Помоги проекту - поделись книгой:
- Ну, хорошо.
- В десять часов утра.
- Это слишком рано! Я не могу так!
- В Дипгородке мы должны быть к вечеру. Там нас встретит военный комиссар Торакайской бойни, которому я отправила письмо. Будем надеяться, - вздохнула перфекта, - что он окажется приличным человеком, не то, что...
И вновь Гиркас взвился на дыбы:
- Не то, что я? - чуть ли не закричал он. - Вы хотели сказать: не то, что я?!
- Да, - ответила Седьмая. - Я хотела сказать: не то, что вы. Раз мы с вами отправляемся в опасное путешествие, давайте будем друг с другом честны. Вы - совсем не тот человек, которого я хотела бы видеть на своей стороне. Вы неряшливы, истеричны, невежественны и грубы. Когда я увидела вас впервые, я подумала, что вы - конгар. Тем не менее, вы вполне можете сыграть свою роль. Ничего страшного, что вы не знаете, кто такой Дун Сотелейнен и что он должен делать. Большая Одиссеева книга говорит, что и сами конгары затрудняются сказать, кто это и какова его роль. Говорит она, правда, и о том, что любой, кто пытается выяснить у конгаров правду о Дун Сотелейнене, сам Дун Сотелейненом являться не может - поэтому держите язык за зубами, хорошо?
- Договорились, - мрачно сказал Гиркас. Запрет чесать языком пришёлся ему не по вкусу. Недаром он звался Гиркасом, что буквально в переводе с конгарского значит "большой рот". Трепло, если по- простому.
- Далее, - продолжила перфекта. - Во время путешествия я требую, чтобы вы:
Всё остальное за вас сделает ваша должность. Вы поняли, Гиркас? Теперь об оплате. Больших денег я вам заплатить не смогу, предупреждаю сразу. Десять тысяч драхм вас устроит?
- Двадцать, - сказал Гиркас.
- Пять.
- Ну, хотя бы пятнадцать?
- Три. Помните, Дун Сотелейнен обязан работать бесплатно!
- Дайте мне хотя бы пять, вы же предлагали!
- Договорились, - перфекта вновь улыбнулась, на этот раз - устало. Глядя на её бесконечно красивое лицо, Гиркас вдруг отчетливо понял, какого напряжения стоил ей этот разговор. А ведь впереди её ждут конгары, ужасные, отвратительные, грубые конгары! И всё- таки, какая у неё грудь...
- Хорошо, - сказала перфекта, - я рада, что мы пришли к соглашению. Перед тем, как я уйду, могу я попросить вас о маленьком одолжении?
- Конечно, - встрепенулся Гиркас. - Что угодно!
- Дайте лист бумаги.
Гиркас обшарил все ящики стола, заглянул в шкаф и, наконец, не выдержав, крикнул:
- Конкас! Конкас, где ты, чёрт бы тебя побрал?
- Здесь, - раздался из прихожей голос Конкаса, сиплый после сна. - Чего тебе?
- Где бумага?
- Там!
Следуя этому сомнительному указанию, Гиркас пошарил на подоконнике и извлёк из- под горшка с геранью серую четвертушку бумаги.
- Я хочу написать вам записку, - сказала перфекта. - А то вдруг после моего ухода вы вновь спрячетесь в шкаф... Не подсматривайте, не надо. Вот, готово. А теперь - до встречи, жду вас на вокзале в десять утра. Постарайтесь не опоздать, пожалуйста.
Проводив перфекту, Гиркас некоторое время стоял в коридоре. Зеркало по- прежнему показывало не цивилизованного землянина в расцвете сил, а конгара, побитого жизнью.
- Ну- ка, посмотрим, - сказал Гиркас и развернул записку. Вот что там было написано:
- Ах, ты, чёртова баба! - сказал Гиркас и прибавил ещё пару слов, к счастью для наших ушей - по- конгарски.
Глава вторая, она же третья и четвертая
Сельди в бочке, или экскурс в историю
Сказано уже немало, и немало, должно быть, скопилось у вас вопросов. Что это за планета такая - Тразиллан, и как на ней очутились люди? Что за кантоны - Новая Троя, Арк, и другие? Кто такие конгары и этот Дун Сотелейнен?
Честно говоря, я рад бы не вдаваться в объяснения; мне и самому хочется рассказать эту историю как можно скорее, так, чтобы читатель не успел задремать со скуки. Но, увы, не могу: слишком много в ней имён и событий, которые, не освети я их должным образом, оставят вас в недоумении: что это? зачем? Так что интригу я вынужден принести в жертву ясности, и, прежде чем продолжить рассказ, обязан очертить время и место действия. Да поможет мне Бог, ибо сделать это непросто.
Передо мной Большая Одиссеева книга - единственная энциклопедия, содержащая полную историю Тразиллана, его прошлое, настоящее, и даже будущее. Состоит она из слухов, дошедших от третьих лиц, недобросовестных исторических исследований, мифов, сказок, сплетен, вырезок из бульварных газет и просто из побасёнок, какие можно услышать везде - в общественном транспорте или в приёмной у врача.
Более того, говорят, что человек, у которого хватило терпения собрать воедино эту кучу хлама, ни разу в жизни не выходил из дома, а единственным лицом, имевшим, согласно вердикту врача, право заходить к нему в комнату, была его бедная старая мама.
Так или иначе, но это единственный труд подобного масштаба, и все, что я знаю о Земле, которую покинули наши предки, и о старых добрых днях человечества - всё оттуда. Наверное, оно и к лучшему: более научные книги полны ненужной статистики, менее научные - всяческих ужасов, вроде пришельцев, преследующих полуобнажённых блондинок, а в Большой Одиссеевой книге всего этого понемногу, так что ни одно, ни другое не бросается в глаза.
Ну, так что же - начнём, пожалуй?
Человека, благодаря которому мы, люди, утратившие надежду на Земле, обрели второй шанс на Тразиллане, звали Джон Дж. Барсум. Родная наша планета к моменту его рождения (на дворе - мрачный 2155- й год) являла собой крохотный закопчённый шарик, на котором в ужасающей тесноте ютились двести миллиардов человек.
Сведения, которыми мы располагаем о Барсуме, скудны и ненадёжны. Мы ничего не знаем ни о кулинарных пристрастиях этого выдающегося человека, ни о его сексуальной ориентации. Зато - и это греет душу - нам известно, что миллиардером, звездой экрана и любимцем публики его сделал обычный человеческий рот.
Большая Одиссеева книга категорична: если бы в ходе развития человек сумел сочетать телепатическое общение с питанием посредством фотосинтеза (что сделало бы ротовое отверстие ненужным), Барсум так и остался бы неудачником, которыми полна Великая Сеть. Эволюция, однако, решила иначе, и в 2174 году мир потряс анимационный ролик за авторством Барсума, озаглавленный "Шестьдесят девять способов применения рта". Количество полезных вещей, для которых в этом ролике оказался пригоден рот, втрое превысило достигнутый десятилетием ранее результат, зафиксированный в Книге рекордов Гиннесса.
Два года спустя рекорд был доведён до семидесяти трёх, после чего на дальнейших попытках увеличить это количество был поставлен жирный крест: они вели если не к смерти, то к тяжёлым увечьям. Что же касается ролика Барсума, его выкупила ведущая телекомпания мира, и в течение следующих пяти лет транслировала по всем каналам в высоком разрешении и с профессиональной озвучкой.
Семь лет спустя, в эпоху очередной потребительской вакханалии, Барсум, уже в качестве единоличного собственника основанной им "Глобал Индастриз" (девиз компании - "Если вы желаете попробовать на вкус Эверест, наше дело - сделать его съедобным"), выпустил в свет новый хит, известный как "атомная электростанция у вас во рту".
Действительно, всего за двести тридцать девять долларов любой желающий мог установить себе в качестве пломбы миниатюрный термоядерный реактор, мощности которого хватало на поддержание работы портативного радио, мобильного телефона или детской железной дороги. Единственным недостатком изобретения (помимо того, что чистить зубы приходилось по шестнадцать раз на дню) была необходимость постоянно держать рот открытым: закрыв рот, человек нередко перекусывал провод, связывающий реактор с подпитываемым устройством, а замена провода обходилась вдвое дороже самого реактора.
В юмористических журналах того времени не было недостатках в карикатурах, высмеивавших этот невинный, в сущности, недочёт. Самой популярной была картинка с нетерпеливым клерком, вынужденным молча терпеть разнос от начальника - оттого, что, заряжая ноутбук, клерк банально не мог закрыть рта. Автор скетча удостоился Пулитцеровской премии, а Джон Дж. заработал ещё один миллиард, десять процентов от которого вошли в фонд помощи пострадавшим от коллапса реактора. В архивах фонда на 2181 год значится сорок тысяч четыре человека, у которых недостаток гигиены полости рта, и, как следствие, засорение реактора, привели к образованию внутри зуба миниатюрной чёрной дыры диаметром около миллиметра.
Не меньший успех у потребителей снискал и другой продукт "Глобал Индастриз" - пророческая зубная паста, для которой Барсум лично придумал слоганы "Вы увидите свои зубы чистыми раньше, чем их коснётся щётка" и "Будущее смотрит на вас из зеркала в ванной".
Благодаря содержащимся в пасте микроскопическим кристалликам пифиака, дельфиазина и хлорпрофетанола ежедневное умывание утром и вечером превращалось в визит к гадалке. Хотя количество этих веществ не позволяло заглянуть в отдалённое будущее - когда солнце погаснет, а галактики обледенеют, - их было достаточно, чтобы узнать, счастливым ли будет брак, заключённый на небесах, и не пойдёт ли дождь во время игры "Ковбоев" и "Янки".
После триумфального шествия пасты по миру (Большая Одиссева книга уточняет, что в Мзамби (Северная Африка) в её честь был установлен памятник из слоновой кости высотой четыреста локтей), она, однако, была снята с производства в связи с неожиданным побочным эффектом. Стоило пасте полежать на жаре час- другой, как вместо будущего люди, чистившие ей зубы, начинали предсказывать прошлое, и не только недавнее - вчера и позавчера (по крайней мере, это более- менее логично), но и такое, свидетелями которого они быть никак не могли, хотя бы потому, что ещё не появились на свет.
При этом они неожиданно для себя вспоминали то, о чём и знать- то на свете никому не полагалось: данные под грифом "совершенно секретно", тайные военные операции и бесчеловечные научные эксперименты, словом, всё то, что правящие верхи годами скрывали от любопытных глаз.
Да, в те дни не один политик с безупречной репутацией загремел в больницу с сердечным приступом: одно дело, когда редакции газет ломятся от сообщений о готовящемся покушении на Джона Кеннеди (даром, что на дворе стоит 2180- й год, и он давно покоится в могиле), и совсем другое, когда в прессу просачивается запоздалое пророчество о конце света 2027 года, который Мировому правительству тогда едва- едва удалось замаскировать под грандиозный рок- концерт.
К слову о Джоне Кеннеди. По данным, приводящимся в Большой Одиссеевой книге, на момент отлёта ковчега он по- прежнему занимал первое место в списке величайших президентов США. Занимает он это место и сейчас, хотя история Земли знавала таких ребят, как Эдвард Куорлз, остановивший усилием воли глобальное потепление, и Фредерик Джордж Кармайкл - тот самый холостяк, что вывел американский доллар в космос, где он встал наравне с такими непоколебимыми валютами, как тларклартанский дзенго и румилианский бумар.
Нам неизвестно, когда именно Барсум впервые задумался о создании собственного ковчега - той самой "Бочки", на борту которой наши предки прибыли на Тразиллан. Некоторые ключи к этой загадке содержит единственная сохранившаяся запись приёма у психотерапевта, которого Барсум посещал с 2181 по 2183 год.
Существованием этой записи мы обязаны тому, что специалист, работавший с Барсумом, был одновременно правительственным агентом; впрочем, это отнюдь не исключает того, что он искренне сочувствовал Джону Дж. и желал ему помочь. Увы и ах, но зачастую единственным человеком, перед которым можно выговориться как следует (то есть рассказать даже то, что не пожелают выслушать лучший друг, любовница и жена), является шпик, и то лишь потому, что такова его работа: записывать все, что вы скажете.
А Барсуму было что сказать. Не секрет, что великие люди в душе бывают одиноки, и Барсум не был исключением. Врождённая гениальность вкупе с рано свалившимся богатством провели невидимую черту между ним и остальным населением земного шара, и хотя во всех интервью "Геральд Трибьюн" Джон Дж. утверждал, что данное положение дел его вполне устраивает, в действительности всё было совсем не так.
Запись беседы Барсума с психотерапевтом осуществлял андроид модели "Бернард", в память которого были заложены девятьсот двадцать два издания Оксфордского словаря. Этим он выгодно отличался от двух других андроидов, принадлежащих д- ру Симмонсу - те записывали беседы, используя шумерскую клинопись и узелковое письмо, расшифровать которые затруднительно.
Но - к делу.
Поделиться книгой: