Парящая лампочка [=Свет плавучего маяка]

Энид. Да уж.

Пол. Я заикаюсь…

Энид. Дело не в этом. У тебя есть некоторые трудности с речью, но это никому никогда не мешало выбиться в люди. Нет… ты обособился от других, потому что живешь в мире китайских ваз, шелковых платков и хитроумных фокусов. К сожалению, это не реальный мир, и ты скоро об этом узнаешь.

Пол. Все б-будет хорошо, обещаю. Закончу я школу — п-пусть не сейчас, а летом.

Энид. Вот что я тебе скажу: не вернешься в школу до июля — ищи работу.

Пол. Что т-ты имеешь в виду?

Энид. Обыкновенную работу, милый мой, труд, который поддержит тебя материально в настоящем и обеспечит будущее.

Пол. А ч-что именно?

Энид. Надеюсь, ты не думаешь, что нам все это нравится? Ну то, что ты годами торчишь у себя в комнате, добиваясь того, чтобы шелковые платки незаметно оказывались в рукаве.

Пол. Я найду работу.

Энид. Вот как? И по какой специальности?

Пол (отступая к столу). Еще н-не знаю.

Энид. Так я и думала. Ты никогда не задумывался о будущем. (Берет в руки стакан со спиртным.)

Пол. Н-нет… я п-подумывал…

Энид. О чем же?

Пол. Чт-тобы стать фокусником.

Энид. Прекрасная новость! Пол, ты что, думаешь, я вечно буду вас тянуть? А что будет, когда отец бросит нас из-за этой маленькой сучки?

Пол. Я же сказал, что н-найду работу.

Энид. Когда я говорила о твоем будущем, то не имела в виду работу фокусника.

Пол. А если отец уйдет, т-ты снова выйдешь замуж?

Энид. А то как же! Сразу. В первый же день. А тебе что за дело? Приискал что ли мне кого?

Пол. Н-нет. Не в эт-том дело.

Энид. Чудак, ну где мне познакомиться с мужчиной? Не в универмаге же? А может, ты хочешь, чтобы я подцепила его на танцульках? Ты, видно, забыл, что мне уже не двадцать. Мужчины не заглядываются на меня, как прежде.

Пол. Н-не говори. Взять хоть м-мистера Бригса из п-пятой квартиры.

Энид. Ну, спасибо. Вижу, ты обо мне невысокого мнения.

Пол. Т-ты меня не п-поняла.

Энид (принимая серьезный тон). Послушай, Пол… Буду с тобой откровенна. Ты уже достаточно взрослый, чтобы понять. Я все еще люблю твоего отца. Разве я прожила бы с ним целых двадцать лет, будь это иначе?

Пол. Т-тогда не стоит все время п-пилить его.

Энид. Я его не пилю, я подталкиваю. Он ведь слабый человек. В этом все дело. Слабый — и все. Мой отец это сразу понял — в самый первый раз, как я его привела к нам домой. Он умолял меня не выходить замуж за букмекера, за участника нелегальных лотерей. (Пьет.)

Пол. Н-не стоит тебе т-так много пить.

Энид. Макс был просто чудо! Ни капельки не похож на этих скучных, серых субъектов, которых выбрали в мужья мои подруги и Лина… всех этих аптекарей, талмудистов… или ортопедов… Я рассказывала тебе о докторе Глассе?

Пол. Да. И не раз.

Энид (продолжает). Герберт Гласс, классный ортопед, просто обожал меня — сейчас у него денег куры не клюют — но кому интересно слушать с утра до вечера про больные ноги? Даже за столом! Это просто невыносимо. А мне в те дни больше всего на свете хотелось танцевать в мюзикле.

Пол. Если бы т-ты хоть раз п-попробовала говорить с ним спокойно, без упреков.

Энид. Пусть сначала бросит свою потаскушку. Может, тогда все и наладится. Открыли бы новую страницу. Как ты думаешь, у нас еще есть шанс? Если скажешь «да», обещаю поговорить с отцом… и не цепляться к нему.

Пол. Я б-буду искать работу… Начну сам зарабатывать. Обещаю т-тебе.

Энид (ласково дотрагивается до него). Заниматься фокусами на досуге — это чудесно. Только не надо делать это профессией. Шоу — бизнес — дело ненадежное. Миллионы стараются в него попасть, но удается это единицам. Нужно ремесло посолиднее.

Пол медленно поднимается и идет в свою комнату.

Настоящая работа. Нужно считаться с реальностью. (Замечает, что Пола нет рядом.) Куда ты? Я еще не все сказала.

Пол. П-пойду потренируюсь…

Энид. Что ж, иди, Пол. Тренируйся. (Идет в ту же сторону.)

Пол закрывает дверь комнаты.

Занимайся своими фокусами. Только этого нам и не хватает — иллюзий и фокусов. (Направляется к дивану и достает из сумочки аспирин.) Захочешь распилить женщину — могу предложить себя.

Сцена пятая

Глубокая ночь. Макс возвращается домой с работы, включает свет.

Накидывает пальто на кухонную дверь и осторожно идет на кухню, чтобы сварить кофе. Стив выходит из своей с братом комнаты и тоже направляется на кухню. У него в руках колода карт.

Макс. Ты чего не спишь?

Стив. Да вот рассматривал карты Пола. Он проделывает с ними всякие фокусы. Взгляни! (Показывает карты.)

Макс (отстегивая кобуру). А что?

Стив. Он может назвать любую по оборотной стороне.

Макс (кладет револьвер на ручку кресла. Садится и берет протянутые Стивом карты). Ого! Только я видел крапленые колоды задолго до твоего рождения. А мой дружок Эйб Коэн мог в темных очках распознать любую карту. В особой колоде, конечно, — там, где крап можно увидеть только в солнцезащитных очках.

Стив. А ты можешь угадать карту?

Макс (изо всех сил старается). Видишь ли, меня зрение подводит. Надо бы пойти к врачу.

Стив. Мама говорит, ты стесняешься носить очки.

Макс. Твоя мать с радостью усадила бы меня в инвалидную коляску.

Стив. А по мне ты — хоть куда.

Макс. Твоя правда. Видел бы ты, как я отделал на днях одного поляка. Здоровый был мужик. Не захотел платить по чеку — ну и пришлось дать ему разок в зубы.

Стив (тянется к револьверу). Можно посмотреть?

Макс (легонько шлепает его по руке). Нельзя.

Стив. Ну тогда разряди его.

Макс (перекладывает револьвер на другую ручку, чтобы Стив не мог дотянуться). Сказал — нельзя. И если когда увижу тебя рядом с ним — отделаю по первое число.

Стив. А почему ты с ним не расстаешься? За тобой что, охотятся гангстеры?

Макс (наливает себе кофе). Кто тебе сказал такую чушь? Сам знаешь — я работаю допоздна. А в два утра в таком районе, как наш, кого только не встретишь! Только на прошлой неделе одного зарезали.

Стив. Тебе звонил Эдди.

Макс (заинтересованно). Эдди Линч?

Стив. Он просил передать, что ждет от тебя завтра конвертик.

Макс. Завтра? Он сказал «завтра»?

Стив. А я мог бы хорошую деньгу заколачивать с этой крапленой колодой.

Макс. Ты спятил.

Энид (выходит из спальник в халате). Чего тебе не спится? Завтра — школа. Или ты в нее не собираешься?

Стив (поднимается). Ну, началось. (Идет в комнату и ложится на кровать.)

Энид. Не могу заснуть. Не в состоянии расслабиться, пока ты не вернешься. (Достает из холодильника лимонад.)

Макс (холодно). Вот как?

Энид (дружелюбно, но несколько нерешительно). Как прошел вечер?

Макс (намного теплее). Чаевых — кот наплакал.

Энид (разочарованно). Опять?

Макс. Мало посетителей. Теперь до самой весны будет мало. Только на уик-энды побольше.

Энид. А сегодня неплохая погода.

Макс. Холодновато.

Энид. Может, официанты с тобой не делятся?

Макс. Не в этом дело.

Энид. А откуда тебе знать?

Макс. Никто ничего не утаивает. Просто место гиблое.

Энид. Вы ведь складываете чаевые вместе, так откуда тебе знать — может, они часть денег прячут?

Макс. Меня не надувают. Говорю тебе, дела идут плохо.

Энид. Как ты можешь быть уверен?

Макс. Уверен — и все.

Энид. Но почему?

Макс (встает). Оставь меня в покое, прошу! (Кладет на стол немного денег.) Вот все, что я заработал. Хочешь — бери, хочешь — нет.

Энид (мигом подхватывает деньги). Ладно, не сердись.

Макс. А ты не заводи!

Энид. Я не завожу. Просто хочу понять, как у нас обстоят дела с деньгами. Господи… да тут и четырех долларов не будет.

Макс. Всю жизнь я только и делаю, что вкалываю, как последний идиот, а ты все недовольна.

Энид. Почему мы всегда переходим на ругань?

Макс. Не знаю. Я устал. У меня и без того много забот.

Энид (кладет деньги в карман). Звонил Эдди Линч. Ты что должен ему большие деньги?