Повраги, или Дружба в силу обстоятельств

Нинель поспешила отойти подальше от пугающе дружелюбного демона, хвост которого постоянно вертелся где-то поблизости и, казалось, ждет момента вновь захватить ее в плен. И как только Адонис не побоялся оставить ее одну наедине с изувером?!

Герой другого мира вышел на улицы нашего, и уверенность покинула его с первым же окриком прохожего и толчка обратно в переулок. Люди были точно такие же: две руки, две ноги, одна голова, поэтому он надеялся на всеобщее понимание и вновь шагнул вперед.

— Народ великого города, да не усохнут ваши реки и не опустеют ваши кубки; да будут полными дичи ваши леса, а столы ломиться от яств. Люди добрые, не время праздно дороги топтать, когда Зло среди вас!

Люди начали останавливаться, с интересом разглядывая мужика в латах, толкающего речи на неизвестном языке. Восприняв реакцию народа как внявшим его словам, рыцарь продолжил:

— Отриньте оковы, прозрейте и подайте руку помощи рыцарям света, своими мечами способными разделить мир надвое и отвергнуть тьму! – пафосно закончил он, протягивая руку ладонью вверх.

Аплодисменты. Люди вновь разошлись по делам, болтая между собой об увеличении психов на улицах города. А в протянутую руку Добра кто-то вложил сторублевую бумажку на хлеб.

Вернулся светлый рыцарь в расстроенных чувствах, чем развеселил темного демона еще сильнее.

— Моя очередь, — вильнул хвостом бес и развернулся.

Цокая когтями, ушел куда-то за поворот в еще более темный переулок.

Задумавшись, куда пошло Зло, и сделав вывод: Зло пошло творить зло, Адонис поспешил следом, держа наготове меч и оставляя принцессу в одиночестве изучать дырки на платье. Его начинало удивлять, отчего он еще не снес проклятому демону башку. Виной служил когнитивный диссонанс между созданным образом в голове и реальностью. Образы не складывались ни под одним из известных углов. Да и хвостатая нечисть не пылала жаждой крови, чем усугубляла нежелание несговорчивого сознания блондина опознавать черта как врага.

Зло ушло недалеко: стоило заглянуть за поворот, как Адонис увидел его виляющий хвост. Хозяин непрерывно мельтешащей конечности изучал нечто, находящееся между мусорными баками и на поверку оказавшееся человеком.

— Мир другой, люди — те же, — заявило Зло, приседая рядом со спящим бомжом, виляя от предвкушения забавы хвостом и тормоша прическу между рогов.

Адонис едва не нарушил его планы, когда бросился вперед, пытаясь остановить острый коготь, проколовший человеческий грязный лоб. Он уже видел такие раны на солдатах — дыра в черепе, пена у рта, мутные от боли глаза...

— Не трогай его, нечисть! — встало Добро на защиту бездомного человечества.

— Почему сразу я — нечисть? — обиделся черт. — Я-то вот чистый (обычно), пушистый, хорошо вымытый и без блох, а этот — все перечисленное, только с приставкой «не».

При этом взгляд красных глаз будто смотрел мимо. Наконец, Зло моргнуло и убрало орудие убийства от головы жертвы.

Бомж завозился и открыл глаза. Икнул.

— Кто ты? — спросил бомж, в благоговейном ужасе рассматривая живое воплощение грехов.

Бледное лицо озарилось самой радостной улыбкой из всех, которые мог выдать демон.

— Белочка, — заявил он. — Пришла поболтать о жизни.

Бомж оценил размах своей "белочки" и резко стал трезвенником.

— О, Святая Дева Мария, изыди, изыди!

— Мария Святая или я? — веселился изгоняемый, шутливо затыкая нос тыльной стороной ладони. — Скажи-ка, дядя, ведь недаром воняешь здесь ты перегаром? Хм. И не только перегаром, судя по усилившемуся запаху, явление оригинальной «белочки» произвело на тебя слишком сильное впечатление. Расслабься, мужик, мне надо проверить полученные знания о мире. Маловато, я бы сказал, в твоей черепушке знаний, но в нашем положении выбирать не приходится. Так, значит, ты — Богатый Обеспеченный Московский Житель? – иронично усмехнулся он, используя шутку из чужого разума черт.

— Да-а-а-а.

— И город, в котором мы пребываем — Москва, вернее, ее окраины?

— Да-а-а-а.

— Деньги тут бумажные, люди злые, а в демонов не верят?

— Да!

— Пипец! — использовал новое слово черт как точку и встал.

Бомж исчез, как в портал провалился. Демон прошел мимо Адониса, полный задумчивости, и вернулся к месту их появления. Не успел рыцарь подойти к своей невесте, как хвостатый вновь отмер и резко к ним придвинулся с выставленными вперед руками. Каждому досталось по когтю в лоб. Один легкий укол, от которого к подбородку не сразу побежала струйка крови, и демон схоронился стене, подальше от беснующегося Добра.

— Спускайся, мразь! Рожу чистить буду... Ой!

Другой язык, другая манера речи и незнакомые, но понятные теперь слова.

— Передача данных завершена, или как там говорят в этом мире. Мне было лень вас уламывать. Вот и влил насильно чужие знания.

Девушка икнула и упала. Ей хватило на сегодня впечатлений. Герой побежал ее спасать, а Злодей спустился на землю и, прикусив губу, сделал безрадостные выводы: нужно больше знаний, желательно хорошо эрудированного человека, а не бывшего форточника, вора-неудачника, ныне бездомного. Вильнув хвостом, он покинул парочку, по стеночке продвигаясь к оживленной улице.

Зло затаилось за большими мусорными контейнерами и придирчиво выбирало из толпы подходящего человека, обладающего, по мнению беса, достаточным умом и расширенным мировоззрением. Проходящий мимо человек носил очки и поэтому, согласно сведениям, полученным из переваренной памяти бомжа, отличался большим умом. Был худ, что подтверждало наличие мозга вместо мышц, и нес книги, доказывая этим справедливость сделанных ранее выводов.

Хвост мелькнул перед лицом «студента обыкновенного», обвил его, как хлыст, и утянул в темный переулок, не успел парень и удивиться. А когда увидел, чья это шалость, "удивлялку" отшибло.

— Только не анальное зондирование, — пробормотало это чудо, перед тем, как красноглазое существо коснулось его лба.

Затем существо отшвырнуло дезориентированный "кусок восторга" от встречи с «иной цивилизацией» обратно в идущую толпу к его валяющимся на земле книжкам о пришельцах.

Вернулся демон озадаченным. Растирая плечи, по которым прошлись мурашки, он сделал вывод:

— Уфологи — страшные люди. Вы — люди, вообще страшные! — распространил на человечество свое умозаключение представитель иной цивилизации с клыками и когтями, словивший немалый шок от полученной информации.

Адонис помог пришедшей в себя Нинель подняться. Рыжая белочка тут же спряталась за его мускулистой спиной от белочки пушистой.

— Какая нервная принцесса, а в камере ты посмелее была, — фыркнул рогатый и не стал развивать тему о двух охранниках, жаждущих бабских телес, и героическом спасении этих телес. Сейчас ему было важно не разозлить людей, а склонить их к сотрудничеству. — Если без витиеватых вступлений, то я предлагаю сотрудничество...

Его прервал оглушительный фальшивый смех. Демон даже стушевался в первый момент: разве в такой ситуации может смеяться кто-то, помимо него. Он же не шутил. Однако светлый рыцарь думал иначе, не убирая меч из рук.

— Скажи еще: наши души оптом покупаешь!

Поскольку знания о мире передавались двум людям сразу, они немного разделились, к сожалению нечисти, религиозные предубеждения достались Адонису, усиливая его паранойю.

Знаниями уфолога хвостатый не захотел делиться, как раз опасаясь, что описания особо изощрённо-фантастических методов исследования попадут в блондинистую голову врага. Что досталось из знаний Нинель — неизвестно. Девушка вела себя на удивление тихо, просто наблюдая за перепалками в ожидании развязки, как и положено принцессам.

— А ты, белочка, тоже думаешь: я по ваши души?

На белочку зеленоглазка обиделась, не собираясь отвечать.

Демон фыркнул.

— Ага, выну души, в сортире подотрусь. Подумайте еще раз, мы — неизвестно где и неизвестно когда попадем домой. Если знания уже переварились, то вы поняли: мы в мире без магии, в котором демонов не существует. Поэтому вы мне нужны, хочу я этого или нет, но выгоды убивать вас — нет. В той же степени я нужен вам, иначе вы помрете меньше, чем за неделю. С голоду, холоду, от болезней, в подворотне, в тюрьме или в психбольнице, если попытаетесь кому-нибудь еще раз втереть о своём иномирном происхождении. Вот скажите: кому из вас перепали знания о выживании в этом мире? Чем платят, что едят, где живут?

— Ой, мне, — удивленно раздалось из-за спины Адониса, и рыжая вновь показала свой конопатый нос.

— Пф, интересно, что же досталось тогда твоему отважному рыцарю, кроме паранойи?

Демон не стал вновь играть на нервах врага, требуя:

— Принцесса, поделитесь вашей мудростью, — шутливый поклон, — а то для вашего будущего мужа мои слова — не эталон доверия.

Девушка покосилась на черта, намекая, что и для нее он не эталон, но вслух этого не сказала. В ее голове появились знания, которые она поспешила озвучить.

— Для выживания в этом мире нужны: паспорта, деньги и жилплощадь. Ничего из этого в нашем положении легально мы не получим, а на все нелегальное нужно много денег.

— Зачем нам это? — вмешался Адонис. — Нам нужно домой!

— Это — следующая проблема, — демон сел, удивительно напоминая собаку, с хвостом-антенной ищущую радиопередачи. — В этом мире полно шарлатанов, называющих себя гадалками, пророками, святыми и провидцами, но среди них нет ни одного настоящего магически одаренного. Возможно, поиск способного отправить нас домой займет месяцы, и все эти месяцы нам нужно где-то жить и что-то есть.

— Нам?

— Да, нам, —улыбнулся широко как мог черт. — Или ты хочешь вернуться домой, оставляя Зло в этом мире, чтобы однажды оно — то есть я — поработило его? Тебе совесть-то позволит такое, а?

Принцесса переводила взгляд со своего раскрасневшегося от ярости жениха на неприлично счастливого злодея и с удивлением поняла, что этот черт умело манипулирует ситуацией. И он прав, без его поддержки в незнакомом мире у них не так много шансов не то что попасть домой, а выжить.

— Адонис, мне неприятно это говорить, но он прав. Без его поддержки нам будет очень сложно, но и он без нашей быстро окончит свою жизнь в какой-нибудь секретной лаборатории в разных баночках.

— Умная принцесса, сразу все поняла, — проворчал демон, с содроганием представляя себя разложенным по отдельным баночкам.

— Итак, друзья мои, объединим силы?

— Ты нам не друг!

— Но и временно не враг. Не друг и не враг, а так — повраг! Звучит.

Адонис зло выпустил воздух сквозь сомкнутые зубы, перевел взгляд с мнущей юбку невесты на лыбящегося во всю ширь демона и кивнул, принимая неожиданный союз, уже веря — он об этом пожалеет.

Небеса подтвердили это резко начавшимся дождем.

2 глава

—  А лучше идеи не было? — злился Герой, удерживая над головой картонную коробку. Аналогичные версии зонтиков держали демон и девушка.

— Была, но, думаю, ты не позволил бы прирезать десятка два человек, чтобы снять с них кожу и натянуть в виде шатра.

— Он шутит? — Нинель нервно захихикала.

— Нет, демоны те еще твари! — грубо заметил Адонис, передергиваясь от воспоминаний о таком шатре, виденном в реальности.

Дождь усилился. Если раньше еще оставался шанс остаться хоть наполовину сухими, после первой протечки коробки мир показал свою жестокость. Еще и молния рассекла небо. Хвостатый решительно отодвинулся от живого громоотвода в доспехах.

 — Так, мне это надоело! — заявило Зло и отправилось злодействовать. Прыжок вверх, и чудеса паркура в исполнении нечисти-домушника, вскрывающего окно. — Хватайтесь за хвост.

— И не подумаю, — воспротивилось Добро злодеяниям, за что Зло раздражённо ухватило хвостом его невесту и быстренько уволокло, как волк ягнёнка, Нинель едва пискнуть успела.

— Тогда сам с молнией целуйся, дурень! — крикнул оставшемуся в одиночестве громоотводу.

Теперь чудеса карабканья по городской стене пришлось показывать Адонису. С доспехами рыцарь еще согласился расстаться, а вот меч пришлось зажать в зубах. Кожа ножен отдавала потом и кровью пройденных сражений. Когда он долез, то застал картину жмущейся в угол девушки, с аппетитом что-то поедающую, и полное отсутствие демона.

— А этот где? — озадачился рыцарь.

— У «этого», между прочим, имя есть, — раздалось из темноты, и два красных светящихся глаза постепенно приблизились вновь, явив чем-то приятно шуршащую нечисть.

— И какое же имя у нашего хвостатого врага? ЗлющийМонстрВсехВремен?

Черт смущенно отвел глаза, навевая мысли о том, что Адонис не совсем промахнулся со столь пафосным набором, зашевелил губами, сокращая данное при рождении имечко, и назвался:

— Кай.

— Как собаку, что ли?

— Ну не хомячка же!

— А они тоже пушистые.

— Но мелкие.

— А ты прям здоровый! Да ты самый мелкий демон, которого я только видел! Болел в детстве, что ли?

— А ты самый неповоротливый герой, которого я только видел, мало занимался, что ли?

Нинель невольно вжалась в угол, перепалка этих двоих казалась ей опасной. Кай так вообще чрезмерно миролюбив, а вот Адонис чрезмерно агрессивен. Ее опасения заключались в неожиданной детонации заключенного перемирия, причем в случае схватки она не могла быть уверенной в победе ее Героя. Демон лишь казался обманчиво слабым и худым. Человек не крепче металлической решётки окна, которую этот нечистый играючи смял в мячик и отфутболил в переулок.

— Гррр! — неожиданно зарычал Кай. И от этого рыка у людей встали дыбом волосы в ожидании нападения, но вместо удара демон вручил Адонису стопку купюр. — Достал! Вот, на пару дней должно хватить!

— Откуда у тебя деньги?! — запоздало удивился представитель добра, не сразу опознав в шуршащих купюрах наличность этого мира.

— Нашел, — неправдоподобно соврал добытчик.

— Вот откуда «нашел», туда и верни! — возвращая деньги в когтистые лапы.  Вернее, красиво накалывая стопку на коготь.

— Совесть замучила? Посмотри на невесту, вот кому совесть жрать не мешает, бери с нее пример!

Нинель поспешила доесть тортик, пока покладистая совесть не передумала, или ее не заставили передумать. Грозный взгляд голубых глаз убедил черта, и тот угрюмо исчез в темноте, возвращая деньги. Вернулся через минуту и молча открыл одну из жестяных банок с полки. Внутри оказались соленые огурцы, сразу пришедшие нечистой душе по вкусу.

— Надеюсь, ты ничего не имеешь против помощи голодающим, а, Герой? – поглощая соленья, спросил черт.

— Это богоугодное дело! — пришел гордый ответ.

Кай ехидно ухмыльнулся и ушел во тьму исследовать ящики и коробки маленького склада. В отличие от испытывающих судьбу своей беспечностью поврагов, демон кое-как представлял необходимый минимум для выживания, не зря он часто делал попытки сбежать. Не всю дурь выбили, далеко не всю.

— Переоденьтесь, антикварные, — бросил он им найденные одежды. — Хоть за людей сойдете.