Дочки-матери (сокращенный вариант)

ВАЛЕНТИНА: Блинчики.

КАТЯ: Зачем?

ВАЛЕНТИНА: Посуду одалживаешь — возвращать надо с чем-то.

КАТЯ: Блинчики… знаешь по какому поводу пекут?

ВАЛЕНТИНА: Дура!

Катя берёт блинчик, откусывает, но тут же бросает на стол и, зажав рот руками, выбегает из комнаты. Валентина, подходит к двери в спальню, приоткрывает и заглядывает в щёлочку. Затем возвращается к столу, открывает бутылку с минералкой, наливает воду в стакан.

Возвращается Катя.

ВАЛЕНТИНА: Выпей водички, легче станет.

Катя пьёт, стуча зубами по стеклу.

КАТЯ (сквозь слезы): Больше никогда, никогда!.. на скамейке буду ночевать… полы мыть днем и ночью… Честное слово!!! Господи! В церковь пойду, буду сутками поклоны бить…

ВАЛЕНТИНА: Если на всенощной. А так на ночь запирают.

КАТЯ: Ничего, я умолю — меня оставят… Господи, что я наделала?! Отче наш, иже еси на небеси…

ВАЛЕНТИНА: При чем здесь «Отче наш»?

КАТЯ: Я другого ничего не знаю.

ВАЛЕНТИНА: Так, всё… (Разливает коньяк, один бокал протягивает Кате, сама берет второй.) Мировую.

Чокаются и выпивают.

ВАЛЕНТИНА: Ничего — ничего… Придумаем что-нибудь. Даже у туннеля есть два выхода.

КАТЯ: Надо вызвать Глеба.

ВАЛЕНТИНА: Глеба? Ты что — совсем? Будет он своей головой твою задницу прикрывать! В его коллекции статей только мокроты не хватает! (Пауза.) А может, твоего вареника?

КАТЯ: Ты что, с ума сошла? И потом, один человек здесь ничего не решит…

ВАЛЕНТИНА: Один решит. Как всегда. Только ему сейчас не до нас… И далеко он…

КАТЯ: Где?

ВАЛЕНТИНА: В Кремле… Ладно, подключать никого не будем. Чтоб смуты не вышло. (Пауза.) Слушай, а давай вызовем «скорую» и скажем, что человеку плохо с сердцем, а потом — умер, пока они ехали…

КАТЯ: Они заберут его и уедут? Не поинтересуются, кем тебе этот жмурик приходится и как всё произошло? И потом, с инфарктом — не сложится. Мужик не старый. Обязаны сделать вскрытие. Определят удушье…

ВАЛЕНТИНА: Ясно. Тогда выход из туннеля один. Выносим его, кладем в мою машину и отвозим в ближайший парк, на скамеечку. Пусть разбираются — инфаркт, придушили, убили…

КАТЯ: А что Глебу скажем?

ВАЛЕНТИНА: Вечер прошел прекрасно. Вареники все съел… Откуда мы знаем, куда он потом пошел?

Пауза.

КАТЯ: Как мы его потащим?..

ВАЛЕНТИНА: Вниз — не наверх… (Закуривает, подходит к окну.) Чер-р-рт…

КАТЯ: Что? (подходит к Вале.)

ВАЛЕНТИНА: Видишь того козла?

КАТЯ: Это, вроде, собака…

ВАЛЕНТИНА: Я про хозяина.

КАТЯ: Где?

ВАЛЕНТИНА: Да вон он! Где темно — огонек… На скамейке, курит. Сосед. С блинами. «Ночной дозор»… Паршиво. Он когда пьяный, может собаку час выгуливать.

КАТЯ: Ничего, подождем. Не до утра же он будет сидеть…

ВАЛЕНТИНА: Катя, давай все-таки вызовем «скорую».

КАТЯ: Зачем?

ВАЛЕНТИНА: А вдруг — реанимация… Спасут…

КАТЯ: Кого?

ВАЛЕНТИНА: Его. И нас с тобой…

КАТЯ: Я же тебе говорила: из всех средств реанимации у них — только белые халаты…

ВАЛЕНТИНА (берет трубку, начинает набирать номер): Я вызову.

КАТЯ (вырывает у нее трубку): С ума сошла? Его не спасут! А нас посадят!

ВАЛЕНТИНА: Катя, а если ты человека собьешь, то просто возьмешь и уедешь?

КАТЯ: Вообще, у меня прав нет. Но если буду знать, что труп, — уеду. Зачем он под колеса кидается?

ВАЛЕНТИНА: Наш под подушку кинулся.

КАТЯ: А чего ему дома не сиделось? С постоянной? А теперь я должна, как дура, «скорую» вызывать?

ВАЛЕНТИНА: А я — дура. Не уехала.

КАТЯ: Когда?

ВАЛЕНТИНА: Год назад… На трассе… Стоял автобус, пустой. Тут мужик… забыл, что в школе учили — трамвай обходить спереди, автобус — сзади. Вылетел под колеса… Думаю — убила. На трассе — никого. Подошла. То ли дышит, то ли не дышит… Как-то затащила, отвезла в больницу…

КАТЯ: Выжил?

ВАЛЕНТИНА: Инвалидом остался.

КАТЯ: Судили?

ВАЛЕНТИНА: Условно. Вместо суда — стрелки с тёрками. Его сын потребовал компенсации… Сто тысяч.

КАТЯ: Чего?

ВАЛЕНТИНА: Того.

КАТЯ: А если…

ВАЛЕНТИНА: Без «если». Бригадиром оказался, но не монтажников… Приехал с братками. Какой, говорит, бюджет вашего предложения? «Тыщ десять наскребу». Нет, — смеется, — нолика не хватает. «У меня столько нету». А он: «Ну, хочешь — можем дочку на нолик поменять. В прямом и переносном смысле».

КАТЯ: А чего в милицию не пошла?

ВАЛЕНТИНА: Правду искать? Пошла… Но ошиблась дверью… Следователь выслушал, все записал. «Приходите завтра». Пришла. Он: «Вопрос сложный. Вот номерочек, позвоните, вам помогут». Позвонила. Назначили встречу. Приехала, там — всё те же. Смеются: «Наша милиция нас бережет. А тебя — не уверены. Придется ехать за дочкой. У нее через полчаса третья пара заканчивается»… Говорю: «Ребята, не надо». Согласились. С условием. «Ты, — говорят, — первую тысячу нам сейчас натурой отдашь. Остальные — в течение недели».

КАТЯ: Кошмар…

ВАЛЕНТИНА: Стакан коньяка выпила — всё как в тумане… Вечером следователь приехал. Проверить, не нарушается ли законность и верховенство права. (Пауза.) Выхода было два: руки на себя наложить или с ума сойти… А мама? А дочка?.. (Пауза.) Полгода по врачам бегала… Пока вся грязь из меня не вышла. Один психолог красиво объяснял (копирует интонацию врача): «Посмотрите на жизнь сверху, выключив звук. Все хорошо, все живы — здоровы. Руки — ноги целы. Главное — научитесь звук выключать вовремя…». Удобная штука — радио. Нажал на кнопку — звук пропал…

КАТЯ: А дальше?..

ВАЛЕНТИНА: Квартиру заложила, по знакомым пошла, наодалживала… Все равно половины не хватает. И тут — звонок: «Здравствуйте, я ваша крыша».

КАТЯ: В смысле?

ВАЛЕНТИНА: Наш общий знакомый.

КАТЯ: Глеб?

ВАЛЕНТИНА: У нас другие есть?

КАТЯ: Уже нет…

ВАЛЕНТИНА: …говорит: «Знаю ваши проблемы. Разницу плачу. А вы мне возвращаете помесячно. Если риэлтерских не хватит — я вам халтуру подкину. У меня много знакомых — любителей тех, кому за тридцать»… (Пауза.) Раз позвонили — встретилась, второй… В общем, теперь Глебу плачу, банку плачу. Знакомым плачу. Ленку в Харьков к маме отправила, каждый месяц деньги посылаю… То есть, как большинство наших граждан, живу культурно и зажиточно… На войне как на войне…

КАТЯ: А дочка знает?

ВАЛЕНТИНА: Нет. И мама не знает.

Пауза.

КАТЯ: А что же ты мне… (Говорит, копируя Валентину.) «Способная девочка… За границей учится…».

ВАЛЕНТИНА: Украина?.. Заграница. Зуб даю. (Делает характерный блатной жест, вынимая пальцем изо рта обещанный предмет.)

КАТЯ: Теперь верю. Это ты у бригадира научилась?

ВАЛЕНТИНА: Нет. Расселяла коммуну, а там тип был — с тремя ходками. Месяц пообщалась — набралась…

Валентина снова подходит к окну.

КАТЯ: Сидит?

ВАЛЕНТИНА: Да.

Пауза.

КАТЯ (смотрит на дверь спальни): Он вообще кто?

ВАЛЕНТИНА: Ты уже спрашивала.

КАТЯ: Надо посмотреть документы.

Катя поднимает с пола мужской пиджак и протягивает его Вале.

ВАЛЕНТИНА: Я?

КАТЯ: А кто тут главная?

ВАЛЕНТИНА: А кто его задушил?

Пауза.

КАТЯ: Ну и ладно. Будет неизвестным. (Бросает пиджак на диван. Пауза.) А деньги? Он же нам не заплатил.

ВАЛЕНТИНА (берет пиджак): Надо поискать. Давай: я — в пиджаке, ты — в брюках.

КАТЯ: Ладно. (Катя поднимает брюки, которые валяются на полу. Посмотрев на подкладку): «Армани», блин… (Выворачивает карманы.) Пусто.

ВАЛЕНТИНА: Платок. Ключи. Бумажник. (Открывает бумажник.) Кать, а денег нет. Практически. Одна мелочь. (Раскладывает на столе содержимое бумажника.) Тут визитки… (Рассматривает визитки, по одной передает Кате.) Интересная… Фамилия, имя, отчество. И больше — ничего. Ни должности, ни телефона. Крутой дядя.

КАТЯ (перебирая визитки): И кто же наш… папочка? Которая — его?

ВАЛЕНТИНА: Все разные. А свои по одной не носят.

КАТЯ: Судя по визиткам, нас посетил достойный член общества.

ВАЛЕНТИНА: Судя по визиткам, у нас на завтрак — холодец…

КАТЯ: Полный?