Дорогу осилит идущий

Конечно, говорил, да и Летти это видела, но сейчас ее не это интересовало:

— Ты ровесник Рэя?!

Слуа выглядел на свои сорок лет. Юварка же казался одногодком Дина или Элиаша.

— Ну да… — кажется, Ноа не понимал, почему Летти так удивлена.

— Но если ты говорил, что ты слишком молод… Сколько тогда вашим старейшинам?!

Мужчина пожал плечами:

— Ну, я слышал, есть те, кому около двухсот…

Пока Летисия пыталась хоть как-то сопоставить факты, Ноа решил, что хватит ему одному заниматься ответственными и важными делами, и протянул дриаде пинцет, а себе достал еще один. Отвернув воротник рубахи эльфа, мужчина обронил:

— Помогай. Только следи, чтобы на татуировку не попало.

Осторожно подхватив пинцетом один из шариков, юварка осторожно посадил его на свободную от черных линий кожу. Крохотная сфера мгновенно прилипла к телу и тут же сплющилась, словно выпустив жидкость под кожу. А может, оно так и было? Иначе, куда из нее пропали те самые черные точки?

— А если попадет на татуировку? — осторожно спросила девушка, не решаясь посадить шарик на бледную кожу эльфа.

— Там смесь транквилизаторов и энергетиков. С одной стороны, ему необходимо набраться сил, он слишком вымотан, а с другой — нужно поставить его на ноги до завтрашнего дня, иначе…

На вопрос юварка так и не ответил, изящно уведя разговор в сторону, но Летти этого даже не заметила:

— Иначе что?

— Иначе нас отсюда выгонят, не глядя на то, кто там больной, а кто дурной, — подал с кровати голос Дин, видимо, решив, что поспать ему так и не дадут. — Я, кстати, тоже хочу, — протянул он ладонь.

Ноа покосился на него и молча пересыпал часть шариков в пустой стакан, стоящий на полу. Там еще оставались следы коричневой жидкости, и, коснувшись ее, сферы оплыли непонятной киселеобразной массой. Почему-то зеленого цвета. К стакану тут же сунулся до этого лежавший спокойно Мяу. Подкатился, принюхался и шарахнулся в сторону, недовольно фыркая. Покрутился недовольно на месте и заполз на диван, где лежал Элиаш, прикорнув в уголочке.

Дин молча покосился на содержимое стакана, тяжко вздохнул и медленно, держась за подлокотник, встал с дивана. Осторожно доковылял до ближайшей стены — видно, был не таким раненым, как прикидывался, и щелкнул пальцами. Небольшая панель серого цвета сдвинулась в сторону, явив свету батарею бутылок, наполненных алыми, белыми и коричневыми напитками. Молодой слуа, не глядя, выцепил одну из них, скрутил крышку и плеснул жидкости себе в стакан к зеленому киселю.

— Ты что творишь?! — потрясенно выдохнул Ноа. Видимо, он знал, что за жидкости это могут быть.

— Ничего, лучше работать будет.

Юварка скривился и потянулся пинцетом за новым шариком.

— Так ты не сказал насчет татуировок! — вспомнила дриада. Первый страх прошел, и сейчас она уверенно сажала шарики на шею Элиашу.

— Это как по обнаженным нервам получится, если я правильно помню про эльфов. И я так думаю, удовольствие это ниже среднего.

— Зато действенно! — радостно отозвался Дин, наконец разболтавший содержимое своего стакана и высыпавший его себе в рот. Ноа аж передернуло, а слуа на миг прикрыл глаза, словно задумался о чем-то, и удовлетворенно констатировал: — И сработает быстрее.

Юварка скривился, но промолчал, а затем вытащил из сумки зеленый жгут. Осторожно двумя пальцами оторвал небольшой кусок и обвязал пушистой лентой, покрытой не прекращающими шевелиться волосками, запястье эльфа.

Мех, покрывающий жгут, на мгновение замер, а потом, как показалось Летисии, с каким-то ожесточением впился в кожу Элиашу. Словно мелкие иголочки вонзились.

— А мне?! — тут же возмущенно завопил Дин. — Мало того что энергетиков зажали, так и настройщиков не дают?!

— Настройщиков? — недоумевающе нахмурилась Летисия.

— На, только не ной! — Ноа перекинул оставшийся моток парню и повернулся к Летти: — Они считывают фенотип и приводят организм к норме. Э-э-э! Ты куда столько отматываешь?! — это уже к Дину.

Летисия вздрогнула. Она совершено не ожидала столь резких перепадов настроения от юварки.

Дин меж тем уже несколько раз обмотал жгут вокруг запястья и останавливаться на этом, кажется, не собирался.

— Мне плохо, — ворчливо отозвался он.

— А так тебе будет хорошо? — фыркнул юварка.

Дриада смотрела на него во все глаза. Даже прожив всю зиму в Эске-Кермене, она не видела, чтобы юварки кричали, возмущались. А сейчас все так изменилось…

— Почему бы и нет? — не остался в долгу Дин.

Ноа даже не пытался с ним спорить, а просто отобрал у него остаток мотка. Слуа недовольно скривился, но промолчал, принявшись перематывать половину ленты с одного запястья на другое. Закончил свою работу и весело подмигнул дриаде:

— Вот так и живем. Что удается у этих жадин стянуть, тем и пользуемся.

— За словами следи, — грубо оборвал его Ноа.

Тут уже и молодой слуа понял, что что-то не так:

— У тебя все в порядке? Голова не болит?

— Что? — удивленно сморгнул Ноа.

— Головка, говорю, вава? Или ротик кака?

Юварка замотал головой:

— Я не… Ох… — его голос как-то резко изменился, и уже в следующий миг Летти поняла, что вернулся прежний Ноа: — Извини, не знаю, что на меня нашло, — и, тихо обронив: — Будете собираться в дорогу, не забудьте взять лекарства, — вышел из комнаты.

Элиаш пришел в сознание лишь к утру. Привычно коснулся пальцами линий татуировки — под руку почему-то попал какой-то жгут — и услышал привычное: «Затребовано девяносто три процента резерва организма. Использовано девяносто процентов резерва. Баланс организма — шесть процентов. Возможность использования действующего баланса — два процента». А вот за этим зазвучало странное: «Полное время восстановления резерва организма не установлено. При восстановлении системы используется нелицензионная версия восстановления системы. Предупреждение — необходимо в течение месяца перейти на лицензионную версию продукта. В противном случае система будет отключена».

Эльф так и окаменел.

Умных мыслей в голову так и не пришло. Что случилось с проверенной системой? С какого перепугу появилась нелицензионная версия? И что вообще под этим понимать?

Парень медленно сел на диване, оглянулся по сторонам. Обстановка в комнате была незнакомой: еще одна софа вроде той, на которой лежал эльф, какие-то разорванные упаковки, пустые стаканы… Так и не сообразив, где конкретно он находится и что может означать фраза о лицензии, юноша попытался встать.

С пятой или шестой попытки это, наконец, получилось. Он даже до двери смог доковылять. Но распахнулась она раньше, чем Элиаш взялся за ручку.

На пороге стояла Летисия. У ее ног крутился Мяу.

— О! Ты наконец очнулся! А я уже боялась! Пошли!

— Куда? Где мы? — с трудом пробормотал эльф. Язык словно одеревенел, а голова кружилась от малейшего движения.

— Мы у Рэя. Он… В общем, он проиграл на арене. Его и Дина изгнали. Они уходят, поэтому мы не можем оставаться здесь… Пошли, а?

В коридоре уже стояли Рэй, Дин, заплаканная Эмили прижималась к Ноа…

В отличие от эльфа оба слуа держались бодро, даже перебинтованный Дин почти не шатался. У ног Шеров стояли сумки. Одну подхватил Дин, вторую — Рэй, поднял третью, протянул ее, было, Элиашу, смерил бледного парня долгим взглядом и, скривившись, повесил ее тоже себе на плечо.

Уже выходя из дома, эльф вспомнил:

— А оружие?

— Какое оружие? — оглянулся мрачный слуа.

— Я взял немного из арсенала юварок… Оставил возле арены…

— Поздно спохватился, — фыркнул Шер. — Все, что было оставлено у распорядителя, остается победителям.

— Но…

— Поэтому на арену надо приходить с одним ножом.

По улицам Неблагого Двора они шли в молчании. Летти поддерживала с трудом ковыляющего эльфа, Эмили хлюпала носом на плече у Ноа — дриаду это уже начало раздражать, а впереди шагали Дин с Рэем. Чуть поодаль медленно полз Мяу, всем своим видом показывая, что он совершенно тут никого не знает и вообще просто прогуливается.

За зарослями — границей селения — путешественников ждали: уже знакомый дриаде Кармир и еще парочка незнакомых слуа — крепких накачанных брюнетов, держащих в руках по странному жезлу.

— Проверка, — обронил один. — Вы знаете правила.

— Прошу, — хмыкнул Рэй.

Один из брюнетов сделал шаг вперед и медленно повел жезлом вдоль тела Шера. На небольшом навершии замигали алые и зеленые точки.

— Доставай, Шер, не заставляй тебя обыскивать.

Слуа смерил говорящего долгим взглядом и, порывшись в карманах, бросил на землю горсть пластинок — открывашек. Зеленые точки на жезле погасли, а красные, наоборот, вспыхнули еще ярче.

— Поисковики, Шер, как минимум десяток.

— Пошел ты в Тьму, — огрызнулся мужчина. — Они не запрещены к выносу.

— Они запрещены для изгнанников.

— Срок еще не истек, а значит, это квалифицируется как добровольная прогулка по лесу.

— Не пытайся увильнуть, Шер! — взвился второй, молчавший до этого времени брюнет. — Вас двоих изгнали еще вчера, и это еще надо проверить, что в Неблагом Дворе делали чужаки!

— Я не собираюсь тебе ничего объяснять, Бан, — отрезал Рэй. — Не был обязан раньше, не должен и сейчас, тем более что у тебя еще даже имени нет.

— Да ты сам сейчас никто и звать тебя никак!

Два коротких резких удара заставили кричавшего сперва согнуться от боли, хватая ртом воздух, а потом и вовсе рухнуть на землю. Тот, что до этого требовал сдать неизвестные поисковики, рванулся, было, ему на помощь, но замер, когда у его горла вдруг оказался острый клинок. И держал нож Кармир…

— Шер сейчас в своем праве, Кай. И тебе это прекрасно известно. Не лезь к нему.

Тот на миг замер, а потом махнул рукой:

— Тьма с вами. Дин, твоя очередь.

У младшего Шера обнаружились всего три открывашки. Гостей селения даже не обыскивали.

Путешественники уже собирались уходить, когда над молчаливым лесом разнесся отчаянный женский крик:

— Подождите!

Летисия оглянулась. На поляну выскочила растрепанная дама лет сорока на вид. На локте у нее висела корзинка, а в руках она держала тугой сверток.

Женщина подскочила к уходящим — Кармир удивленно заломил бровь, но промолчал — и протянула сверток Рэю:

— На! Ты все равно идешь в Кермен.

Слуа по-мальчишечьи спрятал руки за спину:

— С чего ты взяла?!

— С тобой двое юварок, — короткий взгляд. — Они, конечно, какие-то общипанные, но все-таки юварки. Следующий поход в Кермен у нас через три месяца, а этот идиот Кар — и не надо на меня так коситься! — мне за это время плешь проест! — еще один взгляд на упомянутого. — И не докажешь, что я ему верна…

Тихо и чуть насмешливо фыркнул Дин. Женщина его даже взглядом не одарила:

— Да, верна! И не надо на меня так смотреть, Кармир! Подумаешь, одна интрижка! Так с тех пор двадцать лет прошло!..

— Семнадцать с половиной, — меланхолично поправил ее Дин.

Тут женщина — статная брюнетка в легком серебристом платье — наконец соизволила к нему повернуться:

— Что?

— Семнадцать, говорю, с половиной. Мне было семь, когда отца изгнали, — ровно сообщил Дин, глядя куда-то поверх ее головы.

— Да хоть двадцать! И я не виновата, что сейчас родился летун. Короче, Шер, в корзине молоко, пеленки, донесешь, — и, всучив потрясенно замершему мужчине свою ношу, брюнетка упорхнула, крикнув на прощание: — Кар, ужин я сегодня не готовлю, поешь где-нибудь в гостях.

— Кукушка! — зло и непонятно выдохнул Кармир, сплюнув на землю. — Не могла квартал подождать!

Дин осклабился:

— Если жена ушла к другому, неизвестно, кому еще повезло!