Упражнения в стиле

Раймон Кено

УПРАЖНЕНИЯ В СТИЛЕ

УПРАЖНЕНИЯ В СТИЛЕ [*]

(Перевод В. Кислова)

Заметка [*] 

В автобусе маршрута S, в час пик. У одного типа лет двадцати пяти фетровая шляпа со шнурком вместо ленты и слишком длинная шея, как будто ее специально растягивали. Люди выходят. Тип, о котором идет речь, возмущается: обвиняет своего соседа в том, что тот толкается всякий раз, когда кто-то протискивается мимо. Ноющий тон с претензией на угрозу. Как только увидел освободившееся место, сразу к нему бросился.

Два часа спустя встречаю его на Римской площади, перед вокзалом Сен-Лазар. Он — с приятелем, который ему говорит: «Пришил бы ты пуговицу к своему плащу». Он ему объясняет, где (разрез плаща) и почему.

Вдвойне 

В середине дня, в полдень, я заходил и поднимался на заднюю площадку и платформу едва ли не битком набитого и почти переполненного общественного средства передвижения, автобуса маршрута S, который идет от площади де ла Контрэскарп до ворот Шамперре. Я увидел и заметил одного довольно смешного и изрядно гротескного молодого человека, или пожилого подростка с худым горлом и тощей шеей, на котором был головной убор, а именно шляпа, обмотанная какой-то веревкой, то есть шнурком. В толкотне и давке он говорит и произносит слезливым и ноющим голосом и тоном, что его сосед и попутчик специально и умышленно его толкает и пихает каждый раз, когда кто-то вылезает и выходит. Высказав и проговорив это, он направляется, устремляясь, к освободившимся и опустевшим месту и сиденью.

Через два часа, спустя сто двадцать минут, я его вновь вижу и опять встречаю на Римской площади, перед вокзалом Сен-Лазар. Он в компании и в сопровождении друга-приятеля, который ему советует и подсказывает добавить и пришить еще один костяной кружок, то есть пуговицу, к его накидке, то бишь плащу.

Литота [*] 

Нас было немало, и передвигались мы сообща. Один молодой человек не очень умного вида перекинулся парой слов с господином, который находился рядом с ним, после чего прошел дальше и сел. Спустя два часа я встретил его снова; он стоял со своим товарищем, они говорили о тряпках.

Метафора 

В самый разгар дня прилипший к месиву из бочковых селедок, путешествующих в жесткопанцирном чудище с белесой мордой, какой-то цыпленок с ощипанной шеей прицепился к одной вполне миролюбивой рыбине и принялся сотрясать воздух своим жидким от негодования писком. Затем, клюнув на представившуюся возможность, упорхнул к освободившемуся местечку.

В тот же самый день я увидел, как на мрачном городском пустыре с него сбивали спесь по поводу какой-то пуговицы.

Наоборот 

«Добавил бы ты еще одну пуговицу к своему плащу», — сказал ему приятель. Я увидел его беседующим посреди Римской площади, ранее наблюдая, как он жадно бежал к сиденью. Перед этим он возмущался поведением другого пассажира, который, по его словам, толкал его всякий раз, когда кто-то выходил. На этом худосочном молодом человеке была смехотворная шляпа. Это происходило на площадке автобуса S, который был переполнен в середине того дня.

Удивление 

И как только нам удалось втиснуться на площадку этого автобуса?! До чего же глупый и смешной вид был у того парня! Что он делал? Пытался затеять ссору с дядькой, который — так заявлял этот напыщенный юнец — его толкал! А потом не нашел ничего лучшего, как быстро занять освободившееся место! Вместо того чтобы уступить его какой-нибудь даме!

Угадайте, кого я встретил через два часа у вокзала Сен-Лазар! Того же самого пижона! Он еще получал советы по поводу своей одежды! От своего приятеля!

Просто не верится!

Сон 

Мне казалось, что я погружен в какую-то перламутровую дымку вместе с окружающим меня множеством расплывчатых очертаний, среди которых все же довольно отчетливо вырисовывался силуэт молодого человека, чья слишком длинная шея словно уже сама по себе свидетельствовала о трусливом и в то же время ворчливом характере ее владельца. Ленту на его шляпе заменяла витая веревка. Чуть позже он спорил с каким-то индивидуумом, — которого я не сумел различить, — после чего, словно испугавшись, исчез во мраке какого-то прохода.

Во второй части сна я видел, как он идет под ярким солнцем перед вокзалом Сен-Лазар. Он — с попутчиком, который ему говорит: «Пришил бы ты еще одну пуговицу к своему плащу».

Тут я и проснулся.

Предсказательно 

Когда наступит полдень, ты окажешься на задней площадке автобуса, где среди толпящихся пассажиров заметишь чудаковатого юнца: костлявая шея и мягкая шляпа без ленты. Этот малый будет чувствовать себя не очень комфортно. Ему покажется, что всякий раз, когда протискиваются входящие и выходящие пассажиры, один мужчина его нарочно толкает. Он ему об этом скажет, но тот с презрением ничего не ответит. Оробев, чудаковатый юнец от него ускользнет и усядется на свободное место.

Ты увидишь его чуть позднее на Римской площади, перед вокзалом Сен-Лазар. Его будет сопровождать друг, и ты услышишь следующие слова: «Твой плащ плохо застегивается, тебе надо бы пришить еще одну пуговицу».

Синхиза [*] 

В смешного молодого со человека я стоял однажды автобусе маршрута S переполненном возможно из-за растяжки с шеей удлиненной шнурком в шляпе, я заметил одного. Высокомерным и плаксивым тоном, который находится рядом с ним, выражает господина свое поведением возмущение он. Ибо раз тот всякий его толкал, выходили якобы люди когда. Садится и бросается, к месту сказав это освободившемуся. Я ему на пуговицу спустя; встречаю его одну; приятель часа советует к плащу Римской площади пришить еще два.

Радуга 

Однажды я стоял на площадке фиолетового автобуса. Там находился один довольно смешной молодой человек: синюшная шея, веревка на шляпе. Внезапно он начинает возмущаться поведением одного голубого господина. В частности, зеленея от негодования, обвиняет его в том, что тот толкает его всякий раз, когда кто-то выходит. Сказав это, он устремляется к желтому сиденью и садится.

Через два часа встречаю его перед оранжевым вокзалом. Он — с приятелем, который советует ему пришить еще одну пуговицу к его красному плащу.

Лого-ралли [*] 

(Приданое, штык, враг, часовня, атмосфера, Бастилия, письмо.)

Однажды я стоял на площадке автобуса, который, вне всякого сомнения, являлся частью приданого дочери г. Марьяжа[1], вершащего судьбами Т.С.Р.П.[*] Там находился молодой человек, который выглядел довольно смешно, но не потому, что он не имел при себе штыка, а потому, что делал вид, будто его имел, на самом деле его не имея. Вдруг этот молодой человек набрасывается на своего врага, господина, стоящего за ним. Он обвиняет его в том, что тот ведет себя не так обходительно, как подобает себя вести в часовне. Накалив таким образом атмосферу, этот засранец уселся.

Через два часа я встречаю его в двух-трех километрах от Бастилии в компании приятеля, который советует ему пришить пуговицу к плащу; этот совет он мог бы изложить и в письме.

Неуверенность 

Я не очень хорошо помню, где это происходило... в церкви, на свалке, в морге? Быть может, в автобусе? Там находились... что же там могло находиться? Яйца, ковры, редиска? Скелеты? Да, но скелеты с еще не сгнившей плотью и живые. Полагаю, именно так. Люди в автобусе. Но среди них был один (или два?), который отличался даже не знаю, чем именно. Своей мегаломанией? Адипозией[*]? Меланхоличностью? Нет, скорее... точнее... своей молодостью, украшенной длинным... носом? Подбородком? Пальцем? Нет. Шеей и странной-престранной шляпой. Он ввязался в ссору, да-да, точно, в ссору с другим пассажиром... Мужчиной или женщиной? Ребенком? Стариком? Все закончилось тем, что... закончилось тем, что каким-то образом завершилось... Возможно, бегством одного из противников.

Кажется, я снова встретил этого персонажа, но вот где именно? Перед церковью? Перед моргом? Перед свалкой? В компании с товарищем, который о чем-то с ним говорил... но о чем? О чем? О чем?

Точность 

В 12.17 в автобусе длиной в 10 м, шириной в 2,1 м, высотой в 3,5 м, выполняющем рейс по маршруту S с 48 пассажирами на борту, в 3 км 600 м от пункта отправления один индивидуум мужского пола, возраст 27 лет 3 месяца и 8 дней, рост 1 м 72 см, вес 65 кг, чью голову покрывала шляпа высотой в 17 см, основание которой окружала лента длиной в 35 см, адресовал мужчине, возраст 48 лет 4 месяца и 3 дня, рост 1 м 68 см, вес 77 кг, сообщение из 14 слов, формулирующих высказывание, которое длилось 5 секунд и смысл которого имел отношение к вынужденным перемещениям на расстояние от 10 до 20 мм. Затем первый индивидуум отошел от второго на расстояние 2 м 10 см. Сел.

118 минут спустя он находился в 10 м от вокзала Сен-Лазар, напротив выхода к пригородным поездам, и прогуливался, проходя расстояние в 30 м туда и обратно вместе с товарищем, возраст 28 лет, рост 1 м 70 см, вес 71 кг, который в 15 словах посоветовал ему переставить на 5 см строго по вертикали вверх пуговицу диаметром в 3 см.

Субъективность 

В тот день мой внешний вид не давал мне никаких поводов для недовольства. Я как раз придумал новый наряд: в меру кокетливую шляпу и фасон плаща, который представлялся мне весьма удачным. Перед вокзалом Сен-Лазар встретил X, который попытался испортить мне все удовольствие, стараясь доказать, что мой плащ некрасиво распахнут и что я должен пришить еще одну пуговицу. Хорошо еще, что он не осмелился критиковать мой головной убор.

Чуть раньше я как следует осадил одного хама, который умышленно обходился со мной крайне грубо всякий раз, когда кто-то проходил мимо от входа или к выходу. Все происходило в одном из этих противных автобусонов, которые заполняются народцем именно в то время, когда я вынужден использовать сей вид транспорта.

Другая субъективность 

Сегодня в автобусе рядом со мной, на площадке, стоял сопляк, из тех, что уже почти все выродились (и к счастью, потому что иначе мне пришлось бы убивать их на месте). Что до этого мальчишки лет двадцати шести — тридцати, то он меня раздражал особенно, и не столько своей длинной, как у ощипанного индюка, шеей, сколько этой дурацкой лентой на шляпе, даже не лентой, а какой-то веревкой баклажанного цвета. Что за ублюдок! До чего же мерзкий! Поскольку к этому времени в автобусе было уже много народу, каждый раз в толкучке при входе и выходе пассажиров я локтем пихал его под ребро. В конце концов он трусливо сбежал, не дожидаясь, когда в назидание я начну отдавливать ему ноги. А еще, чтобы его как следует поддеть, я бы ему сказал, что на его плаще недостает одной пуговицы.

Рассказ 

Однажды около полудня в районе парка Монсо, на задней площадке изрядно заполненного автобуса, следующего по маршруту S (сейчас ему соответствует 84-й номер), я заметил персонажа с очень длинной шеей, на котором была мягкая фетровая шляпа с витым шнурком вместо ленты. Внезапно этот человек начал приставать к своему соседу, утверждая, что тот умышленно наступает ему на ноги всякий раз, когда пассажиры входят и выходят. Впрочем, он скоро прервал выяснение отношений и поспешил занять освободившееся место.

Через два часа перед вокзалом Сен-Лазар я вновь увидел его во время оживленной беседы с приятелем, который советовал ему обратиться к опытному портному, чтобы тот передвинул чуть выше верхнюю пуговицу и тем самым уменьшил разрез на его плаще.

Сочетание слов 

Я толпотворительно автобусотрясся и заднеплощадничал в полуденно-лютецианском пространстве-времени[*], когда засоседил длинношеего кругоплетеного шляпсопляка. Который говорил одному пассажиранониму: «Вы менярошно толкаждаете разходямимо». Выплеснув это, свободоместно дорвался. В последующей пространственно-временности я увидел его вновь: он пред-сен-лазаритствовал с X, который ему говорил: «Ты бы придопугвил свой плащ» — и прокакобразно гдебъяснял.

Отрицание 

Это был не корабль и не самолет, а наземное транспортное средство. Это было не утром и не вечером, а в полдень. Это был не старик и не ребенок, а молодой человек. Это была не лента и не веревка, а плетеный шнурок. Это была не процессия и не драка, а толчея. Это был не добряк и не злодей, а ворчун. Это была не правда и не ложь, а повод. Это был не стоймя и не лежа, а желающий сидя быть.

Это было не вчера и не завтра, а в тот же день. Это был не Северный вокзал и не Лионский вокзал, а вокзал Сен-Лазар. Это был не родственник и не посторонний, а друг. Это было не оскорбление и не насмешка, а совет по поводу одежды.

Анимизм [*] 

Одна мягкая, коричневая, раздвоенная шляпа с опущенными полями, опоясанная плетеным шнуром, находилась среди прочих шляп; ее бросало в дрожь от неровностей дороги, которые передавались ей через колеса автомобильного средства, перевозящего ее, шляпу. На каждой остановке во время перемещения пассажиров она, шляпа, ощущала довольно сильные боковые толчки, что в конце концов вывело ее из себя. Она выразила свой гнев посредством человеческого голоса, связанного с ней через массу плоти, структурно оформленной вокруг костной квазисферы с несколькими отверстиями, которая располагалась под ней, шляпой. Затем она, шляпа, внезапно села.

Через час или два я вновь увидел, как она, шляпа, перемещалась взад и вперед на расстоянии приблизительно одного метра шестидесяти шести сантиметров от земли перед вокзалом Сен-Лазар. Какой-то приятель советовал ей пришить дополнительную пуговицу к ее плащу... дополнительную пуговицу... к ее плащу... сказать ей такое... ей, шляпе!

Анаграмма 

В тубовасе S сча кип; какой-то тукъебс (цвад дети шита тел) с линдной хуйдо ешей и пляшой, шукаренной ревеквой вместо тылен, сропил с гудрим пустневешетником, которого он ябвонил в том, что тот его локтает пицесально. Онактючив таким образом, он трусмеляется к собводному смету.

Сач супстя я савно втачесрю его на мирской лопщади, перед козвалом Нес-Залра. Он лыб с авортищем, который ему горовил: «Пширил бы ты плодонительную поцувигу к своему щаплу». Он ему запокал где (разрез).

Разница 

В автобусе (который не следует путать с автопсией опуса) я высмотрел (не замастыривая) одного персонажа (не перса с ножом), украшенного (а не ух страшенного) шляпой (но не плешью) с круговым плетеным шнурком (но не с упругой шкурной плеткой). Он был обладателем (но не бил воблой по лбу дательно) длинной шеи (а не дрянной шлеи). Поскольку толпа напирала и давила (не пердела, делая вид), один новоявленный пассажир (не вонью вяленый жиропас) двинул вышеназванного (не крышей двинутого). Тот возбух (не стух в бозе), но, увидев свободное место (не уд вдев в сдобное тесто), к нему устремился (не ус рея мылся).

Позднее я его заметил (не его зам этил) перед вокзалом Сен-Лазар (а не в загс-холле в сени лаза азарта); он беседовал с другом (не бес сетовал стругом) о пуговке на одежде (которую не следует путать с луковкой надежды).

Гомиотелевт [*] 

Однажды я угодил в автомобил, который меня (как и остальных мудил-простофил) перевозил от стропил Контрэскарп до вилл Шамперре. В нем мельтешил и чудил один дрозофил: хил, субтил, инфантил, шея-шпил из одних жил. Всех смешил его стил. Нацепил на свой рыл бандурил (текстил, винил, акрил), накрутил канитил из шимшилл и удил. Какой-то горилл изо всех сил его давил и изводил: норовил уничижить его в утил. Дрозофил завопил: «Гамадрил! Дебил!», но скрыл свой пыл, отступил от перил и обезопасил свой тыл.

Спустил сто минутил я его узрил около Бастил, где он говорил с одним из кутил по поводу пуговил, пуговил, которые не пришил на свой дождевил.

Официальное письмо 

Имею честь проинформировать Вас о нижеследующих фактах, беспристрастным и одновременно возмущенным свидетелем которых я оказался.

В тот день, приблизительно в полдень, я находился на площадке автобуса, который следовал по улице Курсель в направлении площади Шамперре. Указанный автобус был заполнен пассажирами и даже — осмелюсь заявить — более чем заполнен, ибо кондуктор впустил в салон сверхдопустимое количество претендентов на право проезда, сделав это без какого-либо законного основания, но лишь по причине чрезмерной доброты души, которая граничила с фактическим попустительством и в итоге привела к нарушению установленных правил. На каждой остановке приток и отток входящих и выходящих пассажиров создавал определенную толчею, которая вызывала протест — впрочем, не очень энергичный — одного из них. Считаю своим долгом заметить, что чуть позднее он сел, как только представилась соответствующая возможность.

К этому краткому изложению могу добавить следующее примечание: спустя какое-то время мне пришлось наблюдать этого же пассажира в сопровождении мужчины, личность которого я не сумел установить. Сюжетом их оживленной беседы являлись вопросы эстетического характера.

Принимая во внимание эти обстоятельства, прошу Вас дать рекомендации относительно выводов, которые мне следует сделать из изложенных фактов, а также поведения, которого, по Вашему мнению, предстоит придерживаться в дальнейшем.

В ожидании Вашего ответа прошу принять, сударь, заверения в моем совершеннейшем почтении.

Аннотация 

В своем новом романе, написанном в свойственной ему блестящей манере, известный романист X, перу которого мы уже обязаны столькими шедеврами, постарался изобразить чрезвычайно характерных персонажей, действующих в ситуации, понятной как взрослым, так и юным читателям. Интрига разворачивается вокруг встречи в автобусе главного героя с довольно загадочным персонажем, который вступает в конфликт с одним из появившихся пассажиров. В финальном эпизоде мы видим, как эта таинственная личность с большим вниманием слушает советы своего друга, наставника по части дендизма. Рубило мастера дарит нам чарующее ощущение редкой и радостной гармонии.

Ономатопея [*] 

Площадка щак-щак автобуса би-би дрын-дрын маршрута S (о чем шипят пресмыкающиеся, шуршащие в шелестящих камышах[*]), приблизительно в полдень дин-дон, дин-дон, один потешный недоросль тыр-пыр, на котором был головной убор из разряда ку-ку, резко развернулся (ррраз!) к своему соседу и злобно брррр забурчал бур-бур-бур: «Вы, сударь, меня специально толкаете!» Хрясь! На этом он фьють! и, шмыг, шмыгнул к свободному месту и, плюх, на него плюхнулся.

В тот же день, чуть позднее, дин-дон, дин-дон, я увидел его в компании другого пентюха, тю-тю, который с ним бубнил бу-бу-бу о пуговице на плаще (ды-ды-ды, значит, было не так уж и тепло...).

Уф!

Логический анализ 

Автобус.

Площадка.

Площадка автобуса. Это место.

Полдень.

Приблизительно.

Приблизительно полдень. Это время.

Пассажиры.

Ссора.

Ссора пассажиров. Это действие.

Молодой человек.

Шляпа. Длинная худая шея.

Один молодой человек в шляпе с плетеной лентой. Это главный персонаж.

Субъект.

Один субъект. Это второстепенный персонаж.

Я.

Я.

Я. Это третье лицо. Рассказчик.

Слова.

Слова.

Слова. Это то, что было сказано.

Свободное место.