Помоги проекту - поделись книгой:
— Нет, Джейн. Входи.
Девушка шагнула, остановилась в полуоткрытой двери и сделала книксен при виде Алекса.
— Я только хотела сказать, что приготовила вам все на вечер. Возьмете ли вы свитер для морской прогулки на яхте?
— Да, но легкий, тот, белый.
— Хорошо, мэм. Я буду ждать вашего возвращения на пристани. Кухарка внизу сказала мне, что в восемь вечера все, за исключением гостей миссис Джадд, должны покинуть замок. Поэтому, если вам еще что-нибудь понадобится… — она замолчала и бросила беглый взгляд на Алекса.
— Нет, милая, это, пожалуй, все… Разве только, подойди к столу, возьми вон ту книгу на цепи и поставь ее обратно на полку, — она повернулась к Алексу. — Это очень тяжелая книга. Мне легче было ее снять, чем поднять сейчас и так высоко поставить. — Спасибо, Джейн!
Девушка еще раз сделала книксен и направилась к двери.
— Подожди, — остановила ее миссис Уорделл, — я пойду с тобой. Боюсь, что я могу здесь заблудиться. К счастью, хозяева прикрепили наши фамилии к дверям комнат. До встречи на яхте, мистер Алекс.
Джо поклонился, проводил обеих женщин к двери и закрыл ее за ними. Потом медленно вернулся к камину. Молодая женщина на портрете встретила его спокойным взглядом больших голубых глаз. Только сейчас он заметил почти неуловимую улыбку в уголках ее полных губ.
— Что бы я сделал, если бы она вдруг заговорила? — вполголоса сказал он, не спуская с нее глаз. В полной тишине он прождал целую минуту.
Дверь тихонько скрипнула. Он повернул голову. Джордан Кедж вошел в комнату и закрыл за собой дверь.
— А, это ты? — с явным облегчением сказал он и потянулся к карману своей рубашки цвета свежей крови. Оглядываясь по сторонам, он вынул сигареты и зажигалку.
— Закуришь?
— Я перешел на трубку, — сказал Джо, — и только после еды.
Кедж молча закурил и спрятал сигареты.
— Я только что встретил в коридоре эту даму, что пишет о призраках. Она шла с горничной. Прелестное создание. Я имею в виду горничную, а не хозяйку. Старуха должна была прилететь на метле, судя по тому, чем занимается, а приехала на роллс-ройсе. Возможно ли, чтобы книги о призраках приносили автору столько денег? — и, не ожидая ответа Алекса, закончил: — К тому же, ее фамилия вовсе не Уорделл, а как-то иначе. Уорделл — это, кажется, псевдоним, которым она подписывает свои произведения. А шофер был одет в ливрею, как персонаж из фильма.
Джо глянул на часы.
— Бог мой! Без пяти час. Чуть не забыл. Я же обещал, что разбужу Паркера точно в час. Я попаду этим путем в мою комнату? — он указал на дверь, через которую вошел Кедж.
— Во все комнаты. За исключением башни. Замок попросту квадратный. За дверью начинается коридор, который окружает нижний дворик. Все комнаты выходят в этот коридор. В одном месте есть лестница из прихожей, откуда нас привели, а кроме нее еще эта комната. Я только одного не понимаю: как подняться на башню?
— Сюда, — уточнил Джо, указывая на дверь в углу комнаты, а сам направился к двери, ведущей в коридор.
Коридор уходил в обе стороны. Алекс пошел направо, миновал дверь с надписью «Сэр Гарольд Эддингтон», затем другую, обозначенную «Мелвин Кварендон» и третью — «Грэйс Мэплтон». Коридор сворачивал под прямым углом. Следующие комнаты: «Джо Алекс», «Бенджамин Паркер».
Джо остановился и поднял руку, чтобы постучать. До часа оставалось еще полминуты. Он глянул вглубь коридора: еще одна дверь и край лестничной площадки, где ступеньки уходили вниз. Кто-то там появился и направился в его сторону.
— Я вижу, мы — соседи, — сказала Дороти Ормсби, взявшись за дверную ручку своей комнаты. Она нажала на ручку. Дверь не открылась.
— Не можете ли вы мне помочь? Что-то заело.
Джо быстро подошел и толкнул дверь.
— А вы не заперли ее на ключ?
— О, Боже! — она сунула руку в карман юбки и вытащила оттуда обыкновенный современный ключ. Затем вставила его в замок и повернула.
— Извините! — рассмеялась она. — Как правило, я не бываю такой рассеянной. Это больше не повторится. Спасибо!
Она толкнула дверь и вошла, закрыв ее за собой. Джо двинулся в сторону комнаты Паркера. Он снова поднял руку, чтобы постучать, но некоторое время держал ее в воздухе. Уже вторично его сегодня посетило то же чувство. «Как правило, я не бываю такой рассеянной…» «Это больше не повторится…» Обычные, банальные слова. Он громко постучал.
— Я уже не сплю, — отозвался Паркер, открывая дверь. — Ты опоздал на минуту!
Джо вошел и закрыл дверь.
— Тебе приходилось, — спокойно спросил он, — услышать пару обычных, будничных фраз, сказанных в обычных обстоятельствах… и…
— Да, — сказал Паркер. — Я больше верю в это, чем в отпечатки пальцев и всю современную технику расследования. Фальшивая нота… Одна единственная… При том, что весь оркестр играет безошибочно. И если бы не эта единственная нота… А почему ты меня спрашиваешь, Джо? Ты ведь, как и я знаешь, что за этим кроется страх… почти всегда страх.
XII
«Кто же из нас без греха?!.»
Джо Алекс стоял, опираясь спиной о прикрепленный к поручням спасательный круг, и неторопливо набивал табаком трубку. Прямо перед ним на палубе у кормы расположились в соседних шезлонгах миссис Александра Уорделл и Дороти Ормсби, погруженные в беседу. Миссис Уорделл, сложив руки на коленях, говорила, не жестикулируя и даже не двигая головой, полуобращенной к собеседнице. Дороти слушала молча, время от времени энергично поддакивая. Они были единственными женщинами на судне. Невдалеке, на поблескивающей скамье, закрепленной у рубки, одиноко сидел Джордан Кедж, глядя на море и прихлебывая маленькими глотками виски из небольшого стакана. Чуть дальше находилась остекленная кабина яхты, куда как раз спустился лорд Редленд, а следом — сэр Гарольд Эддингтон. Сквозь оконное стекло Джо увидел, что они остановились напротив стойки бара, за которой стоял молодой бармен в белой униформе с золотыми пуговицами.
Еще дальше находилась рулевая рубка. Из нее вышел мистер Кварендон и направился к стоявшим у борта.
— Давление падает, как камень, — весело сообщил он, обращаясь к Паркеру, который стоял рядом с Алексом, сонно разглядывая туманную линию холмов на юге. — Шторм беснуется над Атлантикой и движется в нашу сторону, а через пару часов, возможно, будет уже здесь, — добавил он еще безмятежней. — Думаю, нам следует что-нибудь выпить.
— И я так считаю, — с серьезным видом кивнул головой Паркер.
Джо без лишних слов двинулся за ними в сторону открытой двери кабины.
— Вы к нам присоединитесь? — спросил Кварендон, останавливаясь перед Кеджем.
— Через минуту, если позволите, — Кедж поднял стакан. — У меня тут есть еще пара капель, но я охотно пополню запас.
Кварендон кивнул головой и взглянул на женщин.
— Спускайтесь, господа. Я сейчас присоединюсь к вам. Только спрошу дам, не нужно ли им чего-нибудь.
Он двинулся в сторону шезлонгов, а Джо и Паркер спустились в кабину. Молодой бармен выпрямился, а затем наклонился к ним.
— Чем могу служить?
Паркер глянул на рюмку, которую держал в руке сэр Гарольд Эддингтон.
— Если можно, коньяк и крепкий кофе.
— Сию минуту, сэр.
Бармен нажал рычаг сверкающего экспресса, подвинул чашку под краник и повернулся к полке.
— Может быть, арманьяк?
— Великолепно, — кивнул Паркер.
— Говорят, давление падает, — улыбнулся Алекс лорду Редленду. — С Атлантики надвигается шторм. Если это правда, наш вечер в замке получит соответствующее оформление. А если еще добавить грохот прибоя… — он взглянул на бармена: — Мне тоже арманьяк.
— Да, сэр. — Бармен долю секунды поколебался: — Если позволите вмешаться, думаю, сегодня будет большой прилив.
— Что это значит? — спросил сэр Гарольд Эддингтон с неожиданным интересом. Джо невольно посмотрел на него.
— Большие приливы всегда бывают два раза в месяц, в полнолуние и новолуние. А сегодня ночью как раз полнолуние. Если можно добавить, шторм над Атлантикой еще больше усилит этот прилив, а это значит, что замок действительно будет отрезан. Старики в деревне говорят, что когда большой прилив совпадает со штормом, волны, бьющие о скалы, достают очень высоко, и тогда пена со стороны открытого моря бьет даже в окна замка. Но я этого не видел.
— А могут ли такие бури длиться дня два? — снова спросил сэр Гарольд. Он внимательно смотрел на бармена.
— У нас есть такая поговорка, сэр, что хорошая погода проходит быстро, а плохая — никогда. Но, пожалуй, это неверно, потому что у нас, в Девоне, целые недели бывают солнечными.
— Завтра тоже будет солнце! — заявил мистер Кварендон, спускаясь к ним с палубы. — Наши дамы сидят в шезлонгах у кормы и просят грейпфрутовый сок, один со льдом и капелькой джина, а другой безо льда и без джина.
— Хорошо, сэр.
Бармен вынул из-под прилавка серебряный поднос и поставил на него два стакана. Джо легонько толкнул локтем Паркера, указав глазами на длинный столик под окном. Они подошли. Алекс соорудил в своей тарелке пирамиду из розовых креветок и добавил две большие ложки икры.
— А знаешь ли ты, Бен, — сказал он вполголоса, — что я родился с душой продажной танцовщицы? Я не смог бы устоять ни перед одним поклонником, который приглашал бы меня на ужины, где посреди стола стояла бы большая хрустальная чаша с икрой, заметная издалека.
— У мужчины, который любит икру, есть более простой способ ее добычи, — проворчал Паркер. — Достаточно зарабатывать соответствующее количество денег, чтобы затем покупать себе сколько угодно икры, запираться в кабинете и съедать.
Джо покачал головой:
— Это было бы очень дурным тоном, — сказал он с печалью. — Этого, к сожалению, просто не делают. Даже не знаю, почему.
— О каких это преступлениях или грехах вы беседуете приглушенными голосами? — спросил их издали мистер Кварендон.
— О грехе обжорства, — ответил Паркер.
Кварендон вознес руки к небу.
— Кто же из нас без греха?! Это напомнило мне, что доктор Харкрофт по-прежнему сидит в рулевой рубке и допрашивает нашего мужественного капитана о тайнах управления яхтой в открытом море. А я мечтаю съесть добрую порцию икры, но будь он здесь, я бы не отважился, — Кварендон быстро подошел к столу. — В замке ужин тоже будет холодным, ведь мы отправляем прислугу пораньше. Поэтому стоит здесь немного подкрепиться.
И он положил себе на тарелку огромную порцию икры, а затем тщательно выдавил на нее половину лимона, стараясь не пропустить ни одной икринки.
XIII
«Найдете ли вы меня?»
Алекс быстро надел бабочку, поправил воротник рубашки, пригладил перламутровый жилет, взял пиджак, висевший на подлокотнике кресла, облачился и направился к миниатюрной ванной комнате, где висело зеркало.
Он критически оглядел себя, стряхнул пальцем пылинку с плеча и, вернувшись в комнату, посмотрел на часы. Еще полчаса. В восемь все должны собраться в прихожей замка. Джо подошел к окну. За толстой решеткой он увидел море, спокойное, но уже не такое ровное, как во время послеобеденной прогулки на яхте.
Он повернулся и направился к двери. Коридор был пуст. Гости Аманды Джадд и КВАРЕНДОН ПРЕСС явно еще не переоделись в вечерние наряды или не желали разгуливать по замку. Было светло — уже зажглись, пожалуй, чересчур яркие и чересчур золотистые электрические светильники, размещенные на одинаковом расстоянии под сводами коридора. В их свете он заметил большую старинную гравюру в темной раме, висящую между его комнатой и дверью Дороти Ормсби. Он подошел и посмотрел. Старый, полный отчаяния человек с белыми, развевающимися волосами держал на коленях тело мертвой девушки. Он был в окружении вооруженных людей, которые стояли, опираясь на копья, и, казалось, разделяли его горе. У ног этой группы лежала другая мертвая женщина, на которую никто не обращал внимания. В глубине слуги несли тело мужчины, за ними простирался пейзаж: мрачные холмы и клубящиеся тучи, гонимые ветром. Под гравюрой виднелась полустертая надпись:
ШЕКСПИР «КОРОЛЬ ЛИР»
Акт V, Сцена III
ЛИР:
Ниже находилась написанная красивым каллиграфическим почерком табличка, утверждающая, что эту гравюру отпечатали братья Джон и Джошуа Бойделл в день 1 августа 1792 года, а написал ее и вырезал Фраи Легат.
Джо постоял, посмотрел, затем двинулся дальше, прошел мимо двери Дороти и проема с ведущей вниз лестницей и площадкой, огражденной старинной дубовой балюстрадой. Он свернул влево. Карточка на первой двери гласила, что это комната миссис Александры Уорделл. На стене перед следующей дверью висела другая гравюра, явно исполненная той же рукой, что и первая. Над разрытой могилой стоял молодой человек с черепом в руках. Гамлет. Следующая дверь — «Джордан Кедж», а затем еще гравюра: человек в латах, с мечом в руке стоит среди сплетенных в клубок мертвых тел людей и коней… кто-то из королей… Снова дверь и карточка «Лорд Фредерик Редленд».
Еще один поворот коридора. Джо подошел к приоткрытому окну, выходящему на внутренний двор, и выглянул, насколько позволяла решетка. Напротив и по обе стороны от него за окнами горели светильники, а внизу сумерки медленно охватывали каменную поверхность двора. Там горел только один слабый фонарь. Джо заметил, как что-то шевельнулось в том месте, куда он смотрел. Он прильнул лицом к решетке.
Пес лениво пересек середину двора и уселся перед светлой сбитой из свежевыструганных досок большой будкой. Другой пес высунул из нее голову и снова скрылся.
Алекс опять свернул направо. На двери карточка «Аманда Джадд»… Снова гравюра: рослый, темнокожий мужчина в украшенном драгоценностями тюрбане склонился над женщиной, спящей на широкой кровати… Отелло… Следующая дверь — «Фрэнк Тайлер»… еще одна гравюра на стене коридора и новая дверь «Д-р Сесил Харкрофт».
И еще один поворот, но за ним находилась дверь без карточки, ведущая в большую комнату. Он остановился перед ней и глянул на часы. Еще двадцать пять минут.
Он вошел, притворил за собой дверь и подошел к большому камину, облицованному черными гранитными плитами. Положили их, пожалуй, много веков назад, во время строительства замка и, кажется, никто никогда не пытался здесь ничего менять. Внутри виднелось нагромождение коротких, сухих щепок, а над ними большой черный котел, висящий на железном горизонтальном пруте, опирающемся на две разветвленные подставки.
Джо слегка поморщился. Ему не нравились такие инсценировки. Ведь здесь уже много столетий не готовили никакой еды. Он глянул на висящий над камином портрет Евы де Вер, медленно повернулся и направился к полкам с книгами, но неожиданно повернул в сторону дверцы, ведущей к башне. Солнце как раз садилось, и, вероятно, приближался шторм. Он ощущал его в своих костях. Наверно, вид с башни сейчас очень красив, по крайней мере, должен таким быть.
Джо выбрался на винтовую лестницу и начал подниматься. Когда он оказался наверху, теплый порыв ветра овеял его и внезапно утих. Джо подошел к ограде. На севере небо было мрачным, хотя последние лучи солнца еще ложились на поверхность моря и окрашивали красным цветом склоны далеких холмов. Вскоре они исчезнут. И тотчас следом придут вместе шторм, прилив и ночь. Алекс сделал несколько шагов вдоль ограждения и высунулся. Дамба все еще была видна, но казалось, что море приблизилось к ней и маленькие волны уже взлетали по скалистым краям, хотя еще не достигали ее верха.
Джо отступил и направился к лестнице, еще раз посмотрев в сторону севера. В тот же миг огромная, очень далекая вспышка охватила весь горизонт и беззвучно угасла.
Алекс немного постоял, прислушиваясь, но раскаты грома не достигали башни. Гроза находилась еще далеко над Уэллсом. Налетел новый порыв ветра.
Джо двинулся к люку лестницы и остановился, глядя на стальную крышку. Сегодня все так заняты, что могут о ней забыть, когда начнется ливень… если, конечно, начнется.
Он поднял крышку и, спускаясь по лестнице, медленно опустил ее на лестничный люк. Крышка была хорошо подогнана и легла почти бесшумно. Он заметил на ней узкий засов и легонько толкнул его. Штырь плавно вошел в отверстие, выдолбленное в камне. Башня была заперта. Джо покачал головой.
— Что меня так беспокоит? Почему с самого приезда я без толку шатаюсь по этому замку?
Улыбнувшись в душе, он медленно двинулся вниз. Он знал, почему. Он уже слишком стар и слишком утомлен, чтобы считать забавной встречу со случайными людьми, в случайном месте и принимать участие в двухдневной инсценированной игре в преступление и тайну… организатором которой наверняка был его издатель, использующий в качестве предлога юбилейное издание книги Аманды Джадд.
Внезапно он потерял ко всему интерес. Захотелось очутиться где-то далеко… на каком-нибудь греческом острове… лежать на теплом, золотом песке и касаться плечом теплого плеча Каролины…
Он встряхнулся. Остался всего лишь один день. Но ведь приехать надо было. Иначе он огорчил бы Аманду. Она славная и способная. Нельзя было отказаться.
Он снова очутился перед дверцей, ведущей в большую комнату. Без десяти восемь. Он мог спуститься по крутой лестнице прямо в прихожую, но в том настроении, в каком сейчас находился, не хотелось стоять там десять минут и обмениваться банальными, теплыми словами с подходящими по очереди милыми и порядочными людьми, которые его в эту минуту совершенно не интересовали. Он толкнул дверцу и вошел в большую комнату.
— Ох!
Возглас был тихим и полным тревоги. Джо приостановился в открытой двери.
— Это вы! — произнесла Грейс Мэплтон с явным облегчением и медленно опустила вытянутую руку. — Я хотела… я как раз хотела взяться за ручку, когда дверь открылась… Я думала, что тут никого не может быть. Все собираются внизу, а прислуга как раз готовится уходить. Кажется, я перепугалась, как ребенок, сама не знаю почему. Этот замок по-прежнему для меня жутковат, хоть я и живу здесь уже два месяца.
Грейс тряхнула головой и попыталась улыбнуться. Она была одета в длинное облегающее белое платье, с открытыми плечами, на которые опускались ее распущенные светлые волосы. Джо смотрел на нее с искренним удовольствием. Она была красива и невероятно изящна.
— Это моя вина, — сказал он. — Вместо того, чтобы шататься по этим винтовым лестницам, я должен был уже находиться там, где нас ждут через минуту наши гостеприимные хозяева. Давно мы с вами не виделись, Грейс. Что у вас нового?
— Ничего особенного. Просто поменяла работу, — на этот раз ее улыбка была естественной. — И, кстати, не жалею об этом. Аманда — скорее моя приятельница, нежели шеф. Не говоря уже о нервном напряжении, от которого я избавилась. Я не знаю, представляете ли Вы, что значит быть личным секретарем шефа такой громадной фирмы, как КВАРЕНДОН ПРЕСС? — Она снова улыбнулась, словно вспоминая. — Господи, какой это иногда был ад!
Джо покачал головой.
— Можно у вас спросить, Грейс? — и не ожидая ответа, продолжал: — Уже тогда, когда я приходил в офис мистера Кварендона, я задавал себе вопрос: что вы там делаете? Казалось бы, такая девушка должна мечтать о карьере кинозвезды, или о том, чтобы стать самой знаменитой моделью Великобритании… я хочу сказать, что девушка с такими данными, полученными от Бога, обычно мечтает о славе и карьере такого рода.
Поделиться книгой: