Помоги проекту - поделись книгой:
Женские образы, созданные признанным мастером портрета О. А. Кипренским, — бесценная страница в истории русского искусства. Каждый из портретов живописца покоряет удивительным проникновением в глубины души, неповторимым своеобразием облика, тончайшим мастерством исполнения.
В 1809 Кипренский написал два парных портрета: графа Ф. В. Ростопчина и его супруги. Эти работы отличаются по масштабу.
Екатерина Петровна Ростопчина (урожденная Протасова) по характеру и поведению сильно отличалась от мужа. Она сторонилась светской жизни, одевалась подчеркнуто скромно. Такой она и предстала на портрете Кипренского: закрытое темное платье, скорее подходящее прислуге, нежели барыне, чепец из тонких кружев. Ничто в одеянии женщины не может поразить зрителя, не прельщает она и красотой, однако есть в ее облике что-то притягательное. Этот одухотворенный взгляд, мечтательный и слегка беспокойный, создает особое чувство дуновения жизни.
Граф Федор Васильевич Ростопчин был покровителем Кипренского. В 1812 он стал генерал-губернатором и главнокомандующим Москвы. После того как русские войска оставили город, в Москве вспыхнул пожар, в котором и французы, и многие русские винили Ростопчина, хотя сам он в поджоге не признавался. Когда же французы ушли из разоренного города, граф приложил много усилий к его восстановлению, однако москвичи уже были настроены против него. Это вынудило графа в 1814 покинуть Россию.
Кипренский изобразил Ростопчина в традициях камерного портрета XVIII века. Он представляет зрителю не внешний антураж модели, а богатство его внутреннего мира. Ничто не указывает на высокое социальное положение графа. Перед нами светский человек благородной наружности, погруженный в свои мысли (в 1800-е, в период создания портрета, граф Ростопчин занимался литературной деятельностью). Портрет строг, не изобилует деталями. Главный акцент в нем ставится на лицо героя — открытое, спокойное, обнаруживающее природный ум и рассудительность.
Образ, созданный замечательным русским художником, участником Польского восстания А. О. Орловским в «Автопортрете», — это идеал личности эпохи романтизма: человек, обуреваемый страстями, чьи мысль и воображение создают новый мир. Творец, будь то поэт или художник, наделенный свыше особым даром видеть и ощущать то, скрыто от других, воспринимался сродни Демиургу.
Свободная независимая личность, истинный герой своего времени — таким предстает автор этого рисунка. Непокорный взгляд из-под нахмуренных бровей, темные кудри, не желающие послушно лежать на его голове — весь облик художника выдает в нем борца. Бунтарский дух был свойственен романтизму, лежал в самой его философии.
Буйный темперамент автора отразился в манере написания портрета, в характере штрихов — сочных и размашистых. Работа производит впечатление за один прием созданной импровизации, живой и экспрессивной.
А. Г. Венецианов — родоначальник крестьянского жанра в русской живописи, первый художник, обративший внимание на красоту национальной природы в ее будничной непритязательности. «Низкий» жанр Венецианов поднял до высокого искусства, определив тем самым творческий путь многих мастеров второй половины XIX века.
Картина «На пашне. Весна» дает яркое представление об особенностях жанровой живописи А. Г. Венецианова и является одним из его лучших произведений. Статная крестьянка в сарафане босиком величаво шагает по пашне и ведет за собой двух лошадей, тянущих борону. Низкая линия горизонта, редкие кусты и небольшие камни на поле придают женской фигуре монументальность.
Подробно и реалистично написан пейзаж: прозрачное светло-голубое небо, осязаемо влажная темная земля и открытые просторы бескрайнего поля. Гармоничное соединение правды жизни и романтичного вымысла создает основу всего произведения.
Крестьянский труд для художника — нечто исконное, вечное, повторяющееся, схожее со сменой времен года. Женская фигура дана в увеличенном масштабе. Движения крестьянки изящны, по земле она не ступает, а будто парит над ней, сарафан красив, как греческая туника. Героиня уподоблена античной богине. Младенец в нижнем правом углу картины символизирует материнство и щедрость природы. В обычной крестьянской сцене художник воссоздает непреходящую красоту и единство природы и человека.
А. А. Иванов, окончив Петербургскую Академию художеств, получил право на пенсионерскую поездку в Европу и в 1831 поселился в Риме, где подошел к мысли о создании грандиозного полотна, на сюжет к которому никто из художников никогда не обращался, — первое явление Мессии. Художник воспринял этот момент как вмещающий весь смысл Евангелия.
В центре композиции — фигура Иоанна Крестителя, совершающего крещение народа в реке Иордан и указывающего на приближающегося Иисуса. Слева от Иоанна изображена группа апостолов — юный Иоанн Богослов, за ним Петр, далее Андрей Первозванный, а за его спиной — Нафанаил, так называемый сомневающийся. На переднем плане — юноши и старцы — образ непрекращающейся жизни. В центре — стяжатель, отшатнувшийся от Христа, и раб, о котором Иванов сказал: «Сквозь привычное страдание впервые появилась отрада». Справа — фигура «ближайшего к Христу», в которой художник запечатлел облик писателя Н. В. Гоголя, а в страннике с посохом, сидящего неподалеку от Иоанна, можно узнать самого Иванова.
Большую роль в произведении играет пейзаж. На многочисленных эскизах можно увидеть, как все более и более возрастает в картине значение ландшафта, в котором происходят события. Работая на панорамой мира, Иванов обратился непосредственно к природе, его колористические открытия в передаче солнечного света и световоздушной среды во многом предопределили искания импрессионистов второй половины XIX века.
В 1858 художник вернулся в Петербург и привез с собой полотно, но оно не произвело на российскую публику и критику особого впечатления. Новаторские идеи, привнесенные Ивановым в искусство — широта постановки философских и эстетических проблем, глубокий интерес к истории, внимание к натуре, — были в полной мере оценены художниками конца XIX — начала XX века.
Творчество Брюллова внесло в живопись русского классицизма свежую струю романтизма. Произведения художника отмечены утверждением чувственной красоты человеческого тела, драматической экспрессией образов, тонким психологизмом.
Картина «Всадница» написана по заказу графини Ю. П. Самойловой и изображает ее приемных дочерей. Главное место в полотне принадлежит движению. Старшая из сестер — Джованнина — резко останавливает разгоряченного вороного коня, но сама остается невозмутимо спокойной (именно этот момент современники поставили в укор мастеру). Однако не следует забывать, что дикая сила, покоряющаяся хрупкой красоте, — один из излюбленных мотивов романтизма. Стук копыт и задорный лай пса, сопровождающего девушку на утренней прогулке, заставили выбежать на террасу ее младшую сестру Амацилию, образ которой решен более живо и блестяще передает непосредственность маленькой девочки. Композиция портрета-картины отличается четкой геометрической уравновешенностью, а изысканный колорит придает всему произведению парадный характер.
Родоначальник критического реализма в русском изобразительном искусстве П. А. Федотов ввел в бытовой жанр драматизм и сюжетную остроту. В своих произведениях художнику удавалось сочетать изобличение социально-нравственных пороков жизни общества с тонким психологизмом и поэтическим восприятием реальности. На картине «Сватовство майора» действие разыгрывается перед зрителем как завязка комедии. Дом купца-толстосума. Скромная обстановка гостиной даже не намекает на истинные размеры богатства хозяина. «Капитал — дело скрытое» — золотое правило купечества.
Все уже готово для встречи долгожданного гостя — жениха-дворянина. Служанка заканчивает накрывать на стол, невеста надела сильно декольтированное бальное платье, не соответствующее нарочито скучной обстановке, на руках и шее сверкают драгоценности. Принарядились сообразно торжественному случаю и ее родители. Федотов показал не само сватовство, а предшествующий ему момент. Сваха, вошедшая в комнату, сообщила хозяевам о том, что претендент на руку девицы прибыл. Он явился при полном параде, желая произвести на будущих родственников «нужное» впечатление. Приход бравого майора привел в волнение обитателей дома. Каждый человек, находящийся в комнате, по-своему откликается на слова свахи: молодая кокетка стремится ускользнуть из комнаты, демонстрируя напускную скромность, однако мать успевает схватить ее за платье; на них внимательно смотрит кухарка, ставя на стол закуски, за ее спиной шушукаются двое домочадцев; отец семейства спешит выйти навстречу к гостю. И только кошка на первом плане остается безучастной к происходящему.
В этом произведении особенно отчетливо видно использование излюбленного автором приема — контраста движений (скрытых и явных). Другими словами, на холсте схвачено краткое мгновение из калейдоскопа быстро меняющихся событий, но зритель будто знает, что именно произойдет в следующий момент. В таком композиционном построении есть некоторая доля театральности, посредством которой художник подчеркивает фальшь и ложный блеск происходящего.
Искусство второй половины XIX века
История самозванства в России — тема, которая постоянно волновала воображение русских художников. Флавицкого привлекла судьба печально известной самозванки, оставшейся в истории под именем Елизаветы Таракановой, хотя сама она так себя никогда не называла. Истинное происхождение авантюристки так и осталось невыясненным. Мнимая дочь Елизаветы появилась на исторической сцене в тот период, когда Россия была охвачена пугачевским бунтом и Екатерина не без основания опасалась за неприкосновенность своей власти.
В мае 1775 Алексей Орлов по поручению императрицы обманом заманил самозванку на русский корабль, арестовал ее и отвез в Петербург. Здесь она была заключена в Петропавловскую крепость и через несколько месяцев, в декабре 1775, умерла от чахотки. Такова историческая правда о княжне Таракановой. Но в народной молве сложилась легенда о ее гибели во время знаменитого петербургского наводнения 1777, когда действительно были затоплены тюремные камеры Петропавловской крепости и погибли узники, которых не успели или не захотели спасти.
Флавицкий воспользовался этой легендой для усиления драматического эффекта задуманного сюжета. Художник построил свою картину на сильных контрастах — между блистательным прошлым его героини и ее жалким настоящим, между былой роскошью, остатком которой является пышный наряд княжны Таракановой, и страшной обстановкой тюремной камеры, между цветущей, полной жизни юной красотой и неотвратимой бесславной гибелью, которая ее ожидает. Эти контрасты подчеркнуты и в живописном решении картины с ее эффектной игрой светотени, мрачным, тускло-коричневым колоритом, где ярким пятном выделяется светлое платье княжны. Художник воплотил свою тему с захватывающим трагизмом, однако Александр II повелел отметить, что ее сюжет «заимствован из романа, не имеющего никакой исторической истины».
Обращение к сюжетам Священной истории в контексте современной проблематики получило большое распространение у художников и писателей во второй половине XIX столетия. Евангельские темы и образы служили формой выражения идей добра и справедливости. Личность Христа понималась как олицетворение «идеального человека», жизненный путь прогрессивно настроенного индивида строился как отражение его земного пути. Крамской писал: «Есть один момент в жизни каждого человека, мало-мальски созданного по образу и подобию Божию, когда на него находит раздумье — взять ли за Господа Бога рубль или не уступать ни шагу злу».
Образ Иисуса в картине выражает состояние готовности принять на себя искупительную жертву за страдания и грехи человечества, сознание тяжести этого бремени и решимость следовать начертанному пути. Монументальная фигура Иисуса вырисовывается на фоне предрассветного неба. Линия горизонта делит холст на две части: холодную каменную пустыню — с одной стороны, и небо — мир света и надежды, символ будущего преображения — с другой. Ровно в середине холста, на границе этих двух миров, изображены сомкнутые кисти рук Христа, которые вместе с его лицом представляют зрительный и смысловой центры картины. Здесь сконцентрирована зона наибольшего «напряжения» в момент приятия Спасителем уготованной ему судьбы.
Философское начало в картине выходит на первый план благодаря композиционному решению: очевидно сходство позы Христа на полотне Крамского с позой Ф. М. Достоевского — «властителя дум» на известном портрете В. Г. Перова. Вечные, общечеловеческие проблемы, противостояние добра и зла были центральными темами в творчестве художника и писателя.
Произведение «Христос в пустыне» произвело на публику неизгладимое впечатление. Академия художеств даже хотела присудить Крамскому звание академика, но верный своим принципам не иметь ничего общего с официальным искусством художник отказался. Картина была также представлена на Второй выставке Товарищества передвижных художественных выставок, одним из основателей которого являлся Крамской. Полотно многие хотели приобрести, но досталась оно в конечном итоге П. Третьякову за шесть тысяч рублей (коллекционер даже не торговался с художником и сразу купил его за названную им сумму). Третьяков не раз говорил, что «Христос в пустыне» — одна из его самых любимых картин.
«Земство обедает» — самое значительное полотно Мясоедова, экспонировавшееся на Второй передвижной художественной выставке. Земство — выборные органы местного самоуправления в России 1860-х. Крестьяне, изображенные на картине, видимо, пришли с какой-то просьбой к членам земства, но вынуждены сидеть под дверью, довольствуясь своим скудным обедом и предоставленные своим невеселым мыслям. В окошке виден слуга, перемывающий посуду: господа, вероятно, хорошо покушали, и проблемы просящих еще долго не заинтересуют их. Неравноправное положение людей передано простым сюжетным ходом — «земство обедает» соответственно своему социальному положению.
Мясоедов, как и многие художники-жанристы 1870-X, отходит от явного обличения или резкой критики, он лишь констатирует, показывая в этой сцене правду жизни объективно и без прикрас, а зритель уже сделает все выводы сам. Основной акцент в работе сделан на самих крестьянах: их лица выписаны скрупулезно, что позволяет зрителю «почувствовать» персонажей и сопереживать им.
Творчество В. Г. Перова в конце 1860-х претерпело ряд стилистических изменений: художник отказывается от большого количества персонажей, гротеска, резких обличительных характеристик и пестроты колорита. Палитра усложняется, а раскрытие сюжета достигается благодаря колористическому решению, соответствующему психологическому настрою и живописной экспрессии. Ранние картины живописца проникнуты анекдотически «обличительным» настроением и представляют собой живописные карикатуры, в том числе на духовенство. Однако сатирическое настроение с годами ослабло, на смену ему пришли драматическая экспрессия и психологическое обобщение, достигшие общечеловеческих масштабов.
Произведение написано в сумрачных тонах, только всполохи огня в окнах словно пытаются выбиться наружу и создают общее тревожное настроение. Кабак и церковь — два места, где человек может согреться в зимнюю стужу.
Первое, по словам самого Перова, — «вертеп разврата», адский огонь которого заполнил собою все этажи домов. Плотный снег, хаотично изрезанный полозьями саней возле кабака, и очерченная грязью дорога, пролегающая вдалеке от церкви, красноречиво свидетельствуют о том, какое именно пристанище все-таки выбрали для себя путники. Здесь крестьяне пропивают деньги, заработанные за день. И, видимо, своего загулявшего мужа ждет в санях съежившаяся, замерзшая от долгого ожидания крестьянка.
От картины веет холодом, теплые оттенки присутствуют только в изображении кабака и фрагмента унылого неба, которое желтеет над еле виднеющейся вдалеке церковью. Темно-серые, черные и коричневые тона лишь усиливают ощущение безысходности и трагизма, потому что во всем пространстве нет ни одного просвета, как нет никакого просвета в судьбах людей.
Полотно уже не обличает пороки и социальные язвы, а констатирует горькую правду о невозможности изменения жизни в родном отечестве.
Замысел картины приобрел особую актуальность в преддверии 200-летнего юбилея Петра I (1672–1725). Автор предложил психологическую трактовку сюжета, представив полотно как драму столкновения личностей — приверженцев противоположных жизненных ценностей. Показное спокойствие обоих, без жестов и внешних эффектов, — обманчиво. Это драма переживаний и душевной муки. Ге очень точно выбрал момент, который отразил в картине. После изучения документов и бурного спора Петр уже не гневается, а с горечью уверяется в предательстве сына (самодержец полагал, что тот собирался захватить власть и вернуть старые порядки). Но прежде чем подписать приговор, он всматривается в лицо Алексея, все еще не теряя надежды увидеть в нем раскаяние. Царевич под взглядом отца опустил глаза, но молчаливый диалог продолжается. Символичен свисающий край скатерти кровавого цвета: он не только разделяет персонажей, но словно предвещает трагическое разрешение этого конфликта.
Художник хотел, главным образом, донести до зрителя, что смертный приговор был подписан не венценосным палачом, а раненным в самое сердце родителем, который принял решение в интересах государства.
Творчество крупнейшего русского мариниста И. К. Айвазовского подчинено эстетике романтизма. На его полотнах часто бушуют штормы, ветры, поднимаются бури, влекущие корабли к гибели. Непостоянная, вечно изменчивая, подвижная морская стихия не только подсказывала художнику эффектные сюжеты, но давала ему возможность с необычайным мастерством передавать сложные рефлексы света, проникающие в толщу воды и отраженные на ее поверхности.
Мотив радуги — один из излюбленных в искусстве романтизма. Радуга, вставшая над штормовым морем, — весьма завораживающее зрелище, особенно когда под ее дугой уходит под воду корабль, будучи не в силах противостоять разбушевавшимся волнам. Высокий вал скрыл горизонт, и люди, спасающиеся с корабля, борются со стихией. Здесь радуга является не просто редким природным явлением, в изображении которого художник может продемонстрировать свое мастерство живописца. Она становится символом грядущего спасения этих несчастных, их последней надеждой, она словно библейский символ прощения человечества.
С. Ф. Щедрин — один из первых русских живописцев, обратившихся к возможностям пленэра, определив тем самым художественные поиски мастеров будущих поколений. Окончив Императорскую академию по классу пейзажа с золотой медалью, в 1818 он отправился в пенсионерскую поездку за границу совершенствовать свое мастерство. Некоторое время Сильвестр Феодосиевич жил и работал в Риме, где исполнял заказы путешествующих русских аристократов, а в 1825 переехал в Неаполь и остался там навсегда. В окрестностях этого города он написал пейзажи, которые принесли ему не только известность, но и славу.
Италию Щедрин, как и все художники-романтики этого периода, воспринимал страной вечного лета, солнца и счастья. Мастера всегда интересовали проблемы света и передачи особенностей состояния воздуха, он стремился максимально реалистично показать всю красоту итальянской природы, поэтому главными героями его полотен были именно свет и воздух.
Одной из любимых тем Щедрина стал полуденный отдых (сиеста). На полотне «Веранда, обвитая виноградом» живописец изобразил маленький уютный мир — полную прохлады веранду и залитый южным солнцем залив. В тени виноградных лоз, увивших крыши, уютно расположились итальянцы, укрывшиеся здесь от полуденного зноя.
Одному из родоначальников русского реалистического пейзажа, А. К. Саврасову удавалось в обыденных городских и деревенских мотивах и сюжетах увидеть и передать необыкновенную поэтическую красоту. Картина «Грачи прилетели» была представлена на Первой передвижной художественной выставке в 1 871 и ознаменовала собой начало нового этапа в развитии русской пейзажной школы, рождение лирического пейзажа.
Под пасмурным и промозглым небом окраины глухого провинциального городка чувствуются душа и боль русского человека. На чуть потемневшем, но все еще белом снегу лежат легкие тени берез, а на бугре у забора заметен розовато-золотистый отсвет от солнца, которое, очевидно, клонится к закату. Мягкая, тонко проработанная лаконичная колористическая гамма, в которой в пределах одного цвета незаметно меняются холодные и теплые тона, почти осязаемо точно передает состояние природы, только что разбуженной от долгого зимнего сна легким дуновением теплого ветра. В этой работе художник не только проявил высокое мастерство в поэтическом выражении обыденного мотива, но и достиг удивительного состояния единства русской природы и народного настроения.
И. Н. Крамской, описывая свои впечатления об этой выставке, говорил, что все пейзажи, представленные на ней, — «это вода, деревья, даже воздух, а душа есть только в „Грачах“ Саврасова».
Пейзаж написан в Ялте, но не с натуры, а по воспоминаниям. По словам Крамского, увидевшего полотно, все в авторе эмоциональных, нередко драматичных пейзажей «говорило о художнике, необыкновенно чутком к шуму и музыке природы» и способном не только передавать увиденное, но и улавливать «общий смысл предметов, их разговор между собой и их действительное значение в духовной жизни человека».
В основе картины — контраст застывшей, будто уснувшей земли с крошечным озерцом, полным стоячей воды, и бурного неба с клубящимися облаками. Н. Н. Ге говорил, что Васильев «открыл мокрое, светлое, движущееся небо». Главная тема художника — просветление высшим светом всего темного, косного, не пробужденного в природе. Это одновременно и коллизия человеческой души.
На картине представлена величественная панорама русской природы. Композицию холста заполняет золотая спелая рожь. Колоски так точно изображены автором, что, когда смотришь на них, появляется почти реальное ощущение, будто от их легчайшего колыхания поле заполняет ровный шум, очень похожий на едва слышную вдали песню.
Излюбленный многими художниками мотив дороги олицетворяет нелегкий путь народа. Но стоит обратить внимание, как неожиданно его трактует Шишкин: зритель не видит на полотне темных цветов, дорога чиста и светла, она словно манит за собой в «голубые дали», где его ждет будущее, наполненное заслуженным счастьем и радостью. Неслучайно на одном из эскизов мастера написано: «Раздолье, простор, угодье. Рожь. Божия Благодать. Русское богатство».
«Московский дворик» — самая известная картина Поленова, в которой впервые наметился путь русского искусства 1870-х, стремившегося к растворению жанрового начала, характерного для реализма передвижников. Поленов отобразил типичный уголок старой патриархальной Москвы, увиденный летним солнечным утром. На картине мы видим и ныне существующую церковь Спаса в Песках близ Арбата, старинную усадьбу с пышным садом, ветхие покосившиеся сараи, большой двор, где играют дети, женщину с ведром, идущую в сторону беззаботно гуляющих кур — сосуществование большого и малого миров, что удивительным образом воплощает образ Москвы XIX века с деревенским укладом жизни. Ничто не ускользает от взгляда живописца, и весь этот гармоничный идиллический мир тщательно и с любовью передан при помощи яркой воздушной пленэрной живописи.
Картину приняли на Шестую передвижную художественную выставку; автор очень смущался, что столь обыденный сюжет, созданный под впечатлением быстро, легко и без особых затруднений, заинтересовал Товарищество таких маститых художников, как К. Е. Маковский, А. К. Саврасов, И. Н. Крамской, Н. Н. Ге и других. Полотно имело успех, вскоре его купил П. М. Третьяков для своей коллекции.
Творчество В. И. Сурикова представляет вершину русской исторической живописи второй половины XIX века. Однажды художника поразил образ — зажженная днем свеча — как символ трагедии и обреченности. Мастер масштабных исторических полотен много лет вынашивал его в себе, пока не воплотил тему расправы над стрельцами в картине «Утро стрелецкой казни». Тусклый в сизом воздухе хмурого утра огонек свечи в еще живой руке ассоциировался с казнью. Центральной сюжетной линией картины и ее главным эмоциональным стержнем является противостояние скрещенных взглядов стрельца с рыжей бородой и царя Петра. Пылающий ненавистью непримиримый взгляд бьет через все пространство картины, сталкиваясь с гневным и таким же непримиримым взглядом царя.
Очень важна архитектурная конструкция полотна. Стоящая одиноко башня Кремля соответствует одинокой фигуре царя; вторая, ближняя башня, объединяет в одно целое толпу наблюдателей, бояр и иностранцев; ровный строй солдат в точности повторяет линию кремлевской стены. Художник умышленно сдвинул все сооружения к Лобному месту, применив композиционный прием сближения планов и создав эффект огромной народной толпы. Собор продолжает и венчает собой это людское скопище, но центральный шатер храма Покрова словно не вместился в пространство: он «срезан» верхним краем картины и символизирует образ Руси, обезглавленной Петром I.
Поделиться книгой: