Наш князь и хан

Итак, русское войско поспешило навстречу мамайскому, чтобы не дать врагу соединиться с рязанцами и литовцами, а ударить по нему, пока он без союзников. Такова официальная версия.

Слова «стремительно», «быстро», «поспешно» и т. п. здесь достаточно условны. От Коломны до Куликова поля примерно 200 километров по дорогам. Учтем разные изгибы и маневры – это 250. Скорость пехоты на марше не изменилась с древнейших времен – 40 километров дневной переход. Итого от Коломны до места – 6 дневных переходов. Сбор в Коломне всех войск назначался на 15 августа. 20-го, вроде, собрались.

То есть. Или шли по 15 километров в день, еле-еле. Или тронулись в путь только 2 сентября, проваландавшись в Коломне больше двух недель. Ни то, ни другое невозможно охарактеризовать словом «стремительно». Собрались себе спокойно и пошли без спешки.

Переправились через Дон и сожгли за собой мосты. (Сколько было мостов, каких, и вообще где это точно происходило – ученые не пришли к единому мнению до сих пор. Да и Дон в тех верховьях речка небольшая, для наглядности вспомним.) 7 сентября были на месте.

И вот тут все дружно начинают пороть чушь. А именно:

Где-то юго-восточнее, совсем рядом, стоит рязанское войско. До него не то 25, не то вообще 10 км. Но соединиться с Мамаем оно не успело, и в битве участия не приняло.

То есть москвичи притащиться из Коломны успели – а рязанцы перейти собственную границу не успели. У этих историков-летописцев не ум, а стальной капкан.

А где-то юго-западнее, тоже совсем рядом, стоит литовское войско. До него километров 25, а может и все 40. Но оно тоже не успело соединиться с Мамаем и участия в битве не приняло.

Как же блестящему полководцу Дмитрию Донскому удалось навязать врагу бой до его соединения с почти подошедшими подкреплениями? С гениальной простотой. Мамай сам на него бросился!

Тут все историки чуть заминаются, чуть вздыхают и признаются: почему Мамай не дождался соединения со столь близкими союзниками – «трудно объяснить». Что значит «трудно»?! Практически невозможно!

Расстояние до союзников – час конному гонцу, максимум два. Приказ – идти форсированным маршем. А самому отступить на столько, чтобы оттянуть сражение на день. В контакт с противником не вступать! Для этого не надо быть опытным и талантливым полководцем, для этого достаточно не быть клиническим идиотом. Вон Кутузов от Наполеона до самой Москвы удирал, и ничего, отлично получилось.

Объяснений может быть только два.

Или никаких союзников там не было.

Или никакие они были не союзники.

Второе гораздо вероятнее, и более подтверждено письменными памятниками. Вроде, пишут, были. А вот каковы были истинные замыслы этих бывших – это дело темное. Пропаганда прекрасно умеет скрывать и искажать даже замыслы живых современников, чего ж там требовать от седой древности.

Что-то сильно не чисто с этими «союзниками». Чего хотели, зачем пришли, о чем вообще думали?

Злосчастная Рязань

Для начала надо учесть, что Рязань была Великим княжеством. Ее князь получал ярлык на великокняжение от Орды. Сам собирал налоги с уделов и сдавал в Орду. И юридически был абсолютно равноправен с Великим князем Владимирским, Московским то бишь.

И Рязань отстаивала свою независимость, а Москва отхватывала от нее куски. Ту же Коломну, построенную рязанцами на своей земле и исконно Рязани принадлежавшую, себе отобрала.

Когда шесть веков спустя историки рассуждают, что Рязань не понимала прогрессивной необходимости объединения Руси – это все равно что в XXI веке укорять бывшие советские республики, ставшие независимыми государствами, что для общего блага им надо отказаться от независимости, принять правящую верхушку российских чиновников и жить общим домом по законам и приказам Москвы. (Вы думаете, что при князьях не воровали и не брали взяток?..) Ну, если кто лишится должностей и бизнеса, если кому заткнут рот, если деньги начнут вывозиться в центр – это ничего. Зато объединение! Переживут потомки смутные времена и кровавых царей, а в светлом будущем и счастье ненадолго настанет.

Потомки-исследователи бывают удивительно тупы и глухи к боли и чаяниям предков, хотя сами готовы убиваться из-за протекшего потолка.

Рязань была древнее Москвы и упоминается в летописях не XII, а XI веком. И столицей княжества стала куда раньше. Рязань была ко времени батыева нашествия несравненно больше, богаче и влиятельнее ничтожной тогда Москвы. Площадь города превышала 60 гектаров – это без посадов! Три кремля было в городе, защищенном стенами.

Расположенная на границе Степи, Рязань оказалась на направлении главного удара Батыя. И защищалась отчаянно, и была взята многодневным штурмом, вырезана и сожжена.

И воспряла, поднялась, отстроилась.

И сейчас вы не желаете даже учитывать гордость рязанцев своей родиной, своим городом, своими предками, плодами трудов своих? Для вас пустой звук их приверженность своей трехсотлетней независимости, оплаченной кровью прадедов? Ничего не значит их право и желание жить самостоятельно под собственным князем? Они бараны, которым можно сменить пастуха и загон?

Или вы полагаете, что лечь под Москву – это типа независимый штат войдет в демократическое государство Соединенных Штатов Америки? А садистские казни Ивана Грозного – это не важно? А превращение своей родины в административную область обще-Московского государства – это не важно?

Какое объединение?! Москва – жадная, коварная, хваткая, все под себя гребет. А большинство русских княжеств – в Литве, либо от Москвы шарахается. Оставьте нас в покое с вашими планами, походами и властями – мы сами привыкли управляться со своими проблемами. А от вас, москвичей, кроме зла ничего не видели. Кроме грабежа и насилия. Спасибо за вечную идею объединить ограбленного с грабителем.

…Объединение Руси по методам было бандитскими разборками. Каждый бандит копил силы, набирал сторонников и заручался поддержкой старшего авторитета. Каждый бандит хотел нагнуть и обязать другого. Стать бригадиром, а там и рулящим.

Можем ли мы осуждать бандита, что он не хотел лечь под более удачливого бандита? Можем ли мы осуждать граждан самостоятельного (хоть и вассального) государства, что они стремятся сохранить свою идентичность, остаться самими собой то есть?

…Идея централизации сродни идее создания колхозов. Крупные хозяйство вообще более эффективны. А государству колхозы были необходимы – чтоб перекачивать средства из сельского хозяйства в тяжелую промышленность и создавать вооружения, необходимые для победы в будущей войне.

Только вы это объясните крестьянину, у которого отбирают корову, двух лошадей и весь инвентарь, а самого с семьей ссылают в тундру, потому что он кулак, а кулачество мешает созданию колхозов. Объясните ему, что идет объективно полезный процесс.

А если крестьянин достанет обрез и пристрелит энкаведешника – погодите требовать расстрела для врага народа.

Ишь ты. Рязань им предатели. Следователи-патриоты на наши головы.

Кому Рязань союзник?

Не везло ей. Ее разоряли и жгли и москвичи, и татары, и вместе, и по отдельности.

За год до побоища, в 1379, Рязань разграбил Мамай. Любовь и дружбу таким образом действий заполучить трудно, согласитесь. То есть. Теоретически Мамай мог склонить Рязань к союзу угрозами. Из такого союза бегут при первой возможности. Тогда можно предположить, опять же чисто теоретически, что в случае победы Мамая Олег Рязанский мог бы подключиться к избиению москвичей. Но прежде подождать результата. Нет победы Мамая – нет ему и помощи: о будущем думать надо, победоносную Москву лишний раз не раздражать.

Но учтите: за Дмитрием Московским стоит Тохтамыш. Кто знает, каков будет новый хан. Но то, что он враг Мамая – это хорошо. От Мамая одно зло.

Когда две мощные соседние державы затевают войну – между собой, но рядом с тобой, и на твою землю война очень даже может прийти – каков образ действий нормального государства? Оно объявляет мобилизацию и приводит в боевую готовность свои вооруженные силы. На случай агрессии. Посильно защититься. Прикрыть страну. Кто знает, какие союзы могут сложиться завтра, благоприятные для тебя. И вообще если ты скалишь зубы по-волчьи – на тебя поопасаются лишний раз нападать.

Важная и принципиальная деталь. Куликово поле, мы сказали – на границе Рязанского княжества. А войско рязанское – у себя дома! Границу прикрыло со стороны концентрации чужих войск. А если кто у себя дома – какие к нему претензии?

Мало того. Русские войска шли на битву через территорию рязанского княжества. Так их же никто пальцем не тронул! Это не похоже на враждебные действия союзников Мамая.

Фактически – Рязань придерживалась в этом конфликте вооруженного нейтралитета. И выводить войска за свои границы не собиралась. Хотела бы – так вывела. Что ей Москва, что Мамай – чума на оба ваши дома, им только бы под себя пригнуть. Рязань могла хотеть от Москвы и Мамая только одного – чтоб они обнялись и утопились.

…Но на обратном пути рязанцы грабили обозы с ранеными, возвращающимися в Москву через рязанские земли, напрямик то есть! И кое-кого в плен забрали, и держали год – пока Олег Рязанский не подписал с Москвой договор о дружбе, признав Дмитрия главнее, и обязавшись пленных возвратить. Как враги, значит, себя вели!

Джентльмены, международные вопросы требуют детального рассмотрения, особенно в условиях непрекращающихся конфликтов.

Отношения Москвы с Рязанью были крайне деликатными. Недаром русские войска шли к полю Куликову не напрямик через рязанские земли – а обходя их аккуратно по самому краешку. И Великий князь приказал – чтоб ни один волос с головы рязанца не упал! То есть: никаких провокаций и поводов к конфликту.

Проход через чужие земли всегда как-то согласуется политически и юридически. Сколько людей пройдет, чем будут питаться, как долго на чужой территории останутся, может – плату за это возьмут с транзитников, может – услугами обменяются. Княжество – не проходной двор, знаете. Была ли какая-либо договоренность Москвы с Рязанью? Не знаем. Либо да, либо нет. Если нет – рязанцы имели право протестовать против таких незаконных обозов через свою землю; а поведение солдата-победителя в чужом краю – сами знаете.

И еще два вопроса.

Первый: кто конкретно грабил? Кого вы можете опознать из присутствующих? Если дружинники по приказу князя – это недружественные действия государства; это граничит с вооруженным конфликтом. А если шайки разбойников – тут уж ничего не поделаешь. Где война и трофеи – там мародеры и грабители. Да из леса, да с гиканьем, да ночью, да рожи страшные. Эти и своих пограбят, и чужих, одно слово – воры. Поймаем – казним.

Заметьте: русским достались груды ценного добра, Мамай бросил ставку и лагерь; деньги, платье, посуда, оружие, много чего там валялось на поле и в окрестности. Есть чего грабить.

А также: чужих раненых можно из ненависти перебить. Но на кой черт было рязанцам снимать их с телег и оставлять у себя в плену? Кормить-поить, расходоваться на них. Странно…

Вопрос второй: если рязанцы были врагами – кто ж пускает беззащитные обозы с добычей и ранеными через вражеские территории? Или рязанские шпионы устроились в московское интендантское управление? Значит, Москва считала Рязань не друзьями, так нейтралами.

Девять лет назад войска Дмитрия разбили рязанцев, и князь Олег на два года лишился престола, который сумел вернуть. Удачный поход всегда сопровождался грабежом и угоном пленных. Что присвоили москвичи у рязанцев? Каких ремесленников, строителей, оружейников к себе забрали? Да уж московские летописи конечно молчат.

…Через год после Куликовской битвы Олег Рязанский заключит мир с Дмитрием Донским, признает себя «младшим братом» (но с сохранением всех прежних прав) – и вернет пленных. Про возвращение награбленного – ни слова. А пленные – это кто, бывшие раненые? Или еще стычки были, но в летописи не попали? А может, по этому договору, который закреплял за Дмитрием старшинство «первого среди двух равных», стороны обменивались пленными – «все на всех» или еще как? Может, и Москва кого-то Рязани возвращала? А записывать для потомков это не стали, чтоб Рязань более наклоненной выглядела?

А как вообще Москва терпела, что Рязань держит ее пленных – это же состояние войны?

…За решительным недостатком прямых фактов приходится строить теорию и реставрировать реальность, экстраполируя факты косвенные. Если ты знаешь обстановку целиком, понял ее суть – ты принципиально правильно можешь объяснить любую деталь, если она логично и правомерно уложится в общую картину.

А если достоверная деталь не желает укладываться в логику общей картины – переписывай картину, она неверна.

Так что никаким союзником Мамая и врагом Москвы Рязань себя не проявила. Никаких враждебных действий не произвела.

(И якобы Олег Рязанский умысел имел антимосковский и с Ягайло сносился. За умыслы не судят. Умыслы недоказуемы. Обвинение в умысле есть способ очернения. А задним числом слова можно приписать любые кому угодно. В наши-то дни пропаганда клевещет на живых и искажает историю раз за разом у нас на глазах.)

Литва как лучший друг татар

Когда два мощных соседних государства проводят мобилизацию и собираются воевать – что делать третьему пограничному государству, у границ которого собирается гроза? Естественно, оно тоже проводит мобилизацию.

Когда два соседних государства концентрируют все свои вооруженные силы близ границ третьего – где этому третьему держать свою армию? Естественно, прикрыть свою территорию со стороны возможной угрозы, возможного удара.

Когда у твоих границ однозначно назревает война – ты действуешь на ощупь согласно предположениям – или твоя разведка работает до седьмого пота, собирая информацию о действиях соседа и возможного противника? Да уж конечно стараешься узнать о действиях беспокойного соседушки все, что возможно.

Таким образом, наличие и расположение литовского войска у… – а где, собственно, оно находилось?

От Куликова поля до литовской границы – около 60 километров. Не может же быть изучение битвы не привязано к карте. Хотя давно спорят, где именно была битва и даже была ли вообще – но вот как-то забывают обратить внимание на такие мелочи, как что там рядом находилось и кто там где жил.

Стояло ли литовское войско в 40 км или в 60 – уже никто никогда не узнает. Но факт – что оно расположилось или на своей границе – или отойдя от нее на один дневной переход. В любом случае это называется – прикрыть свою территорию со стороны угрозы. Шаг абсолютно естественный.

Так что вариант первый – Литва вообще не собиралась ввязываться в чужую свару.

Вариант второй. Политический расчет. Если Москва побьет Мамая – он ослабеет, а и она временно ослабится, потеряв людей. Если Мамай побьет Москву – он потеряет людей и ослабится, а она тем паче. Любой вариант Литве выгоден – так чего лезть в драку? Чего ради?

Стравить грозных соседей – мечта любого политика.

Если Мамай победит и Литва получит часть московских территорий – в Орде, вроде, сел серьезный пацан с крутой крышей, и потом придется воевать с ним за то, что откусил от его улуса. Когда Москва восстановит силы – она вместе с ордынской конницей будет воевать с Литвой за отобранные территории, и неизвестно, чем это кончится.

А продолжит Орда слабеть в усобицах – сами заберем что хотим.

Москва с Мамаем вступала в военный союз не раз, и вместе они громили непокорные Москве княжества. А ну как они здесь договорятся и совместно, общей силой, двинут на Литву? По деньгам договорятся, а за счет Литвы возместят убытки и еще прибыль останется. Это не есть невозможно.

Литве доводилось бить москвичей и татар – но по отдельности. А против них вместе – можно не устоять.

Стой в стороне и держи порох сухим. Нечего Литве соваться в эту гнилую затею.

Карта местности

Если взглянуть на карту – Куликово поле находится там, где приордынская степь вдается на север небольшим языком между Литвой и Рязанским княжеством. и вот после уборки урожая, мобилизовав все войска, москвичи самостоятельно движутся в эту ловушку между враждебной Литвой и враждебной Рязанью. Идут сами в этот мешок. Навстречу татарам, которые замкнут окружение с третьей стороны. Суют голову в щипцы для раздавливания орехов.

Это можно трактовать трояко.

Или московские князья сошли с ума.

Или страдали злостным пространственным идиотизмом.

Или были предателями, которых подкупили внешние враги.

Четвертый вариант: Литва и Рязань на тот момент как враги не рассматривались.

Тайна дипломатической переписки

Но как же! В летописи перешло цитируемое письмо Олега Рязанского к Великому князю Литовскому Ягайло. Какая радость, какой шанс, великий царь Мамай идет на Москву – давай к нему присоединимся, а он нам города там раздаст за помощь, и будет нам хорошо, и от Москвы избавимся, и с Мамаем дружить будем. Такова суть.

Вот оно – доказательство враждебного нам союза!

Это письмо мы уже предоставляли суду, ваша честь.

У защиты есть вопросы? Найдутся, ваша честь.

Первое. Подлинник письма есть? Нет. Я так и думал.

Второе. Откуда и как письмо попало в летописи? Никто никогда не узнает. Тоже логично.

Третье. Мы объявляем фальшивкой «Завещание Петра I» – а Запад цитирует его как подлинник. Доказано, что «Протоколы сионских мудрецов» – фальшивка, но антисемиты убеждены в их подлинности. В СССР и России 70 лет твердят, что Фултонская речь Черчилля – это призыв и начало холодной войны, а прочитайте ее – это призыв не допустить войны, угроза которой появляется.

История вообще полна фальсификаций.

Кстати. Такие вещи бумаге не доверяют. Гонца могут убить, перехватить, подкупить, подпоить на стоянке. Это абсолютно секретная информация. И весьма опасная. Сохраненное письмо даже адресат может использовать против автора – обстановка метается стремительно. Такие сведения особо доверенное лицо, предъявив полномочия, передает устно.

Так что. Или это «письмо» – позднейшая фальшивка, призванная очернить Рязань и Литву и обелить Москву, которая в конце концов их поглотила, вполне немилосердными способами. Чтоб, значит, объявить их виноватыми и плохими, а нас правыми и хорошими. Это нормально. Это единственно возможно. Какая же летопись напишет, что если мы кого-то разграбили и пожгли – это плохо, а если нас кто отпрессовал – это хорошо. Сами понимаете – ничего подобного. Наоборот, граждане.

Все, что делает наше государство по отношению к другим – это хорошо, полезно и справедливо. А другие по отношению к нам – русофобы и бездуховные стяжатели, мечтающие о нашей гибели.

Так что привет всем большой от Олега Рязанского, независимое и Великое княжество которого после многих войн было в конце концов подчинено, покорено и присоединено Москвой. Подлый предатель, понимаешь.

А и второй вариант. Что письмо это было правдой. Практические следствия были? А ответ, переписка – что, тоже не были? И что это письмо доказывает – что Олег ненавидел Дмитрия и хотел бы забрать его княжество? Ну, было за что ненавидеть, так это нам сейчас полстраны пересажать надо за ненависть к кому-то и желание этому кому-то всех мыслимых несчастий.

…Дорогие мои. Согласно газетам и протоколам все старые большевики во главе с Троцким были врагами народа и шпионами. А все хорошее сделал Сталин. И десятилетиями вся страна свято в это верила. А вы про какого-то Олега. Он чего вам плохого сделал? Писем любой дурак настряпать может.

На место!

Итак, переправились через реку и сожгли за собой мосты. А мосты – раньше были, по дороге шли? А та дорога, интересно, откуда и куда вела? Или мосты перед переправой плотники навели?

А жгли – чтоб не отступать? Или чтоб невидимые рязанцы в спину не ударили?

Героический пафос без реалистической аргументации должен вызывать у историка недоверие. Историк по натуре скептик. Он знает, что врут и очевидцы, и летописцы. Историк должен влезть в шкуру своих героев и увидеть мир их глазами.

Сожженные за собой мосты – устоявшаяся метафора. В истории войн такой поступок практически не встречается. Сам себе заградотряд за спину никто еще не ставил. Такие приказы отдавались из безопасного тыла.

А через реку продолжают движение только в наступлении. Планируя оборону, заслоняются спереди рекой от наступающего неприятеля. Переправляющийся враг – мишени для лучников. А когда он карабкается вверх по крутому, или топкому, или скользкому, или заросшему берегу – бить его сверху и скидывать обратно удобнее, чем драться на ровном месте.