Каждый последний вздох

Убедившись в том, что он мне ничем не поможет, я повернулась к Зейну:

– Почему у меня перья на крыльях?

Зейн медленно покачал головой.

– Я не знаю, Лейла. Никогда не видел ничего подобного.

– Лжешь, – прошипел Рот, метнув на него мрачный взгляд. – Ты уже видел это. Так же, как и я.

– Я не видела, – пробормотала Стейси. Она сидела, подтянув колени к груди, и, казалось, вот-вот разразится истерикой.

До недавнего времени Стейси не знала, кто такой Рот. Она даже не знала обо мне. Пожалуй, на нее обрушилось слишком много потрясений.

– Ладно. Когда и при каких обстоятельствах вы видели это раньше? – потребовала я ответа, нервно заглатывая воздух. – Мне что, теперь придется брить свои крылья?

– Малышка… – Губы Рота дрогнули в усмешке.

Я подняла руку, тыча в него пальцем.

– Не вздумай смеяться, придурок! Это не смешно. Мои крылья – уроды, издевка природы!

Он примирительно вскинул руки.

– Я не собираюсь смеяться, но думаю, что бритва тебе не понадобится. К тому же многие создания имеют перья на крыльях.

– Например? – не унималась я. Неужели есть еще более экзотические сверхъестественные существа, с которыми я не знакома?

– Скажем… ястребы, – ответил демон.

Я нахмурилась.

– Ястребы? Ястребы?

– И орлы?

– Я не птица, Рот! – Я начинала терять терпение. – Почему у меня перья на крыльях?! – завопила я, на этот раз снова обращаясь к Зейну. – Ты видел это раньше? Где? Кто-нибудь скажет мне…

И тут я замолчала, потому что пол подо мной вдруг зашатался. Дрожь нарастала, поднимаясь вверх по стенам, сотрясая зеркало и картины в рамах. С потолка посыпались ошметки штукатурки. Дом заходил ходуном, и от усиливающегося грохота закладывало уши.

Стейси вскочила с дивана, хватая Зейна за руку.

– Что происходит?

Забыв про крылья, я обменялась взглядом с Зейном. Что-то во всем этом казалось до боли знакомым. Я чувствовала это раньше, когда…

Слепящий золотой свет струился в окна, просачивался сквозь крохотные щели в стене и деревянных половицах. Мягкие светящиеся блики побежали по потолку, стекая вниз. Я отпрыгнула в сторону, едва не угодив под эти капли. Мне ли не помнить, что произошло в последний раз, когда я по глупости прикоснулась к свету.

Для таких, как я, это погибель. Так же, как и для Рота.

– Черт, – пробормотал он.

У меня замерло сердце, когда гул оборвался и красивое свечение исчезло. В мгновение ока Рот оказался рядом со мной, схватив меня за предплечье.

Стейси шмыгнула носом, принюхиваясь.

– Почему пахнет кондиционером для белья?

Она была права; воздух наполнился новым запахом. Мне он казался мускусным и сладким. Небеса… небеса благоухали любимым ароматом, но для каждого он был свой.

Зейн пихнул Стейси себе за спину, и у меня возникло чувство, что и Рот собирается вытолкать меня за дверь, чтобы спасти наши неангельские задницы, но тут по комнате прошла мощная волна. Сладкий аромат, вызвавший во мне прилив желания, сменился запахами клевера и ладана. Тепло спустилось по моей спине, и я поняла, что бежать слишком поздно.

О нет.

Стейси ахнула.

– Боже… – У нее закатились глаза, ноги подкосились, и она сложилась гармошкой. Зейн подхватил ее, прежде чем подруга рухнула на пол, но у меня уже не было времени, чтобы беспокоиться о ней.

Мы были не одни.

Я не хотела оборачиваться, но любопытство взяло верх. Я не могла не обернуться, потому что хотела увидеть их. Я должна была увидеть их, прежде чем они сотрут меня с лица земли. Рот наверняка чувствовал то же самое, потому что тоже обернулся. Теплый свет отражался от его щек. Он скосил глаза, и я посмотрела в сторону дверного проема.

Двое из них застыли в дверях, как часовые, почти двухметрового роста или даже выше. Их красота слепила глаза. Волосы цвета пшеницы, мерцающая кожа, улавливающая частички света. Они не были ни чернокожими, ни белокожими, в них как будто смешались все цвета сразу. Глазные яблоки поражали белоснежной чистотой, лишенные радужки и зрачков. Просто белое полотно, и я невольно задалась вопросом, как же они умудряются видеть. С голыми торсами, в каких-то холщовых штанах, босые, широкоплечие, как Стражи, они несли за спиной роскошные белые крылья, не меньше четырех метров в размахе.

И тоже оперенные.

Впрочем, в отличие от моих, эти перья были усеяны сотнями глаз – вернее, глазных яблок. Они не моргали, но постоянно вращались, обозревая все и сразу.

Каждое из существ держало золотой меч устрашающих размеров – наверное, с мою ногу. Они являли собой, пожалуй, самое причудливое зрелище из всех, что я когда-либо видела, а я за свои семнадцать лет повидала немало.

И вот они стояли перед нами – те, кто дирижировал этим маленьким спектаклем под названием «жизнь», кто создал Стражей и кого демоны считали самым страшным злом. Не было еще в истории мироздания случая, чтобы они терпели рядом с собой присутствие кого-либо с примесью демонической крови. Расправа наступала мгновенно.

Я почувствовала, как мои крылья – мои перистые крылья – теснее прижались к спине. Даже не знаю, почему я попыталась спрятать их в этот момент – видимо, во мне заговорила природная застенчивость. Однако мне не хотелось возвращаться в человеческую форму, во всяком случае, у них на глазах.

Я не могла оторвать взгляд от этих созданий. Благоговейный трепет и страх сражались во мне. Это же… ангелы, и их покрытые перьями крылья чуть ли не светились, настолько они были белоснежными. Мне никогда не разрешали приближаться к Альфам, даже когда они являлись во владения Эббота, чтобы встретиться с главой клана. Всякий раз меня заставляли покинуть дом, и я уже не чаяла когда-нибудь их увидеть.

Мною овладело безотчетное желание подойти к ним, и побороть его удалось лишь ценой отчаянных усилий. Я глубоко вдохнула, и исходящий от них аромат показался мне божественным.

Внезапно Рот дернулся, и мое сердце застряло где-то в горле. Ужас просочился в каждую клеточку. Неужели они с ним что-то сделали? И тут я увидела это. Тень отделилась от него, растворяясь в воздухе перед нами. Мне уже доводилось видеть такое, когда татуировки-фамильяры спрыгивали с его кожи.

Я знала, что это не Бэмби и не котята, потому что тень выскочила из самой интимной зоны… ну, в общем, из-под ремня на джинсах. Там существовала только одна татуировка – единственная, которую я никогда не видела полностью.

Дракон-фамильяр, который, как предупреждал Рот, мог оторваться от его кожи, только когда пахло жареным или хозяин здорово злился.

Сейчас здесь были Альфы, и Тампер, наконец, вышел порезвиться.

Глава 2

Собираясь с силами для встречи с большим и крайне опасным драконом, я напряглась и затаила дыхание. Мы все были обречены на ужасную смерть в огне.

Тень стала огромной, когда рассыпалась на тысячи черных точек, и они взвились в воздух, подобно мини-торнадо, принимая очертания и форму. Мгновение – и радужные голубовато-золотистые чешуйки зажглись на животе и спине дракона. Проросли темно-красные крылья, вытянутая гордая морда и когтистые задние лапы. Его глаза были под стать глазам Рота, ярко-желтые.

Ничего не скажешь, красивое существо.

Но… дракон оказался размером с кота – причем маленького.

Не совсем то, что я ожидала увидеть.

Он бесшумно взмахнул крыльями и завис слева от Рота, охаживая себя хвостом – крошечным и таким… милым.

Я медленно захлопала ресницами.

– Так у тебя… карманный дракон?

Зейн фыркнул позади меня.

Тяжелый вздох вырвался у Рота.

Над жизнью каждого из нас нависла смертельная опасность, и всем нам, вероятно, суждено было умереть, но Роту и Зейну уж точно не пришлось бы сожалеть об утраченной любви друг к другу.

Дракон повернул голову в мою сторону, раскрыл пасть и издал пронзительный писк. Больше похожий на мяуканье. Облачко черного дыма вырвалось из пасти. Но никакого огня. Лишь темные дымные струйки со слабым запахом серы. Я удивленно вскинула брови.

– Убери фамильяра с глаз долой, – потребовал Альфа, заставляя меня вздрогнуть. Тот, кто заговорил, стоял справа от двери, и его голос, невероятно глубокий, раскатом грома прокатился по комнате и моему телу. На миг показалось, что у меня лопнут барабанные перепонки.

Я удивилась, что Альфы не уничтожили сразу Тампера, хотя, с другой стороны, карманный дракон вряд ли представлял собой угрозу.

Рот держался непринужденно, но я знала, что он, как тугая пружина, готов к встречному броску.

– Не дождешься.

Губы Альфы скривились в презрительной усмешке.

– Как ты смеешь говорить со мной? Я могу прикончить тебя, прежде чем ты успеешь сделать следующий вздох.

– Можешь, – спокойно ответил Рот. – Но не станешь.

Я вытаращила глаза. Грубить Альфам – пожалуй, это не самый удачный ход.

– Рот, – пробормотал Зейн. Его голос звучал ближе, но я не хотела отвлекаться от Альф и не обернулась, чтобы проверить, где он стоит. – Остынь.

Наследный принц ухмыльнулся.

– Не-а. И хочешь знать почему? Альфы могли бы убить меня, но они не собираются этого делать.

Стоявший напротив нас Альфа, который заговорил с нами, напрягся, но не перебивал Рота.

– Видишь ли, я – любимый наследный принц, – продолжал Рот, и его ухмылка становилась все шире. – И если они расправятся со мной, не имея на то никаких оснований, им придется вступить в схватку с Боссом. Вряд ли им этого захочется.

Я не верила ушам своим. Выходит, они не могли вот так запросто уничтожить Рота только потому, что он – Кронпринц Ада? А я-то всегда думала, что Альфы вольны делать все, что им заблагорассудится.

– Действительно, существуют правила, – заговорил другой Альфа. – Но это не значит, что они должны нам нравиться, поэтому я предлагаю тебе не испытывать судьбу, принц.

И тут Рот совершил немыслимое. Он поднял руку и показал Альфе средний палец.

– А это считается, что я нарываюсь, Боб?[2]

Ни фига себе, он опустил Альфу! Назвал Альфу Бобом! Неужели он это сделал? Или мне снится?

У меня отвисла челюсть, а миниатюрный Тампер кашлянул еще одним облачком дыма.

– Я не ослеплен вашей славой, – сказал Рот. – Сидите там на своих уютных облаках и судите каждое живое существо. Но не все в мире черно-белое. Вам это хорошо известно, и, тем не менее, вы не признаете серых оттенков.

Белые глаза Альфы заискрились электрическими разрядами.

– Недалек тот день, принц, когда ты встретишь свой конец.

– И сделаю это довольно эффектно, – отшутился Рот. – Уйду чертовски красиво.

Я зажмурилась на миг. Боже мой…

Альфа, что стоял справа, переступил с ноги на ногу, его большая рука крепче сжала рукоять меча, и у меня возникло такое чувство, будто он хочет вонзить клинок в Рота. Я решила, что пора отодрать язык от нёба.

– Вы здесь из-за Лилин, верно? Мы остановим его. – Я понятия не имела, как мы это сделаем, и, наверное, не стоило раздавать такие обещания существам, которые могли вмиг стереть меня в порошок, но я не видела другого выхода. Не только потому, что хотела во что бы то ни стало отвлечь их от Рота, но еще и потому, что Лилин действительно нужно остановить. Все, у кого есть душа, отныне находились в опасности. – Я обещаю.

– Лилин займутся Стражи. Они для того и созданы, это их работа – защищать человечество. Если они с ним не справятся, им придется расплатиться за это вместе с демонами, – ответил первый Альфа. – Но мы пришли за тобой.

Мое сердце снова остановилось.

– За мной?

Альфа, которого Рот окрестил Бобом, сощурил глаза.

– Ты – кощунство высшей пробы. Прежде ты была просто мерзостью, за которой надо было присматривать, но теперь ты стала воплощением порока, и мы не можем позволить тебе продолжать творить грязные дела.

Рот склонил голову набок, а Зейн рванулся вперед.

– Нет! – крикнул Зейн, складывая крылья. – Она никогда не делала ничего такого, что…

– О, неужели? – сухо ответил другой Альфа, грациозно выгибая крылья. Разбросанные среди перьев глаза забегали по комнате, а потом их взгляд – сотен глаз – устремился в мою сторону. – Мы видим все, Страж. Справедливость должна восторжествовать.

«Боб» поднял меч, и, прежде чем я успела что-либо сделать, Рот молниеносным движением выбросил вперед руку. Он схватил меня и оттолкнул к Зейну. Я отскочила от твердой груди Стража и наверняка свалилась бы, если бы Зейн не удержал меня, обхватив рукой за талию.

Тампер, по-прежнему круживший у плеча Рота, издал еще один писк…

… переросший в рев, от которого дом сотрясся еще сильнее, чем при появлении Альф.

Рот опустил голову, ухмыляясь.

– Как я уже говорил, размер имеет значение.