Помоги проекту - поделись книгой:
Например: «Все подсудимые признали себя виновными в совершении преступления». — «Некоторые подсудимые признали себя виновными в совершении преступления».
А). Некоторые свидетели дали ложные показания.
Б). Обязательным основанием ответственности является наличие вины.
В). Ни одно из предъявленных обвинений не было доказано.
Г). Некоторые обстоятельства, имеющие существенное значение для квалификации содеянного, не установлены.
А). Общеутвердительного.
Б). Общеотрицательного.
В). Частноутвердительного.
Г). Частноотрицательного.
Рис. 1 Рис. 2 Рис. 3
А). Не установив признаков субъекта преступления, нельзя утверждать о наличии в деянии состава преступления.
Б). Если бы И. был на месте преступления, обязательно остались следы его ног.
В). Возможно, свидетель дал ложные показания об обстоятельствах происшествия.
Г). Водитель М. не остановил свою машину при запрещающем движение сигнале светофора, в связи с чем совершил наезд на пешехода.
Д). Допустимо досрочное освобождение осужденного от назначенного наказания.
Е). Освобождение от уголовной ответственности может быть применено только к лицу, в действиях которого установлены все признаки состава преступления.
Ж). Копия протокола обыска обязательно вручается лицу, у которого производился обыск.
А). Если установлено, что Б. завладел имуществом Н. с применением насилия, содеянное им надлежит квалифицировать в качестве грабежа или разбоя.
Б). Снижение температуры тела до температуры окружающей среды свидетельствует о наступлении смерти.
В). Обвиняемый сознался в совершенном преступлении после того, как была проведена очная ставка с потерпевшим.
Г). Свидетель не явился на судебное заседание из-за болезни.
А). Должностное лицо может быть представителем власти, лицом, исполняющим административно-хозяйственные либо организационно-распорядительные функции.
Б). Причинение вреда здоровью может быть легким, тяжким либо огнестрельным.
В). По форме вины преступления могут быть умышленными либо неосторожными.
А). Все признаки содеянного свидетельствуют о совершении хищения в виде кражи. — Ни один из признаков содеянного не указывает на совершение кражи.
Б). Некоторые доказательства — косвенные. — Некоторые доказательства прямые.
В). Все хищения совершаются по корыстным мотивам. — Разбой совершается по корыстному мотиву.
Г). Некоторые виды имущества образуют муниципальную собственность. — Всякое имущество является муниципальной собственностью.
Глава 4. ДЕДУКТИВНОЕ УМОЗАКЛЮЧЕНИЕ — ЛОГИЧЕСКАЯ ОСНОВА КВАЛИФИКАЦИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ И ДРУГИХ ЮРИДИЧЕСКИХ ОЦЕНОК
§ 1. Понятие дедуктивного умозаключения и его роль в процессе квалификации преступления
В юридической деятельности, в том числе в процессе квалификации преступлений и иных юридических оценок, делаются определенные выводы о юридической, в частности уголовно-правовой природе деяний и отдельных обстоятельств. Выводы формулируются в виде суждения, а процесс вывода представляет собой умозаключение.
Основными формами умозаключения являются дедукция и индукция. Обе они находятся в тесной взаимосвязи и взаимозависимости, раздельное их изложение обусловлено необходимостью более предметного ознакомления с ними.
Особое значение дедуктивные умозаключения имеют для юридических оценок, в том числе для квалификации преступлений. «Закон всеобщ. Случай, который должен быть определен на основании закона, — единичен. Чтобы подвести единичное под всеобщее, требуется суждение»[3]. Логическая сущность квалификации состоит в том, что квалифицируемое деяние (как отдельное положение) отождествляется с классом деяний (как общим положением), охватываемым составом преступления, указанным в уголовно-правовой норме; юридическая оценка состава, а также все связанные с нею последствия распространяются на данное деяние.
Например, установлено, что С. тайно завладел чужим имуществом. Тайное завладение чужим имуществом образует кражу, т. е. преступление, предусмотренное ст. 158 УК РФ. Строим умозаключение: «Поскольку тайное завладение чужим имуществом образует кражу, деяние С. также представляет собой кражу».
Вывод, изложенный в заключении, является новым потому, что он отражает ранее не известные свойства исследуемого объекта, в данном случае — деяния. Появление нового знания — не результат чисто мыслительных процессов, умозаключение лишь вскрывает те свойства объекта, которым он в действительности обладает, оно отражает реальную взаимосвязь объектов, их свойств, качеств и отношений.
Вывод, полученный дедуктивным путем, является достоверным, истинность его не нуждается в дополнительном обосновании. Логической основой истинности вывода нового знания являются истинность исходных суждений (посылок), наличие между ними родо-видовых отношений. Признаки родового, общего понятия являются одновременно и признаками видового понятия. Отсюда следует вывод: все, что утверждается или отрицается относительно всех объектов данного класса, также утверждается или отрицается относительно каждого объекта этого класса.
Благодаря способности обеспечивать истинность вывода дедуктивное умозаключение широко применяется не только при квалификации преступлений, но и в уголовном судопроизводстве в целом. Решения по уголовному делу должны быть, безусловно, истинными, они несовместимы с предположениями и домыслами. Поэтому выводы по делу должны быть дедуктивно связаны с общими положениями (т. е. выводами о классе объектов), истинность которых бесспорна. Это касается, в частности, выводов о виновности, наказуемости, общественной опасности, противоправности деяния или, например, о злостности хулиганства, тяжести вреда, причиненного здоровью, и т. д. Даже определение конкретной меры наказания осуществляется дедуктивным путем. В качестве общих посылок используется санкция уголовно-правовой нормы, положения иных правовых норм, руководящие указания пленумов Верховного Суда, отражающие судебную практику, различные теоретические положения.
Подведение единичного, частного под общее составляет логическую сущность квалификации конкретного деяния.
Значение дедуктивного умозаключения, впрочем, как и других форм логического мышления, при квалификации нельзя преувеличивать. В юридической литературе правильно отмечается, что главная трудность при квалификации заключается в том, чтобы решить, какие «именно посылки должны быть взяты для построения умозаключения. Правила построения силлогизма не дают ответа на этот вопрос»[4]. Однако без соблюдения этих правил нельзя получить истинного вывода даже при правильных посылках. Правила силлогизма не позволяют определить содержание посылок, но они указывают, каким требованиям эти посылки должны удовлетворять, чтобы их можно было связать между собой и сделать необходимый вывод.
§ 2. Правила простого категорического силлогизма, используемые при квалификации преступлений
Наиболее распространенной формой дедуктивного умозаключения является простой категорический силлогизм. Он характеризуется тем, что новое знание выводится из двух посылок, одна из которых является общей, причем обе посылки и заключение представлены в виде простых категорических суждений. Логическая связь суждений в форме силлогизма основывается на частичном совпадении предмета (субъекта) и предиката этих суждений.
Рассмотрим пример:
В приведенном силлогизме предикат частной (второй) посылки — «тайное похищение имущества» — совпадает с предметом суждения в общей (первой) посылке. Совпадение указывает на связь частного случая с общим положением, что позволяет распространить общее положение на частный случай. Вывод из суждений-посылок, не связанных между собой, невозможен.
Формальным показателем связи суждений является наличие в силлогизме только трех терминов. В приведенном примере ими являются: «тайное похищение имущества» — предмет общей и предикат частной посылок, «кража» — предикат общей посылки и предикат заключения, «данное деяние» — предмет частной посылки и предмет заключения.
Термины, в которых выражены предмет и предикат заключения, именуются
Правильное построение умозаключения, а следовательно, и установление истины путем опосредованного суждения предполагает соблюдение соответствующих правил силлогизма. Нарушение их может привести к тому, что даже при наличии истинных посылок вывод может оказаться не соответствующим действительности. Помимо упомянутых выше требований о соблюдении истинности и точном применении формально-логических законов, существуют специальные правила, относящиеся к построению терминов и посылок.
1. В силлогизме должно быть только три термина. Если количество терминов превышает это число, то вывод окажется неправильным. Увеличение количества терминов означает отсутствие логической связи между ними, при этом оказывается возможным выделение в суждениях общего, связующего звена — среднего термина, теряется основание для сопоставления частного и общего суждений. Отражаемые в таких суждениях фактические данные в действительности не имеют между собой ничего общего. Сделать какой-либо вывод из этих суждений невозможно, что видно из приведенного выше примера бессвязных суждений.
Конечно, в жизни никто не пытался сделать вывод из суждений, подобных приведенным, поскольку несуразность такого заключения была бы очевидна. Однако сознательно или несознательно логические ошибки, выражающиеся во введении в умозаключение четвертого термина, допускаются. Чаще всего они связаны с обозначением одним термином двух различных понятий, т. е. подменой понятий, что противоречит закону тождества, согласно которому всякая мысль, каким бы термином она ни обозначалась, должна быть тождественной самой себе, т. е. должна иметь одно и то же содержание. Такие ошибки происходят, во-первых, при использовании слов-омонимов. Например, взяты два суждения: «На месте преступления обнаружен погнутый ствол» и «Ствол погнут ветром». Если их рассматривать, как посылки силлогизма и попытаться сделать из них какой-либо вывод, то заключение окажется бессвязным: «На месте преступления был ветер». Ошибка состоит в том, что термином «ствол» в приведенных суждениях охватываются разные понятия: в первом речь идет о погнутом стволе ружья, а во втором — о погнутом стволе дерева.
Вторая причина ошибок состоит в том, что одно и то же понятие берется в различных объемах. Такая ошибка встречается более часто.
Например:
Внешне это умозаключение кажется правильным, и вывод представляется истинным. В нем использованы три термина: «самовольное оставление части» — М, «рядовой И.» — S, «преступление» — Р. Однако при выяснении содержания терминов может оказаться, что в понятии «самовольное оставление части» в каждом из суждений мыслится различный объем. В первой посылке самовольное оставление части может рассматриваться в уголовно-правовом смысле как самовольный уход из части или неявка в часть без уважительных причин сроком свыше двух суток, а во второй — как самовольный уход или отсутствие в части в течение любого срока, в том числе и менее двух суток, что делает это понятие более широким, чем в первом суждении. Первое суждение выражает преступление, второе — дисциплинарный проступок.
С точки зрения логики в этом умозаключении допущена ошибка, выразившаяся в учетверении терминов: вместо положенных трех терминов в умозаключение введено четыре термина. Термин «самовольное оставление части» в суждениях имеет два различных содержания. В данном силлогизме нет общего среднего термина, который бы связал между собой два суждения. Поэтому заключения из них сделать нельзя.
2. В одной из посылок средний термин должен быть распределен, т. е. понятие, выраженное средним термином, должно быть в полном объеме.
В суждении с распределенным средним термином утверждается или отрицается что-либо относительно всех явлений, событий, предметов, включенных в данное понятие. Если средний термин в обеих посылках не распределен, это значит, что суждения касаются только некоторой части одного и того же понятия, обозначенного средним термином. При этом может оказаться, что суждения касаются различных частей объема этого понятия; в силу данной причины они не могут сравниваться друг с другом по содержанию и не могут служить основанием для вывода нового знания. Заключение в данном случае не может быть истинным.
Но содержание частей может случайно совпасть, и вывод окажется фактически истинным. Поскольку при таком стечении обстоятельств не обязательно следует истинный вывод, заключение нельзя признать логически правильным. Рассчитывать на случайное совпадение вывода с фактическими обстоятельствами дела, когда в суждениях средний термин не распределен хотя бы в одном из них, недопустимо. Заключение в силлогизмах с нераспределенным средним термином всегда неопределенное.
Рассмотрим пример:
Средним термином является предикат «лица, привлекаемые к уголовной ответственности». В первом суждении этот термин не распределен, так как к числу таких лиц здесь отнесены только те, которые дали заведомо ложные показания. Существуют и другие категории лиц, которые могут быть привлечены к уголовной ответственности, например совершившие хищение, убийство либо иное преступление. Во втором суждении этот термин тоже не распределен: из числа всех лиц, привлеченных к уголовной ответственности, указан только один «rp-н Н.». Поэтому какого-либо определенного вывода из этих суждений сделать нельзя: гр-н Н. мог быть привлечен к уголовной ответственности и как лицо, давшее заведомо ложное показание, тогда заключение случайно совпало бы с фактическими данными, и как лицо, совершившее иное преступление, — тогда заключение и логически, и по существу не совпадает с действительностью.
Примером силлогизма с распределенным средним термином может быть следующее умозаключение:
Поделиться книгой: