Помоги проекту - поделись книгой:
— Да, провожаем до места, — приказал Керр. — Мел, пусть двое идут за ним пешком. Я вызываю подкрепление. Зулу, как понял, прием!
Из эфира послышалось глухое ворчание:
— Действуй, Джон.
Услышав голос Алана Фарго, Керр вздохнул с облегчением. Они занимались контртерроризмом больше десяти лет и часто читали мысли друг друга. Вот и теперь можно было не тратить время на пустую болтовню.
— Ал, на всякий случай разворачивай оперативный штаб.
— Я уже все подготовил.
Керр не удивился. Он заранее угадал, что Фарго начнет разворачивать суперсовременное коммуникационное оборудование в помещении командного пункта на шестнадцатом этаже. Алан Фарго принадлежал к редкой породе людей. Отличный оперативник и аналитик, он одинаково хорошо действовал и в штабе, и в комнате 1830. Родом из Фалмута, он не любил кичиться своими заслугами. Никто быстрее Фарго не мог подключиться к операции. Его сотрудники чувствовали себя в безопасности, когда он находился одновременно на двух ключевых постах.
— Когда передать новость мистеру Ритчи? — спросил Фарго. Керр услышал на том конце линии голоса и живо представил, как техники расставляют мониторы и надевают наушники.
— Ему что-нибудь известно?
— Никто из старших по званию не в курсе, — сообщил Фарго. — Помнишь?
— Ладно, — после паузы ответил Керр. — Я сам с ним разберусь.
— Джон, пришли снимки от Стива Гибба, довольно четкие… — Голос Фарго затих. Керр представил, как Фарго на стуле, снабженном колесиками, подъезжает к двум большим экранам, на которых появляются снимки. — Я их для нас скопирую.
— Говорит Мел. Он переходит дорогу и садится в автобус номер восемьдесят восемь. Поднялся наверх. Едет в южном направлении… — Последовала пауза с включенным микрофоном; Керр услышал, как быстро дышит Мелани: она бежала к автобусу. — Я села.
Как только Мелани выключила микрофон, послышался голос Джека Ленгтона:
— Джон, я стягиваю подкрепление из Лейтона.
— Его нельзя упустить. Поручи его двум группам. Где вооруженные подразделения?
— В Кемберуэлле, — ответил Ленгтон. — Доберутся до места за семь минут.
— Хорошо. Алан, кто у нас «Золотой»? — Керр услышал шум в оперативном штабе; смешивались несколько голосов.
— Уэзеролл, — тихо ответил Фарго.
Все тяжело вздохнули.
Глава 6
Пола Уэзеролл, возглавляющая Контртеррористическое подразделение СО-15, села на стул с табличкой «Золотой» и стала протирать очки. В штаб она пришла после рабочего завтрака с начальником полиции, который тоже пожелал присутствовать. Начальник полиции по очереди завтракал со всеми представителями командного состава. Давясь мюсли и фруктовым чаем, они должны были сказать, что думают о новой идее начальника — так называемой «Большой палатке» или совещании особо приближенных. Одних в конечном счете пригласят в святая святых, других сошлют в отделы информационных технологий, ювенальной юстиции и связей с общественностью. Успех зависел главным образом от умения себя подать и умения изображать бурную деятельность. Уэзеролл стремилась войти в круг особо приближенных и ради этого была готова на любые жертвы. Она старалась как можно чаще завтракать с начальником Столичной полиции.
Получив зашифрованное послание от Фарго, Уэзеролл наклонилась к комиссару и попросила разрешения сказать ему что-то на ухо. Она подгадала идеально: приватный обмен мнениями подразумевал, что она обладает доступом к сверхсекретным сведениям и входит в ближний круг. Еще год назад она командовала заштатным транспортным отделом; теперь же ее сделали главой Контртеррористического подразделения СО-15. В новое подразделение влилась и прославленная Специальная служба, в которой почти всю жизнь прослужили Джон Керр и его коллеги. Уэзеролл считала свою новую должность трамплином на пути к новым высотам. На новые теракты правительство отреагировало лозунгом: «Не „если“, а „когда“». На борьбу с терроризмом денег не жалели; руководство Контртеррористическим подразделением могло считаться важной вехой в биографии. Такой строчке в резюме можно только позавидовать! Сев на стул с табличкой «Золотой», Уэзеролл приняла руководство операцией на себя. С этого момента она несла всю ответственность за любые действия против Джибрила.
Командный пункт, в котором развернули оперативный штаб, разместился в комнате на четыре окна — пять шагов в ширину. В комнате уже стояли компьютеры Алана Фарго и трех его подчиненных. В примыкающем кабинетике справа, отделенном от КП прозрачной перегородкой, сидели наблюдатели. Фарго расположился спиной ко входу и лицом к окнам. На левой стене висели два больших экрана; напротив сидели операторы. Молодой человек, занимавший место у окна, отвечал за обработку снимков и видеозаписей, передаваемых оперативниками из групп наружного наблюдения. Уэзеролл со своего места отлично видела Фарго и его экспертов. Она говорила по выделенной линии связи. Рядом с ней сидели двое представителей спецслужб; в их задачу входило подтверждение или опровержение данных, полученных комнатой 1830. Больше места не оставалось, но следом за Уэзеролл в оперативный штаб протиснулись еще два начальника, которые были совершенно не в курсе дела. Сидевшие за компьютерами эксперты на секунду оторвались от мониторов, услышав шум, покачали головой и постарались плотнее заткнуть уши наушниками.
— Оперативная сводка! — потребовала Уэзеролл. Она сидела совсем рядом с Фарго — рукой можно было дотянуться — и говорила, как обычно, не повышая голоса. Уэзеролл не упускала случая использовать служебное положение в личных целях; однако ей хватало ума понять, что успех всей операции зависит от плотного коротышки сержанта из комнаты 1830 и его мудрого компьютера.
Введя начальницу в курс дела, Фарго обратил ее внимание на фото Джибрила и его квартиры, которые прикрепили к стене рядом с телеэкранами.
— Ахмед Мохаммед Джибрил, кодовая кличка Эйвон, привлек внимание МИ-6 в Йемене; в прошлое воскресенье коллеги прислали нам ориентировку на него, поскольку он собрался к нам в гости.
— Ну и что? — раздраженно спросила Уэзеролл.
— Все. На данном этапе у нас на него больше ничего нет.
Их перебила Элис, занимавшаяся радиоперехватом. Она круто развернулась к Фарго; светлые волосы упали на лоб. Элис была вольнонаемной. Незамужняя и хотя совсем молодая, она считалась опытным специалистом. Оперативники доверяли ей свою жизнь. Элис всегда занимала место рядом с Фарго.
— Объект в восемьдесят восьмом автобусе, едет на юг по Стоквелл-Роуд по направлению к станции «Брикстон». Сейчас он на перекрестке с Клапам-Роуд. — Пальцы Элис стремительно забегали по клавиатуре. — Конечная остановка — «Клапам-Коммон». Мелани его сопровождает.
— Спасибо, Элис, — кивнул Фарго, прежде чем снова повернуться к Уэзеролл. Элис вовсе не обязательно было вмешиваться, но Уэзеролл явно не понимала, что здесь происходит. Элис решила ненавязчиво напомнить о том, что сейчас важнее всего. — Повторяю, информация поступила от главы йеменского отделения МИ-6. Утром в понедельник объект вышел из Четвертого терминала Хитроу. Мы взяли его в разработку. Он снял малогабаритную квартиру в Ламбете. По нашему мнению, его прислали для координации действий уже существующих ячеек «Аль-Каиды».
— Почему? — Уэзеролл не отрываясь смотрела на фотографию Джибрила на левом телеэкране.
— Он чутко реагирует на происходящее, бдителен, дисциплинирован, живет по строгому расписанию.
— Точнее, жил — до сегодняшнего дня, — уточнила Уэзеролл, глядя на новые снимки, которые появились на втором экране. — При нем нет ни сумки, ни рюкзака. Зато он в толстой куртке.
— Совершенно верно, на нем толстая стеганая куртка.
— Куртка сидит довольно свободно. Ну и что вы можете мне сказать о… его намерениях?
— Откровенно говоря, до того, как покинуть квартиру, он не совершал ничего необычного.
Снова вмешалась Элис:
— Расчетное время прибытия для вооруженного подразделения — три минуты, место встречи — угол строительного дворика Фентимен-Роуд и станции «Воксхолл-парк».
— Спасибо, Элис.
Вдруг на правом экране появилось видео с изображением Джибрила.
— Вы все время его снимали? — спросила Уэзеролл. — Я имею в виду — постоянно?
— Нет, не каждую секунду.
— Ясно. И уж конечно, не в квартире, когда он одевался. У него что-то есть на поясе. Брайан, вы со мной согласны?
Уэзеролл повернулась к Брайану Перкинсу, одному из двух полицейских начальников, которых она привела с собой. Перкинса она назначила «Серебряным», то есть своим официальным заместителем. Уэзеролл была сторонницей делегирования полномочий. В случае неудачи на заместителей удобно свалить вину. Перкинс, суперинтендент из Службы общественного порядка, очень удивился такому назначению. Уэзеролл выбрала его потому, что в тот день его назначили дежурным на случай какого-либо важного происшествия. Рядом с ним сидел «Бронзовый», третий по старшинству в руководстве операцией. Им стал недавно переведенный из Колиндейла старший инспектор. На его лице застыло привычное ожидающее выражение. Перкинс решил не рисковать:
— Трудно судить. Может, там что-то и есть…
Уэзеролл крутанулась на стуле к Фарго:
— Почему никто не доложил мне об операции?
— Не знаю, мэм.
— Сегодня рано утром я встретила мистера Керра; его машина чуть не протаранила мою. Полагаю, он-то в курсе?
— Да, мэм. Определенно.
— Тогда почему он не здесь?
— Он руководит мобильной группой.
— Кто руководит действиями в поле?
— Он руководит и действиями в поле, и мобильной группой.
— Кроме того, предполагается, что он начальник отдела. Передайте, что я жду его здесь.
Они сидели почти вплотную; Фарго почувствовал на своей щеке ее горячее дыхание.
— Он уже возвращался, когда нам доложили, что объект вышел. И он поехал на место…
— Соедините его со мной.
Фарго повернулся к Элис, но та уже говорила в микрофон:
— «Зулу» вызывает «Альфу», как поняли, прием!
Вскоре все услышали треск помех и голос Керра:
— Вас понял.
— На связи «Золотой». — Элис включила микрофон.
Керр несся по Эффра-Роуд, идущей параллельно Брикстон-Хилл. Он был уже совсем рядом с местом событий. Голова гудела от избытка информации: помимо обмена сведениями по пятому каналу, специально выделенному для операции, приходилось отслеживать переговоры других подразделений по восемнадцатому каналу. Кроме того, он ждал звонка командира группы спецназа, который спешил на место из Сити. Группы тактического вооруженного подразделения, или СО-19, были наготове круглосуточно. Они использовали позывные «Челленджер». Среди коллег их называли «троянцами». «Троянцев» вызывали в том случае, если преступники были вооружены. Кроме того, они обязаны были служить подкреплением во всех контртеррористических операциях.
Уэзеролл вышла на связь по пятому каналу. Она говорила слишком громко и раздраженно, внося сумятицу в холодный поток оперативных сообщений.
— Что там у вас происходит? Что вы там делаете? Почему операция получила статус первоочередной?
Услышав эхо, Керр понял, что Уэзеролл включила громкую связь.
— Причина в информации и источниках.
— Но он три дня ничего не делал!
Позже Фарго расскажет Керру, как был изумлен, услышав эти слова. За две минуты до того Уэзеролл предположила, будто у Джибрила под курткой бомба, но сомневалась в том, что операция имеет первоочередное значение. Подобно многим новичкам, она маскировала собственную неопытность, намеренно унижая подчиненных, хотя те считались признанными специалистами. Керр называл такое поведение «агрессивной нерешительностью».
В разговор вмешался бас Джека Ленгтона:
— Подкрепление в трех минутах езды от места.
— Понял тебя. Твои уже на месте?
— Угу.
Керр посмотрел на часы. «Красные», вызванные Ленгтоном для подкрепления, приехали из Лейтона за четырнадцать минут.
— «Золотой», я перезвоню по обычной линии. — Керр нажал кнопку быстрого набора. — Джек, где он? Прием.
— По-прежнему едет на юг в восемьдесят восьмом автобусе к станции метро «Стоквелл». Мы видим автобус. С ним Мелани. — Керр оставил смартфон включенным; оттуда доносился голос Уэзеролл.
Он включил кнопку громкой связи и, обдумывая, что делать, заговорил:
— Мадам, причиной того, что сегодняшнюю ситуацию можно считать срочной, служит предыдущее пассивное поведение объекта. Три дня он занимался химчисткой.
— Чем-чем?
— Проверкой с целью избавиться от наружного наблюдения. Сегодня утром он повел себя совершенно иначе; мы считаем, что он отправился по делу.
— Что известно о его контактах?
— Ничего. В том-то и дело. Поэтому я решил сам возглавить операцию на месте.
— Ваша задача как руководителя — быть здесь, в оперативном штабе, и докладывать мне о ходе операции.
По пятому каналу на связь вышла Мелани:
— Он вышел из автобуса. Переходит дорогу. Мы с «Красным-три» ведем его.
— Подождите, пожалуйста. Я должен разобраться. — Керр прервал разговор. — Продолжай, Мел.
— Он бежит за автобусом, который идет в обратную сторону. Второй автобус движется назад, к станции «Воксхолл». Объект направляется на север, повторяю, на север, к Воксхоллу. Этот тип — полный параноик. Отбой!
— Понял тебя. Джек, он возвращается, твои ребята его подберут?
— Говорит «Красный-четыре», я его веду.
«Красный-четыре» был молодым лингвистом, свободно владевшим французским и арабским; его только что приняли на работу в отдел международных связей. Не отключая рации, он бежал за автобусом.
— Поднимается… на второй этаж… Ч-черт, мне нужна мобильная группа. — Они услышали, как «Красный-четыре» колотит в дверь автобуса и говорит с водителем. — Спасибо, приятель! — Керр вдруг сообразил, что он, должно быть, помахал своим служебным удостоверением — не идеальный выход для агента, который ведет наружное наблюдение. Наконец, запыхавшийся «Красный-четыре» прошептал: — Я сел.
— Молодец, — похвалил его Керр. — Теперь нам нужно точно знать, где вы находитесь, так что слушайте внимательно, все группы!
Агент что-то пробормотал в ответ — Керр не разобрал его слов в потоке других сообщений. В переполненном автобусе никто не удивится молодому парню, который бормочет что-то себе под нос. Мало ли в Брикстоне психов, разговаривающих с самим собой?
— Саут-Ламбет-Роуд, пересечение с Лэндсдаун, направляется на север.
— Внимание всем группам! Необходимо оцепление в районах Кеннингтон-Лейн, Найн-Элмс и набережной Альберта, — произнес Керр. — И Воксхоллский мост — на случай, если он поедет на тот берег. Если кому-то покажется, что он направляется в Вестминстер, сразу же, не мешкая, сообщите. Связь через «Красного-четыре».
Поделиться книгой: