительные заслуги в развитии политических идей принадлежат немецким мыслителям Иммануилу Канту, Иоганну Готлибу Фихте, Георгу Вильгельму Фридриху Гегелю. Кант, к примеру, большое внимание уделял обоснованию идеологии либерализма. Краеугольным принципом его политической теории является положение о том, что каждый человек обладает абсолютной ценностью и не может быть орудием осуществления каких бы то ни было целей. Этот нравственный по своей сути закон он назвал «категорическим императивом», считая, что его велением должны руководствоваться все люди. В своем гуманистическом трактате «К вечному миру» Кант разработал проект установления «вечного мира» путем создания всеохватывающей федерации самостоятельных равноправных государств. Фихте был убежден, что целью государства является развитие личности и что «совершенное государство само по себе поставит своей задачей доставление каждой личности (в соответственной мере) возможности такого развития» [3. Т. 1. С. 608]. Гегелю же принадлежит заслуга разработки и разграничения категорий «государство» и «гражданское общество». Последнее он определял как сферу реализации частных интересов и целей отдельной личности. Государство же, считал он, призвано снимать противоречия между семьями и сословиями, между индивидами и обществом. Как видно, идеи немецких мыслителей не потеряли своего значения и в настоящее время.

Политическая наука второй половины XIX – начала XX в.

Во второй половине XIX – начале XX в. познанию политической действительности придается полностью научный характер. Заслуга в этом принадлежит, прежде всего, таким исследователям, как Алексис де Токвиль, Аллен Стюарт Милль, Карл Маркс, Фридрих Энгельс, Герберта Спенсера, Людвиг Гумплович, Эмиль Дюркгейм, Макс Вебер, Роберто Михельс, Гаэтано Моска, Вильфредо Парето, Моисей Яковлевич Острогорский, Артур Бентли и др. В этот период предметом политических исследований становятся различные аспекты поведения людей в связи с их участием в политике. Результатом их усилий являлось прояснение таких центральных проблем политической жизни, как причины смены общественно-политического устройства, сущность государственной власти и особенности властвования, становление политических институтов, формирование и поведение управляющих (элита) и управляемых (масса) слоев, значение в политике заинтересованных групп, присущие им политические взгляды и представления, роль служащих государственных органов (бюрократии) в осуществлении властных решений и др. В поисках ответа на поставленные исследовательские проблемы и вопросы ими стали применяться такие научные методы, как наблюдение, анализ, синтез, сравнение и др.

Представление о вкладе каждого из названных исследователей в политическую науку может дать простое перечисление их основных работ. К ним относятся: «О демократии в Америке» (1835–1845) и «Старый порядок и революция» (1846) А. де Токвиля, «Соображения о представительном правлении» (1861) Дж. С. Милля, «Гражданская война во Франции» (1871), «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта» (1852), «Капитал» (Т. 1, 1867) К. Маркса, «Происхождение семьи, частной собственности и государства» (1884) Ф. Энгельса, «Должная сфера деятельности правительства» (1843) Г. Спенсера, «Раса и государство» (1875), «Расовая борьба» (1883) Л. Гумпловича, «О разделении общественного труда» (1893) Э. Дюркгейма, «Политика как призвание и профессия» (1919) М. Вебера, «Социология политической партии в условиях демократии» (1911) Р. Михельса, «Теория правительств и парламентское правление» (1884), «Современные конституции» (1887), «Основы политической науки» (1896) Г. Моска, «Руководство по политической экономии» (1906) и «Трансформация демократии» (1921) В. Парето, «Демократия и организация политических партий» (1902) и «Демократия и партийные системы США» (1910) М. Я. Острогорского, «Процесс осуществления правительственной власти: изучение общественных давлений» (1908) А. Бентли (1870–1957)и др.

К этому времени относится возникновение научных учреждений, специализирующихся на исследованиях в области политических отношений. Первым из таких учреждений была созданная во Франции в 1871 г. свободная школа политической науки (ныне – Институт политических исследований Парижского университета). В 1880 г. была основана Школа политических наук в Колумбийском колледже США, в 1895 г. создается Лондонская школа экономической и политической науки, а в 1920 г. – Берлинская высшая школа политической науки. С начала XX в. создаются профессиональные объединения политологов. Практически первым из них стала основанная в 1903 г. в США Американская ассоциация политической науки.

В России традиция изучения политики в рамках академической науки также возникает во второй половине XIX в. Первыми собственно политологическими исследованиями можно считать работы Б. Н. Чичерина «О народном представительстве» (1866), «История политических учений» (1869–1902), «Курс государственной науки»(1894–1898), «Мир и война» (1870), А. И. Стронина «Политика как наука» (1872), М. М. Ковалевского «Историко-сравнительный метод в юриспруденции и приемы изучения права» (1880). Названия их работ указывают на те проблемы, которые были предметом исследовательского поиска. Благодаря их усилиям в России к началу XX в. значительно продвинулась вперед социология политики.

2.3. Развитие политической науки в XX–XXI вв.

Бихевиоральный период политической науки

Начало данного периода относится к 1920–1930 гг. и связывается с исследованиями представителей Чикагской школы политической науки. Название его происходит от термина «бихевиорализм» (от англ. behaviour – поведение) – так обозначается методологический подход в политической науке, принципы которого заложили представители данной исследовательской школы. Бихевиорализм предполагает исследование политики через изучение поведения ее участников или действующих в ней лиц. Основателем школы является выдающийся американский ученый Ч. Мерриам, который с 1923 по 1940 г. возглавлял отделение политической науки Чикагского университета. Видными представителями школы на начальном этапе ее развития являлись Г. Лассуэлл, X. Госнелл, К. Райт, Л. Уайт, а в последующем – Д. Труман, Р. Даль, С. Липсет и др. Новации, привнесенные ими в политическую науку, были столь существенными, что их стали определять как «чикагскую», или «бихевиоральную», революцию.

Приоритет в обосновании новой методологии политических исследований, необходимости широкого использования количественных методов и обеспечения тесной связи политической науки с действительностью принадлежит Ч. Мерриаму. Эти и другие вопросы он изложил в своего рода программной книге «Новые аспекты политики» (1925). Главным предметом своих исследований Ч. Мерриам сделал феномены власти и демократии. Первой крупной исследовательской программой с использованием нового подхода, выполненной Мерриамом совместно с Госнеллом, явилось изучение установок шести тысяч избирателей во время выборов мэра Чикаго в 1923 г. Полученные результаты своих многочисленных исследований он изложил в книгах «Политическая власть: ее структура и сфера действия» (1934), «На повестке дня демократии» (1939), «Что такое демократия?» (1941) и др. Широта и глубина научного анализа, размышления о перспективных направлениях политических исследований, гуманистическая направленность обеспечили Мерриаму всемирное признание как одному из классиков современной политической науки.

Большой вклад в развитие бихевиорального подхода внес Г. Лассуэлл. В центре его научных интересов были проблемы политического поведения, пропаганды, выработки политических курсов, роль массовых коммуникаций в функционировании власти, значение элит в обществе и др. Он предложил использовать методы социальной психологии, психоанализа и психотерапии в исследованиях человеческого измерения политики, став тем самым основоположником политической психологии. Широкую известность получила выдвинутая им модель массовой коммуникации. Г. Лассуэллу принадлежит одно из первых научных определений пропаганды, в том числе политической. Он стал также первым исследователем взаимодействия физиологических, эмоциональных и когнитивных процессов, применявшим лабораторные методы анализа. Лассуэлл является автором около 60 книг и более 600 статей, среди которых «Технология пропаганды в мировой войне» (1927), «Психопатология и политика» (1930), «Политика: кто получает, что, когда и как» (1936), «Будущее политической науки» (1963), «Революционные элиты мира» (1965, в соавторстве), «Мировые приоритеты» (1977) и др.

Наряду с непосредственными творцами «бихевиоральной революции» в области политологии Мерриамом и Лассуэллом, большую роль в укреплении репутации Чикагской школы политической науки сыграли их коллеги К. Райт и Л. Д. Уайт. Первый из них предпринял исследование войн, в ходе которого проверял верность выдвинутых гипотез количественными методами. Полученные результаты он изложил в книге «Исследование войн» (1942). Второй специализировался на проблемах социального управления. В частности, он занялся исследованием еще до него поставленного вопроса о том, «почему в Америке лучшие люди не занимаются политикой». Его книга «Престижные ценности общественной деятельности», основанная на эмпирических исследованиях, вышла в свет в 1929 г. Заслуживает особого упоминания книга С. Липсета «Человек политический», вышедшая в 1965 г. и в течение последующих двадцати лет являвшаяся наиболее цитируемой специалистами в области политической науки [61. С. 137].

Бихевиоральный период в развитии политической науки продолжался и после Второй мировой войны практически до конца 1960-х гг. На конференции Американской ассоциации политических наук в 1969 г. ее тогдашний глава Д. Истон заявил, что «бихевиоральная революция завершена», что одновременно означало провозглашение начала постбихевиорального периода в политических исследованиях. Истон считал, что чрезмерное увлечение исследованием поведения ведет к утрате связи с действительностью и что понять смысл актуальных социальных проблем важнее, нежели в совершенстве владеть исследовательской техникой. Поэтому главным смыслом постбихеовиорализма является восстановление значения престижа политической теории, а следовательно, и значения общетеоретического подхода к изучению политики. Однако это вовсе не означает отрицания роли бихевиорализма в развитии политической науки и его значения для современных исследований. Постбихевиоральный этап характеризуется сочетанием различных методов исследования политики – традиционных, бихевиорального и новейших.

Политическая наука во второй половине XX в.

Прежде всего необходимо отметить, что во второй половине XX в. получают свою дальнейшую разработку проблемы, являвшиеся предметом внимания исследователей в предыдущие периоды развития политической науки. В частности, были продолжены на основе институционального метода исследования функционирования государственных институтов, феномена «корпоративизма», а также роли политических партий в развитии демократического процесса. По данной проблематике, например, политологам нашей страны хорошо известны работы М. Дюверже «Политические партии» (1951) и Ч. Р. Миллса «Властвующая элита» (рус. изд. в 1959 г.).

В 1950-е гг. на основе достижений таких крупных теоретиков, как М. Вебер и Э. Дюркгейм, разрабатываются системный и структурно-функциональный подходы в исследовании политики. Наиболее существенный вклад в развитие этого направления внесли Т. Парсонс, Г. Истон, Г. Лассуэлл, Г. Алмонд и др. В частности, Парсонс первым применил системный подход к рассмотрению общества, представив его как сложную социальную систему. Истон впервые в политической науке применяет понятие «система», ему же принадлежит приоритет в разработке модели функционирования политической системы. Алмонд, развивая теорию политической системы, сосредоточил свое внимание на выяснении ее связей со средой. В работах Лассуэлла уделяется главное внимание раскрытию роли массовых коммуникаций в функционировании политической системы.

Как весьма существенный вклад в развитие политической науки расценивается теория рационального выбора, основы которой разработал американский исследователь Э. Даунс (р. 1930 г.) в книге «Экономическая теория демократии» (1957). Ее автор предпринял попытку объяснить с помощью экономических моделей и методов действия индивидов во время выборов или голосования в органах власти. Исходным в данной теории является положение о том, что индивиды, движимые собственным интересом, рациональны в своих поступках и потому во время выборов отдают свои голоса тем кандидатам или партиям, которые предлагают наиболее отвечающий их интересам политический курс, либо предпочитают вообще не участвовать в голосовании, если ни одна из предлагаемых альтернатив их не устраивает. По Даунсу партии и кандидаты предлагают свои предвыборные платформы, руководствуясь исключительно интересами победы (других рациональных мотивов у них нет); люди же идут на выборы, если ожидают, что польза от их участия (т. е. вес конкретно их голосов будет решающим) в голосовании за «своего» кандидата превысит издержки, связанные с получением информации, поездкой на избирательный участок и т. п. Согласно некоторым оценкам, теория рационального выбора является второй (после поведенческой) революцией в политической науке. Однако, если данная теория позволяет достаточно точно объяснять поведение людей во время выборов, то проблему преобразования того, что является рациональным для отдельного индивида в рациональное для всех, она не раскрывает. Во всяком случае, как отмечает Г. Алмонд, приверженцы теории рационального выбора на новый уровень подняли аналитический аппарат политической науки [61. С. 106].

Важным достижением 1970-х гг. стала разработка нормативного направления в американской политической науке. В частности, широкий резонанс среди исследователей вызвала книга Дж. Роулза «Теория справедливости» (1971). Ее автор предпринял попытку разработать принципы справедливости, которые могли бы быть положены в основу современного демократического общества. Как полагает Роулз, нет никакой несправедливости в бо́льших преимуществах, заработанных немногими, при условии, что менее удачливые тем самым улучшают свое положение. Нормативной основой такой формулы справедливости являются два принципа: 1) «каждый человек должен иметь равные права в отношении наиболее обширной схемы равных основных свобод, совместимых с подобными схемами свобод для других»; 2) «социальные и экономические неравенства должны быть устроены так, чтобы: а) от них можно было бы разумно ожидать преимущества для всех и б) доступ к положениям и должностям был бы открыт всем». Данные принципы, полагает Роулз, обеспечивают такое положение, при котором каждый человек имеет выгоду от допустимых неравенств в доходах или власти. Их соблюдение является условием возникновения желания «к сотрудничеству у каждого, включая тех, чье положение ниже» [3. Т. 2. С. 690]. С момента выхода и по настоящее время книга Роулза является одной из самых упоминаемых в политологической литературе.

Примерно в те же годы разрабатываются концепции политики на основе коммуникативного подхода. Среди первых их авторов следует назвать X. Арендта и К. Дойча. В последующем значительное продвижение в объяснении политики как системы коммуникаций и соответствующих техник общения членов политического сообщества связаны с разработками Н. Лумана и Ю. Хабермаса. Первый из них раскрывает социальную систему через понятие «интеракции»: простейшие из таких систем образуются через взаимосогласование действий и переживаний присутствующих участников общения, а такой тип социальной системы, как общество, есть результат всех действий, достижимых для соотнесения друг с другом в коммуникации. С именем второго связана разработка тории коммуникативного действия, в которой посредством категории «коммуникация» дается критическая оценка сущности современного общества и обосновываются пути преодоления его пороков.

Во второй половине XX в. сделан существенный шаг вперед в понимании политической культуры, ее влияния на формирование и функционирование политических институтов, а также в изучении политических субкультур элитарных и других социальных групп. Приоритет во введении понятия «политическая культура» и осуществлении его интерпретации принадлежит Г. Алмонду. В последующем его разработкой занимались также американцы С. Верба, Л. Пай, Р. Инглхарт и др., англичанин Р. Роуз, немецкий исследователь К. фон Бейме, французы М. Дюверже и Р.-Ж. Шванценберг, другие политологи в различных странах. Классической работой по данной проблеме являются совместный труд Г. Алмонда и С. Вербы «Гражданская культура» (1963). Политико-культурный подход лежит в основе хорошо известной работы С. Хантингтона «Столкновение цивилизаций» (1996).

В рассматриваемый период истории политической науки значительное развитие получила теория демократии, пионерами которой в Новое время были Ж.-Ж. Руссо, А. де Токвиль, Дж. С. Милль, Т. Джефферсон (1743–1826), Дж. Медисон и др. Новый интерес к теории демократии в западной политологии проявился после Второй мировой войны, который с тех пор носит устойчивый характер. Надо отметить, что начало такому интересу положила вышедшая еще в 1942 г. книга Й. Шумпетера «Капитализм, социализм и демократия», в которой разработаны основы элитистской теории демократии. Проблеме демократии всю свою жизнь посвятил Р. Даль, работы которого «Введение в теорию демократии» (1956), «Плюралистическая демократия в США» (1967), «Полиархия: участие и оппозиция» (1971), «Демократия и ее критики» (1989), «О демократии» (1998) и другие переведены на многие языки и очень популярны. Большой вклад в разработку проблем демократии внесли также А. Лейпхарт, Дж. Сартори, С. Хантингтон и др.

Значительное внимание в современной западной политической науке традиционно уделяется теории бюрократии. Концепция, основы которой разрабатывал на рубеже XIX–XX вв. М. Вебер, свое наиболее полное и систематическое развитие получила в работах Р. Мертона, А. Гоулднера, С. М. Липсета и др. Важнейшим предметом их исследований являются вопросы об узаконении (легитимации) бюрократической власти, о соотношении бюрократии и демократии. Процесс бюрократизации представляется ими как явление, характеризующееся внутренне присущей западному обществу «рациональностью».

Появлением в первой половине XX в. феномена тоталитаризма была обусловлена необходимость его научного осмысления. Эта проблема значительное место заняла в трудах немецко-американского экономиста и политолога X. Арендта «Истоки тоталитаризма» (1951), австро-британского политического философа К. Поппера «Открытое общество и его враги» (1945), австро-американского экономиста и политолога Ф. фон Хайека «Дорога к рабству», немецкого политолога К. Хайдена «Вождь» (1944), французского политического мыслителя Р. Арона «Демократия и тоталитаризм» (1965), болгарского философа и политика Ж. Желева «Фашизм. Тоталитарное государство» (1967, изд. 1982 г.) и др. Авторы этих работ описывают тоталитаризм как общество, качественно отличное от всех, которые существовали в истории. Его возникновение и эволюцию они связывают с антилиберальными политическими течениями, отрицавшими ценность личности и рассматривавшими человека как момент в движении к некой коллективной цели. Экономические истоки тоталитаризма усматриваются в стремлении властей в экстремальных условиях решать экономические проблемы путем централизации управления и контроля над народным хозяйством. Интерес к проблеме тоталитаризма не снижается и по настоящее время.

Насыщенность XX в. международными событиями эпохального масштаба и значения – две мировые и холодная войны, результаты национально-освободительных движений, создание оружия массового поражения, исчезновение с политической карты мира одной из сверх держав и т. д. – дали новый импульс развитию теории международных отношений. В этой области политических исследований получили известность своими работами такие авторы, как англичанин Э. Карр, француз Р. Арон, американцы Г. Моргентау Дж. Розенау К. Уолтс, А. Франк, 3. Бжезинский, И. Валлерстайн, Р. Кеохейн, Дж. Най и др. В рамках международных исследований сложилось несколько теоретических школ, основными из которых считаются реализм (неореализм), либерализм (неолиберализм), неомарксизм и постмодернизм.

Отметим также интерес исследователей послевоенного периода к рассмотрению тенденций общественных изменений, в том числе мирового развития, и составлению на их основе политических прогнозов и программ. Главным результатом таких исследований стала теория постиндустриального общества. Свой вклад в ее разработку внесли французы Р. Арон, А. Турен, американцы У. Ростоу, Дж. Гэлбрейт, Д. Белл (р. 1919 г.), Э. Тоффлер и др. В наиболее полном и систематизированном виде теория постиндустриального общества изложена в книге Д. Белла «Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования» (1973). Согласно ее автору, который ввел термин «постиндустриального общество», такое общество предстает как особая историческая эпоха, идущая на смену индустриальному обществу, которое, в свою очередь, сменило традиционное (аграрное, доиндустриальное) общество.

Из этого краткого обзора развития политической науки в ХХ-XXI вв. (полный обзор потребовал бы написания большой монографической работы) видно, насколько разнообразными стали ее предмет и проблематика. За этот период наука о политике превратилась в многоотраслевую область научного знания, включающую в себя большой ряд теоретических и прикладных дисциплин. Ее ядро составляет политическая теория, представляющаяся многим собственно политической наукой. Среди отраслей политики следует назвать прежде всего сравнительную политологию, политическую философию, политическую социологию, политическую экономию, политическую психологию, политическую антропологию, политическую географию, политическую историю, политическую экологию, политическую футурологию, международную политическую науку. Можно выделить ряд научных субдисциплин, предметом которых являются еще более узкие области политической действительности – кратология, партология, элитология, транзитология, конфликтология, коммуникативная политология, геополитика и др.

После Второй мировой войны происходит официальная международная институционализация политической науки. В 1949 г. создается Международная ассоциация политической науки (МАПН). По рекомендации ЮНЕСКО политология включается в учебные планы высших учебных заведений, практически во всех западных университетах создаются кафедры, а то и факультеты политической науки. Все это, как отмечает Г. Алмонд, привело к «созданию крупной академической дисциплины, в рамках которой успешно развиваются многие отрасли; ее неуклонное движение вперед позволило нам значительно лучше понять политические процессы и их проявления» [61. С. 91]. Политическая наука США, заняв в 1920-1930-х гг. лидирующие позиции, удерживает их и в настоящее время.

Отечественная политическая наука в XX–XXI вв.

Весьма противоречивую и, может быть, трагическую картину представляет политическая мысль народов бывшего СССР в XX в. К началу этого периода, когда на политическую арену вышли широкие слои населения, российское общество, его интеллигенция оказались совершенно неподготовленными в вопросах политики. Об этом рассуждал Б. А. Кистяковский в статье «В защиту права (Интеллигенция и правосознание)», опубликованной в знаменитом сборнике статей «Вехи» (1909). Он справедливо обвинил значительную часть русской интеллигенции в недооценке важности закона и порядка для нормального развития государства и общества. В подтверждение он приводит большую выдержку из речи Г. В. Плеханова, в которой, в частности, имеются следующие слова: «Если бы в порыве революционного энтузиазма народ выбрал очень хороший парламент – своего рода «chambre introuvable» (фр. незаменимая палата), – то нам следовало бы стремиться сделать его долгим парламентом; а если бы выборы оказались неудачными, то нам нужно было бы стараться разогнать его не через два года, а если можно, то через две недели» [14, С. 135].

Б. А. Кистяковский справедливо называет провозглашаемые Плехановым идеи господства силы и захватной власти чудовищными и высказывает озабоченность их возможными печальными последствиями для общества.

К сожалению, опасения Б. А. Кистяковского подтвердились последующими событиями русской политической истории. В начале века перед страной открылась перспектива перехода к правовым, демократическим формам политической жизни. Но этот шанс реализовать не удалось. Демократическим нормам не желало следовать правительство. Не были заинтересованы в их становлении и развитии и противостоящие правительству революционеры. Парламентарии неистово атаковали друг друга и правительство, отвергая какие бы то ни было формы политического сотрудничества. Затем в ход пошли методы насилия, физического устранения политических противников. Народ вначале безмолвствовал, потом стал действовать по-своему в результате же страна оказалась ввергнутой в кровопролитную Гражданскую войну.

Очень неблагоприятным для развития политической науки было и последующее время. В стране подавлялась нестандартная, творческая мысль, а роль единственного генератора социально-политических идей присвоил себе И. В. Сталин. Им был выдвинут ряд политических постулатов, например об обострении классовой борьбы, о переходе к коммунизму в отдельно взятой стране, о сосредоточении власти в руках исполнительного аппарата государства, которые привели к массовым репрессиям, отчуждению народа от средств производства и власти.

Послесталинский период вплоть до середины 80-х гг. XX в. был отмечен засильем политического доктринерства, идеологического догматизма, неумением и нежеланием советских руководителей высших рангов учитывать отечественный политический опыт и достижения политической культуры других стран. В этих условиях политология как наука не имела самостоятельного статуса и не преподавалась в высших учебных заведениях.

Однако справедливости ради следует сказать, что в стране и в этот период все же жило трезвое критическое мышление. Интерес советских ученых к политическим исследованиям не исчезал, а с середины 1950-х гг. стал резко усиливаться. Ряд аспектов политики исследовались в рамках таких дисциплин, как история КПСС, политическая экономия, научный коммунизм и др. В 1960-е гг. появляется группа институтов Академии наук СССР, например Институт мировой экономики и международных отношений, Институт США и Канады, Институт Латинской Америки, Институт востоковедения и др., в которых значительная часть исследований была посвящена политологической проблематике. В 1960 г. создается Ассоциация политических наук, преобразованная в 1969 г. в Советскую (с 1991 г. – Российскую) ассоциацию политической науки. С середины 1970-х гг. в ряде вузов стали читать отдельные лекции и спецкурсы по актуальным проблемам советской и зарубежной политологии, а с 1989 г. курс политологии был введен в качестве обязательного во всех высших учебных заведениях страны.

С начала 1990-х гг. начинается новый этап развития отечественной политической науки. В высших учебных заведениях стран Содружества Независимых Государств были созданы кафедры политологии либо кафедры социально-гуманитарных наук, в состав которых включены и различные политологические дисциплины. В ряде высших учебных заведений открылись факультеты или отделения политологии, где готовят специалистов-политологов. В перечень научных специальностей, по которым присуждаются ученые степени доктора и кандидата наук, включены и политические науки. В большинстве постсоветских государств созданы и действуют советы по защите диссертаций, издаются специализированные журналы, проводятся многочисленные научные конференции, симпозиумы, круглые столы по теоретическим и практическим аспектам политики, налаживается международное сотрудничество ученых-политологов.

В Республике Беларусь институционализация политической науки началась в 1991 г., когда в Белгосуниверситете была создана кафедра политологии. Здесь же в 1992 г. на философско-экономическом факультете (с 1994 г. – на юридическом факультете) открывается отделение политологии и одновременно создается совет по защите докторских диссертаций по политическим наукам. В настоящее время подготовка специалистов по политологии осуществляется в Белгосуниверситете, Белорусском государственном экономическом университете (БГЭУ), Институте парламентаризма и предпринимательства, Институте правоведения. Докторантура и аспирантура по политическим наукам имеется в Белгосуниверситете, Академии управления при Президенте Республики Беларусь, Белорусском государственном экономическом университете, Белорусском государственном педагогическом университете имени Максима Танка, Республиканском институте высшей школы. В стране действует ряд аналитических центров, осуществляющих исследования в области политики, среди которых Информационно-аналитический центр при Администрации Президента Республики Беларусь, Минский научно-исследовательский институт социально-политических и экономических проблем, Научно-исследовательский институт теории и практики государственного управления Академии управления при Президенте Республики Беларусь, Независимый институт социальных, экономических и политических исследований и др. В 1993 г. создана Белорусская ассоциация политических наук (БАПН), с 1998 г. на базе кафедры политологии Белгосуниверситета действует Республиканское общество политологов. Ежегодно в стране проводятся десятки научных конференций по различным проблемам политической науки и практической политики. Фактически статус общереспубликанского форума политологов приобрела проводимая начиная с 2004 г. каждые два года в Гродненском государственном университете имени Янки Купалы Международная научная конференция под общим названием «Белорусская политология: многообразие в единстве».

Таким образом, в настоящее время политическая наука в Республике Беларусь, как и в других странах СНГ, является важным фактором научной и общественно-политической жизни. Ныне отечественные ученые-обществоведы осуществляют исследования по всем отраслям политологического знания. Их результаты все больше востребуются как представителями властных структур и общественных объединений, так и различными категориями граждан.

Раздел II. Теория политики

Глава 3. Политика как общественное явление

3.1. Понятие политики и ее основные интерпретации

Понятие политики и причины ее возникновения

Как мы уже знаем, исторически и содержательно термин «политика» связан древнегреческим полисом: политикой называлась деятельность свободных граждан, содержанием которой являлось управление полисным сообществом. В дальнейшем, когда полис как форма организации людей оказался достоянием истории, термин «политика» стали применять для обозначения деятельности по управлению объединениями людей, организованных подобно полису, а именно с наличием населения, занимающего определенную территорию; публичной, или политической, власти; обязательности для всех членов объединения установленных норм общежития; применения различных средств, включая физическое насилие, в отношении тех, кто нарушает порядок жизнедеятельности сообщества. Такую форму объединения людей принято называть политически организованным сообществом или государством. В предельно лаконичной форме ее особенности выразил Макс Вебер в своей работе «Политика как призвание и профессия»: «… государство есть то человеческое сообщество, которое внутри определенной области – «область» включается в признак! – претендует (с успехом) на монополию легитимного [узаконенного. – В.М.] физического насилия» [13. С. 645]. Именно право на физическое насилие, подчеркивал Вебер, есть то характерное для государства средство, которое используется для поддержания установленного порядка общежития в сообществе, а значит, и целостности самого сообщества.

Политика как деятельность по управлению государством возникает одновременно с самим государством как формой общественной организации. Правом на применение физического принуждения в нем наделяется выделенная из состава его населения группа людей, организованная в виде особых институтов, именуемых органами государственной власти и управления. Следствием этого является деление населения политически организованного сообщества на две неравные части: 1) обладающее властными полномочиями и стоящее над обществом меньшинство и 2) подвластное ему большинство, которое, по общему правилу, неоднородно. Это деление, в свою очередь, ставит различные группы большинства перед необходимостью бороться за обладание средствами государственной власти или обеспечение возможности влиять на их использование с целью регулирования своих групповых и общих интересов по собственному усмотрению. В традиционных и современных недемократических обществах эта борьба осуществляется в большей или меньшей мере не явным образом, а в демократических обществах, признающих несовпадение групповых интересов и допускающих соревнования групп людей в форме политического соперничества – в явном виде.

Вопрос о причинах возникновения государства, и, следовательно, политики достаточно хорошо исследован. Особенно много внимания ему уделялось марксистской аналитической традицией, трактовка которой в отечественном обществоведении доминировала практически на протяжении всего XX в. Однако заметим, что, согласно сравнительно-историческим исследованиям последних десятилетий, не существует какой-то одной-единственной причины возникновения государства. На этот процесс оказывали влияние самые разнообразные факторы, на которых и акцентируется внимание в тех или иных концепциях [36. С. 51–103].

К числу основных немарксистских концепций происхождения государства относятся: естественная, или неисторическая, концепция происхождения государства – государство существует по природе и по природе предшествует каждому человеку (Аристотель); теологическая – государство есть порождение божественной воли (Фома Аквинский); патриархальная – государство является результатом исторического развития семьи; абсолютная власть монарха служит продолжением власти отца, патриарха в семье (Р. Филмер); договорная – государство возникло в результате добровольного договора между людьми (Г. Гроций, Т. Гоббс, Дж. Локк, Ж.-Ж. Руссо и др.); органическая – государство есть возникший естественным путем в ходе борьбы людей за выживание единый организм, в котором правительство выполняет функции мозга (Спенсер); психологическая – государство есть результат врожденной психической потребности людей подчиняться (Г. Тард); концепция покорения – государство есть форма господства победителей над побежденными (К. Каутский, Л. Гумплович).

Согласно марксистскому, или историко-материалистическому, подходу к пониманию происхождения государства, данный институт возникает на определенной ступени развития человеческого сообщества. До его появления существовали сообщества людей, жизнедеятельность которых основывалась на кровнородственных связях, на осознании каждым индивидом своей ответственности за все сообщество. Формами такой организации являлись род, племя и союзы племен. Управление родоплеменной общностью обеспечивалось такими органами, как совет или общее собрание всего взрослого населения, старейшина, вождь (военачальник), совет старейшин. Каждый из этих органов обладал определенными полномочиями, которые они выполняли без особых средств принуждения. Если же возникала необходимость в принуждении соплеменников или в применении силы против внешних врагов, то оно осуществлялось всем взрослым населением.

Государство как форма организации сообщества людей, согласно марксизму возникает в процессе разложения родового строя как результат разделения общественного труда, появления частной собственности и раскола общества на группы или классы с несовпадающими интересами. Логически этот процесс может быть представлен следующим образом. С появлением разделения труда стало возможным производство излишков продукта, остающегося после удовлетворения первичных потребностей членов сообщества. Этот излишек приводит к социальным конфликтам, так как обладание им оспаривается различными лицами и группами. Те, кому удается распорядиться им по своему усмотрению либо вообще присвоить его в частном порядке, занимают господствующее положение по отношению к другим членам сообщества. Общество делится на конфликтующие социальные группы. Раздираемое внутренними противоречиями, общество уже не может обойтись без особой группы людей, стоящей над обществом и выполняющей с помощью средств принуждения функции поддержания целостности сообщества. Группа людей, деятельность которой образует новую отрасль разделения труда, становится самостоятельной, в том числе и по отношению к тем, кто ее уполномочил на выполнение данных функций. С этого момента вся жизнедеятельность людей осуществляется в рамках политически организованного сообщества, что и означает появление государства [48. Т. 21. С. 170].

Здесь необходимо отметить, что понимание государства как стоящей над обществом силы вовсе не является монополией марксизма. Оно очень распространено с самых древних времен. Да, господство, опирающееся на насилие как средство, – это существенная черта государства любого типа. И это его свойство чаще и охотнее всего избирается при рассмотрении государства как формы общественной организации. Однако, что касается специфики в понимании общественной роли государства, смысла применяемого им насилия, то в политической науке существуют два подхода.

Марксистская аналитическая традиция, как известно, признавая интегрирующую функцию государства, акцентировала внимание на том, что оно есть орган классового господства, орудие эксплуатации угнетенных классов, а другие аспекты его деятельности рассматривала в качестве вторичных. Из такого понимания государства вытекает, что свою объединительную функцию, т. е. задачу поддержания целостности сообщества, оно выполняет путем создания с помощью силы такого «порядка», который узаконивает и упрочивает угнетение одного класса другим. Такой подход к объяснению государства последовательно отстаивал В. И. Ленин.

Вместе с этим в политологии издавна развивается и другая традиция в понимании общественной роли государства. Она рассматривает государство как универсальную организацию, призванную обеспечивать оптимальную целостность сообщества путем налаживания сотрудничества всех его участников. Еще во времена, когда государство не отделяли от общества, назначение политики состояло в обеспечении жизни полиса как чего-то единого, целостного. Аристотель, например, рассматривал полис как некое множество определенным образом связанных и общающихся друг с другом людей ради достижения жизни благой [4. Т. 4. С. 379, 444, 452]. Выдающиеся мыслители последующих веков специфику государства также видели в его объединительной функции. В наше время политика уже не сводится только к деятельности государства, но традиция видения основной роли государства в обеспечении целостности общества, организованного взаимодействия больших социальных общностей сохраняется и теперь. При таком понимании государства его объединительная функция состоит в побуждении участников социальных общностей к частичному или полному отказу от индивидуальных и групповых устремлений ради интересов сообщества.

Чтобы обобщить сказанное, попытаемся ответить на вопросы, как же следует оценивать роль государства: как всеобщую организацию (Т. Гоббс, М. Вебер) или как комитет по управлению делами господствующего класса (К. Маркс, Ф. Энгельс)? Или, может быть, эти две традиции в понимании государства совместимы, отражают диалектические стороны одного и того же сложного явления?

Ответ представляется следующим. Во всех случаях государство выступает гарантом целостности сообщества. Однако выполнение государством данной роли сопряжено с двумя внутренне противоречивыми аспектами его деятельности. С одной стороны, деятельность государства подчинена реализации общих интересов и потому оно действительно есть орган целого. С другой стороны, эту свою функцию государство способно выполнять лишь при условии использования его теми, кто им управляет, в качестве средства обеспечения своих собственных интересов за счет ущемления в той или иной мере интересов общества как целого. В различные периоды общественного развития на передний план выступают либо первая, либо вторая стороны деятельности государства, но во всех случаях ни одна из них не исчезает.