Рандеву в Море Дождей

Оксана. Но молдаване этого не оценили.

Богданов. Мы оценим.

Римма. Спасибо, милый Богдан.

Богданов. Зовите меня просто Вергилий.

Римма. Мне это имя тоже нравится. Мне оно помогает забыть время и место моего рождения.

Богданов. Я умираю от вашего голоса: мне кажется, что вы не говорите, а поете!

Римма. Я иногда позволяю себе спеть любимую арию… по утрам, на природе.

Богданов. Не знаю, как Александр, а я готов закрыть глаза и вас слушать, золотая вы моя.

Римма. Я не «золотая», я – «серебряная», что заметно дешевле. И последний, самый деликатный вопрос: на какую сумму рассчитывает ваш друг?

Богданов. Тихо, тихо! При нем никаких разговоров о деньгах! Я за него заплачу. Какие у них сейчас деньги, в науке?!

Римма. Никто, как мы, так остро не чувствует, что отечественная научная мысль сейчас нуждается в дотации. Потому что мы тоже на постоянной дотации… Где же ваш друг?

Богданов. Его уже везут сюда. (Достал телефон, набрал номер.)

Аслан, ты где? Площадь проехал? Там статуя ракеты стоит… Молодец. Считай, вы приехали… Ты его не слушай, заедешь прямо на территорию. Охрана тебя пропустит.

Римма. Боже мой, академик Трауберг уже здесь?!

Оксана. Римма Павловна, а вы еще не распелись!

Богданов. Так. Академика доставили, скромный товарищеский ужин Аслан нам расстелет в кратере: обещался заехать к брату, тазик люля привезти.

Римма. Пикник на Луне! Боже мой! Вы – потрясающий мужчина!

Богданов. Александру Борисовичу обязательно скажете, что вы – инопланетянки! Договорились?

Римма. Хоть мы и инопланетянки, но какую-то часть в виде предоплаты обязательно…

Богданов. Пожалуйста. (Достает бумажник.) Вот эта зелень осталась нам с Сашкой на сегодняшний полет. Вы не дальтоник?

Римма (принимая деньги). У меня есть серьезные проблемы со зрением, но зеленый цвет от любого другого жизнь научила отличать.

Богданов. С Траубергом мы разобрались. Но мой вопрос остается открытым: где Инна?

Девушки переглянулись. Молчание.

Римма. Девочки, погуляйте немного – не каждый же день вас на Луну возят!

Девушки молча уходят.

Римма (быстро). Я вам вместо нее трех привезла! Выбирайте. На Дездемону у нас запись на месяц вперед!

Богданов. Мне нужна Инна. Вы обещали помочь.

Римма. Вам обещали: по возможности. Но никакой возможности не оказалось – просто никакой, поверьте! Инна сегодня абсолютно недоступна.

Богданов. Денег у меня на нее хватит.

Римма. Не сомневаюсь. (Пауза.) Не в деньгах дело… Сегодня у нее настоящий дебют. Она у нас новенькая. Когда появляется новенькая и об этом узнают… Понимаете, очень большой человек проявил интерес. Позвольте мне не раскрывать вам все секреты нашей работы, я и так вам многое рассказала… Неужели, вы не понимаете?!

Богданов. То есть вы Васю Богданова в очередь ставите? Так не пойдет.

Римма. Я испытываю к вам симпатию, но не требуйте от меня невозможного. Не пытайте меня больше.

Богданов. Спасибо за доверие, Римма Павловна. А как бы мне с ней связаться?

Римма. О боже! Личные телефоны девушек мы никогда не даем клиентам.

Богданов. Но вам-то он известен. Ну наберите.

Римма. Это невозможно!

Богданов. А ваши комиссионные? (Протянул деньги.) Вот же они.

Римма (спрятав деньги). Что вы со мной делаете! (Достала телефон, набрала номер.) Инна, это Римма Павловна. Ты можешь говорить?.. Я знаю, что ты в машине. Во-первых, деточка, удачи тебе. Теперь послушай. Тебя разыскивает один сумасшедший космонавт из Сургута, говорит, что знает тебя… Да, фамилия Богданов. Ты знаешь его?.. Он тут рядом… Мы где? На Луне… Я сама сначала не поверила, пока не оказалась здесь. Честное слово, я звоню тебе с Луны…

Богданов. Дайте трубку!

Римма. Он просит трубку. Будешь с ним говорить? (Богданову.) Возьмите.

Богданов (по телефону). Здравствуй, золото…

Римма. Какое «золото»! Если у нее все пройдет сегодня на уровне, ей присвоят высший уровень – «платину»! Пожелаем ей удачи.

Богданов (по телефону). Как у тебя со временем?.. Да я знаю, что ты занята. Мне тут уже сказали… Подожди, подожди! Слушай, хочешь на Трауберга посмотреть?

Римма (хочет забрать у него телефон). Да вы что!..

Богданов (отходит). Здесь он, со мной… Алле! Куда пропала? Алле! Ты где?.. Слушаешь? Трауберг со мной… Нет не рядом, но здесь. А ты сейчас где?.. Ты на чем едешь?

Римма. Она не едет – ее везет водитель на джипе Бисера.

Богданов (Римме). Какого Бисера?

Римма. У нашего коллектива есть руководство, она – на джипе руководства.

Достал несколько купюр, показал Римме.

Римма (растерянно). Что вы задумали?

Богданов (по телефону). Скажи водителю, пусть свернет на Ярославку. От площади с ракетой поедете направо, там, где начинается высокий забор, сворачивай опять направо, – и я вас встречу у КПП.

Римма. Нет! Нет!

Добавил еще купюру, протянул деньги Римме.

Богданов. Ты скажи ему – тут Римма Павловна, она не против.

Римма. Кто «не против»?!

Богданов (присоединив новую купюру). Дай водителю телефон.

Передает телефон Римме.

Римма (прячет деньги, берет телефон). Да, Николай, это я… Заедешь только на пять минут. (Выключила телефон. Богданову.) Вы умеете добиваться своего!

Богданов. Я же не всю жизнь учился ходить по Луне, я осваивал и земные тропы.

Римма. Вы меня втянули в страшную авантюру. Она может опоздать.

Богданов. Да дадим водиле копеечку, скажет – пробка была, свернул на Ярославку.

Возвращаются Оксана, Сулпан и Дездемона.

Сулпан (смеется). Там к нам такой чмур пристал! «Вы кто, как вы на территории оказались, – спрашивает, – милые леди?»

Оксана. Я говорю: «Мы юннаты, хотим узнать, есть ли половая жизнь на Марсе». Он достойно ответил, мне понравилось: «Воинская часть – за другим забором».

Римма. Академик Трауберг?

Богданов. Похож по описаниям. Так, девчонки, про салон ни слова!

Уходит.

Римма. Девочки, вы поняли: мы – инопланетянки, и всё!

Оксана. Мы на этой чертовой Луне заночуем, что ли? У москалей к кому ни приедешь – он или депутат, или космонавт, или внук Буденного.

Римма. Если тебе это не подходит, у меня такой список желающих девушек с высшим образованием – бумаги не хватает записывать.

Оксана. Ну нет у меня высшего образования! Нет!

Римма. Я тебе говорила: учись языкам.

Оксана. Как этот Богдан начал про Луну – я все про него поняла. Меня пару дней назад один чародей привез в «Савой», сказал, что внук Чкалова. Сплел такое! Летели они на бомбардировщике на Северный полюс. Летели-летели, наконец, сели. Думали, на Северный, оказалось – на Южный. (Громко.) Дездемонка, ты там наш бомбардировщик не встречала, у себя в Анголе?

Дездемона. Я танк ваш встречала. Такой ржавый, за мной гонялся.

Оксана. Видать, догнал, раз ты здесь оказалась.

Римма. Когда будете общаться с академиком Траубергом, прошу показать воспитанность и образованность. Даже если вы не получили ни того, ни другого. Пойдемте. Когда понадобимся, нас позовут.

Римма с девушками уходят. Появляются Трауберг и Богданов.

Трауберг. Ну и зачем ты меня сюда притащил? Меня дома ждут!

Надо позвонить сказать, когда я буду. Черт возьми! Портфель с телефоном остался в машине!

Богданов. Асланчик заправляться уехал.

Трауберг. О господи!

Богданов. Привезет он твой портфель: я же ему еще не заплатил. Там что, секретные документы?

Трауберг. Там рукопись книги, чужой, дали на рецензию. Там мой телефон.

Богданов. С моего позвони.

Трауберг. Понимаешь, что меня ждут?!

Богданов. Ты все про жену? Я тебе про свою еще слова не сказал, успеем похвастаться – было бы чем! Не виделись столько лет и не поговорили даже.

Трауберг. Я пытался, но ты мне всё: какие взятки берут в правительстве, кто у кого под «крышей»… Я не предполагаю давать правительству взятки, мне не нужна крыша, в твоем понимании этого слова, конечно. Ты прости, мне, действительно, пора домой. Мне жена устроила в последнее время комендантский час: требует, чтобы до темноты был дома. У нас в институте одного профессора недавно в подъезде убили. Забрали какую-то мелочь… Ну вот, теперь у нее страхи, что на меня нападут. Пока не приду, она заснуть не может.

Богданов. Ну и пускай полежит, книжку почитает.

Трауберг. Я должен хотя бы позвонить.

Богданов. Ты ее распустил. (Достал свой телефон.) Звони.

Трауберг. И что мне сказать?

Богданов. Скажи правду: мы в музее, на выставке.

Трауберг. Какие выставки по ночам?

Богданов. Давай я ей скажу, где мы, приму удар на себя.

Трауберг. Не надо. (Набирает номер.) Привет, это я… Я это! Я звоню по телефону Богданова… Мой в портфеле, портфель в машине, машина заправляется. Не волнуйся… Какой еще у меня голос?.. Молодой? Ну, спасибо. Просто у Богданова дорогой телефон… Да! Я свое обещание сдержал: посетил эту выставку… Не торопись радоваться, я тебя сейчас разочарую. Я честно старался, я просто изо всех сил и прямо смотрел, и сбоку заходил, и щурился… и так, и эдак – но я не изменил своей точки зрения. Да, можешь меня убить: Малевич оставляет меня равнодушным. Что мне с собой делать!.. Нет, не упрямство… Я раздражен? Подожди… Стоп!.. Почему не хочу уступить?.. А я в ответ говорю, что это ты упрямая!.. Причем здесь мое упрямство?.. Нет, это искусство я как раз понимаю!.. Да в том-то и дело, что я его слишком по-ни-ма-ю, а я не хочу искусство понимать – мне достаточно науки… Голос нравится? Ну давай поменяем мне телефон… Нет, сначала твой поменяем… Ну хорошо. Я ему предложу чай вместе с нами попить… (Возвращает телефон.) Спасибо. Слышал? Поедем ко мне.

Богданов. Подожди, Александр Борисович. Что я хотел тебе сказать. Я же был уверен, что Луну давно разрушили. Как ты мне рассказал про нее – я весь день сегодня только и думал: как бы нам сюда съездить.

Трауберг. А я тут практически живу. Завтра тут студентам лекцию буду читать.

Молча смотрят вокруг.

Богданов. Да-а, много водицы с тех пор утекло. Как же это наша Луна сохранилась?

Трауберг. Хоть бы мусор вывезти. И чтобы посторонних не пускали – и так половину комплекса уже растащили. Дачники повадились сюда за грунтом… Вон там какие-то две девицы бродят. Вот скажи мне: как они сюда попали, на охраняемый объект?