Собрание творений. Том 4. Догматика Православной Церкви. Пневматология. Эсхатология

Всецелую тайну человека знает только Богочеловек. И в Своем Богочеловеческом Теле Церкви Он как Глава Церкви подразделяет людей на два вида: на людей душевных и людей духовных. И душевный человек, и духовный — это существа безмерно сложные: в них присутствуют и в их жизни участвуют все видимые и невидимые Божии миры.

Преисполненный Пресвятого Божия Духа святой Апостол благовествует: Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно (1Кор.2:14). Кто такой душевный человек? Это человек, который упорно остается при своей человеческой природе, не желая добавить к ней природу Божественную, обогатить ее Богом, распространить, соделать бессмертной, обожить, совершить, возвести к полноте. Это человек, остающийся лишь при своем человеческом духе и не желающий облагодатствовать его Духом Божиим, Духом Святым, Которым только и может человеческий дух возродиться, обновиться, преобразиться, освятиться и, таким образом, спастись из своего солипсистского ада. Другими словами, душевный человек — это человек гуманистический, чающий «чистого человека», без примеси чего-либо Божиего, Божественного, бессмертного, вечного. Это человек, «верный земле», весь зарывшийся в перстное, наподобие сверхчеловека Ницше и натуралистического, «естественного человека» Руссо и Толстого. Это человек, утверждающий: я — тело и только тело, или: я — чувство и только чувство, или: я — разум и только разум, или: я — воля и только воля, или же: я — труд и только труд. Одним словом, это человек без Бога, безбожник, язычник. Такой человек, разумеется, не принимает того, что от Духа Божия для него всё это — глупость, вздор, бессмыслица, безумие — μωρία. Поэтому он не принимает Господа Иисуса Христа, Его Евангелие и всё, что Он Собою приносит и открывает. Не принимает он и Его Богочеловеческого Тела — Церкви, в которой человеколюбивый Господь продолжает Себя в земном мире через все века. Для душевного человека всё это μωρία, из всего этого он ничего не может разуметь. Ведь Богочеловека и Богочеловеческое он измеряет человеком и человеческим. А Богочеловек и Богочеловеческое несравнимо шире, глубже и бесконечнее всего человеческого: и разума, и духа, и сердца, и силы, и естества; настолько шире, глубже и бесконечнее, насколько Бог шире, глубже и бесконечнее человека.

Естественно, и Богочеловеческое, в силу самого присутствия Богочеловека — через Церковь — в нашем земном мире, имеет свое Богочеловеческое мерило и свой Богочеловеческий орган постижения и разумения. А таковым является? — Дух человеческий, только возрожденный, преображенный, усвоившийся Христу, обогочеловеченный Духом Богочеловека Христа. Подобное познаётся подобным: человеческое человеческим, Богочеловеческое Богочеловеческим, духовное Духом Святым. Дарованное нам от Бога мы можем разуметь лишь когда примем Духа от Бога (1Кор.2:12), ибо обо всем этом надобно судить духовно, духовно это исследовать, взвешивать и оценивать. И никак иначе. Не каким бы то ни было рационалистическим, сенсуалистическим, диалектическим образом. Всё здесь — Дух Святой. Дух Святой в духе человеческом. Когда человеческий разум посредством святых таинств и святых добродетелей соединится со святым и соборным Богочеловеческим разумом Церкви, тогда он приобретает способность к постижению Богочеловека Христа и всего Ему присущего. Обогочеловечение, обожение человеческого разума во Христе — это единственный путь к уразумению всего Христова. Владыка Христос может познаваться лишь жизнью в Нем Самом, в Его Богочеловеческом Теле — в Церкви. А для всех внешних Он неизменно остается непроницаемой тайной. Для них — всё бывает в притчах (Мк.4— Примеч. ред.). Им не дано знать тайны Царствия Небесного, ибо они вне этого Царствия, за его пределами, и не хотят в него войти. А тем, которые верою во Христа вошли в него, открываются тайны и дается уразумение всего Христова (см. Мф.13:10–16).

Классический пример «душевного человека» — ленивый раб из притчи о талантах (Мф.25:14–29 — Примеч. ред.). Не хочет он ничего Божиего ни в самом себе, ни в окружающем его мире: всё в себе божественное, богоподобное он скрывает и от себя самого, закапывает в землю, в брение своей плоти, умерщвляет, чтобы оно не жило и не давало себя ощущать. Всю свою жизнь он проводит без Бога и Божиего, вне Бога и Божиего. Таким и отходит он из мира сего в мир оный. С ропотом и бунтом против Бога и всего Божиего. — Ленивый и мятежный раб служит прототипом всех безбожников, материалистов, позитивистов, гуманистов, человекопоклонников, вещепоклонников, идолослужителей. Это люди душевные (ψυχικοί), не имеющие Святого Духа (Иуд.19): они остались при голом духе человеческом, потому они и перстные, потому и смердят земным.

В противовес человеку душевному стоит человек духовный (ὁ πνευματικός). Это человек, принявший Духа Божия, Духа Святого; преобразивший себя Им, так что Им он и мыслит, и чувствует, и всё исследует и обо всем судит. Он — и духоносец, и носимый Духом. Духом Святым исследует он иглубины Божии, которые во Христе Богочеловеке (1Кор.2:4—16), и знает, что есть ширина и глубина и высота Христа и всего Христова (см. Еф.3:17–19). Духом Святым приобретает он то, чего не видел человеческий глаз и не слышало ухо и что не приходило человеку на сердце: обогащается Христом во всем, во всякой премудрости и разумении, всяким словом и всяким познанием (Еф.1:8; 1Кор.1:5). Весь Духом Святым совоплощенный Владыке Христу, вочлененный в Его Богочеловеческое Тело, погруженный в Его тайну, он и сам делается тайной для внешних, для людей душевных, и они его не понимают, как не уразумевают и его Господа, ибо не могут проникнуть в тайну его существа и жизни. Поэтому христоносный Апостол и говорит: Духовный судит о всем, а о нем судить никто не может. Ясно одно: [именно] Духом Святым человек становится духовным. Дух же Святой приобретается святыми таинствами, а удерживается в душе святыми подвигами. Ибо святая жизнь — это жительство в святых евангельских добродетелях: в вере, любви, надежде, молитве, посте, праведности, кротости, терпении, смиренномудрии, истине и прочих. Дух Святой соединяет духовного человека со Владыкой Христом, так что делается он один дух с Господом, а тело его становится храмом, в котором обитает Дух Святой. Духоносный Апостол богомудро говорит: Соединяющийся с Господом есть один дух с Господом… Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Которого вы имеете от Бога, и вы не свои (1Кор.6:17, 19; ср. Гал.4:6)?

Богочеловеческой естественностью естественно то, что кто одного духа с Господом, тот с Ним и одного ума, и одной мысли, и одной души, и одной жизни. Всё это устрояет в нас Святой Дух: Христово преображает в наше, вверяя нам Христовы дары (см. 1Кор.12:3—11). Он — Всезиждительная Сила в Богочеловеческом Теле Церкви; Своею благодатью соединяет Он нашу мысль со святой и соборной мыслью Церкви, наше сердце — со святым и соборным сердцем Церкви, наш ум — со святым и соборным умом Церкви. Таким образом, Дух Святой созидает в нас всеобъемлющее чувство и вечное убеждение в том, что Владыка Христос — и вправду единственный истинный Бог и Господь, и вправду единственный истинный Спаситель и Искупитель людского рода, и вправду наша единственная истинная жизнь на земле и на небе (см. 1Кор.12:3; Деян.4:11–12; Кол.3:3–4). Духом Святым мы познаём, что во Христе Боге: τὰ τοῦ Θεοῦ; Им всецелого Господа Иисуса Христа мы и приемлем, и носим в себе. Всё наше, человеческое, Он постепенно освящает, обоживает в Себе, обогочеловечивает; и всё Свое, Христово, как и Себя Самого, — преображает в наше. Так, Духом Святым мы делаемся Христовыми, а Он нашим: с Его воплощением от Духа Святого и Святой Девы наше тело стало Его телом, наша душа — Его душой, наше сердце — Его сердцем, наш ум — Его умом, наша жизнь — его жизнью, — дабы в Церкви Духом Святым Его душа стала нашей душой, Его сердце — нашим сердцем, Его воля — нашей волей, Его жизнь — нашей жизнью, Его ум — нашим умом. Святой Апостол и завершает свое благовестие о духовном человеке словами: Ибо кто познал ум Господень, чтобы мог судить его? А мы имеем ум Христов (1Кор.2— Примеч. ред.). Ибо мы — в Его Богочеловеческом Теле, которому Он — Глава, а Его ум — это соборный, святой, Богочеловеческий ум Церкви. Этим умом мы и мыслим; он — наше непогрешимое мерило. Но всегда лишь настолько, насколько мы Христовы, насколько живем мы в Его Богочеловеческом Теле, насыщаясь Его святыми силами и Божественными святынями. Чем мы это доказываем? Тем, что наши мысли — Христо-мысли, наши чувства — Христо-чувства, наша жизнь — Христо-жизнь.

Трисолнечный Господь по Своему неизреченному человеколюбию создал человека быть храмом Божиим, храмом Святой Троицы. В этом — всё Богочеловеческое домостроительство спасения, совершаемое Владыкой Христом, и весь смысл Его Церкви в мире. Поэтому всезаботливый Апостол благовествует христианам: Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас (1Кор.3:16)? В том Божественное предназначение человеческого существа, чтобы Бог его наполнял, был его содержанием, обитал в нем как в Своем храме, как в Своем теле. Этого предназначения человеческое существо вполне достигло в Богочеловеке Христе: в Нем человек весь исполнен Богом, в Нем человек — поистине храм Божий, в котором обитает вся полнота Божества телесно (Кол.2:9). Таков Господь Иисус Христос. А христиане — тем христиане, что они, как и Он: и они суть храм Божий, в котором живет Дух Божий, Дух Святой. Как подобает жить в Божием храме? Богослужением, молитвой. А молитва всегда приводит за собой все евангельские добродетели и живет через них: в вере и любви, в надежде и терпении, в кротости и смирении, в милосердии и сострадании, во бдении и посте и во всех прочих, сколько их ни есть. Ведь каждая добродетель преуспевает молитвой и только с ее помощью поддерживается и достигает своего совершенства. В своей сущности и любовь — от молитвы, и надежда, и пост, и кротость, и сострадание, и каждая добродетель, делающая христианина самим собой. Так как христианин — храм Божий, в котором живет Дух Божий, то и жизнь его есть не что иное, как постоянное богослужение. Каждая мысль христианина, каждое его чувство и действие участвует в богослужении, непрестанно совершаемом им на престоле собственного сердца. Храм Божий преисполнен Божиими Ангелами, Божиими святыми и их святыми иконами. Разве можно среди них жить иначе, а не свято, не по-евангельски, не молитвенно? Христианин — храм Божий, если его душа — живой иконостас: святитель — в ряду святителей, преподобный — в ряду преподобных, праведник — в ряду праведников. А его мысли, его чувства, его дела суть бесчисленные лампады, неугасимо перед ними горящие. А его евангельские добродетели — это золотые кадильницы, из которых постоянно источается дивное благоухание его миродохновенных евангельских благоволений.

Храм Божий до тех пор храм, пока он — дом молитвы, пока в нем совершается служба Богу, богослужение. Как только этого не станет, он тотчас обращается в вертеп разбойников (см. Мф.21:13; Мк.11:17; Лк.19:46). Тогда в нем свирепствуют злые помыслы, скверные чувства, худые дела, разные грехи, душепагубные страсти. Опустошают они и истребляют всё в человеке божественное и святое. И наконец весь человек делается вертепом разбойников. Разрушен храм Божий, уничтожен иконостас, разбиты лампады, сокрушены кадильницы. А ведь человек был сотворен Богом именно как Божий храм: в тело вдохнул Бог богоподобную душу, чтобы вся жизнь человека стала боголюбивым, молитвенным служением Богу. Сверх того, человек был поселен в раю, в том мире, который сам по себе — величественный Божий храм. Но стоило лишь человеку с охотой согласиться на грех и внести его в себя и в окружающий мир, как тут же прервалось дивное богослужение и началось служение диаволу. И человек, этот чудный храм Божий, превратил себя в вертеп разбойников. А равно и окружающий человека мир. Ведь диавол начал их опустошать и неистовствовать в них через грехи, страсти и смерть. Но человеколюбивый Господь стал человеком, чтобы преобразить человека и вновь сделать его храмом Божиим. И действительно, человек в Богочеловеке явился совершенным и всесвятым Божиим храмом. Ведь тело Богочеловека было поистине храмом Бога (Ин.2:21), в котором обитает Бог и непрестанно совершается богослужение. И мы, люди, лишь в Богочеловеке Христе впервые ясно увидели, что такое, в действительности, настоящий человек, человек как храм Божий, и что такое подлинная человеческая жизнь, жизнь как непрестанное богослужение. Посему и Христова Церковь есть не что иное, как Его Богочеловеческое Тело, живой Божий храм, в котором всё человеческое живет тем, что непрестанно служит Богу. А Дух Божий, Дух Святой обитает как душа в Богочеловеческом Теле Церкви со дня Святой Пятидесятницы. С тех пор каждый человек может при содействии Божией благодати соделаться храмом Божиим, если станет членом Богочеловеческого Тела Христовой Церкви (см. Еф.2:19–22, 3:5–6). Если же он и вправду им станет, то в нем будет обитать Дух Святой. А с Духом Святым — Отец и Сын: Троица Святая и нераздельная. Так христианин делается храмом Пресвятой Троицы, в котором неусыпно совершается богослужение Трисолнечному Богу и Господу. Начинается это со Святого Крещения: Дух Святой вселяется в крещаемого и обитает в нем купно с Отцом и Сыном. Поэтому жизнь истинного христианина — это непрестанное богослужение: служение Духом Святым единому Богу в Троице. Духоносный Апостол и пишет христианам: Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Которого имеете вы от Бога…? Вы храм Бога живаго (1Кор.6:19; 2Кор.6:16).

Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог: ибо храм Божий свят; а этот храм — вы (1Кор.3:17). Христианин разоряет храм своего существа, если вносит в него что-то несвятое и нечистое. А таков любой грех, любая страсть, любой порок. Разоряет свой храм христианин, если не служит Богу всем своим сердцем, всей своей душой, всей своем помышлением, всем своим телом, то есть если его жизнь не есть постоянное богослужение. Разоряет храм Божий человек, соблазняющий христианина, вводящий его в грех, подстрекающий к противоевангельским поступкам, помыслам, желаниям. Жизнь в грехах разоряет Божий храм, и человек превращается в храм диавола. Ведь любой грех — это служение диаволу, диаволо-служение. Поэтому разорителям Божия храма грозит наказание от Самого Бога. О каждом таком разорителе святой Апостол говорит: его покарает Бог, то есть Бог попустит, чтобы разорителя разорили грехи, чтобы они увлекли его в погибель, в тление, в духовную смерть. Ибо непростительный грех, ибо хула на Духа Святого — сознательно повреждать и разрушать человека, то есть храм Божий, в котором обитает Дух Святой. В мире сем христиане суть живые Божии храмы, и они святы, святы Духом Святым, живущим в них: ибо храм Божий свят, а таковы суть христиане. Святость, святая жизнь — вот чем христиане храм Божий; вот благодаря чему в них обитает и живет Бог. Христиане дотоле остаются храмом Божиим, пока взращивают в себе святые мысли, святые чувства, святые настроения; пока живут святой жизнью. Если же они это оставят, то их храм Божий будет исподволь разрушаться, место добра начнет занимать зло, место добродетели — порок, место Бога — диавол. И храм Божий станет храмом диавольским, в котором будет совершаться служение диаволу, диаволослужение. Богочеловеческая истина гласит: грехами всегда служат только диаволу, подобно тому как святостью всегда служат Богу. Живя сознательно и добровольно в грехах, человек разоряет себя, губит себя навеки и низводит себя в вечное царство того, кому служат грехами, — в преисподнюю.

Если человек мыслит иначе, то обольщает себя. Главное людское заблуждение — полагать, что человек сотворен для чего-то другого, а не для того, чтобы быть Божиим храмом, в котором живет Дух Божий. Такое мудрование есть, в сущности, безумие, ибо оно увлекает человека в пропасть, в погибель, отстраняя его от назначения и цели, поставленных ему всемудрым и всемогущим Богом. Всё, что люди в мире сем считают мудростью, но что не от Богочеловека и не ведет к Богочеловеку, — всё это безрассудство. Люди, живущие по человеку, считают вздором, глупостью и Богочеловека, и Его Святое Евангелие. В их понимании, глуп любой верующий во Христа, в Его Евангелие. Но именно эта вера, представляющая человека безумным в глазах мира и человекопоклонников, — и есть истинная мудрость, мудрость Божественная, бессмертная и вечная, которая только и делает человека божественно мудрым, мудрым и перед Богом, и перед Ангелами. Здесь попросту можно установить правило: будь безумен, чтобы быть мудрым! Поэтому христомудрый Апостол и благовествует: Никто не обольщай самого себя. Если кто из вас думает быть мудрым в веке сем, тот будь безумным, чтобы быть мудрым (1Кор.3:18). Людская логика настолько извращена грехом, этой логикой сатаны, что для нее безумно и глупо то, что на самом деле единственно мудро: Богочеловек и всё Ему присущее; а мудро — всё противное Богочеловеку и Его Евангелию. У христиан же всё возвращается к своему Божественному порядку: логика исцеляется, возвращается к логосности; и таким образом обретается здравое и надежное мерило добра и зла, истины и лжи, Бога и диавола. Даже сам сатана не может их прельстить, ибо нам не безызвестны его умыслы (2Кор.2:11).

Воплощение Бога Слова от Святой Девы совершено Духом Святым. Так Бог Слово стал человеком, соделался Богочеловеком, стал Церковью. И так Он на всю вечность сочетался с человеком, а человек — при Его посредстве — со Святой Троицей (Ин.17:21–23). Совоплощение человека Владыке Христу в Богочеловеческом Теле Церкви совершается опять-таки Духом Святым. Это — самое совершенное соединение человека и Бога, которое к тому же осуществляется Духом Святым через святые таинства и святые подвиги. Отсюда — благовестие духоносного Апостола: А соединяющийся с Господом есть один дух с Господом (1Кор.6:17). Как же соединяется человек с Господом? — Святыми таинствами и святыми добродетелями. Прежде всего, святым таинством Крещения. Ему предшествует вера. Вера и есть первая обращенная к Богу сила, которая всего человека привлекает ко Господу, приводит к Нему, прилепляет к Нему, отлучив его предварительно от всех ложных богов и обманчивых ценностей мира сего. Верою человек отторгается от всего тленного, несвятого, греховного, смертного, диавольского — и прививается ко Господу, Всечистому, Всесвятому, безгрешному, бессмертному, вечному. Совершается же это при содействии святых таинств и евангельских подвигов молитвы, любви, поста, надежды, смирения, кротости, терпения и прочих. Разве молитва не возносит дух человека ко Господу и не сочетавает с Ним? А любовь? Разве любовью христианин не приникает ко Господу всем своим сердцем, всей своей душой, всей своей мыслью, всей своей силой? А надеждой разве не возлетает он весь к Нему и не пребывает с Ним неразлучно? А терпением разве не прилепляется к Нему настолько, что чувствует себя с Ним сораспятым? А Святое Причащение, разве не сплачивает оно всего человека с Ним, соединив его с Ним во всей полноте, так что он — поистине один дух с Господом? Да, всё это, несомненно, приводит нас ко Господу, прививает нас к Нему, совоплощает Ему, сочетавает с Ним. Другими словами, всё это нас воцерковляет и оцерковляет, делает составными частями Богочеловеческого Тела Господня, Церкви. Мы — один дух с Господом, если мы — члены Христовы и как таковые живем в Его Богочеловеческом Теле, в Церкви: ее жизнью, ее благодатью, ее Духом, ее душой, ее всеобъемлющим существом, ее Богочеловечностью.

Грех — единственная сила, отделяющая человека от Господа; обособляющая настолько, что сопрягает (она] человека с диаволом и превращает его в его духовное чадо (см. Ин.8:44; 1Ин.3:8—12; Мф.13:38–39). А Божественное Евангелие Спасителя — это опять-таки единственная сила, направляющая и приводящая ко Господу и с Господом соединяющая и сплачивающая. Из всего евангельского источается сила, возводящая к своему Источнику — ко Господу Иисусу Христу. Потому и изрек Он бессмертное благовестие: Слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь (Ин.6:63). Исполняя евангельские заповеди Господа, человек наполняется Его Духом и действительно становится одним духом с Господом. Так живет он в Господе и Господь в нем. Бог Слово стал человеком, всецело, неразлучно и вечно сочетался с человеческим естеством, дабы показать нам, что это единственный истинный путь, единственная истинная цель, единственный естественный образ бытия человеческой природы вообще, природы, разветвленной во все человеческие существа всех времен. Отторгнуться от сатаны, отречься от сатаны и от всех дел его и пойти за Господом Иисусом Христом, соединиться с Ним и иметь в себе Святого Духа и Его святость — вот смысл и цель пришествия Богочеловека в мир и Его совокупного домостроительства спасения, то есть Церкви. Это опытно переживается, прежде всего, в святом таинстве Крещения, а затем возделывается и реализуется через всю жизнь посредством прочих святых таинств и всех святых евангельских добродетелей. Любая страсть, любой грех нарушает это единство с Господом. Если христианин предаст себя страстям, то он уже отринул себя от Господа и возвратился к сатане, творя дела сего последнего. А каковы дела сатаны? — Грехи. Каждый грех есть дело сатаны. Все грехи имеют одну и ту же цель: отделить человека от Господа и вернуть его сатане. И все грехи неустанно над этим трудятся, как самые тяжкие, так и самые малые, и все прочие среди них. Грехом, отлучающим человека от Господа и ввергающим его прямо в объятия сатаны, является, прежде других, блуд.

Посему наставляемый Богом Апостол повелевает: Бегайте блуда; всякий грех, какой делает человек, есть вне тела; а блудник грешит против собственного тела (1Кор.6:18). — Обычно любой грех зачинается в душе и, если мы его вскармливаем, развивается в ней так, что либо перетекает в тело, либо весь остается в душе. Например, гордость, самолюбие, зависть, злопамятство, ненависть — могут полностью обитать в душе и не проявляться в теле. А блуд оскверняет всё тело и душу. Главным образом — тело, ибо он, по преимуществу, грех тела. Человек-блудник грешит против собственного тела. Как? Так, что и тело по естеству своему — богозданно, свято, носитель богообразной души, ее святой храм. Грешит против собственного тела, ибо и тело для Господа (1Кор.6:13), а не для блуда, не для греха, не для зла. Оно дано человеку, чтобы в нем воплотился и обитал Господь, а не чтобы грех лишал его святости, осквернял, поражал смертью, срастворял с диаволом. Внося грех в свое тело, человек грешит против собственного тела, равно как и против собственной души. Ведь всяким своим грехом согрешает он как против души, так и против тела. В силу единства своей личности человек всяким своим грехом грешит и против собственного тела, и против собственной души, и против собственной совести, и против собственного ума, и против всего собственного существа, против всей своей природы. Это нарочито бывает через грех блуда. Ибо ничто, сущее в человеке и составляющее человека, — не для греха; и тело тоже не для греха. Всё это сотворено Богом и дано человеку, чтобы хранил он всё это в Божественной святости и чистоте и возводил к совершенству. Так, тело создано, чтобы быть храмом богоподобной души, ее верным соработником и бессмертным спутником, дабы и то, и другое вобрало в себя Бога и жило Им вечно. Об этом свидетельствует нам и Сам Господь Иисус Христос, соделавшись как Бог Слово плотью, телом: Его пресвятое Тело не есть ли совершенный храм Божества? Ведь всё Его Богочеловеческое домостроительство спасения мира сводится к тому, чтобы весь человек: и душа его, и тело — исполнились Богом, обожились; облеклись в Господа Иисуса Христа — усвоили себя Христу, обогочеловечились; соделались Божиим храмом — отроичились; [стали] храмом, в котором через святые таинства и святые добродетели живет Трисвятое Божество: Отец, Сын и Святой Дух, Троица единосущная и нераздельная.

Эту истину раскрывает богодухновенный Апостол, назидая христиан: Не знаете ли, что тела ваши суть храм живущего в вас Святого Духа, Которого имеете вы от Бога, и вы не свои (1Кор.6:19)? Отличие христиан от нехристиан состоит в том, что тела христиан суть храм Святого Духа. Дух Святой благодатью соединился с их душой. И стал как бы душой их души. Следовательно, вся жизнь христиан есть не что иное, как жизнь в Духе Святом и Духом Святым: непрестанное служение, непрестанное богослужение Духу Святому всем сердцем, всей душой, всем умом, всем существом. Дух Святой живет в них так, что участвует во всей их жизни: Им они чувствуют и самих себя, и Бога, и мир; Им они мыслят и о Боге, и о мире, и о себе самих; всё, что делают — Им делают: Им молятся, Им любят, Им веруют, Им действуют, Им спасаются, Им освящаются, Им пребывают в бессмертии. Сердце их — Им их, и душа их — Им их, и жизнь их — Им их. От Него к ним снисходит всё: и жизнь, и бессмертие, и вечность, и все ценности, и все благовестия, и все радости. Ибо всецелый подвиг спасения совершается Духом Святым. Он — Тот, Кто в Иисусе открывает нам Господа; Он — Тот, Кто верой вселяет Господа Иисуса Христа в нашу душу; Он — Тот, Кто благодатными подвигами сочетавает нас с Ним; Он — Тот, Кто наш дух настолько с Ним соединяет, что мы становимся один дух с Господом (1Кор.6:17); Он — Тот, Кто по Своему всемудрому Божественному Промыслу разделяет и преподает нам Божественные дары; Он — Тот, Кто утверждает нас и совершенствует в этих дарах; Он — Тот, Кто в святом таинстве Крещения возрождает нас, обновляет и освящает; Он — Тот, Кто через все святые таинства и святые добродетели облекает нас во Христа и усваивает нас Ему; Он — Тот, Кто очищает нас, освящает, спасает, обоживает, делает бессмертными и, таким образом, и душу нашу, и тело претворяет в Божий храм, в обитель Пресвятой Троицы. И еще: Он — Тот, Кем в человеческом мире осуществляется всё евангельское, всё Христово, всё Богочеловеческое домостроительство спасения, ибо Он — [как] душа в Богочеловеческом Теле Церкви. Поэтому Владыка Христос и возвестил, что хула на Святого Духа не простится людям ни в сем мире, ни в будущем (Мф.12:32; Мк.3:29). Поэтому и жизнь Церкви как Богочеловеческого, Христова Тела началась с сошествия на нее Святого Духа и продолжается из века в век Его пребыванием в ней, ибо Церковь — Им Церковь. Он наставляет на всякую истину спасения; Он научает спасению, Он совершает спасение каждого. Всё здесь принадлежит Ему, а через Него — Богу Отцу и Богу Сыну. Всем своим христиане обязаны Ему, поэтому святой Апостол и говорит им: Вы не свои (1Кор.6— Примеч. ред.). Рассмотрите в себе доброе: всё, что есть в вас святого, возвышенного, благого, божественного, бессмертного, вечного, евангельского, — не от Него ли это, не от Духа ли Святого? Ваше очищенное и освященное тело — не Им ли очищено и освящено, не Им ли обращено в Божий храм? И ваша очищенная и освященная душа и ваша очищенная и освященная совесть — не Им ли очищены и освящены? А ваше очищенное и освященное сердце и ваш очищенный и освященный ум — и они не Им ли очищены и освящены? Всё это так, потому что Дух Святой живет в вас (1Кор.6:19).

Но при всем этом никогда нельзя забывать: всё это имеют христиане от Духа Святого, да и Самого Духа Святого, благодаря нашему досточудному Спасителю, Господу Иисусу Христу. Ибо «Егоже ради и Дух Святый в мир прииде» (Акафист Иисусу Сладчайшему), Егоже ради и продолжает Он в Церкви Его спасительное, Богочеловеческое дело. Ведь если бы Владыка Христос не пришел в наш мир и не совершил всечеловеколюбивого подвига спасения мира, то и Дух Святой не пришел бы в наш мир. Без сомнения, всё, что Единый Человеколюбец, Господь Иисус Христос, сделал ради нас, людей, и ради нашего спасения, — всё это столь бесконечно драгоценно и безгранично человеколюбиво, что никакой человеческой мерой не может быть измерено и никакими людскими критериями объято. Венец же всего этого — то, что Себя предал Он в жертву за спасение мира. Себя! А кто Он? Единородный Сын Божий, Сам Бог Слово, Который стоит больше, чем все видимые и невидимые миры вкупе, да еще помноженные на бесконечное число. И Он Таковой, воистину единственная Всеценность во всех мирах, снизошел в наш смердящий мир, стал человеком, жил в нашем злосмрадном зверинце, добровольно подъял невыразимые муки за спасение мира, да и самую позорную смерть на кресте, — для чего? Только для того чтобы людей, этих сластолюбивых и грехолюбивых земных клещей, спасти от греха, смерти и диавола и даровать им вечную жизнь и нетленное блаженство. Есть ли что более человеколюбивое и драгоценное, чем это? Сколь дорогой ценой мы куплены! Нам, людям, не довлеет ни ума, ни сердца, чтобы в должной мере представить себе и прочувствовать всю бесконечность и всё превосходство неизреченного подвига Спасителя.

Святой христоносный Апостол божественно прав, обращаясь к христианам со следующими словами: Вы куплены дорогою ценою. Посему прославляйте Бога и в телах ваших, и в душах ваших, которые суть Божии (1Кор.6:20). Мы и в самом деле куплены дорогою ценою. Благий Господь Своей Божественной жертвой искупил нас для рая, для вечности, для божественной жизни, для божественного блаженства, для богочеловеческих совершенств. Каким тогда надлежит быть нашим телам и нашим душам? Разве не святыми храмами, в которых непрестанно воспевался бы и прославлялся предивный Господь и Спаситель наш Иисус Христос? Как же Его, Всеславного, можем мы прославлять в наших телах и душах? Только святостью и чистотой. Ведь только этим прославляется Всесвятой и Всечистый. И тела, и души должны быть святыми и чистыми, дабы быть им достойным Божиим храмом, в котором неусыпно совершалось бы богослужение единому истинному Богу и Господу Иисусу Христу. Только так и души наши, и наши тела исполнят свое Божественное предназначение, ибо и то, и другое от Господа и для Господа. Божие должно принадлежать Богу, служить Богу, славить Бога. Если и кто-нибудь, то именно Владыка Христос, став плотью и восприняв на себя человеческую душу, ясно показал, что и человеческое тело, и человеческая душа — Божии. Поэтому наша первая обязанность — отдать Божие Богу, служить Ему тем и тем Его прославлять. Так нам становится ясным благовестие святого Апостола: Вы не свои; ибо всё, что имеем, — душа и тело — не наше: всё это от Бога, ради Бога, для Бога. Ни в коем случае ни душа наша, ни тело — не для греха, не для смерти, не для диавола, не для ада. Ведь и грехом, и смертью, и диаволом, и адом мы позорим не только наши души и наши тела, но и Самого Творца и Спасителя наших душ и телес — Господа нашего Иисуса Христа. А прославляем мы Его достойно и в телах наших, и в душах наших тогда, когда Его благодатной силой очищаем их от всякого греха, смерти и диавола и наполняем только тем, что свято, бессмертно, вечно, богочеловечно.

Святой Златоуст благовествует: «Всё в нас — Господне: и тело, и душа, и дух. И всё это Апостол называет Божиим (1Кор.6:20) не только потому, что сотворил их Бог, но и потому, что, когда стали они Ему чуждыми, Он их вновь соделал Своими дорогой ценой Крови Сына Своего. Всё наше Апостол приписывает Христу, возводя нас на небо. Он говорит: вы члены Христа, вы храм Духа; оскверняя тело, вы не свое тело скверните (ибо сие тело не ваше), а Христово. Владыка Христос по человеколюбию соделал наше тело Своим, тотчас устранив нашу злую над ним власть. Итак, если тело ваше — не ваше, то вы не имеете права осквернять тело другого, особенно когда принадлежит оно Господу, или бесчестить храм Духа».

Воплощенный Бог Слово дал христианству тело, а Дух Святой ниспослал ему Свою благодать как душу. Церковь — это Тело Христово, которому Дух Святой преподал Свою благодать как душу. Воплощенный Бог Слово воплотил всё Божественное, что только могло быть воплощено: В Нем обитает вся полнота Божества телесно — σωματικῶς (Кол.2:9). Всё духовное и небесное Он овеществил, материализовал. Тело соделал храмом Божества. И прогремело по миру воистину новое благовестие: Тело… для Господа, и Господь для тела (1Кор.6:13): материя для Господа, вещество для Господа, ибо и оно от Господа и ради Господа: Все Им и для Него создано (Кол.1:16). Но как человеческое тело неполно и необъяснимо без души, так и тело Церкви неполно и необъяснимо без Святого Духа. Святой Дух — это Дух Истины; потому и наставляет Он на всякую истину воплощенного Бога Слова и Его Богочеловеческого Тела, Церкви. Он открывает и являет Бога в Иисусе. Всё, что мы знаем об Иисусе как о Боге и Господе, как о Спасителе и Промыслителе — всё это знаем мы Им (см. 1Кор.2:6—16). Поэтому и все новозаветные книги написаны Духом Святым через духоносных, святых людей (см. 2Пет.1:11–12; 2Пет.1:21; 2Тим.3:16). После того как вознесся на небо, Владыка Христос ниспослал в наш мир Святого Духа и оставил Его в теле Церкви как душу Церкви, как разум, и совесть, и жизнь Церкви. Он — главный Свидетель об Иисусе, воплощенном Боге и Господе (см. Ин.15:26), Среди людей Он — главный Устроитель и Зиждитель Богочеловеческого подвига спасения, совершаемого Спасителем. Вообще говоря, Церковь — Им Церковь: Им она живет и действует; Им стоит и существует. Им — «всяка душа живится», Им — «чистотою возвышается». Им — «светлеется Троическим единством священнотайне». Дух Святой в-отроичивает и отроичивает каждого члена Церкви: спасает, делает словесным (логосным), освящает, обоживает, обогочеловечивает. Только Им каждый исполняет свое Божественное предназначение в Богочеловеческом Теле Церкви. На всех ступенях спасения, от начала до конца, Он наставляет и руководствует каждого, подавая каждому члену Церкви надлежащую меру благодати. Поэтому все христиане — и духоносцы, и Духом носимые. Не может быть христианин без Духа Христова, без Духа Святого. Своим бытием христианин — от Духа Святого и в Духе Святом. От Духа Святого начинается первое восприятие и первое узнавание Христа как Бога и Спасителя.

Без сомнения, в человеческой душе первое ощущение и первое осмысление Христа — от Духа Святого. Но и всё последующее восприятие и познание Христа источаются из Него и в Нем восходят из силы в силу. Всё, что Богочеловек Христос принес человеческому роду, становится нашим, людским, лишь при посредстве Духа Святого, Который как Созидатель Церкви Своей благодатью устрояет спасение каждого в отдельности члена Церкви. Минуя Духа Святого и без Духа Святого ничто Христово не может стать нашим, человеческим. Как Владыка Христос воплотился в Святой Деве от Духа Святого, так посредством Духа Святого — при содействии Его святых, благодатных, зиждительных, обогочеловечивающих даров — духовно воплощается Он и в нас. Другими словами, лишь Духом Святым человек сочетавается со Христом и усвояется Христу, то есть спасается, освящается, обоживается, водуховляется, одуховляется, вотроичивается и отроичивается. В христианстве все духовные дары — от Духа Святого. Именно Им люди становятся духовными, ибо, принимая Его, христиане делаются духоносцами, всё духовное опытно переживая как жизнь своей жизни, как душу своей души, как совесть своей совести (см. 1Кор.2:12–15). Христианин — тот, кто имеет в себе Христа. А вселяет Христа и уготовляет Ему в душе человека обитель только Дух Святой. Христианин, на самом деле, — христоносец. Но таким он становится и остается только Духом Святым. Поэтому Спаситель всё Свое домостроительство спасения мира утвердил на Духе Святом (см. Ин.14:12–17, 26).

Вся в совокупности тайна Христа и христианства — в Духе Святом. Всё Христово реализуется в нашем человеческом мире лишь через посредство Святого Духа. Каждое Христово дело, и чудо, и мысль — своей реальностью, и осуществленностью, и осуществимостью свидетельствуют о Духе Святом и Его все-зиждительной Божественной деятельности в земном мире. Лишь Духом Святым Божественное становится человеческим. Лишь Духом Святым небесное стало земным. Когда Бог Слово вошел в наш мир, то вошел, воплотившись от Духа Святого; когда явил Свое Божество, то явил Его Духом Святым (см. Ин.1:32–34); когда открыл тайну Своих чудотворений и Божественного всемогущества, то указал на Духа Святого (см. Мф.12:28), когда основал Церковь, то основал ее Духом Святым и Его оставил в Теле Церкви как Устроителя спасения людей через все века (см. Деян.2:1—12, 8:15–17, 10:44–47, 11:15, 19:6, 15:28; Ин.20:22–23). Самая очевидная евангельская реальность: Дух Святой — всё и вся в Церкви. Поэтому Спаситель ясно и решительно изрек благовестие, что хула на Духа Святого не простится ни в этом мире, ни в будущем (Мф.12:22–32; Лк.12:10). Памятуя обо всем этом, духоносный Апостол и пишет коринфянам: Не хочу оставить вас, братия, в неведении и о дарах духовных. Знаете, что, когда вы были язычниками, то ходили к безгласным идолам, так, как бы вели вас. Потому сказываю вам, что никто, говорящий Духом Божиим, не произнесет анафемы на Иисуса, и никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым (1Кор.12:1–3).

Все евангельские истины — от Духа Святого; Дух Святой созидает всё духовное. Хотя и незрим Он по существу, Дух Святой видим в Своих делах. Вот, к примеру, Деяния Святых Апостолов — все от Духа Святого. Христианство отличается от язычества Духом Святым, Его непрестанным действием в Церкви, проявляющимся во всем духовном. Язычество — это отсутствие Духа Святого в духе человеческом. Присутствуя в человеке, Дух Святой производит всё духовное. И тем самым расширяет и углубляет в душе и Бого-ощущение, и Бого-познание, и Бого-почитание. Духом Святым человек все явственнее и отчетливее воспринимает истинного Бога и Господа Иисуса Христа как свою жизнь и как бессмертную Богочеловеческую силу своего человеческого существа. Поистине лишь духоносец ведает Бога; не имеющий Духа Святого — язычник. А язычник носит в себе мертвую душу и служит мертвым: безгласным идолам, ибо без Духа Святого человеческая душа мертва для всего Божественного, бессмертного, вечного, всеценного. Что такое язычество? — Безмерное падение человеческой души. Вместо того чтобы служить всеживому и всеистинному Богу и Господу, человек как божествам служит безгласным изваяниям, мертвым вещам. И это неудивительно, ведь без Духа Святого в себе человеческий дух, на самом деле, вне себя: он неуёмно блуждает по пустыням небытия и скитается по ущельям ничтожности. Приходит же он в себя лишь тогда, когда крестится Духом Святым, когда родится Им и возродится, ибо тогда переходит он из смерти в жизнь. Крещение — вот мост из небытия в бытие, из смерти в бессмертие, от ложных богов к Богу истинному, из язычества в христианство.

Когда человек духовно прозреет? Когда во Иисусе узрит, почувствует, усмотрит, познает Бога. А этого он достигает, когда освятится Духом Святым и начнет свято жить, свято мыслить, свято чувствовать, свято поступать. Тогда и жизнь, и мысль, и чувство направят его ко Христу и откроют ему в Нем Бога и Господа. Ибо никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым (1Кор.12:3). Дух Святой все проницает, и глубины Божии, которые во Христе Богочеловеке (см. 1Кор.2:10). Если бы не Дух Святой, мы не знали бы, что Иисус — Сын Божий и Бог и что Он принес нам толикие дары и Божественные совершенства, каких глаз человеческий не видел и ухо не слышало и какие на сердце человеку не приходили (см. 1Кор.2:9—12). Лишь святым людям Духом Святым открывается пресвятая тайна Богочеловека Иисуса (ср. Еф.3:3–5). Во всем, что касается Господа Иисуса, всегда действует то таинственное благовестие и Божественное обетование о Духе Святом: Дух Святый… научит вас всему (Ин.14:26). Сам дух человеческий не может сориентироваться перед безграничной тайной Иисуса, ибо она настолько превосходит всё человеческое, насколько Богочеловек превосходит человека. И лишь когда с помощью святых таинств и святых добродетелей дух человеческий усвоит себя Духу Святому и сроднится с Ним, лишь тогда постигает он тайну Иисусову.

Дух человеческий по отношению к Духу Святому — это тварь по отношению к Творцу. Тварь — ограниченна и несовершенна, Творец же — безграничен и всесовершенен. Человеческому духу как творению свойственно быть ограниченным; Дух же Святой безграничен во всем, ибо Он — Бог. Все Его дары безграничны, бесконечны, вечны. Но в Нем они при всем своем разнообразии суть одно: во множестве единство, в единстве множество. В людях же эти дары различны. Дух Святой сопрягает различные дары в одно Божественное единство, сочетавая тем самым и обладателей этих даров в такое же единство. Ниспосылая Свои многообразные дарования, приводит Он объединяет дух разных людей в одном соборном, святом, церковном единении. Да, дары Духа Святого различны, но все они в одном теле — в Церкви, от одного Духа (ср. 1Кор.12:4). Все они служат одной цели и все проистекают из одного Источника. Поэтому люди духовные (οἱ πνευματικοὶ) чувствуют себя органически соединенными между собой. Дух Святой как благодатная душа Церкви сплачивает всех членов Церкви в единое сердце, в единую волю, в единую жизнь, в единое существо. Благодаря Духу Святому и в Духе Святом духовные (οἰ πνευματικοὶ) люди ощущают себя взаимно скрепленными вечным благодатным единением, хотя они и бесконечно различаются между собой как отдельные личности. Святая соборность единства и единство святой соборности — от Духа Святого.

И служения различны, а Господь один и Тот же (1Кор.12:5). Все служения в Церкви стекаются в единое служение — в богослужение. В Теле Церкви за самыми различными служениями стоит один и Тот же Господь, так что всё направляется к одной и той же цели. Все служения в Церкви объединяет Сам Господь Иисус, Который и пришел, чтобы послужить. Чему? Спасению мира. Все Его многочисленные служения сплавляются в единое служение — в спасение мира. Этому Спаситель служил всей Своей жизнью на земле: всеми делами, мыслями, чувствами, словами, страданиями. Все служения [на благо] спасения в Спасителе суть одно. В Церкви они распределены, но основа и цель у них одна и та же. Все служители в Церкви, сколько их ни есть, служат, собственно, одной цели и совершают единое служение — спасение мира. Господь Иисус и вчера, и сегодня, и во веки Тот же (ср. Евр13:8), посему и служения в Его Богочеловеческом Теле, в Церкви, при всем своем разнообразии, суть одни и те же.

И действия различны, а Бог один и Тот же, производящий все во всех — ὁ ἐνεργῶν τὰ πάντα ἐν πᾶσιν (1Кор.12:6). Без Бога ничего Божиего нельзя ни сделать, ни получить. То, что в нас, людях, божественно, богоподобно, — всё это получили мы от Бога при сотворении. В Богочеловеке же Христе человеческое естество приобрело всего Бога, всё Божество. — С той целью, чтобы нам исполниться всею полнотою Божиею (Еф.3:19; ср. Кол.2:9—10). Как это совершается? Утверждаясь на присущем нам богообразии, мы усваиваем Богочеловека Христа и всё Богочеловеческое и Божественное. Бог во Христе привлекает к Себе то, что в нас подобно Богу. Мы люди; таковы мы в силу богообразия. В нем — тяготеющие к Богу силы нашего человеческого существа, единящие нас с Богом во Христе; с помощью этих сил мы восходим к совершенству во всем божественном, богочеловеческом, христианском. На всех ступенях своего спасения, своего обогочеловечения человек зависит от свойственного ему богообразия, от его обращенности к Богу, а также и от Бога, Который в Богочеловеке. Поэтому Бог производит все во всех. Без Бога ничто Божественное не может в человеке ни зачаться, ни развиться, ни преуспеть. Всё во всех Бог производит свято и таинственно. Это нисколько не ущемляет ни нашей личности, ни нашей личной свободы. Ведь и личность у нас, и свобода — от Бога. В нашем богообразии — сердцевина как нашей личности, так и нашей свободы. Поэтому присутствие в нас Бога укрепляет, развивает, совершенствует и нашу личность, и нашу свободу. Чем больше Бога в человеке, тем личность человека сильнее, совершеннее, тем более присуще ей бессмертие; тем превосходнее, безграничнее и свобода человека и тем более причастна она святости. Ибо Бог подает человеку Свои творческие Божественные силы, назидающие человека во всем Божием, Вечном и Богочеловечном. В нас, кроме греха, — всё от Бога: и душа, и тело, и все свойства души и тела (см. Ин.1:3–4; Кол.1:16). Поэтому для всего нашего Бог нужнее всего, нам Он необходимее нас самих. Очевидна истина: в Боге мы живем и движемся и существуем (Деян.17:28; ср. 1Кор.8:6). И наше самоощущение, и наше самосознание ведут свое происхождение от Бога. Только греховное в нас не от Бога, а от диавола и от нас самих. И самая воля наша — вся в богообразии нашей души и поэтому — вся от Бога. Равно как и наша способность действовать. Поэтому святой Апостол вполне справедливо благовествует: Бог производит в вас и хотение, и действие по Своему благоволению (Флп.2:13).

Безгранична тайна и нашей свободы, и нашей личности, ибо безграничен Бог, даровавший нам и личность, и свободу. И в них — жизнь и сознание. Поэтому и жизнь у нас, и сознание безмерно таинственны. Это самая большая тайна и для нас самих. Ибо что для меня, человека, неведомее и загадочнее моего сознания, моего самоощущения, моего я, моей души, моего тела? Поистине таинственным и в то же время благовестным образом Бог в нас — всё и вся; посему святой Апостол и утверждает, что Бог — Производящий все во всех. Особенно когда люди исполняют волю Божию, когда делают то, что божественно, бессмертно и вечно. Бог не участвует только в людском грехе и зле. Но когда речь идет о дарах Христовых, о дарах Духа Святого, тогда, несомненно, Бог — производящий все во всех. Все получаемые нами дарования проводит Он через наше существо от самого зачатка и вплоть до самого полного, божественного завершения. И причем делает это так, что не только ни в самой малой мере не сковывает, не спутывает, не умаляет, не уничтожает нашей свободы, но напротив — окрыляет ее, взращивает, совершенствует, доводит до бесконечности, обогочеловечивает, обоживает во Христе. И человек действительно растет возрастом Божиим (Кол.2:19), простираясь ко всему Божиему, Совершенному, Вечному, Богочеловечному. Несомненно, человек тогда больше всего свой, когда он больше всего Божий. Без Бога не может он сделать ничего Божиего. По собственному произволению человек всегда творит без Бога и вопреки Богу только одно: грех. А творя грех, человек менее всего свой, ибо грех отлучает его от того, что составляет сущность его существа, — от богоподобия, от Христо-подобия, от Троиде-подобия. И он становится чуждым и себе, и Богу, ибо грехом рабствует воле чужой: диавольской. Пристрастившийся ко греху человек постепенно забывает себя, себя настоящего: стирает из памяти Божественное происхождение своего существа, своей жизни, своего сознания, своего существования, провозглашая себя существом каким-то иным: небожественным, земным, животным, диавольским. Так порывает он все связи с Богом, Творцом и Вседержителем. И не ведает ни себя, ни Бога. Грех низвергает его в мир иной, противоположный миру Божиему, — в мир тьмы, зла, богоборчества. В том мире человек всецело чужд и себе, и Богу.

Что полезно для человека? Только то, что нужно ему на земле и на небе. Ведь только это приносит ему вечную пользу. Всё прочее для человека вредно. Вечную пользу человеку приносит только Божественное и бессмертное, вечное и Богочеловечное. Святой Златоуст благовествует: «Нам полезно только то, что от добродетели (τὰ τῆς ἀρετῆς), а всё прочее — совершенно не полезно. Полезное для нас — это добродетель и жизнь в добродетелях». Вообще говоря, лишь от Христа мы знаем потребное, единое на потребу (см. Лк.10— Примеч. ред.) человеческому существу на земле и на небе. Что это? — Богочеловек Христос и Его Святое Евангелие. Ибо это то, чего у нас ни смерть, ни диавол не могут отнять ни в сем, ни в оном мире (см. Лк.12:33–34; Мф.6:19–21). На сей помраченной планете Богочеловек Христос — единственное непогрешимое мерило, необходимое и полезное для людей. Необходимо, полезно — лишь Богочеловеческое, евангельское. Ибо только это дает человеку вечное благовестие, вечную радость, вечную жизнь, вечное блаженство. Всё, что не от Христа, — для человека ущербно. А таковы суть? Грех, смерть, зло, ад. Собственно — грех. Ибо во грехе — и смерть, и зло, и ад. В большей или меньшей мере эти трое всегда от греха и всегда во грехе. В любом грехе всегда присутствует и смерть, и зло, и ад. Никогда ничто греховное не полезно для человека, но всегда вредоносно и убийственно. Есть ли регистр полезного и нужного? Есть: Христово Евангелие… Ибо в Евангелии — только то, что служит к вечной пользе человеку на земле и на небе. Не признающий Святого Евангелия не делает ничего истинно полезного ни для себя самого, ни для людей вообще. Человек, если только живет он по Евангелию, не согрешит ни против себя, ни против ближнего, ибо не повредит ни себе, ни ближнему. В Евангелии всё свято и всё Божественно, поэтому и всё полезно для человека. Ведь и в самом деле для человека полезно только святое. Святое — всегда от Святого. Прежде всего — от Святого Духа. Поэтому святой Апостол благовествует: Каждому дается проявление Духа на пользу (1Кор.12:7). Всё, что от Святого Духа, — [всё это] и приносит пользу людям и в сем, и в оном мире. Ибо всё, что от Него, связывает человека с вечной жизнью и с вечным Евангелием, простирающимся на все миры. Если говорить о мудрости, то Дух Святой вселяет в человека мудрость, приносящую ему вечную пользу на земле и на небе; если рассуждать об истине, то Дух Святой вверяет человеку истину, приносящую ему вечную пользу на земле и на небе; если взять знание — точно так же; если благовествовать о вере, о любви, о молитве, о чудотворении, о пророчестве, о праведности, о чем бы то ни было евангельском — всё это подает Дух Святой и потому приносит Он вечную пользу человеку на земле и на небе.

Одному дается Духом слово мудрости (1Кор.12:8), потому что Дух Святой есть Дух Премудрости. Имеющий Его божественно мудр. Пример тому — святой архидиакон Стефан, исполненный Духа Святого и мудрости, поэтому не могли противостоять мудрости и Духу, Которым он говорил (Деян.6:3, 10). Богомудрый Апостол называет Духа Святого Духом премудрости и откровения, потому что Дух сказует и открывает самую великую тайну всех миров — Богочеловека Христа и Его Церковь (см. Еф.1:17–23). В Церкви как Богочеловеческом Теле Христовом сокрыты все сокровища премудрости и ведения (Кол.2:3). И через Церковь многоразличная премудрость Божия делается известной не только людям на земле, но и святым Ангелам на небе (ср. Еф.3:10). Только эта премудрость ведает смысл неба и земли, жизни и мироздания. Наполняющая сей мир как логосная сила эта премудрость во всей своей полноте явилась в Лице Богочеловека Христа, так что Он — Премудрость от Бога и Премудрость Божия (ср. 1Кор.1:30, 24). Эту Божию премудрость, ведающую Бога и Божии глубины, ниспосылает Дух Святой, Дух Премудрости. И мы приняли Духа от Бога, дабы знать дарованное нам от Бога во Христе Иисусе, дарованное и в этом, видимом, и в оном, невидимом, мире (ср. 1Кор.2:6, 10, 12). И знание, истинное знание, — это дар Святого Духа; оно и подается тем же Духом (1Кор.12:8). Вообще человеческий дух — это духоподобное отражение Духа Святого. Кроме греха, всё в человеческом духе от Духа Святого. Включая и самое сознание. Поэтому человеческий дух на всех ступенях своего простирающегося к Богу роста и совершенствования устремлен к Духу Святому как идеальному Совершенству духовного и святого. По своей сути знание — от Духа Святого. Поэтому оно Им и подается, от начатков до завершения. Но подается за святость и для святости. Самые святые люди паче других исполнены Духом Святым, потому и обладают они истинным, Божественным, вечным знанием. В подвиге святой жизни дух человеческий соединяется с Духом Святым, Который и вверяет ему слово знания (1Кор.12:8) и самоё знание. Истинное знание приобретается и приумножается святостью, святыми добродетелями. Ими оно зачинается и с их помощью возрастает в несказанные Божественные бесконечности. Без святых добродетелей знание неполезно. Если… имею всякое познание, но не имею святой добродетели, — то я ничто (1Кор.13:2). Святому, духовному знанию присуще, как пишет святой Апостол, Божественное благоухание. Благоухание познания — во Христе Иисусе, ибо в Нем знание получило свою Божественную ценность и притягательность, приводящую человека в состояние умиления (2Кор.2:14). Поэтому в Его Богочеловеческом Теле, в Церкви, сокрыты все сокровища премудрости и ведения (Кол.2:3). Отверзаются же они и даруются за святую жизнь в Церкви. Жительствуя в Церкви, люди живут в Господе Иисусе Христе, обогащаясь всяким словом и всяким познанием (1Кор.1:5; ср. Еф.1:8).

И вера — дар Святого Духа, потому и она подается Духом Святым (1Кор.12:9). Почему и вера — дар? Потому что объемлет она Богочеловека Христа и Его вечное Евангелие. А их нельзя ни познать, ни усвоить без непосредственного благодатного действия Духа Святого. Почему? Потому что в них — всё Божественное, и наднебесное, и вечное, и Богочеловеческое, и святое, и безграничное. К ним приводит и в них вводит лишь Дух Святой — Дух Истины; и потому сказует Он нам всю истину о Владыке Христе и Его вечном Евангелии (см. Ин.16:13–14). Вера — плод Духа Святого (Гал.5:22). Поэтому именно верою вселяется Христос в людские сердца (Еф.3:17). Начальник и Совершитель веры — Сам Господь Иисус Христос (Евр.12:2). Отсюда проистекает евангельское и непогрешимое мерило всего сущего: Все, что не по вере — грех (Рим.14:23). А к тому же и сие благовестие засвидетельствовано как истина: Сия есть победа, победившая мир, вера наша (1Ин.5:4).

Дар исцелений (1Кор.12:9, 28, 30 — Примеч. ред.) от всех недугов — и духовных, и телесных — [это тоже] дар Духа Святого. Духовные и телесные недуги — следствие греха. Войдя в человеческое естество, грех всецело поразил его болезнью: и душу, и тело. Болезни духовные, вогнездившись в душе, вызывают ее смерть, а телесные — произвели смерть тела. Вочеловечившись, Владыка Христос исцелил человеческое естество от тех и других болезней и от сугубой смерти. Тот, кто Ему совоплощается, — исцеляется от всех недугов и избавляется от всякой смерти. Это совоплощение совершается Духом Святым. Наполняя Своими благодатными силами человеческое естество, Дух Святой исцеляет его от всех духовных и телесных немощей. Дар исцелений — составная часть Евангелия спасения. В этом, собственно, и состоит спасение. Поэтому Спаситель, посылая Своих Апостолов на первую проповедь Евангелия, наделяет их этим даром, дабы врачевали они всякую болезнь и всякую немощь (Мф.10:1). Подает Он им то, что Сам имеет в изобилии и вкупе с Отцом и Духом Святым совершает ради спасения мира. Исцеление — это выздоровление души от пристрастия ко греху, от сластолюбия. Что такое здоровье души? — Отсутствие греха и наличие в душе божественного, бессмертного, вечного: жизнь богоподобием и ради богоподобия. А болезнь души, что это такое? — Присутствие греха, страсти, всего злого, всего диавольского. Исцеляется же душа через освобождение от греха, через освящение, через обогочеловечение. Здоровая душа живет Богом и трудится для Бога. Больная душа живет грехом, в похотях и для похотей. То же самое действует и в отношении к здоровью и болезни тела. Ведь и человеческое тело создано для бессмертия и вечной жизни. И оно — от Господа и для Господа, ибо и оно сотворено Богом Словом и для Бога Слова (ср. Кол.1:16; Ин.1:3–4; 1Кор.6:13–17).

Чудотворения — [тоже] дар Святого Духа (1Кор.12:10). Что такое чудотворения? Это исполнение воли Божией в царстве нужды, необходимости, творение ее с помощью всемудрых и всемогущих Божественных сил. При их содействии — властвовать Богом в мире человеческом и вещественном. Грех настолько удалил и обособил нас от Бога, что непосредственное действие Бога и Божественных сил в нашем мире стало для нас чем-то необычным, чуждым, сверхъестественным и даже неестественным. Однако на самом деле сверхъестественна сущность самой видимой природы; сверхъестественность — душа естественного, душа природы. Что такое норма и норматив естественного? — Богочеловек Христос. Чем Он был и что творил — было, вообще говоря, естественным, хотя всё это, в сущности, — сверхъестественно. Естественное сверхъестественно и сверхъестественное естественно для безгрешного. А именно таким и был сотворен человек. До грехопадения для Адама не было чудом непрестанное общение с Богом, власть над природой и ее законами, обладание землей и находящимися на ней творениями и вещами. Но когда грех вошел в его существо, и помрачил его, и отлучил от Бога, и далеко отторгнул от человека всё божественное, тогда постепенно Бог начал становиться для человека чужим и экстраординарным, сверхъестественным и неестественным, пока, наконец, непосредственное Божие действие в нашем мире не стало для нашего почерневшего, зараженного грехом и подпавшего под власть диавола сознания — чудом. Евангельскими чудесами мы возвращаемся к истинной естественности нашей природы, к ее богозданной сущности. Творить чудеса для Богочеловека Христа — вполне естественно, для нас — сверхъестественно, а для неверующих — неестественно. Поэтому они и отвергают чудеса. Рассуждают они и мыслят оскверненным умом (Тит.1:15) по законам срастворенной с грехом логики. Потому и не постигают тайну естества и естественного. И лишь люди, имеющие ум Христов (1Кор.2:16), правильно понимают и естественное, и сверхъестественное, осознавая все Христовы чудотворения как естественные и логичные. Эти евангельские чудеса — дар Христов человеческому роду, дар Христов, подаваемый через Христова Духа, через Духа Святого. Им наш земной мир уравнивается с миром небесным, где в полноте царствует Божия воля: Да будет воля Твоя, яко на небеси, и на земли (Мф.6:10; Лк.11— Примеч. ред.). Это царство — царство истинной свободы, ибо оно — царство благодати, царство Духа Святого. А где Дух Господень — там свобода (2Кор.3:17), а не узы необходимости. Свобода — для всего Божиего и Божественного. Поэтому для Божиих святых, исполнивших себя в евангельских подвигах Духом Святым, творить чудеса — вполне естественно. Вообще говоря, непрестанно жить и действовать Богом — в этом только и состоит естественное. А это и есть непрестанное творение чудес. Так и живет в этом мире Христов человек: весь в Боге, весь Богом и по Богу. Поэтому всё Божественное для него — естественно и необходимо. Неестественно же для него всё противобожественное, неевангельское, греховное, диавольское. Когда дух человеческий «срастворится» с Духом Святым, [лишь] тогда он правильно уразумеет и природу, и Божие действие в природе. И лишь тогда ощутит он и узрит, что Бог не только Творец природы, но и Вседержитель, и Промыслитель, непрестанно действующий в природе и во всем мире. По слову Всеистинного Бога и Спасителя нашего, Владыки Христа, Отец Мой доныне делает, и Я делаю (Ин.5:17).

Пророчество — это [тоже] дар Святого Духа (1Кор.12:10). Что такое пророчество? Божественное предведение, предвидение, предсказание о грядущих событиях и предметах. По всемудрому Божию Промыслу этот дар подается святым людям. Святая жизнь делает душу и сознание способными к созерцанию Божественной деятельности в настоящем и будущем. Так, пророчество не произносится само собою, то есть по человеческому уму и слову или по людскому произволению, но изрекали его святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым (2Пет.1:20, 21). Чистое, святое сердце зрит Бога и всё Божие во всех мирах в настоящем и будущем. Хотя пророчество — и дар Духа Святого, оно подается за святость, за праведную жизнь в вере, поэтому и бывает по мере веры (Рим.12:6).

Различение духов — [тоже] дар Святого Духа (1Кор.12:10). Что это такое? Это способность, которой человек распознаёт и в большом, и в малом то, что от Бога, и то, что от диавола, равно как и всё между ними. Другими словами, это различение добра и зла во всем: в каждом человеке, в каждом предмете и в мире как едином целом. Лишь обладая этим даром, человек достоверно и до тонкостей знает и распознаёт и добро, и зло. Дар же этот подается за большие подвиги, за неустанное жительство в евангельских добродетелях (см. Евр.5:14). Этот дар очень нужен, ибо в нашем человеческом мире диавол так искусно прикрывается и маскируется, что его иногда трудно, а порой и невозможно распознать. Особенно когда он принимает вид Ангела света (2Кор.11:14). Отсюда и зло искусно выдает себя за добро. Тайна зла необычайно загадочна и очень лукава (см. 2Фес.2:7, 9). Поэтому дар различения духов необходим в Церкви. Без него Церковь не могла бы ориентироваться среди великого множества искусных богоборцев, лжеучителей и лукавых еретиков, ополчающихся против нее.

Разные языки — это [тоже] дар Святого Духа (1Кор.12:10), первый Его дар Церкви в день Святой Пятидесятницы. Этим даром Дух Святой, прежде всего, возвестил и засвидетельствовал Свое присутствие в Церкви. Разные языки появились на земле со времени вавилонского богоборчества. Дух Святой — Объединитель и Истолкователь этих языков: единое благовестие спасения возвещает Он на разных языках, соединяя тем самым всех людей и все народы в Господе Иисусе Христе и Его Евангелии. Молитвенная мысль Церкви богомудро свидетельствует нам об этом в кондаке Святой Пятидесятницы. Дар разных языков отображает всю безграничную любовь Трисолнечного Господа ко всем людям из всех народов — дабы никто не остался во тьме невежества, неведения Бога, язычества.

Истолкование языков — и это дар Святого Духа (1Кор.12:10). Вообще говоря, тайна речи и языка имеет Божественное происхождение. Поэтому без Бога нельзя ее достойно объяснить. Это и делает Бог Дух Святой, подавая силу и крепость для истолкования языков. На каждом языке Дух Святой изъясняет Господа Иисуса Христа, Его Евангелие спасения, чтобы никто не остался вне той силы, которая спасает от греха, смерти и диавола. «Огненные языки» Духа — единственное логичное объяснение всех существующих в мире языков. На каждом из них Бог сказует Свои «величия». Ни один язык не отвергнут, не презрен, не недостоин быть языком, которым глаголет Бог.

Все же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно (1Кор.12:11). Все духовные дары — от Духа Святого. Как бы мы их ни рассматривали, все они имеют один и тот же корень. Каждый из них, взятый в отдельности, превосходит человеческие силы и указывает на Божество Духа Святого как на свой Источник. Хотя все они и различны, однако составляют дивное Богочеловеческое, созвучное целое. Разделяя их, Святой Дух делает это по Своей всемудрой промыслительной воле. Здесь всё Божественно премудро, и праведно, и целесообразно.

Богоподобная свобода человеческого существа — это тоже дар Святого Духа. И она возрастает Духом Божиим, наставляемая Им через святые таинства и святые добродетели. Эту Богочеловеческую истину благовествует мудрый во Христе Апостол: Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода. Мы же все, открытым лицем… взирая на славу Господню, преображаемся в тот же образ (τὴν αὐτὴν εἰκόνα μεταμορφούμεθα) от славы в славу, как от Господня Духа (2Кор.3:17–18). Но покрывало на сердце человеческом заслоняет всё Божие и скрывает Бога от человека. Снимается же оно с сердца, если человек уверует в воплощенного Бога и Владыку Христа и обратится к Нему. Что такое покрывало на сердце? — Это мелкий, стесненный, ограниченный, душный мирок; мир узкого и тесного человеческого Я, мир самолюбия, самозамкнутости. В нем человек задыхается в себе самом, не имея окна к вечному, к безграничному, к бесконечному, к Божественному. Если же уверует он в Господа Иисуса Христа, то покрывало с сердца снимается и он входит в мир новый, в мир Божественный, безграничный, бесконечный — истиной, любовью, праведностью, жизнью и всеми совершенствами. А через всё это — в мир, бесконечный Богочеловеческой свободой. Ведь только здесь наступает свобода для нашего человеческого сердца, для нашего человеческого ума, для нашего человеческого существа; и наши мысли имеют перед собой Божественную безграничность, и бесконечность, и вечность, равно как и наши чувства, и наша душа, и наша совесть, и наша свобода. Здесь нет тех темниц греха и страстей, содержащих человека, и ум его, и сердце, и совесть — во тьме, в рабстве смерти, изменчивости, конечности, затхлости. Что же здесь? Здесь — та единственная истинная, единственная подлинная свобода: свобода от греха. Ибо лишь свобода от греха есть свобода истинная. А это — та свобода, которую дарует только Единый Безгрешный, Господь Иисус Христос (Ин.8:32–36), и в которой соблюдает всё наше существо: и наш ум, и наше сердце, и всю нашу жизнь, — Он и Дух Его Святой, совершающий в нас дело спасения. Отсюда — новозаветное, исключительно новозаветное благовестие: Где Дух Господень, там свобода (2Кор.3:17), единственная истинная свобода. А все другие так называемые «свободы» суть не что иное, как различные формы рабства. Грех и всё происходящее от греха — вот единственное осязаемое рабство для человека; а Христос и всё, что от Христа, — в этом единственная реальная его, то есть человека, свобода. Поэтому святой Апостол советует христианам: Стойте в свободе, которую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства (Гал.5:1). Евангелием мы, люди, призваны к свободе (Гал.5:13). Только бы эта наша свобода не была поводом к угождению плоти (Гал.5:13). Рабы греха (Рим.6:20) никогда не могут быть действительно свободными и не знают, что такое настоящая свобода.

Наша свобода — в бесконечном богоуподоблении, в уподоблении Христу. Перед нами вечно как идеал и пример — Образ Владыки Христа; и мы преображаемся в тот же образ (2Кор.3:18). Ибо наша конечная, заключительная цель: во-образовать в себе образ Христов — сообразоваться Христу, войти в подобие Христова образа, уподобиться Христу (см. Гал.4:19). Еще прежде сотворения мира, в Своей предвечности, Бог предопределил людям быть подобными образу Сына Своего — συμμόρφους τῆς εἰκόνος τοῦ Yἱοῦ αὐτοῦ (Рим.8:29). Для этого им преподано Евангелие. А прежде всего, для этого Сам Бог Слово, Который есть образ Бога невидимого (ὅς ἐστιν εἰκὼν τοῦ Θεοῦ τοῦ ἀοράτου, Кол.1:15), стал видимым человеком: дабы мы Ему сообразовались, уподобились, вобрали в себя Его, то есть Христа, образ. Как это происходит? Каким образом мы преображаемся в тот же образ? — В подвиге святых таинств и святых добродетелей. Каждое святое таинство и каждая святая добродетель написует в нас живой Христов образ, отталкиваясь от исконного Христо-образия человеческого естества. В этом первозданном Христо-образии нашего естества и таится Христово первоевангелие. Соделавшись человеком, Владыка Христос раскрыл это наше первоевангелие во всей его полноте и совершенстве; так явилось Евангелие Христово — Вечное Евангелие (Откр.14:6). Цель человеческого бытия — преобразить свое первоевангелие в Евангелие Христово и, таким образом, придать ему необходимую Божественную полноту, совершенство и вечность2. Это наше преображение — подвиг долгий и непрестанный, ибо в Богочеловеке Христе — все Божественные совершенства, которых нам необходимо достигнуть. Ведь мы призваны возрастать в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова (Еф.4:13). И на этом пути мы постоянно преображаемся… от славы в славу, как от Господня Духа (2Кор.3:18). Ведь Дух Господень, Дух Святой, и наставляет нас, и вводит во все Христовы совершенства. Им, только Им, люди становятся подобными Христу и достигают Божественной цели своего бытия и на земле, и на небе.

Среди всех существ, о которых ведает человеческая мысль, человек, после Бога, — существо самое сложное, самое загадочное, самое таинственное: оно соткано из небесного и земного, из духовного и вещественного, из тленного и нетленного, из смертного и бессмертного, из временного и вечного. А средоточие всех центров в человеческом существе — это богоподобие его души. И причем облеченной в тленное, земное тело. — С целью, поставленной человеку Богом: всего себя преобразить в бессмертное богочеловечное существо, развивая свои силы и потенции от богообразия до богочеловечности, соделавшись составной благодатно-органической частью Богочеловеческого Тела Христова, Церкви. И так возрастать в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова (Еф.4:13). Всё это в Богочеловеческом теле Церкви направляет и руководствует Дух Святой, Богочеловеком исполняя определение Трисолнечного Божества о человеке. Христосветлый Апостол благовествует:

Знаем, что, когда земной наш дом, эта хижина, разрушится, мы имеем от Бога жилище на небесах, дом нерукотворенный, вечный (2Кор.5:1). Мы, христиане, четко осознаём: живя в теле, мы обитаем в земной, земляной, бренной хижине, снедаемой смертью; но из нее, разрушенной, по мосту веры, простершемуся над пропастью смерти от земли до неба, мы душой переходим в наш бессмертный дом, в дом нерукотворенный, вечный на небесах. Ведь во время жизни на земле мы строим свое вечное пристанище на небесах, свою вечную обитель. Живем мы здесь, а созидаем там; ходим здесь, но всё время проводим там. Как, каким образом? Господь в Нагорной проповеди возвестил нам, что, упражняясь в каждой евангельской добродетели, которой живем на земле, мы созидаем свой вечный дом на небесах. Действуя в нас здесь, святые добродетели обустраивают наше вечное обиталище на небе, воссылая все наши блага и все наши драгоценности туда, где ни моль, ни ржа не истребляют и где воры не подкапывают и не крадут (см. Мф.6:19–20). Наше призвание в мире сем: живя в тленном — стремиться к нетленному, живя в смертном — тяготеть к бессмертному, живя во временном — тянуться к вечному, обитая в земном — простираться к небесному. Всё, что в нас от Христа, от Евангелия, от евангельских подвигов, — всё это вечно и [всё это] встраивается в наш нетленный дом на небесах. Пока мы на земле, мы созидаем себе в Небесном Царствии вечное место пребывания, вечную обитель. Неустанно живущие на земле Христом Богом, Его святынями, Его святыми таинствами и святыми добродетелями — именно они и воздвигают для себя вечные чертоги в мире небесном. Таковы, в первую очередь, святые. Они и нас могут принять в свои вечные обители, когда мы обнищаем (ср. Лк.16:9, 4). Из этих наших вечных обителей никакая злая сила не может нас изгнать, как не способна она и разорить эти вечные кровы, ибо не достигает до них ничто злое, ничто сатанинское, ничто смертное, ничто разрушительное. Нам возвещается всеистинное слово Самой Истины: Продавайте имения ваши и давайте милостыню. Приготовляйте себе вместилища неветшающие, сокровище неоскудевающее на небесах, куда вор не приближается и где моль не съедает (Лк.12:33).

Наше тело — это наш шатер, наша скиния. И на земле мы — странники, пришельцы, прохожие, нигде не задерживающиеся надолго. Придя богоподобной душой с неба, мы проходим через тело и уходим на небо, в свое вечное отечество (см. Еккл.12:7. — Примеч. пер.). Потому, и обитая в скинии собственного тела, мы смотрим не на видимое, но на невидимое: ибо… невидимое вечно (2Кор.4:18); и именно к вечному мы стремимся, вечному служим, к вечному спешим: к небесному через земное, к невидимому через видимое, к Божественному через человеческое, к бессмертному через смертное. Телом мы — от земли, богоподобной бессмертной душой живем в храминах из брения (Иов.4:19). Но эти бренные храмины наших телес безмерно важны для нас, людей, ибо от них начинаем мы существовать, осознаём себя как людей, учимся жить, навыкая сначала пребывать в кровах земных и бренных, а затем в небесных и вечных.

Это чувство и это сознание внушает нам, христианам, не бояться ни смерти, ни убивающих наше тело, а души нашей не могущих убить (Мф.10:28). Но боимся мы того, кто может лишить нас нашего вечного пристанища на небесах. Кто же это такой? — Грех. Ибо он забирает у человека всё небесное и в душе, и в теле, а тем самым — и на земле, и на небе. Парализует он и истребляет чувство и сознание нашего небесного происхождения и нашей принадлежности к небесному отечеству. Помрачает он нашу душу, так что не прозревает она в самую себя, не знает, из чего она, откуда и для чего, а тем более не видит своего небесного обиталища. Пристрастившийся ко греху человек обычно думает, что он — весь от земли, из плоти, весь тленен, весь смертен. Его самая любимая мысль, и причем мысль слепая, — это: нет бессмертия, нет Бога, нет ни рая, ни ада; есть только тело, только материя, только этот мир и эта жизнь. Собственно говоря, грех прямо или косвенно хочет от человека лишь одного: чтобы тот поверил, что якобы не существует ни Бога, ни бессмертия. Как только навяжет он это человеку, то для такого человека [грех] перестает быть грешным и даже становится вполне естественным, а иногда — и «естественной необходимостью». А ведь Владыка Христос и сошел с неба, и явился на земле как небесный Человек (см. 1Кор.15:47–49), дабы нам, людям, показать, что и мы — с неба. И после того как жил на земле, Он опять вознесся на небо с телом, чтобы засвидетельствовать нам, что это — и наш путь, то есть путь людей. Мы, люди, и сотворены с душой христоподобной, чтобы сознавали, что Христов путь — это наш путь, Христова жизнь — наша жизнь, Христово Воскресение — наше воскресение, Христово Вознесение — наше вознесение, Христова вечность — наша вечность, Христово, Небесное Царство — наше царство. Посему досточудный Спаситель ясно и решительно изглаголал благовестие, сказав о Своих последователях: Они не от мира, как и Я не от мира (Ин.17:17, 14). — Вот наше родословие, вот наше происхождение: оно такое же, как и Христово. Он — Бог, мы подобны Богу; Он — Христос, мы подобны Христу; Он — Богочеловек ради нас: дабы всецело нас Себе усвоить, уподобить, обогочеловечить, обожить. Поэтому Он, воистину Единый Человеколюбец, и молится о Своих последователях Небесному Отцу: Отче! которых Ты Мне дал, хочу, чтобы там, где Я, и они были со Мною, да видят славу Мою. которую Ты дал Мне (Ин.17:24). Посему и конечная цель верующих во Христа — это их единство во Христе Боге и вечная жизнь в Троичном Божестве. Да будут все едино: как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино… Да будут едино, как Мы едино. Я в них, и Ты во Мне; да будут совершены воедино (Ин.17:21–23). — Вот и наш вечный дом, и наша вечная жизнь: обитание во Святой Троице. Сколь удивительная вечность, сколь несказанное блаженство, сколь поразительная красота этого нашего нерукотворенного дома на небесах! Но это становится нашим лишь при одном условии: если мы во время жизни на земле — в подвиге святых евангельских таинств и святых евангельских добродетелей — соделаемся обителью Святой Троицы (см. Гал.3:27, 2:20; Ин.14:23, 20, 21, 17). Поэтому о святых, в самой полной мере исполнивших святые Христовы заповеди, обычно в церковных молитвах говорится, что они стали обителью Святой Троицы.

Мы, люди, существа земнородные, распростерты между двумя мирами, между небом и землей: земляное тело влечет к земле, небесная душа увлекает к небу. Эта растянутость особенно страшна с той поры, как грех всесторонне заразил собою тело и всё телесное, пригвоздив всё это к земле, и [с той поры,] как в человеческом мире воцарилась смерть. Христиане чувствуют это весьма отчетливо. Искушения со всех сторон, как извне, так и изнутри: извне — от мира и демонов, изнутри — от наших страстей и похотей, от злых навыков и порочных воспоминаний, от нечистых помыслов и греховных вожделений. Тяжко и тесно небесной и стремящейся к небу душе в малом и угнетенном грехом теле, так что, воздыхая, порывается она к миру горнему, небесному, к Христову Царству, к своему вечному крову, к дому от Бога, нерукотворенному на небесах. Поэтому христолюбивый Апостол преисполнен покаянного благовестия: Оттого мы и воздыхаем, желая облечься в небесное наше жилище (2Кор.5:2). Воздыхаем в этом нашем земном жилище — в теле, в этой бренной хижине. Воздыхаем и в этом земном мире, который тоже весь бренен, перстен, тесен, узок.

Тело — бремя для души, особенно когда наполнено оно неподъемным, свинцовым грузом греха и смерти. А через грех и привязанность к пороку в нас царствует смерть. Впрочем, как бы ни любили мы грех, богообразная и устремленная к небу сущность души все-таки чувствует его тяжесть, воздыхает и скорбит, желая как можно скорее от него избавиться. Проницательно усматривая все свои грехи, а равно и грехи мира и тварей, христиане — как чувствуют они себя в этом мире? Живут они в скорбях и воздыханиях, потому что все страдания и вся боль мира сего стекаются в их чуткие и сострадательные души, так что стенают они стенаниями всех тварей, наказуемых болезнями и смертью за беззакония людей. Поэтому святой Апостол, все-сострадалец, стяжавший обильную благодать, и восклицает от имени всех христиан: Мы в себе стенаем, ожидая усыновления, искупления тела нашего (Рим.8:23). Своим грехопадением люди вовлекли сей мир в такие мучения, в такой ад, что в нас, христианах, Сам Дух ходатайствует за нас воздыханиями неизреченными (Рим.8:26). В таком мире христиане естественно воздыхают, желая облечься в свое небесное жилище, которое от Бога и от наших стенаний и молитв, постов и милостыни, любви и терпения и прочих евангельских подвигов. Это небесное жилище — истинное отечество порывающейся к небу человеческой души, которая по происхождению — вся с неба. Всё, что в христианине Христово, — всё это влечет его ко Владыке Христу на небесах, всё небесное притягивает его к небу, всё Божественное — увлекает к Богу. Во всем этом непрестанно тоскует он по своему вечному обиталищу, по своему нетленному и нерукотворенному дому, по дому от Бога, уготованному на небесах. Тело его — келья воздыханий, в которой его душа непрестанно воздыхает по горнему, Христову, небесному миру, где ее истинное вечное отечество.

Без этого небесного жилища христианин ощущает себя нагим, не облеченным в свои вечные одежды, которые никакая смерть и никакой грех не могут ни порвать, ни износить, ни привести в ветхость. Тело, в которое облечена его душа на земле, разорвано, точно завеса, изъедено молью грехов и червями страстей. И чувствует христианин, что это не та одежда, которая достойна небесной и вперенной в Бога души. Поистине это — обноски, в которые облечена небесная царица. Разве не будет она страдать от этих лохмотьев? Ведь ей приличествует лишь боготканное одеяние, сотканное Богом в наших трудах — в небесных, евангельских добродетелях. В это одеяние мы, христиане, облекаемся своими евангельскими подвигами. Душа, если облекла она себя в непрестанную молитву — то вот, она оделась в свое небесное жилище: она не нага, чтобы попирать ее, и растлевать, и издеваться над ней демонам через искушения и страсти. Точно так же, если облечется она в евангельскую любовь, в кротость, в терпение, в смирение, в пост, в благость, в милосердие, — то, делая всё это, наденет на себя блистающие, бессмертные и вечные небесные ризы, не рвущиеся и не ветшающие, ибо они из такой материи, которую ни моль, ни черви не могут повредить, ни воры украсть. Лишь облеченный в свое небесное жилище человек не чувствует себя на земле нагим, то есть не стыдится того, что он — человек: он поборол свои страсти и грехи и подчинил и душу, и тело евангельским законам жизни, так что знает, куда идет, для чего живет и ради чего подвизается. Поэтому святой Апостол и говорит: Только бы нам и одетым не оказаться нагими (2Кор.5:3). Если же не облечет он свою душу в небесное жилище, то разве христианин, да и вообще человек, не чувствует себя нагим, то есть разве его душа, эта небесная царица, не ощущает своей наготы и не подвержена она напастям всех смердящих страстей, грехов и всякого рода смерти? Если не облечем мы себя — и тело, и душу, и совесть — в небесные, евангельские добродетели, в их святые, Божественные силы, то и наше тело, и наша душа, и наша совесть легко станут добычей нечистых помыслов, порочных вожделений, убийственных искушений, да и вообще всех видимых и невидимых врагов человеческого рода. Без евангельских подвигов, без щита и брони, без всеоружия Божия любая стрела лукавства и искушений способна нас поразить, ранить и даже убить (см. Еф.6:11–18). А человек? Человек весь и телом, и душой — создан для бессмертия и вечной жизни (см. Прем.2:23). И Господь Иисус Христос пришел спасти всего человека — как его душу, так и тело, потому и воспринял Он на Себя не только человеческую душу, но и тело, чтобы и душе, и телу даровать бессмертие; и вечную жизнь. Будучи Спасителем всего человека, Он спасает и душу, и тело от смерти и греха, посему и воскрес Он телом, и вознесся с телом; и тем самым отверз двери спасения и бессмертия как человеческому телу, так и человеческой душе. Поэтому наша христианская цель: и тело, и душу облечь в Христово бессмертие. Всё это совершается, когда станем мы членами Христова Тела, Церкви. Тогда облекаемся мы во Христа Крещением, святым Причащением и прочими святыми таинствами и святыми подвигами: одеваем тело в тело и душу в душу, смертное в бессмертное. Поэтому святой Апостол благовествует:

Ибо мы, находясь в этой хижине, воздыхаем под бременем; потому что не хотим совлечься, но облечься (= дабы земное облекли мы в небесное), чтобы смертное поглощено было жизнью (2Кор.5:4). Когда смертное в нас поглощается жизнью? — Когда мы во Христа крещаемся, когда Владыкой Христом причащаемся, тогда всё в нас смертное облекается в бессмертное: и тело одевается своим бессмертием, и душа, и совесть. Мы, собственно, тогда переоблачаемся: совлекаем с себя всё греховное, смертное, тленное и надеваем одежду нетления, ризу бессмертия и вечности. Если на нас такое одеяние, то мы никогда не окажемся нагими, то есть никогда наше человеческое не лишится Божественного, наше земное — небесного. Ибо человек без Бога, человеческое естество без естества Божиего — это и есть нагота. При такой наготе мы не защищены и подвержены любому поруганию и стыду: вражеские силы могут легко нас и опозорить, и уязвить, и связать, и поработить, и сокрушить.

Наше призвание — «облечь земное в небесное», то есть всё наше людское, человеческое облечь в Христово, в Богочеловеческое, в Божественное. Делаем же мы это в подвиге святых евангельских таинств и добродетелей: каждая из них одевает и нашу душу, и совесть, и тело в что-то Божественное, бессмертное, небесное, вечное. Так, евангельское смирение, если вселяется оно в человеческую душу через его личное усилие, постепенно вытесняет из души гордость, то есть такой грех, который умерщвляет в душе многие чувства: выталкивая же гордость, оно постепенно изгоняет смерть и смертное и облекает душу в смиренные евангельские чувства: переоблачает ее в небесную одежду, в небесное жилище. Тогда душа не чувствует себя ни нагой, ни отягощенной. То же самое бывает, когда в человеческой душе найдут пристанище и прочие евангельские добродетели: покаяние, молитва, пост, любовь, милосердие и другие. Через их посредство мы на земное надеваем небесное, постепенно вбираем в себя бессмертие, соединяемся со Христом, обогочеловечиваемся. Ибо что такое христианство? Это жительство в Богочеловеческом Христовом Теле — в Церкви, преодоление в себе всякой смерти и последовательное введение всего себя — и души, и совести, и тела — в бессмертие. Это всегда тройной подвиг и трехсторонняя борьба: борьба со смертью, с грехами, с бесами. И всегда тройная победа: над смертью, над грехом, над диаволом. Потому в этом и состоял спасительный подвиг Спасителя, то есть в победе над грехом, смертью и диаволом. Что бы ни делал христианин, он, на самом деле, неустанно борется с этими тремя своими врагами. И нет ни более высокой, ни вообще иной для него цели, кроме сей: победить грех, смерть и диавола. Это — цель христианства, это — цель человечества, ибо человек сотворен для безгрешности, для бессмертия, для Бога. А достижение этой цели возможно лишь через победу над грехом, смертью и диаволом. Это тождество и единство цели христианства и человечества и подчеркивает богомудрый Апостол. Ведь христианство в своем Богочеловечестве — это и есть единственная истинная человечность, истинное человечество: оно подает людям Богочеловеческие всепобеждающие силы к осуществлению того, для чего человечество и создано. Поэтому святой Апостол и благовествует:

На сие самое и создал нас Бог и дал нам залог Духа — τὸν ἀῤῥαβῶνα τοῦ Πνεύματος (2Кор.5:5). Бог сотворил нас для безгрешности, для бессмертия, для вечной жизни в Боге. То, что это так, показывает и Сам Спаситель, Владыка Христос, Который пришел спасти нас от греха, смерти и диавола, лишающих нас безгрешности, бессмертия и Бога, и преподать нам Свои Богочеловеческие силы, дабы, стяжав их в себе, мы таким образом достигли той цели, ради которой нас Бог и сотворил. Доказательством истинности сего служит то, что Богдал нам залог Духа. Как, где? — В святых таинствах и святых добродетелях: залог безгрешной, бессмертной, божественной, богочеловеческой жизни, которой непрестанно побеждается всё греховное и смертное и уготовляется безгрешность и бессмертие. Спасение здесь для того, чтобы объяснить нам, для чего мы созданы. Лишь в свете Богочеловеческого домостроительства спасения мы ясно осознаём, зачем мы сотворены. Спасение есть, собственно, не что иное, как осуществление цели сотворения. Спасение — это второе сотворение, сотворение новое, воссоздание безгрешного и бессмертного Адама, Адама до падения, Адама райского, богоподобного. Лишь в свете Богочеловеческого подвига спасения мира мы зрим истинную цель и смысл мира. Сотворение мира получило свое объяснение в спасении мира.

Будучи сотворенными Богом богообразными, мы еще тогда приняли залог Духа, залог Троичного Божества. Если бы мы жили этим залогом, то не впали бы в грех, не обесценили бы этого залога и не обратили бы его в ничто. Своим пришествием Спаситель низводит Духа Святого в наш падший мир и через святые таинства и святые добродетели дает нам залог Духа. А в самой полной мере залог Духа вселяет Он в сердца наши (2Кор.1:22) через святые таинства Крещения и миропомазания. Ибо человеческий дух не может жить, восходить к совершенству и пребывать в божественном бессмертии, пока благодать Духа Святого его не проницает, не осияет, не просветит, не возродит, не освятит, не обожит, не одухотворит. Ведь это лишь залог, который нужно возделать, пустить в оборот, преобразовать в наше всё и вся. Не подается нам сразу благодать Святого Духа во всей полноте, чтобы Дух Святой не был нам навязываем. Но вручается, прежде всего, залог Духа, дабы мы, вкусив, сколь благ Господь, сами своею волею и любовью взыскивали Его, отверзая Ему душу евангельскими подвигами и привлекая Его своей чистотой. По мере нашей ревности нам и вверяются духовные дарования, чтобы мы мало-помалу привыкали к тому, что от Духа Святого, постепенно этим насыщаясь и преобразуя это в свое естество и жизнь.

Пока не получит человек залог Духа, он и не знает, для чего в нем его собственный дух его, ради чего он ему дан. Отсюда, естественно, возникают вопросы: зачем вообще человеку дух? для чего он создан? чем живет? к чему стремится? чем питается? Всего этого человек не знает, пока не получит залога Духа Святого в свое сердце. Но как только он его примет, всё это становится ему ясным. И тогда ни дух, ни мир — уже не томление духа (Еккл.1:14, 17, 2:11, 17, 26, 4:4, 6, 16, 6— Примеч. ред.), ибо всё получает свое Божественное озарение и осмысление в Духе Святом. Ведь Святой Дух, исподволь наполняя наш собственный дух, сеет в нашем естестве всё святое и бессмертное, вытесняя всё греховное и смертное. И Им, по сути дела, облекаемся мы в бессмертие, потому что только Им побеждаем в себе всё смертное и жаждущее греха. Дух Святой, обитающий в нас, — это залог нашего спасения, освящения, обожения, а тем самым — и залог наследия вечного Божественного Царства, и блаженства, и жизни (см. Еф.1:14). Без Духа Святого человеческий дух увядает, блекнет, хиреет, влачится по земле, не будучи способен ни к чему великому, возвышенному, бессмертному, вечному, божественному. Точно клещ, впивается он в земное, весь зарываясь в этот мир, во временное и тленное: и через всё это непрерывно чахнет и мертвеет, но никогда не умрет, ибо создан бессмертным. Быть без Духа Святого — в этом и состоит смерть для человеческого духа. Это смерть духовная. Без Духа Святого людская жизнь — это последовательное умирание без возможности умереть, постоянное самоубивание без способности когда-либо совершить полное самоубийство. Его действительное самоубийство — это когда изгонит он из себя Духа Святого, Духа Божия, оставаясь лишь при собственном естестве, по-человечески нагим, оторванным от всего Божиего, заключенным в себя, сатанински замкнутым в своей самости. Это тот сатанинский солипсизм, в котором человек провозгласил себя своим единственным кумиром, самоистуканом. Но именно в этом и состоит ад и вечные муки для человеческого духа.

Несомненно, христиане — тем христиане, что чувствуют и знают следующую Богочеловеческую истину: Дух Святой, Дух Божий — это и Творец, и Отец, и Жизнь, и Бессмертие, и Рай, и Блаженство для нашего духа, для духа человеческого. Они и живут этой истиной. Потому и не боятся ни человеческого духа как такового, ни его вопросов, ни его требований, ни его угроз. Знают — и поступают так: человеческий дух погружают в Дух Святой и Им его оплодотворяют, взращивают, совершенствуют, освящают, прививают к бесконечному, обоживают. Поэтому и восходят из радости в радость. Вся их жизнь становится и действительно есть радость во Святом Духе (Рим.14:17): радость от того, что мы Христовы, Божии, бессмертные, призванные в Божие Царство, от того, что мы — Божии наследники, сонаследники Христовы, дети Божии; радость от того, что предивный Человеколюбец, Иисус Христос — наш Бог и Господь, Спаситель и Судия; радость, радость и еще раз радость, потому что имеем мы Его и в себе, и вокруг себя, и над собою, — везде и всюду, ибо Он — «везде Сый и вся исполняяй»… Обо всем этом памятует святой Апостол, благовествуя: Итак, мы всегда благодушествуем; и… знаем, что, водворяясь в теле, мы устранены от Господа (в сербск. букв. «мы далеко от Господа». — Примеч. пер.) (2Кор.5:6). Какие бы виды зла нас ни обступали и против нас ни ополчались, мы неизменно благодушествуем, ибо знаем, что Господь незримо с нами. Впрочем, знаем и то, что, пока мы в теле, мы все-таки удалены от Восседающего одесную Бога Отца на небесах. Но радость наша — в том, что имеем мы залог Духа, присно рождающий в нашем духе христолюбивые чувства. И Дух Святой через все мучения и скорби управляет нас к достижению цели, для которой мы и сотворены; руководствует нами, пока не возведет нас к Цели всех целей, к нашему конечному Чаянию — к Сладчайшему Господу Иисусу. Разделяемые всеми ночами и полуночами, тьмами и безднами, зияющими между нами, доколе мы в теле, и Господом Иисусом, сущим на небесах, мы знаем, что удалены от Господа, однако всегда благодушествуем, потому что ведаем и всем сердцем чувствуем, что за всем этим все-таки пребывает Он — конечная Цель всех наших стремлений (ср. Флп.3:14). Да, пока мы в теле, мы знаем, что шествуем ко Господу, ожидающему нас за всеми видимыми мирами и вселенными, дабы ввести нас в Свои миры и вселенные невидимые, которые кто весть как удивительны, и грандиозны, и неисчислимы!

В чем тайна Христовой Церкви и ее членов, этих истинных Божиих служителей? — В Духе Святом (2Кор.6:4—10). Вот всецелая тайна Божиих служителей: они служат Богу в Духе Святом. Это мы ясно замечаем в первых и самых совершенных Божиих служителях — в святых Апостолах. Ведь лишь когда сошел на них и пребыл в них Дух Святой, посланный им Владыкой Христом от Отца, они соделались и навсегда остались служителями Божиими. Как они, так и святые пророки прежде них, и все святые мученики, и исповедники, и праведники после них. Ибо служение Богу — это служение в Духе Святом и Духом Святым. Без сомнения, духоносцы суть все святые вообще, духоносцы — и все христиане в большей или меньшей степени: Духом Святым они говорят (Мф.10:20; Лк.12:12), Духом Святым рождаются в христиан (Ин.3:5), Духом Святым молятся Богу (Ин.4:24; Рим.8:26; Еф.6:18). Пребывают в Духе Святом, и Дух Святой пребывает в них (Ин.14:17; 1Ин.3:24, 4:13); Духом Святым наставляются на всякую истину (Ин.16:13), через излияние на них Святого Духа они становятся Божиими служителями (Деян.2:4, 17, 18, 10:44–45); действуют Духом Святым (Деян.8:29, 39, 10:19, 11:12, 16:7, 20:22, 23, 21:4); живут по Духу Святому (Рим.8:4); помышляют духовно по Духу Святому (Рим.8:5); они — в Духе, и Дух Божий живет в них (Рим.8:9), они имеют начаток Духа (Рим.8:23); чудодействуют Духом Святым (Рим.15:19); любят Духом Святым (Рим.5:5); Духом Святым свидетельствуют свою веру (1Кор.2:4); Духом Святым получают откровение Божиих тайн (1Кор.2:10; Еф.3:5); Духом Святым ведают Бога и Божии дары (1Кор.2:12); они — храм Божий, в котором живет Дух Божий (1Кор.3:16, 6:19); от Духа Святого воспринимают они все духовные дары (1Кор.12:4, 7—11, 13); Духом Святым преображаются в образ Господень (2Кор.3:18); принимают Духа Святого через веру (Гал.3:14); запечатлеваются Духом Святым (Еф.1:13); исполняются Духом Святым (Еф.5:18); Духом Святым созидают свое спасение (2Фес.2:13); Духом Святым удостаиваются оправдания и освящаются (1Кор.6:11); Духом Святым очищают свои души (1Пет.1:22); Духа Святого имеют мерилом истины и лжи (1Ин.4:2). Одним словом — в Богочеловеческом Теле Христовой Церкви вся полнота Богочеловеческой жизни совершается и бывает в Духе Святом и Духом Святым, и причем через святые таинства и святые добродетели. Всегда по правилу Богооткровенной истины: от Бога Отца через Бога Сына в Боге Духе Святом.

Памятуя обо всем этом, богоносный Апостол завершает свое благовестие мятущимся коринфянам своим молитвенным, литургическим благословением: Благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любы Бога и Отца, и общение Святаго Духа со всеми вами. Аминь (2Кор.13:13). Ибо в Пресвятом Троичном Божестве — всё и вся для человеческого существа во всех мирах, начиная с мира земного. Всё бывает, и есть, и движется от Отца через Сына в Духе Святом — всё, кроме греха и зла. Поэтому второе Святое Лицо Пресвятой Троицы и сошло в наш земной мир, и стало человеком, чтобы нас — по благоволению Отца и при содействии Святого Духа — отроичить, так как главное отличие своего человеческого естества — богоподобную троичность — мы, творя грех и зло, исказили, помрачили, изуродовали, повредили. Предивный Владыка Христос возвращает нас к этой первоначальной святой троичности нашего естества: Им и через Него нам в Церкви преподаны все Божественные силы Пресвятой Троицы, с помощью которых, по мере своей веры и своих подвигов, каждый христианин отроичивается. В каждом христианине Своими Божественными силами действуют и Бог Отец, и Бог Сын, и Бог Дух Святой. Другими словами, Святая Троица действует в Церкви благодатью Богочеловека Христа. А что такое благодать Господа нашего Иисуса Христа? — Это всё то, что Владыка Христос принес миру, став человеком. Что же это такое? — Весь Бог со всеми Божественными силами, созидающими человеку спасение, побеждающими все грехи, всякую смерть, всех бесов и отроичивающими человеческое существо на всю вечность, начало которой — еще здесь, на земле. Эта благодать Господа нашего Иисуса Христа, и любы Бога и Отца, и общение Святаго Духа присно действуют в Богочеловеческом Теле Церкви, преображая каждого христианина, подвизающегося смиренной верой, в существо святое, бессмертное, богоподобное, троицеподобное.

Быть настоящим христианином — значит непрестанно жить Святой Троицей: от Отца через Сына в Духе Святом. И душа, и совесть, и ум христианина постоянно движутся и действуют от Отца через Сына в Духе Святом; так восстанавливается [его] троичное богоподобие, и из христианина всегда излучается троичный свет, который никакая тьма объять не может. А всё это значит — сиять, светить, лучиться троичным светом. Это, по преимуществу, — действие Святого Духа, подаваемого христианам за их веру в Господа Иисуса, Богочеловека. Вся истина неба о человеке собрана и богодухновенно выражена в следующих изумительных словах святого антифона на утрени: «Святым Духом всяка душа живится и чистотою возвышается, светлеется Троическим единством священнотайне». Да, каждая душа светлеется Троическим единством священнотайне. Здесь всё священно, свято и таинственно. Благодатными подвигами Святого Духа человеческая душа постепенно оживает, воскресает из всех духовных смертей, которые суть не что иное, как грехи, и чистотой всё более и более восходит из греховной раздробленности и разобщенности к пресвятому единству Божественной Троицы, дабы в Ней и Ею вечно жить и блаженствовать, воссозидая собственное троичное единство и богоподобие. Если христианин обновит свою душу непрестанным благодатным жительством в святых таинствах и святых подвигах от Отца через Сына в Духе Святом, то поистине его душа и в этом, и в грядущем мире будет светиться богоподобным Троическим единством; и так достигнет он совершенной полноты своего богоподобного бытия и соответствующей полноты блаженства в вечном царстве единого истинного Бога и Господа во всех видимых и невидимых мирах: Отца и Сына и Святого Духа.

С тех пор как Господь Иисус Христос совершил Свое Богочеловеческое домостроительство спасения, главным делом сатаны и его ангелов является отвращение людей от веры в распятого Христа. Почему? Потому что распятый Господь за такую веру дарует человеку, каждому человеку, все Свои Божественные силы, с помощью которых человек побеждает всякий грех, всякую смерть, всякого беса. Если имеет человек веру в распятого Господа, то располагает всем необходимым для человеческого существа, чтобы проводить святую, божественную жизнь во всех мирах и во всех вечностях, начиная с нашего земного мира и с нашей земной вечности. Да, с нашей земной вечности, ибо время на земле дано нам для того, чтобы мы стяжали им вечную жизнь. И от нашей жизни во времени и пространстве на земле зависит вся наша вечность на небе. По своей сути время так же важно, как и вечность, потому что оно — преддверие вечности. Наше призвание — преобразить время нашей жизни на земле в вечность: [это происходит] через богочеловечность. Это мы можем сделать только верой в Богочеловека Христа, единого истинного Бога, и Господа, и Спасителя. Эта Богочеловеческая вера подает нам все богатства неба и все Божественные дары и силы. И причем подает — Духом Святым, Который благодаря человеколюбивому крестному Христову подвигу сошел в мир и навсегда остался на земле как душа в Богочеловеческом, Христовом Теле — в Церкви. И люди познают и принимают Духа Святого через веру в Господа Иисуса (Гал.3:2—14).

Верой во Христа мы принимаем Духа Святого (Гал.3:2, 14). А Духом Святым приобретается всё Христово: и вечная Истина, и вечная Правда, и вечная Любовь, и вечная Жизнь, и вечная Радость, и вечное Блаженство, и вечное Царство Пресвятой Троицы. Все Божественные силы, все Божественные дары подаются только Духом Святым (см. 1Кор.12:3–4; Гал.3:5). В Церкви все производит Дух Святой: через все святые таинства, через все святые добродетели, через все святые чудеса (см. 1Кор.12:11). Своей благодатью Он совершает спасение в наших душах, всё наше существо наполняя Спасителем; и Спаситель, Который Духом Святым — в нас, избавляет нас от всякого греха, от всякой смерти, от всякого беса. Духом Святым совершается и наше очищение, и наше освящение, и наше усвоение Христу, и наше обожение, и наше обогочеловечение, и наше отроичение: [совершается] всё и вся, что приводит нас ко Христу, что подает нам Христа, что удерживает в нас Христа, что нас делает Христовыми и в этом мире, и на всю вечность. Поэтому для христиан самое важное — непрестанно исполняться Духом Святым через святые таинства и святые добродетели, потому что только так можно быть Христовым и в этой, и в грядущей жизни.

Почему все Богочеловеческое домостроительство Христова спасения называется верой (см. Рим.3:21–31; Гал.3:7—25, Еф.1:3—14, 3:2—21, 4и др.), а не знанием и не законом? Потому что Господь и Бог Иисус Христос, соделавшись человеком, став Церковью, принес людям такие Божественные блага и такие Богочеловеческие совершенства, каких свыкшиеся с грехом человеческий ум, и совесть, и сердце даже представить себе не могли, а тем более познать их и стяжать собственными силами. Победить смерть и даровать человеку бессмертие и вечную жизнь, — какой человеческий ум мог полагать это возможным, и нормальным, и логичным? Никакой. Вера в это — это вера в невозможное. Но именно это Богочеловек, Владыка Христос свершил для человеческого рода: только Он сделал то, что по всем законам человеческой греховной логики, заключенной под грехом (см. Гал.3:23), проданной греху (Рим.7:14), — абсолютно невозможно. Сделав невозможное возможным, Он наделил людей верой, объемлющей все Его Богочеловеческие подвиги на земле: победу над грехом, победу над смертью, победу над диаволом; и все Его Богочеловеческие дары: вечную Жизнь, вечную Истину, вечную Правду, вечную Любовь и всё прочее, что необходимо человеку для его бесконечного преуспеяния в Боге и к Богу, для его обожения, для его обогочеловечения, для достижения им той единственной цели, достойной человеческого бытия в этом мире и во всех мирах: Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный — Бог (Мф.5:48; ср. Лк.6:36; Еф.4:13). Имея все это в виду, Спаситель и ответил изумленным от этого Своим ученикам: Человекам это невозможно, Богу же всё возможно (Мф.19:26). Сущность и новизна новозаветного Богочеловеческого благовестия и состоит в том, что Бог, став человеком, делает в нашем человеческом мире возможным и осуществимым всё Божественное (см. Лк.1:37; 18:27). Человеческая немощь и Божественное всемогущество («все-мощь») — вот дилемма; и это вера во Христа. Богочеловек Своей Личностью устраняет эту дилемму, эту антиномию, и как Бог делает, чтобы невозможное в человеческом мире стало возможным, и подает эту силу людям, дабы и они делали то же самое (ср. Ин.14:12). Посему святой апостол Павел и возвещает слово и истину, которую никто из людей без Богочеловека Христа не мог ни стяжать, ни высказать: Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе (Флп.4:13).

Ветхозаветный закон и всё, что в нем, — это лишь тень того, что свершил Господь Иисус Христос, став человеком, сойдя в наш земной мир и принеся в Себе все истины неба (см. Кол.2:17). Какие же это истины? Истины действительные, Божественные. Ибо принеся Себя, Бога, на землю, Он принес и всесовершенную Все-реальность: все-реальность вечной Истины, вечной Правды, вечной Любви, вечного Блага, вечной Жизни. И всё это воплотил в человеческое тело, в собственное тело, и сделал по-человечески наглядным и осязаемым для каждого людского существа. И основал на Себе и Собою — Церковь, Тело Свое, в котором — вся полнота Божества (Кол.2:9; Еф.1:23); и Бог Отец поставил Его Главою Тела Церкви (Еф.1:22). Так Тело Христово стало вместилищем и обителью всех небесных, Божественных истин. А когда Тело этих истин здесь, на земле, тогда тень их уже не нужна; мы уже не под законом; закон, исполнив свое служение, с радостным смирением себя упраздняет. Закон привел нас ко Христу, а Христос Своей верой вводит нас во все Божественные дары и совершенства (Гал.3:25). Вера во Христа дает каждому человеческому существу всё ему потребное для благочестивой, вечной жизни и в этом, и в оном мире (см. 2Пет.1:2–4). Ибо во Христе спасается, оправдывается каждый в Него верующий (см. Деян.13:39). Так как пришла Христова вера и в ней и с ней — весь истинный Бог и Господь со всеми Своими Божественными совершенствами; так как Спаситель, Богочеловек Христос — уже здесь, с нами, навсегда среди нас в Своей Церкви, то нам уже не нужен детоводитель ко Христу — закон Моисеев. С сего времени мы — непосредственно под Богом и Владыкой Христом, под Его верой, но уже не под детоводителем, не под Моисеевым законом. Бог Спаситель и Мессия — уже не обетование, а наша земная реальность; Он — не только на небе, но весь и на земле, в Своем Богочеловеческом Теле — в Церкви.

Бог — уже не далекий, небесный Властитель и Законодатель, а наш земной сожитель; Бог воплощенный, среди нас, людей, — и Сам человек, то есть Богочеловек: и дорогой, и близкий, и жалостливый Отец. Христовой верой мы становимся Божиими сынами, а до нее и без нее мы, люди, — лишь Божии творения. Ведь Христова вера рождает нас духовно как сынов Божиих. Исключительная Божия милость и сострадание к человеческому роду проявляются именно в том, что во Христе Бог подает нам силу и крепость сделаться Божиими сынами, рождаясь от Бога (см. Ин.1:12–13). Верующий в то, что Иисус — воистину Мессия, воистину Спаситель, — рожден от Бога (см. 1Ин.5:1). Венец Божия человеколюбия — в том, что Христом дал Он нам стать детьми Божиими и наречься таковыми (см. 1Ин.3:1–2). А родиться от Бога, стать Божиим сыном — что это значит? Значит — в мире сем жить Божией жизнью, жить Господом Иисусом Христом, жить Духом Святым, жить Святой Троицей: от Отца через Сына в Духе Святом; жить вечной Божественной Истиной, и Правдой, и Любовью, и Жизнью — всем тем, что Божие, и Божественное, и совершенное, и вечное, и Богочеловечное; быть наставляемым Духом Святым, ибо все, водимые Духом Божиим, суть сыны Божии (Рим.8:14); ведь Дух Божий и есть Тот, Кто усыновляет нас Богу (Рим.8:15); Он свидетельствует духу нашему, что мы — дети Божии (Рим.8:16). А если дети, то и наследники, наследники Божии, сонаследники же Христу (Рим.8:17).

Всё это дарует нам вера в Господа Иисуса Христа (Гал.3:26). Поэтому нет более грандиозной, и щедрой, и могущественной, и бессмертной силы в нашем человеческом мире. Ибо что может быть больше, и крепче, и сильнее, и достойнее для человека, нежели стать братом Богочеловека Христа и Его сонаследником и, таким образом, всё Ему присущее — навсегда, на всю вечность сделать своим? По этой вере и подается Дух Святой, так что Им управляется вся жизнь в Богочеловеческом, Христовом Теле — в Церкви и совершается наше единение со Христом, наше обогочеловечение, ибо все вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись (Гал.3:27), то есть облеклись во единого Христа. И таким образом теперь все вы одно во Христе Иисусе (Гал.3:28).

Весь Богочеловеческий подвиг Владыки Христа имеет одну цель — дабы нам. получить усыновление (Гал.4:4–5). А с усыновлением Богу мы как Божии сыны приемлем от Бога как от своего Отца все дарования, все богатства, все Божии блага. Да и несравнимо большее того: приемлем самое великое, что можно принять во всех мирах и что вообще можно себе представить и возжелать, — приемлем Саму Пресвятую Троицу. Ибо Христом мы полностью становимся Ее, а Она — полностью нашей. Мы — Ее дети, мы — Ее сыны. Вся наша душа отверста для всех Божественных совершенств, для всех Божественных тайн, для всех Божественных святых сил, для всей Божественной Святой Троицы3. Мы уже не под грехом, не под смертью, не под проклятием; ведь когда мы были под ними, то мы не могли принять в себя, в свое сердце, Трисолнечного Бога и Господа. Очищенное верой в Господа Иисуса Христа наше сердце становится храмом Духа Святого; согретые любовью ко Владыке Христу и к Небесному Отцу, мы открываем наши сыновние сердца Богу, дабы Им исполниться. Поэтому богоносный и богоносимый Апостол благовествует всем христианам как Божиим сынам: А как вы — сыны, то Бое послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: «Авва, Отче!» (Гал.4:6; ср. Рим.8:9). — Ради Сына Дух Святой подается всем, кто верой в Сына через Крещение входит в Божие сыновство. Своим вочеловечением Владыка Христос всё человеческое естество, которое у всех людей — в основе одно и то же, обожил в принципе, то есть как Новый Адам Своей Богочеловеческой Личностью Он повел наше человеческое естество по пути обожения, отроичения и тем самым освятил его и даровал ему способность принять Святого Духа и соделаться Его обителью. А Дух Святой, вселившись в наши сердца верой, и любовью, и Крещением, и прочими святыми таинствами и святыми добродетелями, наполняет всё наше существо чувством, сознанием и убеждением в том, что мы — сыны Божии, и всё это стекается в единое восклицание нашего духа, исполненного Духом Святым: Авва, Отче!

Все наши представления о Боге, все наши мысли о Боге, все наши ощущения Бога — сплавляются в радостное, умилительное, восхищенное чувство — во все-чувство, и в мысль — во все-мысль, о том, что Бог — наш Отец, а мы — Его дети, Его сыны. За всем этим и поверх всего этого остается единое всеобъемлющее ощущение и сознание: Бог — твой Отец, а ты — Его сын. Дух Святой, Который благодаря Сыну Божию, Владыке Христу, обитает в нас, в наших сердцах, изливает в наши сердца Божественную любовь и все прочие святые добродетели и святые силы (см. Рим.5:5). Христиане Духом Святым — духовно мыслят (см. Рим.8:5); Духом Святым и чувствуют, и любят, и действуют, и живут. Ведь человеческий дух: что он такое без Духа Божия? — Призрак, наваждение, испуганная слепая мышь, добыча демонов, игрушка страшилищ. А с Духом Божиим, с Духом Святым, с Духом Единородного Сына Божия, Господа нашего Иисуса Христа: что такое дух человеческий? — Радость всех радостей, восхищение превыше всех восторгов, совершенство совершенств: ибо Дух Святой возводит его из совершенства в совершенство, наставляя из одного святого таинства в другое, из одной святой добродетели в другую, пока полностью его не обожит, не обогочеловечит, не отроичит, не исполнит святыми и светлыми богомыслями, богочувствами, богоблаговестиями, богонастроениями, непрестанно преображающимися из силы в силу, из совершенства в совершенство — и так через всю сию земную жизнь, а после нее — и через всю жизнь грядущую во всех Божественных вечностях всех Божиих миров.

Всё это — истина превыше всех истин, завершающаяся новой Богочеловеческой истиной. А именно: войдя в Божие сыновство, ты уже не раб, но сын; а если сын, то и наследник Божий через Иисуса Христа (Гал.4:7). Наследник Божий! — Есть ли что-то большее, высшее, превосходнейшее, достойнейшее, драгоценнейшее этого для человека, бывшего некогда беспомощным рабом греха, смерти и диавола? Чего бы лучшего, высочайшего и драгоценнейшего люди могли бы пожелать, нежели то, что подает им Владыка Христос, вочеловечившись и верою вручив им всецелого Бога со всеми Божественными совершенствами и Богочеловеческими богатствами? С Богочеловеком Христом человек становится наследником всего Божиего. Есть ли нечто большее этого, нечто славнейшее и достойнейшее, более бессмертное и вечное? Кто другой может нам это дать? Никто, потому что никто не есть Тот, Кто есть Господь Иисус Христос, а потому никто и не имеет того, что имеет Он и подает. Без сомнения, это — единственный Бог неба и земли, по неизреченному человеколюбию как единый истинный Человеколюбец дарующий человеку и всему человеческому роду всё Свое: всю полноту Своего Божественного бытия (см. Кол.2:9—10; Еф.3:19). Без Христа и до Христа человек был неотчуждаемым рабом не только стихий мира сего, но и, что еще хуже, что хуже всего: не выкупаемым и неотъемлемым рабом страстей, грехов, зол, смерти, диавола, а потому — и самой преисподней.

Человек без Христа? Рабство его невыразимо и во всех отношениях ужасно, он безнадежно порабощен со всех сторон. Ибо кто из людей мог и может избавить человека из сего рабства: кто из мудрецов, кто из ученых, кто из полководцев, кто из царей, кто из тиранов? Никто, никто и еще раз никто! Да и не только они, но и все люди вкупе, весь человеческий род, от Адама и вплоть до последнего человека на земле, — как мог бы он решиться освободить человеческое существо от смерти, да и мог ли вообще? Разумеется, нет, потому для всех очевидна непререкаемая и ужасная земная реальность: смерть сильнее, безмерно сильнее всех людей всех времен и рас. Но в противовес всему этому во всей полноте стоит всеочевидная реальность Богочеловеческая: в человеческом роде есть один сильнейший смерти, и только один: это — Богочеловек, Господь Иисус Христос. А с Ним, в Нем и через Него — и все в Него верующие и верой в Него вступающие в наследие всех Его Богочеловеческих сил и могущества, включая и Его Богочеловеческое возобладание над смертью, то есть победу над смертью, над грехом, над диаволом, над адом. Недостанет нам, а вкупе с нами и всем христианам, собственных душевных сил к тому, чтобы, просветившись мыслью, узреть и объять те Богочеловеческие богатства и блага, которые Владыка Христос уготовал и дарует людям и в этом, и в оном мире, то есть не сможем мы даже приблизительно представить себе их сияние, и безмерность, и сладость, и радость (см. 1Кор.2:9). Сколь велик человек со Христом! Его величие — поистине божественное! Ведь он становится божественным престолонаследником! Вот, Господь Иисус Христос — истинный человек с истинным человеческим телом вознесен на небо, вечно сидит одесную Бога Отца на престоле Всебожественной славы! И Он совознес, да и непрестанно совозносит с Собой и упокоева́ет у Себя, всех в Него верующих — род избранный, царственное священство, народ святый, людей, взятых в удел… народ Божий (1Пет.2:9—10; Еф.2:1—10).

Без сомнения, именно Духом Святым люди и делаются, и навсегда остаются Христовыми. Отсюда — благовестие и заповедь христоносного Апостола: Поступайте по Духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти (Гал.5:16). Все пути Духа Святого ведут через вечную истину в вечную жизнь, через вечную правду в вечную жизнь, через вечную любовь в вечную жизнь; а все вожделения плоти всеми своими распутьями увлекают в вечную смерть, порабощая нас грехам, похотям и страстям. Христиане суть христиане Духом Святым: Его они принимают в святом Крещении, Им запечатлеваются (см. Еф.1:13), Им они суть Христовы (Рим.8:9—10), Им живут, ибо те, которые Христовы, живут не по плоти, но по Духу (Рим.8:1); а ведь именно христиане живут не по плоти, но по Духу (Рим.8:4), ибо плоть желает противного Духу, а Дух — противного плоти. Они друг другу противятся (Гал.5:17).

Что, разве Дух Святой как третье Лицо Пресвятой Троицы не есть и Сам Творец человеческой плоти, чтобы ей Ему противиться? Если в человеке лишь душа от Бога, от Духа Святого, от кого тогда плоть, если противна она Духу Святому; не от диавола ли? Но это — бессмыслица. Здесь речь не о плоти, составляющей вещественную сторону человеческого существа, а о худых и скверных помыслах, вожделениях, намерениях и чувствах, через посредство которых совершается служение злу и диаволу. Ведь что в человеке противно Духу Святому? Не тело, которое Бог сотворил добрым и безгрешным, то есть созданное Господом и для Господа (1Кор.6:13), но противно всё лишенное святости, нечистое, греховное, смертное, демоническое. Именно это в человеке и противится Духу Святому, а не тело само по себе как вещественная природа. Вообще говоря, что такое тело? Тело — лишь орган души; без души оно неподвижно: не чувствует, не действует и не мыслит; оно мертво. Ведь именно душа смотрит и видит телесным глазом, слушает и слышит телесным ухом, движет телом и действует через тело, трудится, хочет, мыслит, чувствует. Душа составляет духовную сторону человеческого существа, а тело — вещественную. И то, и другое — от Бога, сотворившего их как одно целое, именуемое человеком. Лишь в душе — источник человеческой жизни; тело же — орудие жизни. В душе — источник и всего устремленного в человеке к Богу, но также и всего греховного. Всё дело — в ее свободе: она выбирает между добром и злом, между добродетелью и пороком, между Богом и диаволом. Она — та, которая, прежде всего, глазами Евы согласилась на грех, возлюбила запрещенный плод и лишь после того употребила телесные руки, чтобы его сорвать, и уста, чтобы вкусить. Таков вообще путь греха: из души через тело в дело. Таков первый человеческий грех, таков и любой грех вообще. Хотение, намерение принадлежит душе: в этом ее воля, ее свобода, которую можно употребить как на пользу, так и во зло. Зло, которого желает душа, — это и есть то, что противится Богу и всему Божиему, Духу Святому и всему святому. Злая воля — источник всего людского противления Духу Святому как Носителю всех Божиих благ. Дух Святой — Носитель, Податель и Вдохновитель каждой добродетели, всего святого, всего Божественного, всего благого; поэтому грех, и любой порок, и всякое зло — против Духа Святого. В природе зла — противление добру, как и в природе добра — противление злу. Когда человек хочет творить зло, тогда против него восстает обитающее в нем Божественное добро; а когда хочет творить добро, тогда против него ополчается зло, живущее в его грехолюбивой воле. Человеку надлежит выбирать: либо добро, которое от Бога Духа Святого и потому всегда Божественно, чудодейственно, всепобедно; либо зло, которое от диавола и потому неизменно худо, скверно и человекоубийственно и всегда немощнее Божиего добра. Если человек добровольно через святые подвиги подчинит свою душу Духу Святому, то станет непобедимым, и никакое зло не сможет ему повредить. Но если душу свою отдаст он греховным пристрастиям, то беззакония и пороки настолько в нем возрастут, придут к согласию, сроднятся, сочетаются в одно органическое целое, что попросту сформируют целое тело, единое и неделимое; именно это тело и желает противного Духу, то есть противится всему, что от Духа Святого. За этим телом греха и порока всегда скрывается творец греха и порока — диавол. Если, проанализировав тот или иной грех, мы исследуем его до конца, то на дне его всегда отыщем диавола как его главную творческую силу. Равно как если углубимся в любое добро, то в его сердце всегда обрящем силу Божественную как его главный созидательный фактор.

В Церкви Дух Святой наставляет и вводит нас в такие Божественные таинства, в такие Божественные бесконечности, истины, благовестия, в такие Божественные богатства, что по сравнению с ними весь ветхозаветный закон — лишь тень, тонкая, излишняя и даже вовсе ненужная после того, как Христос, Солнце правды, взошел на небосводе нашего человеческого мира и жизни. Для спасения нам нужен Спаситель Христос, в Котором — всё и вся; Святой Дух вселяет Его в наши сердца святыми таинствами и святыми добродетелями (ср. Еф.3:16); христиане — не под законом, а под благодатью (Рим.6:14); их наставляет Дух Божий (Рим.8:14, 9—10), ибо кто не имеет Духа Христова — тот и не Христов, тот и не христианин. Отсюда благовестие: Если же вы Духом водитесь, то вы не под законом (Гал.5:18).

Жительствуя святыми таинствами и святыми, евангельскими подвигами, христиане исполняют законы Святого Духа, законы божественной жизни, жизни ангельской, безмерно превосходящей всё бывшее в законе ветхозаветном. Исполняя евангельскую заповедь о безгневии, христиане не имеют нужды в том, чтобы кто-то повторял им ветхозаветную заповедь Не убий! (Исх.20— Примеч. ред.), ибо кто не гневается, тот в корне отсекает всё то, что могло бы побудить и повлечь его к убийству (ср. Мф.5:21–22). Исполняющего евангельскую заповедь Духа Святого о целомудрии не нужно предостерегать ветхозаветной заповедью Не прелюбодействуй! (Исх.20— Примеч. ред.), ведь целомудрие — это святое и бесстрастное настроение души и сердца, которому чуждо самоё дело прелюбодеяния (см. Мф.5:27–32).

Так, следовательно, если наставляет нас Дух Святой, то да бежим от плотских вожделений и неукоснительно употребим нашу свободу во Христе на жизнь по Духу, а не по плоти. Ведь жительство по плоти — это творение плотских дел. А дела плоти (τὰ ἔργα τῆς σαρκὸς) известны; они суть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство (букв. в сербск. «бесстыдство». — Примеч. пер.), идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, (соблазны,) ереси, ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное (Гал.5:19–21). Все эти дела плоти, на самом деле, суть дела нашей злой, нашей пристрастившейся ко греху и похотливой воли, а не дела самого естества плоти. Поэтому от них легко освободиться: ибо мы грешим, потому что хотим, а не потому что должны. Ведь если бы мы согрешали по долженствованию, то не были бы ответственными и не осудил бы нас никакой суд, а менее всего — суд Божий. Точно так же если бы и святые добродетели творили мы потому, что должны были бы их творить, то есть если бы сама природа навязывала нам это как нечто необходимое, то не заслуживали бы мы никакой награды. Однако в нашей власти — то, преобразим ли мы свою волю благодатью Святого Духа, благодатью, которая всегда безмерно сильнее любого греха и зла. Нужно лишь свою волю с помощью веры и любови предать Христовой благодати, дабы она ее преобразила и переработала из грехолюбивой в христолюбивую, из тяготеющей ко греху в обращенную к добру, из худой в добрую, из несвятой в святую.

Все перечисленные дела плоти сплетены между собой в одно органическое целое самой сутью зла, которая — та же во всех них, ибо вся она — от самого творца зла, от диавола. Все эти дела в силу самой своей природы затягивают человека в свое бессмертное царство зла — в царство диавола, в ад. Поэтому творящие такие дела не наследуют Царствия Божия (Гал.5:21). Ведь сама природа диавола и его лукавства, которая — вся в злоупотреблении свободной волей, не желает вечных благ Божия Царствия: как диавол не хочет Бога, так и зло не терпит Божия блага.

В противовес делам плоти стоят дела духовные. Дела Духа Святого противоположны делам плоти. Когда Дух Святой благодатью святых таинств вселяется в наши сердца, тогда Он нашим облагодатствованным духом и нашей волей рождает плоды духовные, оплодотворяя наше человеческое естество Божественным благом, святостью, истиной. Что же такое плод Духа? Плод же Духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание и все прочие святые, евангельские добродетели (Гал.5:22–23). Да, святые добродетели — от Духа Святого, живущего в нас через святые таинства Крещения, Причащения, покаяния и другие. А Дух Святой живет в нас, если мы добровольно вверяем Ему и свою душу, и совесть, и волю, и ум, и всё свое — через свои добровольные подвиги, через подвиги веры, молитвы, поста, кротости, смирения, любви, терпения… И если наполняем мы себя Духом Святым и Его благодатью и своими святыми добродетелями рождаем духовные, бессмертные плоды, то нам не нужно никакое руководство ветхозаветного закона (Гал.5:23). Рождая вечные плоды Духа, мы свидетельствуем, что Дух Святой — животворящая и действенная сила нашего духа, который в Духе Святом имеет и свою вечную истину, и свою вечную правду, и свою вечную любовь, и свою вечную жизнь, и свое вечное царство, и все свои вечные ценности и силы. Зачем тогда ему предписания ветхозаветного закона? Они ему не нужны ни для того, чтобы по ним жить, ни для того, чтобы по ним быть оцениваемым и судимым.

Дух человеческий вообще далек от своей полноты и от своего совершенства и не способен их достигнуть и осуществить, пока не соединится с Духом Божиим, с Духом Святым. Лишь когда начнет он вбирать Его в себя через святые таинства и святые подвиги, лишь тогда вступает на путь своего естественного, Богом предназначенного восхождения; шествует же он по этому пути постепенно, по мере своих трудов в святой, евангельской жизни по Духу. Последовательно наполняя себя Духом Святым, человеческий дух мало-помалу достигает полноты своего бытия, ибо обогащается не гибнущими богатствами Святого Духа. Всегда чувствуя себя нищим духом (см. Мф.5:3), христианин с постоянством трудится в святых подвигах, дабы обогатить себя Духом Святым, единственным богатым и воистину всебогатым Духом. Вообще говоря, христианин неустанно приносит свой дух в жертву Духу Святому, непрерывно совершая самопожертвенный подвиг через святые добродетели веры, любви, поста, молитвы, воздержания, кротости, благости, доброты, радости; а Утешитель Благий воздает ему за это во сто и в тысячу крат, ибо за эти его несовершенные подвиги и благие поступки дарует ему добродетели святые, божественные, вечные: божественную любовь, божественную благость, божественную доброту, божественную радость, божественный мир. Ибо совершенная вера, совершенная любовь, совершенная молитва, совершенный пост, совершенное смирение и любая совершенная, святая добродетель есть дар Духа Святого (см. 1Кор.12:1—13), плод Духа Святого, плод Божественный, Божественное произрастание на земной ниве духа человеческого.

Зная всё это, Христовы люди непрерывно жертвуют собою ради даров Святого Духа, не переставая распинать плоть со страстями и похотями. Ведь страсти и плотские похоти — это и есть в нас те злые силы, которые вовлекают нас во всякое зло и продают в рабство любому греху, любой смерти, любому бесу. Истинный христианин — постоянно на кресте, от крещения и через всю жизнь. Ибо распинает он себя всякому греху и злу, умерщвляя в себе всякий порок и лукавство. Как? Святыми подвигами: распинает себя верою, умерщвляя плотское мудрование и борясь против ложных богов, стремящихся отнять у него единого истинного Бога и Господа — Иисуса Христа; распинает себя любовью, умерщвляя в себе всякое плотское, сладострастное пожелание, и любовь, и пристрастие; распинает себя молитвой всему тому, что пригвождает его к земле и не дает ему возлететь в мир небесный, где обитают вечные радости; распинает себя постом, умерщвляя себя всякому сластолюбию и пристрастию к плоти; распинает себя смирением, умерщвляя себя всякой гордости, высокомерию и надменности; распинает себя воздержанием, умерщвляя свой ум скверным и порочным помыслам, свое сердце — худым пожеланиям, свою волю — пагубным намерениям и делам, свои глаза — нечистым и неподобным взорам, свои уши — слушанию клеветы, лжи, пустых разговоров, свое тело — страстям, вожделениям и наслаждению в пище. И так по порядку каждым святым подвигом распинает он и умерщвляет себя всякому греху, всякому злу, всякой страсти. Истина нашего спасения — в следующем бессмертном благовестии: Те, которые Христовы, распяли плоть со страстями и похотями (Гал.5:24).

Эту истину христиане переживают, если живут Духом Святым с помощью святых таинств и святых добродетелей. Тогда в их теле и духе нет места ни греху, ни злу, ни диаволу, ни смерти. Да, если мы живем Духом Святым, то в нас нет смерти; всё в нас живо для любой Божией истины, и правды, и добра. Но жить Духом Святым мы можем, если по Духу Святому и поступаем. А поступаем мы по Духу, если соблюдаем Его святые заповеди, если творим Его святые добродетели, если всё у нас бывает по святой вере, по святой любви, по святой кротости, по святому смирению, по святому посту, по святому воздержанию, по святому терпению, по святому покаянию и вообще по каждой святой добродетели. Через этот мир шествуем мы Духом Святым, если ходим в Его святых таинствах и святых добродетелях (ср. Гал.5:25). Тогда наш ум Им мыслит, наше сердце Им чувствует, наша совесть Им рассуждает, наша воля Им хочет, наши чувства Им действуют; одним словом — Им совершается вся жизнь как нашего духа, так и плоти. И в самом деле, мы, христиане, — не свои, а Божии. А своими становимся мы для себя — лишь Духом Святым. Ибо Он святыми таинствами и святыми добродетелями возвращает нас к самим себе, подавая нашему богообразному существу божественную праведность, божественную святость, божественное бессмертие, божественную вечность. И лишь тогда наш дух ощущает себя и вправду своим, вечно своим, божественно своим, свято своим, радостно своим. Не надо строить иллюзий: доколе мы принадлежим греху — не принадлежим себе. Если принадлежим мы греху — то принадлежим чужаку; а через него — еще более жестокому пришельцу: смерти; а через смерть — самому свирепому чужеземцу для человеческого существа: диаволу, всемогущему царю и господину в царстве греха и смерти — в преисподней.

Владыка Христос — не только Истина, но и Слово: Он — и Слово Истины, Которым Истина возвещает Себя, и Истина Слова, Которой Слово есть Бог. А это и составляет Его святое и животворящее Евангелие. Поэтому Евангелие и можно слышать и познавать [только] от Него и в Нем. Да, только от Него и в Нем. Ибо — от Спасителя Евангелие спасения, через благовестие спасения. Ведь нет другого действительного и истинного благовестия для человеческого рода, кроме как спасти его от греха, смерти и диавола. Поэтому только Христово учение и Христово дело и именуются «Евангелием спасения» (см. Еф.1:13). Именно в силу того, что наш Спаситель есть совершенный Бог и совершенный человек, ни одно людское существо своим умом не способно Его всецело постигнуть и охватить. Каждый человек — лишь богоподобное существо, потому и не может он в свое ограниченное знание вместить Богочеловека и во всей полноте рационально осознать Его и уразуметь. Поэтому вера в Богочеловека — это единственный правильный подход человека к Богочеловеку. Верой в Богочеловека возрастает и человеческое знание о Богочеловеке, восходя до необозримых высот. Ибо за эту веру Богочеловек подает человеку Духа Истины, Который и наставляет человека на всякую истину об Иисусе, Богочеловеке и Спасителе (см. Ин.16:13, 14:26). Вся жизнь такого человека веры — в Духе Святом; всё у него: и ум, и душа, и сердце, и мысли, и чувства, и воля — носит на себе отпечаток Святого Духа. Это — сила, хранящая его от всего несвятого, и признак, по которому он распознаётся. Духоносцы, христиане — всегда духоподобны и духоносны. Потому святой Апостол и говорит: во Христе вы запечатлены Святым Духом обетования (Еф.1:13) (в синод. тексте: обетованным Святым Духом. — Примеч. пер.). Какого обетования? — Данного Богом через святого пророка Иоиля (Иоил.2:28; Деян.2:16–21), а также и Самим Владыкой Христом (Лк.24:49; Деян.1:4).

Печатью скрепляется истинность того, на чем стоит эта печать; в данном случае — истинность веры во Христа, всего ее содержания и всех ее обетований. Ибо присутствие Духа Святого в душе верующего, Его печать на существе последнего — это и есть залог наследия нашего (ἀῤῥαβὼν τῆς κληρονομίας ἡμῶν) (Еф.1:14), залог того, что мы полностью вступим во владение тем, что Спаситель Своим Евангелием спасения предлагает нам в качестве обетования. Дух Святой возвращает нам все те блаженства, которые мы утратили грехом, по причине греха. Они составляют наше во Христе наследство, наше стяжание, наш удел. Залог Духа и подается намдля искупления удела (Еф.1:14). Какой драгоценный залог! — Сам Дух Святой, подаваемый нам Владыкой Христом от Отца. Вся Пресвятая Троица созидает наше спасение. Это чувствует каждый, кто верою в досточудного Господа Иисуса Христа пошел по пути спасения. Святой Апостол благовествует: Утверждающий же нас с вами во Христе и помазавший нас есть Бог, Который и запечатлел нас, и дал залог Духа в сердца наши (2Кор.1:21–22). А залог Святого Духа разрастается в нас во все дары Святого Духа, во все святые добродетели (ср. 1Кор.12:4—11).

«Почему нам Господь не дал сразу всего, но вверяет нам, прежде всего, залог? — спрашивает святой Златоуст. — Потому что мы, со своей стороны, не исполнили всего. Мы уверовали; но это лишь начало, и Он дал залог. Когда же веру мы проявим в делах, тогда Он вручит нам всё (τό πᾶν)», Залог Духа «есть часть обетованной нам Богом славы», А полнота всех обетований столь безмерно огромна и невыразимо сладостна, что святой Апостол говорит о ней, что это — то, чего глаз человеческий никогда не видел и ухо человеческое не слышало и что на сердце человеческое не приходило (см. 1Кор.2:9).

Имея в себе залог Святого Духа, христиане наполняются неизреченной радостью от этого всеединства во Христе: ощущают всю Его славу, то есть славу Богочеловека и Спасителя, Который Церковью объединяет всё и вся с Трисолнечным Божеством. С невыразимым умилением чувствуют они свое единство с Ангелами, со всецелым Божиим творением: и с птицами, и с растениями, и с животными, и со звездами, и со вселенными, и со всеми вообще созданиями, ибо полнота Наполняющего все во всем (Еф.1:23) преисполняет им и душу, и сердце, и ум: всецелый Он — в них, всецелые они — в Нем. Но точно так же и по той же самой причине ощущают они свое единство с каждой птичкой, скорбящей в своем гнезде или умирающей в болезнях; с каждым цветочком, невинно и невольно увядающим и погибающим в тлении, наведенным на него и на всю тварь людским грехом; и вообще — с каждым страдальцем. Печалятся они обо всяком грешнике, молятся за всякого преступника, и воздыхают, и вопиют, и рыдают ради него и ради себя, ибо чувствуют свое единство со всеми и каждым: всё человеческое мучит их, угнетает, беспокоит и причиняет им боль. Но в то же время залог Духа возносит их выше всех человеческих скорбей и злостраданий, вселяя в них несказанное утешение: Утешитель Благий проводит их через человеческие мучения, грехи и падения, чтобы они еще усерднее, с воплем и воздыханием, молились за них, за людей, за всех людей без исключения.

Духом Святым усовершаемые во всем своем существе, они чувствуют, как из-за наших грехов сетуют и воздыхают звезды, как из-за наших преступлений рыдают и распадаются камни, как из-за наших зол плачут и роняют слезы цветы и былинки, как причитают над грехолюбивым человеческим родом птицы, и животные, и все Божии творения, — как вся тварь совокупно стенает и мучится (Рим.8:22) в болезнях, бедствиях и страданиях, которыми люди ее наполнили, введя в этот мир грех, смерть и диавола. Но при всем том они общаются с небесными мирами, со всем, что на небе: ведь пребывают они в предивном Господе Иисусе Христе, в этом всечудном Всесвятилище, в Котором с нами, людьми, сочеталось всё небесное. И они, с Ним сплоченные, Им чувствуют, и созерцают, и переживают жизнь всех обитающих на небе существ, всех небесных тварей, слыша их херувимские и серафимские славословия Единому Человеколюбцу, Трисолнечному Богу и Господу, — и радуются радостью неизреченной. Из Церкви, которая одновременно — вся на земле и вся на небе, воспринимают они и соощущают как свое всё, что на небе, и всё, что на земле, ибо Владыкой Христом всё это стало для нас своим, нашим, человеческим: нашим наследием, нашей собственностью, нашим уделом, нашим благом, нашим царством. Благодатью Богочеловека их бытие расширено до все-бытия, и они Духом Святым, Его чудотворными силами, постоянно ощущают себя в единстве со всеми людьми и со всеми тварями: со всеми человеческими печалями, муками и терзаниями на земле и со всеми радостями, и восторгами, и ангельскими блаженствами на небе. Всё сущее воспринимают и ощущают они, уподобляясь Христу: сердце у них — все-сердце: как свои собственные чувствует оно и все радости всех существ, и все печали, и всякую смерть, и все грехи, и все мучения; душа у них — все-душа: проникает она через все существа и твари, и в каждом существе и в каждой твари чувствует себя своей, и из всех них молится она за всех и за вся; око у них — все-око, совесть — все-совесть, ум — все-ум, жизнь — все-жизнь: ибо всё это подает им и всё это в них совершает самая великая чудотворица всех миров — Христова Церковь: благодатью Святого Духа и любовью Господа Иисуса Христа преображает она их ум в соборный ум Церкви, их душу — в соборную душу Церкви, их око — в соборное око Церкви; и они, вбирая в себя бесконечность от всех Богочеловеческих бесконечностей Церкви Спасителя, живут соборной все-жизнью Церкви, мыслят соборным все-умом Церкви, чувствуют соборным все-сердцем Церкви, пребывают в бессмертии и вечности соборной все-душой Церкви. А через всё это и во всем этом они, собственно, и живут, и чувствуют, и зрят, и мыслят, и действуют благодатью Трисолнечного Бога и Господа: от Отца через Сына в Духе Святом.

Отчего все это? Оттого, что досточудный и чудотворящий Человеколюбец, Владыка Христос сплотил в Себе всё им присущее: благодатью сочетал их сердца со всеми, кто на небе, и со всеми, кто на земле; а до того соединил их с Собой, всеблагим, всемилостивым, всеведущим, всечувствующим, всесострадательным Богом и Господом: облек их в Себя через святое Крещение — и они облеклись в Него; исполнил их Собою всей полнотой Божества через святое Причащение и прочие святые таинства и святые добродетели — так что неустанно растут они возрастом Божиим (Кол.2:19) во все Его Богочеловеческие бесконечности и безграничности. Поэтому никогда не будет конца их преуспеянию: то, что позади, они забывают, а к тому, что впереди, простираются: ибо подобает им прийти в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова (Еф.4:13), в меру Христовой полноты, присно имея перед всеми очами своей души и перед всеми чувствами своего существа конечную цель всех христианских подвигов: Будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный — Бог (Мф.5:48; ср. Кол.2:9—10; Еф.3:19). «Ибо преспеянию во веки не будет конца, — благовествует святой Симеон Новый Богослов, — так как остановка (или замедление) в возрастании положит конец Бесконечному… Текущие за Бесконечным не достигают конца… Как, скажи мне, они достигнут конца Бесконечного? — Невозможно (это) и совершенно неосуществимо. Такая мысль совершенно не может и в [ум] прийти святым, ни здесь во плоти сущим, ни туда в Боге преставившимся. Ибо, покрываясь светом Божественной славы, осияваясь и сияя, и наслаждаясь этим, они с полной и всецелой уверенностью поистине знают, что совершенствование их будет бесконечным и преспеяние в славе — вечным».

Все несказанные богатства, которые в Господе Иисусе Христе, мы, люди, можем познать и стяжать только Духом Божиим, Духом Святым: если наш человеческий дух мы Им исполним, Им осияем, Им просветим, Им будем наставлять и руководствовать (Еф.1:17–23). И лишь приняв Духа Святого, Который от Бога, мы можем знать дарованное нам во Христе от Бога (ср. 1Кор.2:10–12).

Поэтому духоносный Апостол и молится за ефесских христиан, а через них — и за всех нас: чтобы Бог Господа нашего Иисуса Христа, Отец славы, дал вам Духа премудрости и откровения в познание Его (Еф.1:17). — Святой Апостол говорит: Бог Господа нашего Иисуса Христа. Разве Владыка Христос — не Бог, но имеет над Собою Бога? Несомненно, Он — Бог, во всем равный Богу Отцу по Божеству. Но Он — Бог — стал человеком, и для Него как человека Бог Отец — Бог. Для познания Его, единого от Святой Божественной Троицы, нам нужна помощь остальных двух Святых Лиц: Бога Отца и Бога Духа Святого. Бог Дух Святой — это Дух премудрости; если человек получит Его, то исполнится Божественной премудростью. Дух Святой — еще и Дух откровения. Божественной премудростью открывает Он в сердце верующего и сказует тайну Иисуса Богочеловека, — так духоносец приходит к истинному познанию Христа. Да, лишь духоносец знает Христа. Дух Святой свидетельствует духу нашему обо всем Христовом и подкрепляет нас в немощах наших, так что мы получаем истинное и совершенное знание о Спасителе и спасении (Рим.8:16–26). Никакой человеческий дух не в состоянии какими-либо собственными усилиями познать Христову тайну в ее Божественном и спасительном совершенстве и полноте. Человеческому духу это открывает лишь Дух Святой, посему и именуется Он Духом откровения (Еф.1:17). По сей причине духозарный Апостол и благовествует: Никто не может назвать Иисуса Господом, как только Духом Святым (1Кор.12:3). Дух Святой как Дух откровения вводит нас во всякую истину Христовой, Богочеловеческой Истины и Его Богочеловеческого подвига спасения, научая нас всему Христову (ср. Ин.16:13, 14:26). В этом причина того, что и всё Христово Евангелие, весь Новый Завет называется Откровением.

Разумеется, при этом человеческий дух — не автомат, не мертвое орудие, которым Дух Святой пользуется и действует, а живой и добровольный со-работник Святого Духа. Под влиянием Святого Духа он весь претворяется в действие, ибо святыми подвигами преобразует благодатные силы Святого Духа в свои собственные: вносит их во все составы своего существа, наполняет ими всего себя, и они участвуют во всех его мыслях, и чувствах, и хотениях, и делах, и словах. Одним словом — во всей его жизни. При этом благодатью Святого Духа человек очищается от греха, обновляется, освящается, преображается, совершенствует все органы своего духа, органы познания и чувств: сердце, ум, душу, волю, — так что они, рассеяв тьму греха и освободившись от паралича страстей, могут узреть все Божественные богатства, которые человеколюбивый Владыка Христос предлагает нам и вручает. Эту тайну открывает нам многозаботливый Апостол, испрашивая в молитве у Бога для христиан чистое сердце, то есть сердце очищенное, освященное и просвещенное благодатью Духа Святого, то есть чтобы Дух просветил очи сердца вашего — πεφωτισμένους τοὺς ὀφθαλμοὺς τῆς καρδίας ὑμῶν, дабы вы познали, в чем состоит надежда призвания Его, и какое богатство славного наследия Его для святых, и как безмерно величие могущества Его в нас, верующих по действию державной силы Его (Еф.1:18–19).

Очи сердца? — Это вера. Ибо вера делается зрением нашей души, зрением, видящим Невидимого и невидимое (2Кор.4:18): видящим невидимого Бога в видимом человеке Иисусе, а также Его бесчисленные невидимые благодатные силы, созидающие через Церковь спасение людей, мира, твари: спасение и мое, и твое, и всех грешников, и всех праведников. Оттого-то и по этому земному миру, и по всем мирам вообще мы ходим верою, а не ви́дением (2Кор.5:7), верою, которая есть зрение нашей души, облагодатствованной, освященной, преображенной. У нас, христиан, вера — это одно бессмертное и всевидящее око нашей облагодатствованной души, любовь — второе, молитва — третье, надежда — четвертое, пост — пятое, смирение — шестое, кротость — седьмое, терпение — восьмое, Святое Причащение — девятое, святое покаяние — десятое, и так по порядку: все святые таинства и все святые добродетели суть бесчисленные наши очи, причем очи всевидящие, лицезрящие Бога, и небо, и истину. И эти наши святые очи видят — в чем состоит надежда Христова призвания, то есть наша надежда: усыновление Богу через Владыку Христа и наследование Небесного Царствия, вечная жизнь в вечном блаженстве Трисолнечного Бога и Господа. И еще наши святые очи видят, каково богатство славного наследия Христова, нашего наследия во Христе: вечная Божественная жизнь и вечная слава через [саму] вечную Истину, вечную Правду, вечную Любовь, вечную Радость, вечное Блаженство. Сверх всего того, наши святые очи видят, как безмерно величие могущества Его в нас, верующих по действию державной силы Его: Его Божественная сила нашей верой побеждает в нас все грехи, всякую смерть и всякий ад — и дарует нам спасение, освящение, облагодатствование, обожение, усвоение Христу, отроичение, рай — рай, не имеющий предела…

От нас — вера, от Господа — сила веры. Через святые таинства и святые подвиги наша вера восходит из силы в силу, из бессмертия в бессмертие, из радости в радость, из истины в истину, из праведности в праведность, из добра в добро, из мудрости в мудрость, из рая в рай, — возрастая ко всем богатствам Христова Царства, взирая на них светлыми очами сердца. На этом пути веры бесчисленны препятствия, и злоключения, и бедствия, и муки. Но чем тяжелее скорби верующих во Христа, тем обильнее прилив Божественной силы в их сердцах. Только так и можно объяснить терпение и радость святых мучеников и исповедников веры в страшных мучениях и страданиях за Христа. Только так можно уразуметь и постигнуть все сверхчеловеческие подвиги святых Апостолов, и все тяжелейшие бремена святых пустынников, и все добровольные и невольные беды и лишения всех истинных христиан, всех христолюбивых тружеников, всех добровольных самомучеников, всех неустанных благовестников, всех кающихся грешников, кающихся разбойников, кающихся блудников, кающихся сребролюбцев, кающихся сладострастников, кающихся гордецов, кающихся самолюбцев, кающихся самоугодников, кающихся скупцов, кающихся убийц, кающихся воров, кающихся развратников, кающихся пьяниц, кающихся самых отчаянных грешников.

Всё это показывает, что вера наша, вера всех нас — величайших и малейших, ученейших и самых простых, царей и нищих, мудрецов и пастухов — бывает по действию державной Божией силы, по действию этой силы в наших душах, в наших совестях, в наших мирах. Она способствует тому, что всё в нас ветхое, точно при землетрясении, разрушается, и она же одновременно, как искусный архитектон, всемудро всё в нас выстраивает в мир новый, божественный и вечный. И мы еще здесь, на земле, начинаем жить жизнью вечной, так что земля под нашими ногами преобразуется в нетленное небо, и где ступит наша вера, тут уже и наш Господь и в Нем — наш рай, наша радость, наша вечность. Да, вера — в силе Божией, в явлении Духа и силы (1Кор.2:5, 4).

Единство христиан созидает и подает Дух Святой: все их души Он благодатью соединяет в одну душу, все сердца — в одно сердце (см. Деян.4:32). Дабы соблюсти себя в этом спасительном единстве, христианам нужны личные усилия, единство христиан личные подвиги: прилежание к жизни в святых таинствах и святых добродетелях. Ведь христианин отсекает себя от этого единства в Духе Святом, если живет несвято, порочно, греховно. Только то, что соединяет христиан с Духом Святым, — только то и держит их во взаимном единстве. А таковы суть плоды Духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание (Гал.5:22). Попечением о них соблюдается единство Духа в союзе мира (Еф.4:3). Значит, единство зависит от нашего труда, от наших усилий. В первую очередь — от нашей евангельской любви (Еф.4:2). Ибо евангельская любовь — сила сплачивающая; сначала она сочетавает человека с Богом, а затем и с обитающими в Боге людьми. В ней — и союз мира (Еф.4:3); миром связывает она всех людей в Боге. Мир же этот — мир Божий, а его зиждущая сила — Божественная любовь. Божественная же любовь — это совокупность (союз) совершенства (Кол.3:14), объединяющая всё совершенное в христианах, сочетавая их, таким образом, в одну душу, в одно тело — в Тело Церкви (см. Кол.3:14–15). Эта Божественная любовь Святого Духа и прочие совершаемые в ней добродетели суть то, что поддерживает и сохраняет единство Церкви, Тела Церкви, духа Церкви, жизни Церкви (см. Еф.4:15–16).

Христианину следует быть по-херувимски проницательным, чтобы увидеть себя и своих собратьев во всех грехах, во всякой смерти, во всяком аду — и после этого с любовью спасать во Христе от всякого греха, от всякой смерти, из всякого ада — сначала себя, а затем и своих ближних. Когда он на это способен? — Когда дух свой содержит в единстве с Духом Христовым, с Духом Святым. Как? — С помощью святых таинств и святых добродетелей. Тогда его дух избавляется от грехов и их оков, от смерти и ее уз, и Божественный мир — мир Божий, который превыше всякого ума (Флп.4:7) — проникает во всё его существо. Для этого нужно стараться сохранять единство своего духа в союзе мира; это единство Господь подает за святую жизнь в святых подвигах через святые таинства. Что это такое, что объединяет человеческий дух в человеке? Троичное богоподобное единство, совершенствуемое благодатью святых таинств и святых добродетелей в Христовой Церкви. Без этого человеческий дух разрушен грехами, растерзан и изорван всякой смертью, рассеян и развеян бесами. Но если человеческий дух живет Духом Святым и очищает себя, то таинственно светится и сияет Троичным единством — «светлеется Троическим единством священнотайне». Только здесь, только в этом — святое, и божественное, и блаженное единство человеческого духа. А вне Святой Троицы, вне Божественной Единицы — весь человек рассыпан, разбит, расчленен, разложен на атомы и молекулы, лишен всякого единства и никак не может собрать самого себя; и в каждой частичке его разрушенной грехом и растерзанной души — несметное множество мук. Тогда человек — всегда и только легион. Каково ему имя, такому человеку? Увы — легион. А из Святого Евангелия мы знаем, что лишь у ног Иисусовых может он исцелиться от живущего в нем легиона, от разобщенности своей души, вследствие греха и зла, на мириады частиц4. Ибо грех и зло носят в своей природе силу, разбивающую, разъединяющую, размалывающую, раздробляющую душу на бесконечное число крупинок и осколков, и каждый осколок болит, болит весьма сильно. И имя человеческой боли — легион.

Святой Златоуст благовествует: «Что такое единство духа? Как в теле душа всё охватывает и содержит в единстве пребывающее в разных частях тела, так и здесь. Но душа дана еще и для того, чтобы объединить людей, разных по происхождению и образу жизни. Ибо старый и малый, нищий и богатый, дитя и юноша, мужчина и женщина и всякое одаренное душой существо — образуют известное единство; и сие единство превосходнее единства тела. Духовное родство выше плотского; духовное единство совершеннее. Как огонь, упав на сухие дрова, превратит их в единое пламя, а если упадет на влажные, то не зажжет и не соединит, так бывает и здесь: душевная хладность не способствует единению, а душевная теплота, по большей части, каждого привлекает к себе. Отсюда рождается и теплота любви. Апостол хочет всех нас сплотить узами любви. Он желает, чтобы мы были связаны между собой не только миром, не только любовью, но чтобы у всех была одна душа. Так мы соединяемся и между собой, и с Богом. Этого единства не может нарушить ни расстояние, ни небо, ни земля, ни смерть, ни что-либо иное; оно лучше и сильнее всего. Проистекая из единства души, оно может в одно и то же время объять многих».

Святая мысль блаженного Феофилакта так богомудрствует: «Как в теле дух — тот, кто всё связывает и объединяет, хотя члены и различны; так и в верующих Дух Святой — Тот, Кто всех объединяет, хотя и отличаемся мы один от другого и происхождением, и характером, и родом занятий; и [этим] Святым Духом мы делаемся одним телом. Посему будем стараться блюсти сие единство взаимным миром. Если же мы не будем иметь союза любви и взаимного мира, то потеряем и единство, дарованное нам Святым Духом. Тогда с нами произойдет то же, что и с рукой или ногой, если бы отделились они от остального тела и прервали связи с прочими членами, — и тогда мы не будем содержимы одним Духом. Нужно нам, значит, много стараний и трудов, чтобы иметь мир, который бы нас взаимно связывал». «Как в наших телах дух наш — тот, кто действует во всех членах и связывает всё, так дан нам и Дух Святой, объединяющий нас и делающий одним телом». Бессмертно апостольское благовестие: Одно тело и один дух… один Господь, одна вера, одно крещение, один Бог и Отец всех, Который над всеми, и через всех, и во всех нас (Еф.4:4, 5–6). Всё делает, всему содействует, всё возводит к отроичению через святота́инственное и святоподвижническое обогочеловечение и одуховление.

Драгоценны для нашего спасения благовестие и заповедь христоносного Апостола: Не оскорбляйте Святого Духа Божия, Которым вы запечатлены в день избавления (ἀπολυτρώσεως = искупления, выкупа, Еф.4:30). — Чем люди оскорбляют Святого Духа Божия? — Творя что-то нечистое, несвятое, скверное, демоническое. Одним словом — своими грехами = своим злом. Христиане в святом таинстве Крещениязапечатлены Духом Святым. Запечатлены Духом Святым, дабы ничто от духа несвятого в них не входило. Печать Святого Духа — на их душе, на их сердце, на их чувствах как знамение спасения и искупления. Эта печать должна стоять на душе каждого христианина вплоть до Страшного Суда, до дня окончательного искупления. А до того времени — надобно ее хранить, ограждая Божественными силами святых добродетелей, чтобы грехи и страсти не разрушили ее, не обломили и не повредили (ср. Ис.63:10; 1Фес.5:19; Рим.8:23).

Святой Апостол подробно поясняет свое благовестие заповедью: Всякое раздражение, и ярость, и гнев, и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас (Еф.4:31). — Вот, святой Апостол перечисляет нам грехи, которыми христиане оскорбляют Святого Духа Божия. Каждый из них — разрушительная сила, вызывающая в душе разлад, разлом, хаос, подлинное безумие. Ведь что такое гнев, что такое злоба, если не мимолетное безрассудство души? Если же они останутся в душе на долгое время, сделаются ее настроением, станут ее страстью, то это выльется в непрерывное беснование души, в постоянное безумие сердца. Все перечисленные виды зла как раз и представляют собой те обманчивые пожелания, в которых растлевается ветхий человек (см. Еф.4:22). Им нет места в душе христианина, если он искренне держится за Церковь — за ее дух, за ее любовь, за ее жизнь. Да будут удалены от вас все виды злобы, потому что злоба тем злоба, что ратует с Богом Духом Святым, с этой Всеполнотой всякого Божественного блага. И нет более несчастного и более безумного человека, чем тот, который воюет с Богом. Поэтому всякое людское зло, которое всегда, прямо или косвенно, является порождением злобы, оскорбляет Духа Святого. Любое же человеческое добро радует Его. Жизнь истинных христиан — это и есть не что иное, как праведность и мир и радость во Святом Духе (Рим.14:17; ср. Кол.3:8; Тит.3:2–3; 1Пет.2:1).

Всеспасительна евангельская заповедь: Исполняйтесь Духом (Еф.5:18). Как? Рождая плоды Духа: любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, веру, кротость, воздержание (Гал.5:22–23). Упражняясь в подвигах Духа, человек исполняется Духом, Богом. Первый дар Духа, залог Духа, подается в святых таинствах Крещения и Миропомазания. Ибо Крещение есть не что иное, как рождение Духом Святым (Ин.3:5). Родившийся Духом должен затем и расти Духом, то есть всё более Им наполняться. Этому вбиранию в себя Духа, этому подвигу одуховления себя нет меры, ибо не мерою дает Бог Духа (Ин.3:34). Жительствуя так, христианин становится Божиим храмом, в котором обитает Дух Божий. Святой Апостол пишет христианам: Вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас (1Кор.3:16; ср. Рим.8:9). Христианство есть не что иное, как жизнь в Духе Святом. По учению святых Отцов, стяжание Святого Духа через посредство святых таинств и святых подвигов — это и есть цель христианской жизни. Где пребывает и где стяживается Дух Святой? — В Церкви, только в Церкви. Доказательство? — Святая Пятидесятница: весь Дух Святой, со всеми святыми дарами, сошел на Церковь и навсегда пребыл в ней как ее душа — душа в ее Богочеловеческом Теле. Тогда исполнилось слово Спасителя: реки воды живой потекли по человеческой жизни и существу (см. Ин.7:38–39). Поэтому лишь в Церкви человек и может исполняться Духом Святым и жить Им: дабы обитать ему в Духе и Духу в нем. Человеколюбивый Спаситель благовествует Своим святым ученикам: Он (Дух Святой) с вами пребывает (μένει) и в вас будет (Ин.14:17). Полнотой Своего Божества Дух Святой живет в Церкви; поэтому в ней — все дары Духа (ср. 1Кор.12:3—13). И вся удивительная и чудодейственная жизнь Церкви обращается, совершается, бывает и есть в Духе Святом. Здесь все производит (πάντα ἐνεργεῖ) Дух Святой по Своей всемудрой Божественной власти и воле (1Кор.12:11).

Златоустый Духоносец благовествует: «Апостол говорит: Исполняйтесь Духом (Еф.5— Примеч. ред.). Разве это в нашей власти? Да, в нашей. Ибо когда ложь, когда злобу, когда блуд, когда нечистоту, когда алчность изгоним мы из своей души, когда станем добрыми, сострадательными, душепопечительными; когда не будет у нас смехотворства; когда сделаем себя достойными — то что тогда помешает Духу Святому приступить к нам и приходить? И Он к нам не просто приступит, но и наполнит наше сердце. А когда внутри в нас будет такой свет, тогда никакой подвиг не будет для нас трудным, а напротив — легким и естественным».

Так как жизнь христиан есть, собственно, жизнь в Духе Святом, ибо кто Духа Христова не имеет, тот и не Его (Рим.8:9), — то всё бытие христианина должно быть стремлением к стяжанию Святого Духа. Поэтому жизнь христиан — это непрестанный подвиг во-духовления и о-духовления при содействии святых божественных добродетелей, молитвой возводимых ко всякому совершенству. Христиане и исполняются Духом Святым, живя и воспитывая себя и друг друга молитвой, назидая самих себя псалмами и славословиями и песнопениями духовными, поя и воспевая в сердцах своих Господу (Еф.5:19). Непрестанное молитвенное настроение — лучший признак того, что человек живет в Духе Святом. Такой человек уразумевает всё и вся, сопровождая молитвой как все переживания в самом себе, так и все события в окружающем его мире. Ибо он всем существом чувствует и знает, что все нити всех событий находятся в руках всемогущего и всемилостивого Господа. Поэтому христиане и благодарят Господа всегда за все (Еф.5:20): благодарят Его за то, что Он создал такой изумительный мир; за то, что и человека сотворил Он богообразным и наделил его способностями и средствами к богоподобному восхождению; благодарят Его всегда за то, что имеют Ангелов и Архангелов своими святыми братьями, а Святую Троицу — своим Богом; благодарят Его всегда за то, что этот видимый мир подобен храму, а люди в нем — как бы священнослужители (см. Кол.1:16–20); благодарят Его всегда за то, что человеческий род спас Он Владыкой Христом от греха, смерти и диавола; благодарят Его всегда нарочито и прилежно за столь незаменимого, и всеблагого, и всемилостивого Спасителя, Каков [есть] Господь Иисус Христос, за Его удивительное домостроительство спасения, за Церковь, за Духа Святого, Который Церковью и в Церкви непрестанно совершает спасение мира, людей, осуществляя Богочеловеческое домостроительство спасения через все века, и причем — через святые таинства и святые добродетели, необычайно легкие и доступные для всех людей всех времен; так что нет нигде конца их благодарению — всегда за все, всегда за все, всегда за все. Сверх всего этого, мы, христиане, не перестаем всем существом благодарить Бога и Отца за то, что Он даровал нам столь всесовершенного и всечудного Спасителя — Господа и Богочеловека Христа, Какого земной мир не мог себе и представить. Всё, что человеческий род мог себе представить в качестве совершенного идеала Бога и Спасителя, всё это дано нам в Лице Владыки Христа, и причем гораздо совершеннее, умилительнее, любезнее. Взираешь на Него — и никогда не можешь насмотреться! Поистине — чего не видел человеческий глаз, то Бог [Отец] даровал нам в досточудном Господе Иисусе Христе. Слушаешь Его — и никогда не можешь наслушаться! Поистине — чего не слышало человеческое ухо, то Бог Отец даровал нам в Сладчайшем Господе Иисусе. Чувствуешь Его, любишь Его — и никогда нет конца этим чувствам, этой любви! Поистине — что не приходило на сердце человеку, то Бог Отец даровал нам во всемилостивом и всесострадательном Господе Иисусе (см. 1Кор.2:9). Но особая черта христиан — та, что они благодарят всегда: и за всякое мучение, и за всякую скорбь, и за всякую напасть, ведь именно скорби наш чудотворящий Спаситель сделал средствами нашего спасения, нашего очищения, нашего освящения, нашего обожения, нашего усвоения Себе. А их так много в этом мире, и поэтому каждому из нас так легко спастись при их посредстве. Ведь если Единый Человеколюбец вверил нам Свой Крест как всемогущую силу, благословив его как высшее средство освящения и всепобеждающее оружие спасения, то пусть постигнут нас любые бедствия и мучения. — Крестом Спасителя они для нас и легки, и умилительны, и спасительны (см. Деян.5:41; 2Кор.6:10, 12:10; Кол.1:24; Евр.10:34; Ин.16:33). Христиане с радостью принимают и всякую смерть, претерпеваемую ими за Владыку Христа, за Его правду, за Его Евангелие, за Его Церковь, за свое спасение, за спасение своих братьев — благодаря всегда всечудного Господа за то, что Своей Богочеловеческой смертью обратил Он нашего самого грозного врага, то есть смерть, в нашего величайшего друга: ибо смертью Он спасает нас от смерти!

Растроганная удивительным благовестием Спасителя христолюбивая душа святого Златоуста благовествует: «Святой Апостол говорит: Благодаря всегда за все (Еф.5:20). Что — разве надо благодарить за всё приключающееся? Да, именно так! Хотя бы то была болезнь или нищета. Благодари, даже если ты и не понял причины чего-то; ведь в этом как раз и состоит благодарение. Нет ничего великого и ничего особенного в том, если благодаришь ты, пользуясь благом, будучи здоровым, преуспевающим и счастливым. Но от тебя требуется, чтобы благодарил ты в скорбях и напастях. Не говори ничего, кроме слов: “Благодарю Тебя, Господи!”. Но что я говорю о скорбях, постигающих здесь, на земле! За самый ад нужно благодарить Бога, за наказания в аду, за мучения в аду. Ведь если мы будем внимательно размышлять — то, несомненно, много пользы будет приносить нам и это: страх перед мучениями в аду обуздает наше сердце… Да, когда постигают нас болезни, несчастья, беды, именно тогда и нужно усиленно благодарить Бога. И причем благодарить не словами, не языком, но поступками, делами, мыслями, сердцем. От всей души надобно Его возблагодарить. Ибо Он любит нас больше, чем наши родители; и любовь Божия так отличается от любви наших родителей, как добро от зла».

Против христиан бесы ополчаются разными грехами, страстями, пороками. Но Церковь вручает христианам Божие всеоружие, и они всегда одерживают им победу над всяким бесом, да и над всеми бесами вкупе, если только это всеоружие ревностно и мудро употребляют. В этом главный у них Военачальник и верховная Сила — Дух Святой. Отсюда и святая заповедь, данная христианам для ведения брани: Возьмите… и меч Духа (в синод. тексте: меч духовный. — Примеч. пер.), который есть слово Божие (Еф.6:17). Слово Божие — вот меч, которым ратует Святой Дух, а с Ним и вслед за Ним — и все духоносцы, все христиане. В нашей духовной брани и меч у нас духовный. Для чего же нам духовный меч? — Дабы посекли мы им всякую неправду, всякую ложь, всякое искушение, всякий грех, всякую страсть, всякое зло, всякого духа зла. Слово Твое есть истина (Ин.17:17), — говорит Спаситель Своему Небесному Отцу. Поэтому каждое Божие слово — это меч духовный, силою Божественной истины низлагающий всякую ложь. Таково каждое слово Спасителя. Ибо о Своих словах Он свидетельствует: Слова, которые говорю Я вам, суть дух и жизнь (Ин.6:63). Никакая смерть не может их умертвить и никакая злая сила уничтожить. Слово Божие живо и действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные (Евр.4:12). Это значит, слово Божие своей силой отторгает, отлучает от души, от духа, от сердца, от мысли, от помышления — всякое зло, даже самое утонченное и незаметное, истребляя его до конца, полностью, безвозвратно. И христолюбивый тайновидец, святой Воанергес, лицезрит Владыку Христа на небесном Божественном престоле — и из уст Его выходил острый с обеих сторон меч (Откр.1:16; ср. Откр.2:12). Этим мечом Господь посечет и самого антихриста, ибо святой Апостол благовествует, что антихриста Господь Иисус убьет духом уст Своих (2Фес.2:8).

Будучи одного Духа со святым апостолом Павлом, святой Златоуст благовествует: «Надлежит нам взять не только щит и шлем, но и меч Духа, чтобы не только защитили мы себя от стрел, пущенных в нас диаволом, но и самого диавола погубили. Ибо душа, имея свой меч, и к тому же защищенная от распаленных стрел, может с великой смелостью противостать врагу, рассечь этим мечом его броню, убить змия и отрубить ему голову. И сам апостол Павел этим мечом разрушил и пленил умыслы диавола. — Который есть слово Божие. Словом Божиим Апостол называет здесь заповедь или учение, завещанное Иисусом Христом Апостолам, которое они всюду проповедали, творя чудеса во имя Его. Так и мы да соблюдаем во всем Божии заповеди; ибо, исполняя заповеди, мы ниспровергнем и умертвим диавола — этого лукавого змия».

«Мечом Духа Апостол называет действие Духа (τὴν τοῦ Πνεύματος ἐνεργείαν), а действием Духа именует слово Божие. Это значит, что Всесвятой Дух совершает наше спасением словом. Ибо духовный человек поносит диавола — и сей убегает от него».

Всеоружие Божие христианин богомудро употребит и одержит победу над всеми духами зла, если только будет непрестанно молиться Богу и бодрствовать. — Всякою молитвою и прошением молитесь во всякое время Духом; и старайтесь о сем самом со всяким постоянством и молением о всех святых (Еф.6:18). В духовной брани боевой и победный дух поддерживается непрестанной молитвой, непрерывным призыванием Божией помощи. Ибо брань эту от начала до конца ведет Бог. Молитва держит в состоянии бодрствования все добродетельные силы души, не давая им ослабеть, обессилеть, задремать. Она — и страж, и поощритель, и хранитель всякой добродетели. Она их предводит и руководит ими в брани со всеми грехами, пороками, искушениями. Святые Отцы учат, что молитва — это начальник хора добродетелей. Она их подразделяет, распределяет, сообразует; она ими и управляет. Если христианин имеет непрестанную молитву в сердце, то никогда не проиграет в борьбе с грехами и искушениями, никогда не погибнет. А для этого надобно ему быть решительным и понуждать себя к молитве. Ибо тому, кто нудит себя к молитве, Бог и подаёт молитву. Подаёт вплоть до тех пор, пока молитва не станет непрерывной. А наша непрерывная молитва — это единственный Божественный, евангельский залог того, что мы будем непрестанно побеждать в нашей брани с духами зла и греха. Молитва христианина неизменно выливается и в моления за всех святых, то есть за всех христиан, ибо и они ведут постоянную войну с духами злобы поднебесными. И как таковые — они с нами в одном союзе, в едином соборе. Если человек — христианин, то с ним неустанно воюет всякий бес; всякий демон выводит против него всю свою силу: демон гнева — гнев, демон блуда — блуд, демон гордости — гордость, демон ненависти — ненависть, демон зависти — зависть, демон отчаяния — отчаяние; и так по порядку, имя им — легион, а их соблазнам и страстям — нет и числа.