Хватит и взгляда

Конечно, в ту ночь они не только занимались любовью, но и разговаривали на различные темы. Кэтрин думала о прекрасном настоящем, а Мюрат же говорил только о будущем. Она попрощалась, уверенная, что больше никогда его не увидит, но, к ее удивлению, он вернулся на следующей неделе. Кэтрин как раз собиралась взять себе два выходных дня подряд.

– Вот видишь, – просто сказал Мюрат, – я никак не могу держаться от тебя подальше.

Она не стала скрывать свою радость, когда Мюрат заключил ее в объятия. Впервые в жизни она дышала полной грудью. Она благодарила судьбу, которая привела ее на другой конец Уэльса. Сейчас она спокойно могла посвятить себя отношениям с Мюратом, не боясь гнева матери.

Ей многое нравилось в Мюрате. Он не интересовался ее семьей, происхождением. Да и зачем? Ведь их отношения временные. А это значит, ей не придется проходить через мучительную пытку, рассказывая неприятные подробности своих взаимоотношений с семьей.

Они остановились в той же гостинице с видом на озеро, что и прошлый раз, и два дня практически не покидали спальню. Кэтрин не знала, что будет делать, когда он уедет и она вернется к своей обычной жизни. К своей реальной жизни, в которой ей нет места.

Кэтрин старалась не думать о скором расставании, но это было невозможно. Она с трудом представляла своего любовника управляющим целой страной и скачущим на гнедом жеребце по бескрайней пустыне. Она старалась не думать о том, что совсем скоро потеряет его. Догадался ли он о ее мыслях или легко прочитал все по ее глазам? Не потому ли он сделал ей необычное предложение перед тем, как уехать по делам в Лондон?

– Поехали со мной, – предложил Мюрат, застегивая элегантный итальянский пиджак.

Кэтрин в очередной раз отметила про себя, что он выглядел просто восхитительно.

– Куда? – Она моргнула от неожиданности.

– В Лондон. У меня там квартира, ты могла бы в ней жить.

– С тобой?

– Ну, иногда. – Он улыбнулся.

Если бы только она не была так наивна!

Если бы она понимала, во что ввязывается! Ведь таким женщинам, как она, не предлагают постоянных отношений. Постоянными в жизни Мюрата были лишь его дворец и напряженный график в Курхаре. Многочисленные поездки в Англию, которые он совершал, были непродолжительными и нерегулярными. Мюрат вовсе не предлагал ей стабильные крепкие отношения.

Кэтрин были чужды привязанности, как она сама себе говорила, и она не была подвержена излишним эмоциям. Эмоции вносили в жизнь хаос, а она уже испытала достаточно разочарований из-за мужчин. Сначала Кэтрин собиралась отказать ему, но потом передумала. У нее не было выбора: мысль о том, что она может потерять Мюрата, сводила с ума.

Вот так она и стала любовницей баснословно богатого человека. Она поехала в Лондон, чтобы быть с Мюратом, и медленно, но верно стала терять свою независимость. Работа, которую она нашла в крупном отеле, скоро стала несовместима с ее образом жизни, потому что она очень скоро узнала первое правило любовницы.

Нужно всегда быть доступной для своего мужчины. Тем более когда этот мужчина занимает все твои мысли. Мюрат сказал ей, что его жизнь полна событий и что с ней он успокаивает свои измотанные нервы. Мюрату нравилось, что Кэтрин в условленное время встречает его в их общей квартире, и ему совсем не хотелось тратить драгоценное время на то, чтобы ждать, пока она освободится после очередной смены.

Мюрат отмахнулся от ее протестов, когда она сказала, что не может пользоваться его кредиткой. У него достаточно денег для них обоих. Мюрату нравилось, что Кэтрин обжила его квартиру, обставила ее по своему вкусу, и теперь он чувствовал себя там как дома.

Когда Мюрат предложил свою кредитную карточку для оплаты всех расходов, Кэтрин не стала отказываться, посчитав это разумным решением. Она позволила одеть себя в шелка и стала регулярно делать прическу в одном из лучших салонов Лондона.

Кэтрин не задумывалась о том, как долго это будет продолжаться, она наслаждалась каждым днем, проведенным с любимым. И Мюрат нравился ей все больше и больше. И тогда она решила сотворить идеальные отношения, чтобы негативные события прошлого перестали ее беспокоить.

Кэтрин узнала, что дорогие ткани куда приятнее на ощупь, чем дешевые. Она научилась получать истинное удовольствие от посещения спа-центров. Это позволяло ей настроиться на встречу с Мюратом. Она стала посещать в его отсутствие различные курсы и тренинги, которые могут себе позволить богатые женщины с большим запасом свободного времени. Она приобрела хороший музыкальный вкус и научилась составлять прелестные цветочные композиции. Она получила сертификат кулинарной школы «Кордон блю» и научилась прекрасно разбираться в винах, как настоящий сомелье. Кэтрин обнаружила в себе настоящую страсть к изучению истории искусства. Она внезапно осознала, что Мюрат сделал все, чтобы она получила неплохое образование.

Мюрат познакомил Кэтрин со своими друзьями и коллегами. Иногда они приводили своих жен, иногда – любовниц. Она обнаружила, что многому научилась на своей первой работе, в отеле «Хидмарш», потому что легко могла поддержать разговор практически на любую тему.

Кэтрин научилась составлять верное мнение о людях, с которыми работал ее любовник. Мюрат много рассказывал ей о своих знакомых, и она с легкостью могла составить краткое резюме о каждом из них.

В некотором смысле она училась быть идеальной супругой могущественного человека, но реальной перспективы стать ею у нее не было. Мюрат должен жениться на девушке королевской крови. И в этом он был честен с ней с самого начала. Кэтрин старалась не тешить себя надеждами на будущее с этим мужчиной, прекрасно зная, что ее мечты неосуществимы.

Они прекрасно понимали друг друга, по крайней мере, она так думала. И ей было легко принять довольно жесткие правила их отношений – потому что между ней и Мюратом никогда не было притворства. И все же Кэтрин была не до конца откровенна… Со временем к ней пришло понимание того, что она хотела бы провести всю жизнь с этим мужчиной.

– Кэт? – Оклик Мюрата вернул Кэтрин в настоящее, и она открыла глаза. – Что случилось, моя красавица? Кажется, ты была очень далеко отсюда. – Он провел ладонью по соблазнительному изгибу ее бедра.

Кэтрин ни за что не признается ему, что вспоминала прошлое. Она покачала головой и крепко прижалась к нему, животом ощутив его эрекцию.

– Я здесь, – прошептала она. – И я твоя.

«Только вот надолго ли?» – думала Кэтрин про себя.

Но даже отдаваясь Мюрату телом и душой, она чувствовала, как тьма и тревога окутывают ее сердце.

Глава 3

– Ладно, что скажешь об этом? Подойдет? – Кэтрин вошла в комнату в туфлях на огромных шпильках и загородила экран телевизора, транслировавший футбольный матч. – Я соответствующе одета для обеда с Никколо да Конти?

Либо матч был скучным, либо платье было подобрано абсолютно верно, но Мюрат мгновенно оторвался от экрана и довольно улыбнулся. На нем было лишь банное полотенце, обернутое вокруг бедер, а волосы еще были влажными после душа.

– Повернись, – произнес он тихо, но Кэтрин смогла его расслышать.

Она послушно повернулась, и подол ее нежно-сиреневого платья взметнулся вверх, обнажив стройные бедра, обтянутые тонкими чулками. Обычно Кэтрин наслаждалась этим небольшим провокационным шоу, которое она специально устраивала для Мюрата. Она знала, что ему нравилось наблюдать стриптиз. Иногда Мюрат просил показать ажурную резинку чулок, и она начинала изображать танцовщицу канкана. Кэтрин делала все, чтобы угодить ему. Это еще один из уроков, который преподал ей Мюрат: мужчина никогда не посмотрит на сторону, если дома его ждет лучшая из любовниц.

Кэтрин никак не могла избавиться от сомнений, которые терзали ее весь день. Она чувствовала, что в ее жизни происходят какие-то изменения, но не могла понять, в чем их причина. Она вспомнила странное выражение лица Мюрата, когда они занимались любовью. В тот момент Кэтрин подумала: что-то не так.

Неужели она ему надоела?

Пульс Кэтрин участился, она не хотела ничего менять. Ее положение не идеально, она знала это. Этих кратковременных встреч ей никогда не хватало, но Кэтрин нравилась такая жизнь, в ней были определенные преимущества. За время отсутствия Мюрата она успевала соскучиться по нему, и моменты близости были чудесными.

Но если Мюрат от нее устал…

Кэтрин думала о возможностях, которые откроются перед ней, когда она уйдет отсюда. За время отношений с Мюратом она ни разу не проявила себя, боясь продемонстрировать ему свои истинные способности. Ведь он мог понять, что без него она вполне самостоятельна. Кэтрин мечтала о небольшой чайной в горах Уэльса. Она бы пекла домашние торты и пирожные и продавала бы их проголодавшимся альпинистам, но сейчас эта идея не казалась ей такой уж заманчивой.

Неужели жизнь с Мюратом заставила Кэтрин изменить своим мечтам или она просто уже не представляла себе жизни без него? Она чувствовала себя цветком, который жадно тянется к солнцу.

Поэтому, когда Мюрат велел ей повернуться, она сделала это.

– Вот так? – кокетливо спросила Кэтрин, когда тонкий шифон платья взметнулся вокруг ее стройных ног. Она чувствовала, что Мюрат не мог оторвать взгляд от этого завораживающего зрелища.

– Именно так.

– Не слишком длинное? Или не слишком короткое? – продолжала поддразнивать она.

– Я мог бы разными способами описать то, что на тебе надето, но, боюсь, некоторые из них могут шокировать твои нежные ушки. – Он откинулся на спинку дивана, напрочь позабыв про футбол. – Платье идеально. Как и ты. И все, что мне остается, – это смотреть на тебя. Я хочу тебя.

– Опять?

– Всегда.

Кэтрин заметила, как его черные глаза подернулись пеленой желания. Он распахнул полотенце, продемонстрировав полную готовность к любовным утехам.

Кэтрин не смогла подавить желание, вспыхнувшее в ней, но в то же время она поняла: кое-что в ней действительно изменилось. Она была потрясена, осознав, что раньше не раздумывая сказала бы «да», как послушная наложница из гарема. Она бы ответила на его безмолвный призыв, а потом переоделась бы, заново наложила макияж и вернулась к повседневной жизни.

Но эта мысль внезапно отрезвила Кэтрин. Возможно, слова матери зацепили ее куда сильнее, чем она сама думала. Не менее сложно было прекратить и собственные сомнения. Покачав головой, она подошла к подоконнику и села на него, плотно сжав колени, чтобы Мюрат не заметил, как сильно они дрожат. Волнение с каждой секундой усиливалось.

– Не сейчас, Мюрат, если ты не против. Я не в настроении.

– А если против? – лениво протянул он.

– Я хотела бы побольше узнать о Никколо, – со спокойной улыбкой продолжила Кэтрин. – Расскажи мне еще раз, как вы познакомились.

Мюрат задумчиво смотрел на нее, словно решая, как много он может ей рассказать. Казалось, он старательно подбирал слова, прежде чем ответить.

– Да Конти – известный плейбой. Мы познакомились на горнолыжном склоне несколько лет назад, катались в одной группе лыжников, и вместе с нами был также чемпион «Формулы-1» Луис Мартинес. Мы все были очень молодыми и немного… необузданными, – рассмеялся он. Его заразительный смех всегда магнетически действовал на нее, но только не сейчас.

Кэтрин старалась никак не реагировать, потому что иногда Мюрат рассказывал о той части своего прошлого, которого она предпочла бы не знать. Но иногда вопрос сам собой срывается с губ, даже если не хочешь услышать ответ. Так произошло и сейчас.

– Это значит, что вы делились друг с другом своими женщинами?

– Не преднамеренно и не в одно и то же время.

Мюрат непринужденно пожал плечами, что Кэтрин должна была расценить как извинение, хотя больше походило на хвастовство. Скорее всего, таким образом он просто хотел в очередной раз напомнить, что женщины с завидной регулярностью рады были затащить его в свою постель. Может, он хотел подчеркнуть, как много кандидаток было на ее место…

– Похвально.

– На самом деле – нет. Ты знаешь меня, Кэт: я не люблю ничем делиться. А уж делить женщину с друзьями – верный путь к катастрофе. – Он улыбнулся. – Сколько себя помню, Никколо собирался уйти в нефтяной бизнес, и он наконец купил себе скважину в Заминзаре.

– Эта страна граничит с твоей на востоке, верно?

– Откуда ты знаешь? – Мюрат напрягся и пристально посмотрел на Кэтрин.

Она почувствовала, как изменился тон его голоса, и встревожилась. Кэтрин внезапно поняла, что забыла все «правила», которые строго соблюдала, проводя драгоценные часы с Мюратом. Когда-то они условились, что, приходя к ней, Мюрат будет находить лишь покой и блаженство. Кэтрин дозволялось делать все что угодно, но это никак не должно было тревожить и волновать Мюрата. Но сейчас все ее благие намерения улетучились, им на смену пришла незнакомая ранее агрессия, которая буквально кипела у нее внутри.

– Ты мог сам как-то упомянуть об этом в разговоре со мной, – ответила она. – Иногда ты позволяешь пересечься двум твоим жизням, и порой правда той жизни, которую ты усердно стараешься от меня скрыть, все же прорывается наружу, – добавила она жестче, чем хотела.

Мюрат задумчиво изучал Кэтрин.

– Звучит довольно устрашающе.

– Нет, это не так. Я просто принимаю это как факт. Ты всегда говорил мне, что нужно смотреть правде в глаза.

– Я такое говорил? – На лице Мюрата было выражение крайнего недовольства, словно вечер пошел не так, как он планировал.

И вдруг Кэтрин почувствовала то же самое: она планировала провести этот вечер совершенно иначе, в более расслабленной обстановке. Ей хотелось создать непринужденную и радостную атмосферу, а вместо этого они обменивались колкостями и пытались друг друга побольнее задеть.

«Ты теряешь драгоценное время, которое вы могли провести вместе, – сказала себе Кэтрин. – Остановись!»

Она заставила себя непринужденно улыбнуться:

– Итак… где мы сегодня ужинаем?

Мюрат посмотрел на нее, и его охватило несвойственное ему раскаяние, когда он увидел страх в глазах Кэтрин. Бывшие любовницы нередко обвиняли его в жестокости, но он не старался быть безжалостным – и уж точно не по отношению к Кэтрин, с которой он встречался уже очень давно. Отношения с ней его полностью устраивали.

Мюрат никогда не поддавался своим эмоциям, основой его жизни было чувство долга. У него не было никакого желания копаться в своих чувствах и ощущениях, его высокое положение не оставляло для этого времени. Его отец сумел хорошо объяснить сыну, чего ждут от короля пустыни. Он знал, какое ему уготовано будущее, и принимал обязательства, которые на него накладывались.

Мюрат думал, что Кэт их тоже принимала, потому что он определил их отношения с самого начала. Тем не менее их отношения длились куда дольше, чем изначально предполагалось. На родине уже неоднократно интересовались, насколько серьезна его связь с английской любовницей… Но Мюрат не собирался лишний раз об этом распространяться. Он довольно резко ответил своим советникам, что его личная жизнь должна оставаться личной, и он ни с кем не намерен ее обсуждать. К счастью, благодаря высокому положению и власти, а также внутренней силе никто не посмел ему перечить. Но в глубине души Мюрат знал, что не может больше продолжать жить двойной жизнью, особенно сейчас, когда его сестра вышла замуж и ждала ребенка.

Его сыновний долг был исполнен, и теперь все ждали, когда он обзаведется собственной семьей. Народ хотел, чтобы султан женился и произвел на свет наследника. Не потому ли он согласился на очередное сватовство? Хотя в глубине души догадывался, что из этого все равно ничего не выйдет.

Мюрат нахмурился, глядя на подрагивающие губы Кэтрин. Он понимал, что должен ей все сказать. Он понимал, что сейчас выбран не лучший момент для признаний, но медлить больше было нельзя.

Когда же еще, если не сейчас?

Мюрат, разумеется, не хотел видеть обиду в прекрасных зеленых глазах своей очаровательной любовницы, которую не могла замаскировать ее улыбка. Он подошел к подоконнику, на котором сидела Кэтрин, и нежно поцеловал ее в губы.

– Ты знаешь, что я бы предпочел провести этот вечер здесь, с тобой, и только с тобой, но эта встреча действительно очень важна. И у меня появится уникальная возможность поговорить о футболе: никто не любит этот вид спорта так, как итальянцы.

– Да, такой возможностью нельзя пренебречь, – согласилась Кэтрин. – Если бы я только смогла запомнить правила, я бы тоже могла поддержать разговор о футболе. Жаль, что вы не обсуждаете новые рецепты выпечки. – Кэтрин пыталась разрядить обстановку.

Мюрат немного расслабился, когда заметил, что настроение Кэтрин постепенно улучшается: она стала чаще улыбаться.

– Хотел бы я увидеть лицо да Конти, когда ты начнешь говорить о футболе! Раз уж мне не удалось уговорить тебя провести немного времени в постели, я, пожалуй, оденусь. Я скоро.

Кэтрин сидела на диване и бездумно смотрела в окно, пока Мюрат одевался. В дверь позвонили. На пороге стояли два вооруженных телохранителя, которые сопроводили их вниз, к бронированному автомобилю.

Мюрат имел богатство, о котором большинство мужчин могли только мечтать, но это одновременно означало, что он не мог позволить себе вести образ жизни обычного человека. Чтобы куда-то с ним пойти, приходилось всегда брать с собой охрану, а из-за этого на них обращали повышенное внимание.

Единственное место, где Кэтрин могла остаться наедине с Мюратом, – это его квартира. Мюрат говорил ей, что питается в модных ресторанах всю свою жизнь, и они страшно ему наскучили, и что он предпочел бы провести время с ней наедине в укромном месте. Поначалу ей это льстило, но сейчас она начала задумываться, не стоило ли ей просить большего? Кэтрин часто скучала в стенах одинокого жилища. Ей хотелось разнообразия.

Сейчас Кэтрин спрашивала себя: права ли она была, соглашаясь на то, что Мюрат ей предлагал? Вернее, на то, чего не предлагал… Неужели она действительно втайне надеялась, что однажды он на ней женится?

– Мы на месте, – сказал Мюрат, оторвав ее от невеселых мыслей.

Машина остановилась возле маленького неприметного ресторана. Это было одно из тех мест, которые предпочитали посещать важные персоны, не любившие пристального внимания публики.

Кэтрин нервничала все больше и больше по мере того, как они приближались к столику, за которым уже ждал их Никколо да Конти. Она увидела перед собой молодого мужчину с взъерошенными каштановыми волосами и мальчишеской озорной улыбкой. Он расслабленно откинулся на спинку стула, пока официант подливал шампанское в его бокал.

Рядом с Никколо сидела длинноногая блондинка, одетая в маленькое серебристое платье. Ее пальцы с длинными ногтями вцепились в бедро Никколо.

Кэтрин улыбнулась, когда они подошли к столику, но от напряжения у нее вспотели ладони и сердце ускорило свой ритм.

– Мюрат. – Никколо встал из-за стола, небрежно стряхнув с себя руку блондинки. – Как поживает мой дорогой восточный монарх? Мне следует поклониться?

– Давай обойдемся без реверансов, – рассмеялся Мюрат. – Два моих телохранителя сидят за одним из соседних столиков, а они предпочитают, чтобы я оставался инкогнито как можно дольше.

– Инкогнито? Ты? Сомневаюсь! Каждый взгляд был прикован к тебе с того самого момента, как ты вошел. И так всегда было, сколько тебя помню. – Никколо очаровательно улыбнулся и обратился к спутнице Мюрата: – А вы, должно быть, Кэтрин. Поверить не могу, что мы с вами до сих пор не познакомились! Уверен, Мюрат держит вас подальше от глаз людских, чтобы никто и близко к вам не подобрался. И, глядя на вас, я понимаю почему. Рад наконец встретиться с вами.

– Хватит флиртовать, Ник, – произнес Мюрат, – и представь нас своей даме.

Дама оказалась новой подружкой Ника из Норвегии Лайзой. Несмотря на то что выглядела как супермодель, она была настоящим финансовым гением. Свой первый миллион она заработала в возрасте двадцати пяти лет, что действительно заслуживало восхищения. Кэтрин тут же почувствовала, что смотрится несколько ущербно на фоне этой обворожительной красавицы. Кэтрин, отчаянно пытаясь скрыть смущение, нервно улыбнулась и все же присела за столик.

– Чем вы занимаетесь, Кэтрин? – спросила Лайза, когда аперитивы были выпиты и мужчины заговорили о ветровых электростанциях.