Помоги проекту - поделись книгой:
Сноу, по-видимому, уверовал, что в холодной войне капитализм взял верх над социализмом. Неизбежная победа превосходящей идеи. Мальчики от капитала ехидно посмеиваются над смертью социализма. Это слово было исключено из правил хорошего тона. И там надеются, что никто не заметит, как любой социалистический эксперимент любого характера в прошлом столетии подвергся искажению, низвержению, извращению, дестабилизации или сокрушению. Каждый такой эксперимент был свергнут, разбомблен, захвачен или задушен с помощью Соединенных Штатов. Ни одному социалистическому правительству или движению – от революции в России до Кубы и сандинистов в Никарагуа, Фронта национального освобождения имени Фарабундо Марти в Сальвадоре, от Китая до Гренады, Чили и Вьетнама – не было позволено возвыситься или пасть исключительно по внутренним причинам. Никого не оставляли в достаточной безопасности, без страха перед всесильным противником за границей. Даже государства с социальной демократией типа Гватемалы, Ирана, Британской Гвианы, Сербии и Гаити, которые не были влюблены в капитализм и не искали других путей развития, и те заставляли глотать пыль, поднятую дядей Сэмом.
Это напоминание неудачи первых экспериментов братьев Райт с летающей машиной, которая никак не могла взлететь, потому что автомобильные воротилы саботировали каждый испытательный полет. А добрый и богобоязненный народ Америки глядел на это, видел результаты, мудро кивал своей многоликой головой и торжественно возглашал: человек никогда не сможет летать.
Тони Сноу хочет нас убедить, что правительство не может состязаться с частным сектором в эффективности больших и важных дел. Действительно ли это верно? Давайте на мгновение напряжем мозги, отложим в сторону то, что нам втолковывали, и вспомним, что именно американское правительство высадило человека на Луну, построило огромные плотины, изумительные национальные парки, систему автомагистралей между штатами на большом пространстве. Оно создало Корпус мира, невероятно мощную военную машину (не будем сейчас говорить о том, в каких целях она используется), систему социального обеспечения, бесплатного медицинского обслуживания, страхования банковских вкладов, защиты пенсионных фондов от корпоративного злоупотребления. Сюда же относятся Агентство по защите окружающей среды, национальные институты здоровья, Смитсоновский институт, закон о ветеранах и многое другое. Короче говоря, правительство весьма успешно справлялось с делами, которыми хотело заниматься, или с теми, которыми его вынуждали заниматься трудовые и другие движения. В качестве примера можно привести установление стандартов здоровья и безопасности рабочих, выработку требований к изготовителям продуктов питания указывать подробную информацию о компонентах, входящих в их состав.
Когда Джордж Буш занял пост президента, одной из его основных задач было определить, может ли работа федеральных служащих быть сделана более эффективно частными подрядчиками. Он называл эту задачу в высшей степени приоритетной для его администрации. К концу 2005 году было исследовано около 50 тысяч государственных рабочих мест. На то время эффективность работников госсектора превзошла остальных более чем на 80 процентов30.
Американским гражданам следует напомнить, что они уже инстинктивно знают, но склонны забывать, когда сталкиваются с утверждениями типа тех, о которых говорит Тони Сноу. Это то, что они не хотят большего правительства или меньшего правительства, влиятельного правительства или слабого правительства. Они просто хотят, чтобы правительство было на их стороне.
И между прочим, Тони, большинство населения Советского Союза в прошлые годы имело намного более высокое качество жизни и большую ее продолжительность при их «неудавшейся» национализированной экономике, чем они имеют сейчас при необузданном капитализме.
«Когда грабеж становится нормой жизни для небольшой группы людей, живущих в обществе, они со временем создают для себя правовую систему, которая легализует этот порядок, и моральный кодекс, который прославляет его» (Фредерик Бастиа, «Закон» – Frederic Bastiat, The Law, 1850 год).
В начале месяца в графстве Майами-Дейд штата Флорида (а где же еще?) родитель одного из учеников попросил руководство школы запретить пользоваться туристической книгой под названием «Поедем на Кубу» (Vamos a Cuba), где на обложке изображены улыбающиеся дети, а внутри – красочные сцены фестиваля на Кубе. «Как бывший кубинский политзаключенный я считаю, что этот материал – ложь, – написал школьному руководству Хуан Амадор (Juan Amador). – В книге неверно изображается жизнь на Кубе. Я полагаю, что это вызвано стремлением создать иллюзию и исказить действительность». Он, по-видимому, считает, что на Кубе никто и никогда не бывает счастливым и даже никогда не улыбается31.
Итальянский премьер-министр Сильвио Берлускони заявлял в ходе своей предвыборной кампании, что при Мао Цзэдуне китайские коммунисты варили младенцев, чтобы делать из них удобрения32. При этом он ссылался на «Черную книгу о коммунизме» (The Black Book of Communism) – «историю» коммунизма, изданную в 1997 году, которая для исследователей коммунизма является тем же, чем «Протоколы сионских мудрецов» для изучающих иудаизм или избранные заявления Джорджа Буша для понимания того, почему мы воюем в Ираке. Замечание Берлускони может фактически расцениваться как прогресс в сказочном мире антикоммунизма, потому что после российской революции 1917 года на Западе долго и упорно распространялось утверждение, что большевики убивают и едят младенцев. Ранние язычники верили, что христиане пожирали своих детей. То же самое говорилось и о евреях Средневековья.
Этот памятник был установлен в 2007 году в Вашингтоне, возле Капитолия, и связан с Глобальным музеем коммунизма в Интернете. Оба памятника радикальны в своей однобокости. Сегодня молодым людям бывает трудно в это поверить, но ложь, преподносимая американским людям и миру о холодной войне, Советском Союзе и коммунизме, или «коммунизме», была даже более привычной и скандальной, чем ложь последних лет относительно Ирака, Афганистана и терроризма, или «терроризма». Самой необычной и главной ложью периода холодной войны являлось утверждение о существовании некоего международного коммунистического заговора, стремящегося завладеть миром и уничтожить все приличное и святое на Земле.
Идеологический грабеж истории никогда не выглядел приличным делом. Кто, надо спросить, построит памятник и музей жертвам антикоммунизма? Кто задокументирует и сохранит для истории отвратительные случаи гибели людей, разрушений, пыток, нарушений прав человека и уничтожения надежд под лозунгом борьбы с коммунизмом? Кто сохранит для истории названия этих трагедий: Вьетнам, Лаос, Чили, Корея, Гватемала, Сальвадор, Камбоджа, Индонезия, Иран, Бразилия, Греция, Аргентина, Никарагуа, Гаити, Афганистан, Ирак и многие другие?
На протяжении многих лет НАТО совершало масштабные действия: бомбардировка Югославии в 1999 году, жандармское патрулирование Балкан, обеспечение безопасности Олимпийских игр в Греции в 2004 году, официальная «ответственность» за ведение войны в Афганистане, обучение иракских сил безопасности, участие в войне с терроризмом. Из более свежих примеров: ведение позорной семимесячной войны против Ливии в 2011 году и попытка сделать то же самое в Сирии в 2012 году с санкции Совета Безопасности ООН или без нее. Добавим увеличение числа членов блока, который включает теперь двадцать шесть стран, плюс еще двадцать других стран, сотрудничающих с НАТО по программе «Партнерство во имя мира».
Позвольте спросить, откуда у НАТО такие полномочия? Какая группа граждан когда-либо голосовала за это? Почему вообще существует НАТО?
В период холодной войны нам говорили, что НАТО необходимо для защиты Западной Европы от советского вторжения. Как некоторые уже заметили, Советского Союза больше не существует (бытовало правдоподобное мнение, что НАТО первоначально было создано для подавления левых сил в Италии или Франции, если к власти по итогам выборов придут коммунисты).
Нам также говорили, что НАТО должно было противостоять Варшавскому договору. Но Варшавский договор свернул свою деятельность в 1991 году, призвав НАТО сделать то же самое.
Если бы НАТО не стало вмешиваться в события за пределами Европы, на первый план вышел бы вопрос о его бесполезности и отсутствии для него поля деятельности. Как говорится, «без места или без дела».
Если бы НАТО никогда не было, какие аргументы можно было бы привести сегодня в пользу создания подобной организации? Ничего, кроме потребности в обслуживании американской внешней политики и обеспечении американских производителей оружия миллиардами долларов за счет гарантированных продаж постоянно увеличивающемуся количеству членов организации.
Преподаватель курса политических наук Джон Джерасси (John Gerassi) в колледже округа Куинс в Нью-Йорке написал в газету «Нью-Йорк таймс» письмо следующего содержания:
«Редактору.
В статье «Признания шпиона» (Рубрика «Обзор за неделю», 21 сентября 2008 года) Сэм Робертс (Sam Roberts) утверждает, что люди, «чрезвычайно лояльные крайне левому движению, считали, что супруги Розенберг невиновны». Я, будучи крайне левым, начиная с работы в качестве корреспондента и редактора журналов «Тайм» и «Ньюсуик» в Латинской Америке, никогда не считал, что Розенберги были невиновны. И никто из моих крайне левых друзей так не считает. Мы всегда говорили, и я повторяю это моим студентам каждый семестр, что если бы они были виновны, то стали бы величайшими героями на этой планете. Мое объяснение весьма просто: США придерживались принципа нанесения ядерного удара первыми, а СССР – нет (до Горбачева). В 1952 году американские военные и различные разведывательные ведомства рассчитали, что первый удар по советским стартовым позициям вывел бы из строя все русские ракеты за вычетом шести процентов. И те шесть процентов автоматически были бы выпущены по американским городам. Военные тогда просчитали, что случилось бы, если бы одна ракета угодила прямо по Денверу (почему они выбрали Денвер, а не Нью-Йорк или Вашингтон, никто не объяснил). Исследование показывает: 200 тысяч человек погибли бы на месте, а 2 млн – в течение месяца. Был сделан вывод, что игра не стоит свеч. Другими словами, я говорю своим студентам, что вы родились, а я живу, потому что Советский Союз имел средства устрашения против нашего «превентивного» удара, а не наоборот. И если верно то, что Розенберги помогли СССР получить это средство устрашения, они – спасители нашей планеты.
Джон Джерасси».
Не будет неожиданностью узнать, что газета «Нью-Йорк таймс» не позволила подобным мыслям попасть на свои благородные страницы.
Глава 16
1960-е годы
Карл Оглсби (Carl Oglesby), президент «Союза студентов за демократическое общество» (СДО) в 1965–1966 годах, скончался 13 сентября 2011 года в возрасте 76 лет. Больше всего он запомнился мне своей речью во время марша на Вашингтон 26 ноября 1965 года, которая с воодушевлением была воспринята десятками тысяч людей, собравшихся на Национальной аллее:
«Изначально в боевые действия во Вьетнаме нас втянул президент Трумэн, типичный либерал. Его поддержал президент Эйзенхауер, умеренный либерал. А обострил ситуацию покойный президент Кеннеди, пламенный либерал. Задумайтесь о людях, которые сейчас руководят этой войной – о тех, кто изучает карты, отдает приказы, нажимает на кнопки и подсчитывает убитых: Банди, Макнамара, Раск, Лодж, Голдберг и сам президент [Джонсон]. Они не какие-нибудь моральные уроды. Все они – уважаемые люди. Все они – либералы».
Он настаивал на том, что отцы-основатели США были бы на его стороне: «Наши усопшие революционеры охотно бы поинтересовались, почему их страна сражается против того, что на самом деле оказалось революцией». Тем, кто называл его антиамериканцем, он парировал: «Послушайте, не обвиняйте меня в этом! А обвиняйте тех, кто взял в узды мои либеральные ценности и разбил мое американское сердце».
«Сейчас мы имеем дело с колоссом, который не желает изменений. Он не изменится сам по себе. Он не будет сотрудничать с теми, кто стремится его изменить. А наши союзники в правительстве – являются ли они на самом деле нашими союзниками? Если это так, то им не нужны советы, им нужны сторонники; им не нужны группы по изучению, им нужно движение. А если они не являются таковыми [нашими союзниками], то тем более следует с непреклонной убежденностью создавать такое движение».
Меня огорчает, что, по сути, во внешней политике США ничего не изменилось в лучшую сторону с момента того выступления Карла Оглсби на Аллее. Америка воюет постоянно, бесконечно и вечно. А поджигатель этой войны, который сидит в Белом доме, несмотря ни на что, воспринимается многими как либерал.
«Мы отвоевывали пространство быстро, не жалея средств, создавая тотальную панику, и с почти максимальной жестокостью, – так отзывался военный корреспондент Майкл Херр (Michael Herr) в своих воспоминаниях об американских войсках во Вьетнаме. – Наша машина действовала сокрушительно, не стесняясь в выборе средств. Она была способна на все, лишь бы не останавливаться».
Поход на Пентагон 21 октября 1967 года, несомненно, является одной из наиболее выдающихся и впечатляющих акций протеста и гражданского неповиновения в истории. Правительство заняло оборонительные позиции в ожидании дерзкого штурма цитадели власти собственными гражданами. Эта демонстрация была гораздо масштабнее, чем Бонусный марш 1932 года, когда охваченные депрессией ветераны Первой мировой войны, требовавшие от правительства выплатить пособия
По окончании эмоционального концерта Фила Окса (Phil Ochs) у пруда Рефлектинг в окружении 150 тысяч ближайших друзей, большинство протестующих двинулись маршем через Мемориал-Бридж по направлению к «фабрике по производству войны». Эту картину невозможно забыть: при приближении к колоссу сначала показалась крыша Пентагона, а затем по мере нашего продвижения – охранявшие его солдаты, разместившиеся между двумя сторонами крыши, с оружием на изготовку, неподвижные, высокомерно смотревшие на нас с высоты с величием, присущим каменным воинам или богам на вершине классического греческого храма. Впервые за этот день я не без волнения задумался над тем, во что ввязался.
Это было совсем не похоже на мою первую акцию протеста в Пентагоне. Это была не группа квакеров-пацифистов, поклявшихся не прибегать к насилию, не способных пробудить агрессию даже у профессиональных военных – они могли рассчитывать на теплый прием в кафетерии Пентагона. Сегодня мы чувствовали такое же гостеприимство и защищенность, как наркоманы на слете байкеров. Среди нас были многие, на кого у парней из Пентагона чесались руки: например, члены Комитета помощи Национальному фронту освобождения с вьетконговскими флагами, СДО и других антиимпериалистических групп, которые ранее уже ввязывались в стычки.
Они резко контрастировали с интеллектуалами в колонне, среди которых были Норман Мейлер (Norman Mailer), Маркус Раскин (Marcus Raskin), Ноам Хомски, Роберт Лоуэлл (Robert Lowell), Дуайт Макдональд (Dwight McDonald) – люди в темных костюмах, белых сорочках и с галстуками, создававшие нечто наподобие креста респектабельности, призванного уберечь от злого духа.
На большой парковке, где нас заблокировали, поначалу удавалось сдерживать открытую враждебность, но было понятно, что грань между миром и насилием слишком хрупкая. Снова состоялось сжигание призывных свидетельств – настоящее представление с горящими свидетельствами над головами, которыми размахивали прямо на глазах солдат, надевших на себя маску напускного безразличия. И хотя это предвещало конфликт непредсказуемых размеров, я был в восторге от всех этих молодых людей, действующих так принципиально и бесстрашно. В тот момент я пожалел, что уже слишком стар и не имею призывного свидетельства, чтобы сжечь его.
Вспыхнули отдельные очаги незначительных стычек, которые очень быстро переросли в повсеместные серьезные столкновения. В одном месте дискуссия о Вьетнаме с военнослужащими была прервана дубинками военной полиции. Затем в дело вступили десантники 82-й воздушно-десантной дивизии, ветераны Вьетнама, с примкнутыми штыками, которые наконец-то встретились лицом к лицу с теми, о ком они так много слышали – привилегированными маменькиными сынками, чьи нескончаемые рыдания по поводу международного права, морали и Бог-знает-чего-еще были на руку врагу. Эти трусливые маленькие сопливые призывники-уклонисты, погрязшие в сексе и наркотиках, в то время как американские солдаты – в грязи и смертях (и наркоте тоже).
Десантники продолжили бойню – после Вьетнама для них это было похоже на пикник на церковной лужайке, – а многих демонстрантов с кровоподтеками и побоями оттаскивали к ожидающим их тюремным автобусам, доведя таким образом общее количество арестованных за день до 700 человек. Протестанты, чьим единственным оружием было сцепить руки, выкрикивая в мегафон: «Наши враги не солдаты, а командование», призывали солдат отступить, присоединиться к ним, просто вести себя по-человечески. Хотя это и было искреннее заявление, неудачная попытка перетянуть атакующих на свою сторону дала выход гневу и безысходным проклятиям «ублюдкам» и «сволочам».
У меня не было особых оснований возражать против того, что настоящим врагом были командиры солдат, но мне трудно было выразить признания в любви к американским солдатам, подобно тем, которые высказывали некоторые глупые хиппи. В конце концов, солдаты сделали свой выбор, равно как и остальные их сверстники, решившие уклоняться от военной службы или уехать в Канаду. Кроме прочего, эти солдаты только что вернулись с полей сражений. А идея «личной ответственности» – это не просто устоявшиеся громкие слова.
Некоторые свидетели заявили независимому изданию «Вашингтон фри пресс» (Washington Free Press), что на других участках «поля боя» они видели не менее трех солдат, бросивших оружие и каски и присоединившихся к толпе, а вскоре после этого по крайней мере один из них был схвачен и оттянут военной полицией в Пентагон. Последовавшие за этим попытки получить от Пентагона информацию об этих солдатах остались без ответа.
Глава 17
Идеология и общество
Лидеры как республиканской, так и демократической партий верят – или делают вид, что верят, – будто американцы решительно сдвинулись к «центру», оставляя в стороне «крайности» левых и правых. Так ли это так? Я утверждаю, что большинство американцев придерживается явно либеральных взглядов, а многие даже более левых. Думаю, это можно было бы выяснить, поставив при изучении общественного мнения следующие вопросы:
• Хотели бы вы иметь государственную систему здравоохранения, при которой все граждане лечились бы бесплатно от любой болезни?
• Хотели бы вы иметь финансируемую правительством систему образования, при которой все виды обучения, включая подготовку врачей и юристов, были бы бесплатными?
• Считаете ли вы, что когда корпорации сталкиваются с выбором между оптимизацией своих доходов и выполнением работ в интересах окружающей среды, здравоохранения или общественной безопасности, они должны почти всегда выбирать в пользу оптимизации дохода, как делают это сейчас?
• Считаете ли вы, что Соединенные Штаты должны официально быть полностью светским государством или официально строиться на религиозных верованиях?
• Считаете ли вы, что решение вопроса об аборте лучше всего оставить женщине и ее доктору?
• Считаете ли вы, что крупные корпорации и их политические комитеты обладают слишком большой политической властью?
• Считаете ли вы, что корпоративные зарплаты руководителей чрезмерно высоки?
• Считаете ли вы, что снижение налогов на сверхбогатых, введенное администрацией Джорджа Буша, должно быть отменено, а сами налоги таким образом увеличены?
• Считаете ли вы, что минимальная заработная плата должна быть увеличена до так называемого прожиточного минимума и составить по крайней мере 10 долларов в час?
• Считаете ли вы, что правительство должно принять все необходимые меры, гарантирующие, чтобы корпорации имели планы ухода на пенсию для каждого рабочего и чтобы пенсионные фонды были надежно защищены?
• Считаете ли вы, что вторжение и оккупация Ирака были ошибкой?
• Считаете ли вы, что вторжение и оккупация Афганистана были ошибкой?
• Считаете ли вы, что поддержка Соединенными Штатами Израиля чрезмерна?
• Одобряете ли вы то, что обращение Соединенных Штатов с захваченными пленными является частью так называемой «войны с террором», фактически полным лишением людей юридических и человеческих прав и проведением пыток?
Тем читателям, которые думают, что я слишком много предполагаю о разочарованиях американцев в их экономической системе, советую взглянуть на мое эссе «Соединенные Штаты вторгаются, бомбят и убивают во имя свободного предпринимательства, но действительно ли американцы верят в него?»1.
А для тех читателей, которые задаются вопросом, откуда брать деньги на оплату образования, медицинского обслуживания и прочего, есть простой ответ: министерство обороны должно делать то, чем часто вынуждены заниматься группы борьбы за мир – продавать домашнюю выпечку.
Тем, кто любит говорить себе и другим, что у них нет никакой особой идеологии, я отвечаю следующее. Если у вас возникают вопросы: почему мир является таким, какой он есть? почему общество такое, какое оно есть? почему люди такие, какие они есть? что нужно, чтобы они выглядели лучше? – в случае правильной организации мыслей это и есть ваша настоящая идеология, даже если вы этого не осознаете.
16 апреля 2007 года в университетском городке Политехнического института Вирджинии вооруженный студент расстрелял тридцать два человека. Из-за местоположения университета и того факта, что некоторые из жертв оказались выходцами из вашингтонских предместий, где я тоже проживаю, газета «Вашингтон пост» уделила этому событию особое внимание. Каждый раз, когда я читал сообщения о погубленных молодых жизнях, у меня текли слезы.
Через несколько дней после этих событий Верховный суд США вынес постановление о незаконности некоторых видов абортов. Это породило утверждения ликующих противников абортов о том, что жизнь «неродившихся детей» могла бы быть спасена и что зародыш заслуживает такой же заботы, уважения и юридической защиты, как любое другое человеческое существо. Но знает ли кто-нибудь случаи, когда родители оплакивали бы прерванные зародыши так, как скорбят показанные в СМИ родители и друзья по погибшим студентам в штате Вирджиния? Конечно, нет, хотя бы потому, что родители сами приняли решение сделать аборт.
Знает ли кто-либо случай, чтобы родители прерванного зародыша через много лет после аборта, а возможно, и всю оставшуюся жизнь, скорбили по этому поводу? Вспоминали первые слова зародыша, его окончание школы, свадьбу, совместный выезд на природу, его улыбку или как он смеется? Конечно, нет. А почему? Потому что зародыш – это не человеческое существо в достаточно значимом физическом, социальном, умственном и эмоциональном смыслах. Но противники абортов, часто по причине сексуального ханжества, антифеминизма, а также по религиозным мотивам (постановление Верховного суда было инициировано пятью членами, являющимися католиками) или другим личным или политическим «заморочкам» создают вокруг зародыша ореол, ни во что не ставят потребности и желания родителей и проклинают всех, кто не согласен с ними, как детоубийц. К сожалению, страстная любовь к человеку многих из этих активистов не распространяется на человеческие существа в Ираке или Афганистане, да и на многие другие жертвы внешней политики правительства.
Половина штатов Америки требует, чтобы с женщиной, идущей на аборт, проводилась определенные беседа, прежде чем она сможет получить медицинское обслуживание. В штате Южная Дакота, например, до недавнего времени медперсонал обязан был говорить женщинам: «Аборт прервет жизнь целого, отдельного, уникального человеческого существа»; беременная женщина имеет «непосредственное отношение к этому неродившемуся человеческому существу», защищенное американской конституцией и законами штата Южная Дакота; «известный медицинский риск» при аборте «увеличивает риск возможного убийства и самоубийства» среди женщин, подвергающихся этой процедуре. Один из федеральных судей устранил второе и третье из названных утверждений, назвав их «неправдивыми и вводящими в заблуждение»2.
Я лично подверг бы сомнению даже первое утверждение, что зародыш, или эмбрион, является человеческим существом. Но это не тема для моего нынешнего рассуждения. Я хотел бы предложить, чтобы молодому американцу или американке, прежде чем их призовут в вооруженные силы, сотрудники призывного органа говорили следующее:
«Соединенные Штаты находятся в состоянии войны (это утверждение всегда фактически верно). Вас наверняка пошлют на поле боя, где вы должны приложить все усилия, чтобы прервать жизнь целых, отдельных, уникальных человеческих существ, о которых вы ничего не знаете и которые никогда ничего не делали плохого вам или вашей стране. При этом вы можете потерять руку или ногу, да и жизнь. Если вы вернетесь домой живым, и у вас будут целы все части тела, есть риск, что вы будете страдать от посттравматического синдрома. Не ждите, что правительство проявит о вас особенную или вообще какую-нибудь заботу. Так или иначе, вы можете начать физически оскорблять своих супругу или супруга, детей, убивать других людей, злоупотреблять наркотиками или алкоголем, увеличится риск покончить жизнь самоубийством. В независимости от того, в каком ужасном состоянии вы будете, правительство может повторно послать вас на поле боя для выполнения нового задания. Они называют это «стоп-потерями». И никогда не спрашивайте ни одного из ваших офицеров, за что мы воюем. Даже генералы этого не знают. Фактически, генералы
В связи с тем, что для очень многих молодых людей в последние годы одним из определяющих факторов при вербовке в армию является экономический, то им должна внушаться еще одна мысль:
«Вас призвали, чтобы воевать и, возможно, убивать и умирать для страны, которая не может даже предоставить вам образование, приличную или вообще хоть какую-то работу».
Вот слова Кэролайн Чут (Carolyn Chute), писательницы из штата Мэн:
«Я боюсь за нас всех, но я особенно боюсь за бедных. Сколько пространства для падения им остается, пока они не станут пушечным мясом, уличным мусором, обитателем тюрьмы, не сядут на электрический стул или не покончат с жизнью?».
Почему церковные пастыри с тем же пылом не запрещают католикам служить в армии, как запрещают своим прихожанкам делать аборты?
Администрация Джорджа Буша предложила больше защищать труд тех врачей и других работников здравоохранения, которые отказываются от проведения абортов по религиозным или моральным причинам. Как сторонники, так и критики этого положения утверждают, что новые правила достаточно широки, чтобы позволить фармацевтам, врачам, медсестрам и другим отказаться от продажи противозачаточных таблеток, срочных контрацептивов под названием «План B» и других средств контрацепции, явно разрешая служащим отказывать в информации о подобных услугах, а пациентам – в рекомендациях обратиться в другое место. Министр здравоохранения и социальных служб США Майк Ливитт (Mike Leavitt) сказал: «Людей нельзя вынуждать говорить или делать то, что они считают аморальным. Сотрудников сферы здравоохранения нельзя заставлять оказывать услуги, которые противоречат их верованию»3.
Поделиться книгой: