Замена для чувственного монстра [СИ]

— Сегодня я буду спать в гостевой спальне, — холодно сообщил Дейрус и, не глядя ей в глаза, развернулся и быстро зашагал к двери одной из комнат.

Яна простояла у смотрового окна, словно статуя, несколько невыносимо долгих минут. А потом, сжав кулаки, прошла в спальню, легла на большую кровать, и с каменными лицом прижала к груди подушку.

Этой ночью Дейрус не спал с ней. Так же, как и следующей.

7.

Вот уже вторую неделю Яна не находила себе места, и совершенно не понимала себя по этому поводу. Ведь столько месяцев она была уверена, что мечтает только лишь об этом: чтоб Дейрус перестал спать с ней в одной постели и принуждать ее к сексу! Но почему-то теперь, когда это желание осуществилось, на душе было пусто. Особенно когда она вспоминала те жуткие моменты в плену, и мерзкие белые щупальца, которые проникали в нее. Когда эти воспоминания снова накатывали (а они практически не отпускали ее), девушке хотелось лишь обхватить свои плечи, забиться в уголок и плакать. И единственное, что помогало справиться со всем этим кошмаром — это, как ни странно, воспоминания о ночах, проведенных с Дейрусом. Мысли о его ласках и объятиях, вопреки ее собственной убежденности, воспринимались как нечто теплое и приятное, отгоняющее все плохое. Но в то же время они пугали ее. Не из-за того, что она не хотела спать с ним! Просто щупальца Гайлафа, скользившие по ее телу, как будто отравили, пропитали кожу его мерзкой слизью, от которой не удавалось отмыться, как бы она ни терла себя губкой в душе. Ей казалось, что пока она не отмоет себя от этой слизи, то просто не имеет права позволять Дейрусу касаться себя. Но… но разве было в этой проклятой вселенной хоть что-то, способное ее отмыть?!

И что хуже всего, Дейрус был прав. Она ведь сама сбежала от него, сама хотела сбежать, не думая ни о чем, кроме того, как хочет оказаться подальше от него. Так разве есть у нее право теперь винить его за то, что он, все же, решил, наконец, осуществить ее собственное желание? Да и почему ее вообще должна заботить его боль?! Ведь сам он не слишком-то заботился о ее чувствах, когда все это время тащил ее в постель! Просто каждый раз был с ней нежным, страстным и заботливым. И ни разу не связывал, не бил, не брал силой… по крайней мере, физической силой. Сейчас Яна попыталась вспомнить, было ли такое, чтоб она рыдала, умоляя Дейруса не делать этого с ней, а он, получая удовольствие от ее слез, входил в нее своими щупальцами. То принуждение, что он применял к ней, было скорее моральным и работало лишь потому, что саму ее тянуло к нему из-за этого проклятого тела, будь оно неладно!

Поняв, в какую степь ее завели собственные мысли, Яна выругала себя, похлопав ладонями по щекам. Что это она за ересь навыдумывала?! Ведь Дейрус действительно принуждал ее с самого первого дня, хоть она и просила его не делать этого. Ему всегда было плевать на то, чего хочет она! Все, чего желал этот мужчина — лишний раз переспать с телом своей покойной жены. Ему не было дела ни до нее самой, ни до ее чувств и желаний. Потому у нее не было и причин переживать сейчас.

Внезапно ее бесконечные размышления оборвала сирена. Лавочки начали спешно закрываться, а люди, спокойно отдыхавшие минуту назад, сорвались с мест и куда-то понеслись!

— Что происходит?! — испуганно закричала Яна, схватив за руку пробегавшего мимо мужчину.

— На нас напали, госпожа! — отчеканил тот. — Вступаем в бой! Укройтесь в убежище в центральных отсеках!

Перепугавшись, девушка едва не заблудилась. Но, к счастью, найти убежище оказалось несложно. Для этого нужно было лишь следовать за потоками испуганных цивильных. Благо жену капитана в ней признавали если не все, то многие, потому проблем по дороге и при размещении в укрытии у нее не возникло.

Вскоре все, желавшие спрятаться в убежище, оказались внутри, и ответственные за него солдаты закрыли вход.

Здесь было почти темно — похоже, ради экономии энергии во время боя. А еще немного прохладно, несмотря на массу людей, плотно сидевших рядом друг с другом. Даже плед, накинутый на плечи, не спасал. Но что самое жуткое, снаружи постоянно доносились взрывы, удары и толчки, сотрясавшие станы. Вот только все, о чем могла думать Яна в такой ужасный момент, это Дейрус. Ведь… ведь капитан наверняка сейчас в опасности! А что, если он погибнет? Просто возьмет и умрет, ненавидя ее?

От этих мыслей становилось настолько невыносимо больно, что Яна просто чудом удерживалась от слез. Да и то, скорее всего, лишь потому, что не хотела показывать их всем этим незнакомым людям.

Казалось, бой продолжался целую вечность. И когда эта вечность, наконец, закончилась, дверь убежища открылась. Сорвавшись с места, Яна понеслась к выходу, стараясь выскочить наружу одной из первых, пока еще не началась давка. Совсем уж проскочить ей не удалось, но в то же время не пришлось долго стоять в очереди. Так что девушка довольно быстро покинула убежище, и сразу же помчалась на капитанский мостик. Она понимала, что ее туда ни за что не пустят. Да и Дейрус, без сомнений, разозлиться из-за того, что девушка прибежала прыгать вокруг него в такой ответственный момент. Но она просто не могла поступить иначе! Не могла не волноваться, не бояться, не думать о нем!..

Вот только до мостика Яна так и не добралась. Уже на подходе к нему девушка услышала краем уха от солдат, что капитан серьезно ранен и его унесли в лазарет. Эта новость испугала ее настолько сильно, что она едва не потеряла из виду тех самых солдат, от которых та и долетела. Встрепенувшись, Яна догнала их и переспросила, правильно ли все поняла. А получив подтверждение — быстрее ветра понеслась в лазарет.

Как ни странно, он был переполнен, и доктора метались от койки к койке. Яна действительно не хотела мешать, когда происходило подобное, но просто не могла противостоять тому волнению, которое разрывало ее на части! Благо молодой санитар, заметивший ее, сразу признал жену капитана и быстро провел ее к нему.

Дейрус лежал в отдельной палате. К его крепкому телу было подключено множество непонятных приборов, а торс был перевязан, и с правого бока просачивалось небольшое кровавое пятно. Прежде чем уйти, санитар убедил девушку, что опасность для жизни уже миновала. Но глядя на эту картину, Яна все равно не могла не плакать. Подойдя к койке, она встала рядом на коленях и несмело коснулась ладонью бледных щек, покрытых легкой щетиной.

В тот же миг веки капитана вздрогнули, и слегка затуманенные голубые глаза посмотрели на Яну с одновременной нежностью и болью.

— Пожалуйста, не оставляй меня, — выдохнула девушка. Она не отдавала себе отчет в том, что делает. Просто не могла остановиться, замолчать… унять сердце, которое так безумно трепетало. — Я… не могу, прости. Я честно старалась. Прошу тебя, не исчезай. Знаю, я дура, но… Я так люблю тебя, — шептала Яна, гладя черные волосы, целуя его губы снова и снова.

8.

Пока Дейрус лежал в лазарете, Яна не отходила от него ни на шаг. Вот только за все это время он с ней практически не разговаривал. А любые ее собственные попытки завести разговор заканчивались ничем. Ну, конечно, он же ведь не желал принимать того факта, что стоящая перед ним девушка — не его жена, лишь ее тело, в котором уже четвертый месяц живет другой человек!

Именно понимание этого заставляло Яну чувствовать себя еще большей дурой. Не только потому, что она призналась самой себе в своих глупейших чувствах! Но и потому, что искренне надеялась: а что, если в глубине души Дейрус тоже испытывает что-нибудь к ней, именно к ней?

Когда врачи позволили капитану покинуть лазарет и снова приступить к служебным обязанностям, он зашел в свои покои лишь для того, чтобы переодеться, а после незамедлительно отправился на мостик. Яна понятия не имела обо всех политических интригах, которые, безусловно, имели место где-то там, в кругах, где вертелся Дейрус. Так же, как и о деталях того, что это вообще было за нападение. И подробностей всего, о чем говорил Гайлаф. Эти вещи являлись чем-то безмерно далеким, принадлежащим капитану корабля. И он совершенно не собирался делиться этим с ней. Потому девушке оставалось лишь гадать, что у него на душе, о чем он думал, уходя на мостик, сколько дел ему предстоит разгребать, и с какими мыслями он сегодня вернется домой.

Прошатавшись несколько часов по зонам отдыха, Яна вернулась в покои, и остаток вечера посвятила чтению какой-то бессмысленной ерунды, содержания которой и сама не запомнила. Просто сконцентрироваться на книге не получалось.

Было уже поздно, а Дейрус все не возвращался. И ей не нужно было долго гадать о причине. Как-никак, капитан довольно длительное время провалялся на больничной койке, и дел у него накопилось по горло. Так что Яна, отложив книгу, тяжко вздохнула и отправилась в душ. Ей всегда нравилось стоять под теплой водой, хоть та до сих пор и не могла смыть с нее слизь с мерзких белых щупалец. И все же, на душе становилось немного легче. Когда взмокшие длинные белокурые волосы прилипали к спине, а кожу ласкала теплая вода, все остальное немного отодвигалось, стоя не здесь, а лишь где-то рядом, за пределами ванной.

Как вдруг дверь открылась — лишь на миг.

— Не возражаешь? — услышала Яна над своим ухом, когда крепкие руки обняли ее, а обнаженное мускулистое тело прижалось к ее спине.

— Нет, — сладко прошептала девушка, млея от этих прикосновений. А еще — чувствуя налившийся кровью член, упиравшийся в ее бедро. И прикосновения черных щупалец по всему телу.

Его губы нежно касались ее шеи, слегка прикусывая кожу. Постанывая от удовольствия, Яна накрыла ладонями руки, сминавшие ее грудь. Одна из щупалец привычно, собственнически скользнула меж ее ног и проникла в нее, вырвав из горла судорожный стон. Прикосновения каждой из них, любое прикосновение Дейруса было для нее словно лекарство. Ей хотелось, чтоб он проникал в нее, чтобы вновь заклеймил собой, навсегда изгнав противный запах другого мужчины, который посмел касаться ее.

— Ты моя, слышишь? — прошептал Дейрус, наклоняя ее так, чтоб войти сзади, за миг до того вытащив щупальце из ее лона. — Ты только моя, и больше ничья. Я единственный, кто имеет право прикасаться к тебе, кого принимает твое тело, все твое существо. Ни один другой мужчина не должен касаться тебя, и уж тем более память о его преступных прикосновениях не должна быть для тебя ярче, чем память о том, что с тобой делаю я.

Бедра Дейруса двигались быстро, отбивая четкий темп под слегка горячими каплями падающей на них воды. Пройдясь по изящной спине, одна из щупалец скользнула по шее, потянулась вниз, оплетая грудь, проползла по животу и крепко обвила бедро. Две другие вдагбг тем временем оплели запястья, с возбуждающей силой прижимая ладони девушки к мокрому кафелю. Опутанная ними, Яна только и могла, что метаться в судорогах наслаждения, безнадежно пытаясь вырваться и получая еще большее удовольствие от того, что ее попытки были безуспешны.

Кончив, Дейрус развернул Яну, притянул к себе и чувственно поцеловал под каплями душевой воды. Переплетаясь, ощущая прикосновения мокрой кожи, их тела отвечали друг дугу.

Закрутив, наконец, воду, Яна едва успела вытереться, когда Дейрус подхватил ее и понес в спальню. Но прежде, чем он успел что-либо предпринять, девушка села ему на колени и торопливо направила его в себя. Обвив шею Дейруса цепкими руками, девушка запрокинула голову и активно двигала бедрами, ловя каждый его стон. Еще никогда она не была с ним в постели такой раскованной, такой искренне страстной, как сейчас. И теперь, в отличие от всех прошлых ночей, не пыталась скрывать от себя то, что получает от этого удовольствие. Яна просто наслаждалась, ощущая в своем теле твердый член Дейруса.

Когда мужчина кончил, она захватила его долгим поцелуем, искренне смакуя каждое движение этих сладких губ. Да, она принадлежит ему, он — весь ее мир, и лишь его тепло имеет для нее значение. А он…

Мысленно стиснув зубы, девушка попыталась отогнать мрачные мысли и осторожно встала, позволив, наконец, члену Дейруса выскользнуть из себя. Распростершись на кровати, она натянула простынь на свое обнаженное тело и, дождавшись пока капитан ляжет рядом, с наслаждением прижалась к нему.

И все же, этот червячок не давал ей покоя. Яна не сомневалась, что ответ разочарует ее и сделает больно. Тем не менее, ее никак не покидала эта глупая надежда: а вдруг? Потому она, собравшись с силами, прошептала:

— Я люблю тебя.

— И я тебя, Иилльда.

— Но… я ведь не Иилльда, — выдохнула Яна, чувствуя, как сжимается ее сердце. Она не должна была ничего говорить. Особенно сейчас, в ответ на это молчание. — Скажи, Дейрус… кто я для тебя? Иилльда?

— Да.

— И я… останусь ею для тебя навсегда? Просто… ее заменой?

— Да. Ее место в моем сердце никто не сможет занять, — холодно проговорил капитан, даже не шелохнувшись. И Яна, так же лежа на его груди, тоже не сдвинулась с места. Даже не пошевелила ни единым мускулом на лице, когда по щекам потекли слезы.

9.

Теперь Яна ни на миг не сомневалась: она должна выкорчевать из себя те чувства, что так некстати в ней проросли. За все время, что Дейрус провел с ней, он так и не увидел ее саму за оболочкой этого проклятого тела. После всего, что случилось, что произошло между ними, он по-прежнему видел в ней лишь замену той, кого любил. Любил так сильно, что даже «двигатель» для тела его жены в лице Яны был для него предпочтительнее, нежели потерять эту женщину раз и навсегда, с концами, не оставив себе даже ее призрачного следа. И что бы за чувства не разрывали ее собственное сердце, холодному капитану до этого не будет совершенно никакого дела.

Вот только как разлюбить того, кого и так искренне хотела ненавидеть все эти месяцы? В ком видела своего тюремного надзирателя?

Не в силах усидеть на месте, девушка носилась по звездолету вдоль и поперек. И так она сама не заметила, как покинула зоны отдыха и забрела в какие-то странные темные коридоры. Когда же Яна вернулась к реальности, у нее, наконец, проснулось понимание того, что она случайно зашла туда, куда, наверное, ей не следовало ходить. А значит, лучше было убраться отсюда поскорее. Вот только… как найти выход? Отчаянно вздохнув, девушка осознала, что даже не запомнила пути, по которому пришла сюда! Просто бесцельно бродила, утонув в своих мыслях, пока не оказалась здесь.

Мысленно называя себя самым нелестными словами, Яна начала рыскать по коридорам, ища выход из этого мрачного лабиринта. И хоть найти его никак не удавалось, кое-что обнадеживающее, все же, произошло.

Где-то неподалеку однозначно звучали голоса! Конечно, вполне могло оказаться, что ее не ждет ничего хорошего за то, что она бродила по этим коридорам. И все же, вдруг эти люди просто помогут ей найти выход и вернуться в зоны отдыха?

Не слишком спеша бросаться к ним в объятия, Яна на цыпочках приблизилась к месту, из которого слышала шум. Осторожно выглянув из-за угла, она устремила взгляд в коридор, и тут же вздрогнула:

На полу лежал Дейрус! Похоже, капитан не пострадал и находился в сознании, но был связан. А над ним, мельтеша, возвышались трое крепких мужчин, не спускавших с него прицела бластера.

— Скорее, мать вашу! — прошипел один из них. Очевидно занервничав от его голоса, двое других спешно открыли дверь, возле которой бросили Дейруса. А миг спустя уже снова схватили его, чтобы занести внутрь комнаты.

Их не было около трех минут, может меньше. И когда все они вышли, то очень быстро поспешили удалиться, при этом тот самый, державший бластер, бормотал что-то в коммуникатор, застегнутый на его запястье.

Едва мужчины скрылись за поворотом коридора, Яна, не задумываясь, понеслась к той самой двери и с облегчением обнаружила, что та не заперта, потому моментально отъехала, стоило ей нажать на сенсорную панель. Но когда девушка вошла в комнату, и дверь задвинулась за ее спиной, ее коленки задрожали.

Посреди комнаты стояла металлическая сфера около трех метров в диаметре. И в ее единственном окне она увидела связанного Дейруса! Испугавшись до смерти, Яна подбежала к сфере и, к счастью, довольно быстро нашла сенсорную панель, открывшую большой люк, сквозь который она легко пролезла внутрь.

— Что здесь происходит?! — шокировано выдохнула Яна, даже не обратив внимания на то, что люк закрылся. За считанные секунды ее тонкие ловкие пальцы развязали кляп, затыкавший рот капитана.

— Беги отсюда, дура! — заорал мужчина, едва сумев говорить!

— Что случилось, Дейрус?! — настойчиво прошипела она, сама удивляясь той твердости, с которой смотрела ему в глаза.

— Это были заговорщики! — выдохнул он, нервно извиваясь, в то время как Яна отчаянно пыталась развязать его руки. — Если ты немедленно не уберешься отсюда, то тоже!..

Но договорить капитан не успел. Неожиданно противоположная от двери стена комнаты отъехала вверх. И Яна только и смогла, что испуганно вскрикнуть, увидев открывшиеся перед ее глазами бескрайние космические просторы, в вакуум которых их маленькую капсулу затянуло вместе с воздухом, моментально вырвавшемся наружу! В считанные секунды звездолет отдалился от них, продолжая бороздить космические просторы, а стена комнаты вернулась на прежнее место. И все, что им оставалось, это смотреть вслед отдаляющемуся кораблю.

Несколько минут оба просто молчали, зависнув в невесомости и осознавая свое положение. А потом Яна, опомнившись, вернулась к связывавшим Дейруса веревкам. Ее пальцы очень сильно дрожали. И все же, она сумела развязать мужчине руки, после чего он и сам довольно ловко справился с узлами, сковывавшими его ноги.

— Что вообще произошло?! — наконец закричала Яна, обретя дар речи.

— Нас выбросили в открытый космос, если ты еще этого не поняла, — фыркнул Дейрус, смерив ее холодным взглядом.

— А поподробнее?

— Как пожелаешь, — цинично пожал плечами мужчина. — Меня связали и поместили в эту капсулу. Ты же, каким-то боком оказавшись поблизости, залезла в нее ко мне. И вот, открыв шлюз, эти ребята отправили нас…

— Дейрус, ты прекрасно понимаешь, о чем я! — перебила Яна, едва сдерживая ярость.

— Это были люди из радикальной оппозиции, — раздраженно прошипел капитан. — Вернее их агентура, внедрившаяся на мой корабль. Я для этих ребят — одна из самых нежелательных фигур в галактике. Потому меня уже давно пытаются убрать или, хотя бы, вывести из строя, сделав так, чтоб я стал более уязвим. До этого они предпринимали попытки добраться до мои близких, но сейчас, похоже, решили действовать прямо. Воздуха в этой капсуле хватит ровно на четыре часа, а после мы задохнемся… если, конечно же, ничего не предпринять.

— И что здесь можно предпринять? — напряженно проговорила Яна.

— Они забрали мой передатчик, — отчеканил Дейрус. — А без него я не смогу связаться с мостиком. Проклятье, Иилльда, почему ты не надела тот браслет, что я тебе дал?!

— Этот, что ли? — удивленно нахмурила брови девушка и, скрипя зубами из-за этого треклятого имени, вытащила из кармана тонкий белый браслет. — В нем застежка сегодня сломалась, вот я и положила его в карман. Думала, вечером ты придешь и что-нибудь придумаешь.

Моментально просияв, Дейрус выхватил браслет и, потратив несколько секунд на какие-то странные манипуляции с оным, облегченно вздохнул:

— Ну вот, теперь в течение часа на мостике получат мое сообщение и пришлют космокатер, чтобы отыскать и подобрать нас.

Услышав эти слова, Яна почувствовала, как от сердца отлегло. Значит, они, все-таки, не умрут?

Хотя… кто знает, а вдруг в ее положении смерть была бы спасением для нее? В самом деле, а почему она все это время так настойчиво хватается за жизнь? Ведь, по сути, она уже давно умерла. А то место, в которое она попала, и вправду больше напоминало ад на бескрайних космических просторах. Ад, в котором она каким-то образом искренне полюбила мужчину, заключившего ее в сексуальное рабство, и ясно давшего понять, что ей не стоит рассчитывать на ответные чувства, хоть он и шептал ей слова любви ночь за ночью. Просто эти слова были адресованы не ей.

В таком случае, а что, если ее решение жить — это действительно ошибка?

— Что ты делаешь?! — вскрикнула Яна, неожиданно ощутив, как скользкая черная щупальца пролезла ей под юбку и соблазнительно поползла по ноге. Девушка обернулась всего на миг, а потом ее схватили за запястья и прижали к стене. Но этого мига хватило, чтоб увидеть, что Дейрус снял китель и рубаху, позволив своим щупальцам вылезть из спины и разгуляться настолько, насколько позволяло это маленькое, темное, плохо освещенное пространство.

— А что? — хитро ухмыльнулся мужчина, проведя языком за ее ухом.

— Спасательная команда может прибыть в любой момент!.. — простонала Яна, чувствуя, как щупальца Дейруса стягивают с нее белье и задирают юбку.

— Ничего, мы быстренько, — горячо прошептал капитан. Выпустив запястье Яны всего на секунду, он торопливо расстегнул ширинку и, достав из штанов эрегированный член, сразу же направил его в возбужденное женское тело.

Яна хотела возразить. Напомнить, что сейчас совершенно не время для подобного. Даже подтрунить немного, сказав ему, что он вконец озабоченный извращенец, раз даже при таких обстоятельствах не может думать ни о чем, кроме секса! Вот только единственные звуки, которые было способно издавать ее горло, это неудержимые стоны и крики.

Склизкие черные щупальца обвили ее руки и ноги кольцами, сжимавшимися все сильнее, от чего возбуждение становилось просто невыносимым.

— Ах, Дейрус! — простонала Яна, когда двое щупалец, спустив платье с ее плеч, с силой обвили грудь, при этом кончиками лаская затвердевшие розовые соски.

Из-за невесомости движения капитана были какими-то странными, необычными, словно немного замедленными, но в то же время более глубокими и жадными. Запрокинув голову, Яна ловила его поцелуи, позволяла захватывать свой язык настойчивыми губами и медленно посасывать его, время от времени играя с ним кончиком собственного языка. А потом — накрывать все ее существо глубоким поцелуем.

Яна уже давно не упиралась руками в стенку. Зависнув в невесомости, она уверенно двигалась вверх-вниз на толстом члене Дейруса, судорожно хватаясь за его ягодицы, прижимаясь к твердым как камень кубикам пресса.

Заигравшись, девушка кончила и, сверкнув искоркой в глазах, быстро соскочила со все еще неудовлетворенного члена. На миг мужчина удивленно заморгал. Но прежде, чем он что-либо понял, Яна развернулась и, игриво проведя языком по соблазнительному прессу, захватила член губами.

Это продолжалось недолго. Ей достаточно было лишь несколько раз пройтись кольцом пухлых губ по напряженному до предела стволу, чтобы в ее рот полился обильный поток вязкой спермы. Плотно сомкнув губы, Яна выпустила член изо рта, и с удовольствием проглотила все до последней капли. А после — ухватилась за крепкую мужскую грудь и, притянувшись, впилась в губы Дейруса безудержным поцелуем. Девушка даже не сомневалась, что через минуту мужчина уже снова будет готов. Да и сама она безумно хотела этого еще раз! Вот только ее желания тормозило понимание того, что все это может закончиться весьма неловкой ситуацией, если космокатер прилетит за ними, как раз когда они будут в процессе.

— Иилльда, ты просто нечто, — выдохнул Дейрус, прижимая ее к своей груди.

— Я не Иилльда, — прошептала Яна, едва сдержав слезы. Лишь секунду назад она была так счастлива! А сейчас ей стало так больно.

— Пожалуйста, не говори так, — выдохнул мужчина, не глядя ей в глаза.

— Тебе неприятно слышать напоминания о том, что я — не она?

— Да. Мне больно от этого.

— Разве моя боль ничего для тебя не значит? — всхлипнула Яна. — Я ведь люблю тебя… хоть и не хотела этих чувств ни единой минуты. Неужели ты никогда…

— Нет, никогда, — перебил Дейрус, словно обрезав тоненькую нить, на которой висело ее сердце. — Я всегда любил только Иилльду, и никогда не предам своих чувств к ней.

— В самом деле? — неожиданно холодно проговорила Яна. Девушка понимала, что не нужно говорить того, что она собирается сказать. Вот только у нее попросту отказали тормоза, и ее несло, безумно и отчаянно-остервенело. — Но ведь все эти месяцы… все эти месяцы ты спал именно со мной, Дейрус. Не с ней, не с Иилльдой, лишь с ее телом, в котором теперь нахожусь я. Ты обнимал не ее, целовал не ее, входил не в нее. Не она чувствовала тебя, не она слышала эти твои бесконечные «Я люблю тебя». Все это было со мной, именно со мной. Пускай на мне сейчас эта оболочка, эта… «одежда». Но ведь это не делает меня Иилльдой, я остаюсь собой, Яной, со своим разумом, своими чувствами. И именно меня ты брал, именно я отдавалась тебе, именно я ощущала, как твой член входит в меня! Так разве всем этим ты уже не предал своих чувств к Иилльде? Ты ведь все это время спал с совершенно другой женщиной!

Лицо Дейруса было багровым, а взгляд сверкал гневом. Но вместе с этим гневом Яна, даже не приглядываясь, увидела невыносимую боль и отчаяние. И это она, именно она причинила ему их! Ей было трудно даже представить, насколько ему сейчас больно, отчего девушка чувствовала себя последней скотиной; существом настолько мерзким, что оно даже не заслуживает того, чтобы жить на белом свете.

Но ведь… ведь это именно он похитил ее разум и запихнул в чужое тело! Он, а не наоборот, все это время принуждал его спать с ним. Так почему же мерзко сейчас себя чувствует именно она? Ведь это он неправ! Но почему-то его боль воспринималась ею так остро…

— Похоже, они уже на подлете, — неожиданно сообщил Дейрус, спешно застегивая штаны и выхватывая зависшую в невесомости рубаху.

Бросив быстрый взгляд в окошко, Яна увидела космокатер, стремительно приближавшийся к ним. И не медля, девушка принялась поправлять свою растрепанную одежду. Прежде чем их капсулу затащили на борт, оба уже выглядели относительно прилично. Вот только когда Дейрус снова посмотрел на нее, его взгляд был все таким же, как и в ту проклятую минуту.

Теперь Яна ни на миг не сомневалась: она должна выкорчевать из себя те чувства, что так некстати в ней проросли. За все время, что Дейрус провел с ней, он так и не увидел ее саму за оболочкой этого проклятого тела. После всего, что случилось, что произошло между ними, он по-прежнему видел в ней лишь замену той, кого любил. Любил так сильно, что даже «двигатель» для тела его жены в лице Яны был для него предпочтительнее, нежели потерять эту женщину раз и навсегда, с концами, не оставив себе даже ее призрачного следа. И что бы за чувства не разрывали ее собственное сердце, холодному капитану до этого не будет совершенно никакого дела.