Аромат невинности

- Тогда мне не стоит терять время и придётся приложить все усилия, чтобы тебя уговорить и ты, наконец, поняла, что без меня жить не сможешь! - самоуверенно заявил он и резко перевернул меня на спину, нависнув надо мной. Я даже пикнуть не успела, как он завладел моими губами и мы стали упоительно целоваться, забыв о фильме.

Глава 3

- Покажи сиськи, и мы тебя отпустим! - гаденько усмехнулся Борис, а его прихлебатели так и вовсе заржали.

Они зажали меня в углу, и мозг лихорадочно искал пути к спасению.

- Не ломайся! Тебе что, жалко? - допытывался мальчишка, уперев руки в стену возле моих плеч и прижимаясь ко мне своим телом. Меня чуть не стошнило от несвежего дыхания у него изо рта.

- Сначала все ломаются, а потом ещё просят! - засмеялся кто-то из его дружков. Не видела, кто. От страха в ушах шумело, и мир сузился до лица Бориса, который раздевал меня взглядом.

- Отвали! - с показной уверенностью я толкнула его в грудь, увеличивая между нами расстояние.

- Мальчики, давайте я вам покажу, - услышала я голос Тамары, и ещё не видя её, облегчённо выдохнула.

- Правда, что ли? - с сомнением оглянулся на неё Борис, отодвинувшись от меня.

- А то! У меня хоть есть на что посмотреть, - кокетливо произнесла она, и начала расстёгивать пуговички блузки, приближаясь к Борису.

Тот отступил от меня и развернулся к ней, стараясь выглядеть самоуверенно, но удивление в глазах и некоторое лихорадочное ожидание говорило о том, что женскую грудь он ещё не видел.

Стоило же Томе качая бёдрами приблизиться к нему, как удар в пах, а потом в нос заставил парня распластаться у её ног.

- Сссу-у-ка, - сквозь зубы выдавил он.

- Ещё какая! - огрызнулась она, деловито застёгивая пуговички, а потом, обойдя скрюченное тело, схватила меня за руку, таща за собой.

- Ещё раз к ней приблизитесь - всё поотрываю! - оглянулась она. Дружки Бориса замерли как щенки, перед грозной овчаркой.

Стоило нам отойти, как Тома остановилась, разворачивая меня к себе:

- Ты чего столбом стояла? Сколько раз я тебе говорила - бей сразу и жёстко, чтобы неповадно лезть было! Нескольким зубы выбьешь, по яйцам дашь, и в следующий раз будут думать, стоит ли связываться.

- Я буду! Буду… - твердила я.

* * *

- Буду… - вслух прошептала я, выплывая из сна. Из глаз потекли слёзы, при воспоминании о Томе. Обещание я сдержала, и после этого случая больше никогда в страхе не замирала. Всегда нападала, не боясь ударить, и была готова отстаивать себя до последнего.

Я пошевелилась и осторожно выползла из-под руки Дениса, стараясь не разбудить его. Встав с постели, тихо вышла из комнаты и пошла на кухню. Выпила воды, чтобы успокоиться и включила кофеварку. Было шесть утра и хоть вставать мы планировали часиков в восемь, спать мне уже не хотелось. Сон растревожил и напомнил о прошлом.

Как сейчас помню прощание с Томой, когда она уезжала поступать в столицу. Тогда она крепко меня обняла и сказала, что всё будет хорошо, и она обязательно заберёт меня к себе. Экзамены она провалила, но устроилась на работу и не вернулась. Два года от неё не было ни слуху, ни духу. За это время я успела поступить в педагогический в нашем городе и год отучиться, когда на мой телефон раздался от неё звонок. Я как раз просматривала объявления, ища работу на лето.

Тома ворвалась в мою жизнь, как ураган. Приехала в общежитие, заставила в темпе упаковать нехилые пожитки и увезла к себе. Она честно рассказала о своей жизни. Как снимала квартиру на троих со знакомыми девушками, такими же, как она, приехавшими в столицу поймать удачу за хвост. Работала официанткой, набиралась опыта, и каждый раз устраивалась в более престижные заведения. Собирала деньги, мечтая перетащить меня к себе, но соседки по комнате её ограбили и исчезли. «Представляешь, я как последняя дура хранила деньги дома!» - разорялась она. За квартиру платить было нечего, и пришлось обращаться за помощью к директору ресторана, чтобы он выдал хотя бы часть зарплаты. Тот согласился, но решил, что она расплатится с ним натурой, за что и огрёб по лицу. Она была уволена, и в злости тот крикнул, раз она такая недотрога, то пусть идёт работать к дейгассам. Тома и пошла. Раньше ей это и в голову не приходило, но от безысходности чего только не сделаешь. Так она попала к Сатияру.

Работая у него, встала на ноги. Сейчас сама снимает хорошую квартиру, отучилась на права и купила себе машину. Жизнь наладилась, и она приехала забрать меня к себе. От моих слов о том, что я учусь, она отмахнулась. «Устроим тебя на учёбу здесь. И зачем тебе быть учителем? Подумай лучше, кем действительно хочешь быть и пойдёшь на платное отделение». В её обществе я чувствовала себя как щепка, захваченная тайфуном, и голова шла кругом.

Из-за специфики работы, молодого человека у неё не было, подруг близко к себе не подпускала, наученная горьким опытом. Тома истосковалась по нормальному общению и желала иметь рядом близкого человека, которому она дорога и не безразлична. «Ты для меня, как сестра», - сказала она и на правах старшей сестры протащила меня по всем магазинам, сметая всё с полок. Я была смущена, но видя её радость и воодушевление, сама радовалась и чувствовала себя золушкой, попавшей в сказку. Она же была моей крёстной феей.

После её исчезновения я не могла бросить всё и вернуться к прошлой жизни. Никогда бы сама не пошла работать к дейгассу, но если Тома смогла, то и я переломила себя и стала её замещать. Я верила, что она найдётся и самое малое, что могла для неё сделать, это работать вместо неё, чтобы ей не выкатили штраф. Единственное от чего я отказывалась - это работа на выезде, когда обслуживали частные вечеринки. Сатияр не смог меня переубедить, что мне ничего не грозит.

У меня появились деньги, и я наняла детектива, потом съездила к себе и забрала документы из института. Мне засели слова Томы о том, чтобы я подумала, кем действительно хочу быть. Раньше не позволяла себе и мысли об этом, но ради Томы решила реализовать свою давнюю мечту и подала документы на искусствоведа. Конечно же, платное отделение. Не зная своих корней, понятия не имея, кто были мои родители и имеются ли родственники, я таяла от вещей с историей. В будущем хотела бы работать в антикварном салоне, в окружении антикварных вещей. Прикасаясь к истории, я бы и себя чувствовала сопричастной к ней, обрела бы то, чего лишена с детства.

Сделав себе кофе, я обняла чашку и задумалась. После тревожного сна, напомнившего прошлое, не могла решить, правильно ли я поступаю, отказавшись от поисков. Но ведь за столько времени не удалось найти и следа! Она как будто испарилась, но каждый раз осматривая очередное тело неизвестной, в душе я не теряла надежды, что Тома жива. У меня больше не осталось моральных сил ездить по моргам, а все иные поиски не принесли результатов.

- Ты чего не спишь? - в дверях появился Денис, отчаянно зевая. Полусонный, светлые волосы со сна взъерошены, в одних боксёрах, но выглядел он убийственно сексуально.

- А ты чего встал? - спросила я, стараясь не поедать глазами его рельефное фантастическое тело.

- Одна вредная девчонка сбежала от меня, а без неё мне не спится, - сообщил он. - Рано ещё, пойдём спать.

- Уже не хочу.

- Зато я хочу, - сообщил он, подходя ко мне. - Будь человеком, поваляйся со мной.

Когда тебя несёт на руках в постель сногсшибательно красивый парень, трудно возмущаться творящимся произволом. По крайней мере, я делала это не сильно убедительно.

Он уложил меня в кровать, сам лёг рядом, подгрёб под себя, повернув меня набок и поцеловав в макушку, сообщил:

- Спим.

После этих слов, его рука почему-то переместилась мне на грудь.

- Не наглей! - возмутилась я. Рука вернулась на талию. Я выждала, но больше никаких провокаций не последовало, и я расслабилась. Ладно, время ещё есть, и понежиться в его руках не самый плохой вариант скоротать время.

В объятиях Дениса было уютно и, согретая теплом его тела, неожиданно для себя уснула. Мы проспали, и собираться пришлось спешно. Захватив вещи и подарок, выехали. За руль сел Денис, а я решила подремать на месте пассажира.

- Вот где справедливость? Меня растолкала, а теперь сама дрыхнешь! - ворчливо возмутился Ден.

Странно, но когда рано утром проснулась, сна не было ни в одном глазу, а вот после того, как второй раз заснула, состояние было сонное. Несмотря на то, что проснулась первая и принялась поднимать Дениса, так как мы проспали, чувствовала себя не выспавшейся.

- Ну, хочешь, я поведу? - приоткрыв один глаз, поинтересовалась я.

- Спи уже, - ответил на это он, и я с чистой совестью закрыла глаз. На иной ответ и не рассчитывала.

Я знала, с чем связано его ворчливое настроение - оторвала от компа и вынуждаю провести выходные на даче у Дианы. С ней у него отношения как-то не сложились. Пусть что один, что вторая в открытую свою неприязнь не выставляли, но чувствовалось, что они друг друга недолюбливают. Ну, да ладно. Ещё не хватало, чтобы они были в восторге друг от друга. Ревнуй его потом к подруге Оно мне надо?

Телефонный звонок вырвал меня из дрёмы, и не открывая глаз, я полезла в карман сумки, что лежала у меня на коленях. Уверенная, что это Диана, ответила:

- Да. Едем.

- Людмила? Ты уехала?! Куда? - голос Сатияра в трубке заставил меня открыть глаза.

- Простите, это не вам. Вы что-то хотели?

- Ты надолго уезжаешь?

- Завтра вернусь, а что?

- У нас завтра важный приём. Сняли весь ресторан. Ты могла бы выйти на работу?

- Почему я узнаю об этом только сейчас? - подозрительно поинтересовалась я. Например, Мария об этом приёме и моём участии в нём ещё вчера знала, но мне никто не удосужился сообщить. Хотелось послать всё к чертям и сказать, что меня не будет, но поймав заинтересованный взгляд Дениса, сдержалась. Громкость в трубке была хорошая, и наш разговор он слышал. Важный приём - значит, и гости на нём будут присутствовать высокопоставленные. На таком приёме можно услышать много чего интересного.

- Я всё объясню при встрече.

- Нет, сейчас! - твёрдо произнесла я. - Иначе, можете не ждать. - Позволила себе настаивать. Договором я не связана. И пусть этот случай вписывался в остальные, иногда он предупреждал меня о приёме за день, но меня настораживало, что я узнаю о нём в последнюю очередь.

- Людмил, - тяжко вздохнул Сатияр, но я молчала, ожидая продолжения. - Это важный приём, предполагается, что будет даже кто-то из высокородных. Заказчики хотели тебя, но я включил в договор ещё двух девушек на случай форс-мажора. Вот только сегодня ко мне пришла Инна и, размазывая сопли, начала признаваться во внезапно вспыхнувшей любви, от которой у неё мозги отказали. От неё сексом разит за километр! И пусть она ещё невинна, но я не могу такую девушку преподнести высокородному. Это будет воспринято как неуважение и оскорбление.

Я знала Инну. Она действительно начала встречаться с дейгассом и влюбилась в него. Тот держался в рамках, зная, что она связана контрактом. Не удивлюсь, если он подставил её намеренно, зайдя чуть дальше в своих играх. Опасается, гадёныш, что на неё положит глаз кто-то из более высокородных.

- Снежана не нашла лучшего времени, когда подвернуть ногу на своих каблуках. У неё лодыжка распухла. Синяк мы бы ещё замаскировали, но опухоль нет. Опять же, я не могу покалеченную девушку преподнести почётному гостю. Теперь ты меня понимаешь?

- Нет, - ответила на это я. - Мне не понятно почему, несмотря на то, что они требовали меня, вы не хотели, чтобы я участвовала в этом приёме?

В трубке воцарилось молчание, а потом Сатияр признался:

- Опасался, что твой контракт захотят перекупить. Если предложение поступит от высокого гостя, мой отказ чреват последствиями. Признайся же я, что у нас с тобой разовый контракт, то тебя завалят предложениями.

Вот же хитрый лис! У меня слов нет. Теперь его молчание приобретало смысл - не хотел терять меня.

- Можете не беспокоиться - не уведут, - заверила его, решив сказать при встрече, что собираюсь вообще уходить из этого бизнеса.

- Ты меня радуешь! Я всегда подозревал, что ты привязана ко мне, несмотря на показное недоверие.

Хм, моё недоверие было совсем не показным, но я не стала его разубеждать.

- Так ты приедешь?

- Да. Но после нам надо поговорить.

- Неужели согласна подписать длительный контракт?! - с надеждой спросил он.

- Забудьте об этом! - не дала ему долго пребывать в мечтах. - Сообщу при встрече. На этом я повесила трубку. Ладно, отработаю заказ и сообщу ему об увольнении.

«Хм, уйду с помпой. На пике своей карьеры, преподнесённая самому важному гостю», - насмешливо подумала я.

- Слышал? - спросила Дениса и он кивнул.

- Что за приём?

- Понятия не имею, но будут важные шишки.

- Тебе не кажется странным, что две претендентки так неожиданно выбыли? - подозрительно спросил он.

- Нет, тут всё понятно. Снежана уже не первый раз сворачивает ноги на своих каблуках. В прошлый раз Мария ворчала, что с трудом замаскировала синяк на ободранной коленке, а дейгасс Инны собственник, как все они и сделал всё, чтобы она не участвовала в приёме. Боится, сволочь, что её у него уведут.

- Почему же твой шеф выбрал их на случай форс-мажора?

- Мы трое самые высокооплачиваемые и популярные. Только, чувствую, скоро Инна сойдёт с дистанции, Снежана доиграется со своей любовью к каблукам и сломает себе что-то, а я ухожу. Так что, готовьте пополнение. Думаю, пригодятся, - хмыкнула я.

- Думаешь, так легко найти красивую невинную девушку, которая бы не пускала слюни на дейгассов? - с горечью произнёс он.

- Ты же мена нашёл.

- Наша встреча была случайна. Я на тебя сам глаз положил, как увидел. Кто же знал, что ты уже работаешь на дейгассов и их терпеть не можешь. Между прочим, мне за стойкость и терпение можно памятник поставить!

- Нерукотворный, - фыркнула я. - Тоже мне, страдалец!

- И нечего смеяться. Это пытка! Даже не представляешь, каково это, когда тебе нравится девушка, а ты к ней и пальцем прикоснуться не можешь.

- Ты прав, не представляю. Мне девушки ещё не нравились.

- Ехидничай, ехидничай… А кто-то даже не желал войти в моё положение и сводил меня с ума, появляясь с утра в коротеньких халатиках.

Это была подлая клевета. Халаты у меня нормальной длины и в то время, как мы начинали жить вместе, я и не думала его соблазнять. Вместо этого решила его поддразнить:

- А надо было без? - насмешливо спросила я. Денис бросил на меня красноречивый взгляд, но я не прониклась и он с тяжким вздохом сосредоточил своё внимание на дороге. Я же отвернулась к окну, пряча улыбку, и вспомнила время нашего знакомства.

Я только-только начала работать у Сатияра, Тома пропала, о самих дейгассах я толком ничего не знала и как-то записалась на семинар, посвящённый им. Надеялась почерпнуть информацию. Ага! Если бы знала, что всё сведётся к их восхвалению, никогда бы не пошла.

Там начали втирать, как нам вообще повезло, что они к нам прилетели. Какие наметились полезные сдвиги в промышленности, экономике. Упирали на то, что нет войн, вооружённые перевороты в стране остались в прошлом. Конечно, о каком перевороте может идти речь, когда в любой конфликт вмешаются дейгассы и оставят то правительство, которое нужно им, а любое сопротивление уничтожат на корню. Между прочим, действительно полезную информацию о дейгассах я узнала лишь от Сатияра.

В общем, послушала я, послушала, да решила не тратить время попусту и уйти. Демонстративно встала и направилась к выходу. А что? У меня пропала подруга, я не сомневалась в том, что к этому причастны дейгассы и слушать, как им поют оды, было сверх моих сил. Я даже не заметила, что за мною следом решил уйти и парень. Уже на улице он догнал меня и завязал разговор. Отвечала я односложно и на него смотрела подозрительно, но парень был симпатичный, обаятельный, а я в городе никого не знала и позволила уговорить себя выпить чашечку кофе.

На прощание мы обменялись телефонами, и он стал периодически мне звонить и приглашать куда- нибудь сходить. Постепенно общаясь с ним, я узнала, что он тоже терпеть не может дейгассов и считает, что нас попросту захватили. Если учесть, что я с ума сходила по Томе, а полиция толком ничего не делала, чтобы её найти, то понятное дело, что эти слова нашли отклик в моей душе.

Однажды Денис пригласил меня на тайное собрание недовольных установленным режимом. Я его посетила, но мне показалось, что там больше треплют языками, распаляя себя, но толком ничего не делают, о чём я и сообщила Денису. Он не стал отрицать, что это примерно так и есть, но людям нужно иметь место, где они могут открыто выражать своё недовольство, и именно такие собрания сплачивают людей. Со временем видно, кто просто говорит, а кто стремится действовать, участвуя в движении сопротивления.

Чуть позже я узнала, что он как раз из тех, кто предпочитает действовать и состоит в сопротивлении, которое поддерживают секретные службы правительства. Я в свою очередь призналась, где и кем работаю, а после не считала зазорным делиться информацией, которую слышала во время заказов. Ходить на собрания и как-то открыто участвовать в движении сопротивления я отказалась, аргументируя это тем, что не хочу светиться. Ещё не хватало, чтобы это стало известно на работе! Вообще, моей главной задачей было разыскать подругу, а махать плакатами, и открыто выражать своё недовольство не по мне. Ещё не хватало потерять из-за этого работу, которая приносила деньги для поисков.

Я была не против начать изучать язык дейгассов, и никогда не спрашивала, откуда Денис берёт материалы. Я сообщала ему информацию, но не проявляла любопытства по поводу того, кому он её передаёт. Никогда не интересовалась, куда именно он идёт, если тот говорил, что по делам. Меньше знаешь - крепче спишь.

Денис знал специфику моей работы и вёл себя со мною сдержанно и по-дружески. В последствие мне было приятно узнать, что я ему с первого взгляда понравилась, но его в начале нашего общения считала просто своим другом. Мы бы, наверное, так и встречались, но подходил срок аренды квартиры, хозяева возвращались из-за границы, и мне надо было искать новое жильё. Когда об этом узнал Денис, он предложил мне снять квартиру на двоих. До этого он жил с родителями, и последнее время как раз планировал подыскать себе отдельное жильё. Он убеждал меня, что вместе жить будет намного лучше, проще и веселее. Если учесть, что последнее время мы часто с ним встречались, и мне надоело возвращаться в пустую квартиру, где всё напоминало о Томе и словом перекинуться не с кем, я согласилась на авантюру и ни разу об этом не пожалела.

Денис оказался неприхотлив в быту. Мы с энтузиазмом осваивали ведение совместного хозяйства, разделив обязанности поровну и чередуясь, кто готовит и моет посуду. За продуктами ездили вместе, чувствуя себя при этом этакой семейной парочкой.

Квартира была двухкомнатная, и я негласно оккупировала себе спальню, куда Денису ходу не было. В гостиной же мы проводили время вместе, и он был только рад моему присутствию. Часто мы смотрели вместе фильмы, да или просто общались, делясь, как прошёл день.

Это с его подачи я пошла на курсы вождения, так как он утверждал, что современной девушке без этого никак. Сам он ездил тогда на родительском мерсе, который у него отобрали после того, как он решил им представить девушку, с которой живёт. Сама не знаю, как дала себя на это уговорить, но была я у них в гостях первый и последний раз. Те подумали обо мне чёрте что. Конечно, девочка из детдома нашла себе мальчика с недвижимостью в столице, которому села на шею. О моей работе они были не в курсе, и в то, что мы снимаем квартиру напополам не поверили и решили спасать сына, лишив его машины и карманных денег. Надеялись, что я сбегу, но напрасно.

Денис не дрогнул и выстоял. Я же в тот момент не заморачивалась этим. Его родители, пусть сам и разруливает ситуацию. Сейчас же, когда я решила принять его предложение, я так же отношение его родителей ко мне близко к сердцу не принимала. За время, что мы живём с ним, они смирились и нас не трогали. Что будет после того, как тот уведомит их о свадьбе, я не знала. В любом случае, как-то менять свои планы из-за этого не собиралась. Я не могу изменить факт своего воспитания в детдоме и отсутствие в моей жизни родителей. Не считаю себя от этого хуже других девушек. Денис мне понравился сам по себе, и каких-то планов на него я не строила, это он долго меня обхаживал и коварно соблазнял. Почему я должна кому-то доказывать искренность своих чувств? Главное, что Денис в них верит и мне этого достаточно.

До совместной жизни с Денисом я и с парнями-то толком не встречалась, а тут мы начали жить вместе. Для меня всё было внове: сталкиваться с ним, когда он в одном полотенце выходит из ванной, стирать нашу одежду, загружая его и своё белье в машинку, или встречаться с ним утром на кухне, когда он в одних шортах готовит нам завтрак. Убираться сообща в квартире, пререкаясь, было забавно и весело.

Единственное, что меня раздражало, это когда он брал мою чашку, которую мне подарила Тома. Я привезла её из прошлой квартиры. Ничего особенного, обычная чашка со смешным рыжим котёнком на ней, но я не любила, когда он пил из неё. Она моя! Это была единственная причина наших редких размолвок. Что ж пара скандалов и я его от этого отучила. Теперь, если он делает нам чай или кофе, то демонстративно использует именно её и отдаёт мне. Ему это больших трудов не стоит, а мне приятно.

От того, что мы съехались, я только выиграла. Денис сам предложил, чтобы я представляла его знакомым, как своего парня. С начала это было для того, чтобы избавить меня от ухаживаний мужчин, которые мне были ни к чему, но постепенно это стало правдой. Сокурсники были в курсе, что я живу с парнем, у нас всё серьёзно, и ко мне не подкатывали.