Помоги проекту - поделись книгой:
– Я не буду тут спасть. Ты слышишь? Я не буду тут спать.
Я вздохнула и предложила:
– Не спи. Сторожи меня.
Нет, смелость моя давно где-то затерялась. Просто я поняла, что нам все равно никуда не деться. Спать придется тут. И зашла в палатку.
Сама палатка была небольшой. С двух сторон она была из зеленого брезента, с других двух сторон материалом служила белая сеточка. В такую в СССР поковали картофель. Видимо эта сетка называлась дверями, потому что она открывалась и закрывалась на молнию. Посредине палатки стояла кровать. Вход к ней был тоже закрыт сеткой с двух сторон. Прям над кроватью висела лампа. Хорошо, что она была включена. Справа за зеленым брезентом был туалет и душевая кабинка. Душевая тоже из брезента.
Страшно было до ужаса. И еще было очень жалко себя. Я думала о том, как хорошо сейчас моему мужу в тепле, возле телевизора и мне захотелось сесть и разреветься. Именно это я бы и сделала, если бы рядом был мой муж. Еще бы я с удовольствием пожаловалась на свою судьбу и на то, что только он мог так организовать мой отдых и оставить на ночь на съедение голодным львам. Но мужа рядом не было. И жаловаться было некому – все организовала я сама. Рядом была испуганная дочь, которая сжимала в руке свисток и оглядывалась по сторонам в поиске диких зверей. Мне пришлось взять себя в руки, отыскать где-то на самом дне своей антикварной души смелость и предложить дочери принять душ и лечь спать. Дочь сказала, что ей не до душа, открыла молнию-вход в «будуар», плюхнулась на высокую кровать и продолжила озираться по сторонам. Я решила, что если мне уж суждено быть слопанной львом или гиеной – то пусть звери действительно получат удовольствие – скушают меня чистой. Я прихватила полотенце и направилась в душ. Кран с водой я открыла, но кроме холодной воды я ничего не получила.
Недовольная, я «вошла» в будуар и вслух сообщила всем животным:
– Будете меня кушать – не подавитесь – там полно целлюлита! И потянулась выключить свет. Выключатель не нашла. Встала, обыскала все в радиусе трех метров – выключателя не было.
«Ладно, значит будем спасть со светом!» – сказала я и плюхнулась на кровать. «Света, заходи, спать будем!» – пошутила дочка.
Ну что ж, раз ее не покинуло чувство юмора, решила я, значит все нормально. Лампа светила прямо в лицо. Дочь легла рядом, со страхом посмотрела в мои глаза и спросила:
– Не сиделось тебе дома, да? Приключений хотелось, да?
Я что-то буркнула и повернулась на бок.
Мы долго не могли заснуть. Нам казалось, что кто-то пробирается в палатку, что где-то совсем рядом фыркает какое-то животное, несколько раз раздавались какие-то крики животных и уханье сов. Уснули мы только под утро. Проснулись от того, что где-то били в барабаны. Уже светлело. Я поднялась и оглянулась. Лампа по-прежнему светила, а дочь лежала с вытянутой рукой, в которой находился свисток. Еще через пару минут в палатку зашла чернокожая девушка и принесла чай-кофе и печенюшки. Мне пришлось встать и спросить у нее, почему нет горячей воды. Она сказала, что есть и показала как пользоваться душем. Я приняла душ, выпила чашку кофе и стала будить дочку. Дочка очень обрадовалась, что уже утро, вскочила и направилась в душ. Когда вышла, сказала мне, что у нее затекла рука от того, что она так сильно сжимала в ней свисток.
В шесть часов за нами пришел проводник, чтобы сопроводить в приемную, и обещал, что через полчаса нас оттуда заберут и на большой открытой машине повезут в парк поглазеть на животных.
Дочка, увидев проводника, попросила его забрать наш двадцати килограммовый чемоданчик и обещала, что больше никогда здесь спать не останется.
Светка встретила нас с улыбкой и сказала, что ей тут очень нравится. Мы рассказали ей в какой палатке живем, она охала и явно завидовала, что нам ТАК повезло. Я кивала, а дочка (настоящая актриса) сказала:
– К нашей палатке утром приходили носороги – водичку попить. После того, как мама приняла душ…
Потом нас всех заставили подписать бумагу, которую можно считать завещанием «если со мной что случится – в моей смерти прошу винить Клаву К.» и посадили в открытую машину для сафари. Мы разместились на приподнятых задних креслах – что-то вроде зрительного зала на колесах, и поехали.
Джип был снабжен одеялами и пивом. Одеяла нам не понадобились – было очень жарко, а пиво мы не пьем. В машине было человек десять.
Первыми нам попались бабуины. Их было очень много. Про них нам рассказали много интересного.
Бабуины ходят на четырёх лапах, имеют массивные челюсти, а улыбку бабуина действительно стоит увидеть! Бабуины живут семьями, глава семьи обычно старый мандрил и весит он до пятидесяти килограммов. Бабуины большую часть времени проводят на земле, в кустах или на каменистой местности. Но ночью всегда поднимаются на деревья. Они питаются зернами, фруктами, насекомыми, маленькими грызунами. Самка рожает одного или реже двух детёнышей, которых она носит на спине. Если им кто-то нравится – они могут плюнуть в лицо. Да, это у них считается что-то вроде приветствия и симпатии к собеседнику. На вид они очень милые, но вообще-то очень опасны. Они периодически нападают на поля и дома. Но сначала они обследуют территорию – посылают несколько бабуинов в разведку и только если опасности нет – набегают, кидаются на добычу, хватают все, что могут унести и убегают. Недавно они напали на отару овец и сторожевые собаки не смогли противостоять их натиску. У этих обезьян пятисантиметровые клыки – они разрывают как и собак, так и овец на куски. Днем их можно увидеть на шоссе. Они стоят на обочине и смотрят на проезжающие мимо машины. Еще они любители пошутить: могут прыгнуть на спину коровам. Так, ради смеха, чтобы потом посмеяться каким галопом она убегает от них. Но вообще у каждой стаи есть свой вожак и именно он руководит набегом. И если что-то случается с вожаком – вся стая разбегается. Но ненадолго. Вскоре они возвращаются, избирают нового вожака и опять организовывают набеги. А если кто-то швырнет в них камень – пусть пеняет на себя, и больше в этих окрестностях не показывается – они очень мстительные! Они умеют открывать двери, окна, залезают в холодильник, достают оттуда не только фрукты и еду, а иногда и вино. Нам рассказали один случай: фермер уехал на выходные с семьей. Приезжает – все двери нараспашку, стекла в окнах выбиты, телевизор включен – на диване сидят несколько бабуинов и смотрят телевизор. Еще несколько развлекаются другим способом – скатываются с соломенной крыши прямо в бассейн. Ну чем не водный аттракцион? А еще совсем недавно я прочитала в новостях, что в небольшом поселке Лусикисики стая воинствующих бабуинов устроила погром. Приматы с остервенением набросились на здание школы, разобрали крышу из слоновьей травы и ринулись в класс. Помещение было переполнено – там находились семьдесят учеников, и лишь по счастливой случайности никто серьезно не пострадал. Один школьник был оцарапан мощными когтями бабуина.
После бабуинов мы увидели слонов. Один, два, еще несколько слонов. Один из них подошел к машине, тряхнул бивнями перед лобовым стеклом. Мы все вздрогнули и затаили дыхание. Интересен тот факт, что в африканских саваннах и джунглях не находят бивни умерших слонов. Возникла даже легенда, будто слоны уходят умирать на таинственные и неприступные слоновьи кладбища, но в прошлом веке охотнику Джону Хантеру удалось установить, куда исчезают бивни, – оказалось, что их съедают африканские [битая ссылка] дикобразы, стараясь таким образом утолить минеральный голод (во время сезона дождей сильные ливни вымывают из почвы минеральные вещества). Происхождение слова «слон» не вполне понятно. По предположению некоторых лингвистов, «слон» восходит к той же основе, что и глагол при
Больше всего мы хотели увидеть льва! И нам это удалось!
Лев лежал в тени у дороги и спал. Мы подъехали почти вплотную. Кто-то громко чихнул. Зверь проснулся, сверкнул желтыми глазами и зарычал. Стало страшно. Лев в одном прыжке от машины, ружье зачехлено. Но лев только лениво перевернулся на спину, поджал лапы, как котенок, и снова закрыл глаза.
Наш рейнджер включил заднюю передачу и отъехал метров на десять назад.
– Понравился наш Феликс?
– Феликс? Это что, домашний лев?
– Нет, что Вы! Он самый настоящий, дикий. Но найти его несложно. Он глава семейства, поэтому никогда ничего не делает и круглые сутки спит. Практически всегда в одном и том же месте. К тому же он считает себя самым главным и ни от кого не прячется.
Восторг детей невозможно описать:
– Видели, да? А как он на нас посмотрел? А глаза какие? А какая у него лапа?
Лапа действительно огромная. Вообще если бы он захотел запрыгнуть и полакомиться человечиной – легко бы смог это сделать.
В самом конце путешествия мы увидели жирафов. И не просто увидели – мы стали свидетелями их драки. Дерутся они своими длинными шеями – бьют головой – и отходят в сторону. Как будто две сабли, которые скрестили противники. Они наносят удары примерно в середину своей длинючей шеи, немного пошатываются, пытаясь сохранить равновесие, отходят, отдыхают и опять скрещивают свои шеи. С одной стороны – красиво. Но с другой – жалко их. Именно шея – главный объект эволюции вида, основной балансир для расположения тела жирафа в пространстве, инструмент питания, устанавливания дружеских и любовных связей, соперничества и агрессии и, наконец, целый клубок загадок для нас, людей. Все, что ни делает жираф, он делает неторопливо, достойно, величественно. Походка жирафа медленная и плавная. При каждом шаге поднимаются поочередно обе ноги каждой стороны, а опирается он на ноги стороны противоположной. Такой тип движения называют иноходью. На любых аллюрах в движении участвует его длинная шея, выступающая как балансир и уравновешивающая отдельные части тела. Когда ноги касаются земли и уже готовы оттолкнуться, шея уходит назад, облегчая толчок, в полете же возвращается вперед. Так, двигая шеей «вперед-назад», подобно огромному рычагу, жираф и передвигается. При помощи кивков шеи они умеют прыгать через препятствия.
Дочь все допытывала: – Почему они подрались? Что же они не поделили?
Мне стало интересно почему, и самое главное на какой почве у них происходят разногласия. Поэтому я спросила это у нашего провожающего. Оказывается, несмотря на то, что жирафы не захватывают чужие и не охраняют собственные территории, свое превосходство друг над другом они все же утверждают, а, следовательно, определенная иерархия у них существует. Особенно ярко она проявляется среди самцов. Доминант при встрече с сородичами высоко несет голову и задирает подбородок, производя соответствующее впечатление, дополняющееся специальной гримасой. Как будто улыбается. В случае если его не воспринимают «всерьез», самец-доминант бросается прямо на соперника, выгнув шею, опустив голову и угрожая рогами. Но чаще всего кроткие жирафы уступают друг другу, обходясь без конфликтов. Если же «нашла коса на камень» и никто не готов уступить, тогда оба соперника становятся рядом и, мотая головами на длинных шеях, бьют ими друг друга. Кстати, жирафенок рождается без рожек. Но место их будущего появления отмечено пучками черных волос, под ними зреет хрящик, который со временем окостеневает, превращаясь в маленькие рожки, которые вскоре начинают расти. А кисточки шерсти на них остаются у жирафенка на несколько лет, потом они стираются и исчезают. Еще нам рассказали, что совсем неподалеку в одной из ферм домашним питомцем стал маленький жирафчик. Малыша назвали Блокис, поселили в большом сарае, но он часто заходит в дом и любопытствует, чем заняты его приемные родители. Ест Блокис в основном листья и с удовольствием пьет молоко. Чтобы малыш получал достаточно молока, владельцам фермы пришлось купить трех коров – кормилиц. Жирафенок хоть и маленький по возрасту, но вымахал под два метра, весит уже сто двадцать килограмм и выпивает в день двенадцать литров молока.
«Приемная мать» маленького жирафа решила, что ее питомец будет обитать на ферме от полугода до года, после чего его отпустят на волю, в дикую природу, к сородичам. А пока за Блокисом тщательно ухаживают, ведь жирафы очень чувствительны к холоду и нередко заболевают воспалением легких. А недавно на ферме появилась молоденькая самка жирафа Блонди. Блокис, который раньше нередко скучал в одиночестве, сразу ею заинтересовался.
Пикник в парке Крюгера выглядит следующим образов. Все выходят из машины на открытую поляну, достают свои запасы (нам их выдали в приемной) перекусывают и постоянно в страхе оглядываются: не пожаловал ли в гости на хлебушек какой-нибудь зверек. Мы со Светкой храбрились и вышли из машины. Наши девочки перекусили в машине, но очень переживали за нас и постоянно смотрели по сторонам.
В этот же вечер мы отправились назад, домой.
Впечатлений хватило на несколько месяцев, а фотографий хватит на всю жизнь. Еще, наши мужья-папеньки, посмотрев фотографии и выслушав «изумительный» рассказ об отдыхе обещали тоже поехать. С нами, разуемся.
Провинция Западный Кейп (Western Cape)
Провинция Западный Кейп расположена на юго-западе страны. Это район складчатых гор, равнин со множеством природных источников воды, широкими пляжами и незабываемыми пейзажами, это целое королевство цветов: здесь произрастает наибольшее в мире количество их разновидностей и расцветок.
Столица провинции – город Кейптаун – родной дом для людей множества национальностей. Это и самый «европейский» город Африки, здесь иногда просто невозможно понять, где находишься!
Основную массу населения составляют белые африканеры, «англоязычные» белые, среди которых англичане, евреи, португальцы, греки и десятки других национальностей, включая русских, и капские «цветные», подразделяющиеся на множество групп, англоговорящих и говорящих на «африкаанс».
Белые африканеры предпочитают северные районы, подальше от моря, «англоязычные» – южные, вдоль океанского побережья и у Столовой горы. Большинство «цветных» живут в долине между этими двумя массивами, но с появлением достатка считают делом престижа переселиться в традиционно «белые» районы. Конечно, в такой пестрой массе населения – множество разных культур, религий и верований, точек зрения, жизненных укладов и традиций; но есть одна вещь, объединяющая всех. Это святая уверенность в том, что их любимый Кейптаун – самый прекрасный, самый уникальный город на свете…
Кейп – в переводе – означает Мыс. Таун – город. Итого – Город Мыса. Кейптаун пользуется славой самого красивого города ЮАР.
В этом городе я побывала с мужем и с нашими друзьями, которые приехали из Одессы посмотреть страну два года назад. Мы летели самолетом авиакомпании со странным названием «Один полет». В аэропорту мы поинтересовались, что означат это название: полет совершается только один раз потому, что больше никогда не захочется или потому что мы не прилетим на место? Видимо, кроме нас больше никто таких глупых вопросов не задавал, сотрудники авиакомпании очень удивились и сказали, что «один полет» означает, что мы будем летать только этими авиалиниями. На самом деле мы были совсем не против, потому, что цены не кусались и были на 30% дешевле всех остальных авиакомпаний.
С воздуха Кейптаун сильно отличается от Йоханнесбурга.
В основном холмистостью. К концу полета ландшафт сильно изменился. Из белых воздушных облаков стали выглядывать горные вершины, как будто сделанные из черного бархата и облитые сверкающей смолой. Было такое ощущение, что можно забраться на эту вершину и потрогать белое облако. Сочетание белого и черного делало пейзаж просто фантастическим. Потом самолет немного снизил высоту, и мы увидели океан.
Нас встретили в аэропорту – мы заранее заказали русского гида, и сразу повезли к Столовой горе. Столовая гора сложена из грубозернистых [битая ссылка] песчаников, имеет крутые склоны, которые покрыты вечнозелёными [битая ссылка] лесами и [битая ссылка] кустарниками. [битая ссылка] Флора и [битая ссылка] фауна склонов охраняется, так как там встречаются редкие виды.
У Столовой горы весьма необычная вершина: она представляет собой ровное плато, протянувшееся на несколько километров. Из-за этого гора напоминает стол. А когда на нее опускается облако, кажется, что стол накрыли скатертью.
Наверх можно было подняться по канатной дороге, но из-за сильного тумана она не работала. Поэтому мы поднялись на машине. Кейптаун продувается насквозь всеми ветрами. Потому и Столовую гору считают местным кондиционером. Климат здесь суровее, равно как и Атлантический океан холоднее и неспокойнее, нежели Индийский.
Вид со Столовой горы на город был просто неописуемый. Мы находились выше облаков, но город было очень хорошо видно. Он был крошечным, почти кукольным. Мы сделали много фотографий и очень пожалели о том, что канатная дорога не работает.
Вокруг нас крутилось множество смешных животных, похожих на сусликов. Они явно выпрашивали угощение, но, поняв, что у нас ничего нет, побежали к другим туристам.
Рядом со Столовой горой расположены известные пики Двенадцати Апостолов, Дьявола и [битая ссылка] Львиной Головы.
Мыс Доброй надежды раньше называли Мыс Бурь или Штормов потому, что возле этого мыса в свое время разилось более четырехсот кораблей. Можно часами стоять и наблюдать, как огромные волны разбиваются о черные скалы и воображать, что именно в этом месте сходятся Атлантический и Индийский океан. А если долго смотреть на волны, даже кажется, что вот эти, справа, совсем другого цвета, чем эти, слева, а вот здесь, посмотрите, именно здесь они и соединяются, как бы врезаясь друг в друга. На самом деле все это только красивое воображение. Два океана встречаются друг с другом совсем не в этой точке, а более чем сто километров восточнее, а здесь возможно встречаются два течения.
По дороге на Мыс Доброй Надежды мы встретили ораву бабуинов, несколько страусов и даже одного заблудившегося пингвина.
Наверху, на скале – старинный маяк. Стоять рядом с ним можно только под углом, иначе сдует ветром. Когда-то маяк помогал морякам, но однажды был скрыт облаками, и некие португальцы угодили на камни. Теперь настоящий маяк – один из мощнейших в мире – внизу, а старый лишь дань времени.
Рядышком небольшой центр – ресторанчики, магазины.
Сделав фотографии с указателем «Крайняя Южная Точка Африканского Континента» мы решили пообедать и выбрали рыбный ресторан. У входа стоял швейцар и открывал двери.
Наверное, дорогой ресторан – раз такое обслуживание, – подумали мы. Но оказалось, что швейцар стоит на входе для того, чтобы в ресторан не попали бабуины. Уже несколько раз бабуины врывались в ресторан, прыгали по столам, воровали еду, кричали и пугали посетителей. И действительно, когда мы выходили из ресторана мы повидали бабуинов, которые прохлаждались возле входа в надежде попасть внутрь. Вообще, даже у парковки надо быть осторожными. Очень часто бабуины, как самые заправские грабители, отнимают у туристов видеокамеры, фотоаппараты, еду, сумки, кошельки, деньги и даже украшения. Затем убегают куда-то в горы. У нашего друга возникла мысль разыскать их жилище и конфисковать собранное за десятилетия добро, которое, наверное, потянет на целое состояние. Но мне подумалось, а что если бабуины не совсем дикие, а даже можно сказать вполне дрессированные, а?
После мы направились в порт.
Вообще в Кейптауне – целых два порта, старый и новый.
В старом в наши дни швартоваться стало очень престижно и почетно. Он и на традиционный-то порт мало похож, – почти весь представляет собой одну большую зону отдыха, развлечений и торговли. Тут есть и рестораны, и кинотеатры и очень красивый океанариум с рыбами, змеями, пингвинами, а также множество отелей и музеев. Получилось удобно, красиво и весьма необычно, и назвали все это – Вотерфронт (Waterfront).
Всякой живности полно, вода чистая. Местные тюлени живут прямо на причалах – целыми гаремами, рядом морские утки ныряют за рыбой, и никто никому не мешает. Магазины и особенно рестораны открыты допоздна.
Новый порт – совсем другое зрелище. Здесь причал для огромных контейнеровозов, танкеров, сухогрузов и рыболовных судов. Сюда заходят для ремонта океанские буровые платформы и технологические суда разного назначения – от алмазодобывающих до трансконтинентальных кабелеукладчиков. Швартуются круизные лайнеры и ледокольные суда на пути в Антарктиду и обратно. Многих из них встречают, как почетных гостей, местные африканеры и «цветные» в традиционных костюмах. Порт этот – очень современный и довольно неуютный, как все крупные порты.
Мы гуляли по порту более четырех часов, потом поужинали в португальском ресторане, но с африканским дизайном.
Вместо скатертей на столах были подставки для тарелок из шкур различных зверей. На стенах висели чучела животных, даже тарелки были с орнаментом под леопардовую шкуру. А на ручках столовых приборов красовался глиняный леопард с открытой пастью.
После нас отвезли в гостиницу, которую мы заказали по телефону еще в Йоханнесбурге. Мы заказали две стандартные комнаты – одну для нас с мужем, другую для наших друзей. Большая кровать, чистое белье, белые полотенца, небольшой балкончик с креслом и журнальным столиком, просторная ванная с душевой кабинкой – все это самая обыкновенная, недорогая гостиница (три звезды) прям на берегу Атлантического океана в пяти минутах ходьбы от Вотерфронта. На четвертом этаже гостиницы небольшой бассейн, где мы пропадали все свободное от путешествий время.
На следующий день мы, позавтракав в гостинице, отправились поглазеть на пингвинов и морских котиков.
Бухта, с которой начиналось путешествие на теплоходе к острову морских котиков, выглядела просто сказочной.
Вода была бирюзового цвета. С одной стороны к бухте примыкала гора, на которую спускались облака, и вершина терялась в дымке. Солнце ярко сияло и отражалось в воде, где находилось много парусных лодочек, крошечных, будто игрушечных. Картина была удивительная, словно нереальная.
Вообще бухты, заливы и дома в этих окрестностях здесь великолепны.
Хотя богатством хвастаться здесь вроде бы не принято, оно все равно выпирает, особенно на Атлантическом побережье и на поросших лесом отрогах Столовой горы, где живут очень крупные банкиры и бизнесмены, нередко руководящие отсюда (по интернету, факсу, телефону) своими конторами на севере ЮАР, в Европе, Америке… Один из них – Марк Шаттлворс, уроженец Кейптауна, второй в истории «космический турист» и первый африканец, полетевший в космос.
Надо сказать, застроены богатые районы со вкусом; местные архитекторы и строители – профессионалы, настоящие мастера своего дела. Впрочем, поселиться здесь может и любой российский бизнесмен. Для приобретения недвижимости препятствий нет. А стоимость, например, домика на побережье из четырех комнат, с гаражом и двориком – обойдется в 200—300 тысяч долларов США. Так это ведь дом, а не однокомнатная квартира в Москве!
Цены на недвижимость растут очень стремительно. Еще пару лет назад такой домик можно было купить за 100 тысяч, а семь лет назад за пятьдесят.
Но вернемся к морским котикам. Колония состоит из четырех тысяч Капских котов. Те, кто постарше лениво валяются на камнях и фыркают на туристов. А юные котики устраивают представление: ныряют перед катером, выпрыгивают у бортов, кувыркаются и играют в догонялки. Само путешествие на остров котиков занял менее часа. По прибытию нас встречала делегация черных артистов – они били в барабаны, пели и подавали шляпу, чтобы их отблагодарили.
Следующий пункт – остров пингвинов.
Честно скажу, пингвины меня очень разочаровали. Я ожидала увидеть больших умных птиц, а увидела маленьких неуклюжих животных, которые расположились на прибрежном песке. Сверху, над ними, были проложены мостики для посетителей. Вся пингвинья жизнь предстает перед глазами. Самцы высиживают детенышей, а потом молодых пингвинят учат выживанию – добывать пищу, летать.
Самое интересное, что никто точно не знает, откуда пришли сюда эти пингвины, скорей всего из Антарктиды. Говорят также, что они могут в любой момент перебраться в другое место, но пока это не случилось, и все надеются на лучшее.
Еще через час мы оказались на страусиной ферме, которая напоминала скорее туристический аттракцион, а не ферму. Изумрудная зелень подстриженных газонов, здание в бурско-голландском стиле, а внутри, естественно, маленький музей и большой магазин сувениров. Самих страусов можно посмотреть как в закрытых вольерах, так и на открытых пастбищах.
– Сначала немного теории. Пойдемте в музей, – сказал наш гид, и мы зашли в невысокий домик, где повсюду на полках были разложены страусиные яйца.
Все они были красиво раскрашены и помещались на специально сделанных подставках.
В углу, почти у самого входа, стоял маленький скелет страуса, а в центре комнаты – большой, в человеческий рост.
В комнате вместе с нами находился черненький парнишка, который пытался рассказать нам об эволюции и истории разведения страусов.
Наш гид прервал его, заявив, что все нам сам объяснит, а его попросил сходить в буфет и принести нам по баночке «Ice Tea». Парнишка метнулся к буфету, а наш гид, подражая экскурсоводу, начал свой рассказ:
– Африканский страус – это самая крупная птица в мире, рост которой достигает двух с половиной метров в высоту, а весить эта птичка может до ста тридцати килограммов. Ноги у них длинные и сильные. Самцы – черные, самки – серо-бурые. При беге развивают скорость сорок—семьдесят километров в час. Поэтому, прежде чем вы пойдете кататься на страусах, подумайте: хотите ли вы это?
– Моя жена очень хочет. – Сказал мой муж.
Я удивленно посмотрела на него, но он улыбнулся и голосом Ангела прошептал:
– Ну, правда, ты же хочешь, признайся?
Не дождавшись признания от меня, Шура решила исход катания:
Поделиться книгой: