Блеск алмазов и коварство

- Крепко Лариса съездила ему по голове, - сказал Егор. - Я пойду, проверю как он там.

Он двинулся прямо к двери, я тут же слегка её прикрыл. Всё остальное произошло быстро. Как только дверь распахнулась, я прыгнул на него и правой всадил ему в скулу. Егор не ожидал нападения и отскочил в сторону, но удержался на ногах. Мгновенно среагировав, он выдернул из кармана пистолет, прежде чем он успел выстрелить, я ударил его по запястью. Пистолет выскочил из руки и отлетел к кровати. Егор выругался и разъярённый бросился на меня. Я успел уклониться от его мощного свинга и врезал ему в солнечное сплетение. Он хрюкнул и согнулся пополам. Я ударил его в подбородок, отчего он пошёл кругом по комнате. В этот момент я увидел, как ко мне летит Пётр, я пытался увернуться от его правого кулака, но не успел и почувствовал мощь удара подобный кувалде на своём плече. Я охнул и чуть не завалился набок, но уходя от повторного удара, вовремя сообразил нырнуть ему под правую руку. Его правый кулак просвистел в сантиметре от моего левого уха, я почувствовал, как волосы у меня встали дыбом. Сконцентрировавшись, я нанёс ему сильнейший удар в живот. Пётр замычал и упал на пол. Шатаясь, он стал подниматься с намерением броситься на меня. Выхода у меня не было, я ударил его в лицо. Он схватился руками за физиономию и завыл. Сквозь пальцы ладоней потекла кровь. Я подпрыгнул и ногой саданул ему по корпусу. Он завалился на пятую точку. В этот момент на меня налетел Егор. Я попытался уклониться, но его кулак взорвался на моей челюсти. Ослепительный сноп искр вспыхнул перед моими глазами, теряя сознание, я провалился в темноту.

На этот раз я очнулся на полу. Я медленно повернул голову. Пётр и Егор сидели за столом на прежнем месте и курили. Моё движение привлекло внимание Петра. Он повернулся ко мне, на его лице сиял большой синяк. Нос был залеплен пластырем. Я притворно прикрыл глаза. Но он вовремя заметил.

- Не пытайся хитрить, - произнёс он своим гортанным голосом. - Для тебя это может плохо закончиться.

Мне пришлось открыть глаза. - Надеюсь, мне можно встать.

- Уже давно пора, - произнёс Пётр. - Надо о нём сообщить шефу.

- Хорошо я схожу к нему, - сказал Егор и поднялся со стула. Он приблизился ко мне, окинул меня свирепым взглядом и медленно двинулся к выходу.

- Куда исчезли Астахов с блондинкой? - спросил я, осторожно прикасаясь пальцами к опухшей челюсти.

- Не тревожься о них, - ответил Пётр. - Беспокойся лучше о себе.

Я уже встал, намереваясь броситься на него. Но он вынул пистолет и направил на меня. По тому, как он его держал, мне стало понятно, что он непременно выстрелит, если я попытаюсь напасть на него.

- И всё-таки я тревожусь о них. Такой уж я человек. Скажи, где они?

- Не задавай лишних вопросов, пока я не заехал тебе вот этим.

Я взглянул на часы. Было без четверти полночь. Значит, я пробыл в клубе почти два часа. Было ясно, что для меня этот вечер может закончиться плохо.

Пётр держал меня под прицелом пистолета и курил. Он настороженно наблюдал за мной, не давая мне ни малейшего шанса застать его врасплох.

Дверь в комнату распахнулась, и вошёл Устин Плетнёв, за которым следовал Егор. Плетнёва я знал в лицо. Его физиономия была расклеена на выборах в прошлом году, когда он баллотировался депутатом в городской Совет. Пистолет в руках Петра мгновенно исчез. Вошедший был невысокого роста худощавый мужчина. Ему было около пятидесяти лет. Вытянутое лицо обрамляла шапка седых волос. Пергаментная кожа обтягивала жёсткие черты лица: высокий лоб, глубоко запавшие синие глаза, орлиный нос, характеризующий честолюбие и тщеславие, рот почти без губ и мощный подбородок. Одет он был в серую с коричневым галстуком рубашку и тёмные брюки. Плетнёв медленно в развалку словно делал одолжение, приблизился ко мне. Я поймал на себе его холодный изучающий взгляд. Он стоял рядом. Я почувствовал исходивший от него запах дорогого одеколона. Первые его слова ошеломили меня.

- Григорий, почему вы не сказали охранникам кто вы? Я приношу вам извинения. Конечно, вы тоже себя вели не надлежащим образом, - строго сказал он. - И тем не менее я вас понимаю. После удара по голове вы были дезориентированы и вместо этой стервы, которая вас ударила, накинулись на моих парней. Ну что ж, такое бывает. Вам немного досталось, да вижу и моим парням тоже. Я полагаю, вы расквитались.

- Я не в претензии, - сказал я и потёр пострадавшую скулу.

Плетнёв ядовито усмехнулся. - У вас не было разрешения на посещение третьего этажа, - произнёс он. - Это мои личные апартаменты.

- Я искал Виктора Астахова. И случайно его увидел, - сказал я. - Хотел задать ему пару вопросов относительно убийства Фёдора Лапина. Слышали, наверное, об этом?

Он утвердительно кивнул. - Сейчас весь город говорит о двойном убийстве, дело которое ведёт полицейское управление. А вы здесь причём?

- Убит мой сотрудник, я хотел выяснить кое-какие детали.

- Ну и как выяснили?

- Не успел.

- Может быть, я чем-то смогу помочь?

- Я хотел поговорить с Астаховым, - произнёс я.

Мне интересно было наблюдать за его непроницаемым лицом.

- Я прогнал его, - сказал Плетнёв. - Он надоел здесь. Мало того, что он задолжал мне крупную сумму, так он ещё устраивает пьянки и дебош.

- Сколько же он вам должен?

- Два миллиона рублей наличными и кое-какие драгоценности, - ответил он.

- Какие ценности, если не секрет?

- Зачем вам это?

- Ну всё-таки скажите?

- К примеру, платиновый портсигар с золотым сердечком, - нехотя произнёс он. - Это вам о чём-то говорит?

- Это как раз один из тех вопросов, которые я хотел ему задать, - сказал я.

- Неужели моя вещица в чём-то замешана?

- В том-то и дело.

- Может быть, вы более детально изложите. В чём именно?

- Попробую, но только наедине.

- Тогда следуйте за мной, - он развернулся на каблуках и пошёл на выход. - А вы тут оставайтесь, - немного повернув голову к охране, проговорил он.

Я двинулся за ним. Прошагав в конец коридора, он открыл крайнюю дверь и исчез в дверном проёме. Я вошёл следом.

Кабинет Плетнёва напоминал рабочий кабинет президента, собственно и фото оного висело на стене. Кабинет был огромный квадратов пятьдесят, с тремя широкими окнами, из которых открывался вид на центральную улицу. В дальнем углу стоял письменный стол, по размерам не уступавший бильярдному столу. На нём стоял компьютер, стационарный телефон и лежали два смартфона. На противоположной стене висел огромный плоский экран. Ещё я заметил несколько кресел и три потускневшие картины, принадлежавшие, вероятней всего, кисти Репина.

Плетнёв опустился в своё рабочее кресло за столом и предложил мне сесть напротив. Он впился в меня немигающим взглядом, и я почувствовал себя так, будто меня поместили в рентгеновский аппарат и теперь стараются пересчитать все мои позвонки на спине.

- Итак, меня интересует платиновый портсигар, - произнёс он. - Вы, кажется, кое-что знаете о нём.

Я ему рассказал все обстоятельства связанные с этим портсигаром.

Он внимательно меня выслушал и спросил: - Значит, портсигар у вас?

- Портсигар лежит в сейфе, который опечатал следователь, - солгал я.

- Вы считаете, что в убийстве вашего сотрудника замешан Астахов.

- Я не исключаю этого.

- Астахов мне сообщил, что в тот вечер его ограбили. Злоумышленники похитили два миллиона наличными и драгоценности, в том числе портсигар. Всё это он собирался вернуть мне. Он вынужден был написать заявление в полицию.

- Скажите, Астахов запомнил тех парней, которые напали на него? - спросил я.

- Он их не видел. Они напали неожиданно. Ударили чем-то тяжёлым по голове, и он отключился.

- Где это произошло?

- Здесь рядом, за углом.

- В это трудно поверить, - изрёк я.

- Во всяком случае, он мне так сообщил.

- И вы ему поверили?

- Верить или не верить - личное дело каждого. Моя вера зависит от разных обстоятельств. Вот сегодня обстоятельства складываются так, что я поверил Астахову, отпустил с миром и дал ему время погасить задолженность. Если бы обстоятельства складывались иначе, то, наверное, я ему не поверил бы, тогда Астахов отсюда не вышел, пока не вернул долг. Вот такая моя философия.

- Странно, - буркнул я. - Но у меня философия другая - опираться на факты. Я сомневаюсь, что такому успешному магнату, а тем более депутату кто-то может в этом городе перейти дорогу.

- Я тоже сомневаюсь, - проронил он.

Я спокойно выдержал его холодный взгляд.

- На территории, которую вы контролируете, посторонние люди, вряд ли посмеют напасть на ваших людей. Астахов принадлежит к вашему кругу лиц. Значит, на него могут напасть только круглые идиоты, либо кто-то из ваших людей, тот, кто знал, что у него с собой кругленькая сумма. Идиотов, или беспредельщиков постреляли в девяностые годы. Весь бизнес и территории уже давно поделили. Остаются ваши люди. Теперь нужно выяснить: кто они? Ответ прост: ваше ближайшее окружение. Как я уже понял у вас железная дисциплина. Никто из ваших людей не посмеет пойти против вас. Из этого следует, Астахова ограбили по вашему приказу. С какой целью? - спросите вы. Наверное, чтобы как можно ближе подтянуть его к себе. Поэтому вы его отпустили. А вот для чего вам это нужно - я ответить затрудняюсь.

Плетнёв неожиданно рассмеялся.

- Да, у вас поистине богатая фантазия, - хохоча, сказал он. - Может быть, вы ещё скажете, что я виновник смерти вашего сотрудника?

- Вполне возможно, - произнёс я. - Хотите, чтобы я провёл логическую цепочку и доказал вашу причастность?

- Нет, не нужно этого делать. Я вам верю, - прослезившись от смеха, проговорил он. - Я не сомневаюсь, что вы обоснуете мою виновность по всем законам логики.

Моё лицо оставалось невозмутимым.

- Итак, мы остановились на том, какую цель вы преследовали, ограбив Астахова? - твёрдо спросил я, пристально разглядывая Плетнёва.

Его улыбка мгновенно слетела с лица.

- Ну ладно, пошутили и хватит, - миролюбиво произнёс он.

- А я не шучу, - мрачно буркнул я. - Совершено убийство, ведётся расследование. Какие здесь могут быть шутки?

- Вы что же серьёзно подозреваете меня? - сквозь зубы процедил он, наливаясь краской.

- Вы правильно поняли.

Наклонившись вперёд, он разглядывал меня теперь уже с близкого расстояния, как смотрят на отвратительную сине-зелёную муху, угодившую в компот.

- Вашего сотрудника я знать не знаю, - закричал он. - Зачем мне его убивать?

- Вот по этому поводу мне хотелось бы лично от вас получить разъяснения, - быстро проговорил я.

- Вы не разбираетесь в людях, - громко сказал он. - Вы полный идиот!

Плетнёв взял со стола телефон и кому-то позвонил: - Зайди.

Дверь через несколько секунд отворилась, и в кабинет вошёл Егор.

- Егор, - сказал Плетнёв, не взглянув на вошедшего начальника охраны.

- Посмотри ещё раз на этого типа, - сказал он, - и хорошенько. Может быть, тебе придётся им заняться. Если, конечно, он не окажется умнее, чем выглядит.

- Шеф, я его хорошо запомнил, - ответил он.

Плетнёв жестом приказал ему выйти. Когда он бесшумно удалился, я спросил: - Он должен превратить меня в отбивную, или я ошибаюсь.

Не ответив, Плетнёв ловким движением выбил сигарету из пачки, чиркнул зажигалкой и закурил.

- Я не люблю частных сыщиков, - сказал он через некоторое время, посмотрев на меня. - Я считаю их никчемными людьми, вымогателями и шантажистами. То, что вы здесь наплели - это ужасно. Мне никогда не приходила в голову подобная абсурдная мысль. Я советую вам больше не приближаться к моим владениям. Чтобы избавиться от назойливых типов вроде вас, я прибегаю иногда к помощи Егора. Это экономит время и бережёт нервы. Если я говорю ему, что мне докучает такой-то человек, он считает своим первейшим долгом воздействовать на наглеца, чтобы тот прекратил свои домогательства. Я никогда не спрашивал, как он добивается этого, но не было ещё случая, чтобы Егор не оправдал моих надежд. Я не желаю вас знать. Вы можете идти.

Плетнёв продолжал невозмутимо сидеть в кресле. Его лицо оставалось бесстрастным, тонкие длинные пальцы держали дымившуюся сигарету, казалось, он про неё забыл.

- Вы всё сказали? - спросил я.

- Почти.

- Хорошо. Вашу угрозу, я доведу до тех, кто по долгу службы нейтрализует опасных субъектов. Ваш Егор для них не исключение. Теперь я уверен, что именно Егор со своим подручным напали на Астахова. В ваших руках должен быть ключ, который наведёт полицию на след убийцы. Но вы отрицаете, вы не желаете быть замешанным в этом грязном деле. Я не знаю, найдёт ли полиция убийцу, но я, во всяком случае, постараюсь это сделать. Теперь всё. Можете не звать лакея, я сам найду выход.

Поднявшись, я пошёл к двери. За спиной послышался строгий голос Плетнёва: - Я предупредил вас, Григорий, теперь пеняйте на себя.

Я вышел в коридор и увидел как Егор и Пётр подпирали стену. Я небрежно махнул им рукой. - Постарайтесь, впредь не попадаться мне на глаза.

Физиономия Петра озарила багровая вспышка, и он ринулся на меня, но Егор вовремя его ухватил за руку. - Подожди приятель, ещё не время, - процедил он сквозь зубы.

Я не стал их больше провоцировать и, сохранив пренебрежительную гримасу, неспешной походкой стал спускаться по ступенькам лестничного пролёта.

Оказавшись на втором этаже, я нашёл знакомую дверь, за которой несколько часов назад скрылась Жанна. За слегка приоткрытой дверью были слышны возбуждённые голоса. Я заглянул в помещение. В большой комнате из-за сизого тумана были видны силуэты, облепившие игральный стол. Там по-прежнему кипела атмосфера страсти. Жанну я заметил чуть в стороне. Она сидела в глубоком кресле, отрешённо уставившись куда-то в пространство. В её руке был бокал с остатками вина. На её милом личике было выражение скуки. Увидев меня входящим в дверь, она преобразилась и встала. Её слегка повело в сторону, но я вовремя подхватил за руку.

- Хорошо, что ты не забыл зайти за мной, - заплетающимся языком радостно пролопотала она.

- Да! - удивился я. - Насколько помню, я ничего не обещал. Так, случайно заглянул.

- А я проиграла все деньги, - сообщила она. - Не мог бы ты мне одолжить немного. Я хочу отыграться.

- Не советую больше играть, - скептически изрёк я. - Да и денег у меня таких нет.

- Ах, да. Ты ищейка, а не коммерсант, - грустно проронила она. - Ну, тогда отвези меня домой.

- Хорошо, - буркнул я. - Это как раз в моих силах. Моя машина ждёт на улице.

Она ухватилась за мою руку и потащила на выход.