Помоги проекту - поделись книгой:
Не дожидаясь окончательного изготовления чертежей, 5 мая 1941 года на заседании СНК СССР и ЦК ВКП(б) принимается постановление № 1216-502сс, озаглавленное «О производстве танков Т-34 в 1941 г.». Этот документ вносил коррективы в утвержденные ранее планы выпуска тридцатьчетверок на 1941 год — например, завод № 183 должен был до конца года изготовить на 200 Т-34 больше, чем планировалось ранее. Кроме того, в постановлении говорилось:
«…2. Внести в танки Т-34 следующие изменения:
а). Увеличить толщину брони башни и переднего лобового листа корпуса до 60 мм;
б). Установить торсионную подвеску;
в). Расширить погон башни до размера не менее 1600 мм и установить командирскую башенку с круговым обзором;
г). Установить бортовые листы корпуса танка вертикально, с толщиной брони, равнопрочной 40-мм броне при угле наклона 45 градусов.
3. Установить полный боевой вес улучшенного танка Т-34-27,5 тонны, для чего разрешить Наркомсредмашу:
а). Изменить ширину гусеницы с 550 мм до 450 мм;
б). Исключить из возимого ЗИПа шпоры, брезент и один домкрат.
4. Обязать Наркомсредмаш т. Малышева и директора завода № 183 т. Максарева обеспечить в 1941 г. выпуск 500 штук улучшенных танков Т-34 в счет программы, установленной настоящим постановлением.
При этом разрешить:
а). Начать серийное производство улучшенных танков Т-34 на заводе № 183, не ожидая результатов испытаний на гарантийный километраж;
б). Перейти на Сталинградском тракторном заводе на выпуск улучшенных танков с 1 января 1942 г.
5. Обязать Наркомсудпром т. Носенко изготовить в 1941 г. на Мариупольском заводе 2300 комплектов бронедеталей корпуса и башни танков Т-34 и на заводе № 264–450 корпусов комплектно с погонами и бронедеталями для корпуса и башни…
6. Обязать Наркомсудпром т. Носенко и директоров Мариупольского завода т. Гармашова и Кулебакского завода т. Скиба к 1 июля 1941 г. изготовить и поставить заводу № 183 два комплекта бронекорпусов и башен для улучшенного танка Т-34, для чего Наркомсредмашу (завод № 183) к 15 мая 1941 г. выдать чертежи: Мариупольскому заводу на измененный корпус и башню и Кулебакскому заводу на измененный погон улучшенного танка Т-34».
На основании этого документа было заключено дополнительное соглашение между ГАБТУ КА и заводом № 183, в котором аннулировались старые сроки сдачи танков и устанавливались новые:
«…4. Изготовить 500 танков улучшенных (Т-34М). Поставку улучшенных танков начать с сентября 1941 года».
По сведениям на 15 мая 1941 года, завод № 183 провел следующий объем работ по Т-34М:
«Ведется разработка детальных чертежей. По 50 % групп детальные чертежи выполнены в кальках, из них 16 групп спущены в производство. Чертежи по бронедеталям отправлены на Мариупольский завод. Изготовлен деревянный макет. Заводоуправление завода № 183 по согласованию с Мариупольским заводом приняло решение запустить модернизированную машину в серию с июля мес. 1941 г.».
Видимо, это обязательство послужило толчком для внесения изменений в утвержденный ГАБТУ КА график изготовления танков Т-34 и Т-34М на заводе № 183 на 2-е полугодие 1941 года. Теперь выпуск Т-34М выглядел следующим образом: июль — 10, август — 100, сентябрь — 175, октябрь — 180, ноябрь — 165, декабрь — 170, а всего до конца года 800 машин. При этом с сентября 1941 года выпуск обычных тридцатьчетверок на заводе № 183 прекращался.
К сожалению, пока не удалось найти фотографий деревянного макета и подробного описания Т-34М, принятого к производству в мае-июне 1941 года. Имеются только разрозненные чертежи и продольный разрез машины, по которому можно восстановить ее внешний вид. Тем не менее, вопросы по этому танку остаются, например по коробке перемены передач, так на разрезе хорошо видна КПП с танка Т-34. Возможно, ее предполагалось усилить (в одном из документов по расчету массы Т-34М за подписью главного инженера завода № 183 Махонина и начальника КБ завода Кучеренко сказано: «Усиление трансмиссии в связи с установкой более мощного двигателя — 50 кг»). Не исключен и вариант установки в ходе производства планетарной коробки — тактико-технические требования на разработку последней начальник ГАБТУ КА Федоренко подписал еще 3 марта 1941 года, правда в документе шла речь о танке Т-34.
Между тем подготовка к производству Т-34М шла полным ходом. С 1 по 15 июня 1941 года на полигоне Мариупольского завода прошло испытание обстрелом контрольных 60-мм бронеплит для изготовления цельноштампованных башен Т-34М. Кроме того, испытывались заготовки бортов Т-34М, подвергнутые термообработке. Бронедетали были изготовлены из стали М3-(8с) обстрелом из 45-мм танковой пушки образца 1932 года и 76-мм дивизионной образца 1902/30 годов. Задачей этих испытаний было определение правильности выбора марки броневой стали для изготовления корпуса и башни Т-34М. Результаты оказались следующими:
«Марка стали 8с при установленном в настоящее время в валовом производстве химическом составе обеспечивает необходимые качества также на толщинах 50–60 мм (из стали 8с прокатывались 45-мм листы для Т-34. —
Эта броня обеспечивает более надежную защиту против 45-мм и 76-мм снарядов по сравнению с цементованной или гомогенной броней, применяемой на КВ. 50-мм 8с защищает от тупоголового и остроголового 76-мм снаряда чертежей № 2-03545 и № 3-06969 так же, как и 75-мм броня ФД 7934, идущая на КВ.
Толщина брони 50 мм, принятая для бортов Т-34М, не снимает остроголового 45-мм снаряда, пробивает по нормали и под углом в 30 градусов с дистанции ближе 500 м.
Заключение.
1. Принять для Т-34М броню высокой твердости (2,85-3,1) из стали 8с.
2. Утвердить приложенные технические условия по приему брони толщиной 50–60 мм.
3. Выдать средства и поручить филиалу НИИ-48 совместно с заводом имени Ильича в самом срочном порядке провести следующие работы:
а). По производству литых башен танка Т-34М.
б). По уточнению содержания относительных элементов химического состава МЗ-2 применительно к различным толщинам».
Кстати, если верить «Истории танкостроения на заводе № 183», написанной в начале 1946 года, производство бронедеталей Т-34М летом 1941 года было практически завершено:
«В начале 1941 года была запроектирована машина Т-34М. Заводу имени Ильича было задано изготовить 50 комплектов бронедеталей, изготовление которых шло параллельно с выпуском Т-34. Одновременно с изготовлением 50 комплектов усиленно велась подготовка всего бронепроизводства к серийному выпуску деталей Т-34М. От Т-34 он отличался следующим:
1. Цельноштампованная башня с толщиной брони 60 мм, габариты которой были немного больше башни Т-34. Достаточно указать, что штамп весил 30 тонн, а штамповку производили на прессе мощностью 15 000 тонн.
2. Основные детали корпуса, борта и нос, имели толщину 60 мм.
К началу эвакуации большинство деталей опытной партии были изготовлены и отправлены в Нижний Тагил, одновременно были отправлены все заготовки, в том числе 60 штампованных башен и вся оснастка. Следует отметить, что Мариупольский завод произвел всю необходимую подготовку для перехода на изготовление бронедеталей Т-34М, и только эвакуация предприятия не позволила это сделать».
24 июня 1941 года нарком обороны Маршал Советского Союза С. Тимошенко и начальник Генерального Штаба РККА генерал армии г. Жуков обратились к председателю Совета народных комиссаров СССР И. Сталину с докладной запиской, в которой высказывались против выпуска Т-34М, аргументируя это следующим:
«На 23.06.1941 г. ни одного опытного образца не изготовлено… В связи с создавшейся обстановкой считаем целесообразным впредь до изготовления, испытания образцов улучшенного танка и организации его серийного производства, продолжать выпуск Т-34, находящихся на производстве в настоящее время».
Это предложение было весьма разумным, и уже 25 июня 1941 года было подписано постановление СНК СССР и ЦК ВКП (б), озаглавленное «Об увеличении выпуска танков КВ, Т-34, и Т-50, артиллерийских тягачей и танковых дизелей на III и IV квартал 1941 года». Этим документом, помимо прочего, определялись задачи по увеличению выпуска находящихся в серийном производстве средних танков Т-34.
После появления этого постановления нарком среднего машиностроения В. Малышев немедленно отдал распоряжение заводу № 183 прекратить работу по модернизации танка Т-34 и приступить к выполнению мобилизационного плана, а также быть готовыми оказать помощь другим заводам, которые будут переключены на выпуск тридцатьчетверок. На этом закончилась история танка Т-34М.
Так почему же танк Т-34М так и не появился в металле? Некоторые исследователи считают, что камнем преткновения стал двигатель В-5, который так и не удалось довести «до ума». Действительно, опытные образцы В-5 были собраны на заводе № 75 в Харькове в конце 1940 года, и к лету 1941-го еще проходили испытания. Но что мешало установить на модернизированную тридцатьчетверку серийный В-2? Конечно, динамические качества машины снизились бы, но воевать было бы можно. Ведь оснащали же осенью 1941 года карбюраторными моторами М-17 не только Т-34, но и тяжелые КВ. Но дело было не столько в отсутствии В-5, сколько в отсутствии подготовленного производства Т-34М. К примеру, машина должна была оснащаться цельноштампованной башней, а прессов, способных их изготовить, в СССР было всего два — на заводе имени Ильича в Мариуполе (15000 т) и на Ижорском заводе в Ленинграде (10000 т). Естественно, в условиях военного времени оба этих пресса оказались перегруженными различными заказами, и выполнение плана по танковым башням могло оказаться под угрозой срыва. Конечно, штампованную башню можно было заменить сварной или литой (такую башню для Т-34М проектировали), но на это требовалось время. В результате, новые танки могли оказаться вообще без башен.
В целом же отказ от производства Т-34М сразу же после начала войны являлся вполне оправданным решением. Ведь к 22 июня 1941 года ни одного Т-34М не имелось, технологический процесс их сборки был не отработан, приспособления, инструмент и оснастка до конца не подготовлены. В таких условиях постановка на производство фактически нового танка (а у Т-34М с Т-34 общим являлось лишь вооружение и, быть может, двигатель в случае замены В-5 на В-2) неизбежно привела бы к значительному сокращению количества изготовленных машин. Причем сокращение было бы существенным, в разы. Кроме того, новый танк, без сомнения, имел бы значительное количество недоработок и недостатков как конструкторского, так и технологического характера, что в значительной степени снизило бы боевые качества машины. А на доведение «до ума» Т-34М потребовалось бы не меньше полугода, а то и больше. В качестве примера можно привести историю с Т-34, устранение недостатков которого велось с самого начала производства летом 1940 года, но к началу войны так и не было завершено.
Кстати, в некоторых источниках можно прочитать о том, что, занимаясь проектированием Т-34М, конструкторы завода № 183 «забросили» работы по устранению недостатков тридцатьчетверки. Например, М. Барятинский пишет:
«Т-34М, судя по всему, сыграл в судьбе Т-34 роковую роль. Сотрудники КБ завода № 183, увлекшись проектированием новой машины, совсем упустили из виду работу по устранению конструктивных недостатков „тридцатьчетверок“ и опомнились только в начале 1942 года».
Однако эта информация не соответствует действительности. Ведь конструкторское бюро — это не детская песочница, в которой можно строить город, а если надоест, лепить куличики. Работа конструкторов четко регламентировалась документами — приказами, постановлениями, распоряжениями. Они не могли самостоятельно бросить работы по одному танку и приступить к проектированию другого. Переключение с «малой модернизации» Т-34 на Т-34М было связано с решением заказчика — а таковым для завода № 183 и его конструкторского бюро являлись военные, а конкретно Главное автобронетанковое управление Красной Армии. Именно руководство последнего, ориентированное на предстоящий переход на Т-34М вместо Т-34, в мае 1941 года приняло решение о прекращении работ по модернизации тридцатьчетверки. Это выглядело логичным — зачем тратить деньги на усовершенствование конструкции танка, который через три месяца будет снят с производства?
К тому же следует учесть, что численность конструкторского бюро завода № 183 в 1941 году была небольшой, а помимо нового проектирования имелось большое количество работы, связанной с обеспечением серийного производства. Таким образом, обвинять конструкторов завода № 183 в том, что они забросили модернизацию Т-34, увлекшись проектированием Т-34М, по меньшей мере, некорректно.
ЭПОПЕЯ С Т-43
Однако проект танка Т-34М не окончательно «канул в лету» после принятия решения о завершении работ в июне 1941 года. Весной 1942 года конструкторское бюро эвакуированного в Нижний Тагил завода № 183 (оно имело обозначение КБ-520, главным конструктором был А. Морозов) в инициативном порядке разработало проект нового среднего танка, также получившего обозначение Т-34М. В основу конструкции новой машины, без сомнения, были положены наработки по довоенному танку Т-34М, но с поправкой на военное время и изменившиеся возможности промышленности.
31 мая 1942 года руководство завода № 183 направило проект (чертежи, фото деревянной модели и пояснительная записка) на рассмотрение руководства наркомата танковой промышленности (НКТП) и ГАБТУ КА. Кстати, в пояснительной записке впервые встречается и другое обозначение данной машины, которая именуется как «Т-34М (Т-43)».
Как сообщал главный конструктор завода № 183, в основу модернизации танка Т-34, которая в итоге вылилась в Т-34М, были положены следующие тактико-технические требования: максимально возможное усиление бронезащиты танка, сохранение огневой мощи и динамических качеств на уровне Т-34 и по возможности использование в конструкции новой машины как можно большего количества агрегатов и узлов от серийного Т-34. В пояснительной записке к проекту Т-34М говорилось:
«Для наиболее полноценного разрешения всех поставленных требований завод № 183 после критической оценки ряда вариантов модернизации танка принял вариант, который в основном сохраняя компоновку Т-34, путем коренной переделки корпуса, башни и подвески танка, обеспечивал наилучшее выполнение указанных выше тактикотехнических требований».
Проектом предусматривалось использование безо всяких изменений в Т-34М следующих агрегатов и узлов с Т-34: двигателя В2-34, главного и бортовых фрикционов, коробки перемены передач, тормозных лент, бортовой передачи (кроме семи деталей), радиаторов системы охлаждения (за исключением коллекторов), воздухоочистителя «Циклон» (за исключением бункера), гусениц, опорных катков, ведущего колеса и ленивца, сиденья водителя, полностью электрооборудования, часть механизмов башни (поворотный механизм, сиденья, захваты, замки, петли), щиток контрольных приборов, а также укладка ЗИП и инструмента.
Главным отличием Т-34М от серийного Т-34 стал броневой корпус и башня.
Корпус (он во многом напоминал корпус, разработанный для танка Т-34М весной 1941 года, но имел несколько меньшие размеры) предполагалось изготовить из брони высокой твердости, что должно было обеспечить «дистанцию безопасного обстрела по нормали (для 75 мм) в 250 метров». Носовую балку и кормовую часть предусматривались изготавливать из броневого литья. Если лобовые листы толщиной 75 мм (верхний) и 45 мм (нижний) устанавливались под такими же углами наклона, как и у Т-34, то борта выполнялись вертикальными из 75-мм брони. В лобовом листе имелся люк-пробка механика-водителя, который, в отличие от Т-34, размещался справа по ходу танка.
Башня проектировалась цельнолитой с вварной крышей и имела толщину брони 90 мм. По форме она напоминала серийную шестигранную башню, которая устанавливалась на серийные тридцатьчетверки. Также предполагалось отливать и орудийную маску, толщина которой составляла 90 мм.
Помимо корпуса и башни серьезным переделкам подверглась и подвеска — на Т-34М предусматривалось использование в качестве упругих элементов торсионных валов, «чем удалось достигнуть основного требования — резкого снижения веса машины». Причем конструкция подвески была унифицирована с подвеской артиллерийского тягача АТ-45, проектирование которого вело в это время КБ-520 (этот тягач разрабатывался на базе танка Т-34 с конца 1941 года. —
Из-за более плотной компоновки Т-34М его экипаж составлял три человека — исключался стрелок-радист. Однако это было сделано не из-за того, что на машине не предусматривалось использование радиостанции, как пишут некоторые источники. Просто рацию (по проекту устанавливалась 9Р «Тапир») перенесли из корпуса в башню, и ее должен был обслуживать заряжающий.
В заключении пояснительной записки к проекту Т-34М, главный конструктор завода № 183 А. Морозов писал:
«Как одной из положительных особенностей модернизации танка является его конструктивная простота, на которую в процессе проработки было обращено особое внимание.
Простота конструкции, заложенная в модернизированной машине, является залогом ее работоспособности, надежности и дешевизны в производстве. Все это в условиях военного времени может служить только быстрейшему освоению модернизированной машины в производстве и армейских частях.
Значительное количество (до 80 %) заимствованных с Т-34 механизмов и деталей и сохранение без изменений с танком Т-34 самой компоновки машины в целом также является одним из основных положительных качеств нового модернизированного образца, упрощающих вопросы ремонта и восстановления машин. Помимо этого, исключается необходимость в переподготовке танковых экипажей, и экипажи танков БТ и Т-34 при эксплуатации модернизированных танков сохранят полученные ранее навыки и опыт».
Следует добавить, что расчетная масса Т-34М по сравнению с Т-34 увеличивалась почти на две тонны, составив 30 тонн. Любопытно привести данные о количестве деталей в Т-34 и Т-34М, указанное в пояснительной записке к последнему. Так, число деталей Т-34 составляло 8118, а у Т-34М — 5985 штук. Правда, из 5985 штук 1222 составляли вновь изготавливаемые. Для изготовления Т-34М требовалось и меньшее число нормалей -7264 штуки по сравнению с 8505 для Т-34.
Общие виды танка Т-34М (Т-43). Май 1942 года (РГАЭ).
Но не стоит забывать, что не менее одной пятой нормалей для Т-34М составляли новые, которые требовалось изготовить заново.
В целом Т-34М производит впечатление проекта, выполненного в большой спешке. Не совсем понятны мотивы, побудившие главного конструктора завода № 183 А. Морозова заниматься проектированием нового танка в достаточно тяжелое время — весной 1942 года танковая промышленность СССР испытывала серьезные трудности во всех вопросах, начиная с недостатка материалов и оборудования и заканчивая дефицитом квалифицированных рабочих кадров. Основными задачами, которые в тот период были поставлены перед заводом № 183 руководством страны и наркомата танковой промышленности, — увеличение выпуска Т-34, а также устранение недостатков в конструкции танка (а было их немало) и улучшение, по возможности, его боевых характеристик. Дело в том, что завод № 183 считался головным предприятием по Т-34. Он должен был разрабатывать все улучшения в конструкции танка, организовывать их производство, а также передавать документацию на другие заводы, выпускавшие тридцатьчетверки, и помогать им в освоении новых узлов. Таким образом, работы у КБ-520 завода № 183 было, что называется, «выше крыши», и проектирование нового танка отрывало людей от выполнения текущих задач обеспечения серийного выпуска Т-34. Возможно, разработка Т-34М являлась желанием Морозова запустить в производство «свою» машину, созданную под его руководством как главного конструктора. Ведь «тридцатьчетверка» создавалась под руководством М. Кошкина, у которого Морозов был заместителем. Тем более что Т-34М создавался как инициативная разработка, без тактикотехнических требований, которые обычно утверждались ГАБТУ КА.
Но как бы там ни было, проект Т-34М не получил одобрения и поддержки ни в наркомате танковой промышленности, ни у военных в главном автобронетанковом управлении. Более того, руководство СССР в лице И. Сталина предложило руководству КБ-520 не распылять силы на проектирование новых танков, а все силы бросить на доработку тридцатьчетверки. Вот что об этом записал в своем дневнике нарком танковой промышленности В. Малышев:
«5 июня 1942 года. В последние дни т. Сталин вызывает к себе каждый день. Он крепко занялся улучшением качества танков. Сегодня были у т. Сталина вместе с тт. Зальцманом, Котиным, Морозовым. Тов. Сталин сказал, что „наши танки превосходят заграничные, в том числе и немецкие, по своим техническим показателям, но уступают им в ходовой части… А сегодня танки должны прежде всего много ходить, делать переходы по 150–200 км, ходить без дорог…
Надо улучшать, модернизировать танки и особенно ходовой механизм. Надо иметь в виду, что теперь танкисты менее квалифицированы, и поэтому танки надо делать проще, надежнее, а не рассчитывать на виртуозов. Надо улучшить видимость наших танков. Вот мы даем вам, танкистам, задачу — улучшить коробку скоростей танков Т-34 и КВ, облегчить вес танка КВ и делать оба танка с хорошей видимостью“.
Мы показали т. Сталину макеты двух новых танков, которые полностью решают те пожелания… но т. Сталин ответил: „Новые танки делать пока не будем. Не будем отвлекать конструкторов от задачи улучшать и модернизировать выпускаемые танки. Конечно, конструкторам хочется делать новые машины, каждый конструктор ищет славы. Но надо обождать. К новым машинам вернемся месяца через полтора-два, когда конструкторы закончат работу по улучшению существующих танков“.
Тут же т. Сталин подписал постановление о награждении 4 танковых заводов и 1000 чел. работников танковой промышленности.
Беседа с т. Сталиным дала нам, танкистам, очень многое — программу работ на 2–3 месяца».
Следует добавить, что представленные на рассмотрение И. Сталину макеты двух танков, о которых упоминает в своем дневнике В. Малышев, являлись проектами Т-34М (Т-43), о котором уже говорилось выше, и КВ-13 (последний был разработан опытным заводом № 100 как «скоростной танк усиленного бронирования»).
Кстати, проект Т-34М (Т-43) сразу же не понравился наркому танковой промышленности В. Малышеву, который и впоследствии выступал против разработки и изготовления этой машины. И возможно, что эта машина вообще не появилась бы в металле, если бы не одно обстоятельство. Дело в том, что 1 июля 1942 года Малышев был снят с поста наркома танковой промышленности. О причинах этого он записал в дневнике следующее:
«1 июля 1942 г. Позвонил по телефону тов. Сталин и крепко ругал за то, что не выполняется план по танкам Т-34. Я ответил тов. Сталину, что много трудностей у заводов с людьми и оборудованием и что, хотя план не выполняется, но выпуск танков Т-34 из месяца в месяц растет, но тов. Сталин опять крепко выругал меня и повесил трубку. Через полчаса позвонил тов. Молотов и сказал: „Мы решили освободить Вас от работы Наркома танковой промышленности за невыполнение плана по танкам Т-34 и назначили Зальцмана“».
Новый нарком серьезного интереса к проекту Т-34М (Т-43) не проявил, но и не выступал против дальнейшей разработки такой машины. Таким образом, если бы не кадровые перестановки, «сорок третий» мог бы остаться только на бумаге.
С проектом Т-34М (Т-43) связан один миф, который часто кочует из издания в издание довольно долгое время. Суть его в следующем: якобы руководству наркомата танковой промышленности понравилась башня этого танка, и на Кулебакском заводе (завод № 178 наркомата танковой промышленности, занимавшийся производством бронекорпусов и башен танков) в апреле 1942 года отлили 62 таких башни, которые установили на серийные Т-34. Эта информация является фантазией авторов и не подтверждается никакими документами, в том числе и отчетами завода № 177. Кроме того, в апреле 1942 года проект Т-34М еще вообще не рассматривался в наркомате танковой промышленности и ни о каком изготовлении башен речи быть не могло.
Выше уже шла речь о прошедшей 5 июня 1942 года встрече И. Сталина с В. Малышевым, И. Зальцманом, Ж. Котиным и А. Морозовым, на которой рассматривались проекты Т-34М и КВ-13. Одним из результатов этой встречи стало появление постановления Государственного Комитета Обороны № 1879сс от 5 июня 1942 года. Этот документ предусматривал принятие мер для улучшения механизмов коробки передач и обзорности танка Т-34. Во исполнение этого постановления приказом НКТП № 435 от 8 июня 1942 года директору заводу № 183 Максареву и главному конструктору Морозову предписывалось «изготовить и провести испытание двух Т-34 с 5-скоростной коробкой перемены передач и новой конструкцией ленивца».
Поделиться книгой: