Я стану твоим проклятием

— Странно. Я думал, его надолго хватит, — кто-то откровенно потешался.

Необычный лич пугал чуть меньше, чем Ворон, который мог очнуться в любой миг, и я тихо спросила:

— Так я пойду, да?

— Иди, ведьмочка. — Нежити было все равно.

— А плащик не одолжите? У меня платье порвалось.

До сих пор я придерживала его на груди руками, но бежать по улице в таком непотребном виде показалось как-то стыдно.

Лич улыбнулся, обнажив на миг жутковатые заостренные зубы.

— В конце коридора свернешь налево, потом еще раз налево, спустишься по лестнице на первый этаж. В холле на вешалке висит кое-что из одежды, можешь позаимствовать. У тебя пять минут, не больше, потому что потом я загляну в спальню проверить, как там Таш… и почему-то мне кажется, что с ним не все хорошо.

— Спасибо! — шепнула благодарно и понеслась по обозначенному маршруту.

ГЛАВА 3

Дом выпустил беглянку легко, словно одну из своих обитательниц. Защита ощерилась на миг, но ничего не произошло.

Свобода!

В лицо ударил несильный порыв прохладного ночного ветра, я задохнулась, закашлялась, но не переставала бежать. Нельзя останавливаться. Вдруг погоня? Надеюсь, темный город — это Шерихем, и Ворон не унес меня в совсем уж незнакомые места. За ближайшим поворотом нахлынуло необоснованное чувство безопасности, из глаз полились слезы, ветер сбивал их, некоторые терялись на губах, но я бежала, не останавливаясь.

А потом…

— Джейла!

— Тхей! Наставница Стелла! Что вы здесь делаете?

Подруга убрала клинки, которые до того сжимала в обеих руках, и сгребла меня в объятия. Я рыдала в голос, не стесняясь, выплескивала пережитое и искала защиты в теплых объятиях единственного близкого в чужом городе существа.

— Шли тебя спасать, разумеется, — сказала рыжая ведьма и успокаивающе похлопала меня по спине.

Путь до мастерской Стеллы в голове не отложился вообще. Сначала я долго ревела, потом взахлеб жаловалась на Ворона. Все припомнила: как к провинциальной ведьмочке ночью после праздника приставал, поцелуй, слова обидные, как бежать из родного города пришлось, и как бесстыжий маг нагло вторгся в новую жизнь.

— Он меня обездвижил. — Хлюп! — Платье порвал. Говорил, что он теперь хозяин положения, и никуда я не денусь. И еще…

— Хватит! — пресекла Стелла и сунула мне в руку стакан с успокаивающим чаем. — Таш, конечно, не подарок, но сегодня это не он говорил, а то, что ты на него наслала.

Стуча зубами о край стакана, я сделала несколько глотков, сморгнула слезы. Тогда-то и обнаружила, что сижу на диване, замотанная в теплый плед, комната незнакомая, полутемная, книг много, все три стола заняты листами с записями и флаконами с разноцветным содержимым. В камине трещал огонь, он же служил единственным источником света, в руках Тхей и наставницы тоже были стаканы, и вокруг нас плыл приятный травяной аромат. С момента моего побега прошло уже какое-то время, но разъяренный Ворон не ломился в дверь. Стало быть, я действительно в безопасности. Под влиянием логики истерика постепенно отступала.

— Ты зачем вообще его прокляла? — строго спросила наставница и посмотрела мне прямо в глаза.

Покаянный вздох получился каким-то уж слишком тягостным.

— Случайно получилось, — созналась, глядя исключительно в свой стакан. — Понимаете, я испугалась очень. Думала, просто ударю и убегу. Я не знала, что сил на целое проклятие хватит.

Было стыдно, очень. Не потому, что так сделала, просто Стелла вон какая вся — сильная, красивая, уважаемая, в каждом движении чувство собственного достоинства сквозит. А я не смогла случайного поклонника отшить, чтобы не попасть в неприятности. Праздник начала учебы испортила, притом не только себе.

— Верю. — Ведьма снисходительно улыбнулась. — И часто с тобой случается подобное?

— Единственный раз! Ну, еще с кристаллом во время экзамена, но тогда вроде никто не пострадал. — И, набравшись смелости, решилась спросить: — Выдадите?

Закон был на стороне Ворона. Императорские маги неприкосновенны, проклятия запрещены. Каждый случай рассматривается индивидуально, но, исходя из нашей ситуации, несложно было определить, что мне грозит: скорее всего, признают виновной и отдадут во владение Ворону. Это бы уже произошло, если б он заявил. Но Тахшак гордый, наверняка не захотел выносить свои проблемы на всеобщее обозрение, и так уже достаточно натерпелся унижения. Вот и ловил сам.

— Должна, но не стану, — медленно произнесла Стелла и отставила в сторону опустевший стакан. — У меня ведь у самой дочки красавицами растут. И если бы с ними так… пусть бы лучше прокляли, честное слово!

— Спасибо, — горячо прошептала я и снова сморгнула слезы.

— И с Ташем я поговорю, хотя проблему, конечно, придется решать. — Наставница встала, и мы вслед за ней. — Идите домой, девочки, отдыхайте, а с понедельника за учебу. С остальным будем разбираться постепенно.

Я так и ушла в пледе. Не хотелось снова кутаться в его вещь.

А утром под дверью ждал сюрприз: засушенные цветы. Те самые, из вазы. Их нашла Тхей и принесла с собой, когда явилась устраивать мне разнос. Так что первые полчаса после пробуждения я, сонно моргая и потирая гудящие виски, слушала гневную тираду о том, какая скрытная, проблемная и вообще не ценю доброго отношения горгульи. А она, между прочим, волновалась, испугалась и всерьез собиралась врезать обнаглевшему магу.

— Так он что, совсем тебе не нравится? — закончила свою речь неожиданным вопросом подруга.

Честное слово, я чуть с кровати не упала!

— Смерти моей хочешь?!

— Просто у нас в академии все говорят, что каждая ведьмочка только и мечтает, как отхватить себе Ворона или боевого мага хотя бы, — призналась горгулья.

Как-то даже обидно за наш ведьминский род сделалось. А ведь они правда мечтают!

— Но только не я!

— Ладно, не злись, — сдалась соседка. — Тогда просто сними свое проклятие, глядишь, и отстанет.

Предложение было заманчивым, вот только…

— Тхей, — простонала я, откинулась на подушку и закатила глаза. — Я же случайно, и даже не знаю, что именно сделала. Оно само получилось.

— И как снять, тоже не знаешь? — смекнула горгулья.

— Попробовать надо, конечно, но я не гарантирую, что получится, — подтвердила худшее.

Вот потому-то боевые маги и стараются держаться подальше от ведьм. Они же у нас все такие рациональные, трезвомыслящие и непобедимые, а ведьма в гневе — существо непредсказуемое. Иногда даже для самой себя, к сожалению.

— Ты, подруга, не обижайся, — доверительно сообщила Тхей, присаживаясь на край кровати, — но что-то мне уже жалко твоего Ворона…

Сердцу ведьминскому тоже было немного досадно, что все так вышло, но в памяти отпечаталось самодовольство мага, и мне было его не жалко. Вот ни капли!

— Что у тебя за веник в руках? — Проснувшись окончательно, я обратила внимание на цветы.

— А, так это под твоей дверью лежало. — И Тхей сунула мне в руки сухую растительность.

Взяла инстинктивно, потом уже присмотрелась. Да так и выронила, закрытые бутоны на длинных жестких стеблях рассыпались по одеялу.

Те самые цветы, что были в вазе у кровати Тахшака!

— Говоришь, у моей двери лежали? — переспросила дрожащим голосом.

— Ага. Это что-то значит? — забеспокоилась подруга.

— Он знает, где я живу, и этим утром показал, что может незаметно проникнуть в дом, — поделилась я нерадостными выводами с горгульей, затем встала, заправила кровать и пошла умываться. — Сейчас позавтракаем, потом я поищу в справочнике по полезным растениям эти цветы. На глаз их что-то не припомню…

Вряд ли сухие цветы могли таить в тебе большую опасность, но не найдя ничего похожего в справочнике, я почему-то забеспокоилась. Ну и к чему он их прислал? Почему не явился сам и не закончил начатое? Утро плавно текло к полудню, за окном разгорался солнечный день, а я сидела как на иголках и вздрагивала от малейшего шороха. Что же я за ведьма такая, что с цветком разобраться не могу? Впервые за эти три месяца Ворон оказался на шаг впереди меня.

— Дались тебе эти цветы! — ругалась горгулья, уже который круг нарезала по моей комнате, а по своим делам не шла.

— Дело не в цветах, а в маге проклятущем, — сквозь зубы шипела я.

Еще платья жалко, оно у меня самое красивое было. И праздник в честь поступления бывает в жизни лишь раз, у ведьмочки так точно, а мой безжалостно испортили.

В общем, настроение было паршивое, душа требовала мести, и с какой стороны подступиться к делу, я пока не представляла.

— Планы на день есть? — осторожно тронула Тхей за руку.

— Да не было вроде…

— Отлично! Одевайся, мы идем по магазинам. Надеюсь, вам уже выдали список учебников и всего прочего, что надо купить?

Повседневный наряд горгульи был совсем не такой симпатичный, как ее вчерашнее платье: темно-зеленые штаны, рубашка и легкая куртка. На ногах короткие сапожки на плоской подошве, один большой нож, волосы собраны в пучок, чтобы не мешали, и никакой косметики. На мою попытку брызнуть на нее духами собственного изготовления она грозно клацнула зубами.

Странный народ — эти боевые маги. Нам, ведьмам, совершенно непонятный.

Цветы я взяла с собой. По дороге заглянем в библиотеку, там должны быть более подробные справочники. Надеюсь, растительность удастся идентифицировать. А дальше — по обстоятельствам, может быть, сразу выброшу.

Однако меня ждало большущее разочарование, и злосчастные цветочки были ни при чем.

Шерихем в народе называли пристанищем разнообразной нечисти. В городе было полно самых разных кабаков, гадальных салонов, где тайно практиковали ведьмы, оказавшиеся вне закона. Здесь можно было даже продать или купить душу. Но книжных магазинов нашлось всего два, притом в первом торговали исключительно неприличной литературой, а второй если чем и впечатлял, то скудостью ассортимента. Кое-что по мелочи мы, конечно, купили, несколько учебников хозяин обещал заказать через неделю, но информация о цветах мне была нужна сейчас!

На двери в библиотеку была приколота обшарпанная картонка с надписью «Перерыв». Как пояснила гномка, торговавшая неподалеку пирожками, эта табличка тут уже с полгода висит, а симпатичного парня в очках, заведующего здесь этим невостребованным заведением, ровно столько же никто не видел.

Ничего удивительного, что после столь бездарно проведенного дня домой мы с Тхей возвращались в ужасном настроении. И даже тот факт, что по дороге я купила себе новое платье взамен порванного, а горгулья какой-то кривой тесак с зазубринами, настроения не поднял ни одной из нас.

Треклятые цветы все никак не шли из головы…

До дома оставалось совсем немного, я медленно перебирала ногами и вертела в руках злосчастный цветок… и тут прямо над головой:

— Кар-р-р!..

Я завизжала на всю улицу и рефлекторно шарахнулась в сторону. Подняла голову вверх и увидела птицу нормального размера. То есть это не маг. Не по мою душу. Только в лапах что-то зажато…

— Кар-р-р!

Сверху свалился небольшой сверток, слегка задев мое плечо.

— Кар-р-р! — попрощался посланец и улетел прочь, шумно хлопая крыльями.

Я сидела на корточках, жадно дышала и переводила осоловелый взгляд со свертка, валяющегося у самых ног, на подругу, застывшую с ножом в руке. Прохожие на нас заинтересованно косились, но в Шерихеме не принято совать нос в чужие дела. Для носа опасно. И для других частей тела тоже.

Лишь одна красотка с копной рыжих волос осмелилась нарушить неписаное правило.

— Эй, подруга! Если крутишь любовь с Вороном, нельзя быть такой пугливой!

— С чего ты взяла… — Я, помимо воли, начала оправдываться, и только на середине фразы дошло — суккуба!

Та самая неугодная соседка. Красивая. И какая-то по-особенному притягательная.

Магнетизм — отличительная черта нечисти такого рода, мало кто может устоять.

— Шла бы ты отсюда, — рыкнула на нее Тхей и убрала нож.

— Фи! — Девица глянула на меня так, что щеки залил румянец.

Почувствовала.

Назвать эту рыжую тактичной язык не поворачивался.

— Ничего себе! Герар! — И она ткнула пальцем с узорчатым заостренным ноготком в иссохший цветок, который я продолжала сжимать в руке. — Где только достала?

— Ты знаешь, что это за цветы?! — взвыли мы с Тхей в один голос.

— Конечно. — Сладострастница невозмутимо поправила рыжую прядку и шагнула ближе ко мне, потом еще ближе, коснулась кончиком пальца бутона. И тот сразу же засветился алым изнутри. Мы с Тхей озадаченно переглянулись. — Герары — редкие сокровища. Из растертых в порошок лепестков делают зелье, которое может разрушить самый сильный приворот. Я слышала, будто и настоящую любовь убить способно, но за это не ручаюсь. Сейчас растут только в подземных царствах демонов, у нас даже из-под полы не купишь.

А демоны не пускают к себе чужаков, будь то хоть сам император…

Мысли вспугнутыми мотыльками носились в голове. Ворон каким-то образом разнюхал про меня? Нет, не может этого быть! Тогда что? Хочет, чтобы я приготовила зелье? Может, в свертке книга с нужным рецептом? Пальцы машинально схватились за ткань, но под ней прощупывалось что-то мягкое.

Ничего не понимаю! А единственный, кто может объяснить, слишком опасен, чтобы с ним связываться.

Подняв глаза от неожиданного подарка, который так и не развернула, я заглянула прямо в лицо рыжей нечисти.

— Не говори никому… пожалуйста.

Суккуба долго рассматривала меня, потом медленно, словно нехотя, кивнула.

— Ладно… ведьмочка.

На этом и разбежались. Неприятная соседка скрылась в доме, который снимала, а мы с Тхей пошли к себе.

— Что у вас за тайна появилась? — Тон горгульи был недовольный. Не успели войти в дом, она тут же накинулась с вопросами.