Опасное сходство

Потом в ванной меня сменила Наташка, оказывается, ей тоже плохо бывает. Надо же, а я думала, что ей всегда хорошо. Какое счастье, что мы позвали Мишу. Он такой большой и сильный, мы ни за что бы не справились. Он задумчиво смотрел на… труп, наклонился и стал обыскивать его. Достал бумажник и… О, ужас!.. Пистолет, телефон и еще какую-то веревку. Мы с Наташкой поочередно бегали в ванную. Я вообще не хотела оттуда выходить. Можно было бы пересидеть там, пока этот кошмар не кончится. Но, поняв, что все равно мне не отделаться легким испугом, я собралась с силами и вышла. Миша зачем-то переписал себе его последние входящие звонки и паспортные данные, все положил обратно, а потом, полотенцем вытер кровь с головы и надел на него желтую спортивную шапочку, как плащом обмотал его пледом, пыхтел и ругался при этом ужасно.

– Сейчас нельзя выносить, – заметил он, взглянув на часы, и пояснил – люди с работы возвращаются, придется ждать.

Мы не стали выяснять, куда его надо выносить, присутствовала одна мысль – поскорее от него избавиться.

В это время зазвонил Наташкин телефон, «Лариска», – прошептала она и ответила

– Алле, Ларис, ты уже дома? Где?! На Соломенной Сторожке?!.. Вот что, мы сейчас к тебе придем…. Мы тоже здесь…. Почему? Так получилось… Случайно… Сейчас придем и все объясним. – Она отключила телефон и тяжело вздохнув, сказала – Пойдем сдаваться. Конечно, сейчас она нам выскажет малоприятные вещи, но зато и совет дельный даст.

Через две минуты мы уже звонили в Ларискину квартиру. Она открыла дверь, и мы заметили, что Лариска плакала. Увидев Мишу, она смутилась, а потом прищурилась на нас

– А вы что здесь делаете? – И не дав нам ответить, пригласила войти – Есть хотите? Тогда мойте руки, я кое-что захватила с собой.

Войдя на кухню, мы увидели на столе пирожки от нашего повара Зои Тимофеевны и овощи. На плите булькала кастрюлька, судя по запаху с картошкой. Однако, хоть Лариска и плакала, но аппетит она себе явно не испортила.

– А в сковородке что? – осведомилась Наташка

– Отбивные…. Давайте разложу… Так, вот картошечка… Ну что же вы сидите? Ешьте….

Мы с Наташкой переглянулись и сглотнули слюну, Миша взял пирожок и стал вяло жевать.

– Да что с вами? Особого приглашения ждете?… Девчонки, что-то рожи у вас какие-то виноватые. Вы что-то натворили? Да? – Вот это «Да» было произнесено таким строгим голосом, что мы с Наташкой совсем поникли. – Миша, может, ты расскажешь, что тут произошло?

Он поперхнулся и, откашлявшись, сказал

– Лучше они сами…

После небольшой паузы, поняв, что больше нельзя отмалчиваться, прочистив горло и вспомнив курсы по психологии, я начала

– Знаешь, Ларис, мы всегда знали, что ты самая умная из нас, – Лариску не обманули мои льстивые слова, она еще больше нахмурилась. Я кинула взгляд на Наташку, та красноречиво таращила на меня глаза, что означало подбадривание, пришлось продолжать – Потому что ты всегда права. Помнишь, когда ты говорила нам, что надо рассказать все Юре… Ну, это когда меня чуть не придушили… – Миша в упор уставился на меня, – а потом, когда я заказала киллеру себя и Сашу, ты тоже советовала все Юре рассказать, – Миша открыл рот и тихо икнул. – Миш, ты попей водички и не подумай ничего плохого.

– Птичка! Признавайся, что вы натворили? А-а, я, кажется, догадалась, вы все-таки влезли в эту историю с ячейкой. Да?! Что замолчала, продолжай…

– В общем, мы с Наташкой решили объехать все вокзалы и начали с Савеловского.

Там на меня накинулись нехорошие тетки, наговорили разных плохих слов, пришлось убегать… Потом мы поехали на Казанский, там меня очень грубо толкнули, я упала на коленки и оказалась без связи – телефон умыкнули. Тогда я перешла на Ярославский, там тоже ничего не оказалось и только на Ленинградском, когда я уже ничего не ждала, раздался щелчок, и дверца открылась…

– Ну? И дальше что?

– В ячейке лежала сумка, довольно непрезентабельного вида и увесистая такая. Пришлось взять носильщика, не могла же я идти с такой сумкой, она совсем не гармонировала с моим костюмом. Ты что, Ларис?… Ну, хорошо, хорошо, так вот, я взяла такси и приехала сюда отнесла сумку в квартиру и стала ждать Наташку

– А она где была?

– А она проверяла, есть ли за мной слежка

– Ну и как, проверила?

– Да, слежка была. Оказывается, он поехал за мной и даже вошел в подъезд, проследил, наверное, в какую квартиру вошла.

– А что в сумке-то было? – Заинтересовалась Лариска

– Да ничего особенного. Такой поясок с карманчиками…

– Шахидский, – вставил Миша, а Лариска побледнела и с ужасом на него взглянула

– Господи, – выдавила она. – И что теперь делать?

– Ларис, пояс сам по себе пока не страшный, там взрывателя нет, – пояснил Миша

– А-а, так вот для чего ты понадобился

– Не совсем, – замялся он. – Понимаешь, пока они меня ждали, там труп появился

– Кто?!

– Труп

– Откуда? – Лариска бледнела просто на глазах

– Ларис, мы сами не знаем, честное слово. Мы, когда пояс увидели, испугались и убежали к Наташке в квартиру, позвонили Мише, и тут я вспомнила, что в панике дверь не закрыла. Мы с Наташкой поднялись ко мне, а там уже труп этого типа, что за мной следил. Кто его убил – непонятно.

Лариска молчала, мы притихли, ожидая, что она скажет

– Вы домой звонили? – Неожиданно спросила она. – Надо предупредить, что задерживаетесь, а еще лучше, что останетесь здесь ночевать. Можете сказать, что я заболела, и вы останетесь со мной

– А ты, правда, заболела? – И тут я вспомнила ее грустный голос и Витькино предательство. Черт, с этими делами про подругу забыли. Я пошла в комнату звонить по городскому, а Наташка уже набирала номер по сотовому. Петька не стал возражать, узнав, что она будет ухаживать за больной Лариской и не приедет ночевать. Я позвонила мамуле и тоже сказала, что останусь ухаживать за Лариской. Она сразу заахала, стала выспрашивать, что с ней случилось. Пришлось пообещать, что все ей расскажу, когда приеду.

– Ненавижу врать, – вздохнула я

– Но обстоятельства иногда вынуждают, – резонно заметила Наташка

– Так, – вступил Миша, – давайте думать, кто мог его убить? – С этими словами он достал из кармана бумажку, куда записал данные убитого

– Зовут его, вернее, звали… Гамид Гаджиевич Арсланов. Кавказец… хотя не похож….

– А зачем он вообще ко мне пришел? Ведь сам сказал, чтобы я позвонила, и телефон оставил.

– Я думаю, – рассуждал Миша, – он догадался, что ты не та, за которую себя выдаешь и решил тебя убить, точнее задушить, поскольку веревку для этого прихватил, а свою сумку забрать.

– Кого? Меня? За что?! Я же сумку его взяла, а меня убить?!

– Может, свидетелей не хотел оставлять. А вот кто его убил?… Дверь была открыта… Сколько времени вы сидели у Натальи?

– Наверное, минут сорок, а может, час. Потом мы стали подниматься по лестнице…. И еще услышали, как дверь захлопнулась где-то наверху, тихо так – щелк. Да, Наташ?

– Точно, точно, мы подождали немного и дальше пошли.

– Может, это мусор кто-то выходил выбрасывать?

– Нет, – Наташка оживилась, – потому что не гремел мусоропровод. Сверху, когда мусор выбрасывают, такой, обычно, грохот стоит, а тут все тихо было, и дверь так тихо щелкнула. Это был он!

– Кто?

– Убийца! Он живет в нашем доме

– Все! Сейчас договоритесь! Думайте лучше, что с трупом делать? – Лариска явно была взволнована. Но, зато она с нашими проблемами про свои забыла. Вот, уже одна позитивная мысль появилась, а то, хоть пропади.

– Я пока его в плед завернул, теперь надо подумать, как вывезти. Вы проследите, чтобы никого не было во дворе и в подъезде, а то, как я его с двенадцатого этажа пешком потащу? Да и тряпку приготовьте, чтобы в лифте подтереть… если что

На этом месте я, зажав рот, убежала в ванную. Боже! За что? Как же мне плохо! Непонятно, зачем я согласилась, ведь не хотела в начале. Наташка стала аргументы приводить… Сказала Саша будет мной гордиться…. Вот уж погордится! Меня посадят за убийство, и я буду отбывать срок. Интересно, сколько дают за убийство? Наверное, лет 15. Замечательно! Просто замечательно! Я выйду старая, беззубая… О-о-о!

– Птичка! Ты что там воешь? Кончай, на нервы очень действует

– Кончай? – Я так резко открыла дверь, что чуть не прихлопнула Наташку. – А кто втравил меня в эту историю, а? Скажешь, не ты?!

– А ну, хватит базарить! – гаркнул Миша, а я тихо заплакала. – Не реви. Чего ты ревешь?

– Меня посадят…

– Не мели чушь, никто тебя не посадит, нервы, конечно, могут потрепать… если заявишь. Но ты же не собираешься заявлять? Нет? Ну вот и ладно… Оп-па! А про машину-то мы забыли? Он же на машине приехал или на такси?

– На машине, «форд» темно-синий, он его у соседнего дома оставил.

– А вдруг он был не один, а с сообщником?

– Не заметила, но из машины он точно вышел один

– Вот дерьмо! Слушайте, может, вы все-таки своему Юре позвоните, он же разбирается во всем.

– Нет!!! – В один голос закричали мы втроем, даже Лариска на этот раз была с нами солидарна.

– Ладно, тогда поступим так. Я отношу его в свою… нет, лучше в его машину и отгоняю ее подальше… Черт! А если машину остановят?

– Если остановят, мы вызываем Юру, – решительно сказала Лариска, на этот раз мы не спорили, понимая, что другого выхода нет.

– Между прочим, скоро 12, – заметила Наташка. – Давайте договоримся, кто, где будет стоять, пока мы будем…будет… вынос… тела…

– Я и Светлана пойдем наверх. Она закроет квартиру и вызовет лифт. Лариса будет стоять внизу и следить, чтобы никого не было в подъезде, а Наталья возьмет ключи от его тачки и заведет ее. Я усаживаю его впереди рядом с собой, и мы едем, не знаю куда

Мы согласились, тем более, что своих предложений не было, даже Наташка на удивление была молчалива. После полуночи мы периодически высовывались в подъезд и прислушивались. Вроде бы все стихло, мы приготовились к выходу, но тут же услышали, как кто-то вызвал лифт. Почему-то раньше мне казалось, что у нас в доме живут люди, свято соблюдающие режим, самое главное, рано ложившиеся спасть. Я помню после 11 часов вечера, не дай Бог, не приглушить телевизор, тут же начинали стучать или утром делали замечание, а сейчас просто, как назло, никак не угомонятся. Мы дергались, нервничали и выбегали в подъезд почти до двух часов ночи. Наконец, наступила тишина, и мы приступили к выполнению плана. Я стояла у дверей своей квартиры и щелкала от страха зубами, пока Миша выносил… тело, собственно он его как бы выводил. Одной рукой обхватил его за талию, другую положил себе на шею. Получилось, как будто Миша ведет подвыпившего приятеля, в общем, получилось живописно и убедительно.

– Чего ты стоишь? – Страшный шепот прямо мне в ухо. – А лифт кто будет вызывать? Связался на свою голову… – Он забубнил себе что-то под нос, но я даже не пыталась вслушаться. Мне было совершенно все равно, ведь со мной в лифте стоял… труп, правда, культурно прикрытый клетчатым пледом и в желтой шапочке с помпоном. Сразу и не подумаешь, что неживой, но все же труп и от одной мысли, что он рядом, я ничего не соображала и стояла, как парализованная, не в силах отвести от него глаз.

– Господи! Вы что, с того света ехали? – Лариска заметалась от лифта к двери подъезда. «С того света»… К чему такое сравнение?

Миша с трудом подтянул «приятеля» за руку и потащил на улицу, а мы с Лариской потрусили за ним.

– Ай! Это милиция, – я схватилась за сердце и показала на приближающуюся машину.

– Где?! – Миша замер, мне даже показалось, что он испугался, но через минуту вздохнул с облегчением – Это же его «форд». Слава Богу, Наталья подрулила.

Миша почесал в затылке и усадил… тело впереди на пассажирском месте. Наташка помогала ему, накинула на плечи плед, поправила шапочку и придала телу естественный вид. Смотрелось очень даже ничего, как будто человек подвыпил и заснул.

– Все. Готово. Идите, садитесь на заднее сиденье, неженки какие. Между прочим, – продолжала Наташка, обращаясь ко мне, когда мы угнездились сзади, – это твой труп.

– Вот это мне нравится! Нечего мне навязывать чужие трупы! Лучше скажи, кто меня втянул в эту историю? Может, не ты?

– Ладно, успокойся, мы все сейчас немного… нервничаем

– Немного? – С сарказмом переспросила Лариска.

Наташка решила промолчать и правильно, между прочим, сделала.

– А куда мы едем? – Встрепенулась Лариска, когда мы выехали из двора

– Понятия не имею, думаю за кольцевую дорогу.

– Стойте! – Заорала Наташка, Миша резко затормозил, и мы врезались носами в передние сиденья, хорошо, что мы пристегнули …тело, а то бы точно он разбил себе башку о лобовое стекло – Вы что?! Так нельзя. Я думала, у тебя есть план, а просто так нельзя и вообще за кольцевую дорогу нам не проехать.

– Почему?

– Потому что нас обязательно остановят на выезде из города

– А что же делать?

– Знаете что, давайте отвезем его в наш лес. Уж до нашего леса мы спокойно доедем, – предложила Лариска

– Правильно, – одобрила Наташка, – даже не надо в лес завозить. Оставим его в машине….

– Может его лучше за руль посадить, а еще лучше позвонить ментам, чтобы сразу его обнаружили. Миш, а ты что скажешь? – Меня удивило его молчание

– По-моему, он спит, – тихо заметила Лариска

– Спит?!

Действительно, в тишине отчетливо слышалось Мишино сопенье. Ну и нервы, просто кашалот какой-то. Впрочем, может, кашалоты как раз очень нервные, неплохо бы выяснить.

– Так, все, давайте его будить

Деликатно разбудить Мишу не получилось, пришлось Лариске приподняться и основательно его тряхануть. Он, как ни в чем не бывало, поинтересовался, в чем дело и согласно кивал головой, пока мы излагали ему свой план. Казалось, у него было одно желание – поскорее избавиться и от трупа и от нас. Миша завел машину и выехал на улицу Вучетича. Проехав мимо пятидесятой больницы, мы не свернули направо, а поехали вдоль леса прямо в тупик и вскоре остановились.

– Ну, что теперь? – Прошептал Миша, остановив машину.

– А теперь надо посадить его за руль, – распоряжалась Наташка.

– А может его лучше на месте оставить? Он хорошо здесь смотрится – Нерешительно предложил Миша.

– Послушайте, – я представила, что опять предстоит возня с телом, и как-то не по себе стало. Между тем девчонки крутили башками во все стороны, боясь, что кто-нибудь нас тут засечет. – Мы же все равно позвоним в милицию, так какая разница, где он будет находиться. Все, давайте живо вылезаем и бежим домой.