Помоги проекту - поделись книгой:
Следующая фраза лишь подтвердила догадку — не намерен!
— Люююб, — проворковал низкий бархатный голос. — Я ошибаюсь, или на тебе нет белья?
Фауст лукаво ухмыльнулся и, чуть приподнявшись на локтях, спустился взглядом к моей груди. Я проследила за ним глазами и чуть не выругалась с досады.
Не знаю, как так вышло, но соски отчего-то затвердели — причем отнюдь не от холода — и теперь бесстыже торчали, натягивая тонкую ткань рубашки. Машинально попыталась прикрыться ладошками, но Фауст не дал. Стиснул мои запястья и завел над головой, крепко прижимая их к сырой земле. Сам же, не отрывая завороженного взгляда от моих округлостей, перехватил запястья одной рукой, а второй подцепил верхнюю пуговичку и ловко ее расстегнул. Потом не спеша расправился со следующей, обнажая аппетитную ложбинку в распахнувшемся вороте рубахи.
Вот в этот момент я поняла, что все реально серьезно. И что меня возьмут прямо здесь и сейчас — в лесу, на голой земле, при белом свете дня. Не то, чтобы меня особо смущала обстановка — все же белые простыни и лепестки роз не самое главное в жизни, а уж в отношениях и подавно. Но… как-то уж слишком быстро развивались события. И, с одной стороны, вроде и хочется, чтобы он зашел дальше, нежели простое поглаживание открывшейся кожи, и… колется. И вообще, буквально в двадцати метрах от нас дрыхнет моя младшая сестра! Пока еще дрыхнет… Что, если она сейчас проснется и застукает нас за этим делом?!
И словно отзываясь на мои мысли, со стороны нашей стоянки раздалось протяжное завывание:
Н-да… с пением в нашей семье всегда были проблемы. А если еще и голос ломать, как это делает Стаська, то какофония звуков выходит такая, что хоть вешайся.
Фауст, по всей видимости, был того же мнения. Блондин тотчас прекратил свое увлекательное занятие и с тяжким стоном ткнулся носом мне в шею.
— Напомни мне придушить ее, когда выберемся из леса.
Ну, желание Фауста прибить мою младшенькую было вполне понятно. У меня и самой такое частенько проскакивало. Смущало другое:
— А почему когда выберемся из леса?
— Потому что, пока мы в лесу, есть шанс, что она сама напорется на что-нибудь несовместимое с жизнью. Не хочется марать руки, знаешь ли… — с серьезной миной на лице поведал феникс.
Я от такого заявления малость офигела. И видимо, взгляд мой оказался очень выразительным, потому что феникс тут же весело усмехнулся и добавил:
— Да шучу, я. Не смотри на меня так.
Ничего себе, нормальные у него шуточки… Я ведь за такое и надавать могла. По морде.
— Эй, вы где? Мы есть седня будем? — меж тем гораздо ближе, чем прежде, раздался Стаськин голос.
Ой, кажется, кое-кто встал и направляется к нам.
Фауста с меня будто ветром сдуло. Блондин вскочил на ноги и помог мне подняться. После сам же застегнул собственноручно расстегнутые пуговки. И к тому моменту, как из-за кустов вынырнула сестричка, ничто в нашем облике не напоминало о недавнем инциденте.
— А чего вы тут делаете? — спросила мелкая, переводя заинтересованный взгляд с меня на Фауста и обратно.
— Тренируемся, — за нас двоих ответил блондин и поднял с земли брошенное древко.
— О, значит, Лу уже выздоровела? А то вчера весь день трупаком валялась, — хмыкнула мелкая. — Как засос, кстати?
— Какой… — не сразу смекнула я, а потом вспомнила — феникс же яд отсасывал! Провела рукой по шее и обнаружила там все ту же повязку.
— Кстати, надо проверить, не воспалилась ли… — спохватился Фауст и, вновь отшвырнув палку, двинулся ко мне.
Коснувшись шеи, принялся развязывать узелок на повязке. Ковырялся он долго. И, судя по еле слышному бормотанию, коварный узелок поддаваться не хотел и от манипуляций Фауста лишь сильнее затягивался.
— Стась, попробуй ты, — попытался переложить задачу на сестричку блондин.
— Нее, — пошла в отказ мелкая. — Сам затянул, сам и развязывай.
— Ладно, — недолго думая, согласился Фауст и, нагнувшись, вытянул из-за голенища сапога короткий кинжал.
Вот теперь воспротивилась уже я.
— Даже не думай! — шикнула на блондина и отскочила в сторону.
— Да ладно тебе, я всего лишь узел перережу.
— Ага. И заодно мне ухо отрежешь! Не вздумай даже с этой штукой приближаться! — скомандовала я и на всякий случай выставила вперед руки.
Нет, я, конечно, не сомневалась в том, что Фауст мастерски управляется с холодным оружием, просто ощущать у шеи острую сталь не так уж и приятно, не говоря уже о том, что просто страшно… Вдруг дернусь еще!
Фауст глянул на меня укоризненно, но клинок все же убрал.
— Ладно, тогда поступим иначе, — что-то придумал блондин и как-то хитро прищурил глаза. А спустя мгновение оказался подле меня и приник губами к шее. Ну, то есть не к шее, а к повязке. И не губами, а зубами. Но дела это не меняет, ибо от его близости у меня вновь перехватило дыхание.
Короче, стою я, обмираю. А провокаторша сестричка, наблюдающая за всей этой картиной, так вообще задорно мне подмигивает. Нет, ну как сговорились, ей-богу! Фауст же, наконец справившись с коварным узелком, легонько прижался губами к открывшейся коже и тут же отпрянул. Вот ведь… хитрец!
Дальше мы размотали повязку и…
— Ни фига себе, синячище! — Младшенькая в ужасе округлила карие глаза, да еще присвистнула от удивления. А потом обратилась к нашему провожатому: — А я тебе говорила, не надо так сильно присасываться. Вампир несчастный.
— Нет, все же до выхода из леса я не дотерплю, — пробурчал себе под нос Фауст, сворачивая в руках тонкий лоскут ткани.
Потом вновь приблизился и внимательно осмотрел мою шею.
— Н-да… Синячок знатный. Болит? — И чуть надавил пальцем на ранку.
— Ай! — пискнула я и шлепнула Фауста по ладони. — Когда не трогаешь — не болит!
— Извини, — покаянно улыбнулся мужчина и вновь потянул ко мне руку.
Нет, ну сколько можно трогать мою шею? Лучше бы он где в другом месте меня потрогал. Где не больно! Но только не при Стаське, разумеется. Хотя на сей раз блондин был очень аккуратен, еле заметно прикасался к ранке, неизвестно чего проверяя, а потом провел по ней кончиками пальцев, и я почувствовала сначала резкий холод, а потом приятное согревающее тепло. А после… вообще перестала что-то чувствовать… Ни боли, ни прикосновений.
— Ты что сделал? — тут же вскинулась я, ощупывая рукой шею, и непонимающе уставилась на этого горе-врачевателя.
— Убрал болевое ощущение, — довольно улыбнулся тот.
— Ага, и чувствительность заодно?! — уже собралась вспылить и высказать блондину все, что думаю по этому поводу.
Нет, ну реально, что за самоуправство такое?! Мог бы и спросить. Может, мне нравится, когда болит!
— Да не заводись ты, — беззлобно отозвался Фауст. — Нечувствительна только сама ранка, ближайшие ткани я не трогал. Сама проверь.
Я проверила. Тщательно. И злости заметно поубавилось. Ибо блондин не соврал, и на деле прикосновения не ощущались лишь на небольшом участке кожи. Фух, а то уж я, грешным делом, испугалась, что шея онемеет.
— Может, уже хватит Любкой заниматься? Мы есть сегодня будем? — подала голос потерявшая всякое терпение сестричка.
— Конечно, будем! — чересчур бодро ответил наш провожатый. — Иди готовь!
Ооо, вот это он зря. Я бы Стаське готовку ни за что не доверила. Чревато последствиями. Да и вообще, ее уговаривать дольше придется. Проще самой все сделать.
— Давай лучше я, — решила взять инициативу в свои руки, понимая, что из нас троих я лучше всего справлюсь с поставленной задачей. Лучше в том плане, что никто не отравится.
— Вообще-то мы не закончили, — вмиг разрушил все мои планы Фауст. — Так что Стася отправляется делать завтрак. А мы продолжаем занятие! — веско заявил блондин и всучил мне мое импровизированное оружие.
— Эммм… ты уверен? — решила уточнить я, вспомнив, чем буквально десять минут назад закончилась наша тренировочка.
— Угу, — кивнул блондин и добавил: — К тому же другого шанса позаниматься может не представиться.
А вот этот аргумент и вправду оказался весомым. Колечко колечком, но по факту я даже защищаться нормально не умею. А в свете возможной встречи с сидами навык этот может оказаться весьма полезным.
В итоге Стаську мы выпроваживали уже вдвоем. Мелкая побурчала, попричитала о своей тяжкой доле, но была вынуждена взяться за стряпню. Мы же с фениксом вернулись к тренировке.
На сей раз все было иначе. Фауст к вопросу подошел серьезно и начал с того, что показал мне наиболее устойчивые для ведения боя стойки, потом продемонстрировал пару атакующих приемов. Простых и эффективных. Научил правильно распределять вес и балансировать с разным по габаритам и тяжести оружием. После изучения приемов нападения перешли к защите. Блондин показал, как правильно ставить блок, как уворачиваться, как отражать удар, одновременно не позволяя противнику нанести второй.
— Фауст, а почему ты сначала стал учить, как нападать, и только потом, как обороняться? — задалась вопросом, повторив очередной нехитрый прием.
— Потому что лучшая защита — это нападение. Особенно в твоем случае.
— Что значит, в моем случае? — возмутилась я, уловив во фразе блондина явный намек на дискриминацию.
— Это значит, что, если тебе попадется умелый противник, обороняться ты толком не сможешь. Все равно достанет. Так что в твоем случае лучше нападать первой, глядишь, эффект неожиданности сработает, — усмехнулся феникс.
Вот оно, значит, как. А я-то уже губу раскатала. Думала, раз у меня с первого раза получилось повторить за Фаустом все приемы, то я уже суперпрофессионал. Нет, понятно, конечно, что это в основном заслуга колечка. Как объяснил блондин, артефакты такого рода позволяют обучаться в разы быстрее. Память тела якобы работает лучше. Но даже несмотря на такой очевидный «допинг», я все равно была крайне довольна собой. И вдруг все мои иллюзии так жестоко разбили.
Разумеется, я обиделась!
— А… понятно… — глубокомысленно изрекла я и, перехватив палочку поудобнее, саданула учителя по спине.
— Люба, ты что творишь? — просипел Фауст, пригибаясь к земле и хватаясь рукой за поясницу.
— Как что? Тренирую момент неожиданности, — во все тридцать два зуба улыбнулась я. Ну а что, он ведь сам предложил действовать именно таким способом.
Собственно, на этой радостной ноте занятие и закончилось. Ввиду, так сказать, нетрудоспособности педагога. Ну не рассчитала я силенки… Не рассчитала.
Но все равно, даже того, что мы успели изучить, было более чем достаточно для одного занятия. Пусть я и схватываю быстро, но новым знаниям тоже надо улечься. А еще не мешало бы все сегодняшние движения отработать на практике, в тренировочном поединке или что-то вроде того. Фауст обещал, что мы постараемся выкроить время вечерком. Кстати, надо отдать должное блондину, учитель из него получился очень даже ничего. Ну, если отбросить в сторону все кривляния и шуточки не по теме.
Дальше мы дружненько позавтракали и отправились в путь. В отличие от вчерашнего дня никаких эксцессов по дороге больше не случалось. Стаська вела себя на удивление смирно, я тоже не отходила далеко от спутников, да и лес стал намного приветливее и приятнее, чем прежде. Как объяснил феникс, за вчера мы успели преодолеть некую аномальную зону с повышенным магическим излучением, так что теперь всяких напастей типа хищных растений и мифических зверюшек можно было не опасаться.
Примерно к пяти часам вечера, когда солнце начало потихоньку клониться к закату, мы покинули сень деревьев и оказались у подножия невысокого пологого холма, на вершине которого располагался город гремлинов.
Глава 5
НОМЕР ДЛЯ НОВОБРАЧНЫХ
Город гремлинов, с незамысловатым названием Гремвиль, походил на многоярусный торт: идеально круглый, с несколькими уровнями приклеенных друг к другу домов. Нижний состоял из больших одно- или двухэтажных строений, вполне приемлемых для жизни человека. Большинство из них пестрело вывесками гостиниц и питейных заведений, витринами сувенирных магазинов и лавками чудес. На втором уровне, что стоял прямо верхом на первом, располагались домики поменьше, вышиной примерно в человеческий рост. Эдакий вариант для низкорослых хоббитов. Забраться в такой если и можно было, то лишь согнувшись.
Дальше круче, то есть еще меньше. Третий ярус, словно убежище лилипутов, своей высотой еле-еле доставал мне до пояса. На четвертом же, последнем, домики и вовсе походили на кукольные. Маленькие, будто игрушечные. С крохотными окошками, разноцветной черепицей на двускатных крышах, белеными крылечками и расписными стенами. Каждый словно маленькое произведение искусства. Украшенное цветами и перьями, крупными бусинами и самоцветами, стеклянной мозаикой и крохотными кручеными ракушками.
Глядя на эти миниатюрные творения, я невольно почувствовала себя Алисой в Стране чудес, что откусила волшебный гриб и выросла до невероятных размеров.
— Удобно, однако, — прокомментировала зрелище сестричка.
— И не говори, — поддержала я, а мозг тут же провел параллель с моим родным миром. — При нынешних ценах на недвижимость в Москве самое время научиться менять размеры тела, как это делают гремлины. Прикупил один квадратный метр и ни в чем себе не отказывай!
Сестричка понятливо хмыкнула, а Фауст вопросительно выгнул светлую бровь.
— Цены на жилье у нас в городе просто заоблачные. Вот мы и мечтаем научиться менять размеры, — пояснила я.
Кстати, насчет размеров самих обитателей Гремвиля. С этим тоже была полная неразбериха, точнее, полное разнообразие. Шнырявшие мимо рыженькие обитатели то еле-еле доставали ростом мне до колена, то дышали в пупок, то любопытным остреньким носиком упирались в грудь. Стоит ли говорить, что к последней категории относились в основном юноши? Что интересно, зачастую встречалась вот такая премилая картиночка — бежит себе молоденький кучерявенький гремлин и, завидев издали нашу компанию, вдруг разом увеличивается в размерах! Приветственно кивает и чуть ли не с ног до головы окидывает меня оценивающим взглядом. Нет, мне, конечно, такое внимание приятно, но уж слишком оно показалось навязчивым. Да и Фауст отчего-то разнервничался. Подхватил под локоть и шагу в сторону не давал ступить.
Я сначала думала возмутиться таким положением дел — все же я девушка свободная, — а потом, после очередного молоденького рыжика, повстречавшегося на пути и окинувшего меня медовым взглядом и последовавшего за этим взглядом недовольного рычания феникса, до меня дошло, что Фауст попросту ревнует.
Я чуть было радостно не захохотала от такого открытия и мысленно поблагодарила мадам Жоржетт, что подобрала мне этот чудесный дорожный костюм. Как раз перед входом в город мы переоделись, так что сейчас на мне был и элегантный жакет, и накладная юбка, и маленькая изумрудная шляпка. Я даже волосы умудрилась собрать и под эту самую шляпку упрятать, как раз как показывала тетушка в модной лавке. В общем, выглядела я потрясающе, и взгляд Фауста, который первые несколько минут смотрел на меня будто завороженный, только подтвердил это мнение.
Сейчас же блондин, кажется, и вовсе вознамерился не подпускать ко мне ни одной особи мужского пола. Меня же, напротив, так и распирало его позлить, а потому я улыбалась направо и налево, не упуская ни единой возможности побесить спутника. Хотя на самом деле смотреть там было совершенно не на кого. Почему-то все эти рыжики были ну слишком уж молоды. Да и в целом среди гремлинов практически не встречалось представителей среднего возраста. Либо молодежь, либо старики. Этот факт меня крайне удивил, а потому я не преминула поинтересоваться причинами такой демографической ситуации у Фауста.
— Все просто, — с улыбкой ответил блондин. — Трудоспособное население на службе. В городе обитают лишь те, кто еще слишком молод и проходит обучение, либо уже слишком стар, чтобы служить хозяевам. Ну и есть, конечно же, отдельные индивиды, коих по каким-то причинам не нанимают.
— То есть все гремлины служат хозяевам, подобно Тревуру? — удивилась я.
— Именно, — подтвердил мое предположение феникс.
— Бедные… — посочувствовала я несчастным, что вынуждены всю жизнь пахать на благо какого-то чужого дяди.
— Зря ты считаешь их бедными. Услуги гремлинов крайне дорогое удовольствие. Да и к кому попало они на службу не идут. Только к достойным, а испытания у них такие… уууу… Впрочем, ты завтра сама все увидишь! — во все тридцать два зуба улыбнулся Фауст.
— Мы что, пойдем смотреть на испытания?
Почему-то у меня сложилось впечатление, что это будет нечто вроде красочного шоу. С трибунами, зрителями, прохладительными напитками и подбадривающими участников лозунгами.
Фауст хмыкнул и скосил на меня темно-синие глаза, в которых читалось явное веселье.
— Вы — да, а я возьму на себя смелость поучаствовать.
— Чего?! — Я резко тормознула и вырвала локоть из хватки феникса. — Совсем, что ли, сбрендил? Ты с головой-то дружишь? — Выразительно постучала себя по оному месту, намекая на то, что у блондина совсем поехала крыша. — Или тебе жить надоело? — вопросила я, вспомнив, что предприятие это крайне рискованное и Фауст может запросто лишиться жизни.
Нет, у него, конечно, еще есть парочка в запасе, но нам-то со Стасей что делать, если он вдруг копыта откинет?
— Люба, я лучше знаю, что мне делать, — раздраженно дернул щекой феникс.
— Как же, знает он. Мы вообще-то тоже имеем право голоса! — вклинилась сестричка и, подбоченившись, уперла руки в боки.
— У тебя еще забыл спросить, — фыркнул блондин. — И вообще, гремлин нам так или иначе нужен. А так как мы, стараниями сидов, остались без Тревура, то придется мне добывать своего.
— Но Фа…
Поделиться книгой: