Помоги проекту - поделись книгой:
– Так вы не отступитесь?
– Нет, конечно.
– И вы считаете совершенно естественным отбивать клиента у другого детектива?
– Я не стану ни обсуждать свое поведение, ни оправдываться. Я просто заявляю, что отказываюсь исполнить вашу просьбу.
– Да, я так и думал.
Баском убрал кулак со стола и несколько расслабился.
– Мой брат уверял меня, что вы считаете себя джентльменом и попадетесь на эту приманку. Я ответил, что вы можете быть сколько угодно джентльменом, но простачком вас никак не назовешь.
– Боюсь, что ни тем ни другим.
– Ну и прекрасно. Теперь, когда мы покончили с этим вопросом, может быть, поговорим о деле? Если вы займетесь делом Чапина, то нас это выведет из дела.
– Возможно, но не обязательно.
– Да нет, я всегда знаю, когда я проиграл, и умею с этим мириться. Да я и не могу дольше тянуть эту волынку. Я сказал, будто вот-вот должен закончить расследование. Так слушайте, на это нет никакой надежды. Я фактически сдался. Этот Чапин – самая темная и хитрая личность, с которой мне когда-либо приходилось сталкиваться. Трое моих ребят следили за ним день и ночь, чтобы поймать его на следующем преступлении. И вот пропал Хиббард, а мы даже не можем выяснить, что с ним случилось. Более того, моя троица не имеет понятия, где был Чапин во вторник вечером…
Вульф прервал его:
– Все это пустые разговоры, а у вас, как я понял, ко мне деловое предложение.
– Совершенно верно. Я намерен предложить вам сделку. За эти четыре недели мы собрали кучу данных, на что угрохали массу денег. Вы сэкономите время, средства и энергию. Вы можете получить все наши материалы…
Баском немного поколебался и заключил:
– За тысячу долларов.
Вульф едва заметно покачал головой.
– За то, что вы мне предлагаете, я заплачу сто долларов. Прошу вас, помолчите, я не из тех, кто торгуется. И не посчитайте меня плохо воспитанным, если я вам напомню, что я очень занят. Благодарю за визит.
Вульф указал на книги на столе, в одной из которых лежала закладка.
– Поль Чапин написал пять романов. Вчера мне удалось раздобыть четыре первых. Сейчас я их читаю. Я согласен, что это дело сложное и трудное. Возможно, хотя и маловероятно, что я сумею разрешить его к полуночи.
Я сдержал улыбку. Вульф любил бравировать, это укрепляло его репутацию.
Баском вытаращил глаза, сидящий рядом со мною детектив ахнул. Через минуту они поднялись со стульев.
Баском сказал:
– Я не стану задерживать вас больше. У каждого детектива свои методы расследования.
– Да… Так вы желаете получить сто долларов?
Поворачиваясь к выходу, Баском кивнул:
– Я их возьму. Вы, по-видимому, привыкли швыряться деньгами. Вот приобрели романы Чапина… Черт побери, я возьму деньги.
И они двинулись за мной к двери.
Глава 5
В понедельник к обеденному перерыву подготовка к встрече была закончена, и мы не спеша наслаждались обедом. Фриц всегда радовался, когда дела в конторе шли полным ходом, и особенно старался угодить нам своей стряпней.
В этот вечер я одобрительно подмигнул ему, увидев, как много в супе грибов, а когда попробовал подливку к салату – послал Фрицу воздушный поцелуй. Он покраснел от удовольствия.
Как только обед закончился, Вульф поднялся в свою комнату, как это было предусмотрено сценарным планом. Несколько минут мы с Фрицем совещались на кухне, а потом и я отправился наверх – переодеться. Я надел серый костюм в серую клетку – один из лучших когда-либо бывших у меня костюмов, светло-голубую рубашку и темно-синий галстук.
По пути вниз я зашел в комнату к Вульфу, бывшую на том же этаже, что и моя, чтобы задать ему вопрос. Он сидел у лампы в кресле с одним из романов Поля Чапина в руках. Я подождал, пока он дочитает до конца абзаца и отметит место карандашом.
Тогда я сказал:
– Если кто-нибудь из них захватит с собой какой-нибудь посторонний предмет, должен ли я его впустить?
Не поднимая глаз, Вульф кивнул.
Я отправился в кабинет.
Первый посетитель прибыл рано.
Я предполагал, что до девяти часов никого не будет, но уже без двенадцати девять я услышал, что Фриц спускается в прихожую и открывает входную дверь. Затем повернулась дверная ручка кабинета, и вошла первая жертва.
Этот субъект явно нуждался в бритье, брюки висели на нем мешком, а волосы были взъерошены. Его бледно-голубые глаза стремительно обежали помещение и остановились на мне.
– Черт побери! – сказал он. – Вы же не Ниро Вульф!
Я согласился с этим и назвал себя. Он выказал желание пожать мне руку, а затем сообщил:
– Я знаю, что пришел на встречу рано. Я Майкл Эйерс, работаю в городском отделе «Трибюн». Я заявил Огги Риду, что мне нужен свободный вечер, чтобы спасти свою жизнь. По дороге я кое-где остановился пропустить пару стаканчиков, а потом мне пришло голову, что я безнадежный дурак, – нет же никакого основания считать, что в этом доме не будет выпивки. Я говорю не о пиве.
Я спросил его:
– Джин?
Он усмехнулся:
– Скотч. И не затрудняйтесь, разбавлять не надо.
Я подошел к столику, который мы с Фрицем установили в нише комнаты, и налил ему.
Я подумал: ура Гарварду и веселым дням в колледже! Я также подумал, что Майкл Эйерс всех здесь изведет. Но с другой стороны, если я ему откажу, он ни за что не останется. Выучив почти наизусть справку из банка, я знал, что он проработал в «Пост» четыре года, а в «Трибюн» – три, зарабатывая по девяносто долларов в неделю. Да и вообще у меня слабость к газетчикам. Я никогда не мог избавиться от чувства, что они знают такие вещи, о которых я не имею понятия.
Я налил ему вторую порцию. Он уселся, крепко держа стакан обеими руками и вытянув ноги.
– Скажите, – заговорил он, – правда ли, что когда-то Ниро Вульф был евнухом в каирском гареме? И что он начал свою карьеру, рекламируя зубную пасту «Пирамида»?
Я, как осел, с полминуты испытывал самое настоящее негодование, а потом рассмеялся.
– Конечно, – сказал я, – только работал он там не евнухом, а верблюдом.
Майкл Эйерс кивнул.
– Теперь мне все ясно. Хочу сказать, что теперь понимаю, почему верблюду так трудно пролезть сквозь игольное ушко… Я никогда не видел Ниро Вульфа, но много о нем слышал. Есть ли еще факты?
Я был вынужден в третий раз наполнить его стакан, прежде чем появились новые посетители. На этот раз их было двое: Фердинанд Бауэн, биржевой маклер, и доктор Лоринг А. Бартон. Я вышел встретить их в прихожую, чтобы отвязаться от Майкла Эйерса.
Бартон был высоким красивым мужчиной с темными волосами, черными глазами и усталым ртом. Держался он прямо, но не натянуто, и был хорошо одет. Бауэн был среднего роста и имел весьма утомленный вид. Одет он был в черные и белые цвета. У него были маленькие ноги в прекрасных туфлях и маленькие женственные руки в изящных серых перчатках. Когда он снимал пальто, мне пришлось отступить назад, чтобы он не заехал мне в глаза руками, которыми размахивал вокруг себя. Я не испытываю доверия к людям с подобными привычками в ограниченном пространстве. Особенно они опасны в лифтах, но я не терплю их в любых местах.
Я отвел Бартона и Бауэна в кабинет и объяснил, что Вульф в скором времени спустится к ним. Майкл Эйерс назвал Бауэна «Ферди» и предложил ему выпить. Бартона же он назвал «Лорелеей».
Фриц привел Александра Дреммонда – цветовода, кругленького, невысокого увальня, розовую физиономию которого украшали тонкие усы. Он был единственным человеком в списке, который до этого уже побывал в доме Вульфа. Пару лет назад он был у нас с группой членов Ассоциации цветоводов-любителей, чтобы посмотреть наши растения. Я сразу его вспомнил.
После этого гости начали приезжать более или менее кучно. Бретт из Таммани-холла, Эдлер и Кэбот – адвокаты, Коммерс – оптовик из Филадельфии, Эдвин Роберт Кайрон – издатель журнала, Огастес Фарелл – архитектор – и птица по имени Ли Митчел из Бостона, который сказал, что он представляет интересы Колларда и Джейса.
Итого в десять минут десятого их собралось двенадцать человек, если считать последнего за двух. Конечно, они все были друг с другом знакомы, но я бы не сказал, что общество от этого повеселело. Даже Майкл Эйерс хмуро бродил вокруг, сжимая в руке пустой стакан. Остальные почти все сидели с похоронным видом.
Я подошел к столу Вульфа и дал три коротких звонка Фрицу. Минуты через две я услышал шум лифта.
Дверь кабинета открылась, и все повернули головы. Вошел Вульф, Фриц закрыл за ним дверь.
Пройдя половину расстояния до своего стола, Вульф остановился, повернулся и сказал:
– Добрый вечер, джентльмены!
Затем он подошел к креслу и придвинул его так, чтобы край сиденья уперся ему в подколенные ямки. Вульф ухватился руками за подлокотники и опустился в кресло.
Майкл Эйерс поднял пустой стакан и воскликнул:
– Эй! Евнух и верблюд!
Вульф поднял голову и спросил самым изысканным тоном:
– Вы предлагаете поместить их во «внутреннем зверинце» мистера Чапина?
– Уф! Я предлагаю…
На него прикрикнул Джордж Бретт:
– Замолчи, Майк!
А Фарелл, архитектор, ухватил Эйерса и усадил на стул.
Я протянул Вульфу список присутствующих. Он просмотрел его и заговорил:
– Я рад, что здесь находятся мистеры Кэбот и Эдлер. Насколько мне известно, оба они юристы. Их знания и натренированный ум, надеюсь, избавят нас от вульгарных ошибок. Я надеюсь, что мистер Эйерс понимает, какие последствия может иметь широкая огласка нашего дела. Конечно, если вы желаете этой огласки избежать.
Но Майкл Эйерс возразил:
– Я не журналист, а охотник за информацией. Я брал интервью у Эйнштейна…
– Насколько вы пьяны?
– Откуда мне знать?
Брови Вульфа поднялись.
– Джентльмены?
Ответил Фарелл:
– Майк в порядке. Забудьте о нем.
Джулиус Эдлер, адвокат, напоминающий своей фигурой карандаш, а манерой держаться – образцового клерка, поспешил вмешаться:
– Мы понимаем, что это ваш дом, мистер Вульф, и что мистер Эйерс немного перебрал. Но в конце концов, мы думаем, что вы пригласили нас сюда не для знакомства с нашими личными привычками. Вы ведь желаете нам что-то сообщить?
– Да.
– Меня зовут Эдлер.
– Замечание мистера Эдлера подсказывает мне, что может стать основной помехой в нашем разговоре. Я не сомневаюсь, что вы с самого начала будете держаться враждебно. Вы все чрезвычайно напуганы, а напуганный человек бывает враждебен почти рефлекторно, из чувства самообороны. Он подозревает все и всех, поэтому я не сомневаюсь, что вы отнесетесь ко мне с недоверием.
– Глупости! – это заговорил второй адвокат, мистер Кэбот. – Мы вовсе не напуганы, и вам не в чем нас подозревать. Если вы собираетесь нам что-либо сообщить, говорите.
Я представил его:
– Мистер Николас Кэбот.
Вульф кивнул.
– Если вы, мистер Кэбот, действительно не напуганы, то не о чем и дискутировать, вы можете идти домой. – Вульф медленно оглядел одиннадцать лиц. – Видите ли, джентльмены, я пригласил вас сюда только после того, как сделал ряд предположений. И если хотя бы одно из них ошибочно, наша встреча является потерей времени, как вашего, так и моего.
Предположение первое: все вы убеждены, что мистер Чапин убил двоих, а может быть и троих, ваших друзей. Второе: вы опасаетесь, что если не будет что-то предпринято, то он на этом не остановится. Третье: я в состоянии избавить вас от ваших страхов. Четвертое: вы заплатите мне за мои услуги, и заплатите хорошо. Итак?
Они переглянулись.
Майкл Эйерс начал было подниматься со своего места, но Фарелл посадил его обратно.
Бретт пробормотал достаточно громко, чтобы его услышал Вульф:
– Резонно.
Заговорил Кэбот:
Поделиться книгой: