Система нервная

Сергей приблизился к койке и медленно присел на её край. Николай весь напрягся, готовый в любой момент подпрыгнуть вертикально вверх, как блоха. Околожопные ночные беседы – это было совсем чересчур. Прибавим сюда коньячные шумы, абсолютную темень в комнате и голый, блядь, голый торс Сергея, белевший в метре от Колянова тела.

- Давайте, сейчас я вам сделаю, а завтра придёте на третий сеанс, - назидательно сказал гость тоном, не терпящим возражений.

Прогульщик начал позорно натягивать простыню на голову, словно ребёнок, прячущийся от мамы с зелёнкой.

- Давайте, давайте, - по-деловому гнул своё Сергей, протягивая к Коляну свою магическую длань. – Пойду за презервативом. У вас есть смазка?

- Что-о? – тот дернулся от руки, чуть не свалившись с кровати.

- Тише, расшибётесь ведь, - покачал головой лекарь. – Просто перчаток у меня нет, а пожарный презерватив всегда в кошельке. Только вот смазки нет, - и он удалился в коридор, видимо, за резиновым изделием.

Колян всерьёз подумал запереться в комнате, придвинув к двери шкаф. Этот борзый Сергей пёр как Терминатор, не оставляя жертве путей к отступлению. Если сейчас он заистерит, отказываясь от процедуры, то будет выглядеть жалким придурком. Или нет?

- Я в ванной смазку нашёл, - обрадовал Сергей с порога. – Вот, полотенце принёс, положите рядом с собой.

- Сергей, мы оба устали, на дворе ночь, давайте, всё-таки…

- Да это дело трёх минут. Давайте, - он потянул с Коляна простыню, залезая на кровать коленями. – На бочок, вот так… Коленки к груди… Вот, молодец!

Самсонов костерил себя последними словами, понимая, что вовсе не боязнь показаться придурком, а кое-что другое не даёт ему выгнать Сергея из своей постели. Ассоциация была чёткая: Сергей – удовольствие. Тело бескомпромиссно заявило: «Хочу!» Это именно оно услужливо прогибалось и укладывалось в трепетном ожидании, всё оно, похотливое тело – голову тут уже давно никто не слушал.

Сергей без предупреждения положил руку ему на ягодицы. Сейчас кисть была голой, без перчатки, и это трудно было игнорировать. И вот: темень, кровать, тишина и Сергей за спиной, поглаживающий пальцем в скользком презервативе между Коляновых булок. Анус томно сжался, вспоминая запретное сумасшедшее удовольствие и послушно расслабился. Самсонов вжался лицом в подушку, разрываясь между восторженным предвкушением и ощущением, что он шагает в пропасть. Эта тишина и темнота – это всё никак не клеилось с медицинской процедурой, ну никак! Что они делали на его кровати сейчас? Зачем это молодому медбрату? Мысли ураганом пронеслись сквозь уплывающее сознание, и вперёд вышла голая физиология…

Сфинктер с вожделением открылся навстречу проворному пальцу, впуская и обхватывая его, как любимого друга. Сергей не снимал руки с Колянова бедра, вроде как удерживая. Хотя тот чувствовал, что парень слегка сжимает его кожу, пощипывает, массирует. Сергей толкал в него свой палец неторопливо, давая привыкнуть, раззадоривая. Промазав и размассировав стенки, он так глубоко вошёл внутрь, что Колян, сгорая от стыда, почуял, как чужая ладонь коснулась его мошонки. Сначала как бы случайно, а потом уже довольно сильно надавливая. Он сжал поплотнее согнутые ноги, понимая, что это не остановит эрекцию. Член наливался кровью, подёргиваясь от толчков внутри заднего прохода. Самсонов замычал в подушку.

- Да-а, - прошептал Сергей, и у Коляна зашевелились волосы на затылке. Что он сказал?..

Парень двигался медленно, нарочито медленно. Он мягко обхватил верхнее колено "клиента" свободной рукой и потянул на себя, заставляя перекатиться на спину. Коляна прошивало по позвоночнику от задницы до шеи, и он не сразу заметил, что лежит на спине с согнутыми в коленях ногами, между которых маячил полуголый гость. Он вытаращил глаза, болезненное осознание ситуации накрывало, словно тонкой шалью: они занимаются сексом. Это секс! Он, Колян, занимается сексом с другим мужчиной на своей кровати. Сергей же не останавливался ни на секунду, вырисовывая в его заднице какие-то причудливые узоры. Когда он опустил свою тёплую ладонь на стоящий колом член Коляна, тот понял, что этот ушлый массажист всё видит и знает. Знает, что Николай не будет сопротивляться, момент для этого давно прошёл. Теперь он лежал с раздвинутыми ногами, глубоко дыша, сжимая в кулаки сбившуюся простыню, и полностью зависел от своего чудо-доктора. Сергей без стеснения сжал в ладони его яйца, вырывая из него стон.

- Вот так, - прошептал прекрасный развратник.

Сергей уже не играл в доктора. Он гладил и дрочил Коляну член, и тот непроизвольно то раздвигал ноги пошире, приподнимая бёдра, то судорожно сводил коленки, упираясь ими в сидящего между ног провокатора. Ниже пояса всё было словно в огне. Там всё искрилось и пылало, взрывалось и простреливало. Колян бы сейчас не ответил сколько будет дважды два – все мозги стекли в пах, где балом правил Сергей, желая довести его не только до оргазма, но и, видимо, до инфаркта. Что же это за наваждение? Это же мужчина, блядь, мужчина! Как же с ним может быть так хорошо? О-о, как же хорошо-о!.. Колян низко застонал, зажмурившись, замерев в последних секундах перед взрывом, но Сергей вдруг вытащил палец и отпустил его член.

- Ы-ы-ы… - возразил Колян, напрягая пресс. Сердце ухало в груди, не понимая, что происходит – то ли помираем, то ли кончаем.

Сергей поколдовал над презервативом на пальце и снова вернулся к своей миссии. Чувствуя, что давление и натяжение стало сильнее, Колян зажался.

- Это всего лишь два пальца, не бойся, - Сергей снова схватился за рычаг управления Коляном и, сильно сжимая, начал двигать вверх-вниз.

Ощущения стали острее. Самые невыносимо-охуительные были на растягивающемся входе и на набухшей от возбуждения простате. Даже в мокрых порноснах Колян не испытывал такого чистого, острого кайфа. Все нервные окончания голосили только о бесконечном, всепоглощающем удовольствии. Колян не чувствовал ничего, кроме бушующего урагана у себя между ног. Его начало выкручивать, как в припадке. Он не заметил, как упёрся сведённой судорогой ногой Сергею в грудь, как прикусил край подушки и вцепился пальцами в изголовье кровати. Оргазм летел на него, как разогнавшийся локомотив, гремя колёсами и издавая оглушительные гудки. Этот парень… Коляну казалось, что сейчас он готов отдать за Сергея жизнь!

- Серёжа-а-а, - проорал он, сгибаясь пополам, достреливая струёй спермы чуть ли не до потолка.

Оргазм бил его, выдёргивая мышцы и нервы. Самсонов упал на подушку, пытаясь не скончаться на месте. Ему стало реально страшно от того, что с ним происходит. От такого напряжения даже затошнило и закружилась голова. Он проваливался в темноту, терял сознание.

- …рядке? Коля! – Сергей мягко шлёпал его по щекам. – Ты в порядке?

Тот приоткрыл глаза и улыбнулся. Вернее, он думал, что улыбнулся, а с виду его довольно стрёмно перекосило. Сергей ухмыльнулся, продолжая вытирать его пузо и бёдра полотенцем.

- Спи, - прошептал ответственный медбрат, слезая с хозяйской койки, и вышел из комнаты.

Колян хотел остановить его, позвать. Хотел, чтобы тот остался и лёг рядом. Но сил хватило только на то, чтобы вяло проводить парня глазами. Дальше - пустота.

Глава III 

Колян проснулся от того, что хлопнула входная дверь. Он открыл глаза, пытаясь понять, сколько сейчас времени. Было светло, но для июня это ничего не значило – в шесть утра солнце уже фигачило вовсю. Наручные часы показали полвосьмого. Самсонов потянулся и взвыл от неожиданной боли – казалось, болело всё. Ноги, руки, пресс, даже кисти рук ныли, как после соревнований по художественной гимнастике. Освежая в памяти причину этих болей, он накрыл голову подушкой и заорал. Теперь он понимал ужас людей, очнувшихся измазанными в чужой крови с ножом в руке. Необратимость. Катастрофа. Кряхтя и попискивая, Колян поплёлся в ванну, чувствуя, как засохшая размазанная сперма стянула кожу на животе и бёдрах. Причитания его оборвались на кухне, когда он обнаружил записку на столе:

«Николай, если у Вас сегодня днём не получится прийти на процедуру, сбросьте мне смс - я буду в вашем районе около десяти вечера, зайду. Спасибо за ночлег».

Ниже следовал номер телефона. О, как! Ночью перешёл на «ты», а теперь он вдруг «Николай с процедурой». Колян обернулся и раздражённо процедил своей заднице через плечо:

- Ну, что, шалава, радуйся! Похоже, тебя пригласили на свидание.

У Самсонова была масса вопросов и ни одного ответа. Первый вопрос: какого органа это надо Сергею? Сначала на ум пришли варианты, которые попадали под разные статьи уголовного кодекса РФ. Мошенник, насильник, квартирный вор, проститут… Пока что мимо – денег не просил, морду не бил, золотые ложки не вынес. Далее шло: извращенец. «А сам-то кто?» - уточнил голос рассудка. Да, возразить нечего. Может… Во, точно! Как ему раньше такое в голову не пришло? Просто Сергей не знал, как отблагодарить пациента за гостеприимство и помог с его медицинской проблемой. Фу-у-ух, ну, конечно же! Бедный парень же не виноват, что у Коляна простатит, а не какой-нибудь ревматизм. Он-то медик, для него болезнь – она и есть болезнь. «Ну-ну, - вставил свои три копейки гнусный рассудок. – А дрочил он тебе тоже из соображений терапии?». Блядь. А ведь так хорошо всё выстраивалось.

В офисе Колян загрузил себя работой по самые уши. Кому-то звонил, чего-то печатал, куда-то бегал: в общем, делал всё, чтобы «закрутиться» и пропустить время похода в поликлинику на процедуру.

- Николай, вы сегодня такой энергичный, - пробасила Светочка Горская из бухгалтерии, когда он, создавая вихревые потоки в коридоре, нёсся с пачкой документов в отдел продаж.

Несмотря на суету, которую он развёл на своём рабочем месте, он ни на минуту не мог забыть о предстоящем вечере. Надо было что-то решать насчёт Сергея. Мысль о том, чтобы пригласить парня домой сегодня вечером напугала до вспотевших ладоней. Возбуждала, манила, но пугала всё-таки больше. Самым разумным было отступить. Забыть. Ведь Самсонов никогда не был авантюристом, идущим на поводу у своих страстей. Он не понимает мотивов Сергея, и явно не может ему сопротивляться. Как только Сергей к нему приближается, он тут же падает на спину и делает всё, что тот ему говорит. Опасно. Колян принял решение «заканчивать этот бардак», выключил компьютер и пошёл домой.

***

Первым, кто отреагировал на звонок в дверь в первом часу ночи, была Колянова задница. Паскудница буквально выдернула его из кровати и потащила мужчину в коридор, радостно виляя. Ещё не посмотрев в глазок, Самсонов уже знал – это пришла его погибель. Красивый и улыбающийся Сергей стоял за дверью почему-то весь мокрый.

- Упал в фонтан, представляете? – парень пожал плечами, дивясь на судьбу-злодейку и прошлёпал босыми ногами в коридор квартиры. Мокрые туфли он держал в руках. – Вы же не пришли сегодня, звонили, наверное, а у меня телефон того, накрылся. Я думаю: дай зайду, пока вы не спите…

От Сергея шёл лёгкий запах алкоголя, глаза горели, на щеках играли ямочки. То, что хозяин стоял в одних трусах, а в квартире не горел свет, очевидно, не смутило гостя.

- Ой, можно я вашей ванной воспользуюсь? Задрог что-то! – не дожидаясь разрешения, Сергей прошёл в ванную, продолжая громко жаловаться. - Друзья – идиоты, толкнули в фонтан, а мне ещё домой идти. У вас машинка с сушилкой?

Сбитый с толку таким напором, Колян, что-то невразумительно мыча, показал гуляке, как включить машинку и шмыгнул в комнату, прикрыть наготу. Пока шарил по креслу в поисках своих штанов, собирался с духом. Надо было следовать принятому накануне решению и не пускать больше Сергея в свою постель. В ванной зашипел душ, загудела машинка. Да! Когда он выйдет, Колян может позволить ему остаться, но в свою комнату он его не пустит. Самсонов напряжённо опустился в кресло, прислушиваясь к звукам в ванной. Прокручивая в голове этот неожиданный визит, Колян поражался настойчивости медбрата. Надо же, всё равно припёрся! Даже если у него накрылся телефон, почему он был так уверен, что Самсонов ему звонил? Поразительная бесцеремонность...

В борьбе за свою задницу Николай упирался до последнего. Он сам предложил Сергею остаться, подчеркнув, однако, что не звонил ему сегодня вечером.

- Я пока решил прервать лечение, у меня изменились планы, - путано отбрехался Колян и, пожелав удивлённому гостю спокойной ночи, сдрызнул в свою комнату, плотно прикрыв дверь.

Фух, отбился! "Ополченец" быстро разделся и улёгся в кровать, натянув простыню по самую челюсть. Блядская задница, конечно, была совсем не довольна происходящим, но из двух зол Колян выбрал наименьшее. Его всё-таки очень пугала настырность Сергея и их откровенный петтинг. Достаточно только вспомнить томный шёпот парня вчера ночью и истеричный вопль Коляна «Серёжа-а-а», когда он фонтанировал спермой в умелых руках, – и становилось ясно, что ещё одна такая «процедура» - и дело закончится ёблей. С другой стороны, Колян вообще не помнил, чтобы ему было когда-нибудь так же хорошо. Член шевельнулся, ностальгируя о вчерашнем, и это окончательно убедило испуганного Коляна, что эти окологейские игры надо прекращать, пока он не наломал дров. Поворочавшись минут двадцать, он наконец уснул.

…Тёплые подушечки пальцев пробежались по его спине, разгоняя по коже мурашки. Колян закруглил лопатки, подставляя то одну, то другую. Вот бы каждую ночь снились такие приятные сны! На смену пальцам пришли мягкие губы, покрывающие спину лёгкими поцелуями. Всё тело наполнилось маленькими пузырьками удовольствия, расслабляя каждую мышцу. Влажные губы поднялись вверх по позвоночнику и начали прихватывать кожу на шее, за ушами, вдоль подбородка. Колян подставлялся под ласку, постанывая. Тело отзывалось пульсацией в паху, в сосках, в заднем проходе. Стесняться было некого, ведь это сон. Самсонов был готов, он весь исходил похотью, он был полностью открыт. Ловкие пальцы защемили соски, и от этой болезненной ласки от сосков прошли молнии прямо к мошонке. Ладонь огладила его грудь, затем спустилась ниже, прижала стоящий член к животу, поглаживая его снизу, там, где под головкой выпирает очень чувствительная уздечка. Колян дёрнулся от слишком грубого прикосновения к такому нежному месту. В голове начало проясняться. Он приоткрыл глаза и увидел прямоугольник окна. Самсонов был в своей комнате, на своей кровати, но он был не один. В животе похолодело и разом перехватило дыхание. Двигающиеся по его телу руки замерли, но не исчезли. Он втянул носом воздух, улавливая запах своего ночного гостя. Сергей обнимал его сзади и, судя по ощущениям, был полностью обнажён. Самсонов впал в ступор, не понимая, что ему делать. Он застрял между страхом и похотью, парализованный чужой волей. С секунду подождав протестов и так их и не дождавшись, Сергей огладил его ягодицы. Колян выдохнул и закрыл глаза, принимая своё поражение. Сил хватило только на то, чтобы жалобно проскулить:

- Пожалуйста, не надо…

- Тс-с-с, ничего не бойся, - прошептал Сергей, проходясь пальцем по расслабленному анусу своего недисциплинированного пациента.

Самсонов судорожно сглотнул. Что тот с ним сделает? Ведь это, фактически, принуждение. Почему он прицепился к натуральному, как стопроцентный хлопок, пациенту? Колян ведь никогда не давал ему повода! Не то чтобы он боялся Сергея, но в постели не мог дать отпор наглецу. Складывалось ощущение, что Сергей знает что-то такое, что до Самсонова никак не доходило. Будто у медбрата был чёткий план, а Колян был не тем человеком, чтобы помешать его реализации.

Он молча позволил перекатить себя на живот и развести ноги в стороны. Сергей мял его тело, не сдерживаясь и не стесняясь. Он хозяйничал в Коляновой постели, как недавно - в прихожей. Ещё при появлении мокрого ухмыляющегося гостя на пороге Самсонова накануне, стало понятно, что его, Коляново, падение – это дело времени. В тишине ночной квартиры был слышен каждый шорох: рваный вздох, скрип кровати под ними, шуршание фольги и самый позорный звук – чавкающий, когда смазанный палец начал вкручиваться в узкую щель между ягодиц. Сергей больше не пытался сделать вид, что всё это часть терапии - на пальце не было резинки. Он бестрепетно таранил пальцем задницу притихшего "пациента", постанывая, заводясь от собственных действий. Потянув Коляна вверх и назад, он уложил того животом на согнутые в коленях ноги. Николай чувствовал свой торчащий, истекающий член в ложбинке между своими же бёдрами и потирался об него животом. В кишке уже крутились и дёргались два пальца, рассылая вибрацию до самой диафрагмы. Он приподнял туловище, пытаясь добраться руками до своего хера, но ноги разъехались, и он очень правдоподобно изобразил лягушку. Пока Колян пытался собрать себя в кучу, в его растянутую задницу вошёл член. Вот так, без единого слова, без предупреждения, без моральной подготовки - Сергей просто вогнал в затрепыхавшегося Самсонова свой горячий хер.

- А-а-а-а, - низко протянул тот, хватаясь руками за подушку, пытаясь уползти, но Сергей, заранее предвидя такой манёвр, удержал Коляна за плечо.

Член внутри распирал, тянул, давил, наполнял и, одновременно, заставлял полностью расслабиться. Сердце сбивалось с ритма, Коляну было очень страшно и вместе с тем охуительно хорошо. Сергей будто взял идеальный аккорд, нажал на все нужные клавиши, и в его ушах разлилась прекрасная музыка.

- Блядь, я убью тебя… - прохрипел Самсонов и начал двигать своими бёдрами взад-вперёд, заставляя чужой член скользить внутри себя. – Су-у-ука, я убью тебя…

Сергей не двигался, фактически он вошёл по самое основание и замер, позволяя партнёру принять удобное для себя положение, только придерживая за плечо, чтобы тот не утёк. «Вот и всё, - подумал Колян, продолжая крутить задницей. – Я пидор. Петух».

Он отупел, как кот под валерьянкой, превратился в похотливый комок нервных окончаний. Безвольное тело жаждало только стимуляции всех своих рецепторов. Сергей начал сам толкаться бёдрами, замирая после каждого толчка. То ли кайф ловил, медленно и глубоко натягивая поверженного, то ли прислушивался к чужой реакции. Самсонов ритмично крякал в подушку каждый раз, когда член проталкивался в его утробу, словно стараясь пригвоздить его к кровати. Пуская слюни на наволочку, Колян зажмурился, чувствуя, как от затылка вниз по шее и лопаткам проходит покалывающая волна.

- Хочешь быстрее? – шёпотом спросил Сергей, наклонившись и обняв его двумя руками, словно ребёнок плюшевого мишку.

Тот задёргал головой в знак согласия и натужно замычал. Задница пульсировала и сжималась, как неразумная ебливая амёба, ей всё было мало. Сергей не разочаровал её, войдя в темп сумасшедшего кролика-садиста, вытрахивая из Коляна последние мозги. Он жарил своего послушного пациента так, что койка начала хрустеть ножками. Самсонов орал в подушку, пытаясь держаться одной рукой за спинку кровати, а второй дотянулся себе между ног и, дурея от кайфа, то дрочил свой член, то сжимал яйца. «Да если бы меня раньше так драли, я бы из койки не вылезал!» - подумал он и тут же переспросил себя: - «Что?!! Что ты, блядь, сказал?!» От диалога с собой его отвлёк медицинский работник, выстанывая куда-то между его лопаток:

- Давай, конфетка, кончай! Давай, ну!

Послушный Колян тут же напрягся, перестал дышать, сжал веки до боли в глазных яблоках и взорвался изнутри. Его разорвало на миллион кусков, ноги резко выпрямились и он, соскочив задницей с Серёгиного члена, воткнулся макушкой в спинку кровати. Сквозь звон в ушах он услышал взволнованный голос "насильника":

- Ой! Коля! Ты как? Ты в порядке?..

«Ах, теперь я «Коля» и на «ты». Смотри-ка…» - глумливо подумал Самсонов, прежде чем отрубиться, заваливаясь набок в неудобной, скрюченной позе.

Глава IV

Ещё не открывая глаз, Колян втянул носом волшебный запах, разносившийся по его квартире. Блинчики! Из кухни слышалось шипение, шкворчание и звон чугунной сковородки. Аккуратно поднимаясь с кровати, Самсонов прислушался к своему телу. Ну, как… Ощущение, будто накануне ночью он взял золото по ёбле. Потянулся, осмотрел себя, потрогал пальцем сморщенную дырочку между булками – всё на привычных местах. Колян натянул трусы и воровато выглянул в коридор.

Сергей крутился возле плиты, одетый в высохшие джинсы и футболку. Рядом с пылающей конфоркой стояла тарелка с небольшим столбиком блестящих от масла блинчиков. Самсонов сглотнул голодную слюну. Хозяйственный гость обернулся, почувствовав на себе чужой взгляд, и засиял на Коляна своими сапфировыми очами, улыбаясь, как отцу родному.

- Чай, кофе? – услужливо выкрикнул Сергей, продолжая колдовать над горячей сковородкой.

- Кофе, - ответил смущённый хозяин и порысил в ванную.

Стоя под тёплым душем, он лихорадочно соображал, что теперь делать с Сергеем. Как с ним общаться, что говорить, как себя вести? Может, поторчать в ванной подольше, и тот уйдёт? Надо же ему на работу, там, или ещё куда… Нет. Хватит уже прятаться. Тем более, если Сергей захочет, он его вытащит хоть из-под земли, в этом почему-то сомнений уже не было. Да и пора выяснить, что за херня происходит в последние дни! Что это за ночные визиты к пациентам, в конце концов?

Решившись, он вышел на кухню, надев Валуев-фейс. Медик сидел за накрытым столом, с перекинутым через плечо кухонным полотенцем и смотрел новости по телеку. Глянув на Коляна, он наклонил голову к плечу и заулыбался, умиляясь.

- Ну, что такие суровые с утра пораньше? Садись, ешь, пока горячее.

Самсонов послушно сел и потянулся за вилкой, нетерпеливо следя, как Сергей кладёт ему на тарелку блинчик, вываливая ложку сметаны на край тарелки. Узрев еду, Колян, как всякий суровый мужик, позабыл про все свои претензии к извращенцу.

- Тебе во сколько на работу? Вот, с вареньем ешь, если любишь, я у тебя в шкафу нашёл, - и он услужливо подвинул Коляну банку варенья с чистой ложкой.

- К дешьти, в девет выхыдить, - ответил тот, запихивая в рот вкуснейший блинчик практически целиком.

Сергей улыбнулся и скользнул взглядом по мигавшему экрану телевизора, в котором появилось лицо первого чернокожего президента далекой страны.

- Санкции опять ввели против нас, - посокрушался медбрат. – Неугомонные какие-то. Как дети, честное слово.

- Ды пышли они! – возмутился жующий Самсонов, соглашаясь с гостем.

В общем, обошлось без выяснения отношений. Сергей удачно симулировал светскую заботливую герцогиню-мать, даже пару раз невинно погладил Коляна по плечу и голове. Быстро допив свой кофе, он поспешил на улицу, сказав, что ему надо ещё переодеться перед работой. Пробегая мимо жующего за столом хозяина, он неожиданно, как бы между делом, чмокнул того в макушку. Самсонов замер с вилкой в руке и так и сидел неподвижно, пока не хлопнула входная дверь. Да что же это делается-то, люди добрые? Полечился, блядь!

***

Даже Светочка Горская заметила, какой понурый, можно сказать, похоронный вид был сегодня у Николая Самсонова. Страдалец сводил брови, глядя в окно, переспрашивал по нескольку раз, когда его просили что-то сделать, сломал принтер, нажимая не на те кнопки, благо там не было функции самоуничтожения. Горестно вздыхая, зашёл в женский туалет вместо мужского и даже скорбно поздоровался там с застывшей секретаршей Юленькой. А повод для прострации у Коляна был, и очень даже серьёзный. В его квартире, с его молчаливого согласия, его невинную задницу распечатал какой-то наглый студент-медик. И даже если забыть этот секс, посчитав его провалом в параллельную действительность, то мирный завтрак со своим постельным дружком сегодня утром был абсолютным индикатором того, что Колян переплывал на другой берег через голубую реку. Если допустить для себя возможность продолжения подобной связи, то вся спокойная Самсоновская жизнь летела в тартарары. Позор перед соседями, родителями, друзьями. Никаких семейных посиделок в окружении детей и внуков. Презрение общества.

- Мама! – вскрикнул падший, испугав коллегу за соседнем столом. Он так накрутил себя, что не успел сообразить, что кричит вслух. – Ой… Извините, я тут… палец прищемил…

Коллега недовольно нахмурилась и вернулась к своим делам. Колян опустил голову, разглядывая серую компьютерную клавиатуру. Нельзя этого допускать! Все эти опасные эксперименты надо прекратить прямо сейчас! Не разговаривать больше с этим дьяволом, не открывать ему дверь, не отвечать на звонки. Стереть его из своей жизни! Да! Мракоборец ударил кулаком по столу, принимая бесповоротное решение. Коллега испуганно взвизгнула и процедила с обидой в голосе:

- Самсонов, что вы то кричите, то гремите? У вас припадок или что?

Вояка извинился, беря себя в руки. Убрал волосы с лица, одёрнул рубашку. Всё, хватит. Глупости закончились. Хватит думать задницей.

***

В стойком решении избежать всего того ужаса, которым пугал себя сегодня весь день, Колян закрыл дверь на все замки и отключил телефон. Причём, даже городской. Разомкнул проводки в дверном звонке, как заправский электрик. Дойдя до паранойи, выключил освещение во всей квартире, будто Сергей может прилететь на свет, как Дракула. Просчитав все ходы изувера, Самсонов вставил в уши затычки, будучи уверенным, что Сергей будет биться в его дверь, когда поймёт, что звонок не работает. Постреляв глазами в окно, раздумывая, хватит ли Сергею мозгов попробовать забраться к нему на второй этаж, он утомился от своих шпионских страстей и заснул.

…Знакомый запах взбудоражил и заставил тянуться к тёплому телу рядом. Так пахло от Сергея, и Николай это знал. Нежные губы сомкнулись вокруг соска, потягивая его, засасывая внутрь мягкого рта. Полная тишина, темнота, и только эти жадные руки и губы по всему телу. Пусть так, пусть во сне – он не мог их контролировать. Пусть только этот сон продлится подольше. Этот красивый чёрт знал, как заставить его извиваться и дрожать от вожделения. Тёплая ладонь погладила его возбуждённый член, и он тут же раздвинул ноги в ожидании сладкой пытки. Вдруг захотелось посмотреть на Сергея, как он ласкает его член, покусывает соски. Самсонов приоткрыл глаза, не понимая, почему картинка без звука. Уши распирало от затычек, запиханных туда накануне вечером.

Разряд по всей нервной системе! Колян дёрнулся, отпихнул полулежащего на нём голого дьявола и сел на подушку, прижавшись к спинке кровати. Сердце билось в груди подстреленным воробушком, Коляну было по-настоящему, без дураков, страшно.

- Ч-что ты тут?.. К-как?!.

Он смотрел на открывающийся рот Сергея и ничего не слышал. Только со второго раза сообразив вытащить беруши, уставился на непрошеного гостя.

- А?!!