Город небесного огня. Часть II

Иззи посмотрела на плакатик, лежавший на столе, теперь уже испачканный глазурью; Клэри подмигнула ей:

– Это здорово, Макс. Спасибо.

– Я хотел написать, какой по счету этот день рождения, но Джейс сказал, что после двадцати ты уже старая, и теперь это не имеет значения.

Рука Джейса с вилкой застыла на полпути ко рту:

– Я так сказал?

– Вот так мы все начинаем чувствовать себя древними стариками. – Саймон откинул волосы со лба и улыбнулся ей.

Изабель ощутила в груди некий спазм – она так любила Саймона за то, что он для нее делает, за то, что он всегда думает о ней. Она не помнила, чтобы когда-либо она не любила его или не верила ему; он просто не давал ей повода для этого.

Изабель встала с табуретки и опустилась на колени перед младшим братишкой. Они оба отражались в серебристой стали холодильника. Ее темные волосы теперь были подстрижены по плечи – она смутно помнила, что много лет назад у нее были волосы по пояс. У Макса были каштановые кудри и очки.

– Знаешь, сколько мне лет? – спросила она.

– Двадцать два. – В голосе Макса звучало недоумение: почему она задает такой глупый вопрос?

Двадцать два, подумала она. Она всегда была на семь лет старше Макса, Макса-братишки, Макса-сюрприза, которого она не ждала.

Макса, которому теперь было бы пятнадцать лет.

Изабель похолодела. Все вокруг нее продолжали разговаривать и смеяться, но смех звучал, как эхо, как будто долетая издали. Она увидела Саймона. Он стоял у стола, сложив руки на груди, и смотрел на нее, но в его взгляде ничего не читалось.

– А тебе сколько? – спросила Изабель у братишки.

– Девять, – ответил Макс. – Мне всегда девять.

Кухня вокруг Изабель колыхалась. Девушка могла видеть сквозь нее, как если бы смотрела сквозь набивную ткань: все стало прозрачным и переливалось, как вода.

– Беби, – прошептала она. – Мой Макс, мой братик, пожалуйста, прошу тебя, не исчезай.

– Мне всегда будет девять, – сказал он и прикоснулся к ее лицу. Его пальцы прошли сквозь нее, как сквозь дым. – Изабель? – промолвил он слабеющим голосом и исчез.

Изабель почувствовала, что у нее подкашиваются ноги. Она села на землю. Вокруг нее не было ни смеха, ни отделанной кафелем кухни, а лишь серый, сыпучий пепел и чернеющая скала. Она смахнула набежавшие слезы.

Зал Согласия был убран синими знаменами с пламенеющими гербами семейства Лайтвудов. Четыре длинных стола образовывали прямоугольник, в центре которого возвышалась кафедра, украшенная мечами и цветами.

Алек сидел за самым длинным столом, в самом высоком кресле. Слева от него – Магнус, а справа – вся его семья: Изабель и Макс, Роберт и Мариза, Джейс, а рядом с Джейсом – Клэри. Были там и двоюродные братья. Некоторых он не видел с самого детства. Все они излучали гордость, но больше всех сиял отец.

– Мой сын, – обращался он к любому, кто готов был его слушать, – теперь он ухватил за пуговицу Джию Пенхоллоу, проходившую мимо с бокалом вина, – мой сын выиграл сражение; вон там он сидит. В нем кровь Лайтвудов, у нас в семье всегда были воины.

Джия засмеялась:

– Прибереги это для спича, Роберт. – Она подмигнула Алеку и подняла бокал.

– О боже, спич, – ужаснулся Алек и закрыл лицо руками.

Магнус нежно погладил Алека по спине, словно кота. Джейс посмотрел на них и поднял брови.

– Как будто вы тут одни, право. – Заметив косой взгляд Алека, он улыбнулся: – Ах, ладно, молчу, молчу.

– Оставь в покое моего бойфренда, – попросил Магнус. – Я знаю заклинания, от которых у тебя уши вывернутся наизнанку.

Джейс потрогал свои уши, но в этот момент Роберт поднялся, с шумом отодвинул стул и постучал вилкой по стакану. По залу разнесся звон, и Сумеречные охотники замолчали, устремив взгляды на Лайтвуда-старшего.

– Мы собрались здесь сегодня, – Роберт раскинул руки, – чтобы чествовать моего сына, Александра Гидеона Лайтвуда, который в одиночку разгромил силы Тьмы и одолел в поединке сына Валентина Моргенштерна. Алек вместе со своим парабатаем Джейсом Эрондейлом спас жизнь нашему сыну Максу. Я с гордостью говорю, что мой сын Александр Лайтвуд – один из величайших воинов на моей памяти. – Он улыбнулся Алеку и Магнусу и продолжил: – Чтобы стать великим воином, нужна не только сильная рука, нужны большой ум и большое сердце. Мой сын владеет и тем и другим. Он обладает силой духа и силой любви. Вот почему мне хотелось бы поделиться с вами доброй новостью. Поскольку вчера у моего сына была помолвка с Магнусом Бейном…

Эти слова утонули в радостном хоре. Магнус, отвечая на приветствия, скромно взмахнул вилкой. Алек с горящими щеками сполз со стула, а Джейс посмотрел на него задумчиво.

– Поздравляю, – сказал он. – Мне кажется, я упустил шанс.

– Ч-ч-что? – запинаясь, произнес Алек.

Джейс пожал плечами:

– Я всегда знал, что ты втюрился в меня, а я – в тебя. Я думал, ты знаешь.

– Что? – снова спросил Алек.

– А что, – сказала Клэри, – может, и есть какой-то шанс для вас двоих… – Она указала на Джейса и Алека. – Это было бы клево.

– Нет, – возразил Магнус. – Я очень ревнивый маг.

– Мы – парабатаи. – Голос Алека звучал уверенно. – В любом случае, это было бы… не по закону.

– Ой, ладно, – сказал Джейс. – Тебя здесь так любят, что простят любые шалости. – Он указал на зал, заполненный Сумеречными охотниками. За одним из столов какая-то девушка тут же подняла плакатик, на котором было написано: АЛЕК ЛАЙТВУД, МЫ ТЕБЯ ЛЮБИМ.

– Думаю, вам следует справить свадьбу зимой. – Изабель томно посмотрела на белый цветочный орнамент в центре потолка. – Без особого размаха. Пятьсот – шестьсот гостей.

– Изабель… – заворчал Алек.

Она пожала плечами:

– У тебя много фанатов.

– Ой, прекратите. – Магнус щелкнул пальцами перед лицом Алека. Черные волосы мага встали дыбом, в золотисто-зеленых кошачьих глазах горело раздражение. – ЭТОГО НЕ ПРОИСХОДИТ.

– Чего? – непонимающе уставился на него Алек.

– Это галлюцинация, – объяснил Магнус, – вызванная твоим вторжением в царство демонов. Вероятно, какой-то демон притаился у входа и пожирает мечты тех, кто попадает в его поле зрения. Желания обладают большой силой, – добавил он, рассматривая свое отражение в ложке. – Особенно желания, таящиеся в глубине сердца.

Алек оглядел зал:

– Это и есть желание, таящееся в глубине моего сердца?

– Точно, – подтвердил Магнус. – Отец, гордящийся тобой. Ты – герой, храбрый воин. Я, влюбленный в тебя. Все, одобряющие тебя.

Алек взглянул на Джейса:

– О’кей, а как же Джейс?

Магнус пожал плечами:

– Не знаю. Это необъяснимо.

– Значит, мне надо проснуться. – Алек положил руки на стол, на пальце сверкнуло кольцо Лайтвудов.

Все казалось реальным, взаправдашним… но он не мог вспомнить, о чем говорил отец. Не мог вспомнить и того, что он якобы одолел Себастьяна и победил в войне. И он не мог вспомнить, что спас Макса.

– Макс, – прошептал он.

Взгляд Магнуса потемнел.

– Прости, – сказал он. – Желания наших сердец – это оружие, направленное против нас же самих. Сражайся, Алек. – Он коснулся его лица. – Это не то, чего ты хочешь, это сон. Демоны не понимают человеческих сердец или плохо понимают. Они видят, словно в кривом зеркале, и показывают тебе то, чего ты желаешь, искаженно. Воспользуйся этим, чтобы изъять себя из сна. Жизнь – это утрата, Александр, но она лучше, чем сон.

– Боже… – Алек закрыл глаза.

Мир вокруг него рушился. Голоса замолкли, он уже не чувствовал кресла под собой, равно как не ощущал запаха еды и прикосновения руки Магнуса к своему лицу.

Алек ударился коленями о землю, вздохнул и открыл глаза. Вокруг был серый, унылый пейзаж. Он ощутил запах свалки и инстинктивно отшатнулся, когда что-то поднялось над ним… клубящийся плотный дым, гроздь сверкающих желтых глаз в темноте. Они буравили его, и он потянулся за луком.

Нечто заревело и бросилось вперед, как разбушевавшаяся волна. Алек выпустил украшенную руной стрелу, и она вонзилась в дымного демона. Пронзительный визг расколол воздух, демон забился в конвульсиях, в небо устремились тысячи струек черного дыма.

Демон исчез. Алек поднялся, взял другую стрелу и стал осматривать местность. Она напоминала поверхность Луны – неровные кратеры и пыль, а над всем этим – выжженное, серо-желтое, безоблачное небо. Низко висело оранжевое солнце, и никакого признака его друзей.

Стараясь не паниковать, Алек поднялся по склону ближайшего холма и спустился с другой стороны. Затем преодолел еще один холм и еще один. Внезапно он почувствовал волну облегчения: во впадине между склонами лежала Изабель, которой никак не удавалось встать на ноги. Алек подбежал и обхватил ее рукой.

– Иззи, – прошептал он.

Она издала звук, напоминающий свист, и отстранила его руку.

– Со мной все в порядке, – сказала она. На ее лице виднелись следы слез; интересно, подумал он, что она видела. Желания наших сердец – это оружие, направленное против нас же самих.

– Макс? – спросил он.

Изабель кивнула, и в ее глазах блеснула злость. Как же не злиться? К тому же она терпеть не могла плакать.

– Я тоже видел его, – сказал он и обернулся на звук шагов, заслоняя собой сестру.

Это была Клэри, а рядом с ней – Саймон. Казалось, оба в состоянии контузии. Изабель выглянула из-за спины Алека:

– Вы?..

– Да, – сказал Саймон. – Мы… видели кое-что. Что-то странное. – Он старался не смотреть в глаза Изабель, и Алеку стало интересно: что увидел этот парень? Вообще-то он никогда особенно не задумывался, какие мысли и желания одолевали Саймона.

– Это был демон, – пояснил Алек. – Демон, пожирающий мечты и желания. Я убил его. – Он перевел взгляд на Изабель: – А где Джейс?

Клэри побледнела, и этого не могла скрыть даже грязь у нее на лице.

– Мы думали, он с вами.

Алек покачал головой.

– С ним все в порядке, – произнес он. – Я знал бы, если что не так.

Но Клэри уже повернулась и побежала. Алек бросился за ней, а потом и все остальные. Клэри взобралась на холм, откуда было лучше видно. Алек услышал ее кашель, да и его легкие были забиты пеплом.

Мертво, подумал он. Все в этом мире мертво и сожжено дотла. Что же здесь случилось?

На вершине другого холма, третьего или четвертого по счету, была сложена пирамида из камней – круг, напоминающий колодец. На краю пирамиды, упершись взглядом в землю, сидел Джейс.

– Джейс! – Клэри упала на колени и взяла его за плечи. Он безразлично посмотрел на нее. – Джейс, – повторила она, – Джейс, очнись. Это не взаправду. Это демон, это из-за него мы увидели то, что хотели бы видеть. Алек убил его. О’кей? Это не взаправду, Джейс.

– Знаю. – Он поднял голову, и Алек ощутил его взгляд, как удар. Казалось, из Джейса вытекла вся кровь, хотя он и не был ранен.

– Что ты видел? – спросил Алек. – Макса?

Джейс покачал головой:

– Ничего я не видел.

– Да ладно, неважно, – сказала Клэри. – Все в порядке.

Она наклонилась и прикоснулась к лицу Джейса. Алек живо ощутил прикосновение пальцев Магнуса на своей щеке. Магнуса, говорившего о любви к нему. Магнуса, которого, возможно, уже не было в живых.

– Я видела Себастьяна, – сообщила Клэри. – Я была в Идрисе. Усадьба Фэйрчайлдов все еще стояла. Там были мама с Люком. Я… там намечалась свадьба. – Она замолчала. – А еще у меня была сестренка. Ее назвали в честь Валентина. Он был герой. Себастьян… он там был красивый, нормальный. Он любил меня. Как настоящий брат.

– Все смешалось, – отметил Саймон.

Он придвинулся к Изабель, и теперь они стояли плечом к плечу. Джейс протянул руку и осторожно погладил одну из кудряшек Клэри. Алек вспомнил, как до него впервые дошло, что Джейс по уши влюблен в Клэри. Он заметил тогда, что его парабатай ловит взглядом все движения девушки. Помнится, он подумал: он видит только ее одну.

– У нас у всех есть мечты, – промолвила Клэри. – Ну, и ничего особенного. Помните, что я говорила раньше? Мы остаемся вместе.

Джейс поцеловал ее в лоб и встал. Клэри взяла его за руку.

– Я ничего не видел, – тихо сказал он. – Все в порядке?

Девушка колебалась, явно не доверяя ему; явно было и то, что ей не хотелось затрагивать эту тему.

– Всё в порядке, – ответила она.

– Не хотелось бы задавать этот вопрос, – сказала Изабель, – но кто-нибудь знает дорогу назад?

Алек вспомнил, как он бегал по пустынным холмам в поисках своих друзей, и пожал плечами.