Другим руководством для воспитания детей служило сочинение Ф. Прокоповича «Первое учение отрокам». Автор исходил из мысли, что нравственные основы человека закладываются в отроческом возрасте: «каков кто отрок есть, таков и муж будет». Отсюда обязанность родителей наставлять детей от младых ногтей «в страхе Божии, благочестии и добронравии». Обязанность родителей состояла в заботах об образовании детей, чтобы они в будущем в соответствии со своими способностями и склонностями могли обеспечить себя материально.
Изменилось представление о дворянском досуге. Была введена новая форма публичного общения —
Ассамблеи ломали старый обычай, обусловленный местническими традициями: на них наряду со знатью присутствовали рядовые дворяне, богатые купцы и даже корабельные мастера. По идее, на ассамблеях должны были царить веселье и непринуждённость: деловые разговоры могли чередоваться с танцами и играми. Однако на первых балах Петровского времени царили удручающая скука и скованность: над гостями тяготела угроза вызвать раздражение царя каким-либо неловким действием.
Изменился характер публичных празднеств. До преобразований они носили церковный характер: победы на театре войны отмечали колокольным звоном, крестным ходом, молебном. При Петре такие празднества приобрели светский характер: они сопровождались торжественным шествием победителей через триумфальные арки, пушечной пальбой, фейерверками. Первое празднество было устроено 30 сентября 1696 г. по случаю овладения Азовом.
Северная война давала множество поводов для подобного рода празднеств: 1 января 1704 г. отмечалось овладение Нотебургом и Ниеншанцем, в том же году праздновали взятие Нарвы; Лесная, Полтава, Гангут, Гренгам и менее значительные победы непременно отмечались парадным шествием войска, демонстрацией пленных и трофеев, красочными фейерверками. Маскарад в Петербурге по случаю заключения Ништадтского мира продолжался несколько недель, в нём участвовало свыше 1000 масок. Публичными торжествами отмечались спуски на воду кораблей, а также события в жизни членов царской семьи.
Летний дворец Петра I – первый каменный жилой дом Петербурга
Перестраивая быт дворян и горожан, царь не оставил без изменений и быт двора. Новшества здесь были связаны с
В итоге преобразований быт претерпел существенные изменения. Однако они охватили тонкую прослойку верхов общества: дворян, чиновников, население двух столиц и отчасти провинциальных городов. На село новшества либо не проникали совсем, либо пробивали себе путь с большим трудом: крестьяне и крестьянки продолжали носить ту же холщовую одежду летом и зипуны из сермяжного сукна зимой, пользовались сыромятной кожей для изготовления обуви и грубо выделанными овчинами, мужчины не расставались с бородой.
Неизменным оставался и дневной рацион крестьянской и посадской семьи. Если за обеденным столом столичного дворянина всё чаще появлялись различного рода экзотические пряности и заморские напитки, то главными продуктами питания крестьян и большей части горожан оставались хлеб, похлёбка из муки, квас, а также овсяная и ячменная каши. Широко использовались овощи: свежая и квашеная капуста, свежие и солёные огурцы, репа и др. Мясо в рационе трудового населения занимало весьма скромное место, причём источником его являлся не крупный рогатый скот, а овцы, свиньи и домашняя птица.
Итак, реформами быта были охвачены верхи феодального общества: принадлежность к господствующему сословию теперь можно было без труда определить по внешнему виду человека – его одежде, отсутствию усов и бороды, а также по манерам поведения. Впрочем, не все новшества тотчас внедрялись и среди «верхов». Браки без давления со стороны родителей и барина многие десятилетия оставались благим намерением законодателя.
1. Определите, какие нововведения появились в быте высших слоёв общества. 2.
Глава IX
РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ В 1725 – 1762 гг
§ 48 – 49. Дворцовые перевороты
Общая характеристика периода. За годы, отделявшие смерть Петра I от воцарения Екатерины II, на российском троне сменилось шесть государынь и государей: Екатерина I, Пётр II, Анна Ивановна, Иван Антонович, Елизавета Петровна, Пётр III. Это были люди разных возрастов, несхожих характеров и вкусов, тем не менее они имели много общего. Прежде всего, никто из них не отличался талантом государственного деятеля, большинство оказалось на троне по воле случая. Объединяло их и ещё одно свойство, принципиально отличавшее их как от Петра I, так и от Екатерины II.
Пётр и Екатерина считали себя слугами государства. Цель службы – достижение общего блага, цель в современном представлении мифическая, но ей подчинена была вся их жизнь и деятельность. Преемники Петра хотя изредка пользовались его терминологией об «общем благе», но делали это по инерции или в силу чисто внешнего подражания. В годы их правления абсолютная власть монарха использовалась не во благо нации и государства, а для удовлетворения собственных прихотей. Личное участие в управлении государством не простиралось далее того, что относилось к нарядам и развлечениям, жизни двора, вахтпарадам и удовлетворению капризов и вкусов фаворитов.
На первый взгляд в эти оценки деятельности преемниц и преемников не укладываются такие значимые меры правительства, как ограничение срока службы дворян, отмена внутренних таможенных пошлин, основание Московского университета, секуляризация церковного имущества и т. д. Но какое отношение ко всем этим акциям имели Анна Ивановна, Елизавета Петровна или Пётр III? Все 37 лет, о которых речь пойдёт ниже, фактически страной правили не лица, занимавшие трон, а те, кто находился у его подножия, – вельможи и фавориты.
Екатерина I. Петр I в Уставе о наследии престола предоставил право царствовавшему государю назначать себе наследника, но этим правом не воспользовался. С точки зрения обычного права трон должен был наследовать внук царя Петра – сын трагически погибшего царевича Алексея. Страх за своё будущее заставил вельмож, в первую очередь Толстого, выманившего царевича Алексея из-за границы, а также Меншикова, вместе с ним подписавшего ему смертный приговор, решительно противодействовать восшествию на престол Петра II и добиваться передачи короны вдове умершего императора – Екатерине Алексеевне. Эта неграмотная, слабовольная, но добрая женщина, бывшая прачка, многократно выручавшая из беды проворовавшихся или проштрафившихся вельмож от гнева сурового на расправу супруга, устраивала Меншикова и Толстого, и они, опираясь на гвардию, возвели её на престол. Это был своеобразный
Екатерина I
Неспособность Екатерины к управлению была компенсирована созданием в феврале 1726 г. высшего правительственного учреждения —
Пётр II. Царствование Екатерины I продолжалось два с небольшим года, её в мае 1727 г. сменил Пётр II. Появление 12-летнего отрока на троне было результатом радикального изменения отношения к нему Меншикова: из непримиримого противника он превратился в горячего сторонника его воцарения.
Пётр II
Ещё при жизни Екатерины он решил породниться с царствующей фамилией, выдав замуж за Петра II свою дочь Марию.
План был близок к осуществлению, уже состоялась помолвка, но происками великого интригана А. И. Остермана Пётр II освободился от опеки Меншикова, провозгласил себя императором, а своего несостоявшегося тестя отправил в ссылку в Берёзов.
Место Меншикова заняли Долгоруковы. 20-летний повеса Иван Долгоруков стал фаворитом Петра II, приобщил его к несвойственным его возрасту развлечениям, а его отец Алексей Долгоруков, уподобившись Меншикову, намеревался женить императора на своей дочери Екатерине.
А. Г. Долгоруков пристрастил отрока к охоте, почти круглый год носился с ним по полям и лесам Подмосковья и тем истощил неокрепший организм настолько, что он оказался неспособным сопротивляться оспе – 18 января 1730 г. 14-летний Пётр умер.
«Затейка» верховников. Съехавшиеся в столицу знать, гвардейцы и провинциальные дворяне стали свидетелями и участниками невиданных ранее событий.
Верховный тайный совет во время фавора Долгоруковых радикально изменился в составе: ко времени смерти Петра II в нём числились четверо Долгоруковых и двое Голицыных. Из прежнего состава в нём остались одряхлевший Головкин и коварный Остерман. При отсутствии завещания Петра II Верховный тайный совет государыней избрал племянницу Петра Великого Анну Ивановну, которую тот ещё в 1710 г. выдал замуж за герцога Курляндского. После свадебных торжеств герцог на пути в свою столицу Митаву скончался, и Анна Ивановна два десятилетия прожила в чуждой ей Курляндии.
Расчёт верховников был прост: Анна Ивановна не имела опоры в России и поэтому ради получения короны будет рада согласиться на все требования верховников. В столицу Курляндии втайне была отправлена депутация, вручившая Анне Ивановне
Как ни старались верховники сохранить втайне свою «затейку», как назвал Ф. Прокопович попытку ограничить самодержавие, содержание «Кондиций» стало известно широким кругам дворянства, и оно ответило всплеском небывалой политической активности, объявив войну верховникам. Прибывшая в Москву Анна Ивановна убедилась, что широкие круги дворянства не разделяют притязаний верховников и выступают сторонниками сохранения самодержавия. Решающая роль принадлежала гвардейцам, обратившимся к Анне Ивановне с призывом: «Повелите, и мы сложим к вашим ногам их головы».
Шляхетство, собираясь группами, составило семь проектов, в которых изложило свой взгляд на политическое устройство и сословные требования. Широкие круги шляхетства требовали, чтобы Анна Ивановна была «такою же самодержицею, как были ее предки», ликвидации Верховного тайного совета, восстановления прежней роли Сената в правительственном механизме, отмены указа о единонаследии 1714 г., освобождения дворян от обязательной службы рядовыми в гвардейских полках, где они, познав азы тяжёлой солдатской премудрости, отправлялись офицерами в полевые полки, ограничения дворянской службы 20-ю годами. Анна Ивановна 25 февраля 1730 г. надорвала «Кондиции» и объявила себя самодержицей.
Анна Ивановна. Началось 10-летнее правление Анны Ивановны, женщины ограниченной, грубой, ленивой и мстительной. Её любимыми развлечениями были кривлянья и драки карликов, слушание болтовни женщин, наблюдение за несуразными выходками придворных шутов, на роль которых она назначала представителей титулованной знати. Время царствования Анны Ивановны по имени фаворита Э. Бирона, пользовавшегося её безграничным доверием, называют
Анна Ивановна
Следующей жертвой Бирона и Остермана стал кабинет-министр А. П. Волынский и его «конфиденты» (сообщники). В личности Волынского мало привлекательного: он запятнал своё имя казнокрадством и жестокостью, когда был астраханским, а затем казанским губернатором. Нрав его не смягчился и после того, как он достиг вершин власти. Этого ему показалось недостаточно, и он, не рассчитав силы, вступил в открытую схватку с немецким окружением императрицы.
Следствие выявило неодобрительные высказывания Волынского как в адрес немцев, так и императрицы («государыня у нас дура, и, как-де ни докладываешь, резолюции от нее никакой не добьешься»). В итоге Волынский и его три «конфидента» были казнены, а остальные отправлены в ссылку в Сибирь.
Иван Антонович. Анна Ивановна оставила трон так же неожиданно, как и появилась на нём, – осенью 1740 г. она умерла, оставив завещание в пользу грудного младенца Ивана Антоновича. Откуда он появился, каковы были его права на престол?
Пётр I Анну Ивановну выдал замуж за герцога Курляндского, а её сестру Екатерину – за герцога Мекленбургского. У последней семейная жизнь не сложилась, она вынуждена была оставить вздорного и деспотичного супруга и вместе с дочерью поселиться в России. Дочь после принятия православия нарекли Анной Леопольдовной. Племянницу императрица выдала замуж за герцога Брауншвейгского Антона Ульриха. 24 августа 1740 г. принцесса Анна Леопольдовна родила сына Ивана Антоновича.
Преимущественное право на корону имела дочь Петра I Елизавета, но Анна Ивановна решила закрепить трон за своей ветвью династии. Другая причина назначения преемником младенца состояла в стремлении облагодетельствовать Бирона, которому при Елизавете Петровне не осталось бы места в правительстве.
Изумлённым современникам объявили, что регентом императора до его совершеннолетия объявлялась не его мать, а фаворит покойной императрицы герцог Курляндский Бирон. В условиях всеобщего недовольства Бироном и ропота гвардии, которую регент пытался «рассовать» по армейским полкам, Миниху без особого труда удалось совершить 8 ноября 1740 г. очередной дворцовый переворот, лишив Бирона прав регента, которыми он пользовался всего три недели. Миних провозгласил регентом Анну Леопольдовну.
Если бы триумвират Миних – Бирон – Остерман действовал дружно и согласованно, то неизвестно, как долго могло протянуться в стране засилье немцев. Но честолюбивые замыслы каждого из них упростили борьбу с ними: Миних, разделавшись с необычайной лёгкостью с Бироном, рассчитывал стать первым лицом в государстве, но встретил противодействие Остер-мана. Оскорблённый Миних ушёл в отставку.
Елизавета Петровна. Всё это благоприятствовало успеху очередного переворота – на этот раз в пользу Елизаветы Петровны. Дочери Петра Великого минуло 30 лет, когда у неё, проявлявшей безразличие к трону и придворным интригам, вдруг проснулась честолюбивая мечта завладеть короной.
Переворот 25 ноября 1741 г. отличался от предшествующих многими особенностями. Одна из них состояла в том, что он осуществлялся в форме военного заговора гвардейцев – в предшествующих переворотах гвардия принимала участие лишь на последней стадии. Другое отличие – переворот возглавила сама претендентка на корону, отправившаяся добывать её в казармы гвардейского полка.
Следующее отличие переворота 1741 г. состояло в участии в нём, точнее, в причастности к нему иностранных государств – Франции и Швеции. Оба государства, помогая Елизавете Петровне взойти на престол, надеялись, что императрица щедро расплатится за оказанную услугу. Франция рассчитывала на изменение внешнеполитического курса России: превращение её в послушную исполнительницу воли французской дипломатии. Швеция, в свою очередь, даже решила объявить войну России, рассчитывая удалить немцев и передать корону Елизавете. События, однако, развивались не по шведскому сценарию: шведскому послу Нолькену так и не удалось склонить Елизавету Петровну поставить свою подпись под обязательством вернуть Швеции Эстляндию и Лифляндию.
Наконец, последняя особенность переворота – он был направлен против немецкого засилья и являлся выражением роста национального самосознания.
Всё произошло без шума и кровопролития: гренадёры проникли в Зимний дворец, взяли под стражу правительницу, её супруга и императора. Арестованы были Миних и Остерман. Обоих отправили в ссылку в Сибирь.
Началось 20-летнее царствование Елизаветы Петровны. В отличие от жестокой Анны Ивановны и замкнутой и нелюдимой Анны Леопольдовны, новая императрица снискала любовь и уважение народа и солдат своей общительностью, добродушием, готовностью оказать помощь страждущему. Она отменила смертную казнь, изгнала немцев с высоких правительственных постов.
Вместе с этим следует отметить главный порок императрицы – не только отсутствие способностей государственного деятеля, но и нежелание приобрести хотя бы элементарные навыки управления государством. Ленивая, беспечная, считавшая обременительным для себя всякий труд, она часто ставила вельмож в затруднительные положения: те неделями добивались у неё аудиенции. В центре её внимания находились балы, рауты, разного рода увеселения, забота о своей блестящей внешности и нарядах.
Елизавета Петровна
Пётр III. Беспорядочная жизнь императрицы привела её к смерти на 54-м году. Трон занял её племянник Пётр III – представитель петровской ветви дома Романовых. Он был сыном Анны Петровны, старшей дочери Петра Великого, выдавшего её замуж за Голштинского герцога. Мать Карла Петра умерла вскоре после родов, а отец скончался в 1739 г., оставив 11-летнего сироту, отличавшегося слабым здоровьем, на попечение грубых и невежественных воспитателей.
Пётр III
Волею судьбы Карл Пётр оказался наследником трёх престолов: он мог стать герцогом Голштинским, шведским королём и российским императором. Именно поэтому Елизавета Петровна, став императрицей, поспешила доставить племянника в Петербург, чтобы готовить его к наследованию престола. После принятия православия Карла Петра нарекли Петром Фёдоровичем, а его супругу, Ангальт-Цербстскую принцессу Софию Фредерику Августу, – Екатериной Алексеевной.
Пётр Фёдорович отличался неуравновешенностью. Будучи женатым, т. е. взрослым, человеком, он увлекался то игрой в куклы, то игрой в солдатики, то дрессировкой собак, то игрой на скрипке. Но ничто его так не привлекало, как экзерциции и вахтпарады. Заняв 25 декабря 1761 г. престол, Пётр III ещё больше времени стал отдавать муштре и парадам, походя наносил оскорбления придворным, в гневе наказывал приближённых за пустяковые проступки, проводил долгие часы в прокуренных комнатах за попойками и карточной игрой.
Конечно, Пётр III сделал немало для возвышения дворянства (вы узнаете об этом из § 50), и на первый взгляд кажется странным, почему он не обрёл активных сторонников, почему его супруге удалось сравнительно легко занять место свергнутого императора. Ответ несложен: самодурство императора, его нелепые поступки создавали атмосферу неуверенности в своей завтрашней судьбе и у тех, кто находился у подножия трона, и у тех, кто стоял подальше от него, – не станет ли он жертвой его каприза завтра или послезавтра. Если к этому добавить предпринятые не в национальных интересах внешнеполитические акции Петра III, то станут понятными его изолированность и успех, сопутствовавший Екатерине II во время переворота 28 июня 1762 г.
Кабинет министров. 4 марта 1730 г. вступившая на престол Анна Ивановна упразднила Верховный тайный совет. Но случайная обладательница короны, как и её предшественники, не могла обойтись без подобного учреждения. 10 ноября 1731 г. она «для лучшего и порядочного отправления всех государственных дел к собственному нашему всемилостивейшему решению подлежащих и ради пользы государственной» решила учредить
Достоен внимания состав учреждения. В него вошли три человека: ленивый, беззаботный и сказочно богатый князь А. М. Черкасский, престарелый канцлер Г. И. Головкин и вице-канцлер А. И. Остерман. Похоже, набравший при Анне Ивановне силу и влияние Остерман, чтобы стать полновластным хозяином Кабинета министров, укомплектовал его людьми бездеятельными, лишёнными честолюбивых помыслов.
Остерман имел много достоинств, которые делали его незаменимым во внешнеполитическом ведомстве и позволяли ему чувствовать себя уверенно при четырёх государях: он обладал колоссальной памятью и знанием иностранных языков. К этому надобно добавить редчайшее среди вельмож того времени качество – он не был уличён в казнокрадстве и не брал взяток.
Однако и пороков у него было не меньше: он отличался крайней расчётливостью и скрытностью, умением, если ему выгодно, втираться в доверие, давать клятву в верности, и в то же время за спиной своей жертвы плести интриги. В острых ситуациях он предпочитал держаться в тени, чтобы затем примкнуть к лагерю победителей.
В целом это была личность неординарная, но он скорее был чиновником, чем государственным деятелем.
В истории Кабинета министров чётко прослеживаются два этапа. Гранью между ними стало 9 июня 1735 г., когда был обнародован указ, приравнявший три подписи кабинет-министра к именному указу, т. е. подписи императрицы. Этим актом Анна Ивановна отрешилась от участия в управлении государством, передав законодательные функции Остерману и Бирону. Последний хотя и не занимал официального поста в правительстве, но оказывал огромное влияние на его внутреннюю и внешнюю политику.
При Анне Ивановне Сенат вновь стал Правительствующим, но практически находился в подчинении Кабинета министров: все центральные учреждения, в том числе Сенат и Синод, должны были ежемесячно подавать рапорт о своей деятельности в Кабинет.
Всесилию Остермана положил конец переворот 25 ноября 1741 г. в пользу Елизаветы Петровны. Вступая на престол, она обещала неукоснительно следовать заветам своего отца. Дело, однако, ограничилось чисто внешним подражанием – восстановлением роли учреждений, существовавших при Петре I: Сенат действительно стал Правительствующим, т. е. восстановил своё значение высшего органа власти в стране; Кабинет министров Елизавета Петровна ликвидировала. Восстановлены были Мануфактур-коллегия и Берг-коллегия, упразднённые при Екатерине и Анне, а также учреждение, созданное при Петре I, – Главный магистрат.
Вельможи, фавориты и Конференции при высочайшем дворе. Кто правил страной в годы царствования Елизаветы Петровны? Известно, что она не склонна была утруждать себя делами управления. Известно также, что она не стала учреждать новый орган взамен упразднённого Кабинета министров. Наконец, известно, что фаворит Елизаветы Петровны, бывший певчий А. Г. Разумовский, столь же ленивый, как и добродушный, стоял в стороне и от придворных интриг, и от участия в делах внутренней и особенно внешней политики. В подобных условиях на первый план выдвигались другие вельможи, такие как П. И. Шувалов, А. П. Бестужев-Рюмин и др.
П. И. Шувалов, в отличие от Остермана, обладал способностями государственного деятеля. Он, будучи сенатором, завалил Сенат проектами, многие из которых были претворены в жизнь. Шувалов, например, разработал проект об организации банков, по его предложению начались генеральное межевание, передача казённых заводов в частные руки, были отменены внутренние таможенные пошлины и др. Бескорыстием Шувалов не отличался и, сочиняя проекты, имел в виду личные выгоды, иногда совпадавшие с государственной пользой, как, например, отмена внутренних таможенных пошлин.
Внешнеполитическим ведомством заправлял А. П. Бестужев-Рюмин. Карьерой он был обязан Бирону, по рекомендации которого стал кабинет-министром (своему покровителю он отплатил тем, что настоял на назначении Бирона регентом). После падения герцога звезда Бестужева должна была закатиться, но знание иностранных языков и владение пером помогли ему возглавить дипломатическое ведомство. Бестужеву как руководителю внешней политики надлежит отдать должное – несмотря на происки своих недругов, он твёрдо придерживался курса сближения не с Францией, а с Австрией.
Во второй половине царствования Елизаветы Петровны появился новый фаворит – И. И. Шувалов, прославившийся образованностью, мягкостью характера и бескорыстием. Он покровительствовал Ломоносову, ему же принадлежит честь реализации проекта учёного об открытии в Москве университета.
М. В. Ломоносов
Учреждение Московского университета – важнейшее культурное событие России в 1755 г. План его создания, составленный М. В. Ломоносовым, предусматривал преподавание не на латинском, а на русском языке, предоставлял возможность учиться в нём представителям непривилегированных сословий – горожанам, детям государственных крестьян.
Сам Ломоносов вошёл в науку как выдающийся учёный-энциклопедист: ему принадлежат работы по истории и экономике, физике и химии, горному делу и теории стихосложения, а также лингвистике. А. С. Пушкин писал о нём: «Он создал первый университет. Он, лучше сказать, был первым нашим университетом».
В 1745 г. Ломоносов стал первым русским профессором, членом Академии наук. Ему принадлежит открытие закона сохранения материи и движения. Он сформулировал его так: «Все перемены, в натуре случающиеся такого суть состояния, что, сколько у одного тела отнимается, столько присовокупится к другому, так ежели где убудет несколько материи, то умножится в другом месте». И здесь же добавил: «Сей всеобщий естественный закон простирается и в самые правила движения».
Ломоносов является одним из создателей учения о теплоте как молекулярном движении, опровергавшего господствовавшую тогда теорию теплорода, согласно которой нагревание и охлаждение тел происходит в результате проникновения в них и исчезновения невесомой жидкости – теплорода. Он изобрёл перископ, ночезрительную трубу, с помощью которой ночью можно было лучше различать скалы и корабли, и др.
В конце концов и Елизавета Петровна не обошлась без создания учреждения, подобного Верховному тайному совету и Кабинету министров. 8 марта 1756 г. начала деятельность
1.
§ 50. Социально-экономическая политика
Дворянство. При Петре Великом дворянство являлось служилым сословием, обременённым пожизненной военной службой и обязанностью учиться. После Петра протекал медленный процесс освобождения дворянства от обязанностей и превращения его из служилого сословия в
Правительство Анны Ивановны в 1730 г., идя навстречу пожеланиям шляхетства, отменило указ о единонаследии, а в следующем году учредило Сухопутный шляхетский корпус. Контингент учащихся в нём был ограниченным, и поэтому сеть сословных учебных заведений для дворянства в последующие десятилетия значительно расширилась: Морскую академию преобразовали в Морской шляхетский кадетский корпус, а в 1762 г. Артиллерийская и Инженерная школы были реорганизованы в Артиллерийский и Инженерный шляхетские корпуса. К придворной и гражданской службе детей дворян готовил основанный в 1759 г. Пажеский корпус.
Если во времена Петра I обучение в школах считалось обременительной обязанностью, то теперь чадолюбивые родители пускались во все тяжкие, чтобы пристроить своих детей в какой-либо кадетский корпус – обучение в них стало престижным. Повинность, таким образом, превратилась в привилегию.
Одновременно с расширением сети сословных учебных заведений детям родителей, имевших свыше тысячи крепостных, разрешалось получать домашнее образование.
Правительство удовлетворило требование шляхетских проектов о сокращении срока службы. Правда, манифестом 31 декабря 1736 г. он был установлен в 25 лет, а не в 20, как того требовали дворяне. Так как манифест был обнародован во время русско-турецкой войны, то реализация его началась с 1740 г.