Ночник памяти

Примерно через 40 минут она уже добралась до квартиры Ника и остановилась у входной двери. Поставила на пол небольшой походный чемоданчик. В него помещалось крайне мало вещей, необходимых женщине. Но сейчас была важна скорость перемещения. В такие поездки вещи покупались уже в пункте назначения онлайн за сутки, а по приезду забирались, либо хранились у подруг в обмен за сувенирчики. Она достала ключи из внешнего отделения и медленно стала открывать дверь, чтобы не разбудить Ника. Войдя, она повесила куртку, чтобы та не шумела, внесла чемоданчик и прикрыла дверь. Теперь предстояло самое сложное. Она сделала несколько шагов в спальню.

Во время полета не раз прокручивала в голове порядок действий, но тут разум смутился. Его голая грудь, монотонно вздымавшаяся, будоражила её: Диана помнила, как они сутками не выходили из квартиры, как отдавали себя друг другу без остатка… «Соберись, не время раскисать, – убеждала она себя, – нужно лишь испытать устройство». Разум брал верх над чувствами. Вдруг она заметила, что у него на голове шлем. Она мысленно выругалась – параллельная работа устройств напрямую взаимодействующих с человеческим мозгом может привести к негативным последствиям. Но через несколько секунд она рассудила, что лучше будет выключить его шлем.

Диана расстегнула плотно набитый чемоданчик. На этот раз в нем оказалась не только одежда и пудреница. Она медленно достала из него ноутбук и провода к нему – сегодня они были важнее других вещей. Положила все на столик в прихожей. Включила ноутбук, набрала на клавиатуре пароль. Затем взяла в руки блок питания размерами чуть больше обычного, выдернула из него провода, а вместо них подключила длинный USB в неприметный разъем с краю и подсоединила его к компьютеру. Блок питания подмигнул ей зеленым светом. Тогда она достала 2 пары с виду обычных наушников. Это были чувствительные датчики для получения информации через электромагнитные волны из коры головного мозга и излучатели для стимуляции его работы. Все эти сложности с маскировкой были необходимы для прохождения таможни и просто из здравого смыла.

Прибор готов. Она установила ноутбук на тумбочке рядом с Ником, блок питания положила неподалеку. Самым сложным было сдвинуть шлем, чтобы закрепить датчики, не разбудив при этом Ника. Только тогда она легонько надавила на кнопку выключения шлема и через несколько секунд та отозвалась короткими миганиями. Спящий не должен был ничего ощутить. После этого Диана расположилась с ноутбуком неподалеку. Она отыскала тот эпизод их жизней, когда он стал причиной её отчисления из университета. Ей хотелось знать, почему Ник так поступил? Зачем подставил её? – Они же были знакомы со школы! Выяснить это сразу же было невозможно – слишком большие объёмы информации. Даты он мог не помнить, но можно просто выбрать все, что связано с первым курсом университета. Она ввела нужные критерии, отметила примерные временные рамки и запустила процесс копирования… Только теперь, наблюдая за огоньками на полупрозрачной 3-хмерной модели его мозга, позволила себе немного расслабиться. Хотя адреналин от происходящего отчасти перекрывал смертельную усталость, отсутствие возможности принять душ в течение нескольких дней и безумное желание выспаться.

Время уже подходило к концу: скоро его либо разбудит будильник, либо он сам проснется за минуту до этого, как часто бывало даже в выходные. Она дождалась завершения процесса копирования. Затем выключила прибор, нажала кнопку включения шлема, убрала ноутбук к себе в чемоданчик, провода бегло свернула и, выходя из комнаты, напоследок оглянулась и подумала: «Интересно, он действительно не подозревал, что я та самая студентка, взломавшая университетскую сеть?» И дверь была аккуратно заперта, будто это сделали изнутри.

Она добралась до своей квартиры, медленно засыпая в такси. Наконец-то можно было расслабиться в своём доме! Сняла сапоги и скинула на пол все, в чем была. Взяла большое чистое полотенце, халат и отправилась в душ. О, да! Теплая вода, смывающая все волнения и страхи…

После душа можно было отдаться сну. У неё впереди целый день, чтобы решить, как быть дальше.

Мисс Перэз

Её сон был неглубоким: она как будто прикрыла глаза на 10 секунд и выпала из реальности. Зато теперь потребовалось лишь мгновение, чтобы прийти в себя. Лежать под любимым одеялом, на мягкой большой подушке было до мурашек приятно. Будучи маркетологом, она не только участвовала в трансформации восприятия клиентами компании, на которую работала, но и в презентации её деятельности крупным партнерам. Для этого приходилось много ездить. Больше всего в командировках её раздражали гостиничные подушки: ну кто, скажите на милость, придумал делать их узкими, жесткими и маленькими? Дома она не была уже несколько дней. Но, по правде сказать, за последние полгода она провела в этой квартире в общей сложности не больше пары месяцев.

Ник считал, что она прилетает лишь сегодня. Точное время прибытия было скрыто намеренно. Она объяснила, что не любит, когда её провожают и встречают. Ссылаясь на то, что презирает расставания, она создала себе свободу передвижений и возможность всегда выглядеть в его присутствии очень красивой. Посудите сами, насколько потрепано, должно быть, она выглядела вчера рано утром, когда сошла с самолета, измученная многочасовым перелетом после жизни в гостинице и минимальным набором косметики на руках? – А теперь предстанет перед ним во всей своей красоте.

После визита к Нику пока тот спал, она сама отдала отдыху 10 часов. От этого её дневной ритм сбился окончательно. И сейчас, в 4 часа дня, Диана чувствовала себя совершенно отдохнувшей. Можно было позволить себе еще немного полежать. Но она достала из чемодана ноутбук и вернулась обратно в постель – ей было очень важно увидеть то, что она скачала. Положив компьютер на колени, она ждала, пока все загрузится. Ей нужно было понять, почему несколько лет назад Ник обрек её на отчисление из университета, дурную славу среди преподавательского состава и необходимость сменить профессию.

Она, конечно, была согласна с тем, что в области маркетинга её принадлежность к женскому полу была преимуществом, а в области ИТ – недостатком. И это прослеживалось достаточно четко, например, на экзамены по техническим наукам нужно было надеть короткую юбку. И причина, по которой она это делала, была не в незнании изучаемого предмета. Все дело в предвзятом отношении к девушкам в её университете, стремящимся работать в ИТ сфере. Надела короткую юбку, значит признает, что ничего не знает – низкая оценка подойдет. Не надела – нужно дать понять, что ничего не знает. С другой стороны, так рассуждал лишь один из преподавателей, но вел он по 2 дисциплины каждый семестр. Теперь же на ней всегда был деловой костюм, хотя её волосы спускались с плеч, а блузка ни сколько не умаляла естественной женской красоты.

Она просматривала нужный день в слепке его памяти и видела, что им двигал интерес. Но не только к любимому предмету, а главное, к ней самой. Только он допустил серьезную ошибку – обратился за помощью к администратору вместо того, чтобы подойти к ней. Чересчур стеснительный или, может быть, осторожный. Но, будь иначе, она рассказала бы ему что искала в тех сетевых папках. Это было всего лишь стремление к знаниям: ей нужны были скачанные дистрибутивы операционных систем. Искала потому, что такие вещи занимают много места и скачиваются очень долго, по крайней мере, от лица простого студента. Дома интернет у нее тогда еще был очень дорогой: оплата по объему трафика. А обращаться к администратору с такой просьбой не хотелось. Да и зачем, если те же самые администраторы всего пару месяцев назад на блюдечке предоставили ей свои учетные записи с паролями к ним: выходили в сеть из-под Windows 98 в одном из самых отсталых компьютерных классов. Его, правда, в том виде уже нет – обновили, но добытые пароли остались неизменными.

Из его воспоминаний было видно, что он не помнил её. Точнее, не понимал, что любимая им Диана была той девушкой-хакером, которую он когда-то разоблачил. Не догадался, не вспомнил. А может быть и имени тогда не знал.

Не один год она винила только его. Его одного во всех тех бедах, которые свалились на её плечи после это самого дня. Сетевой администратор, разумеется, расписал во всех мерзких подробностях то, к каким последствиям могли привести имеющиеся у неё права доступа к компьютерам университетской сети. В списке оказались и личная переписка преподавателей, а многие использовали университетские почтовые ящики для дружеских контактов, включая обмен фотографиями с отдыха и тому подобные… Как выразился ректор во время личной разъяснительной беседы, «публикация данных такого рода могла вызвать существенное падение доверия ко всему университету». Проще говоря, никто не любил выставлять своё грязное белье, а у страха, как говорится, глаза велики. Поэтому наказали её старательно, но так, чтобы придраться было не к чему. То есть официально все ограничилось предупреждением, беседой и выговором главному администратору за допущенные ошибки. Но после этого наступила неофициальная часть, которая настигла её перед сессией – в разгар зачетной недели, причем по профильным предметам. Слухи о предвзятости, разумеется, разошлись по всему университету, и руководство, таким образом, добилось желаемого: наказали одну – научили всех.

Как же тяжело было рассказывать родителям о том, что сразу по нескольким зачетам у нее «неуд.». Как сложно было объяснить, что послужило тому причиной. Отец, пока было еще не поздно, заставил её попытаться сдать эти зачеты с комиссией – деканат неожиданно пошел им на встречу и позволил. Она предполагала, что причиной тому были связи в околофакультетских кругах её папы. Но даже так у неё ничего не получилось. В итоге, мама долго плакала, любимая бабуля попала в больницу с сердечной недостаточностью. А папа, вероятно, разузнав подробности, назвал тот университет «гадюшником» и напомнил ей, как хорошо в школе у нее получалось выступать с докладами, рефератами и вообще отвечать у доски. Просто напомнил, не навязывая своего мнения. Но ей этого было достаточно, чтобы понять его мысли, с которыми она сама согласилась почти сразу же.

В то время Диана окончательно убедилась, что знания решают всё. Но показывать одни только знания недостаточно – нужно их использовать. Например, при сдаче истории религии, уже учась на маркетолога, достаточно было поздравить преподавательницу с днем рождения после пар и сделать маленький подарок, чтобы расположить к себе и с легкостью сдать экзамен.

Она и сама не заметила, как превратилась из компьютерного хакера в социального. Вместо художественной и технической литературы, в её ноутбуке стали преобладать книги по психологии и маркетингу. Со временем, ей стало удаваться всё быстрее находить ключи к попадающимся на пути замкам человеческого доверия. А на выпускном курсе она с успехом выиграла один из крупных конкурсов среди маркетологов, что позволило устроиться в отличную американскую фирму для продвижения её программных продуктов. Тогда и начались путешествия по всему миру и гостиничные номера.

Так продолжалось, пока однажды она не увидела Ника на самой обычной конференции. Она узнала его сразу же. Мужчину вообще легко узнать, даже не заглядывая ему в лицо. Например, у Ника есть свойственная только ему привычка широко закидывать руку назад и поглаживать шею – какая-то измененная версия почесывания затылка. Там же она познакомилась с его конкурентами и на всякий случай взяла предложенную визитку. А по окончании конференции решила узнать Ника поближе, и он клюнул. Она еще не знала, как ему отплатить за пережитое. Но сразу после знакомства с ним, воспользовалась телефоном с полученной визитки. А уже через 2 недели сменила работу – она знала, что на старой уже некуда было расти.

Новый работодатель имел в своем запасе весьма нетривиальные приборы и стремление к нестандартным способам конкуренции. Так она превратилась из обычного маркетолога в промышленного шпиона. Хотя процесс закрепления доверия перед такой серьезной операцией был весьма нетривиальный. Но соблазн получения прототипа шлема из лаборатории их основного конкурента был слишком велик. Тогда в её жизни появилась некая мисс Перэз. Это было контактное лицо. По легенде – американка, сдающая в аренду комнату в Сан-Франциско.

Изначальным планом была только кража прототипа проекта «Drealm». Но со временем её руководство передумало. Тогда-то ей и поручили взять с собой один из прототипов их разработки для чтения и редактирования памяти, а затем сделать копию информации, содержащейся в голове Ника. Она же чувствовала себя настоящей шпионкой, о которых снимают фильмы и пишут детективы. Разумеется, какой-либо подготовки у нее не было, поэтому вечерами она много читала всевозможные материалы про ЦРУ и ФСБ по собственной инициативе: практики, методики, просочившиеся в сеть видеоматериалы. Такая уж у нее сложилась привычка – погружаться в профессию целиком.

После часа раздумий, она всё таки решила, что выполнит то, что ей поручили. Но для этого потребуется вся ночь.

Она начала собираться к Нику – подходило время возвращения его девушки из командировки в Штаты. Он не звонил, так что было очевидно: просто забыл об ней. Неудивительно – серьезный проект, большие ставки и важная роль в команде разработки. Должно быть, он очнётся только к вечеру…

Звонок

…он раздался так неожиданно! Диана поставила специальную мелодию на вызов от «мисс Перэз», чтобы с первых нот было понятно, кто это. Приход Ника был столь волнующий, что ей хотелось забыть про свои шпионские игры. Но трубку снять пришлось. Условным кодом американка сообщило, что срочно требуется прямой разговор по закрытому каналу (условная фраза – жалоба на боль в горле). Диану тут же захлестнули эмоции. «Нельзя, чтобы Ник видел её волнение: подумаешь, какая-то рядовая беседа с малознакомой женщиной» – тут же подумала она. Поэтому, под предлогом желания принять душ, Диана ушла в ванную комнату и включила воду. А сама достала из халата мобильный телефон, через интернет с помощью специальной программы шифрующей трафик позвонила работодателю. Ник, конечно, и не заметил, что в душе она была перед его приходом, а после секса она раньше никогда не мылась.

Разговор был короткий. Ей поручили не только скопировать всю его память, но и стереть последние несколько лет из его головы, а затем передать шлем Ника посыльному, что будет ждать в 7:00 на следующее утро около подъезда в черной ауди. А слепок памяти доставить лично в Сан-Франциско. Должно быть, не хотели рисковать потерять сразу все: и шлем, и память. Естественно – русская таможня не дремлет. Переслать по интернету слепок не получилось бы: слишком большого размера – на это ушла бы минимум неделя. А лететь тут всего-то 1 день.

Она отложила телефон, скинула халат и встала под душ – было бы странно появиться сухой. Теплые струи воды устремлялись вниз по телу, лаская кожу. Это позволяло расслабиться, чтобы дать мыслям парить вокруг. Обдумать следовало многое.

На этот раз подключить прибор было гораздо легче, чем в первый. Ник спал без шлема, да и времени для работы с его памятью было предостаточно. За всю ночь она записала несколько тысяч гигабайт прежде, чем закончила. Все сохранено на портативный накопитель и подготовлено к передаче.

Ауди действительно стояла неподалеку: мотор заведен, минимум света, внутри мужской силуэт и огонек от сигареты. Она страшно ненавидела курящих людей. Хотя понять можно было каждого, но курить на близком с ней расстоянии не позволяла. Поэтому она подошла к машине, открыла дверь, и, уже садясь, сказала:

– Затушите её или я задушу Вас, – и через мгновение добавила, – а потом скажу, что так и было.

Она с первого взгляда поняла, что с такими любезничать бесполезно. Водитель молча выкинул окурок в полуоткрытое окно и посмотрел на неё исподлобья. Это был мужчина лет 40 в черном пальто, костюме, белой рубашке, тонком чёрном галстуке и кожаных перчатках. Он положил руку на рычаг коробки передач и сказал: «Довезу до аэропорта, билет в бардачке снизу, шлем в проход за сиденье». Она открыла бардачок, убедилась, что в билете всё указано верно. После этого поставила кейс за водительское сиденье. Только тогда машина тронулась с места. Ей же, судя по билету, предстояло 17 часов пути с одной пересадкой во Франкфурте. А что будет после, она даже не представляла.

Часть 2

Вместе мы разберёмся

Как только Николай осознал своё бессилие в сложившейся ситуации, единственное, что ему оставалось – предупредить руководство о случившемся, ведь пропал прототип стоимостью в миллионы долларов. Он достал мобильник и нашел нужный номер. Хотя уже начал отвыкать от этого устройства, но всегда носил с собой. Ему не хотелось держать СИМ-карту в нестабильном шлеме, поэтому тот всегда выступал в роли гарнитуры для телефона, а не как полноценное устройство связи.

Как только менеджер взял трубку, Николай сказал:

– Женя, ты не поверишь! – а после этого скороговоркой рассказал о краже шлема и о том, как он внезапно забыл девушку, с которой встречался.

– Я всё знаю. Но ты точно всё это помнишь? – прервал его Женя.

– Как это? Откуда? Я сам всего час назад обнаружил!

– Приезжай в офис – мы уже здесь. Заодно с новеньким познакомишься.

– Хорошо.

Николай ничего не мог понять, но по опыту знал, что Женя палку перегибать не станет. Раз присутствие необходимо, значит нужно пулей лететь туда. Да и Женя просто так в офис бы не приехал, а оставаться дома уже было невмоготу: рождалось ощущение бессилия, бездействия и собственной ничтожности после случившегося.

Не тратя времени на завтрак и проглаживание брюк, Николай надел джинсы с футболкой и помчался на работу. Ему, как обычно, потребовалось чуть больше получаса.

– Привет, – начал он, войдя в кабинет, в котором был его менеджер и незнакомый человек, который сразу же повернулся:

– Василий, оперуполномоченный в ФСБ России, отдел информационной безопасности. Для остальных: рядовой сотрудник вашей фирмы. Поэтому можно просто Вася – Николай пожал твердую руку и представился. Василий продолжал:

– Прости, что держали тебя в неведении, но когда ты узнаешь подробности происходящего, то поймешь причины. – Николай потихоньку присматривался к серьезному союзнику, который в столь неожиданный момент вышел из тени. Это был не очень высокий харизматичный мужчина лет 24–26, в рукопожатии чувствовался характер и физическая подготовка. Все трое стояли посреди небольшого пустого кабинета. За окном было воскресенье, поэтому бизнес центр должен был быть закрыт. Вероятно, Женя заранее согласован исключение в расписании.

– Всё началось с того, что в Москве без вести пропал некий Андрей Петрович Привольский ’79 года рождения. работал сантехником. Жена оставила в полиции заявление и через некоторое время его внесли в список пропавших без вести. На первый взгляд, ничего особенного, но одна из наших систем распознавания лиц нашла его. В итоге муж с женой встретились, однако он понятия не имел, кто она. Даже штампы в их паспортах, общие фотографии и дочка 5 лет, которая узнала своего папу его не смутили. Должно быть, жена решила, что он либо умом тронулся, либо другую нашёл. Но попытки до него достучаться она оставила, а в полиции хоть и посчитали дело странным, но сделать тоже ничего не могли. И вряд ли бы на этот случай обратили внимание, но таких дел появилось целых 5 в течение полугода, поэтому попадание фигурирующих в них лиц в камеры проанализировали. Выводом стало наличие некой организации в нашем городе, которая каким-то образом подменяет память похищенным людям, так как наши психологи, работавшие с одним из таких только разводили руками.

Он достал из кожаной сумки папку раскрыл её и положил на столе. В ней были фотографии людей по несколько снимков на каждого.

– Узнаете кого-нибудь? – Здесь те, кто, вероятно, не свихнулся после такой операции на мозге. Остальных участников больше никто не видел.

Николай внимательно рассматривал фото. На них было три разных человека. А потом обратил внимание на машину, которая попала в кадр с одним из них.

– Нет, никого. Но эта черная ауди… По-моему, я видел её около своего дома несколько раз – номер выглядит похожим. Откуда у сантехника такая машина?

– Это самое интересное. Судя по всему, он ведёт слежку. Мы давно уже наблюдаем за его перемещениями и объектами внимания. Среди них, кстати, оказалась и твоя знакомая, что смылась из квартиры пару часов назад, что должна была улететь сегодня в Сан-Франциско.

– Кто она? Почему так поступила?

– «Кто она?» – это сложный вопрос. В этой организации они все немного «сдвинуты». Но фамилия, имя, внешность настоящие, потому что нет смысла их менять, если можно взять любого человека из толпы и запрограммировать его на полное подчинение, манипулируя его памятью.

Василий вытащил несколько фотографий девушки и сказал:

– Это Диана.

Николай придвинул их к себе. Он уже знал эту девушку: как она улыбается, сердится, на какие темы любит шутить. Единственное, чего ему не хватало – это её лица и имени.

– А вот это она до того, как попала к ним. – Василий вытащил ещё несколько фотографий. На них была та же самая Диана, только одета по-другому.

– А где это она?

– Вологда. Она жила там, пока на одной из студенческих олимпиад по программированию её не похитили.

– Погоди-ка, она по возрасту не может быть студенткой.

– Ездила в роли тренера. Диана в Вологде заканчивает аспирантуру. По крайней мере, заканчивала.

– Я думал, что она маркетолог.

– Да, эта роль была выгодна для того, чтобы завести с тобой отношения.

– Но зачем им я? И почему не подменили память мне?

– Ты слишком яркая персона – стало бы заметно. До сих пор в свои марионетки они выбирали людей, из-за пропажи которых не будет поднят шум. В твоём же случае им нужен был лишь слепок памяти. Поэтому мы и держали тебя в неведении, чтобы они тоже о нас не узнали, когда получат его. Редактировать чужие воспоминания очень и очень сложно, знаешь ли.

– Редактировать? – Погодите-ка! То есть, вы берегли мою память, чтобы не «засветиться»?

– Мы следили за сантехником, а тот, в свою очередь следил за ней. Так мы вышли на тебя и поняли причины ведения столь дерзкой игры этой фирмы из Кремниевой долины в чужой стране. Они охотились за прототипом вашего продукта и полной информацией по проекту. Так что твоя память оказалась для них баночкой с мёдом. Диана сделала её слепок сегодня ночью, затем села в черную ауди к сантехнику и они поехали в аэропорт. Там мы его и задержали – он должен был посадить Диану в самолет (мы подслушали её разговор с некой мисс Перэз). Но в машине кроме него никого не оказалось. Думаю, сантехник сам собирался лететь и вывезти украденный у тебя шлем по частям.

– А что с Дианой?

– Для этого ты здесь. Нам нужно понять, где она может быть сайчас. Судя по-всему, указание стереть тебе память она выполнила лишь частично.

– Значит, вы готовы были принести в жертву мою память?!

– Со слепком её можно без проблем восстановить.

– Погодите, а когда она разговаривала с этой… как её там?

– Мисс Перэз? С… – он выдвинул какой-то листок из папки и заглянул в него, – с 22:45 и до 23:07. Судя по шуму в трубке, из душевой или кухни. У неё жучок в телефоне. Мы планировали перехватить флешку со слепком твоей памяти и отредактировать так, чтобы они не смогли бы найти в ней полезную им информацию. Что ж, во всяком случае, до сих пор никто не пересекал нашу границу под её именем или с её внешностью. Если предположить, что она начала передавать содержимое флешки с момента задержания сантехника, то у нас не так много времени. Ведь даже часть твоей памяти может служить источником полезной для них информации.

– Да, я понимаю. – Николай уже слушал его без внимания. Он активно искал в памяти хоть какие-то намеки на то, где она могла бы укрыться в случае опасности. Николай перебирал диалоги, её взгляды, редкие разговоры по мобильнику, упоминания чего-нибудь примечательного…

Как вдруг сознание остановилось на конкретном моменте жизни. Это была их первая встреча, они шли под зонтом до такси. Он открыл для неё дверь и помог сесть. «Что же здесь может быть примечательного? Может быть, адрес, который она назвала таксисту? – Нет, я не обратил на это внимание, видимо, поэтому не могу вспомнить движение её губ», – размышлял он про себя – «Да и как такое можно запомнить? – Вот оно! Моментом ранее она сказала: „А я загляну, как приеду в Ваш блог. Презентация мне понравилась, может быть и там есть что почитать“. А когда я вышел в сеть, то она написала свои мысли в письме по поводу статьи о будущем нейромозговых интерфейсов». Он вдруг резко открыл глаза и сказал: «Логи веб-сайта!».

Пока Николай размышлял, Василий успел сесть в кресло лицом к нему, а Женя всё так же стоял около двери, но теперь читая что-то с мобильника. На слова Николая оба подняли головы и вопросительно посмотрели. «Видимо, меня не было здесь несколько минут» – подумал Николай. Следующей мыслью было то, что Василию нужны результаты, но сдавать Диану с потрохами очень не хотелось. Николай прекрасно знал, что бывает, если раскрывать все козыри более сильному союзнику. Он быстрым движением сел в кресло и пододвинул к себе клавиатуру. Логин, пароль, запуск нужных программ. Движения были привычны, поэтому позволяли голове работать отдельно: нужно было придумать, как обхитрить Василия так, чтобы тот не догадался.

Он уже просматривал записи вебсервера («логи»), о посещениях в тот самый день, когда проводил презентацию.

– Здесь слишком много записей! Мне нужно точное время, когда закончилась наша первая презентация «ProXeam’а» – Женя тут же набрал на своём смартфоне несколько слов, запустил видео с официального сайта бизнес-центра, в котором всё проходило, и стал искать нужный момент. Всего через 20–30 секунд он сказал:

– В 15:33 ты ответил на последний вопрос и поблагодарил за внимание.

– Спасибо. – Сказал Николай и уже просматривал только те записи, которые относились к упоминаемой ей статье. Написать столь глубокую рецензию было бы сложно, не заглянув в саму статью.

– Нашёл! Здесь единственная запись о просмотре статьи через час после окончания презентации с MacBook’а, – Николай повернулся к Василию и продолжил: тогда у неё был ноутбук от Apple. Вот IP-адрес того места, откуда она выходила в сеть, и точное время запроса.

Этого было достаточно, чтобы Василий тут же начал диктовать всё необходимое по телефону, а потом собрался уезжать.

– Спасибо, надеюсь, она сейчас там. Оставайся на связи на всякий случай. С этими словами он повернулся к выходу, дал знак Жене, тот кивнул в ответ, и по коридору послышались быстрые шаги.

Николай же повернулся обратно к монитору, скопировал другой IP-адрес и стал вычислять её местоположение своими средствами. Это, конечно, была не пара звонков, да и методы противозаконны. Но ему сейчас было не до этого. Ушло почти полчаса, чтобы узнать адрес абонента, который в тот отрезок времени использовал этот IP. Наконец-то он сорвался с места и за два шага очутился у двери. Потом сообразил, что стоит все закрыть, иначе они поймут его хитрость. Поэтому щелкнул рубильником около выхода, и все компьютеры в кабинете погасли. Затем побежал, что было силы, до лифта. Как же медленно ползли эти 30 секунд ожидания чёртовой металлического коробки! Прыжок, несколько раз по кнопке, чтобы глупая машина поняла, что нужно закрыть двери и ехать. Дальше только монотонное покачивание в ожидании, когда лифт минует все 20 этажей и окажется на первом. А вот и он. Нужно быть осторожным – охранники расскажут, если увидят его бегущим, поэтому до выхода неспеша. Он миновал парадную дверь и оказался на улице. Теперь уже перешёл на бег и припустил до машины, на ходу снимая её с сигнализации. Как же удобно парковаться прямо около выхода! Замок зажигания. Ремень безопасности. Снял с ручника автомобиль и, не сильно рыча мотором около бизнес-центра, помчался по найденному адресу.

Убежище

Дорога заняла всего около получаса – повезло – навигатор провел мимо пробок, при этом, не заставляя делать много поворотов налево – тратишь время на пропуск встречных машин, как это обычно бывает. Николай припарковался перед длинным 3-ий корпусом дома № 31. Нужно было найти квартиру № 37. Осталось определиться с подъездом. Он вышел из своей Тойоты, щёлкнул брелоком так, что машина беззвучно подмигнула ему фарами – незачем обращать на себя внимание. И двинулся к первому попавшемуся подъезду. Вывеска на нём гласила «I квартиры 1—27». Поэтому Николай сразу повернул ко второму, но не спешил подходить – он ещё не успел продумать то, как лучше с ней заговорить. Но мысли уже бежали галопом. «Раз она скопировала мою память и с самого начала врала, то этот визит будет задержанием преступницы» – размышлял он. «С другой стороны, неизвестно, что произошло перед приездом сантехника в аэропорт. А вдруг у неё не было выбора, и она в последний момент выскочила из машины?» – по привычке подыскивая аргументы в пользу Дианы, он возражал сам себе, замедляя шаг. Уже остановившись около подъезда, Николай занес палец, чтобы набрать номер её квартиры в домофоне, но всё ещё сомневался. «Видеть в людях плохое – легко» – сказал он сам себе и решил, что из страны ей сейчас всё равно выбраться будет очень и очень сложно. Но ему было необходимо убедиться лично, что рядом с ним она была лишь ради шлема.

Николай начал было набирать номер её квартиры, когда дверь открылась сама: выходила какая-то женщина. Он пропустил её, а потом вошёл. Это была удача! Теперь не нужно будет объяснять на улице, зачем он пришёл и что не уйдёт, пока она не ответит на его вопросы. Судя по номеру квартиры и количеству квартир на этаже, ему нужен был 3-ий. Он побежал по лестнице, перемахивая через две ступеньки за шаг, боясь, что с ней что-нибудь случится, пока он медлит.

На лестнице перед третьим этажом сбавил шаг, чтобы восстановить дыхание. Подошёл к нужной двери, мягко потянул на себя – заперто. Нажал кнопку звонка и на всякий случай шагнул в сторону, чтобы его не было видно в зрачок – мало ли что. Ждать пришлось почти полминуты. Потом дверь просто открылась. Он заглянул внутрь: Диана стояла неподалёку, прислонившись к стене и скрестив на груди руки. Её взгляд был растерянным и чуть виноватым. Она закусила губу и опустила голову. Они оба не знали, с чего начать. Как вдруг, Диана спросила:

– Как ты меня нашёл?

– Логи вебсайта перед твоим первым письмом – он пристально смотрел на неё, как будто ожидая объяснений, извинений или чего-то подобного. Но она молчала. Тогда он спросил сам:

– Чёрная ауди должна была довезти тебя до аэропорта. Куда ты исчезла?

– Смогла убедить водителя, что безопаснее будет высадить меня заранее. А потом просто приехала сюда.

– Почему ты не увезла слепок моей памяти? Зачем ты себя стёрла? И почему только своё лицо, а не всё, что с тобой связано? – Ты хотела, чтобы я тебя нашёл? – в ответ, она закусила губу ещё сильнее и закрыла лицо рукой. А потом всхлипнула и сказала:

– Я запуталась… – тогда Ник сделал к ней шаг и обнял. Она не сопротивлялась. Переборов слёзы, она подняла голову, посмотрела ему в глаза и сказала:

– Я не знаю, кто я.

Они сидели на диване перед её ноутбуком. Он держал её руки в своих, чтобы она чувствовала его поддержку.

– Сегодня утром, когда мы только отъехали от твоего дома. Я увидела в окне какую-то мелочь, и в голове что-то щёлкнуло. Это было как будто вспышка воспоминаний. Я вдруг поняла, что учусь в аспирантуре Вологодского Государственного Университета. Ощущение было такое, будто бы вчера мы с командой студентов участвовали в олимпиаде по программированию в Москве, а вечером мне на поезд до дома. В то же время я понимала, что сижу в машине с человеком, которому отдала украденный прототип ценой в несколько миллионов долларов… – она вновь заплакала. – Что со мной сделали? Откуда у меня жгучее желание отомстить тебе за слёзы, унижения и страдания моих (или не моих?) близких с самого первого курса университета? Почему я в одно и то же время училась на маркетолога в Санкт-Петербурге и на программиста в Вологде? Что было на самом деле?

В ответ он только крепче её обнял. «Видимо, ей, как и другим, заменяли память. Должно быть, сильные переживания заставили её сознание переключиться или подтолкнули к восстановлению скрытых кем-то воспоминаний из её реальной жизни» – подумал он. А потом стал её успокаивать:

– Ну, всё, всё, девочка моя. Вместе мы разберёмся.