Сэнсэй III

На носу лодки, спиной к нам сидел мужчина в чёрном одеянии со смешной тоненькой косичкой на полулысой голове. Он сидел точно мумия, не шевелясь и не оборачиваясь, словно его совсем не интересовало то, что происходило на берегу. В центре лодки находились четверо гребцов-матросов в парадной белой форме с синей отделкой. На другом же конце лодки стоял тот самый мужчина в белом шикарном костюме, судя по всему, хозяин этой яхты. Его одеяние подчёркивало атлетически сложенную фигуру. Белая шляпа была надвинута на глаза, скрывая их в таинственной тени. Голова слегка наклонена набок. Пиджак фривольно расстёгнут. Руки заложены в карманы брюк. Мужчина устойчиво стоял в лодке, абсолютно не беспокоясь о том, что может вывалиться за борт от случайного её колыхания.

Мы с удивлением наблюдали за происходящим, не понимая, что же происходит. Один лишь Володя, адекватно оценив обстановку, произнёс:

– Что-то тут не то. Надо позвать Сэнсэя.

Когда подошёл Сэнсэй с Николаем Андреевичем, лодка уже была относительно недалеко от берега.

– Сэнсэй, кто бы это мог быть? – полюбопытствовал Стас, озвучивая общий вопрос.

– Ну, мы же вроде как в гостях, – несколько печально и загадочно ответил Сэнсэй, вытирая запачканные руки о какую-то тряпку.

Сэнсэй, в отличие от нас, абсолютно не удивился такому визиту. И как мне показалось, отнёсся к этому событию обыденно, словно такие роскошные яхты приплывали к нам каждый день.

– В смысле в гостях? – подбоченясь, взъерепенился Женя.

– На территории заповедника? – уточнил вопрос Николай Андреевич.

– Ну, вроде того, – сказал Сэнсэй, внимательно поглядывая то на приближающуюся шлюпку, то на процесс очищения своих рук.

– Да этот заповедник только на бумажке заповедник! Вон сколько мы проезжали палаток «дикарей» в начале косы, – возразил Виктор, который специализировался на юриспруденции. – Кому сейчас нужна эта полоска песка в наше-то время? Кто её тут будет охранять, деньги на этот пустынный клочок тратить?

– И то верно, – согласился с ним Володя. – Да и вообще, если эту косу кто и успел выкупить, какой-нибудь «совковый» начальничек, разве он будет разъезжать на столь дорогущей яхте? Нет, это точно не инспекция.

– Как знать, – пожал плечами Сэнсэй.

– Я же говорю, это какой-то новый русский! – вновь напомнил свою версию Женька, вглядываясь в того, кто стоял в шлюпке.

– И что ему понадобилось в нашем диком месте, среди нас, аборигенов? – удивился Костик. – Будь у меня такая яхта, я бы только на именитых курортах останавливался.

– Так у нас же экзотика! – усмехнулся Андрей.

Я оглянулась и подумала: «Это точно, экзотика у нас впечатляющая». Мало того, что вокруг творился хаос после стихии, да ещё весь лагерь был увешан нашими тёплыми вещами и штанами, точно приют для бомжей.

– Не, а правда, чего им надо? – не выдержал даже Юра.

– Чего, чего… Бензин у них закончился, – как всегда схохмил Женька. – Видишь, как надрываются, гребут.

Ребята рассмеялись.

– Вот так у нас от щедрости души во всём, – улыбнулся Николай Андреевич. – Яхты покупаем, щедро обмываем, а утром уже и на бензин не хватает.

– Это верно, – кивнул Володя, смеясь вместе со всеми.

Когда шлюпка подплыла, два матроса, спрыгнув в воду, подтянули её к берегу на песок. Пассажиры вышли.

Вопреки нашим ожиданиям «парламентёров», мужчина в белом костюме, как говорится, без предисловий и именитых представлений своей особы первый двинулся в нашу сторону. На вид ему было около сорока лет. Среднего роста, симпатичной наружности. Черты его мужественного и в то же время обаятельного лица были, можно сказать, идеально правильными. Безукоризненно сидевший на нём белый элегантный костюм, очевидно сшитый по индивидуальному заказу, прекрасно гармонировал с красивым загаром его лица и рук. На правой руке, на среднем пальце поблёскивал массивный золотой перстень с огромным продолговатым красным рубином, украшенный по бокам синими камнями. Наряду с уверенностью и спокойствием вся внешность незнакомца излучала какое-то незримое превосходство. Ещё издали в нашу сторону повеяло необыкновенно приятным ароматом, видимо, его мужских духов.

Слева от него, держась на небольшом расстоянии, словно тень, семенил невысокий мужчина в чёрном китайском кимоно. Он был явно восточного происхождения, похожим больше на китайца или монгола. Глаза узкие, лоб широкий. Половина головы вместе с макушкой была тщательно выбрита, и эта лысина сверкала, словно отполированная. Оставшиеся по бокам чёрно-смоляные волосы заплетены на затылке в аккуратную жиденькую косичку. На лице, словно печать, стояла приветливая улыбка, хотя глаза были холодны и не выражали никаких чувств. Мужчина, в отличие от своего босса, неслышно передвигался крадущейся походкой, ступая по горячему песку босыми ногами.

Подойдя поближе и завидев среди нас Сэнсэя, хозяин яхты широко улыбнулся. У него была очаровательная, располагающая улыбка. К нашему неописуемому удивлению, этот мужчина подошёл к Сэнсэю и поприветствовал его как давний знакомый, на том самом загадочном для нас певучем языке, что был похож на пение птиц. Сэнсэй ему также что-то ответил, пожимая руку с дежурной улыбкой. Как мне показалось, он не сильно был рад такой встрече. Я подумала, что, очевидно, это связано с не очень хорошими новостями, которые, видимо, прозвучали на непонятном для нас языке. В любом случае, это неловкое напряжение ощущалось лишь на каком-то интуитивном уровне, поскольку и Сэнсэй, и тот мужчина говорили что-то друг другу с улыбками.

Перекинувшись непонятными фразами на певучем языке, мужчина неожиданно для нас заговорил с Сэнсэем на русском языке, причём без малейшего акцента.

– Я смотрю, ты как всегда не один? Неужели молодёжь до сих пор интересуется Востоком? – проговорил он, с приветливой улыбкой осматривая нашу компанию взглядом не то насмешливым, не то пронизывающим, не то изучающим нас.

– Как видишь, – ответил Сэнсэй.

Незнакомец усмехнулся.

– Это же вчерашний день. Сегодня вроде законодатель мод – Запад.

– Ну, для кого как.

– Впрочем, это не суть важно… – и, сделав паузу, незваный гость театрально добавил: – Я ж запамятовал, в этой стране всякая мода туго приживается.

– Вот именно.

Мужчина вновь мельком глянул на нашу компанию, слегка задержав взгляд на Татьяне и мне.

– Ну, познакомь меня со своими друзьями.

– И как тебя представить? – усмехнувшись, многозначительно спросил Сэнсэй.

– Да, ты прав, – живо кивнул тот, вновь широко улыбнувшись. – Мой титул звучит сейчас очень длинно. Поэтому обойдёмся без куража, формальностей и длинных предисловий. Как говорится, Краткость – сестра Таланта…

И тут совершенно неожиданно он протянул мне руку, представившись:

– Ариман. Можно просто Арик!

Я с перепугу даже слегка отпрянула.

– Настя, – охрипшим, неестественным для себя голосом пробормотала я, как говорится, сплоховав в ответственный момент.

Но дальше вышла и вовсе комичная ситуация. По привычке, я стала крепко пожимать его руку, попутно пытаясь унять возникшую от испуга дрожь в своём теле. Мужчина же в это время старался поднести мою руку к губам и поцеловать. Но, очевидно, такая несуразица сбила и его с толку. Наконец ему удалось крепкой хваткой зафиксировать мою дёргающуюся в судорожном пожатии руку и приложить к ней свои губы. Проявление таких галантных манер совершенно выбило меня из колеи привычности. Я почувствовала, как у меня вспыхнули не только щёки, но даже кончики ушей. Моя особа быстро опустила взор и от стыда за собственные манеры готова была провалиться сквозь землю, вернее песок.

С Татьяной у него получилось всё намного проще и изящней. Видимо, она, наблюдая моё неудачное «рукопожатие», успела подготовиться к такому приветствию. Но когда мужчина перешёл на приветствие мужской компании, первым неожиданно протянул ему руку наш неутомимый хохмач Женька, как всегда учудив. Парень присел в реверансе и как почтенная дама подал ему свою руку, точно для поцелуя, очевидно намекая женской половине как это нужно делать. При этом кокетливо прибавил тонким голосом:

– Женя, – правда, тут же выпрямившись и изменив положение руки от подачи к поцелую на рукопожатие, мужским голосом добавил: – Но для вас можно просто Жека.

От такой юморины все рассмеялись звучным хохотом, в том числе Сэнсэй и Ариман. Даже китаец первый раз за всё время позволил себе искренне улыбнуться. Женькина выходка несколько разрядила обстановку первичной скованности и неловкости.

Когда Ариман познакомился со всеми, Женька деловито произнёс, кивнув в сторону роскошной яхты:

– Нормальная лодка.

– И мне нравится, – усмехнулся Ариман и, обведя взглядом береговую полосу, сказал: – Я смотрю, у вас тут хороший шторм был.

– Да, нанесло всякой мути, – кивнул Сэнсэй.

– Полдня убирали, – подключился к разговору стоящий рядом Виктор.

– А что, разве вы не застали вчерашнего шторма? – удивился Николай Андреевич.

– Вчерашнего? – переспросил Ариман и, как-то исподтишка глянув на Сэнсэя, ответил: – Нет. Не застал. Я далеко отсюда был.

– А жаль, – вдруг выдал сочувствующую фразу Женя. – Интересно было бы посмотреть, выдержала бы эта лодка такую стихию?

Ариман ухмыльнулся и гордо произнёс:

– На моей памяти она выдерживала и атлантические штормы, не то что там какую-то кр… – он хотел было сказать какое-то слово, но, очевидно, передумал и промолвил, кивнув на море, – бурю в этой лужице.

– Хм, крепкая посудина, – оценивающе покачал головой Женя.

Тут я почувствовала, что по воздуху стал распространяться противный запах гари. Другие, очевидно, тоже его ощутили, однако, видимо, не сразу определив его источник, всем своим видом пытались показать «культуру» и не замечать странных запахов. Наконец Ариман не выдержал и проговорил:

– Ребята, по-моему, у вас что-то пригорает.

– Суп!!! – спохватилась Татьяна и побежала с Костиком к нашей неудавшейся похлёбке на костре.

Женька же сделал при этом важный вид, словно ничего такого не произошло, и голосом гостеприимного хозяина объявил:

– Не желаете ли с нами отобедать?

Некоторые из нас не выдержали и прыснули от смеха, понимая, что наш обед накрылся, как говорится, с потрохами. Ариман тоже оценил его шутку и весело ответил:

– Благодарствую. Но у меня есть встречное предложение. Приглашаю вас разделить мою обеденную трапезу. Я буду рад, если вы своим присутствием окажете мне такую честь.

– Это мы завсегда пожалуйста, с превеликим удовольствием, – оживлённо ответил Женька за всех и попытался так же высокопарно высказаться в благодарностях: – Мы с радостью окажем вам такую честь. Поскольку для нас это тоже честь выразить вам честь своей честью в разделении вашей обеденной трапезы нашим коллективом.

От этого каламбура все вновь покатились с хохоту. А Женька, вдобавок ко всему, с величавым видом, как умел, раскланялся перед «дорогими гостями». Посмеявшись вместе со всеми, Ариман развёл руками:

– Ну разве можно устоять перед пламенной речью такого прирождённого оратора?! Я рад, что вы с таким достоинством приняли моё предложение.

Все вновь рассмеялись, посчитав это очередной шуткой. Ариман в это время, глянув в сторону китайца, тихо произнёс:

– Велиар, организуй.

Услышав имя китайца, я несколько удивилась. Ведь оно совсем не подходило к его образу. Ладно бы там какой-нибудь Шинг Ху, Чан Ши, ещё куда ни шло. Но Велиар – это было, уж слишком для такой скрытной, мрачной особы, как он.

Китаец, получив задание, уважительно поклонился Ариману и поспешно удалился в сторону шлюпки. И пока он отдавал какие-то распоряжения ожидавшим там матросам, Виктор спросил у Аримана:

– А что, ваш товарищ тоже увлекается восточными единоборствами, судя по мозолям на руках?

– Да, он хороший мастер, – с гордостью произнёс Ариман.

– А в каком он стиле работает? – полюбопытствовал Виктор.

– Да так, всего понемногу, – уклончиво ответил тот и живо поинтересовался: – А что, есть желание размяться?

– Можно, – скромно ответил Виктор, пожав плечами.

– Есть, есть! – весело отозвался Женька, услышав их разговор. – Присутствует во множественном количестве!

– Ну, раз есть, то нет проблем, – усмехнулся Ариман.

Я посмотрела в сторону, где находилась шлюпка. К моему изумлению, матросы, получив распоряжения от Велиара, вытащили из лодки навесной мотор и, укрепив его на шлюпке, быстро отчалили от берега. Китаец же вновь поспешно возвратился как преданный пёс к своему хозяину. Ариман стал что-то быстро ему объяснять на иностранном языке.

– О?! – удивился Женя и тихо спросил у Сэнсэя – И на каком это он лопочет?

– Это ву – один из диалектов китайского, – ответил тот.

– А-а-а, – протянул парень, как будто он знал об этом, но забыл.

– А что он ему говорит? – поинтересовался стоящий рядом Володя.

Сэнсэй только хотел что-то ему ответить, как Ариман обернулся к коллективу и вежливо извинился.

– Простите. Он не все слова понимает по-русски. Пришлось пояснить на его родном языке… Ну что, разомнёмся?

– Что? Прямо сейчас? – удивлённо изрёк Женя.

– Конечно, чего тянуть? Велиар тоже горит желанием, – с улыбкой ответил Ариман и то ли в шутку, то ли всерьёз добавил: – Пока готовят обед, мы успеем выявить победителя.

Эту идею ребята активно поддержали, поскольку не в их правилах было упускать возможность лишний раз поспарринговаться, тем более с незнакомым партнёром. Мы отошли чуть в сторону от нашего лагеря. Парни принялись разминаться. Женька, видимо, больше всех горя желанием поучаствовать в бое, подошёл к Сэнсэю и Ариману, которые в это время о чём-то беседовали в сторонке. Разглядывая свои мозоли на кулаке, который был размером, может быть, чуть-чуть меньшим, чем голова Велиара, он спросил у Аримана:

– А ничего, если я вдруг нечаянно его зашибу?

И парень с кривой усмешкой слегка кивнул в сторону Велиара. Действительно, на фоне рослого Женьки китаец выглядел просто лилипутом.

Ариман усмехнулся и одобряюще кивнул:

– Валяй, их в Китае ещё полно.

Велиар ходил взад-вперёд в ожидании первого своего соперника, слегка потряхивая руками, словно расслабляя их. Очевидно, когда Женька интересовался у Аримана о его персоне, китаец что-то почувствовал. Поскольку после того как довольный парень принялся вновь разминаться, Велиар отпустил в его сторону несколько недобрых насмешливых взглядов.

Разогревшись, парни сгруппировались возле импровизированного песочного ринга. Первым, сгорая от нетерпенья, вышел Женька. В глазах Велиара вспыхнул озорной огонёк, словно китаец был рад увидеть именно Женьку своим спарринг-партнёром. Совершив обычные ритуальные поклоны, по хлопку Аримана начался бой.

Женька, очевидно, был настолько уверен в своей победе, что решил с китайцем долго не церемониться. Стоя против него, словно медведь против юркого хорька, он попытался схватить его одной рукой, чтобы, видимо, второй просто прихлопнуть, как муху. Но не тут-то было. Только парню повезло зацепить за кимоно на груди своего шустрого противника, как Велиар, ловко дёрнув его руку на себя и вниз, перебросил Женьку как пушинку, да так, что тот совершил в воздухе целое сальто. Народ чуть ли не хором издал удивлённый возглас. Женька, свалившись, тут же по наработанной тактике быстро совершил перекат и вскочил на ноги. Но если тело его действовало автоматически, то сам он, судя по его опешенному взгляду, не мог поверить в то, что какой-то маленький китаёза так ловко опрокинул его великую Манечку.

Это обстоятельство ещё больше раззадорило Женьку. Он растопырил руки, словно рыболовные сети, и, передвигаясь зигзагообразными перебежками на полусогнутых ногах, стал приближаться к Велиару. Тот совершил несколько отходов, как будто и впрямь опасался Женькиной западни. Но затем, быстро подскочив, китаец выпрыгнул, сымитировав в полёте ногами несколько точных ударов в голову, а приземлившись, тут же ушёл в сторону на безопасное расстояние. Его удары настолько были близки к цели, что не ожидавший такой наглости Женька даже как-то растерялся, потеряв ценные мгновения боя. Китаец же, не теряя времени, вновь подскочил к нему и с разворота нанёс ногой мощную подсечку, да такой неестественной для его маленького роста силы, что Женька моментально упал на спину, запрокинув ноги выше головы. Велиар, воспользовавшись таким положением своего строптивого соперника, игриво шлёпнул рукой по Женькиному мягкому месту. Под смешок толпы, парень вскочил как ошпаренный, потирая на ходу этот участок тела. Очевидно, этот позорный шлепок был для него хуже, чем пощёчина. Судя по его насупленному виду, он уже перестал тешить себя глупыми мечтами о скорой победе и настроился на серьёзный спарринг.

В следующий удар Женя попытался вложить всю свою силу, но Велиар быстро сменил технику на айкидо и, используя силу противника, отправил его в полёт, поддав напоследок в качестве назидания пинок под зад. Тут народ уже не стал сдерживать свой смех. Женька же, вскочив на ноги, вновь ринулся в бой, нанося китайцу ногой свой мощный «Маваши» в голову. Но Велиар, быстро подсев, сбил его с ног очередной подсечкой. Парень снова завалился на спину. А Велиар вдобавок ко всему сымитировал ногой удар в пах. Да так естественно, что в мужской компании зрителей сразу же послышался сочувственный вздох: «Ой-й-й!».

Для Женьки это было, пожалуй, последней каплей его терпения. Вскочив, парень провёл целую серию приёмов. Но как он ни старался, выкладываясь на полную катушку, его руки и ноги в ударах прорезали пустоту, так как китаец непонятно каким образом уворачивался буквально в миллиметрах от сокрушительных Женькиных кулаков. Более того, несмотря на молниеносную скорость работы противника, Велиар успевал не только уходить от ударов, но и эффективно наносить ответные. В общем, всем стало понятно, будь это настоящий бой, у Женьки не было бы никаких шансов. Но Женька всё рвался и рвался в бой, не обращая внимания на явный проигрыш. Ариман, видимо, уже сжалившись над ним, хлопнул в ладоши, тем самым прекратив спарринг. Женька настолько был расстроен произошедшим, что, опустив голову от стыда, двинулся в нашу сторону, даже не совершив ритуальных поклонов. Велиар же, напротив, совершенно без злобы, вежливо и учтиво поклонился ему вслед и Ариману, точно он был самым великодушным и всепрощающим существом на всём белом свете.

После такого боя наши бойцы напряглись. Китаец действительно виртуозно владел и своим телом, и приёмами. Его техника во многом была несхожей с той, что преподавал нам Сэнсэй.

Вторыми вызвались Стас и Виктор, вдвоём против одного. Но Велиара это обстоятельство явно только раззадорило и ещё больше придало вкус к данному бою. После ритуальных поклонов парни расположились по отношению к китайцу приблизительно под углом девяносто градусов. Китаец же стал к ним полубоком, держа в поле зрения обоих противников. По хлопку начался бой. Виктор первым напал на Велиара, в прямом ударе «цки». Быстрым сближением Велиар хладнокровно перехватил атаку, как раз в тот момент, когда Виктор, вложив силу в удар, уже не мог изменить его направления. Причём китаец не просто перехватил атаку, а перенаправил её на подскочившего Стаса. Наши бойцы, неожиданно встретившись, завалились вдвоём, неуклонно следуя законам физики. Велиар же самодовольно отступил, даже не пытаясь нанести им последующие удары. Он просто насмешливо созерцал их попытки скорейшего расцепления, впрочем, как и остальная посмеивающаяся публика. Парни поднялись и предприняли одновременную перекрёстную атаку на Велиара. Тот резко ушёл в защиту, отскочив в сторону. И не теряя времени, тут же напал на них с жёсткой контратакой, с применением каких-то непонятных резких выкриков, которые то ли от своей громкости, то ли словосочетания, порождающего неприятный звук, точно оглушали обухом даже зрителей, порождая при этом не только испуг, но и очень неприятные ощущения где-то в районе живота. Очевидно, наши ребята не ожидали такой звуковой поддержки во время атаки, как, впрочем, и напуганные этими выкриками зрители. И это сказалось на следующем моменте атаки Велиара, когда наши парни вновь внезапно очутились лежащими друг на друге. На сей раз зрителям было уже не до смеха, как и нашим бойцам.