Слезы Моря

— Хотя бы перестаньте на меня смотреть.

Мужчина удивленно приподнял брови и показал кивком на едва заметную тропинку.

— Если хочешь, могу взять на руки. Или ступай осторожнее, не споткнись о корни.

От этой заботы не к месту, хотелось выругаться. Так, как это делают портовые грузчики. Но студентке Военно — морской Академии не пристало грубо выражаться. А жаль…

Тропинка минут через десять вывела нас к полуразрушенному храму. На старых, покрытых мхом камнях, сидел и водил по земле тонкой веткой мужчина, скорее всего, маг. Иначе, кто будет проводить обряд?

Его серый плащ лежал неподалеку. Сам он, одетый в белую рубашку и черные брюки, сразу же при нашем появлении встрепенулся.

— Привел?

— А это не очевидно, Рэм? — сквозь зубы прошипел водный маг.

Я удивленно на него посмотрела. Почему он злится?

Мужчина поднялся, запустил руку в короткие, торчащие ежиком волосы, вздохнул.

— Ты чем‑то ее напоил? — уточнил он.

— Нет. Она спокойна, как скала.

Я прикусила губу. Нет, они что, думали, я устрою истерику? Не бывать этому! В одном тогда была права магистр Тара: смерть нужно встречать достойно.

— Проходи в центр, — устало сказал водный маг, закатывая рукава и начиная заплетать волосы в косу.

Я сделала, как велели, отгоняя страх. Жаль только, что умру от рук мужчины, с которым сегодня впервые целовалось. Лучше бы тот, с короткими волосами проводил этот проклятый обряд! Но опять же, самое страшное не это. Я умру, люди получат Морские Слезы, а через год все повторится. Бессмысленно! И я тут же себя одернула, вспомнив о Шарлотте.

— Она меня пугает, — неожиданно сказал светловолосый, подходя ближе.

В руках он держал нож, лезвие которого сверкало странными витиеватыми иероглифами.

— Ты что‑то сама выпила, какое‑то успокоительное? — поинтересовался маг.

— Нет.

Больше я сказать ничего не могла, побоялась разреветься.

— Рэм, не трогай ее.

Водный маг подошел ближе, взял из рук светловолосого нож, обернулся ко мне.

— Ложись на камни.

Ноги меня не слушались, сердце колотилось, как бешеное. Маги же… Они, действительно, столь равнодушны или притворяются? А может, просто привыкли. Сколько таких, как я, ложились на эти камни?

Маг присел на корточки, наклонился, встречаясь со мной взглядом.

— Не смотри на то, что я делаю, поняла?

Я испуганно кивнула.

— Магия сейчас не позволит двигаться, — вздохнув, сказал он, разрешая утонуть в незабудковых искрах.

И я почувствовала, что водный маг прав. Шевелиться уже не получалось.

Мужчина отодвинулся, полоснул ножом по моим запястьям.

— Рэм, заклинание, — четкий уверенный приказ.

Я зажмурилась, вслушиваясь в шепот сначала одного голоса, потом уже двух. В голове стоял жуткий шум, а потом пришла боль. Настолько сильная, что я закусила губу до крови, решив не кричать. Из меня как будто вытягивали дыхание. И пытка казалась бесконечной. Я хотела открыть глаза, но слабость, такая неожиданная и жуткая, не дала этого сделать. Пришлось остаться в кромешной темноте.

В сознание ворвался шелест воды. Тихий, едва заметный, но уносящий боль и шум. Мне показалось, что на меня обрушилась стихия, забирая тревоги и усталость. И кто‑то ласковый шепчет, зовет за собой, манит… И неожиданно отпускает то ли чем‑то довольный, то ли просто наигравшись. Не понять.

Все оборвалось так резко, что я растерялась. Но главное, я чувствую себя по — прежнему живой. И запястья болят, и спина ноет, и каменный холодный пол чувствуется.

— Почти три тысячи Слез Моря, — тихо сказал Рэм. — Умерла.

Я попыталась открыть глаза и прошептать, что я жива, но тело не слушалось.

— Справишься?

— Да, Рэм. Можешь идти.

Невидимая магия исчезла, я глубоко вдохнула и открыла глаза, встретившись взглядом с водным магом.

— Жива, — как‑то неверяще прошептал мужчина.

— С ума, что ли, сошел?

— Рэм! Она глаза открыла. Неси аптечку!

— Что?

Второй маг оказался в поле моего зрения, и мне захотелось рассмеяться, такое у него было забавное выражение лица.

— Почему она жива? — удивился мужчина.

— Рэм! Аптечку!

Мага, как ветром сдуло.

— Потерпи, сейчас поможем. У нас есть заживляющая мазь.

Он стянул с себя камзол, а потом и белую рубашку, разорвал ту на лоскуты, перематывая мне запястья.

— Нашел! — послышался голос Рэма.

В глазах опять потемнело, поэтому когда рук коснулась прохладная вязкая масса, я скривилась.

— Нет, ты посмотри на нее! Когда умирала, даже не кричала, а теперь нос воротит! — возмутился маг.

— Принеси вина, — распорядился брюнет, помогая мне сесть.

Раздались шаги, потом звук открывающейся бутылки. Губ коснулся бокал.

— Пей же. Тебе нужно восстановить силы, счастливица, — усмехнулся голубоглазый, едва ли не сводя меня с ума своей улыбкой.

— Знаешь, Ал, я тоже не откажусь выпить, — сказал Рэм, садясь рядом и делая глоток прямо из бутылки. — За тебя, Шарлотта Алерэ!

Я вздохнула, на миг прикрыла глаза, открыла и шепотом созналась:

— Я не Шарлотта.

Алэрин.

От моего удара разлетелся камень, но боли в сбитых костяшках я не чувствовал. Лишь сел на холодный пол пещеры, сжимая виски руками. Ярость клокотала внутри такая, что я дышал с трудом.

— Да успокойся ты, Ал! Перестань себя изводить!

— Ненавижу его! Мог бы — убил, — прошипел я.

Рэм вздохнул и сел рядом.

— Напейся, а? Ну, хоть раз! Легче же станет! Забудешься… Хочешь, найду на эту ночь женщину? — последнее предложение от друга прозвучало настолько странно, что я обернулся.

Рэм вздохнул, достал из воздуха еще одну пыльную, явно из старых запасов, бутылку вина, открыл и хлебнул прямо из горла.

— Хочешь? — уточнил он.

Я вздохнул и устало поднялся.

— Ремня бы тебе всыпать за то, что силу так по — глупому тратишь, — проворчал я.

— Кто бы говорил! — фыркнул в ответ Рэм. — Вспомни, что ты в Волчке устраивал? Кто вместо того чтобы вымыть казармы, выбил потоком воды все стекла? А они, между прочим, были непробиваемыми. Сам ректор устанавливал. Он толк знает…

Я поморщился и тихо поинтересовался:

— Сколько ей лет?

— Двадцать.

Я выругался и с размаху ударил каменную кладку пещеры, в который мы находились. Сверху полилась морская вода, попадая за шиворот. Но пыл она остудить не смогла.

Девчонке, что выбрал Морской Бог, еще жить и жить! Замуж выйти, детей рожать… Морская бездна!

— Она — кадет, забыл? Если не завтра умрет, так на войне в ближайшей битве. И я не уверен, что такая смерть будет милосерднее, — откликнулся Рэм, явно читая мои мысли.

— Да откуда ты можешь знать, как повернется ее судьба?

— Боевые маги, к какой бы стихии они не принадлежали, дают клятву до последней капли крови защищать невинных.

— Она не маг, — заметил я.

— Да. Не маг, — согласился друг. — Но скажи, что это меняет? Ты не сможешь этому противиться, Ал. Морской Бог сильнее. Ты ведь знаешь.

Я снова ударил стену.

— Прекращай! Морская ведьма, да сколько можно? У меня голова от тебя гудит.

— Зачем ей нужен был этот проклятый камень, скажи? Неужели никто не понимает, что платит слишком высокую цену?

Друг вздохнул, выпил вина.

— Они всего лишь люди. Часть из них владеет волшебством, остальные же… Они хотят мира. И зачастую не думают ни о ком, кроме самих себя, Ал. Ты же сам это понимаешь, — Рэм снова вздохнул, прислушался. — Северные ветры несут бурю. Здесь переждем или отправимся в особняк?

Я ничего не ответил, лишь прислонился к стене, мечтая вернуться в прошлое. Только ведь ничего не изменю.

Подошел к выходу из пещеры, выпуская силу, что рвалась и билась от моего гнева, наружу.

— К утру вернись! — крикнул на прощание Рэм.

Глава 2

Тринлейн.

Мужчины переглянулись и снова уставились на меня.

— Повтори, — попросил Рэм.

— Я — не Шарлотта Алерэ, — прошептала, чувствуя, как снова кружится голова.

— И… кто же ты?

— Тринлейн Дарэ, ее подруга.

— Как ты оказалась на Заброшенном Острове? Тебя заставили? Подчинили? Ты выпила зелье и на время потеряла рассудок? — Рэм сыпал предположениями, но ни одно из них не было верным.

— Нет, — оборвала я.

Взгляд у мага стал удивленным.

— Я пошла вместо нее сама.

— И преподаватели не воспротивились такому решению?

— Я… не спрашивала, — еще тише ответила я.