Помоги проекту - поделись книгой:
Четвертым по порядку, но не по значимости, кого я встретила, оказался местный служитель культа, то бишь монах. Жуткий, надо признать, тип. Толстый, рябой, косой на правый глаз и с проблемами речи. Короче, собрание всех возможных дефектов в одном флаконе. Любви у нас сразу не получилось.
Я, конечно, виновата сама, не сдержалась, но и он тоже хорош. Чего так обижаться?
Когда начальник стражи привел меня в церковь или монастырь – я не сильна в религиозной терминологии, – толстячок-монах смиренно молился, стоя на коленях. Мой провожатый наклонился, что-то тихонько шепнул ему на ухо и показал на меня пальцем. Я не сдержалась.
– Пальцем показывать неприлично.
Мужчины удивленно на меня уставились. Я сделала серьезное лицо и скрестила руки на груди.
– Иди со мной! – Голос у монаха был не менее противный, чем внешность.
– А можно мне обратно к солдатикам?
Лицо у толстячка перекосилось. А я уже неслась без остановок.
– Я, конечно, девушка чрезвычайно набожная, даже в церковь хожу иногда, на Пасху пару раз была и на Крещение, кажется, как-то забегала. Но согласитесь, там же казармы, мужчины, им как раз не хватает женского общества. Тепла и ласки и уюта, созданного девичьими нежными руками. Опять же я могла бы, как солдат Джейн, делить с ними тяготы и лишения суровой жизни, только чтобы бриться не пришлось наголо, потому что форма черепа у меня не очень, знаете ли…
– Молча-а-ать! – Монах покраснел от натуги.
– Все, все, молчу, молчу! Я все понимаю, есть определенные нормы морали. Забудем этот милый диалог. Не надо злиться. Но ведь вы же не думаете в самом деле, что ваши высокоморальные солдаты обидят невинную девушку? – Я выразительно посмотрела на начальника. Тот явно замялся и начал даже бормотать что-то оправдательное.
Монаха перекосило еще больше, и он неожиданно даже похорошел. Я про себя решила почаще приводить его в подобное состояние. Хотя лучше бы нам пореже встречаться. Или даже совсем обойтись без этого. Я могу довольствоваться и шапочным знакомством.
Громко лязгнув зубами, он повернулся ко мне спиной и пошел по направлению к небольшой дверце в глубине церковного зала. У меня засосало под ложечкой. Я даже беспомощно оглянулась на приведшего меня начальника. Бравый солдат мои бессловесные мольбы стойко проигнорировал. Может, конечно, и не понял, но я подозреваю, что он банально побоялся священника. Пришлось опять саму себя выручать. Я двинулась за монахом…
Отец Серафиний пытал меня долго и обстоятельно. Но я держалась молодцом. Допросов я не боялась, а до рукоприкладства дело не дошло. Хотя, судя по выражению лица святого отца, он был определенно не прочь. На вопросы я отвечала честно:
– Отец мой честный пахарь, пашет как волк. В смысле, как вол. Мать моя женщина. То есть тоже честная женщина, по крайней мере, в связях, порочащих ее, не замечена. А если кто и заметил, так никому не рассказывал. Живу я далеко. Точно не знаю где, поскольку география не мой конек. Да и, боюсь, нет тут у вас таких карт, чтобы показать. Волшебный дед перенес меня к себе посредством неведомой мне магии. С неприличной целью. Хотел воспользоваться моей невинностью. Одежда на мне не дьявольская, а просто б/у. Старенькая, но чистая. И вообще, встречают по одежке, а провожают до дверей. Шапку, кстати, могу снять. Волосы короткие – это потому что я толстая. Связь очевидная: с короткой стрижкой я выгляжу стройнее. Никакие шашни с дьяволом я не водила. Мысль интересная, но мне даже не предлагал никто. Дьявол носит Прада, а я Прада только в кино видела, не была там. И никакая я не язычница, никакому солнцу я не поклоняюсь, от солнца у меня вообще веснушки на носу. Только сразу попрошу, без всяких домыслов – я не рыжая. Я русая. А то знаю вас, чуть что – и на костер…
Так продолжалось часа полтора. Пока я не спросила, когда уже начнут фуршет, ибо жрать хочется. Кажется, этим добила отца Серпентария (я придумала ему ласковое прозвище) окончательно. Вероятно, он бы меня сразу сжег, если бы мог, но жизнь, как я уже говорила, штука непредсказуемая. Как раз в тот момент, когда монах, сверкая глазами, начал медленно подниматься со своего стула, в дверь бесцеремонно ввалился молодой солдатик. На солдат в этом мире мне везло. Своего спасителя я тут же взяла на заметку.
– Его величество велит, – парень неудачно начал с очевидной тавтологии, но поправить его я не успела, – немедленно доставить девицу, найденную у Архимариуса, в тронный зал.
Опа, здрасте! Я попала на прием к королю, а бальное платье надеть подзабыла. Неудачненько вышло. Я даже попыталась донести эту мысль до Серпентария. Монах на свое новое прозвище обиделся. Это было очевидно, потому что разговаривать со мной он не стал и демонстративно указал на дверь.
По дороге я пыталась выпросить что-нибудь соответствующее событию у провожатого. На платье я уже не рассчитывала и просила хотя бы расческу или помаду. Но в этом мире многие меня откровенно игнорировали. А может, это у них тут норма общения?
Перед дверьми стояли стражники, красивые и нарядные. Кажется, мне пора замуж, я слишком много смотрю на мужчин.
Дверь распахнулась, и я сделала первый шаг в неизвестность.
Глава 5
Что делать, если вы оказались в безнадежной ситуации?
Порадуйтесь, что жизнь до сих пор была к вам добра.
В случае, если жизнь не была к вам добра, что, учитывая ваши нынешние обстоятельства, представляется более вероятным, – радуйтесь, что скоро вы от нее отделаетесь.
Естественно, я тут же запнулась. Прямо на пороге. И мою неуклюжесть наблюдали все присутствующие. А было их немало. Во-первых, сам глава государства, то бишь король. Во-вторых, его наследник, то есть сын. Тут уж к гадалке не ходи, и без подсказок ясно, кто есть кто. Меня мама еще в детстве научила: если на картинке нарисован мужик в короне, значит, он и король. А если рядом с монархом сидит его точная копия на пару десятков лет младше, то выводы напрашиваются сами собой. Кроме власть имущих родственников, имелись в наличии советники и, видимо, какие-то чиновники в количестве тридцати пяти штук. Я столько насчитала. Может, и ошиблась на пяток-другой. Еще здесь были какой-то важный генерал, уже знакомый мне начальник королевской стражи и мой друг Серпентарий. Как он умудрился добраться раньше меня, я не поняла. Не бежал же, в конце концов, толстячок по коридорам трусцой? Видимо, есть, как в сказке про Красную Шапочку, более короткий путь. И напрашивается закономерный вопрос: «А все ли в порядке с бабушкой?»
Собственно, мой любимый святоша и был центром внимания на этой спонтанной вечеринке. Говорил он громко и очень проницательно. Я сама чуть не поверила. Врал монах просто мастерски. Их, поди, этому в монастырях на каких-нибудь специальных курсах учат.
– Ваше величество, взгляните на это порождение геенны огненной, дьявольское отродье, злобную ведьму! Ваше величество! – Святоша обращался исключительно к королю, отчего-то игнорируя остальных присутствующих, я этот факт отметила про себя. – Не стоит тратить время на разговоры с ней. Эта колдунья вырвалась из глубин ада стараниями мерзопакостного чернокнижника, запертого в вашем подземелье. Этот прислужник диавола хотел, видимо, с ее помощью освободиться и лишить жизни ваше величество. Но, верно, не справился с ведьмой и сам пал жертвой ее колдовства. Ваше величество, отдайте ее мне! Только моими усилиями удалось обезвредить ее чары, я в стенах храма читал над ней священные писания. Но надолго ли этого хватит? Ее надлежит немедленно предать огню очищающему!
Болтать так он, похоже, мог еще долго, но мне стало скучно.
– Минуточку, товарищ священнослужитель!
Все присутствующие сразу заинтересованно уставились на меня. Кажется, священник всем им порядком надоел. Я набрала побольше воздуха в легкие.
– С каких это пор я стала ведьмой поганой? Пару часов назад я, между прочим, была непорочной девой. Или я что-то пропустила? – Кто-то негромко фыркнул. – Глубокоуважаемые присутствующие, ваше величество и все остальные благородные господа! – Я ловко набирала очки в словесном поединке с церковником. – Разве не положено мне оправдательного слова? Или презумпция невиновности – это еще не в этом веке? Можно хоть попробовать выслушать мою версию событий? Я, в конце концов, сюда не для меблировки приведена! Разве доказано, что я состою в преступном сговоре с асоциальными элементами? Разве я не сама просила помощи в сложившейся ситуации? Разве я не жертва обстоятельств? Короче, господа, кто сказал, что я ведьма? Ну, кто? Покажите мне пальцем!
Мужики несколько рассеянно начали тыкать пальцами в монаха, но потом быстро смутились и перестали.
Я же вдохновенно продолжала:
– Святой отец просто не знает всей правды! Он пребывает в неведении относительно сомнительных обстоятельств, лавинообразно повлекших за собой череду… – Я вдруг потеряла суть собственной мысли и пришлось оперативно изворачиваться: – Я – девственница! Ваш подозрительный чернокнижный маг обманом выкрал меня из родного дома и перенес в свою обитель. Но, очевидно, Провидение спасло меня! Колдун что-то перемудрил в своих мерзких чарах и сам себя превратил в животное. А я невинна, как есть!
Присутствующие смущенно переглядывались между собой и потихоньку посматривали на короля, естественно, от его решения зависело все. Король – староватый, конечно, но вполне привлекательный мужчина – смотрел на меня внимательным, изучающим взглядом. Я доверительно улыбнулась. Монаху мои речи явно не понравились. У него вдруг прорезалась явная склонность к пиромании. Въедливым голоском он начал по новой.
– Ваше величество, прикажите сжечь ведьму! Послушайте только речи ее бесовские! Посмотрите на нее саму! Разве может невинная девушка быть такой… – Он брезгливо поморщился. Я заметила, что некоторые из присутствующих почти зеркально повторили его мимику. Знала бы заранее, оделась бы приличнее.
– А может, у меня жизнь была тяжелая! Я вот не спрашиваю, товарищ Серпентарий, почему вы кривы на оба глаза! – приукрасила я действительность. Очевидно косил у монаха только правый. – А между прочим, телесные уродства частенько отражают душевную убогость. И это, господа, широко известный факт. Вот вы видели уродливых ангелов, а? – Я пристально уставилась на святошу.
Моя теория, конечно, никуда не годилась, но народ явно одобрял. Похоже, священник не нравился никому. Новая кличка толстячка-монаха тоже пошла на ура. Большинство присутствующих было явно на моей стороне. Мне даже показалось, что я слышала робкие аплодисменты. Но начальник, то бишь король, молчал. И молчание его затягивалось.
Пришлось снова выкручиваться.
– Господа, да посмотрите на меня! Я, невинная девушка, стойко переносила все тяготы злодейки-судьбы. Я умирала от голода, мне негде было спать, меня предали все, кого я любила. Но разве я роптала? Нет. Я отрезала прекрасные золотые волосы и продала их за крохотный кусок хлеба. Люди плевали мне в спину, видя меня такой, но разве я роптала? Нет! Я прощала всякого оскорбляющего и унижающего меня. У меня не было одежды, и я замерзала, но разве я просила милости? Нет! Я молча смотрела в глаза своей судьбы. Злой колдун похитил меня из моего родного мира и хотел отобрать последнее, что у меня осталось, – мою честь. Но я готова была смириться и с этим. И Бог обратил на меня свой милосердный взор. Он не дал мне умереть и избавил от беды. Он дал мне надежду и утешение. Верую в тебя, Господи, и теперь! Не дай сим великим и чистым людям совершить ошибку и погубить меня, ибо убийство – великий грех, Господи!
Я картинно вскинула руки к потолку и упала на колени. Было вообще-то больно, но я в очередной раз вошла в раж. Я сама уверилась, что я последняя девственница мира, самая невинная овечка и все такое. Даже жалко себя стало немного.
Мужики же украдкой утирали слезы. Куда там МХАТу! Кажется, меня зауважал даже монах.
Я уже надеялась на мирную жизнь в лучах славы, но военачальник, то есть король, негромко сказал:
– Отец Серафиний, пошлите за матушкой настоятельницей в монастырь Святой Селении. Она в таких делах разбирается лучше нашего. Все ее послушницы чистые и кроткие девы. Пусть она решит, правду ли говорит эта девушка. А мы пока примем ее гостьей в нашем дворце. Отдайте соответствующие распоряжения.
Голос у короля был просто невероятный. Несмотря на то что говорил он негромко, каждое слово звучало точно раскат грома. Я даже не смогла ничего ответить. Просто потеряла дар речи. Так и стояла, хлопала ресницами, как последняя дурочка. Но как же повезло его жене! С таким Мужчиной ничего не страшно!
Эх, мне б такого…
Глава 6
Спартанцы! Готовьте завтрак и наедайтесь! А ужин нас ждет в аду!
Двери с грохотом захлопнулись за моей спиной. Я даже обернуться не успела. Вся тусовка осталась в зале, а я поступила в распоряжение милой женщины, видимо, местной экономки. Вообще-то я немного обиделась, что никто не захотел со мной познакомиться поближе. Я надеялась на бо́льшую заинтересованность со стороны местной элиты. Вон они как на меня глазели, могли и со мной выйти. Им там, поди, возле короля медом не намазано. Отсутствия пары-тройки мужиков там явно никто не заметит. А мне приятно бы было. Негостеприимные товарищи. Кроме того, задел тот факт, что меня не восприняли как опасный асоциальный элемент. Может, я закоренелая преступница! Может, я всех так удачно обманула! Может, у меня в рукаве бомба и динамитная шашка! А мне вместо злобного двухметрового охранника выдают тетеньку в качестве надсмотрщика. Несправедливо это. Эх, придется довольствоваться малым. И доставать женщину своими проблемами.
Первое и главное, что мне удалось у нее выбить, был поход на королевскую кухню. Организм требовал компенсации за трагически погибшие нервные клетки. Их геройскую смерть можно было облегчить исключительно мясосодержащими продуктами. В крайнем случае, парой кусков торта с масляным кремом. Мне нашлось скромное местечко в неприметном уголке и вполне приличный ужин, или обед, или завтрак. Я как-то потерялась во времени. За окнами было пасмурно и время суток не подлежало определению. Моя милая сопровождающая быстренько сдала меня не менее милой девушке, которую случайно обнаружила тут же на кухне. Ясное дело, я им тут как кость в горле. Эх, никто меня не любит, никто не понимает. Ладно хоть покормили вкусно. Мою новую «хозяйку» звали Элиной. На вид она была примерно моего возраста, может, даже младше. Симпатичная, курносая и с веснушками. Классическая деревенская девка в самом соку. Жизнерадостная, добродушная и отзывчивая.
Она терпеливо дождалась, пока я все доем, и жестом попросила следовать за ней. После завтрака (или ужина) длительное плутание по узким коридорам не так удручало. Поэтому я шла довольно бодренько и даже спела несколько в меру похабных песен. Ну, таких, в которых только намеки на нецензурщину, но вообще-то все в рамках словаря Даля. Был у меня один знакомый, поклонник таких музыкальных шуточек. У него я и почерпнула репертуарчик. Своими вокальными данными я немало поразила спутницу. Элина оценила и песни и манеру исполнения. И даже пробовала подпевать. Вообще, прогулка оказалась весьма занимательной, я даже расслабилась и забыла обо всех своих мелких неурядицах. Но, разумеется, ненадолго.
Свернув за очередной поворот, моя проводница вдруг резко остановилась и, глядя прямо в глаза, негромко спросила:
– Ведь это ложь?
Голос у нее был очень серьезный, как, впрочем, и весь ее вид. Она вся напряглась, вытянулась, точно струна, и даже вдруг стала будто бы выше ростом. Я растерялась.
– А? – Мне не сразу удалось выдавить из себя что-либо членораздельное.
– Ты не девица.
– Но и не парень, согласись. – Я пыталась сообразить, что происходит, и выиграть время для оценки происходящего.
Элина вдруг шагнула ближе ко мне и перешла на шепот. От нее довольно приятно пахло, но сама ситуация мне категорически не нравилась. Я с трудом подавила в себе желание отодвинуться хотя бы на пару шагов подальше.
– Ты мне нравишься. Здесь давно нет таких, как ты. Ты сильная и веселая. Ты хороший человек, я чувствую. Но ты солгала королю. Уж я-то это прекрасно вижу. Никакая ты не девица.
– Неужто такой потасканный вид?
– Что? – Элина не поняла моей иронии. – Знаешь, я хочу помочь тебе. Ты немного похожа на мою младшую сестру. Она живет с моей матерью в деревне, я ее давно не видела. Не знаю, зачем ты придумала, будто ты невинна, но тебе это просто так не сойдет. Когда приедут монашенки, ты уже не сумеешь выбраться.
– И что же мне делать?
– Бежать конечно же. Сначала доберешься до леса. А там уже сама как знаешь.
– Нет, не знаю!
Элина развела руками.
– Ну, оставайся.
– Нет, спасибо, я сделала выводы. Пожалуй, надо выдвигаться.
– Ты такая странная.
– На том стоим. Давай уже, Сусанин – предводитель партизан, указывай путь. И карту мне, что ли, выдай. Или хоть ободряющий пинок в верном направлении.
– Идем, отведу тебя в твою комнату. Мне нужно подготовиться…
Оставшись одна в предоставленной мне комнатенке, я устало плюхнулась на край кровати. Видимо, моя новая подружка права. Местные нравы ей понятнее и ближе. Да и мне самой следовало сразу догадаться. Если выяснится, что невинностью от меня даже не пахнет, все мои слова повернут против меня. Ясно же, что я нагло обманывала великого короля. А за это по головке не погладят. В лучшем случае, мирно повесят, но скорее всего, сдадут монаху-пироману. Уж этот не упустит случая поглумиться. Как ни крути, надо уходить.
Вот только куда идти-то? Да еще и прятаться. Хотя бы пару недель. Потом, надеюсь, про меня забудут, но на первое время, возможно, даже организуют поисковый процесс. Кто их знает, насколько они тут дотошные? Может, они меня с собаками разыскивать кинутся? Может, им без меня жизни нет? Найти бы еще какое-то прибежище.
Вот жила себе, никого не трогала, и на тебе. Как говорила моя бабушка, «ох, грехи мои тяжкие»…
И я без сил повалилась на кровать. Усталость брала свое. А раз уж все равно придется бежать, так хотя бы высплюсь по-человечески…
Глава 7
Там, куда мы отправляемся, дороги нам не понадобятся.
На городской площади было чрезвычайно шумно. Видимо, на улице все-таки был день. Народ циркулировал между рядами импровизированного базара. У проходившей мимо девчушки я выяснила, что народное гулянье приурочено к выходному дню. По этому же случаю на площади и организован рынок. Ну, хоть какая-то определенность. Влившись в общий поток, насколько это вообще возможно было сделать, я отправилась вдоль рядов. Разумеется, с одной банальной целью – поглазеть. Конечно, мне стоило обойти скопление народа стороной и двигать прямо в сторону леса, как настойчиво советовала сделать Элина. Но природное любопытство взяло верх. А против природы не попрешь, как любил говаривать мой бывший. Да и мне подумалось, что полчасика погоды не сделают, зато я успею насладиться местной колоритной жизнью и узнать что-нибудь полезное.
Из похода на рынок я вынесла для себя две важные вещи: мелкие карманники – явление общегалактическое, а вот феминизм исключительно локален. Ограбить меня пытались несколько раз. Причем всякий раз я явно ощущала ушлые ручки в совершенно неожиданных местах, но так и не смогла отловить преступника. Мне даже подумалось, что это просто маньяк какой-то за мной ходит. Сексуальный. Но пофантазировать на эту тему мне не пришлось, прямо передо мной у толстого мужика увели из кармана пухленький кошелек. Как женщина умная, я сделала вид, что ничего не видела. Здоровее буду. Про себя я поблагодарила Элину за четкие указания относительно подаренных ею денежных средств, а заодно отправила воздушный поцелуй производителям кружевных лифчиков.
Выводы относительно роли женщин в современном обществе я сделала чуть позже. Когда чуть не оказалась забита камнями за несоответствующую длину платья. Просто Элина отдала мне свой наряд, чтобы я не привлекала лишнего внимания. Однако удобства никакого я не ощущала, во-первых, платье оказалось мне великовато, и во-вторых, я путалась в длинных юбках. Поэтому я просто-напросто задрала юбку чуть выше колен и шла, ее аккуратно придерживая. Подумаешь, трагедия! У нас школьницы короче носят. Не такие у меня выдающиеся коленки, чтобы смутить кого бы то ни было. Стоило устраивать такой бедлам. Надо сказать, что спаслась я только чудом, да и то лишь потому, что вовремя скрылась в удачно подвернувшемся темном переулке. Как же мне все-таки хочется обратно домой!
Приняв самый благопристойный вид и выждав, пока крики на улице станут тише, я вышла из своего убежища и, руководствуясь подсказками случайных прохожих, добралась до южных ворот. Это и был нужный мне выход из города. Надо сказать, путешествие заняло у меня довольно много времени, и, когда я оказалась за воротами, уже вечерело. Практически за моей спиной их закрыли. Не стоило так долго отсиживаться в том проулке, тем паче что пахло там отнюдь не морозной свежестью январского утра. Хорошо хоть я успела найти приличного вида старичка на повозке, который милостиво согласился довезти меня до леса. Даже от предложенных ему денег отказался. Правда, всю дорогу он на меня странно косился. Может, принял за ведьму или другую нечисть? А может, понял, что я скрываюсь от закона? По крайней мере, высадив меня, он поехал значительно быстрее. Хотя, возможно, просто торопился попасть в деревню до наступления темноты.
Несмотря на заверения Элины, что, путешествуя вдоль тракта, можно ничего не опасаться, я все-таки еще долго собиралась с духом, прежде чем шагнула в темноту. Мне пришлось руководствоваться указаниями новой знакомой, поскольку сама я ничего в побегах из королевского дворца не смыслю. Увы, в университетах такому не учат. Что, несомненно, их большое упущение. Идея заключалась в том, что в городе мне спрятаться просто не у кого, а вот в лесу меня искать будет довольно затруднительно. Элина доверительно сообщила мне, что обычно таким образом здесь скрываются беглые преступники. Чем меня чрезвычайно порадовала. Перспектива встретить ночью в лесу товарища по несчастью меня ужасно прельщала. А то я давненько не проводила время в компании уголовников.
Тракт, ведущий в город, очень оживленное место, причем как днем, так и ночью. Поэтому чем ближе к воротам, тем меньше в лесу опасностей. За этим весьма неплохо следят соответствующие органы. А работники у них тут очень дисциплинированны и трудолюбивы. По крайней мере, как сказала Элина, никто еще не жаловался. На этом и строился весь наш план: отъехать недалеко и просто сойти с дороги.
На всякий случай я зашла подальше в лес. Остановилась, подумала и прошла вперед еще пару десятков шагов. Для верности. Видимо, фортуна была на моей стороне в тот день (чего не случалось ни до, ни после) и я быстро нашла отличное местечко для сбежавшего государственного преступника. Я оперативно развела костерок и уютно расположилась под огромным деревом. Ночь стояла ясная и теплая. И, что немаловажно, несмотря на безветренную погоду, никаких кровососущих насекомых не было и в помине. Не в силах уснуть, я еще долго смотрела на звезды сквозь темную крону. И думала о доме, о маме, немного о работе, и даже о Маринке и ее ребенке.
Преимущественно думалось о моем опальном старшем брате. Как бы он мне сейчас пригодился! Ведь это он научил меня выживать в невыживательских условиях. Разводить костер, ловить рыбу, даже охотиться. В моей жутко интеллигентной семье Вовка всегда был белой вороной. Его не прельщали ни литературные вечера, ни перспективы высшего образования. Закончив с отличием школу, он в пух и прах разругался с родителями и поступил в ПТУ. Заявил, что не намерен тратить пять лет жизни впустую. Университет, с его студенческой атмосферой, казался моему брату нелепейшим местом на земле. Естественно, училище он закончил тоже великолепно, в связи с чем получил очередное повышение на работе. Работал он электриком. И думаю, что в своем деле он несомненно лучший. Еще Вовка очень любил природу. Палатки, костры, песни под гитару, ружье, удочка… В общем, дикий человек. К брату я ездила тайком от родителей, прикрываясь ночевкой у подруг. Потом, когда переехала, к своему теперь уже бывшему, вообще не пришлось скрываться. Вовка брал меня в походы. На недели увозил в лес охотиться или рыбачить. Вдали от городской суеты мы вдвоем были, пожалуй что, самыми счастливыми людьми на свете. Домой мы приезжали с ведрами грибов и лесных ягод. Мой бывший закатывал глаза и не разговаривал со мной по нескольку дней. Он даже пытался «сдать» меня родителям. После чего я имела весьма неприятный разговор с мамой на тему «о безалаберных и неблагодарных детях». Мама, увы, не могла простить сыну предательства. Для детей у нее имелся строго расписанный план существования. Брат же портил семейную статистику. Вовка, Вовочка, где ты теперь? Где все вы? Я была бы рада теперь даже своему бывшему…
Глава 8
Доброе утро! И на случай, если я вас больше не увижу, – добрый день, добрый вечер и доброй ночи!
Господь всемогущий! Где была моя голова? Я уснула! Уснула прямо посреди леса. Темного-претемного, дремучего-предремучего! Кошмар какой! Хотя, кажется, я не очень-то и далеко отошла ночью. Вон впереди вроде бы виден какой-то просвет, значит, там дорога. Твою же за ногу!.. Я даже не запомнила, откуда пришла! Как я вообще до утра-то дожила? А может быть, я уже… того? Лежу себе под пеньком тихо-мирно, с перегрызенным лесными зверьми горлом. А моя невинная душа все еще мечется между землей и небом. И я не сознаю, что я всего лишь бесплотный дух, расставшийся с бренной оболочкой!
Что-то меня малость по утрам заносит. Ночью лучше всего спать в теплой кровати. Ну, а на случай неожиданной ночевки в лесу полагается иметь палатку. И не только ее, а много чего еще. Начиная в первую очередь со спичек – величайшего изобретения человечества. А то по утрам, оказывается, в лесу бывает холодно. Чрезвычайно холодно. Даже активные прыжки на месте не помогают. Костер, разумеется, давным-давно потух. А вот раскочегарить его так же резво, как с вечера, у меня отчего-то не вышло. Все вокруг было покрыто красиво сверкающей, но невероятно мокрой росой. В том числе и «волшебные» камушки, выданные мне на дорожку моей знакомой. Собственно, именно посредством постукивания одного об другой с вечера я умудрилась разжечь огонек. И, разумеется, положила их рядышком на травку. В итоге камушки мокрые, тряпочка, которая к ним прилагалась, тоже мокрая. Костра не будет. Делайте выводы, господа присяжные заседатели.
Печально встречая новое утро в далеком мире, я наскоро перекусила добытым из недр корзины провиантом. Корзина, конечно, тоже Элинкино изобретение. В том смысле, что сама я нипочем бы не догадалась о необходимости взять еду-воду-одежду. Непрактичная я. Так бы и сбежала в мамином пальто. Пальто, кстати, осталось Элине на память. А вот штаны и кроссовки я, несмотря на протесты новой подруги, забрала с собой. Перспектива бродить по лесу в широких юбках до земли отчего-то меня не радовала. Местная обувь тоже оставляла желать лучшего. Мои почти невесомые китайские кроссы, пожалуй, стоили бы в этом мире баснословных денег. Если бы кто-нибудь узнал о них. Но делиться обувью, да и вообще чем бы то ни было с кем бы то ни было, я не планировала. Кстати, о планах. Мой план хоть и поддерживался объемистой корзиной, но заметно трещал по швам. Поскольку окончательной цели в конце пути у меня было. Элинка советовала только идти вдоль тракта, избегая на всякий случай деревень. По крайней мере, первое время. Разумеется, тракт все равно должен был привести меня куда-то. Но вот что в этой кудате делать? Ох, грехи мои… Впрочем, кажется, я это уже говорила.
Закончив завтрак и переодевшись в родные штаны, я, уже без особой любви, подняла довольно неудобную корзину. А ведь, кажется, я где-то читала о такой вещи, как заплечный мешок. Для начала я двинулась на свет. В смысле, вернулась обратно к тракту. И все-таки ночью я ушла далеко!
Чтобы найти тракт, пришлось основательно прогуляться. Возможно, конечно, что я просто петляла между деревьев, но все равно к дороге вернулась не скоро. Ровный широкий тракт заманчиво уходил в далекую даль. Я вздохнула. И поспешила вернуться в лес. Опять зашла подальше и двинулась в задуманном направлении. Впрочем, тут большой фантазии не требовалось, я просто старалась идти параллельно дороге. С этим можно было справиться даже без компаса. Спешить мне было особо некуда, ночевать все одно придется опять в лесу. Так что я, мурлыкая про себя веселенькую песенку, обозревала красоты местной флоры. И фауны, кстати. Довольно быстро я умудрилась залезть лицом в липкую паутину, наступить в муравейник и обнаружить на рукаве зеленого жука. К милым встречам я отнеслась философски – повизжала для приличия и поубивала гадских гадов. День обещал быть хорошим.
Надо сказать, лес, в котором прятались всякие криминальные личности, я представляла изначально несколько иначе. Более выразительным, что ли. По моим меркам, здесь должно было быть жутко, темно, страшно и некомфортно. Ну, и ходить неудобно, всякие там сучки, корни, коряги, болота и прочие пакости должны были иметь место. Лес ожиданий не оправдал, хотя тут, конечно, никаких претензий не имею. Идти было вполне себе приятно. И даже комфортно, можно сказать. По крайней мере, крупных древесных завалов мне встретилось не так уж много, да и обойти их не составило труда, я ведь не тороплюсь. Иду, гуляю, наслаждаюсь пейзажем. Хорошо бы, конечно, после прогулки по вполне дружелюбному лесу вернуться в какой-никакой дом. Хоть малюсенький, но домишко. Чтобы четыре стены, пол, потолок… Но тут уже увы и ах. А кроватка во дворце была весьма уютная. Эх…
Интересно, а как в этом мире с магией? В том, что она существует, я уже убедилась, но смогу ли я, как герои фэнтезийных книжек, этой магией пользоваться? Обычно в книгах у главного героя появляются либо сверхспособности, либо полная невосприимчивость к местной магии. Я бы не отказалась ни от того, ни от другого. И вообще, в местном обществе мне бы хотелось занять место… ну, какое-нибудь хорошее место. Не пыльное чтобы. И желательно хорошо оплачиваемое. Можно с личными землями и титулом. Какие бывают титулы? Герцогиня там, княжна, маркиза какая-нибудь. И рыцаря в сияющих доспехах, чтоб на руках носил. Можно исключительно одного только рыцаря. Ой, опять я про мужиков? Весна у них тут, что ли? Или у меня нездоровая гормональная активность на фоне перемещения в пространстве-времени? В ближайшем же населенном пункте найду себе глухонемого и уволоку на сеновал. А что, поистине соломоново решение, и парнишу порадую, и легенда моя не пострадает – ничего лишнего товарищ никому не сболтнет. Все довольны и счастливы. Мне этот глухонемой еще по гроб жизни благодарен будет. Мы могли бы даже подружиться впоследствии. Может, он вообще человек хороший, добрый, умный, ну и пусть с дефектами, а кто нынче идеален? Вон и монах при дворе урод уродом, а ничего, гляди ж ты, работает. Даже с королем прямой контакт имеет. Может, мы вообще поженимся и нарожаем десяток детишек. В смысле, с глухонемым, а не со святошей, с тем глухонемым, которого я еще не встретила. Который не факт, что и существует-то на белом свете… Да, меня несет не только по утрам.
Глава 9
Надо бороться со своими страхами.
Боишься высоты? Залезь на башню!
Боишься жуков?.. Заведи жука!
Вдалеке послышались голоса. И я резко остановилась. Просто замерла и прислушалась. Людей было много, они переговаривались между собой, и голоса их были явно мужские. Ох, кажется, это за мной! Рановато они. Неужели я и правда такой ценный объект, что меня нужно искать? Приятно, конечно, но, право слово, не стоило.
Я некоторое время осторожно прислушивалась, потом перешла к активным действиям. Стараясь поменьше шуметь, двинулась вглубь леса. Поскольку чем дальше в лес, тем больше дров. А вместе с дровами больше шансов, что меня никто не найдет. Голоса стали слышаться все ближе, и я основательно прибавила шаг. Потом побежала. Правда, бежала вовсе не как в каком-нибудь кино – не разбирая дороги и путаясь волосами в ветвях. Скорее это был легкий бег с препятствиями в виде поваленных стволов деревьев. Как оказалось, в глубине лес значительно больше походил на пристанище беглых преступников. Потом мне вдруг попался приличный овраг, и я почти без раздумий скатилась по склону вниз. Да и о чем тут было думать? На дне оврага я залезла под поваленное массивное дерево и замерла. Дерево было огромное, старое и неприятно пахло затхлостью. Зато лежало очень удачно. Сверху выглядело вполне себе монолитно, а вот исподнизу сгнило и рассыпалось трухой, так что внутри образовалось дупло приличных размеров. Или это нельзя назвать дуплом? Дупло вообще откуда берется в дереве? Как-то не очень хорошо у меня с ботаникой. Плохо, можно сказать. Подзабыла я основы школьной программы, если такое в школе вообще проходили. Зато везение прямо плещется вокруг меня, заливает по горло. Интересно, за какие такие заслуги? В старое дерево я поместилась целиком, прямо вместе с корзиной. Правда, колени лежали на подбородке, а макушка упиралась в прогнивший ствол, в котором, кажется, мирно жили неизвестные насекомые. По макушке вроде бы кто-то прополз, но я мужественно сделала вид, что этого не было. Потому что меня и так уже трясло от страха. Казалось, что люди снаружи вот-вот услышат сумасшедшее биение моего сердца и невозможно громкое дыхание. И тогда меня вытащат на свет из-под этого трухлявого бревна и расстреляют прямо в овраге. А может, и не расстреляют. Скорее всего, не будут так уж сразу-то. Может, даже дадут возможность оправдаться. Я уже почти убедила себя, что мне ничего плохого не сделают, когда снаружи громко закричали. Сердце мгновенно ушло в пятки. В горле тут же пересохло и кровь бешено застучала в висках. Я судорожно попыталась вспомнить хоть какую-нибудь мало-мальски известную мне молитву. Однако ничего, кроме «аллилуйя», в голову не пришло. Я крепко зажмурилась и прислушалась.
– Эй, ты куда? – кричал мужчина. Молодой, судя по голосу. – Эй!
От волнения я прикусила губу. И сразу же ощутила противный привкус крови во рту. Кто бы ни был там снаружи, находится он недалеко. И Штирлиц в моем лице как никогда близок в провалу. Я изо всех сил напрягла слух, боясь упустить хоть одно слово незнакомца. Перед глазами замелькали темные точки. Валерьяночки бы сейчас! И побольше, побольше. Одним бутыльком не обойдусь.
– Давай обратно, уже далеко зашли. Слышь, возвращаемся! Я говорю тебе, мы никого тут не найдем, все это одна глупость. Идем, никто так не ходит. Наши уже все давно назад вернулись. Ты один вечно тащишься в самую глушь. Достался же напарник! Тут одни пни кругом, подумай, ну кого здесь искать?
Голос у мужчины был приятный, глубокий, мелодичный. Правда, говорил он так, словно ему осточертела вся вселенная, растягивая слова и проглатывая окончания. Мне даже стало его немного жаль. Мужчине явно не нравилось его занятие. По крайней мере, сегодня. Наверное, разыскивать беглецов в лесу и впрямь не очень приятное развлечение.
Поделиться книгой: