Помоги проекту - поделись книгой:
«Вы посмотрите, что он пишет, — возмущались христиане: „Земля долго готовилась к принятию человека, и человек обязан своим существованием длинному ряду предков“. Какие предки, ведь человек создан по образу и подобию самого бога».
Однако Дарвин продолжал: «Если бы отсутствовало какое-либо из звеньев этой цепи, человек не был бы тем, кто он есть...» «Какие предки, какая цепь? И кто в начале ее?» — вопрошали тревожно сторонники Библии.
Дарвин отвечал им: «От обезьян Старого Света произошел в отдаленный период человек — чудо и слава мира».
Этого обыватели совсем не могли вынести: «Как это от обезьян? Человек, такой благородный, с его божественным умом, постигшим все законы мира, — и от низкой, грязной обезьяны?»
«Мы должны признать, — писал Дарвин, — что человек со всеми его благородными качествами, с его божественным умом, который постиг движение и устройство Солнечной системы, словом, со всеми способностями, все-таки носит в своем физическом строении неизгладимую печать низкого происхождения».
«Да как ему не стыдно сравнивать человека с обезьяной!» — возмущались чуть ли не все.
Карикатура на Ч. Дарвина.
Горилла, рыдая, жалуется, указывая на Дарвина: «Этот человек предъявляет иск к моей родословной. Он объявил себя моим наследником».
Председатель Общества охраны животных от жестокостей укоризненно говорит: «Мистер Дарвин, как вы могли так обидеть животное».
И Дарвин отвечал: «Стыдиться здесь, право, нечего. Самый скромный организм все же несравненно выше неорганической пыли под нашими ногами».
«Да все это ерунда. Он просто ничего не понимает. Всем же известно, что человек — венец творения. Другого такого нет и быть не может», — говорили противники Дарвина.
Уверенным всезнайкам Дарвин отвечал так: «Невежество значительно чаще создает уверенность, чем знание. Тот, кто не смотрит на явления природы, подобно дикарю, как на нечто бессвязное, не может думать, чтобы человек был отдельным актом творения».
«Может быть, он имеет в виду не настоящую обезьяну, а лишь выражается фигурально о первом человеке, так сказать, иносказательно», — пытались сгладить спор «примирители».
Однако Дарвин не хотел примерения. Он был предельно ясен: «Человек произошел от волосатого четвероногого и хвостатого животного».
Тут уж ничего нельзя было сгладить. Не случайно в те дни была модной такая карикатура. Обезьяна приходит в общество защиты животных с жалобой на Дарвина и говорит с плачем, указывая на него: «Этот человек объявил себя моим потомком. Он претендует на мое наследство...»
Председатель общества защиты животных говорит укоризненно Дарвину: «Ну нельзя же так обижать обезьяну...»
Споры велись и в научных аудиториях.
На заседании Британской ассоциации наук в 1869 г. епископ Вильберфорский, математик по образованию, произнес длинную речь против эволюционной теории, закончив ее вопросом к Томасу Гекели: «Мне бы хотелось спросить вас: действительно ли вы считаете, что вашим предком была обезьяна? А если так, то мне очень интересно узнать: мистер Гекели происходит от обезьяны со стороны дедушки или бабушки?»
На это Гекели ответил: «Человек не имеет причин стыдиться, что его предком является обезьяна. Я скорее бы стыдился происходить от человека суетного и болтливого, который, не довольствуясь сомнительным успехом в своей собственной деятельности, вмешивается в научные споры, о которых не имеет никакого представления, чтобы только затемнить их своей риторикой, отвлечь внимание слушателей от действительного пункта спора красноречивыми отступлениями и ловкими обращениями к религиозным предрассудкам».
Конечно, накинулись и на главное. Надо было опорочить находки археологов. Ведь из-за них разгорелся сыр-бор. И крупнейшие авторитеты ринулись в атаку на археологов.
2.6. Предок или урод?
В 1856 г. в Германии в долине Неандерталь, вблизи Дюссельдорфа, были открыты останки древнего человека. Там были найдены черепная крышка, кусок плечевой кости и некоторые кости конечностей, которые отличались от костей современного человека. По месту первой находки (как это и принято в археологии) человека, чьи кости были здесь найдены, назвали неандертальцем. Находка была случайной. Рабочие, очищавшие небольшой грот для каменоломни, выкопали уже два метра и вдруг увидели кости и череп в глине выброса. Они уже не помнили, с какой глубины выкопали их. Хозяин каменоломни Беккерсгоф решил, что это череп пещерного медведя. Не надеясь на свои знания, он понес обломки учителю Фульротту. Фульротт был председателем естественно-исторического общества в Эльберфельде. Осмотрев черепную крышку, он уверенно определил — человек.
У неандертальца были мощные надбровные дуги, которых нет у современного человека. Лоб у него выступал вперед, а череп был сплюснутый спереди и выпуклый сзади. Однако известный тогда ученый Рудольф Вирхов категорично заявил: «Это не предок, а урод. Все его особенности — результат патологии, вырождения от сифилиса или алкоголизма...» Пример Вирхова вдохновил. Один из экспертов назвал неандертальца староголландцем, другой — кельтом, третий — дикарем или кромешным идиотом.
«Эксперты» говорили, что это случайное уродство и больше никогда нигде таких костей не найдут.
«Его убили в 1814 г., когда русская армия пришла на Рейн, преследуя Наполеона. Смотрите, — показывал профессор,— у него кость бедра немного изогнута, как у всадников, с детства привычных к лошади...»
Перед давлением авторитетов не устоял никто. И кости из долины Неандерталь были забыты на 30 лет!
Но вот через 30 лет в Бельгии при раскопках в пещере Спи обнаружили сразу два скелета неандертальца. И вместе с ними в одном и том же слое были кости давно вымерших шерстистого носорога, мамонта и других ископаемых млекопитающих. И самое удивительное, здесь были найдены точно такие же оббитые камни, как и те, которые находил Буше де Перт. А он считал их орудиями древнего человека.
Теперь землю с находок удаляли осторожно тонкими горизонтальными слоями. Находки вынимали из земли при свидетелях, чтобы уже не было сомнений в том, что и кости человека, и орудия, и кости ископаемых животных лежали вместе. А если они вместе попали в землю, значит, они одновременны. Так постепенно складывались методы новой науки — археологии.
Новая наука подтверждала, что неандерталец — не урод, а предок человека. Однако Вирхов так и не признал его до самой смерти.
Правда, неандертальца нельзя было назвать «первым» человеком. Он никак не мог быть и «промежуточным звеном» между человеком и обезьяной, потому что был ближе к современному человеку, чем к обезьяне.
Поиски «недостающего звена» продолжались. Неандертальца признали только одним из предков современного человека, но не самым древним. В общем, с него история человека не могла начаться...
Полвека поисков в Европе не принесли успехов. Самый первый человек не был здесь найден. А может быть, его тут и не следовало искать? Может быть, нужно искать совсем на другом материке? Где? Например, в Азии.
2.7. Поиски в Азии
«Я найду „недостающее звено“ — и не в Европе, а в Азии!» — так заявил своим друзьям молодой амстердамский врач Эжен Дюбуа, отправляясь на службу на Яву.
Дюбуа специально завербовался на службу в Азию, чтобы там начать поиски самого древнего человека. Своих денег на путешествие в далекую Индонезию у него не было, выпросить их в научных учреждениях он тоже не сумел. В Амстердамском университете на просьбу субсидировать его для поисков в Азии ему ответили: «Подобные затеи надо оплачивать из собственного кармана!»
В самом деле, полвека поисков в Европе ничего не дали, а он собрался сразу найти следы первого человека в Азии. Шанс один из миллиарда. Правда, об Азии уже говорили. Известный ученый Эрнст Геккель за 20 лет до отправки Дюбуа в Азию выпустил книгу, которая называлась «Естественная история мироздания». В ней он доказывал, что прародина человека находится не в Африке, как думал Дарвин, а в Азии. Геккель назвал переходное от обезьяны к человеку существо питекантропом (обезьяночеловеком) и заявил, что к питекантропу должны быть ближе не шимпанзе Африки, а гиббоны юго-востока Азии.
Дюбуа поверил Геккелю. Кроме того, он знал, что в Индии, в Сивалике, у Гималаев, была найдена челюсть ископаемой человекообразной обезьяны (рамапитека). Значит, там мог жить и предок человека. На самом острове Ява, куда отправлялся Дюбуа, находили точно такие же кости, как и в Сивалике. Поэтому-то он и рассчитывал там найти останки питекантропа.
Условия для жизни первобытных людей в Индонезии были райскими: теплые тропики. Здесь не было никогда оледенений, как в Европе. Растительность круглый год снабжала всех пищей. Если и был на земле рай — сад Эдема, где жили первые люди Адам и Ева, то он должен быть здесь, считал Дюбуа. Не случайно в джунглях Борнео и Суматры до сих пор живет «лесной человек», как называют местные жители огромного орангутанга.
Через год после приезда Дюбуа печатает статью в местном журнале. Он доказывает, что в Европе не может быть следов первого человека. Родину человека нужно искать только в тропиках.
Однако первые два года поисков не принесли успеха. В 1890 г. он находит первые черепа ископаемого человека, но они были моложе неандертальцев. 24 ноября 1890 г. он находит зуб ископаемого человека около городка Мадиун, на берегу реки Бенгаван-соло, что в переводе означает «Большая река». Особенно интересное скопление древних костей он обнаружил у деревушки Триниль. Кости животных здесь были удивительно похожи на сиваликские.
В сентябре 1891 г. он находит здесь еще один зуб ископаемого человека. Правда, его Дюбуа вначале принял за зуб шимпанзе. Но находка шимпанзе в Азии была тоже необычной, и Дюбуа продолжает поиски. И вскоре он находит черепную крышку самого древнего из всех до сих пор известных гоминидов. Она лежала всего в 3 м от того зуба. Значит, они принадлежали одному существу — шимпанзе, думал Дюбуа.
В августе 1892 г. в том же месте он находит бедренную кость, и не какого-то человекообразного существа, а настоящего человека. Рост его был около 170 см. Значит, это был человек с черепом, похожим на обезьяний. В октябре 1892 г. он находит там же еще один зуб ископаемого человека.
В 1894 г. Дюбуа издает книгу под названием «Питекантропус еректус, яванская переходная форма человеческого типа». Питекантропус еректус в переводе с латинского означало «обезьяночеловек прямоходящий».
Книга заканчивалась словами: «Питекантропус еректус есть та форма, которая, согласно эволюционному учению, должна существовать между людьми и антропоидными (человекообразными) обезьянами: он — предок человека!»
Геккель торжествовал. Он заявил: открытие питекантропа — «материальное воплощение того, что я сконструировал гипотетически. Найденные господином Дюбуа останки, несомненно, принадлежат вымершей ныне промежуточной группе между человеком и обезьяной. Находка Дюбуа и есть то „недостающее звено“, которое так долго искали. Для антропологии эта находка имеет, пожалуй, большее значение, чем великое открытие рентгеновских лучей для физики».
Однако не все признали питекантропа. Кости, найденные Дюбуа, осматривали многие крупнейшие ученые. Мнения их разделились. Ученые высказали 50 различных мнений: питекантроп — древнее или, напротив, очень позднее существо; кости принадлежат одному или нескольким разновидностям антропоидов; зубы и черепную крышку связывали с гиббоном, шимпанзе, примитивным неандертальцем, нормальным человеком, идиотом...
В спор вмешались даже фантасты. Знаменитый писатель Герберт Уэллс заявил, что это кости человека с головой обезьяны-пришельца.
В 1895 г. Международный зоологический конгресс целую неделю спорил в Лейдене о питекантропе. Наконец, председатель предложил проголосовать. Такого еще не бывало, чтобы научные споры решались голосованием. Однако все согласились. Вначале голосовали о черепной крышке: 6 ученых высказались за то, что она принадлежала человеку, 6 проголосовали за то, что она принадлежала обезьяне, 8 — промежуточному существу. По бедренной кости — 13 были за то, что она принадлежала человеку, один (Вирхов!) — обезьяне, 6 — промежуточному существу. Зуб человеческий — 4 голоса, обезьяний — 6, обезьяночеловека — 8. По поводу второго зуба 13 человек отказалось высказываться. Один голосовал за то, что он человеческий, два — обезьяны, 5 — промежуточного существа.
Сражение продолжалось еще два года. И Дюбуа не выдержал. Он спрятал свое сокровище в стальной сейф с двойным замком в Лейденском музее и отказался от встреч с коллегами. Не многим удавалось теперь взглянуть на знаменитую черепную крышку с Явы. 300 ящиков, привезенных Дюбуа из далекой Индонезии, на 40 лет остались нераспечатанными. Перед второй мировой войной он вообще отказался от питекантропа и заявил, что Вирхов прав: это кости обезьяны-гиббона.
Научные сражения бывают часто хуже военных. И не все их выдерживают. Однако первоначальная точка зрения Дюбуа к 1940 г. была уже общепринятой и его отказ вызвал лишь улыбку и друзей, и врагов. К этому времени уже были найдены останки более древних предков человека.
2.8. Чжоукоудянь и синантроп
Итак, к началу нашего века стало ясно, что история человека начинается не с 4004 г. до н. э. и даже не с 5199 г. до н. э., как «подсчитал» папа Григорий VII, а по меньшей мере на полмиллиона лет раньше.
В 1918—1923 гг. шведский геолог Г. Андерсон ведет раскопки в местечке Чжоукоудянь (или на холме Драконовых костей) в 40 км юго-восточнее Пекина. Сначала он находит куски оббитого кварца, а затем вместе с костями животных обнаруживает зубы человека. В раскопки включается специалист по ископаемым черепам канадец Д. Блэк. После того как за два сезона (1927—1929) были вынуты, просеяны, просмотрены тысячи кубометров земли, ассистент Блэка Пэн Вэньчжун находит череп, который частично был покрыт рыхлым слоем песка, а частично прямо-таки впаян в какой-то пористый камень.
Синантроп — такое название получил ископаемый человек, череп которого был найден в Чжоукоудяне. В 1930 г. здесь были найдены останки еще одного черепа. Кроме того, здесь же были найдены куски кремня, похожие на каменные орудия, и зола от костров.
Блэк работает без устали ночами... Однажды утром (в 1934 г.) секретарь, явившись на работу, застал шефа мертвым: Блэк сидел за письменным столом и держал в руке череп синантропа...
Раскопки продолжались. В 1938 г. из пещеры Чжоукоудянь, имевшей длину 175 м, ширину 50 м и глубину до 50 м, были извлечены останки костей не менее 38—40 человек. Из них 15 — дети. Возраст находок — 350—400 тыс. лет.
В 1937 г. немецкий палеонтолог Ральф фон Кёнигсвальд обнаружил второй череп питекантропа на Яве.
В 1939 г., сравнивая череп неандертальца яванского с синантропом, Р. Кёнигсвальд и Ф. Вайденрайх приходят к выводу, что неандерталец и синантроп необычайно близкие родственники — и тот и другой питекантропы.
Вспомнили теперь и находки останков черепа в 1907 г. Тогда в Германии, в 17 км от Гейдельберга, в 500 м от деревни Мауэр в песчаном карьере на глубине 20 м рабочий Д. Гартманн обнаружил нижнюю челюсть, широкую, тяжелую, без подбородочного выступа, но с человеческими зубами необычайно крупных размеров. Это была челюсть обезьяны с зубами человека, т. е. питекантропа, хотя он был более развит, чем яванский питекантроп и синантроп.
Итак, с начала первых поисков каменных орудий Буше де Пертом прошло 100 лет. За это время окончательно стало ясно, что история имеет продолжительность не 7,5 тыс. лет, а по меньшей мере 500 тыс. лет. Стало ясно, что «творения» не было. Несомненно было, что предки современного человека были похожи на обезьян. Несомненно было и то, что вначале они жили за счет охоты с каменными орудиями. Было установлено, что в Европе самых первых людей не было. В Азии ни питекантроп, ни синантроп тоже не были первыми людьми. Они прошли достаточно длинный путь развития от обезьяны к человеку.
В общем, путь поисков был найден. Ясно было, где искать каменные орудия. Было известно, что и сами первые люди спрятаны в земле. Не известно было лишь одно — на каком материке нужно искать их. И где именно. Ведь чтобы перекопать все материки, потребовались бы тысячи лет.
Казалось бы, нет никаких шансов найти самого древнего человека и его предков. Однако во второй половине нашего века были найдены не только первые люди, но и их предки. И их нашли именно там, где они и должны были быть, по мнению Ч. Дарвина, — в Африке.
3. Первые свидетели
3.1. «Бэби» из Таунга
Англичанин австралийского происхождения Раймонд Дарт в 1922 г. прибыл в Йоханнесбург в Южной Африке.
Он прошел хорошую подготовку у знаменитого антрополога Англии Эллиота Смита и мечтал найти «недостающее звено». То самое, о котором писали газеты и журналы и о котором, после открытий Дюбуа, шли такие ожесточенные споры.
Южная Африка считалась тогда «белым» пятном. Правда, здесь в начале века находили каменные орудия. Однако никто всерьез не предполагал, что тут можно найти предка человека. Ведь кругом — пустыни и степи. Лесов здесь не было уже 70 млн. лет! А человек мог произойти только от лесной обезьяны, — так считали все.
Профессор Дарт увлек своих студентов рассказами о поисках предка человека. И вскоре студенты и их родственники стали привозить и присылать ему кости разных животных, находимых при разных взрывных работах. Особенно интересные кости присылали из каменоломни Таунг, расположенной на востоке пустыни Калахари.
Дарт попросил геолога Юнга, который часто бывал в Таунге, посмотреть, не встречаются ли там кости каких-либо древних животных.
В Таунге ослепительно белый обрыв известняков местами перемежался коричневатыми пятнами. Это были заполненные глиной и костями разных животных пустоты в камне. Глина тоже окаменела, и кости, спаянные в глыбы, разлетались при взрывах в разные стороны... Юнг отправил несколько ящиков обломков глыб с костями Дарту. Когда первые ящики прибыли в Йоханнесбург, Дарт был на свадьбе у друга. Не дождавшись конца свадьбы, он бросился к ящикам и лихорадочно стал их распечатывать. В первом ящике — ничего интересного, но во втором сквозь очертания камня проглядывал череп человекообразного существа. Это была сенсация. Ведь до сих пор не только предков человека, — даже человекообразных обезьян никто здесь не находил. Они обитали севернее, в джунглях Центральной Африки.
Два с половиной месяца трудился Дарт, выковыривая камень из глазниц черепа. Череп был хотя и очень маленьким, но вполне человеческим. Найден был и отпечаток мозга в камне. Объем его был очень большим для обезьяны — 520 см3. Объем мозга взрослого шимпанзе 320—480 см3, а огромной гориллы — 340—685 см3. Здесь же семилетний ребенок — «бэби». У гориллы в этом возрасте объем черепа не больше 390 см3. Правда, у современного ребенка он намного больше, в среднем 1225 см3 (к 7 годам ребенок имеет 84% мозга взрослого).
Значит, «бэби» еще не человек. Но строение зубов и лица у него было вполне человеческое, а не обезьянье. Следовательно, это предок, «недостающее звено».
Дарт назвал открытое им существо австралопитеком, что означает «южная обезьяна» (от греческого слова «аустралис» — южный и латинского слова «питекус» — обезьяна. Критики говорили, что он это придумал, чтобы увековечить свою родину Австралию.) Слово прижилось. Однако профессионалы признавать «бэби» не желали. Дарта поддержал только известный врач и палеонтолог Роберт Брум. Остальные, даже его учитель Эллиот Смит, выразили сомнения.
Над Дартом и его «бэби» стали издеваться газеты, его высмеивали с эстрады. В парламенте Йоханнесбурга один из депутатов обратился так к противнику: «Как сказал почтенный член Таунга...» Оскорбленный парламентарий обратился с жалобой. Председатель призвал всех «обращаться к другим почтенным членам, учитывая их внешний облик».
Посыпались письма Дарту. Его называли пособником дьявола, угрожали расправой. Стали раздаваться призывы упрятать Дарта в дом для умалишенных...
Прошло 12 лет. Наконец, в 1936 г. в Стеркфонтейне, также недалеко от Йоханнесбурга, был найден новый череп австралопитека. Нашел его Р. Брум. Он наблюдал за взрывными работами в пещере и вдруг в одном из отлетевших при взрыве кусков камня заметил очертания черепа. Через два года в 3 км от Стеркфонтейна, у Кромдраая, снова был найден череп австралопитека. На этот раз его нашел школьник Герт Тербланш.
Роберт Брум печатает статью об этих находках в лондонском журнале под заголовком — «Недостающих звеньев больше нет!»
Вскоре в Стеркфонтейне находят бедренную кость, а в Кромдраае — часть предплечья и кости левой руки. Удается, наконец, восстановить рост австралопитека — 135—155 см, вес — от 36 до 55 кг. Но главное, его походка была прямой, как у человека, а не как у всех обезьян — на четвереньках.
3.2. Кто же был убийцей?
Находки продолжали поступать, вскоре было собрано уже 13 черепов и около 200 зубов. Некоторые черепа были пробиты. Убийство? Однако с костями австралопитековых ни разу не было найдено каменных орудий. И это вызывало большие сомнения у всех. Ведь предок человека и ранний человек должны были делать орудия. А их не было. Почему? Это заставило задуматься Дарта и его помощников.
Они внимательно пересмотрели все, что найдено вместе с останками австралопитеков, и обнаружили, что с ними всегда лежит много костей. Особенно часто — костей бабуинов. Причем у обезьян-бабуинов черепа, как правило, тоже раздроблены. Дарт исследовал 42 черепа бабуина. Оказалось, что 27 из них удар был нанесен спереди, 7 бабуинов были убиты ударами слева. У некоторых австралопитеков черепа были раздроблены тем же способом.
Кто же убийца?
Дарт передает некоторые черепа судебным медикам. Они подтверждают — животные были убиты сильным ударом дубинки или трубчатой кости. Дарт снова обследует все находки из пещер. Оказывается, что чаще всего с разбитыми черепами встречаются верхние плечевые кости антилопы. Эта кость точно входила в отверстие в черепе бабуина. Значит, убивали орудиями из длинных костей антилоп.
Австралопитеки были охотниками, вооруженными дубинками? Прежде чем ответить на этот вопрос, пришлось перевернуть горы породы. Было отобрано 95 т камня с костями. Из каждого куска камня, осторожно ударяя молоточками, чтобы не повредить кости, впаянные в камень, отбивали кусочки. Из каждой тонны камня удавалось добыть в среднем 5 тыс. обломков костей.
Перебрав 5 тыс. т породы, Дарт отделил 20 т блоков с большим количеством костей. Из них выбрали тонну глыб, из которых извлекли 7159 костей. Они принадлежали разным животным. В основном (92%) это были антилопы. Кроме того, дикие кабаны, ископаемые зебры, жирафы, носороги, гиппопотамы, бабуины, саблезубые тигры. Были огромные черепахи и дикобразы, а также яйца птиц и др. Таково было, видимо, «меню» австралопитека.
Однако много было и костей гиены. И это вызвало споры. А может быть, это не остатки кухни австралопитека, а кости, натасканные в пещеры гиеной? Может, не австралопитек съедал гиен, а они его ели? Такое сомнение высказали многие исследователи. Дарт опрашивает охотников — видели ли они, чтобы гиена где-то оставляла кости на месте своего пиршества? «Нет, — отвечали охотники, — гиена слишком прожорлива, чтобы куда-то стаскивать кости. Она разгрызает и пожирает все тут же, на месте охоты».
Дарт обращается с объявлением в газеты. Он просит: «Не видел ли кто-либо скопления костей, оставленного гиеной где-либо?» Газеты распечатали просьбу Дарта. Однако никто не откликнулся. Значит, разговоры о том, что кости затащила в пещеры гиена, были неверными.
Убийцей гиены и всех остальных животных мог быть только австралопитек. Он же, видимо, иногда убивал и своих сородичей. Проделали такой опыт: гиену, пойманную вскоре после рождения, оставили в вольере и стали наблюдать, как она расправляется с пищей. В полтора года она без какого-либо остатка сгрызала голову теленка без особого труда. Она полностью разгрызала и шкуру теленка. В два года за три дня она запросто справлялась головой осла. И никаких остатков на месте своего пиршества она не оставляла.
Это окончательно убедило Дарта в том, что гиена здесь ни при чем. Черепа и кости на месте своей стоянки оставить мог только австралопитек. Зубы у него, в отличие от шимпанзе и гориллы, были мелкими, он ими не мог разгрызть крупные кости и потому выбрасывал их.
Дарт высказал мысль, что первыми орудиями предка человека были кости. Однако ему никто не поверил. Споры грозили быть бесконечными.
Поделиться книгой: