Помоги проекту - поделись книгой:
Если еще есть куда возвращаться.
Сытый по горло, Джак встал между Магадоном и Кейлом. Свирепо глядя на убийцу, он ткнул своей трубкой в его сторону и спросил:
— Проклятье! Я спрошу снова: о чем вы тут оба говорите?
Кейл улыбнулся.
— Извини, коротышка.
Он быстро изложил суть плана, который они разработали на уровне Тени: Магадон внедрил в сознание Ривена скрытый ментальный позыв предать их в подходящий момент и присоединиться к слаадам. Они надеялись, что таким образом Ривен сможет близко подобраться к Страннику, послужив своеобразным маяком для остальных. Чтобы избежать разоблачения со стороны слаадов, способных читать мысли, Магадон стер память о разработанном плане из их разума до тех пор, пока не наступит определенное событие — мнимое предательство Ривена. Ключевое событие Ривена было иным. Он не должен был помнить о плане до тех пор, пока не увидит Странника.
Джак выслушал всю историю не перебивая. На его лице явственно читал недоумение. Вновь обретя дар речи, полурослик, наконец, произнёс:
— Так он приманка? Сожгите меня на месте! Значит, все то время, что я считал его бессердечным…
— Ты был не одинок в этом убеждении, — сказал Магадон.
Джак вновь сунул трубку в рот и поглядел на Кейла снизу вверх, выглядел он при этом немного обиженным.
— Ты мог бы довериться и мне.
— Знаю, коротышка, — ответил Кейл. — Но это не вопрос доверия. Я подумал, что чем меньше людей знают о нашем плане, тем лучше. И, кроме того, я хотел, чтобы, по крайней мере, один из нас не был в него посвящен, на случай, если что–нибудь пойдет не так. Я хотел, чтобы рядом был кто–то, кто, в случае если бы мы начали сходить с ума, смог бы это заметить и все справить.
Джак, казалось, удовлетворился этим объяснением. Он задумчиво пожевал мундштук и сказал:
— Вы трое довольно долго обсуждали это между собой, прежде чем пришли к этой маленькой хитрости. И при этом что–то говорили на незнакомом мне языке, Кейл. Что ты мне на это скажешь?
— Мы? В самом деле? — переспросил Кейл.
— Вы–вы, — подтвердил Джак.
Кейл не представлял, о чем говорил сейчас полурослик. Он посмотрел на Магадона, который выглядел не менее озадаченным.
— Есть какие–нибудь предположения? — спросил Кейл проводника. — Еще одно непредвиденное обстоятельство?
Проводник покачал головой.
— Возможно. Мы все равно не узнаем, пока у нас не будет больше информации.
— Пушистые башмаки Обманщика, — тихо проворчал Джак.
Кейл согласно кивнул. Мысль о том, что в его сознании есть нечто, о чем он даже не подозревает…
В дальнем конце одного из туннелей раздались шипение и шорох. А затем все стихло. Тишина. Что бы ни жило в Подземье уровня Тени, оно услышало их голоса, или же, возможно, увидело свет.
Все трое обнажили клинки быстрее, чем успели перевести дыхание. Джак убрал трубку в карман и нервно провел языком по губам.
— Нам не стоит более здесь задерживаться, — сказал полурослик.
Клинок Плетения стал источать тени, как и тело Кейла.
— Мы и не станем, — ответил Кейл. — Магз, покажи мне то, что видит сейчас Ривен. Действуем только по моей команде. Дождемся, пока появиться Странник, затем выясним, что мы способны сделать, вступив с ним в бой, а после ударим по нему всем, что у нас есть.
Магадон кивнул, закрыл глаза и сосредоточился. Вокруг его головы засиял фиолетовый ореол, проводник протянул вперёд свободную руку. Кейл ухватился за нее.
И увидел.
Уже сотню раз Ривен упрекнул сам себя за то, что оставил Кейла истекать кровью вместо того, чтобы добить. Он так до сих пор и не смог понять, почему так поступил. Он
Он не находил объяснений своему поступку. Ривен словно бы действовал не по своей воле. Как будто туман застилал воспоминания о событиях в башне.
Драйзек выбросил из головы неприятные воспоминания, сочтя их абсурдными и бесполезными. Он должен был сосредоточиться на настоящем. Он ходил по лезвию ножа и понимал это. Он сделал ставку на союз со слаадами. Непредсказуемыми существами, которые могут напасть на него в любой момент.
Он понятия не имел, куда притащили его слаады. Из рушащейся пещеры близ Порта Черепа они перенеслись на поверхность, где его спутники мысленно связались со своим хозяином, Странником, а оттуда они перенеслись…
«Сюда», — подумал Ривен.
Щеголеватый слаад, которого звали Азриим, принявший свою любимую форму полудроу, стоял по одну сторону от него, а туповатый Долган — по другую. Оба выглядели исцелившимися от ран, полученных в башне Черепов.
— Где мы? — спросил Ривен.
— Дома, — просто ответил Азриим.
Они стояли в самом центре комнаты, гладкие стены которой образовывали полусферу. Окон в помещении не было, а стены по всей своей площади были сложены не из камней. Исходя из этих наблюдений, Ривен предположил, что они находятся где–то под землей. В затхлом воздухе можно было ощутить едва различимый запах целебных настоек, или же, возможно, алхимических препаратов. От запаха у Драйзека защипало в носу.
Пол комнаты устилал толстый ковер, а тусклосветящийся зеленоватый шар в противоположной стороне был единственным источником света. Сферы хватало лишь на то, чтобы в ее свете окружающие предметы отбрасывали тени. Ривен мало что мог разглядеть. Неправильной формы холмики были разбросаны по всему полу, и Ривену потребовалось какое–то время присматриваться к ним, прежде чем он узнал в них подушки и мебель. При лучшем освещении комнату можно было бы принять за гарем калишитского халифа.
Ривен не мог заметить даже намека на какой–либо выход. Ни дверей, ни арок. Это заставляло его чувствовать себя неуютно, поэтому он небрежно положил руки на эфесы сабель. Было бы просто смешно, если слаады притащили его сюда только для того, чтобы внезапно напасть, но все же…
Драйзек считал их непредсказуемыми, поэтому полагал, что лучше быть осмотрительным, нежели быть трупом.
Ривен решил попытаться обеспечить себе пути отступления. Это может пригодиться.
— Темновато у вас дома, — сказал он. — Как насчет света? Я не могу разглядеть собственных пальцев.
Драйзек специально наступил на ближайшую подушку и сделал вид, что случайно споткнулся об Долгана. Выругавшись, он намеренно запутался в плаще, задев слаада. Тот хоть и принял форму толстяка, но его тело было крепким, словно дерево. Воспользовавшись краткой неразберихой, человек вытащил жезл телепортации из кармана плаща Долгана.
— Смотри куда идешь, человек, — произнёс крупный слаад, отстраняясь от Ривена и отталкивая его подальше.
— Я вообще ничего не вижу, идиот, — огрызнулся Ривен. — Я же сказал, что я ничего не вижу в темноте.
Человек притворился, что запнулся снова, воспользовавшись инерцией движения, чтобы спрятать жезл в полах плаща
— Тут же по всему полу разбросаны подушки, а ходить поэтому идиотскому ковру не проще, чем месить грязь.
— Я лично подбирал эти ковры, — сказал Азриим, слегка задетый.
— И почему я не удивлен? — с усмешкой спросил Ривен.
Долган повернулся к Азрииму:
— Скажи, почему я не могу просто убить его?
— У меня тоже возникло такое желание, — весело заметил Азриим. — После того, как он позволил себе высказаться о моих коврах.
Ривен уставился Долгану прямо в лицо, черты которого были неразличимы в темноте.
— Его дозволение ничего не изменит, слаад. Я убью тебя быстрее, чем за десять ударов сердца, темно здесь или нет — неважно.
Ривен пинками разбросал лежавшие рядом подушки, с тем, чтобы активировать возможные ловушки. Его руки легли на рукояти сабель, а сам Драйзек перенес вес своего тела, легко балансируя на носках. Долган сделал шаг к нему, но Азриим преградил слааду путь поднятой поперек груди рукой.
— Довольно, — сказал Азриим со снисходительной усмешкой. — Ты заставляешь его нервничать.
Продолжая смотреть на Долгана, Ривен обратился к Азрииму:
— Ты еще не видел меня нервничающим, слаад.
— Я чую запах твоего пота за десять шагов, — ответил Азриим.
Свирепо глядя на Ривена, Долган сказал:
— Я не понимаю, почему мы все еще не убили его. Его стая убила Серрина, ранила тебя и меня.
— Стая? — насмешливо переспросил Ривен. — Я человек, идиот. У меня нет стаи. И тебе здорово повезло, что это не я тебя ранил. Если бы это был я, то ты бы здесь сейчас не стоял, и не раздражал бы меня одним своим видом
Азриим не обратил внимания на Ривена и сказал, обращаясь к Долгану:
— Тебе же нравится боль, Долган, так что никакого вреда они не принесли. Кроме того, мне он по душе, — он посмотрел на Ривена и широко улыбнулся. — Даже несмотря на то, что отвратительно подбирает себе одежду, друзей… и ничего не смыслит в коврах.
Долган начал было говорить, но Азриим прервал его, сказав:
— А теперь тихо. Странник идет.
Ривен почувствовал чье–то… присутствие… кто–то присоединился к ним, заполнив пространство. По–другому описать свои ощущения Драйзек не мог.
Слаады взглянули куда–то за спину Ривену, широко раскрыв глаза.
Драйзек не знал, как ему поступить, поскольку повернуться — означало подставить слаадам спину. Обернувшись, он увидел круглый проход в стене там, где до этого ничего не было. Плывущее на расстоянии ладони над землей человекоподобное существо, могло быть только Странником. В тот самый момент, когда взгляд Ривена упал на существо, на него нахлынули воспоминания о событиях на уровне Тени.
— Отец, — произнес Долган с благоговейным страхом в голосе, и Ривен услышал, как крупный слаад упал на колени.
Азриим шагнул вперёд и положил руку Драйзеку на плечо. Неожиданное прикосновение вызвало у Ривена желание действовать, но тот решил пока не нападать на слаада.
Азриим произнес:
— Странник, я привел тебе подарок.
— Девять кругов ада, что это? — выдохнул Кейл. Порождаемые плотью шейда тени змеились вдоль его тела.
— Странник, — прошептал Магадон. — Должно быть, это именно он.
— Темновато, — с досадой заметил Кейл. Он знал, что в этот самый момент к Ривену начали возвращаться воспоминания.
Стоящий рядом Джак спросил:
— Как он выглядит? Кто он вообще такой?
Кейл лишь покачал головой:
— Я не знаю, Джак, — Эревис никогда прежде не видел создания, подобного Страннику.
Странник не был ни слаадом, ни человеком, хотя его тело и имело сходные с этими расами черты. Из–за его мертвенно–бледной кожи и скелетообразной фигуры Кейл сначала принял его за ожившего мертвеца, пока не обратил внимания на тонкие нити вен, что пульсировали под кожей существа. В руках Странник держал посох, а вокруг его головы парили в воздухе несколько зачарованных драгоценных камней.
— Боги, я чувствую мощь его разума даже через мысленную связь с Ривеном. Я чувствую его присутствие, Эревис. А ты? Я думаю, что он не только волшебник, но и маг разума, — сказал Магадон.
— Маг разума? Как ты? — спросил Кейл.
— Нет, не как я, — ответил Магадон. — Более могущественный, Эревис. Гораздо. Ривен в очень большой опасности.
Кейл кивнул и попросил Джака:
— Коротышка, наложи на нас все защитные заклятья, какие сможешь. И поторопись. Сделай все, что сможешь, чтобы защитить нас от магии и ментальных атак.
— Ясно, — ответил Джак.
Он достал свой священный символ, кулон, усеянный драгоценными камнями, и начал произносить слова заклятья; закончив с первым, он перешел к другому.
Все еще глядя глазами Ривена, Кейл произнес:
— Скорость и эффект неожиданности это все, что у нас есть. Мы должны попасть туда и сосредоточить атаку на Страннике. Он — наша цель. Слаады лишь пешки. Магз, ты можешь передать Ривену, что мы идем?
— Да, только велик риск, что об этом узнает и Странник, — ответил Магадон. — Он очень хорошо чувствует эманации разума. Я удивлюсь, если узнаю, что он еще не заметил нашей зрительной связи с Драйзеком.
— Что ж, тогда это будет сюрпризом и для Ривена, — ответил Кейл. — Приготовьтесь, выступаем, по моей команде.
Кейл выждал немного, потому что хотел дать Ривену возможность собраться. Тот напор, с которым возвращаются воспоминания, очень силен. Кроме того, он хотел узнать как можно больше, прежде чем напасть. Мысленная связь не позволяла слышать о чем говорилось в комнате, но Эревис видел достаточно, чтобы прочитать по тонким губам Странника.
Тем временем Джак продолжал читать заклинания.
За один краткий миг Ривен вспомнил, почему он предал Кейла, почему оставил Первого избранника Повелителя Теней истекать кровью, вместо того, чтобы добить. От стремительного потока воспоминаний его бросило в жар.
Он был приманкой.
Поделиться книгой: