Помоги проекту - поделись книгой:
Бандит постучал в окно. В хате засветился каганец. Хриплый спросонья голос окликнул:
— Кто там?
Бандиты вынули кляп, подтолкнули Шпака к двери автоматом, потребовали:
— Отзовись!
— Бандиты! Банди… — только и успел выкрикнуть Шпак и упал от удара по голове.
Дверь сорвали с петель, председателя колхоза Гавьюка сбили с ног, связали. Втащили в хату окровавленного Шпака и поставили к стенке рядом с Гавьюком.
Раскаленным над огнем каганца шомполом бандиты зверски пытали Гавьюка, а потом расстреляли обоих. Затем они подожгли несколько хат, конюшни и, завидев колхозников, бегущих со всех сторон, бросились в лес…
Прибывшие в Розтоки чекисты захватили предателей Вовкуна и Гробака и отправили их в Вижницу. Затем разделились на три боевые группы и вышли на преследование банд. Группу Геркулесова вел по следу банды Недобитого Петр Черный. Спустившись в низину — к истокам рек Черепанки и Бисков Поток, следопыт задержался на поляне и стал разглядывать мох под ногами.
— Гляньте! — указал Черный Геркулесову и Василенко на едва приметную вмятину под мокрым слоем мха. — След от женского сапога.
В нескольких шагах от этого места он поднял сухой стебелек с разжеванным кончиком.
— Тут проходил Недобитый! Пожевал и выплюнул. Его привычка!
Дальше след шел к зарослям ольшаника, вниз по левому берегу Черепанки. Вдруг следопыт застыл на месте, дал сигнал: «Ко мне!»
— Тут есть схрон! — прошептал Петр Черный.
Хорошо зная бандитские повадки, тщательно проверили все подходы: не заминировано ли.
Под корневищем старого бука, где был лаз, сапер Грицай заметил тоненькую проволочку, протянутую к старому пню, где под прелыми прошлогодними листьями отыскал батарейку. Мина обезврежена. Сапер, а за ним и оба капитана спустились в бункер. По всем признакам убежище оставлено бандитами недавно и ненадолго. На столе — свежие объедки мамалыги и брынзы. С железной койки спадало небрежно накинутое одеяло, на полу окурок. Тщательно все осмотрев, мину подвесили под кроватью и к одеялу прикрепили проволочку. Наверху возле входа проволочку протянули к пню.
Отступив в глубину леса, чекисты залегли в засаде.
Солнце стояло в зените, когда из малиновых зарослей один за другим вышли на поляну Старый, Зоря, Варка, а затем Баша, Дорошенко[3] и еще несколько бандитов. У каждого в руках кружка или котелок, у Варки — кошелка, полная спелой малины.
…На склоне горы бандиты остановились. Недобитый послал Варку в схрон, и она побежала вниз к речке.
Вот и схрон. Откинула лаз и ловко спустилась вниз. Скоро бандиты услышали оглушительный взрыв. Недобитый приказал Зоре:
— Друже, узнай, що там таке?
Зоря, тяжело пыхтя, сполз на берег и увидел окровавленную Варку, выброшенную взрывной волной. Сообразил: «Недобитый заминировал схрон, чтобы избавиться от Варки. Не нужна стала…»
Варка еще дышала. Он оттащил ее в кусты и ударил несколько раз ножом, стянул с нее сапоги — «не пропадать же добру», — как вдруг услыхал выстрелы. Со злостью швырнул сапоги в речку и, как медведь, ломая и подминая кусты, бросился в чащобу.
Долгое время Зоря плутал по лесам, но Недобитого так нигде и не нашел. Он решил, что тот с перепугу подался в Галицию. Ему удалось найти только своего охранника Козака. «Теперь хоть выспаться можно, — рассуждал Зоря. — А то, того и жди, сонного схоплють». И от страха, пробуждаясь, судорожно хватался за приклад автомата…
Зоря — один из кровожадных вурдалаков, бандитских главарей на Буковине. На его совести десятки замученных и расстрелянных мирных жителей Буковины. Как затравленный кабан, оставшись с единственным своим охранником Козаком, рыскал он по лесам, пытаясь установить связи с другими бандитами, забирался все глубже в Карпаты. Надеясь на встречу с оуновским палачом Недобитым, с которым они замышляли кровавую расправу над председателем колхоза и активом села Усть-Путилы.
Зоря снова появился в лесном урочище высокой каменной гряды Бисковых гор. Здесь, на хуторе, где три дня назад он пьянствовал с Козаком, местный житель дед Василь обещал сегодня в одиннадцать вечера сообщить ему, где находится Недобитый.
Старого гуцула, деда Василя, вся округа знала как человека далекого от политики и хуторянина с достатком. Бандиты ему доверяли.
А дед Василь, узнав о том, что Зоря разыскивает Недобитого, подумал: «Неспроста это». И решил сообщить о предстоящей встрече куда надо. Чекисты, получив эти сведения, стали разрабатывать план захвата Зори.
Иннокентий Павлович Геркулесов предложил провести комбинацию с «хорошим угощением». Главная роль в ней отводилась деду Василю. Обсуждение плана операции не заняло много времени. Геркулесов все разложил по полочкам. Начальник управления государственной безопасности только уточнил детали и внес кое-какие коррективы. Затем он обратился к майору Громовому:
— А на вас, товарищ Громовой, возлагается задача взять Зорю живым, только живым!
Той же ночью Геркулесов выехал на встречу с дедом Василем. Старый гуцул охотно согласился помочь чекистам.
…Солнце скрылось за горами. Лес смолк, наступила тишина.
К хате деда Василя со стороны леса подошли двое. По стуку дед Василь понял, что явились бандиты.
Ночные гости прошли в передний угол горницы и, не выпуская из рук автоматов, уселись за стол.
Хозяйка засуетилась, забегала из кухни в горницу и обратно, застучала посудой.
Старик вытащил из угла бутыль самогона… И пошла попойка. Зоря ел и пил за четверых, мел со стола все подряд. Попробовал запеть.
«Ще не вме-е-рла Укр-р-ра-ина…» — затягивал он несколько раз, но допеть не смог, мешком свалился в угол и захрапел. Козак тоже уснул. Но нет-нет да пощупает рукой — тут ли автомат, произнесет несколько неясных звуков и снова впадет в забытье.
Немного переждав, старик прибрал автоматы и «для порядку» стукнул Козака тяжелой прялкой по бритой макушке. Затем отдернул занавеску, взял со стола каганец, поставил на подоконник. Окно осветилось.
— Сигнал… — шепнул Громовой капитану Николаеву, начальнику Путильского райотдела государственной безопасности.
Чекисты двинулись к хате.
Дед Василь встретил их, кивнул в сторону пьяных бандитов:
— Бачите, як поросята хрюкают… — И отрапортовал: — Задание выполнено, товарищ майор!
— Хорошо, дед Василь, сработал! — похвалил майор старика.
Чекисты и солдаты связали бандитов. На околице Усть-Путилы уже ожидал крытый брезентом грузовик. Захваченных бандитов повезли в Черновцы.
…Шли часы, а Зоря все не просыпался.
Было уже далеко за полдень. В кабинет заглянул Геркулесов:
— Ну как? — спросил он Громового.
Зоря вдруг пошевелился, потом приподнялся на кушетке и, удивленно вперив взгляд своих рачьих глаз в островерхую немецкую кирху, возвышавшуюся за окном, радостно выдохнул:
— Ось, друже, мы и в Нимеччини!
Стоявшие за спиной бандита Громовой с Геркулесовым разразились дружным смехом. Зоря обернулся и побелел:
— К-капитан Б-биленький! — заикаясь, еле вымолвил он. И, посмотрев вокруг, с отчаянием прохрипел: — Спиймали…
Вид у бандита был жалкий и подавленный.
Преследуемые чекистами, Недобитый, Старый и Дорошенко, потеряв в перестрелке своих охранников, бежали кто куда. Старый заподозрил, что в бункере, где погибла Варка, Недобитый хотел прикончить и его. Он укрылся в лесном урочище Павлюково. В глубоком овраге вырыл себе берлогу, засел в ней и стал писать во все концы своим приближенным «штафеты», прося помочь «разобраться в поведении Недобитого». Вскоре Недобитый отыскал след Старого и сумел рассеять его подозрения. Они вместе стали вызывать на встречу Зорю и Дорошенко. Недобитый задумал общими силами совершить налет на Усть-Путилы и расправиться с активистами села. Но Зоря не отзывался.
Наступила осень. Дорошенко пригласил Недобитого в свой бункер. Но, что-то почувствовав, они заминировали бункер и ушли из тех мест.
Под хутором Верхняя Товарница Петр Черный вскоре вновь напал на след Недобитого и привел чекистов к бункеру Дорошенко.
Капитан Геркулесов с сапером Грицаем быстро обнаружили мину. Разминировав вход, Грицай открыл крышку лаза. Капитан спустился в лаз и при свете фонарика увидел большой запас продовольствия. Ясно: бункер действующий, бандиты наверняка возвратятся. Мину переставили на нижнюю ступеньку лестницы, протянули проволочку, как было раньше, и пошли на поиск.
Недобитый с Дорошенко, преследуемые чекистами, опасаясь попасть в засаду, в села не заходили, уже несколько дней бродили по лесу голодные. На шестой день не выдержали и повернули к своему убежищу.
Остановились в ста шагах, и Недобитый, пожевывая сухую травинку, сказал Дорошенко:
— Иди, друже, разминируй и принеси харчей дней на пять, а я тут подожду.
Дорошенко разъединил проволочку при входе и стал спускаться по лестнице в бункер. Когда он поставил ногу на последнюю ступеньку, вдруг ухнуло, и вверх полетели земля, бревна, камни. Изуродованный труп выбросило наружу. Недобитый бросился наутек.
С того времени Недобитому и Старому на буковинской земле стало совсем невмоготу. Нигде не было приюта и убежища. За каждым кустом и пнем им мерещился «Капитан Беленький». И бежали они с Буковины в леса Галиции, к своему атаману Сталю. Эти фашистские подонки, предатели украинского народа, походившие на затравленную волчью стаю, забрались в самую что ни на есть глухомань Черного леса. Выбрали себе логово, стали готовиться к зимовке.
Но сотрудники Ивано-Франковского управления государственной безопасности с получением ориентировочных данных из Черновцов вскоре разыскали их и там. В короткой схватке в бандитском схроне Сталь был убит, а Старый и Недобитый взяты живыми. Оба бандита по требованию жителей Буковины были осуждены военным трибуналом и за все злодеяния получили сполна.
«ПРОСТОЕ» ДЕЛО
И. Головченко
Наверное, еще и сегодня в Донбассе можно встретить немало старожилов, которые помнят, сколько тревог и разных пересудов породил во всем крае взрыв одного из цехов аммонитового завода, унесший несколько жизней.
Мне по роду службы пришлось участвовать в работе комиссии, производившей установление причины взрыва. Материалы этого сложного расследования и легли в основу предлагаемого читателю рассказа.
Весь этот день полковник Головин просидел на совещании в облисполкоме, а когда вернулся в управление, его уже ждала куча неотложных дел. К одиннадцати часам ночи, когда он подписал все служебные бумаги, стала чувствоваться сильная усталость. Но время для отдыха, еще, видно, не пришло. Зазвонил телефон.
— Слушаю… Что? Взрыв на заводе? — Он крепче прижал трубку к уху, нажал кнопку звонка. — Жертвы есть?.. Причина?.. Сила взрыва?.. Прокурор города выехал?.. Немедленно выезжайте и вы! Я тоже еду…
— Товарищ полковник, вы меня вызывали! — напомнил о себе явившийся по вызову офицер.
— Позвоните в Министерство государственной безопасности, сообщите им, что на заводе произошел взрыв цеха, есть жертвы. Причины взрыва пока неизвестны. Доложите, что подробности я сообщу, когда побываю на месте. Вызовите мою машину и скажите майору Романкину, пусть выходит к подъезду.
Ни одно расследование происшествия в областной промышленности не проходило без участия майора Романкина. Инженер-машиностроитель, он до направления его в органы МГБ работал начальником цеха тракторного завода и хорошо знал производство.
На место приехали уже утром. Снегопада здесь не было. Морозец расписывал узоры на окнах одноэтажных домов. Кое-где вместо стекол окна были закрыты подушками, одеялами, фанерой. А ближе к заводу попадались дома с вывалившимися оконными рамами. Когда подъехали к заводоуправлению, полковник распорядился:
— Вы, Романкин, идите в контору и наложите арест на всю техническую документацию, а я осмотрю место взрыва.
То, что увидел полковник, превзошло все его ожидания. Битый кирпич, скрюченное оборудование, веером разбросаны деревянные балки и железные кронштейны. По развалинам одиноко бродил человек в теплом пальто с поднятым воротником, в котором пряталось худощавое лицо и рыжеватая бородка.
— Я думал, застану здесь много людей, а оказывается, вы один, — сказал полковник, подойдя к незнакомцу.
— Разошлись. Было много. И прокурор, и из МГБ, все были. А вы тоже по этому делу прибыли?
Головин представился.
— О! Тогда давайте знакомиться: профессор Горбунов. Направлен для участия в работе комиссии по расследованию причин взрыва.
На одной из дверей в заводоуправлении появился листок бумаги с надписью красным карандашом: «Оперативная группа органов государственной безопасности». Маленькая прокуренная комната с одним окном теперь напоминала какой-то архив. На двух столах, подоконнике, на полу лежали стопки заводских дел. Здесь были и техническая документация оборудования, и чертежи, и описания технологического процесса, отчеты, анализы. Различные справочники по технике безопасности, материалы проверок цехов по противопожарному режиму…
Вместе с Романкиным в этой комнате работал уполномоченный МГБ капитан Величко. В гимнастерке, перетянутой ремнями, с тяжелой кобурой на боку, он выглядел молодцевато. Однако светлые волосы его слиплись от пота, а лицо побледнело. Капитан эту ночь не спал.
По приказанию полковника он доложил обстановку:
— Ночью я был в селе Васильки. Это в пятнадцати километрах от города. Нам стало известно, что там скрывается бывший начальник фашистской полиции города. Он прятался на чердаке у родной тетки. Взяли мы его без шума. При нем имелся парабеллум и две обоймы патронов. По дороге оттуда я увидел, как над городом вспыхнуло зарево, а через несколько секунд услышал взрыв. Я завез арестованного в отдел, доложил вам по телефону, а сам — на завод… Осмотрели место, провели первые допросы, и, скажу вам прямо, товарищ полковник, впечатление не из хороших. В цехе не было порядка. Оборудование имело неисправности, перегревались подшипники. Сам директор не отрицает этого. Вечером он был в цехе и распорядился остановить его. Рабочие разошлись, и тогда по указанию директора механик цеха вызвал ремонтную бригаду. Как только она принялась за работу, произошел взрыв.
— Что вы усматриваете в этом?
— Видимо, слесари прокручивали оборудование на больших оборотах… Выяснить не у кого, все они погибли!
— А директор, как объясняет директор?
— Ничего он не объясняет. Говорит: может, прокручивали, а может, и не прокручивали.
— А уголовное дело возбудили?
— Конечно, все по закону. Мы договорились с прокурором города: уголовное дело возбудил следователь прокуратуры.
Из-за стола поднялся Романкин:
— Товарищ полковник, сегодня мы изучим всю документацию завода, а следователь запротоколирует первые показания. Затем вместе со следователем прокуратуры составим единые планы дальнейшей работы. Завтра утром представим вам и прокурору на утверждение документы.
— Согласен. Предусмотрите в плане всю техническую сторону: состояние оборудования цеха и соблюдение правил безопасности. Это — первое. Второе: противопожарное состояние цеха. Третье: доступ в цех для посторонних и возможность диверсии. На последнее обратите особое внимание.
Прокурор города Хиневич разместился в таком же маленьком кабинете, только в другом конце здания. Вместе с прокурором в кабинете сидел следователь городской прокуратуры. Боевой офицер (демобилизованный по болезни), военный следователь Ивашкевич вернулся в родной город и стал работать по своей специальности.
Приход полковника был для обоих неожиданностью.
— Ну, чем же порадует нас прокуратура? — спросил полковник.
— Картина вырисовывается не в пользу руководства завода, — начал прокурор. — В цехе не было порядка. Со взрывчаткой обращались, как с песком. Много неисправностей в оборудовании. В общем, мы имеем уже достаточно оснований, чтобы принять решение относительно руководства завода…
В это время в кабинет вошла девушка в стеганке, повязанная платком, в мужских кирзовых сапогах.
— Захарина? — спросил ее прокурор.
Поделиться книгой: