Мисс Грейнджер?

Отложив разговор на потом, Гермиона решила обдумать свое положение в целом. Тут сразу вырисовывалось несколько вопросов. И первый из них — канон или не канон? Что не совсем канон, это понятно. Сама изменившаяся Гермиона уже влияла на развитие событий. Но насколько близко к канону? Хотелось бы поближе. Тут хотя бы основные опасности известны и к ним можно подготовиться. С другой стороны, в многочисленных произведениях фанфикшена реальность порой совершала неожиданные кульбиты. И на фоне истории Мальчика — который — выжил шло противостояние таких сил, что любой Темный Лорд казался почти безобидным. Как тут выжить необученной девочке, пока не замеченной в особом могуществе? Про некоторые произведения Гермиона вообще предпочитала не думать. Она очень надеялась обойтись без откровенной чернухи.

Поразмыслив, Гермиона решила ориентироваться на канон. За неимением доказательств противного. Все — таки канон казался более вероятным, если, к примеру, принять во внимание гипотезу о возникновении вселенной воздействием эгрегора читателей, прочитавших книгу. Банально потому, что читателей канона больше.

Второй насущный вопрос — Дамбигад или не гад? Канон на этот вопрос ответа не давал. Порой казалось, что директор страдает тяжелым раздвоением личности. Иначе как объяснить поступки, характеризующие его абсолютно с разных сторон? По здравому размышлению, девочка пришла к выводу, что принципиального значения это не имеет. Дамблдор может быть беспринципным интриганом, рвущимся к власти любой ценой, преследующим свои хитрые цели, играющим жизнями окружающих людей, включая учеников. Это страшно и лично для Гермионы опасно.

С другой стороны, Дамблдор может быть великим светлым волшебником, который печется исключительно об общем благе. Проблема в том, что ради этого общего блага, Дамблдор все так же манипулирует людьми, плетет интриги и т. д. Если нужно будет, ради общего блага, пожертвовать чьей — нибудь жизнью, включая собственную — Дамблдор это сделает. И жизнь Гермионы тут будет цениться не более прочих. В общем, тоже ничего хорошего.

Во что Гермиона не верила, так это в Доброго Дедушку, друга всех детей, побеждающего всех силой любви. Просто потому, что такие люди не занимают высшие государственные посты, не создают собственные карманные армии и не оставляют годовалых младенцев на крыльце в холодную ноябрьскую ночь.

Ну и третий по порядку, но не по значению, вопрос — , а оно ей надо? Зная о том, что произойдет, зачем Гермионе ввязываться во всю эту авантюру с темными лордами, хоркруксами, пожирателями и прочим? Время до одиннадцатилетия еще есть. Она может подобрать аргументы, найти доказательства и убедить, уговорить родителей на отъезд из старой доброй Англии. На континент или в ту же Австралию. Чем не вариант? Язык знаком, тепло, солнце, синий океан, белый песочек пляжей, коралловые рифы с яркими рыбками, дайвинг… Гермиона так ярко представила себе эту картину, ей так сильно захотелось вдруг очутиться где — то там, под жарким солнцем, что она даже испугалась. Откуда бы такие желания? Ах да, мечта из другой жизни. Так и не исполненная. Может быть, сейчас получится?

Гермиона понимала, что решать нужно уже сейчас. Пока ее ничто не связывает с Магической Британией. Она, в конце концов, не Избранный. Про нее нет никаких пророчеств, даже таких сомнительных, как про Поттера. Она второстепенный персонаж, пусть и важный. Юный герой, под мудрым руководством Великого волшебника, скорее всего, справится и без нее. Возможно, шансы погибнуть на этом пути у героя возрастут. Например, отравится он на первом курсе, не разгадав загадку Снейпа на полосе препятствий. Или не отгонит дементоров на третьем курсе без маховика времени. На четвертом курсе его никто не поддержит во время турнира — как это повлияет на мальчика? ОД не будет точно, ведь именно книжная Гермиона его собрала и убедила Гарри возглавить. Про скитания по лесам и говорить нечего. Без палатки и множества необходимых мелочей из бисерной сумочки, без знания охранных чар — у Избранного есть все шансы быстро попасться пожирателям. Да и шарады директора с поиском хоркруксов разгадывать будет некому. Гарри конечно смелый, хорош в импровизации, интуиция у него работает. Но в плане поиска и анализа информации он не блещет. Логика — явно не его конек. В том, что без живительных пинков от невыносимой всезнайки, Поттер забьет на учебу, развлекаясь и болтая о квиддиче со своим лучшим другом Роном, Гермиона не сомневалась. С другой стороны, зачем ему какие — то особые знания? Если вспомнить путеводные книги, то всю войну Поттер пробегал с Экспелиармусом наперевес. Даже против Темного лорда сработало.

Хотя, кто поручится, что события пойдут в точности по канону? Директор вполне может помочь надежде Света другими способами. Или Поттер погибнет. Пророчество исполнится, и Дамблдор вполне сможет сразить Волдеморта в решающей битве, заработав себе второй орден Мерлина. Даже если Темный Лорд победит, какое до этого дело Гермионе? Ну будет он лордствовать в Магической Британии. Судьба ее жителей Гермионе, по большому счету, безразлична. Они вполне заслужили темного лорда своим бездействием, трусостью и тем, что свалили все проблемы на плечи необученного ребенка.

В то, что Волди полезет на континент или куда — то дальше, Гермиона не верила. А если и полезет — там его быстро укоротят. На каждого великого волшебника найдется пара — тройка не менее великих. Упокоят, защищая свои интересы. Хоркруксы — не панацея. Их число конечно. Сколько нужно, столько раз и упокоят.

Что еще? Война с маглами? Даже не смешно. Если Волди псих настолько, что влезет в это, то его упокоят еще быстрее. Сколько там в организации Темного Лорда членов, активно принимавших участие в боестолкновениях? Сотня наберется? Две? Магов загнали под Статут секретности в 17 веке. Все объяснения в том духе, что маги сами так захотели, Гермиона считала попыткой сделать хорошую мину при плохой игре. Маги банально не выдержали конкуренции, не смогли контролировать маглов, потому и сбежали. Может какая война была. Инквизиция, опять же. Стрела или пуля убивает не хуже Авады. И численный перевес маглов колоссален. И с тех пор он только увеличился. Про развитие технологий убийства себе подобных и говорить нечего.

Кроме того, Гермиона не сомневалась, что магический мир скрыт отнюдь не так надежно, как думают рядовые маги. Кому нужно знать — тот знает. Премьер — министр в курсе вполне официально, если верить книгам. А значит в курсе те, кому это следует знать по долгу службы. Руководители спецслужб, например. В то, что контрразведка не озаботилась вербовкой агентов в мире магии, Гермиона не верила. Завербовать несколько магглорожденных волшебников или даже сквибов — не такая и сложная задача. Так что руку на пульсе власти точно должны держать. И расположение ключевых точек волшебного мира им известно. Включая мэноры аристократов. А обычной бомбе все равно где взрываться. И маглоотталкивающие чары ей не помешают.

В случае открытого конфликта, Волди и его последователей быстро сметут. Невзирая на сторонние жертвы среди непричастных магов. Даже Статут для обывателей не порушат. Сопутствующие жертвы и разрушения спишут на борьбу с терроризмом каким — нибудь. Кстати, будут не так уж не правы.

И зачем Гермионе влезать во все это? Она не хочет зря рисковать своей жизнью и жизнями своих родных. Они для нее реальны, а все герои прочитанных в иной жизни книг — просто герои книг. Безликие буквы на бумаге.

Девочка немного грустно улыбнулась. Она осознала, насколько сильно отличается от себя прежней и от героини, описанной в книгах. У тех Гермион даже вопроса такого бы не возникло. Они бы ринулись в бой ради справедливости и защиты невинных. Нынешнюю Гермиону общее благо интересовало мало. Ее интересовало благо личное и благо дорогих ей людей.

Но было, все же, кое — что, что не давало Гермионе спокойно сбежать. И это было любопытство. Гермиона поняла, что просто никогда не простит себе, если не воспользуется шансом увидеть эту историю изнутри. Если не увидит Хогвартс, не познакомится лично с героями любимых в прошлой жизни книг. Если не попытается, наконец, повлиять на ход событий. Она просто не сможет себя уважать.

Кроме того, ведь должен же быть какой — то смысл в том, что у нее есть эти знания? Высшие силы вернули ее в мир живых, снабдив этой информацией. Зачем? Неясно. Но вряд ли для того, чтобы она просто сбежала.

Гермиона поняла, что в глубине души, все уже для себя решила. Она сыграет в эту игру. Но по своим правилам. И безопасность семьи она постарается обеспечить заранее, дабы не принимать экстренных мер в последний момент.

Глава 4

— Мама, папа. Как Вы относитесь к магии? — этот вопрос прервал мерное течение чаепития семьи Грейнджеров.

— Дочка, магия — это сказки, ее не существует… — Эмма осеклась, увидев скептически поднятую бровь девочки.

— Мы знаем, что с тобой случаются необычные вещи, — проговорил отец, — но не думаю, что это можно назвать магией. Скорее — пока не изученными способностями человека.

— Необычные вещи вроде этой? — Гермиона взмахнула рукой, и чайная ложечка поднялась со стола на несколько футов и там зависла, покачиваясь. Затем, повинуясь движению руки, ложечка начала опускаться на скатерть.

— Хм, раньше подобное происходило более… спонтанно, — пришел в себя Дэниел.

— Я много тренировалась, — скромно улыбнулась девочка.

— Ну, в любом случае, телекинез — это не магия, — Эмма не сдавалась, — хотя, конечно, это удивительно.

Гермиона собралась, разговор предстоял тяжелый:

— Вы же знаете, что я почти умерла тогда, в больнице?

— Ну что ты такое говоришь! — вскинулась мать девочки.

— Правду. Не стоит меня оберегать, все уже в прошлом. Просто скажите — вы знаете?

— Знаем, — грустно проговорил Дэниел, — но нам неприятно про это вспоминать.

— Пока я была… Там, я кое — что узнала. О будущем. О том, что волшебство существует. В Шотландии даже есть школа для волшебников. И меня в нее пригласят, когда мне исполнится 11 лет. Ну и о некоторых других событиях я тоже узнала. Или, скорее, о возможных вариантах событий.

Родители девочки обеспокоенно переглянулись.

— Я знаю о чем вы подумали, — продолжала Гермиона, — Не бойтесь, я не сошла с ума. И не стоит прямо сейчас везти меня к психиатру. Дайте мне два дня, чтобы проверить пару фактов. Обещаю, если ничего не получится, то спокойно соглашусь на визит к врачу. Но все получится.

Вообще — то Гермиона не чувствовала такой уверенности, какую пыталась показать. Этот мир мог слишком отличаться от мира в воспоминаниях и книгах. Но она решила рискнуть.

— Что же ты хочешь проверить? — родители были все так же обеспокоены.

— Вы мне поможете? Пожалуйста… — девочка жалобно посмотрела на мать и отца.

— Поможем, если ты объяснишь, что имеешь в виду.

— Первая проверка проста. Ничего делать не придется. Просто смотреть выпуски новостей и читать газеты. Завтра, 26 апреля, в Советском Союзе произойдет авария на Чернобыльской атомной электростанции. Будет выброс радиоактивной пыли. Ветер будет разносить ее над Европой. Не бойтесь, опасностью это нам не грозит. Но в новостях и газетах об этом сообщат.

— Ладно, это легко будет проверить — Дэниел был несколько шокирован.

— Да. Но существование магии это не докажет. Для этого есть другая проверка. Но нужно, чтобы вы отвезли меня в Лондон. Я хочу показать Вам одно место.

— Мы решим завтра, — проговорила Эмма, — После просмотра новостей.

На протяжении следующих нескольких дней в газетах и на телеканалах обсуждали катастрофу на советской атомной станции. Грейнджеры были обеспокоены. С одной стороны, они были рады узнать, что их дочь не сумасшедшая. С другой стороны, было непонятно, чего ждать от внезапно открывшихся пророческих талантов девочки. Будто бы было мало летающих по дому предметов.

В ближайший выходной семья Грейнджеров в полном составе отправилась в Лондон, по названному Гермионой адресу. К своей радости, девочка убедилась, что неприметная дверь Дырявого котла находится на своем законном месте.

— Папа, ты видишь вход в старый паб? Между книжным и музыкальным магазинами?

— Между ними ничего нет, — с сомнением протянул Дэниел.

— Мама?

— Я тоже ничего такого не вижу, дорогая.

— Это потому, что вы не волшебники. На вход наложены специальные чары, чтобы обычные люди ничего не замечали. Там расположен непрезентабельный паб, а через него можно пройти на волшебную улицу. На ней размещены различные волшебные лавки, магазины и так далее. Сейчас я вам покажу, — Гермиона взяла родителей за руки и подвела к потрепанной двери с облезшей краской.

Эмма и Дэниел с удивлением воззрились на появившуюся из ниоткуда дверь. Внезапно дверь распахнулась, выпуская на улицу пожилого мужчину. На пару секунд приоткрылся вид на мрачноватое помещение.

Гермиона потянула родителей к месту, где они оставили машину.

— Теперь Вы убедились, что я ничего не выдумываю?

— Да, Гермиона. Я привык доверять своим глазам. И я верю тебе, — Дэниел еще не совсем пришел в себя, но решил успокоить дочку, — А почему мы не прошли внутрь?

— Волшебники скрывают свой мир от обычных людей. Волшебников довольно мало, но у них есть свое министерство, главной задачей которого является сохранение тайны. Разумеется, руководство государства, например, премьер — министр, знают о волшебниках. Но от простых обывателей все скрывают. Есть специальные отряды волшебников, которые стирают память обычным людям, которые стали случайными свидетелями существования магии.

— Да какое они имеют право?! — возмутилась Эмма.

— Они просто могут. На самом деле, думаю, они боятся раскрытия тайны. И есть какие — то давние договоры с правительством. Это называется — Статут Секретности.

— Подожди, ты сказала, что в 11 лет тебя пригласят в школу для волшебников, — вспомнил отец девочки. — А как же эта секретность?

— Иногда дети — волшебники рождаются не только у родителей — магов, но и у обычных людей. В этих случаях магические законы допускают посвящение родителей в тайну существования магии.

— И что это за школа? — заинтересовалась Эмма.

— Школа в Шотландии. Старинный замок, скрытый такими же чарами, как и этот паб. Полный пансион. Школьники приезжают домой на каникулы. Учиться 7 лет.

— И ты в эту школу хочешь? — осторожно спросила мама Гермионы. Она не до конца поверила в рассказ дочери, но пока решила узнать как можно больше. Мысль о том, что ее девочка в 11 лет уедет в какой — то замок, который они с мужем даже не смогут найти в случае чего, Эмму не радовала.

— Трудно сказать. Магия — это интересно. Да и не похоже, чтобы у меня был выбор.

— Что значит — нет выбора? — встрепенулся отец, — не захочешь — не поедешь. Пойдешь в обычную школу, потом в колледж.

— Министерство магии, помните? — втолковывала родителям Гермиона, сидя на заднем сидении машины, которую ее отец вел по направлению к дому, — По закону, любой волшебник обязан пройти обучение и сдать экзамены. Независимо от того, родился он в волшебном мире или в обычном. Неконтролируемое волшебство может быть опасно. Что, в общем то, правда.

— Ну, а если ты не захочешь, или мы не захотим отпустить дочь?

— Ну какой ребенок не захочет попасть в волшебную сказку? — улыбнулась девочка. Что до родителей… К нам придет работник школы, или министерства. Расскажет о магии, о том, что я — волшебница. Покажет пару заклинаний. В общем, сделает все, чтобы вас убедить.

— А если не убедит? — Дэниел был настойчив, — Пойми нас с мамой, мы не хотели бы запрещать тебе учиться чему — то новому. Но все же? К тому же, ведь не может быть, чтобы никогда не было случаев отказа родителей от такого обучения детей?

Гермиона молчала, обдумывая ответ. Через некоторое время она продолжила:

— Убедит. Скорее всего. А если нет… Понимаете, я знаю не все. Скорее, я знаю очень мало. Только отрывочные факты. Но я могу сделать предположение на их основе. Хотите послушать?

Тут задумались родители девочки. Они не могли не заметить, что Гермиона изменилась после болезни. Стала более тихой и скрытной. Она даже книгами интересовалась не так сильно, как раньше. И манера разговора… Гермиона всегда была очень умна, но, все же, оставалась ребенком. А сейчас порой создавалось впечатление, что они разговаривают со взрослым человеком. Это немного пугало. С другой стороны — она все еще оставалась их девочкой, и было заметно, что она их любит.

— Да, мы хотим узнать, что ты об этом думаешь, — нарушил тишину Дэниел.

— Волшебники не могут рисковать нарушением секретности. К тому же их мало, и каждый ребенок с даром представляет ценность для общества. Вас убедят. А если не смогут убедить словами… Помните про стирание памяти? Это не единственное, что могут делать маги. Они могут внушить мысль. И Вы будете уверены, что всегда мечтали отправить ребенка на учебу в магическую школу. В принципе, опытный волшебник может заставить родителей вообще забыть, что у них был ребенок. Хотя я не думаю, что до этого дойдет.

Эмма и Дэниел были шокированы:

— Знаешь, нам все меньше и меньше нравится этот волшебный мир.

— Понимаю. Мне тоже. Потому я и решила Вам все рассказать. Как я уже сказала, я не думаю, что дойдет до крайностей. Но мне не нравится, что абсолютно посторонние люди будут распоряжаться моей судьбой. Я хочу изучать магию, но… У нас еще есть несколько лет, чтобы принять решение. Возможно, я ошибаюсь. Нам нужно больше информации. Папа, ты сходишь со мной на эту волшебную улицу? Нужно купить книги, чтобы разобраться во всем.

— Узнаю свою девочку, — через силу улыбнулся Дэниел, — Не знаешь что делать — читай книги! Верно?

— Книг много не бывает, — разрядила обстановку Гермиона.

— А почему мы тогда сразу не пошли?

— Нужно подготовиться. Волшебники консервативны. Они ходят в мантиях. Я не хотела бы привлекать внимание в простой одежде. В обычном мире мантии взять негде. Так что нужно будет купить там. Но для начала, стоит одеться по моде хотя бы начала века. Кроме того, у волшебников в ходу собственные деньги. Чековая книжка их не устроит. Только наличные. Причем фунты нужно будет обменять в волшебном банке.

— Ладно. Мы все устроим. Прямо шпионский роман какой — то. Мне самому любопытно, настоящее приключение!

— Дэн! Будь серьезней, это может быть опасно, — Эмма явно была не в восторге от планов дочери и нездорового энтузиазма мужа.

— Мама, не волнуйся. В конце концов, это обычный торговый район, а не зона боевых действий. В принципе, мы могли бы пройти и сейчас. Скорее всего, все прошло бы нормально. Но лучше подготовиться. Честно говоря, я не хочу привлекать внимания. И не хочу, чтобы кто — нибудь нас запомнил.

— Вот! Слушай нашу предусмотрительную дочь, — улыбнулся Дэниел, — Не беспокойся, дорогая, все будет отлично. Мы просто тихо пройдемся, купим книжек — и домой.

— Я иду с вами!

— Мама, не стоит. Целая семья привлечет больше ненужного внимания. К тому же, я кое — что вспоминаю про эту улицу. И одному папе мне будет легче подсказывать, чем вам обоим.

В эпический поход было решено отправиться через два дня. Времени хватило, чтобы отыскать и привести в порядок старый костюм, некогда принадлежащий деду Дэниэла. Костюм был еще довоенный и довольно дорогой. Все эти годы он мирно провисел в шкафу. К счастью, моль до него не добралась.

Гермиону одели в строгое длинное платьице. Взглянув в зеркало, она решила, что напоминает ученицу закрытой католической школы из старых фильмов. Все портили слишком короткие волосы. Но их удалось прикрыть скромной шляпкой.

Кроме того, в порядке подготовки к приключению, Гермиона поинтересовалась финансовым положением своей семьи. Ведь было ясно, что покупки потребуют денег, и не малых. К тому же, девочка хотела приобрести как можно больше необходимых вещей за один раз. В идеале, данный поход по магазинам должен был стать первым и последним, до ее одиннадцатилетия.

Как оказалось, деньги у семьи были. В общем, Гермиона в этом и не сомневалась. О достатке говорил просторный дом, регулярно приобретаемые новые автомобили, изредка пополняемая отцом коллекция старого оружия и многие другие факты. К примеру, в прошлом году семья несколько недель отдыхала во Франции, арендуя небольшую виллу. Грейнджеры может и не были богачами, но были вполне обеспеченной семьей.

Как просветил Гермиону отец, и ему и Эмме досталось по небольшому наследству. Жили они в доме, ранее принадлежащем родителям Дэниэла. Родители Гермионы были дантистами. Что, в принципе, ничего не говорит о доходах семьи. Работник в государственной больнице — тоже дантист. Но Грейнджеры, вместе с двумя другими компаньонами, владели собственной клиникой. И работало в этой клинике пару десятков человек. Судя по всему, клиника была вполне успешна и приносила стабильный доход.

У семьи были и сбережения в банке и трастовый фонд на образование для Гермионы. У Дэна даже был свой брокер. Отец Гермионы понемногу вкладывал деньги в разные акции. Узнав про это, Гермиона подумала, вспомнила прошлую жизнь, и посоветовала приобретать акции Эппл, Майкрософт и, возможно, Интел.

Проникнувшись планом дочери «купить всего и побольше», Дэниел посетил банк, сняв десять тысяч фунтов со своего счета. Сумма довольно крупная, но не экстраординарная.

Вернувшись домой, Дэниел подумал, спустился в подвал, где достал из тайника шкатулку с Вальтером восьмой модели. Пистолет был трофейный. Отец Эммы конфисковал его у взятого в плен офицера вермахта где — то в Арденнах. Дэн здраво рассудил, что ходить по улицам с крупной суммой наличных и в простом мире небезопасно. А кто там этих волшебников разберет.

Вообще — то, оружие было нелегальным. В Великобритании всегда были жесткие законы о хранении оружия, а в последние годы они стали еще строже. Но сдать властям семейную реликвию у Грейнджеров не поднялась рука.

Глава 5

Дэниел и держащая его за руку Гермиона вошли в Дырявый котел утром. Они решили прийти пораньше, пока на Косой аллее еще немноголюдно. Им повезло пристроиться за спешащим волшебником и пройти за ним через открытый проход на заднем дворе паба. Просить бармена открыть вход не хотелось.

Гермиона и проинструктированный ею отец старательно сдерживались и не крутили по сторонам головами. Хотя очень хотелось. Заметив белое здание банка, описанное в книгах, Гермиона потянула отца к нему. Гоблины производили впечатление… Еще бы! Иная разумная раса! Дэниел с трудом удерживал невозмутимое выражение лица и вежливо раскланялся с охранниками при входе.

Осмотревшись в зале, Гермиона заметила в углу окошко, у которого никого не было. Предположив, что им туда, она повела к нему папу. В окошке виднелся гоблин.

— Здравствуйте, уважаемый, — обратился к нему Дэниел, — я хотел бы обменять фунты на галеоны.

— Один галеон — пять фунтов, — проскрипел гоблин.

— Благодарю, курс мне известен. Прошу, — мужчина протянул гоблину пачку банкнот.