Помоги проекту - поделись книгой:
Поляков задумался. Бывший муж Ольги – Владимир Сечин был бизнесменом. Дела у него шли неплохо. Он был директором крупной фирмы. Предприятие торговало компьютерами и дорогой офисной оргтехникой. У Владимира было несколько магазинов. О Викторе бывший муж Ольги знал с ее рассказов. Когда Сечина стала встречаться с Поляковым, она все рассказала своему бывшему – не желая скрывать свои любовные дела. Но как не странно Сечин отнесся к этому с пониманием и никаких претензий не высказывал. Он даже передавал приветы Виктору. Поляков, ни разу не встречался с Владимиром, но заочно его знал. Это был спокойный и рассудительный человек, не способный, как говорила Ольга, на подлость.
– Так кто на него наехал? Братва? Хм, сейчас вроде все это в прошлом. Кто, ему, чем угрожает? – удивленно спросил Поляков.
– Да он и сам не поймет. Ему звонили по телефону. И угрожали. Требовали заплатить десять процентов от его доходов. А это солидные деньги.
– Вот как? А кто звонил? Что говорил? И откуда они знают об его сумме доходов?
– Вот в этом то и вся штука. Знать могут только люди, которые соприкасались с его финансовыми документами. Эти, кто позвонил, как говорит Вова – очень дерзко и напористо разговаривали. И сказали – если не заплатит через день, он понесет ущерб еще больший. Дали день на размышление. Вот так. Вова решился обратиться ко мне, то есть, к тебе за помощью. Ты ведь поможешь ему Витя? – Ольга с надеждой посмотрела на Полякова.
– Оля. Я, чем смогу, конечно – помогу. Но только вот мне надо встретиться с самим Владимиром. Поговорить. Так вот решать проблемы по форме испорченного телефона я не хочу. Он говорит тебе. Ты мне. Это неправильно.
– Он готов, готов встретиться. Хочет приехать к тебе завтра. Завтра ты сможешь его принять? Поговорить?
Поляков задумался. Завтра должен быть трудный день. Операция со Свирским могла растянуться на целый день.
– А если послезавтра? А то у меня очень трудный день завтра и я, наверное, просто не смогу.
– Нет, Витя. Удели ему полчаса. Поверь – Вова напуган и говорит, что все решает часы. Он боится. Давай завтра.
Поляков вздохнул. Улыбнувшись, он вновь погладил Ольгу по плечу.
– Ну, хорошо. Давай его номер мобильника. Я наберу. Пусть ждет. Но смогу, наверное, только после обеда.
Ольга, улыбнулась в ответ, и томно потянувшись – сказала:
– Ладно, Поляков. Пошли спать. Мне тоже завтра рано вставать. А я еще хочу тебе, что-то рассказать в постельки! – женщина лукаво подмигнула.
Виктор затушил сигарету и пошел чистить зубы. Сечина была права – перед завтрашним днем надо выспаться – хотя сделать это с ней это вряд ли удастся.
Спецмашина прослушки грязно-желтый УАЗик стоял недалеко от касс автовокзала. На передних дверках автомобиля красовалась надпись «медпомощь». Тонированные стекла на позволяли прохожим заглядывать внутрь салона.
Один из двух техников спецуправления, веселый парень по фамилии Шустов рассказывал Полякову очередной дежурный анекдот. Но Виктору было не до смеха – поэтому Шустов смеялся сам над очередной глупой шуткой. Его напарник Олег Мезенцев был тоже сосредоточен и с угрюмым видом посматривал на Полякова. Они уже не раз проводили подобные операции, но в каждом случае Мезенцев вел себя очень спокойно. Это нравилось Полякову, и он всегда старался работать именно с ним.
– Кого сегодня посём, Виктор Степанович? – спросил он, у опера.
Поляков посмотрел на закатившегося от смеха Шустова и тихо ответил:
– Сегодня, ребята, посём очень важных героев. Пока никто из вас не должен знать кто это. Да и честно признаться, я и сам не знаю – кто главный объект.
– Как это так? – не пронял Мезенцев. – Обычно вы Виктор Степанович заранее знаете. Да и на кого гарнитуру вешать то будем?
– Вешать будем на одного человечка. Он должен подойти с минуты на минуту, – Поляков посмотрел на часы. – Но учтите, его вы должны сразу забыть. Это очень важный агент и знать, о нем не должен, никто кроме вас и меня.
Андрей появился секунда в секунду. Ровно в двенадцать, открылась дверка машины и агент с опаской, заглянул вовнутрь. Поляков потянул его за руку.
– Садись быстрее. Нечего на улице светится.
Агент по сравнению со вчерашней встречей был спокоен. Его лицо было хмурым и сосредоточенным. Мужчина сел на сиденье и расстегнул куртку:
– Я крутанул несколько кругов перед площадью. Вроде хвоста нет. Каков план? – спросил он делово.
– Ты пушку и деньги взял?
– Взял, – Андрей покосился на техников.
Поляков понял, что он хочет спросить:
– Не бойся… эти ребята железобетонные. О тебе никто не узнает. Я с ними не одну подобную операцию провел,… информация не уйдет.
– Я не волнуюсь. Я просто смотрю.
То, что агент вел себя уверенно, Полякову понравилось. Неизвестно, как там пойдут дела внутри помещения – выдержка должна быть в любой ситуации. Виктор похлопал агента, по плечу и доверительно сказал:
– Ты мне бойся. Тебя прикроют. Кроме нас еще две машины работают под прикрытием. Одна, с северной стороны. Вторая, с восточной. Мы там посмотрели – выход на улицу у Свирского только с этих сторон.
– Да. Там два входа. Вы не смотрели – кто ни будь, уже приехал?
– Нет. У входа стоит только машина Свирского. Гостей наших пока внутри нет. Ну а ты пойдешь, как и договаривались со Свирским. Одеваем на тебя – радио микрофон. Придешь – веди себя, как ни в чем не бывало. Если Свирский сам начнет говорить об убийстве Кубарова – не спеши. Выслушай все. Но и не удивляйся. Он наверняка будет тебя проверять. Знаешь ли ты или нет. Нужно показать, что ты знаешь – но не испуган. Просто удивлен, что все сделали без тебя. Отдашь деньги и ствол. Если придут наши гости – веди себя с ними почтительно. Лишний раз ничего не говори – тяни время – вытягивай из них, хоть какую-то информацию. Пусть говорят побольше – весь разговор будет записываться. Нам нужны их голоса. Понял?
– Понял. Так, а ствол проверять не будете? Может он еще, где засвечен? Отдам тогда все!
Поляков поморщился и покачал головой:
– Нет. Вряд ли. Ствол наверняка чистый. Они бы не стали тебе давать засвеченную пушку. Поэтому смысла его держать, у нас, нет.
Поляков взял рацию и запросил информацию, у одной из машин группы поддержки.
– Ноль сороковой, ноль сороковой – это база! Как там обстановка? Есть ли гости?
Эфир зашипел и через секунду, ему ответили:
– Я ноль сороковой все тихо. Гостей нет. Ждем указаний.
– Ноль тридцатый, а у вас как? Никто не подъехал?
– Нет, база. База – все тихо, ведем наблюдение.
Поляков задумался. Его настораживало, то, что на встречу пока никто так и не приехал. Но тянуть не было смысла, и Виктор кивнул техникам. Мезенцев, понял его знак и достал из маленькой коробочки петличку радио микрофона. Техник попросил отвернуть Андрея воротник куртки. Пристегнув радио микрофон, он поправил воротник и похлопал по нему.
– А ну поговори, что ни будь, – попросил он агента.
Андрей покосился на Полякова и тихо сказал:
– Раз, два, три, четыре, пять.
Техники надели наушники и отрегулировали громкость.
– Порядок командир! – Улыбаясь, доложил Шустов. – Слышимость хорошая! Может идти.
Поляков похлопал Андрея по плечу. Он посмотрел ему в глаза и сказал:
– Ну, с Богом! Не суетись! Знай! Мы все слышим и если что придем на помощь! Если ничего такого не произойдет – выйдешь как обычно и поедешь домой. Мы тебя проведем до подъезда. Там и состыкуемся, и обговорим подробности!
Андрей застегнул куртку и одел шапку. Открыв дверку, он еще раз посмотрел на Полякова. В его взгляде, тот рассмотрел надежду.
Когда дверь за ним захлопнулась, Поляков посмотрел ему вслед. Агент уходил от машины уверенной походкой. Немного кошачьи шаги, слегка втянутая в воротник голова.
– База, база – вижу человека – заходит в помещение, – прохрипел динамик, сообщением из радио эфира.
– Черт, почему же до сих пор никто не приехал? – спросил сам у себя в слух Поляков.
– Степанович, а кого ждем? Кто должен подъехать? – спросил Шустов.
– Не твое дело! – огрызнулся Поляков – слушай лучше эфир! Не дай бог пропустишь хоть одно слово! – Виктор кивнул на наушники.
Техник недовольно скривил губы и надел их на себя. Поляков начал нервничать – агент уже зашел вовнутрь здания, а гостей так и не было. Никто на встречу не приехал.
– Что там слышно? – спросил он у Мезенцева.
– Ничего, зашел, вроде о чем-то говорят. Приветствуют друг друга.
– Ну ка, дай я сам послушаю – попросил у него Поляков наушники.
Когда он одел их, то услышал лишь, треск эфира и слабые отрывки слов.
– Да тут же не хрена не слышно! – крикнул он техникам.
Те растерянно пожали плечами.
– Какого черта! Почему ничего не слышно? – Поляков стукнул по столику кулаком.
– Там помехи, какие-то! Мы не знаем! Все работало! Почему не слышно! Не знаю! Там возможно сигнал отражается – стены то бетонные! Мы проверяли – все было нормально! – испуганно оправдывался Шустов.
– Вот черт! Толку от вашей аппаратуры нет! Зачем я туда человека послал? Я должен знать, что там происходит! – вновь крикнул Виктор.
Техники сидели как обреченные. Связи с агентом не было. Его микрофон не работал. Сигнал глушился, какими-то помехами.
Поляков судорожно думал – что предпринять. Ринутся в помещение – значит выдать себя. Успокаивало то, что на встречу пока никто не приехал и Андрей находился один на один лишь со Свирским.
Так в ожидании прошло пол часа. Никаких движений возле здания садика не наблюдалось. Поляков вышел из машины и направился в сторону стоянки – где находилась еще одна машина с группой поддержки.
Зеленая «девятка» уныло стояла в одиночестве. Виктор открыл дверку и сел на заднее сиденье. Два молодых опера встретили его спокойно. Словно ни в чем не бывало, они жевали сосиски в тесте.
– Ну, что тут у вас? – спросил Поляков.
– Да ничего Степаныч, тихо. Никто не ездит и не ходит. Вот, стоим ждем.
– А вы что там машину то поставили? Ее ж видно за километр. Надо было как-то вон там, за углом?
– Так, а что видно? Тут и не было никого? Просто стоим – вроде как ждем кого, – оправдался один из сотрудников.
– А кого мы посеем? Кто приехать то должен? Ты ж ничего толком не говоришь? – спросил второй.
– Пасем кого надо! Любой человек, зашедший в здание садика, должен быть вами, взят на наблюдение. И не упустить! Во что бы, то не стало! Никого! Что бы, мышь не прошмыгнула!
– Ну, вот – ищи то, не знаю, чего, хоть бы наколку, какую дал! А то, так то, вот трудно!
– Что тебе трудно! Просто любого человека, зашедшего в здание под контроль взять?! Я и сам не знаю – кто придет! Там у нашего человека внутри сейчас с микрофоном, что-то! Не слышно ничего!
– Ну, это к техникам надо! Это они, что ни будь, нахимичили!
– Эх, да я сам знаю!
– А, что когда внутрь то пойдем? А если вообще никто не приедет?
– Приедут должны! Сейчас рано еще во внутрь. Если, в течении часа, не выйдет, то, наверное, тогда! Но осторожно! Что бы все по команде! – прикрикнул Степанов.
Виктор уже понял, что вся операция пошла наперекосяк. Но решиться зайти в садик – где в эти минуты возможно Андрей, беседовал со Свирским – Поляков не решался. Зайти – подставить все под удар. А если агент еще не раскрутил на откровенный разговор заказчика? А если те два гостя вообще не приедут – так вообще все получается, они делали зря. Это провал.
Виктор вылез из автомобиля и решил сам обойти садик со всех сторон. Вторая машина прикрытия стояла, за сараем и ее отсюда не было видно. Когда Поляков обошел здание с боку то к своему ужасу увидел, что подсобные помещения садика соединяются небольшой кирпичной галереей. Это был служебный вход. На снегу виднелись следы от протектора машины. Было видно, что они свежие. Кто-то подъезжал сюда всего несколько минут назад. Виктор, взглянув на снег еще раз – побежал ко второй машине поддержки.
– Вы что тут сидите, не видите – что со стороны подсобки кто-то подъезжал? – крикнул он операм в «Волге».
Те удивленно переглянулись. Их позиция была неудачной. Из-за стены сарая видеть галерею перехода к подсобке – было невозможно.
– Черт! А если они уже приехали? А если они уже внутри? – спрашивал сам себя Поляков.
Он вновь побежал назад к УАЗику. Открыв дверку, нервно спросил у техников, которые, слушали в наушники эфир:
– Ну, что там? Есть хоть, что ни будь?
– Нет Степаныч. Помехи. Вроде как разговор идет, а что говорят, разобрать не можем. А может и вообще микрофон не работает.
Поляков сел на сиденье и закрыл за собой дверь. Делать было нечего – оставалась лишь ждать. Ждать и надеяться – что все будет хорошо. Но вот Виктор понял, что записи разговора заказчиков с киллером, у него сегодня просто не будет.
Прошло еще полчаса. Поляков успел за это время выкурить пять сигарет. Он дымил одну за другой. Нервы были на пределе. Самое страшное, он не мог решиться зайти в помещение садика.
В этот момент зазвонил мобильник. Поляков посмотрел на дисплей и по номеру понял, что его вызывает полковник Саблин.
– Да Евгений Петрович!
– Поляков, что там у тебя происходит? Почему ты не отзваниваешься? Почему молчишь? – требовательно сказал Саблин.
– Пока нечего мне сказать. Дела у нас идут не очень. Прослушка отказала. Агент, на встрече. Но я не знаю – что там твориться!
– Как отказала прослушка? Ничего не слышишь? А как наши гости? Кто приехал? Ты знаешь? Видел?
Поделиться книгой: