Помоги проекту - поделись книгой:
Попытка механически соединить их в одно целое была бы не синтезом, а смешением различных систем. Практикуя их по очереди, одну за другой, мы также вряд ли добьемся успеха, учитывая краткость нашей человеческой жизни и ограниченность нашей энергии, не говоря уже о колоссальных затратах труда, которые подразумевает столь сложный и многосторонний процесс. Некоторым действительно удается успешно практиковать таким поочередным способом Хатха-йогу и Раджа-йогу. И в недалеком прошлом мы видели тому уникальный пример, представленный нам жизнью Рамакришны Парамахамсы, пример великой духовной личности, которая сначала устремляется прямо к божественной реализации – так сказать, силою овладевает царствием небесным, – а затем поочередно осваивает различные йогические методы, с невероятной быстротой постигая их суть, чтобы каждый раз возвратиться к главному: к реализации и переживанию единства с Богом благодаря силе любви, расширению врожденной духовности в разнообразном и многоплановом духовном опыте и спонтанному проявлению интуитивного знания. Однако данный случай не может быть распространен на всех людей и возведен в общее правило, поскольку он имел совершенно особое предназначение и отвечал велению времени: на примере великого и неоспоримого опыта могущественной души показать истину, которая сегодня более всего нужна человечеству и к которой с трудом продвигается мир, веками разделенный на враждующие друг с другом секты и школы, гласящую, что все школы и системы являются различными формами и частями единой интегральной истины и каждая из них так или иначе движется к единому высшему знанию, переживаемому на собственном опыте. Единственное, что необходимо, это познать Божественное, стать Им и обладать Им – и это достижение включает в себя все остальные или ведет к ним. К этому единственному благу нам нужно стремиться и именно его мы должны в конце концов достичь, а всё остальное, что избирает для нас божественная Воля: все необходимые формы выражения и средства проявления – приложится само собой.
Таким образом, ни механическое соединение разнообразных систем йоги, ни поочередное их освоение не приведет нас к синтезу, который мы предлагаем осуществить. Для этого мы должны оставить в стороне внешние формы различных йогических дисциплин и сосредоточиться скорее на том главном, основополагающем принципе, свойственном для них всех, который включал бы в себя эти отдельные принципы и находил им должное место и применение, и на той главной движущей силе, которая является общим ключом к их столь различным методам и которая, таким образом, способна произвести естественный отбор среди их разнородных энергий и объединить их полезные достижения. Именно такова была наша исходная цель, когда мы приступили к нашему сравнительному анализу методов Природы и методов йоги, и вот мы вновь вернулись к ней, но теперь мы уже можем отважиться на некоторое конкретное решение.
Прежде всего, мы видим, что в Индии до сих пор существует замечательная йогическая система, которая по сути своей является синтетической и основывается на великом центральном принципе Природы, великой природной движущей силе; но эта система представляет собой отдельное направление йоги, а не является синтезом, объединяющим учения других школ. Эта система – путь Тантры. Из-за ряда своих особенностей Тантра пользуется дурной славой среди тех, кто не является ее последователем, и прежде всего из-за особенностей ее «пути левой руки», Вама-марги, которая не стремится превзойти двойственность добродетели и порока и вместо того, чтобы заменить их спонтанной безупречностью действий, кажется, сделала самопотворство методом своей практики, а необузданную моральную распущенность нормой социальной жизни. Тем не менее, в истоке своем Тантра была великой и могущественной системой, основанной на идеях истинных, по крайней мере, частично. Даже ее разделение на «путь правой руки» и «путь левой руки», Дакшина-маргу и Вама-маргу, отражало в себе некую глубокую истину. Согласно древнему символическому смыслу, слова «дакшина» и «вама» определяли разницу между путем Знания и путем Ананды: Природы в человеке, обретающей освобождение благодаря правильному распознаванию своих энергий, элементов, потенциальных способностей и возможностей, и Природы в человеке, достигающей освобождения благодаря радостному приятию и умелому использованию своих энергий, элементов и способностей. Но оба пути пришли в итоге к забвению своих изначальных принципов, искажению символов и падению.
Если, тем не менее, и здесь также мы оставим в стороне узко практические методы и попытаемся обнаружить главный принцип, то увидим прежде всего, что Тантра явно отличается от ведических методов йоги. В определенном смысле все школы, рассмотренные нами ранее, являются по сути своей ведантистскими; их сила заключается в знании и оно же является их методом, хотя это знание и не всегда является плодом умственных усилий, но может быть знанием сердца, выражающимся в любви и вере, или знанием воли, реализующимся в действии. Во всех этих школах Владыкой Йоги является Пуруша, Сознательная Душа, которая познает, созерцает, побуждает, управляет. Но в Тантре это, скорее, Пракрити, Душа Природы, Энергия, Воля, обладающая всей полнотой власти, исполнительная сила мироздания. Проникая в глубинные тайны этой полновластной Воли, ее метода, ее «тантры», а затем используя полученное знание на практике, йогин-тантрист достигал целей своей дисциплины: силы, совершенства, освобождения, блаженства. Вместо того чтобы отвернуться от проявленной Природы и ее трудностей, он встречал их лицом к лицу, противостоял им и побеждал их. Но в итоге, в соответствии с общей тенденцией Пракрити, тантрическая йога в значительной степени утратила свои принципы, став более механистичной по своему характеру и зависимой от формул и ритуалов, и превратилась в оккультный механизм, всё еще могущественный при правильном его использовании, но утративший чистоту своего изначального замысла.
Основная концепция Тантры представляет нам одну сторону истины: поклонение Энергии, Шакти как единственной действенной силе вселенной, без которой ничто невозможно осуществить. Другую сторону истины мы находим в ведантистской концепции Шакти как силы Иллюзии и в стремлении обрести освобождение от обманчивой видимости, порождаемой активной Энергией, в безмолвном пассивном Пуруше. Но в интегральной концепции Сознательная Душа есть Господин, а Душа Природы – его Энергия, исполняющая волю своего владыки. Пуруша есть Сат, самосущее сознание, чистое и безграничное; Шакти или Пракрити есть Чит, то есть сила самосущего сознания Пуруши, чистая и безграничная. Отношения между ними отражают взаимосвязь полюсов покоя и действия. Состояние, когда Энергия поглощена блаженством самосущего сознания, – это покой; состояние, когда Пуруша реализует себя в деятельности своей Энергии, – это действие, созидание и наслаждение или Ананда становления. Но если Ананда является истоком и первопричиной всякого становления, то его методом является Тапас, или сила сознания Пуруши, сосредоточенная на своих бесконечных возможностях в существовании и извлекающая из них истинные идеи или Идеи-Реальности,
Мы видим, таким образом, что представляет собой с психологической точки зрения – а йога это не что иное, как практическая психология – концепция Природы, от которой мы должны отталкиваться. Это самореализация Пуруши с помощью собственной Энергии. Но в движении Природы существует два принципа: высший и низший, или, если угодно, божественный и небожественный. Различие, в действительности, существует лишь при подходе с практической точки зрения; ибо нет ничего, что не являлось бы божественным, и, при более широком взгляде, такое разграничение столь же условно, как и проведение различия между естественным и сверхъестественным, ибо всё сущее является естественным. Всё сущее пребывает в Природе и всё сущее пребывает в Боге. Но с практических позиций между ними есть существенное различие. Низшая Природа – та, которую мы знаем, которой являемся и которой будем оставаться до тех пор, пока такова наша вера, – действует путем ограничения и разделения, основывается на Неведении и достигает вершины в жизни эго. Высшая Природа – та, к которой мы стремимся, – действует путем примирения противоположностей и преодоления ограничений, основывается на Знании и достигает вершины в жизни божественной. Восхождение от низшей Природы к высшей и является целью йоги. Это восхождение может осуществиться путем отвержения низшей Природы и перехода в высшую – согласно общепринятой точке зрения – или же путем трансформации низшей Природы и возвышения ее до уровня высшей. Именно это должно быть целью интегральной Йоги.
Но в любом случае для того, чтобы перейти к высшей сфере бытия, мы должны использовать в качестве средства для восхождения нечто, присущее низшей сфере, и каждая из школ йоги избирает свою собственную отправную точку или свой собственный путь бегства. Они сосредоточивают свои усилия на той или иной активности низшей Пракрити и обращают ее к Божественному. Но естественная деятельность Природы в нас представляет собой интегральный процесс, в котором участвует всё многообразие элементов нашего существа и который затрагивает всё, что нас окружает. Вся жизнь – это Йога Природы. Йога, в которой мы нуждаемся, также должна быть интегральным, всеобъемлющим процессом Природы, а вся разница между йогином и обычным человеком состоит в том, что йогин стремится, чтобы на смену интегральному функционированию в нем низшей Природы, деятельность которой происходит в эго, посредством эго и основываясь на принципе разделения, пришло интегральное функционирование высшей Природы, деятельность которой происходит в Боге, осуществляется Богом и основывается на единстве. В сущности, если бы нашей целью было лишь бегство из мира к Богу, то нам не стоило бы тратить время и силы на создание некоего интегрального пути. В этом случае всё, что нам нужно было бы сделать, это выбрать из тысяч путей, ведущих к Богу, один-единственный кратчайший путь, не размениваясь на изучение всех остальных. Но если наша цель – трансформация всего своего существа по образу Божественного бытия, то интегральный путь становится необходимым.
Наш метод, таким образом, должен состоять в том, чтобы всем своим существом войти в сознательное соприкосновение с Божественным и призвать Его преобразовать всё наше существо в Свое существо; так что в определенном смысле сам Бог, наша подлинная Личность, становится садхаком этой садханы[16], так же как и Владыкой Йоги, который использует нашу низшую личность в качестве центра божественного преображения и средства достижения собственного совершенства. По существу, давление Тапаса, силы сознания в нас, сосредоточенной на Идее божественной Природы, на том, чем мы являемся в нашей целостности, приводит к реализации божественной Природы. Божественное, всеведущее и всемогущее, нисходит в ограниченное и затемненное существо, постепенно просветляет и наполняет энергией всю низшую природу и заменяет собственным действием все проявления низшего света и деятельности смертного человеческого существа.
С точки зрения внутренней, психологической реальности, этот метод заключается в постепенном отказе от эго со всеми проявлениями его качеств и его функциями и замещении его запредельным высшим «Я» с его грандиозными и неисчислимыми, но всегда безупречными действиями, всецело предавая себя в руки Божественного. Безусловно, это не самый короткий путь к небесам и не самая легкая садхана. Она требует огромной веры, неустрашимой смелости и, самое главное, неистощимого терпения. Ибо эта йога имеет три стадии, из которых только последняя может быть быстрой и сопровождаться абсолютным блаженством: вначале эго делает усилия, чтобы войти в соприкосновение с Божественным; затем происходит масштабная, всесторонняя, а значит, трудоемкая подготовка, осуществляемая с помощью действия влияния Божественной Силы, всей низшей Природы на всю низшую природу, которая должна научиться воспринимать высшую Природу и стать ею; и наконец должна произойти полная трансформация. Но в действительности божественное Могущество, часто оставаясь скрытым и действуя незаметно, приходит на смену нашей слабости и ведет нас вперед даже тогда, когда мы теряем веру, мужество и терпение. Она помогает «слепому стать зрячим, а хромому – преодолеть горные кручи». Ум начинает осознавать благотворную силу высшего Закона и неослабевающую поддержку божественной Милости; сердце соприкасается с Владыкой всего сущего и Другом человечества, или с вселенской Матерью, которая поддерживает садхака и помогает ему пройти через все неудачи и падения. Вот почему этот путь – самый трудный из всех и вместе с тем, если принять во внимание беспрецедентность его задач и величие цели, – самый легкий и самый прямой.
Процесс преобразования низшей природы под воздействием высшей отличается тремя характерными признаками. Во-первых, для него не существует какой-либо жестко установленной системы или строгой последовательности действий, как в отдельных направлениях йоги – скорее, это свободный, внешне непоследовательный, но тем не менее целенаправленный и неуклонный процесс изменения, осуществляемый в зависимости от характерных особенностей личности, в которой он разворачивается, полезных качеств, свойственных индивидуальной природе, и тех препятствий, которые она создает на пути очищения и совершенствования. Из этого следует, что каждый человек в своем движении по пути йоги, в известном смысле, использует свой индивидуальный метод. И в то же время существует несколько общих направлений внутренней работы (справедливых для всех систем йоги), которые позволяют нам создать не просто жесткую систему, а нечто вроде «шастры» или научного метода такой синтетической йоги.
Во-вторых, этот процесс, будучи интегральным, принимает нашу природу такой, какой она сформировалась в процессе нашей прошлой эволюции, и, не отвергая в ней ничего, ведет нас к божественному преображению. Каждая часть нашего существа, оказавшись в искусных руках великого Мастера, подвергается трансформации и являет свой подлинный и совершенный образ, которому наша природа безуспешно пытается соответствовать ныне. Наблюдая на собственном опыте за развитием этого процесса, мы начинаем понимать, как устроено это низшее проявленное существо, и осознавать, что всё в нем, сколь бы уродливым, низменным и примитивным оно ни казалось, является лишь более или менее искаженным или несовершенным отражением какого-то элемента или действия, принадлежащего гармонии божественной Природы. Мы начинаем понимать, что имели в виду риши Вед, описывая праотцев человечества, которые, как кузнецы на своей наковальне, выковывали формы для богов.
В-третьих, действуя в нас, божественная Сила использует все обстоятельства нашей жизни в качестве средства для практики интегральной Йоги. Любое переживание, любое взаимодействие с внешним миром, даже самое незначительное или самое губительное, находит место в этом преобразовании, и каждый внутренний опыт, вплоть до самой жестокой боли и самого постыдного падения, становится шагом на пути к совершенству. И мы начинаем ясно видеть, как действует в нас тот универсальный метод, при помощи которого Бог ведет к совершенству весь этот мир; мы постигаем Его замысел – открыть свет в темноте, могущество в слабом и падшем, блаженство в горе и страдании. Мы обнаруживаем, что в деятельности как низшей, так и высшей природы божественный метод по сути своей один и тот же – только в одном случае этот процесс является медленным и неосознанным, основанным на подсознательной деятельности Природы, а в другом – он становится быстрым и осознанным, поскольку инструмент узнает руку Мастера. Вся жизнь – это Йога Природы, стремящейся проявить Бога, скрытого в ней. Обращение к йоге происходит в тот момент, когда это стремление может стать сознательным, а значит, достичь в человеке своей подлинной цели. При этом энергии, которые рассеивались и беспорядочно использовались в эволюции на уровне низшей природы, должны быть собраны воедино и сосредоточены на достижении одной цели.
Интегральный метод приносит интегральный результат. Прежде всего, это интегральная реализация Божественного Бытия – реализация Единого не только в аспекте неделимого единства, но и в аспекте множественности, столь же необходимом для обретения полного знания Единого относительным сознанием, как и первый; реализация единства не только во всеобъемлющем Духе, но и в бесконечном многообразии сил, миров и творений.
А значит, и интегральное освобождение. Это не только свобода, порожденная нерушимым единством с Божественным во всех частях нашего существа,
Благодаря этой интегральной реализации и полному духовному освобождению достигается совершенная гармония результатов Знания, Любви и Действий. Ибо в этом случае человек полностью избавляется от эго и достигает отождествления своего существа с Единым во всем и за пределами всего. Но поскольку наше развивающееся сознание не ограничено достигнутой реализацией, мы обретаем также и единение в Блаженстве, и гармонию многообразия в Любви, так что все отношения, существующие в условиях космической игры, остаются возможными для нас даже тогда, когда мы пребываем в единстве с Возлюбленным на высших уровнях нашего существа. А поскольку мы, благодаря такому расширению сознания, способны обрести свободу в духе, который объемлет жизнь и не нуждается в уходе от нее, мы получаем возможность, отвергнув эгоизм, ограниченность и нечистоту, превратить свои разум и тело в канал божественного действия, свободно изливающегося на мир.
Божественному существованию присуща не только свобода, но также чистота, блаженство и совершенство. Интегральная чистота, которая обеспечивает, с одной стороны, совершенное отражение в нашем существе божественного Бытия, а с другой – совершенное выражение в нас его Истины и Закона в условиях жизни и в виде правильного функционирования того сложного инструмента, который образуют внешние части нашего существа, – таково условие интегральной свободы. Результатом ее становится интегральное блаженство, в котором возможны одновременно и Ананда единения со всем существующим в этом мире, поскольку всё воспринимается как образ Божественного, и Ананда переживания того, что не принадлежит этому миру. Интегральная чистота подготавливает достижение интегрального совершенства нашего человеческого существа как образа Божественного, проявляющегося в условиях человеческого вида, – совершенства, основанного на особой ничем не ограниченной свободе бытия, любви и радости, игры знания и игры воли, выражающей себя в могуществе и деятельности, лишенной эгоизма. Такая интегральная реализация также становится возможной в ходе интегральной Йоги.
Совершенство включает в себя совершенство разума и тела – то есть высшие достижения Раджа-йоги и Хатха-йоги займут свое место во всеобъемлющей формуле синтеза, к которому в конце концов должно прийти человечество. В любом случае, интегральный метод должен включать в себя максимальное развитие умственных и физических способностей человечества, достижимое при помощи йоги. Впрочем, обретение таких способностей не имело бы никакого смысла, если бы они не предназначались для использования в интегральной умственной и физической жизни. Такого рода интегральная ментальная и физическая жизнь была бы, по своей сути, выражением духовного бытия в истинных ментальных и физических ценностях. Таким образом, мы смогли бы осуществить синтез трех уровней Природы и трех форм человеческого существования, развитых или развиваемых ею в процессе эволюции. Мы смогли бы соединить в своем освобожденном существе и более совершенных видах деятельности материальную жизнь, нашу основу, и умственную жизнь, наш инструмент на переходной стадии развития.
Но интегральное преображение, к которому мы стремимся, не было бы реальным или даже возможным, если бы оно ограничивалось индивидуальной реализацией. Поскольку обладание божественным совершенством предполагает, что мы должны полностью реализовать себя не только в собственных бытии, жизни и любви, но и в бытии, жизни и любви всех остальных, то распространение нашей свободы и ее результатов на других стало бы неизбежным следствием и окончательной целью нашего освобождения и совершенства. Значит, такого рода усилия, неизбежные в процессе интегрального преобразования, рано или поздно должны привести к расширению индивидуальной реализации до масштабов всего человечества.
Божественное преображение обычной материальной жизни человека и его великих вековых усилий к ментальному и нравственному развитию личности и общества благодаря распространению совершенной духовной жизни на все человечество стало бы венцом как индивидуальных, так и коллективных усилий. Такое свершение – не что иное, как воплощение «царства небесного внутри» в царство небесное вовне, что означает также подлинное осуществление идеала, к которому так или иначе стремятся все религии мира.
Всеобъемлющий синтез совершенства, о котором человек только способен помыслить, является единственно достойным стремлением для тех, чей исполненный благоговения взгляд постигает Бога, тайно пребывающего в человеке.
Часть первая. Йога Божественных Трудов
Глава I. Четыре инструмента йоги
Йога-сиддхи, совершенство, обретаемое в результате практики йоги, легче всего может быть достигнуто благодаря одновременному использованию четырех важных инструментов йоги. Первым таким инструментом является знание истин, принципов, сил и процессов, которые ведут к духовной реализации –
Высшая Шастра интегральной Йоги есть вечная тайна Веды в сердце всякого мыслящего живого существа. Лотос вечного знания и вечного совершенства скрыто пребывает внутри нас в виде нераскрывшегося бутона. И он распускается – быстро или постепенно, лепесток за лепестком, путем последовательных реализаций, – когда разум человека обращается на поиски Вечного, а его сердце, избавляясь от рабской привязанности к преходящим объектам видимого мира, устремляется к Бесконечному. Все события жизни, все мысли, все побуждения к действию и внутренние порывы, порождаемые нашими способностями, все переживания и опыты, активные и пассивные, становятся отныне средствами, помогающими разбить панцирь, скрывающий нашу душу, и устранить все препятствия на пути неизбежного освобождения. Тот, кто избирает Бесконечное, сам является избранником Бесконечного. Он получил божественное прикосновение, без которого невозможно пробуждение, невозможно раскрытие духа. Но когда такое прикосновение получено, победа неизбежна – будет ли она одержана стремительно в течение одной человеческой жизни или же потребует настойчивых усилий на протяжении многих стадий цикла существования в проявленной вселенной.
Нет ничего из того, что способен познать разум, что не было бы уже заложено в качестве потенциального знания в раскрывающейся душе человека. Точно так же любое совершенство, достигаемое нами во внешнем существе, является лишь реализацией вечного совершенства Духа, пребывающего внутри нас. Мы познаем Божественное и становимся Божественным, поскольку уже являемся Им в скрытых глубинах своего существа. Всякое учение, всякое становление представляет собой открытие, обнаружение того, что уже заложено внутри нас. Тайна человека – в постижении самого себя; а самопознание и рост сознания – средство и путь достижения этой высшей цели.
Обычно посредником такого внутреннего открытия становится Слово – то, что услышано (
Слово, приходящее извне как откровение Божественного, является необходимой помощью в работе внутреннего самораскрытия; это может быть слово мудрости, пришедшее из прошлых времен, или же более могущественное слово живого Гуру. Иногда это слово-откровение является лишь своего рода предлогом для того, чтобы внутренняя сила пробудилась и проявила себя. Это, можно сказать, уступка Божественного, всемогущего и всеведущего, универсальному закону, который управляет Природой. Именно это, как сказано в Упанишадах, произошло с Кришной, сыном Деваки, который услышал слово риши Гхоры и обрел знание. То же самое относится и к Рамакришне, который своими внутренними усилиями достиг главного, основополагающего озарения, а затем обращался к помощи учителей разных йогических школ, но каждый раз способ и быстрота, с которой он достигал высшей реализации каждого из этих путей, доказывали, что эта помощь для него была лишь уступкой общему правилу, согласно которому знание только тогда является эффективным, когда ученик получил его от своего Гуру.
Но чаще всего влияние Слова, полученного как божественное откровение, занимает в жизни садхака гораздо большее место. Если йога опирается на Писание, Шастру – на Слово, в котором йогины прошлого воплотили свой духовный опыт, – то ее можно практиковать самостоятельно только с помощью собственных усилий или прибегая к помощи Гуру. В этом случае мы обретаем духовное знание, концентрируясь на тех истинах, которые нам передали, и оно становится осознанным и живым, когда эти истины познаются на собственном опыте. Мы продвигаемся в йоге, следуя методам, закрепленным в Писании или традиционных учениях, углубляя и проясняя свое понимание благодаря наставлениям Учителя. Такая практика является более узкой, но и более безопасной и эффективной в своих пределах, поскольку она подобна накатанной дороге, ведущей к хорошо известной цели.
Садхаку интегральной Йоги нужно помнить, что всякое Писание, каким бы великим оно ни было по своему авторитету и широким по своему духу, является лишь частичным выражением вечного Знания. Он может черпать в Шастре помощь и поддержку, но никогда не станет ограничивать свое развитие даже величайшим из Писаний. Если Писание отличается глубиной, многогранностью, глобальностью видения, то его влияние на садхака может оказаться в высшей степени благотворным и сыграть неоценимую роль в его прогрессе. Оно может помочь ему пробудиться и повести его к высочайшим озарениям и к постижению на собственном опыте величайших истин бытия. Садхак может длительное время руководствоваться в своей практике йоги каким-то одним Писанием или использовать несколько Писаний поочередно – если он следует великой традиции индуизма, это могут быть, например, Гита, Упанишады, Веды. Возможно также, что в своем духовном развитии он будет по большей части опираться на богатый и разнообразный опыт познания истин, заключенных во многих Писаниях, и использовать для созидания будущего всё богатство высших достижений прошлого. Но в конце концов, а еще лучше (если возможно) в самом начале он должен утвердиться и жить всегда в своей душе, которая превосходит все выраженные в словах Истины –
Существует другой вид Шастры, который является не Писанием, а теоретическим объяснением и описанием методов, принципов действия и техники исполнения, особенностей того пути йоги, который садхак избрал. У каждого пути есть своя Шастра – либо Писание, либо традиционное знание, передаваемое из уст в уста по длинной линии преемственности. В Индии любое духовное учение – существует ли оно в письменной форме или в устной традиции – обычно вызывает у людей чувство глубокого уважения или даже благоговения. Считается, что все направления и пути йоги уже четко обозначены и изучены и знание о них запечатлено в Шастре. Учитель же, получивший это традиционное знание и реализовавший его в жизни, ведет ученика по пути, проложенному еще в глубокой древности. Часто можно даже услышать возражения против новой практики, новой системы йоги или нового учения: «Это противоречит Шастре». Но никогда – ни прежде, ни теперь – в реальной практике йоги на самом деле не было этой жесткой догматичности, которая подобно железной двери закрывает доступ для новой истины, нового откровения, нового более глубокого знания. Запечатленное в Писаниях или традиционное учение передает знание и опыт, накопленные в течение многих веков – систематизированные, упорядоченные, изложенные в доступной для начинающего ученика форме. Его значение и пользу поэтому трудно переоценить. Но всегда остается широкая возможность для появления новых методов и путей развития. Даже Раджа-йогу – систему, развившуюся в настоящую науку, – можно практиковать другими способами, отличными от тщательно разработанного метода Патанджали. Каждый из трех путей,
Интегральная Йога, объединяющая в себе другие направления йоги, в особенности должна избегать каких бы то ни было ограничений, налагаемых предписаниями традиционных учений или Шастры. Ибо, охватывая знания, дошедшие до нас из прошлого, она стремится организовать их по-новому в соответствии с потребностями и целями настоящего и будущего. Абсолютная свобода как в сфере духовного опыта, так и в изложении обретенного знания с использованием новых терминов и новых словосочетаний является условием ее естественного формирования. Стремление охватить всю жизнь – это позиция не пилигрима, следующего к своей цели прямой проторенной дорогой, но первопроходца – по крайней мере, в области духовного знания, – прокладывающего свой путь сквозь девственный лес. Ибо йога в течение длительного времени оставалась отстраненной от жизни, а древние системы (подобные тем, что создали наши ведические праотцы), которые стремились охватить и ее в своих исканиях, теперь очень далеки от нас, поскольку часто пользуются непонятными нам терминами и предлагают формы практики, неприменимые в современной жизни. Человечество с тех пор прошло большой путь, увлекаемое потоком вечного Времени, и сегодня для решения той же самой проблемы необходимо найти новую отправную точку.
В интегральной Йоге мы не только ищем Бесконечное, но и призываем Бесконечное проявить себя в человеческой жизни. Поэтому Шастра нашей йоги должна предусматривать бесконечную свободу для ищущей души человека. Возможность свободно изменять характер и форму взаимодействия с Универсальным и Трансцендентным в соответствии с особенностями природы каждого человека является непреложным условием полноты духовной жизни. Вивекананда, подчеркивая, что, по мере всё большего единения мировых религий формы их самовыражения будут становиться всё богаче и разнообразнее, сказал однажды, что это неотъемлемо присущее им единство достигнет совершенства, когда каждый человек обретет свою собственную религию и когда он, не связанный ограничениями никаких сект и никаких традиционных вероучений, будет свободно следовать процессу развития своей природы в ее взаимоотношениях со Всевышним. Точно так же можно сказать, что совершенство интегральной Йоги будет достигнуто тогда, когда каждый человек сможет следовать своим собственным путем йоги, направляя развитие своей природы к тому, что превосходит ее пределы. Ибо свобода есть высший закон и величайшее достижение.
И всё же необходимо указать некоторые общие ориентиры, которые могли бы помочь садхаку правильно направить свой ум и духовную практику. Но они должны быть сформулированы, скорее, как общие законы, принципиальные положения, как очень полезные, но широкие рекомендации, которые указывают направление усилий и развития, а не как жесткая система строгих предписаний, которым нужно неукоснительно следовать. Любая Шастра является результатом духовного опыта прошлого и средством, помогающим обрести будущий духовный опыт. Она является помощью и в какой-то степени руководством. Она расставляет указатели на пути, обозначает главные дороги и уже изученные маршруты, давая возможность путешественнику понять, куда и какой дорогой он следует.
Остальное зависит от собственных усилий и опыта садхака и от силы Гуру.
Быстрота продвижения вперед, масштаб и интенсивность духовного опыта, значительность достижений как в начале пути, так и долгое время спустя зависят прежде всего от устремленности и усилий самого садхака. Йога представляет собой процесс восхождения души человека от состояния, характерного для эго, – когда сознание поглощено явлениями видимого мира и привязано к преходящим формам – к состоянию, в котором Трансцендентное и Универсальное могут низойти в индивидуальное существо и трансформировать его. Поэтому первым определяющим элементом сиддхи является настойчивость, с которой человек стремится совершить этот переход, интенсивность силы, которая побуждает душу обратиться к своей внутренней реальности. И здесь первостепенную важность имеют устремленность сердца, сила воли, сосредоточенность ума, упорство и твердая решимость, позволяющая неуклонно направлять энергию на достижение поставленной цели. Идеальный садхак должен быть вправе сказать о себе словами Библии: «Ревность моя о Господе снедает меня». Именно эта «ревность о Господе»,
Но это только одна сторона силы, работающей для достижения совершенства. Процесс интегральной Йоги включает в себя три этапа, которые на самом деле не являются четко обозначенными или строго разграниченными, но которые тем не менее образуют определенную последовательность. Прежде всего необходимо стремиться совершить, по крайней мере, первичное преобразование своего существа и выйти за пределы своей ограниченной личности хотя бы настолько, чтобы это позволило установить связь с Божественным. Затем нужно позволить низойти в нас тому, что превосходит нашу природу, тому, с чем мы вошли в соприкосновение, с целью трансформации всего нашего сознательного существа. И, наконец, мы должны сделать наше преображенное человеческое существо проводником божественной Силы в мире. До тех пор, пока связь с Божественным не станет достаточно устойчивой, пока у нас не будет ясного и постоянного осознавания нашего единства с Ним,
В действительности всё и всегда совершается высшей Силой. Ощущение, что это именно мы стремимся к цели и прилагаем усилия для ее достижения, порождается эгоистическим умом, который пытается неверным и несовершенным способом отождествиться с деятельностью божественной Силы. Он упорно старается применить к переживаниям супрафизического плана бытия обычные ментальные понятия, применимые к переживаниям обычной жизни в мире. В повседневной жизни мы действуем с позиции эго, ощущая себя отдельной, обособленной личностью; мы думаем, что действующие в нас универсальные силы принадлежат нам; мы воспринимаем то, что является результатом избирательной, созидательной и прогрессивной деятельности Трансцендентного на уровне нашего ума, нашей жизни и нашего тела, как результат наших собственных усилий, нашей мудрости, силы и добродетельности. Озарение приносит нам знание, что эго – лишь инструмент; мы начинаем осознавать и ощущать, что всё это является «нашим» в том смысле, что принадлежит нашему высшему, интегральному «Я», единому с Трансцендентным, а не нашему инструментальному эго. Все препятствия и заблуждения, с которыми мы сталкиваемся в ходе работы, привносим в нее мы сами; истинная же действующая сила принадлежит Божественному. Когда человеческое эго осознает, что его воля на самом деле всего лишь орудие, что его мудрость – лишь невежество и детский лепет, что его сила подобна неуверенным шагам ребенка, а его добродетель – лишь претензия на непогрешимость, и научается вверять себя Тому, что превосходит его, тогда оно обретает спасение. За видимой свободой и мнимой независимостью нашего индивидуального существа, к которой мы столь глубоко привязаны, скрывается самая жалкая зависимость от тысяч внушений, побуждений, сил, от которых мы обособились в своей маленькой личности. Наше эго, гордо заявляющее о своей свободе, в действительности, живет в самом тягостном рабстве, являясь в каждый момент своего существования игрушкой, марионеткой бесчисленных существ, сил и влияний универсальной Природы. Растворяясь в Божественном, эго обретает истинную полноту; отрекаясь от себя ради того, что его превосходит, оно избавляется от своих оков и ограничений и приходит к абсолютной свободе.
Но всё же в духовной практике каждый из трех этих этапов имеет свою пользу и необходимость и каждому из них следует отвести свое время и место. Наш путь не был бы безопасным и эффективным, начни мы сразу с последней и высшей стадии. Неверным было бы и преждевременно переходить с одной ступени на другую. Ведь даже если мы с самого начала признаем существование Всевышнего своим умом и сердцем, в нашей природе остаются элементы, которые могут еще долго препятствовать тому, чтобы это знание стало подлинной реализацией. А без такой реализации наша ментальная вера не может стать динамической реальностью; она по-прежнему будет лишь формальным знанием, а не живой истиной, лишь идеей, а не действенной силой. И даже если это знание начало превращаться в реальность, все же было бы опасно слишком рано предполагать или считать, что мы полностью предали себя в руки Всевышнего или стали его орудием. Такая самонадеянность может привнести в садхану губительную ложь; она может привести к беспомощной инертности или, освящая движения эго Именем Божественного, гибельно исказить и свести на нет весь процесс йоги. Существует более или менее продолжительный период внутренних усилий и борьбы, в ходе которого человек должен отвергнуть темноту и искажения низшей природы и с твердой и непоколебимой решимостью встать на сторону божественного Света. Мы должны овладеть ментальными энергиями, эмоциями сердца, витальными желаниями и даже физическим существом так, чтобы они научились всегда занимать правильную позицию или воспринимать и откликаться только на влияния высших сил. Только когда это будет действительно сделано, низшая природа сможет отдать себя высшей, потому что только в этом случае жертва будет принята.
Прежде всего садхак, используя личную волю, должен овладеть эгоистическими энергиями своего существа и обратить их к Свету и к Истине; сделав это, он должен затем научиться безошибочно распознавать Истину и Свет, всегда принимать их и неукоснительно им следовать. По мере своего совершенствования он, всё ещё опираясь на собственную волю, собственные усилия и энергии, учится видеть в них инструменты высшей Силы и сознательно подчинять их действия высшей Воле. В ходе дальнейшего развития его воля, усилия, энергия перестают восприниматься им как его собственные и становятся действиями высшей Силы и Воли в индивидуальном существе. Но, тем не менее, между божественным Источником и человеческим проводником остается своего рода пропасть, преодолевая которую поток божественной Энергии неизбежно утрачивает хотя бы отчасти свою чистоту и силу, а иногда и претерпевает очень серьезные искажения. На последнем этапе самосовершенствования с постепенным исчезновением в человеке эгоизма, нечистоты и невежества это последнее разделение исчезает, и все в нем становится проявлением действия Силы Божественного.
Если высшая Шастра интегральной Йоги – это вечная тайна Веды в сердце всякого человека, то ее высший Наставник и Учитель – это внутренний Наставник, Учитель Мира,
Каков же его метод, его система? У него нет никакого метода и, вместе с тем, он использует любые методы. Его система – естественная организация наивысших процессов и движений, доступных природе. С одинаковым вниманием и тщательностью относясь как к самым ничтожным мелочам и к самым незначительным с виду действиям, так и к самым великим и важным свершениям, он в итоге преображает всё наше существо, возвышая всё в нем в сферы Света. Ибо в его йоге нет ничего столь ничтожного, что не заслуживало бы внимания, и нет ничего столь великого, чтобы не попытаться этого достичь. Слуга и ученик божественного Мастера не подвержен гордости и эгоизму, ибо всё для него и за него совершается свыше, – и точно так же он не имеет права приходить в уныние из-за своих недостатков или изъянов собственной природы, ибо Сила, работающая в нем, является безличной (или сверхличной) и бесконечной.
Полное признание этого внутреннего Наставника, Учителя йоги, который есть свет и владыка всех жертвоприношений, цель всех усилий – имеет первостепенную важность на пути к интегральному совершенству. Неважно, как мы увидим его вначале: как безличную Мудрость, Любовь и Силу, стоящую за всем сущим, как Абсолют, проявляющийся в относительном и влекущий его к себе, как наше собственное высшее «Я» и высшее «Я» всех созданий, как божественную Личность, пребывающую в нас и во всем сущем в любой из Его (или Ее) бесчисленных форм и под любым именем, или же как постигаемый умом идеал. В конце концов мы осознаем, что он есть всё это и более, чем всё это вместе взятое. Путь, которым разум приходит к нему, очевидно, будет зависеть от прошлой эволюции и нынешней природы садхака
Этот внутренний Гуру поначалу бывает скрыт от нас из-за самих наших усилий и поглощенности эго собой и своими интересами. По мере того, как наше сознание проясняется и беспорядочные эгоистические порывы уступают место спокойному процессу самопознания, мы начинаем осознавать источник света, всё ярче сияющего внутри нас. Оглядываясь назад, мы начинаем понимать – видя, как все наши невежественные и противоречивые поступки вели нас к цели, которую мы начинаем осознавать лишь теперь, – что еще до того, как мы вступили на путь йоги, развитие нашей жизни преднамеренно направлялось к этой поворотной точке. Ибо теперь нам начинает открываться подлинный смысл всех наших поисков и усилий, успехов и неудач. Наконец-то мы можем понять причину пережитых нами испытаний и страданий и оценить, какую великую помощь оказало нам всё, что противостояло нам и ранило нас, и сколь необходимы для нас были даже падения и ошибки. Позднее мы начинаем распознавать это божественное руководство, уже не только обращая взгляд в прошлое, а в настоящем – видя, как формирует наши мысли трансцендентный Провидец, как направляет нашу волю и наши действия всеобъемлющая Сила, как вдохновляют нашу эмоциональную жизнь всеохватывающие Блаженство и Любовь, привлекающие к себе всё сущее и приемлющие всё. Мы узнаем его и в более тесных личных взаимоотношениях, которые мы лишь едва ощущаем в начале пути и которые в конце его заполняют всю нашу жизнь; мы ощущаем вечное присутствие верховного Владыки, Друга, Возлюбленного, Учителя. Мы распознаем его в самой сути своего существа по мере сближения и единения с более великим и свободным бытием; ибо мы постигаем, что это чудесное развитие не является результатом наших собственных усилий: это вечное Совершенство преображает нас по своему образу и подобию. Тот, кто предстает Господом или Ишварой в йогической философии, Учителем – в нашем сознательном существе (
Увидеть Его, познать Его, стать Им и реализовать Его в нашем внутреннем существе и во всей нашей внешней природе, это то, к чему мы всегда неосознанно стремились и что отныне становится сознательной целью нашего земного существования. Осознавать Его во всех частях нашего существа, а также во всем, что наш разделяющий ум считает не относящимся к нашему существу, – таково высшее завоевание индивидуального сознания. Принадлежать Ему и обладать Им в себе и во всем сущем – таково условие обладания всей полнотой власти и всемогуществом. Наслаждаться Его присутствием во всех состояниях: бездействия и деятельности, покоя и могущества, переживания единства всего сущего и его многообразия – вот подлинное счастье, к которому безотчетно стремится
Самый верный путь к этой интегральной реализации – найти Владыку тайны, который пребывает в нас, быть постоянно открытыми божественной Силе, которая также есть божественная Мудрость и Любовь, и доверить ей процесс преобразования нашего существа. Но поначалу эгоистическому сознанию очень трудно сделать это. И даже если ему это удастся, еще труднее добиться того, чтобы такое состояние открытости и полной самоотдачи стало совершенным и установилось во всех частях существа. Трудности прежде всего обусловлены тем, что укоренившиеся в нас эгоистические привычки, которые определяют наши мысли, чувства, ощущения, преграждают нам путь к восприятию [божественной Силы]. В дальнейшем основной причиной затруднений становится то, что душе, скрытой покровами эго, не просто поддерживать веру, самоотдачу и стойкость, необходимые на этом пути. Божественное действует не так, как того желает или считает правильным эгоистический ум, так как оно через заблуждения ведет к истине, через страдания – к блаженству, через несовершенства – к совершенству. Эго не способно видеть, куда ведет его божественный Проводник; оно противится Ему, утрачивает веру и решимость и не желает идти вперед. Но эти недостатки не имеют большого значения, ибо наш внутренний божественный Учитель не может быть оскорблен нашими бунтами или обескуражен нашим неверием, или оставить нас из-за нашей слабости – Он принимает нас с бесконечной любовью матери и неиссякаемым терпением учителя. Но когда мы отказываемся следовать Его руководству, то утрачиваем сознание, позволяющее нам воспринимать Его благодать, хотя и не лишаемся благоприятных результатов Его влияния в настоящем или, по крайней мере, возможности получить их в будущем. А отказываемся мы потому, что перестаем отличать свое высшее «Я» от низшего, посредством которого Он подготавливает возможность своего проявления в нашем существе. Как в самих себе, так и в окружающем мире мы не можем увидеть Бога за внешними проявлениями его деятельности, и, главным образом, потому, что он действует в нас, используя естественные свойства нашей природы, а не с помощью серии чудес, совершаемых по собственной прихоти. Человеку же, чтобы обрести веру, нужны чудеса; ему хочется быть ослепленным, чтобы увидеть Божественное. Это нетерпение и невежество таят в себе большую опасность и могут иметь гибельные последствия, если, отказываясь следовать божественному руководству, мы обращаемся к иной, ложной Силе, которая готова потворствовать нашим желаниям и побуждениям, и просим ее вести нас, называя ее божественным Именем.
Но если человеку трудно уверовать в нечто, незримо пребывающее в нем самом, ему легче поверить в то, что он может представить существующим вне его. Духовный прогресс большинства людей требует поддержки извне, внешнего объекта поклонения. Им необходим видимый образ Бога или человек, воплощающий Его в себе – Аватар, Пророк или Гуру; иногда требуется и принимается и то, и другое. Ибо, отвечая на потребность человеческой души, Божественное может проявиться как в образе божества, так и в образе богочеловека или же просто человека, используя эти грубые одеяния, столь надежно скрывающие Его, чтобы вести человека по пути познания духа.
В ответ на эту потребность души индуистская духовная традиция формирует понятия Ишта-Деваты, Аватара и Гуру. Ишта-Девата, избранное божество, это не какая-то Сила низшего порядка – это имя, образ трансцендентного и универсального Божественного. Практически любая религия имеет в своей основе или использует одно из таких имен или один из таких образов Божественного. Очевидно, что душа человека нуждается в таком образе. Бог – это Всё и больше, чем Всё. Но как человеку постичь то, что больше, чем Всё? Поначалу ему не под силу охватить даже и Всё, так как он сам, в своем активном сознании, является ограниченной и обособленной формацией и может открыться лишь тому, что имеет соответствие с его ограниченной природой. Между тем, Всё включает в себя и то, что превосходит понимание человека или кажется слишком ужасным его эмоциональному существу и приводит в смятение его чувства. Или же он просто не может представить себе такое Божественное, не может приблизиться к Нему или не может признать Его, если это нечто, что выходит за пределы его невежественных или ограниченных представлений. Ему нужно увидеть Бога в знакомом образе: либо в образе человека, либо как что-то, превосходящее человека, но соответствующее его представлениям о высочайшем и доступное восприятию его чувствами или его пониманием. Иначе ему будет трудно войти в соприкосновение и единение с Божественным.
Но даже тогда он нуждается в человеческом посреднике, чтобы иметь возможность почувствовать Божественное в чем-то близком его человеческой природе, ощутить Его влияние и последовать Его примеру в образе человека. Отвечая на эту потребность, Божественное воплощается в человеческом теле и приходит как Аватар, Воплощение Божественного – Кришна, Христос, Будда. Или же, если и в этом облике человеку трудно распознать Божественное, Оно проявляет себя, используя менее чудесного посредника: Пророка или Учителя, – поскольку многие из тех, кто не может постичь или допустить существования Божественного Человека, готовы открыться высокодуховному человеку, считая его не воплощением Бога, а учителем мира или представителем Божественного на Земле.
Но и этого недостаточно: необходимы личный пример, непосредственное влияние и наставления живого учителя – так как лишь немногим удается черпать действенную силу в образе и духовном примере Учителей и Аватаров прошлого и распространять их учение на собственную жизнь. В ответ на эту потребность индуистская традиция устанавливает отношения Гуру – ученика. Иногда Гуру может быть Воплощением Божественного или Учителем мира, но достаточно уже, если он является для ученика образцом божественной мудрости, если он может передать ему некое знание божественного идеала или помочь почувствовать, что такое настоящая связь человеческой души с Вечным.
Садхак интегральной Йоги использует все эти вспомогательные средства в соответствии со своей собственной природой; но он должен преодолевать присущие им ограничения и отвергать притязания на исключительность, свойственные эгоистическому уму, который твердит: «Мой Бог, мой Аватар, мой Пророк, мой Гуру», – и, одержимый духом сектантства и фанатизма, противопоставляет свой идеал всем остальным. Любые проявления сектантства и фанатизма должны быть исключены, поскольку они несовместимы с интегральной реализацией Божественного.
Наоборот, садхак интегральной Йоги не будет удовлетворен до тех пор, пока в его личном представлении о Божественном не найдется места всем остальным именам и образам Божества, пока не увидит своего Бога, Ишта-Девату, во всех иных Богах и не поймет, что все Аватары – это проявления Единого, Того, кто нисходит во всякого Аватара, пока не объединит все истины всех учений в единой гармонии Вечной Мудрости.
Он не должен также забывать, что все эти внешние вспомогательные средства служат единственной цели: пробудить его душу к осознанию Божественного, пребывающего в нем. Если это не сделано, ничего, в конечном счете, не сделано. Недостаточно поклоняться Кришне, Христу или Будде, если это поклонение не сопровождается открытием и формированием природы Будды, Христа или Кришны в себе самом. То же самое касается и всех других вспомогательных средств – все они предназначены для одной цели: каждое из них служит мостом между состоянием неведения, в котором пребывает обычный человек, и состоянием осознанного единения с Божественным, присутствующим в нем.
Учитель интегральной Йоги следует в своей работе, насколько это возможно, методу нашего внутреннего Учителя. Он ведет ученика согласно природе самого ученика. Наставление, личный пример и непосредственное влияние на ученика – вот три инструмента Гуру. Но мудрый Учитель не стремится навязать ученику свою волю или свои взгляды, пользуясь пассивностью его воспринимающего ума; он лишь пытается посеять в душе ученика семена полезного и истинного, всходы которых под неусыпной божественной опекой принесут щедрый урожай. Он стремится, скорее, пробуждать, нежели поучать; он помогает ученику раскрывать свои способности и обогащать свой внутренний опыт в процессе естественного и свободного развития своего существа. Он предлагает ученику тот или иной метод лишь в качестве вспомогательного средства, полезной рекомендации, а не как строгую дисциплину или неизменное правило, которому нужно неукоснительно следовать. И он внимательно следит за тем, чтобы средства, помогающие внутреннему развитию, не превращались в ограничения, чтобы практика йоги не стала чисто механическим процессом. Вся его работа заключается в том, чтобы пробудить источник божественного света в душе ученика и привести в действие божественную силу, инструментом, воплощением или проводником которой является сам Учитель.
Живой пример гораздо действеннее любых поучений, но не поведение и не характер Учителя играют здесь главную роль. Они тоже имеют свое место и свое значение, но наибольшую важность для пробуждения огня стремления в сердцах других людей имеет тот решающий факт, что Учитель обладает божественной реализацией, которая определяет всю его жизнь, внутреннее состояние и все его действия. Это является главным и универсальным признаком духовного Учителя, все же остальные относятся к особенностям его личности и зависят от жизненных обстоятельств. Именно эту динамическую божественную реализацию садхак должен почувствовать в Учителе и воспроизвести в себе самом, учитывая особенности собственной природы. Ему не нужно стараться внешне подражать Учителю, что может, скорее, сделать бесплодными его усилия, чем принести истинные и естественные плоды.
Еще важнее, чем пример, – личное влияние Учителя. Влияние – это не просто авторитет Учителя в глазах ученика, но сила его воздействия на ученика благодаря внутренней связи, его присутствию, благодаря соприкосновению его души с душой ученика, которой он передает, даже в безмолвии, то, чем он сам является и чем обладает. Это, воистину, признак настоящего Мастера. Ибо величайший Мастер – не столько Учитель, сколько Присутствие, которое изливает божественное сознание и присущие ему свет, силу, чистоту и блаженство на всех окружающих, готовых воспринять их.
И еще одним признаком учителя интегральной Йоги является то, что он не станет присваивать звания Гуру, действуя в свойственном человеческому эго духе самовозвеличивания и тщеславия. Его работа, если она у него есть, доверена ему свыше, а сам он – лишь канал, сосуд или представитель Божественного. Он – человек, помогающий своим братьям, дитя, ведущее других детей, Свет, зажигающий свет в своих ближних, пробужденная Душа, пробуждающая другие души, и прежде всего – Сила или Присутствие Божественного, призывающее к себе другие силы Божественного.
Садхак, в чьем распоряжении есть все эти средства, уверен в своей победе. Даже падение становится для него лишь средством нового возвышения, а смерть – переходом на пути к высшей цели; ибо как только он встал на путь йоги, рождение и смерть становятся лишь стадиями процесса развития его существа и этапами его духовного восхождения.
Время – это последний способствующий фактор, необходимый для успешного движения по пути йоги. По отношению к нашим человеческим усилиям Время может выступать в качестве врага или друга, в качестве препятствия, способствующего фактора или средства осуществления. Но в действительности Время всегда – средство реализации души.
Время – это арена обстоятельств и сил, которые взаимодействуют, образуя некоторую суммарную последовательность, и Время служит мерой этого процесса. Для эго Время – тиран и препятствие, для Божественного – средство достижения цели. Поэтому до тех пор, пока наши усилия исходят от индивидуального «я», Время кажется нам препятствием, поскольку выражает собой всё сопротивление противостоящих нам сил. Когда индивидуальные усилия сочетаются в нашем сознании с действием божественной Силы, Время предстает для нас как необходимое средство и условие работы. Когда же эти два способа действия становятся едины, оно предстает для нас слугой и инструментом.
Садхак, чье отношение ко Времени безупречно, обладает бесконечным терпением, словно у него в запасе вечность для достижения своей цели, и, вместе с тем, действует, вкладывая всю свою энергию, чтобы достичь реализации здесь и сейчас. Неустанно совершенствуя свое мастерство и ускоряя движение вперед, однажды он удостаивается чудесного дара мгновенной божественной Трансформации.
Глава II. Самопосвящение
Йога по природе своей – это всегда рождение заново, это переход человека из состояния, присущего заурядной ментализированной материальной жизни, в более высокое духовное сознание и более великое, божественное состояние бытия. Никакая йога не может быть предпринята или быть успешной, если в человеке не пробудится настоятельная потребность в более высокой духовной жизни. Душа, призванная к такому глубокому и обширному преобразованию, может прийти к поворотному пункту в своей жизни разными путями. Она может прийти к нему в процессе естественного развития, бессознательно следуя к собственному пробуждению; она может достичь его под влиянием того или иного вероучения или философской системы; она может приблизиться к нему по мере постепенного прояснения сознания или же вдруг осознав свое предназначение в результате неожиданного прикосновения свыше или потрясения; она может направляться к нему под давлением жизненных обстоятельств или повинуясь собственной внутренней потребности, может быть разбужена одним-единственным словом, разрушающим оковы ума, или благодаря долгим размышлениям, благодаря примеру далекого основоположника традиции или непосредственному, каждодневному контакту с живым учителем. Пробуждающий зов придет в соответствии с особенностями индивидуальной природы и конкретными обстоятельствами.
Но каким бы способом ни пришел этот зов, за ним должно последовать твердое решение ума и воли и, как результат, – полное и действенное посвящение себя Божественному. Принятие новой духовной идеи-силы и устремленность всего существа к высшему, внутреннее просветление, духовное обращение или преобразование, поддерживаемое настойчивостью воли и жаждой сердца, – таков решающий шаг, содержащий в зародыше все будущие плоды йоги. Сама по себе идея или интеллектуальный поиск чего-то более высокого, запредельного, сколь бы ни был силен интерес ума, не дадут никаких практических результатов до тех пор, пока не будут подхвачены сердцем и волей и достижение Божественного не станет единственной желанной целью и единственным достойным свершением. Ибо истину Духа нужно не просто осмыслить, но воплотить в жизнь, а для этого необходимо сосредоточение всего существа на одной-единственной цели. Преобразование, на которое направлена йога, столь глобально, что его невозможно осуществить, опираясь на фрагментарную волю, на малую долю энергии или на колеблющийся ум. Тот, кто ищет Божественное, должен посвятить себя Богу и только Богу.
Если изменение происходит внезапно и необратимо благодаря всепобеждающему божественному вмешательству, то никаких существенных или продолжительных трудностей больше не будет. Вслед за прозрением или одновременно с ним приходит выбор, а за выбором следует самопосвящение. Мы уже следуем по пути йоги – пусть даже поначалу кажется, что мы бредем неизвестно куда, а сам путь едва различим и цель его не вполне ясна. Тайный Учитель, внутренний Гуру уже приступил к работе, пусть даже он пока не проявил себя открыто или не предстал воплощенным в конкретной человеческой личности – своем представителе. Какие бы трудности и сомнения не поджидали нас на пути, они не могут, в конечном счете, противостоять силе того переживания, которое изменило течение всей нашей жизни. Однажды завладев нами, внутренний зов уже не покинет нас; то, что уже родилось в глубинах нашего существа, рано или поздно проявится во всей полноте. Даже если поначалу в силу обстоятельств нам не удается твердо и неуклонно продолжать свой поиск или совершить полное самопосвящение Божественному во всех своих действиях, наш разум уже покорен этой идеей, и он настойчиво стремится осуществить ее, предпринимая всё новые и новые попытки и достигая всё более значительного продвижения на пути к своей главной цели. В нашем внутреннем существе пробуждается неудержимое стремление, перед которым любые обстоятельства оказываются, в конце концов, бессильны, и никакие слабости нашей природы не могут долго служить препятствием.
Но не всегда всё начинается именно так. Нередко садхак продвигается вперед медленно и постепенно, так что между первым устремлением ума и полным согласием всей природы участвовать в восхождении к Божественному пролегает долгий путь. Поначалу может возникнуть живой интеллектуальный интерес, горячая увлеченность идеей или какой-либо несовершенной формой практики. Или же это может быть усилие не всей, но какой-то части природы, решение или обращение к цели, обусловленное интеллектуальным влиянием извне или продиктованное личным уважением и преклонением перед кем-то, кто посвятил себя Высочайшему. В таких случаях обычно необходим период длительной подготовки, прежде чем самопосвящение станет окончательным и бесповоротным – а иногда этого может и не произойти. Бывает так, что садхак достигает определенного прогресса, прилагает серьезные усилия, даже добивается значительного очищения и получает множество йогических переживаний (но не главных или высших), однако в результате оказывается, что либо вся жизнь потрачена на приготовления к духовной жизни, либо достигнута лишь та или иная промежуточная стадия, и ум, движимый недостаточной побудительной силой, останавливается на достигнутом, смирившись с пределами возможного для себя. Бывает даже, что садхак падает с достигнутого им уровня сознания и возвращается к прежней жизни – что на общепринятом языке йоги называется уходом с пути. Причина подобного падения – в том, что где-то в самой сердцевине духовного поиска кроется изъян. Несмотря на живой интеллектуальный интерес, на горячую увлеченность сердца, на активные и настойчивые усилия воли, природа в целом не охвачена стремлением к Божественному. Она лишь смиряется с этим интересом, этой увлеченностью и этими усилиями. В таком случае можно говорить лишь о попытке, возможно даже, очень энергичной попытке, но не о полной самоотдаче, чтобы удовлетворить непреодолимую потребность души или служить осуществлению непреходящего идеала. Даже такая несовершенная йога не будет напрасной, ибо ни одно усилие к духовному восхождению не пропадает даром. Пусть даже в настоящий момент наши усилия не увенчались успехом или привели к достижению лишь подготовительной стадии или предварительной реализации, тем не менее, они определили будущее нашей души.
Но если мы хотим в полной мере использовать ту возможность, которую предоставляет нам эта жизнь, если мы хотим должным образом откликнуться на услышанный нами зов и достичь увиденной нами цели, а не просто сделать несколько шагов в ее направлении, тогда нам необходимо полностью посвятить себя избранному пути. Секрет успеха в йоге заключается в том, чтобы рассматривать ее не как одну из целей своей жизни, но как саму жизнь.
И поскольку йога, по сути, является переходом от заурядного материального и животного существования, свойственного большинству людей, или от более ментального, но всё же ограниченного образа жизни, который избирают немногие, к более великой духовной жизни, к божественному состоянию бытия, каждая составляющая наших энергий, отданная низшему существованию и действующая в духе этого существования, вступает в противоречие с нашей высшей целью и нашим самопосвящением. Вместе с тем, любая энергия, любая деятельность, которые мы смогли отвоевать у низшего и поставить на службу высшему, в такой же мере ослабляют могущество сил, противостоящих нашему прогрессу, и способствуют нашему движению вперед. Преобразование должно быть всеобъемлющим, и именно в этом причина всех трудностей и преткновений на пути йоги. Ибо вся наша природа и все окружение, наше индивидуальное и наше универсальное «я» полны привычек и влияний, препятствующих нашему новому духовному рождению и нашим усилиям всецело сосредоточиться на достижении одной цели. В определенном смысле, мы – не что иное, как сложная совокупность ментальных, нервных и физических привычек, удерживаемых вместе несколькими господствующими идеями, желаниями и ассоциациями, – сочетание множества мелких самоповторяющихся сил с несколькими преобладающими вибрациями. Цель же нашей йоги – не больше и не меньше, как разрушение всей совокупной формации нашего прошлого и настоящего, которая и образует обычного материального и ментального человека, и создание в самих себе нового центра видения и нового универсума жизнедеятельности, которые станут основой сверхчеловеческой природы и образуют человека божественного.
Первоочередная задача здесь – разрушить эгоцентрическую позицию ума, заставляющую его сосредотачиваться исключительно на собственном развитии, удовлетворении собственных желаний, собственных внешних интересах старого порядка. Нужно заменить эту поверхностную ориентацию более глубокой верой и видением, благодаря которым человек повсюду видит одно лишь Божественное и ищет одного лишь Божественного. Следующий необходимый шаг – научить всё наше низшее существо открываться этой новой вере и более широкому видению. Вся наша природа должна совершить интегральную самоотдачу; каждое мгновение в каждой своей части и каждом движении она должна отдавать себя тому, что непреобразованному чувственному уму кажется намного менее реальным, чем материальный мир и его объекты. Всё наше существо – душа, ум, чувства, сердце, воля, жизнь, тело – должно посвятить все свои энергии без остатка Божественному, так, чтобы стать совершенным проводником Божественного. Это непростая задача, поскольку всё существующее в этом мире подчиняется устоявшимся привычкам, которые стали для него законом, и противится радикальному изменению. А ведь не может быть более радикального изменения, чем то революционное преобразование, которое стремится осуществить интегральная Йога. Всё, что в нас есть, все составляющие нашего существа нужно постоянно обращать к основополагающей вере в Божественное, к воле, направленной на достижение Божественного и к видению Божественного. При возникновении каждой мысли, каждого импульса необходимо неустанно себе напоминать, что, как гласит Упанишада: «Божественный Брахман есть ТО, а не то, чему здесь поклоняются люди». Необходимо убедить витальное существо полностью отречься от всего, что прежде составляло для него смысл его существования. Ум должен перестать быть умом и озариться светом, нисходящим свыше. Жизнь должна преобразиться в нечто спокойное и необъятное, исполненное силы и могущества, нечто, не имеющее больше ничего общего со своим прежним слепым, алчным и ограниченным «я» и его мелкими желаниями и побуждениями. Даже тело должно подвергнуться трансформации и перестать быть тем ненасытным животным или обременительным земным прахом, каковым оно является сейчас, а вместо этого стать сознательным слугой, светоносным орудием и живой формой духа.
Трудность этой задачи, естественно, привела к поиску простых и эффективных решений; в результате среди религиозных и йогических школ возникла и глубоко укоренилась тенденция к отделению внутренней жизни от жизни мира. Считается, что силы этого мира и их деятельность либо не принадлежат Богу вовсе, либо по какой-то тайной и непонятной причине (то ли Майи, то ли чего-то еще) являются темным противоречием божественной Истине. В отличие от них, силы Истины и их идеальная деятельность принадлежат совершенно иному плану сознания, чем тот, на котором основывается земная жизнь с ее темными, невежественными и извращенными импульсами и силами. При этом сразу же возникает противоречие между светлым и чистым царством Божьим и темным и нечистым царством дьявола. Мы ощущаем непреодолимое разделение между нашим земным рождением, нашей низменной жизнью, и божественным сознанием, духовным и возвышенным. Нас легко убедить в том, что эта жизнь, находящаяся в плену Майи, несовместима со стремлением души, сосредоточенной на чистом бытии Брахмана. И тогда самый простой выход – отвернуться от всего, что принадлежит этому миру, и в едином, безудержном порыве восхождения перейти в другой. Так возникает заманчивый и, на первый взгляд, неизбежный принцип всепоглощающей концентрации на Божественном, который занимает столь важное место в отдельных направлениях йоги. Ведь такая концентрация может через бескомпромиссное отречение от мира привести нас к полному посвящению себя Тому, на ком мы концентрируемся. При этом мы освобождаемся от тяжкой необходимости принуждать все силы и импульсы низшей природы к осознанию новой, более высокой одухотворенной жизни и приучать их служить ее орудиями и средствами выражения. Достаточно того, чтобы уничтожить или усмирить их и сохранить в лучшем случае несколько энергий, необходимых, с одной стороны, для поддержания жизнеспособности тела и, с другой – для единения с Божественным.
Сама цель и идея интегральной Йоги не позволяют нам прибегнуть к этому простому и страстному в своем высочайшем порыве способу восхождения. Стремление к интегральной трансформации не позволяет нам избрать этот кратчайший путь или путешествовать налегке, оставив в стороне бремя своих трудностей. Ибо мы поставили своей целью отвоевать для Бога нас самих и весь мир. Мы решили отдать Ему наше становление, так же как и наше бытие, а не просто преподнести скромное подношение чистого и незамутненного духа тайному Божеству, пребывающему где-то высоко в небесах, или прекратить свое существование, принеся себя в жертву некоему незыблемому Абсолюту. Божественное, которому мы поклоняемся, это не просто некая далекая супракосмическая Реальность, но полускрытое Божество, которое присутствует и находится близко к нам в этой вселенной. Жизнь есть поле божественного Проявления, которое еще не достигло своего высшего осуществления. Именно здесь, в жизни, на земле, в теле, –
Есть еще одно направление в практике обычной йоги, предлагающее свое полезное, но суженное и упрощенное решение, неприемлемое для садхака интегрального пути. В ходе практики йоги нам приходится столкнуться лицом к лицу с чрезвычайной сложностью нашего существа, с вдохновляющей, но и приводящей в замешательство многомерностью нашей личности, с этой неисчерпаемой и хаотичной стихией Природы. Обычному человеку, который живет на поверхностном уровне своего бодрствующего сознания, не ведая о глубинах собственного «я» и обширных пространствах, скрытых покровом внешней природы, его психологическое существование представляется относительно простым и очевидным. Небольшая, но шумная компания желаний, ряд императивных интеллектуальных и эстетических пристрастий, набор вкусов, несколько господствующих или по крайней мере отчетливо выраженных идей в великом потоке бессвязных или едва связных и в подавляющем большинстве тривиальных мыслей, некоторое количество более или менее настоятельных витальных потребностей, физические болезни, сменяющиеся исцелениями, беспорядочная череда радостей и горестей, частые неприятности и невзгоды и лишь редкие случаи высоких и пылких стремлений и взлетов в умственной или физической сфере – и Природа, отчасти при поддержке его ума и воли, отчасти без таковой или вопреки ей, организует всё это, приводя к некоторому грубому практическому равновесию, к некоторому сносному беспорядочному порядку. Таковы составные элементы его существования. Средний человек даже сегодня в своем внутреннем существовании демонстрирует такую же грубость и неразвитость, какие были свойственны внешней жизни первобытного человека. Но как только мы погружаемся вглубь своего существа – а йога предполагает исследование всех многоплановых глубин души, – мы вдруг обнаруживаем себя в огромном и сложном субъективном мире (так же, как когда-то в процессе эволюции человек обнаружил себя в объективном мире), который нам предстоит познать и завоевать.
Более всего мы будем обескуражены, когда увидим, что каждая часть нашего существа – интеллект, воля, чувственный ум, нервное существо или душа желаний[18], сердце, тело – обладает, если так можно выразиться, собственной сложной индивидуальностью и природной организацией, независимой от остальных. Ни одна часть нашего существа не находится в согласии ни с самой собой, ни с другими частями, ни с этим иллюзорным эго, которое является тенью центрального и централизующего «я», образуемой на уровне нашего внешнего невежественного существа. Мы обнаружим, что состоим не из одной, а из множества личностей – каждая со своими запросами, со своей отличной от других природой. Наше существо есть лишь грубо организованный хаос, в котором нам предстоит утвердить принцип божественного порядка. Более того, мы обнаружим, что в своем внутреннем мире в не меньшей степени, чем во внешнем мы не одиноки. Видимая обособленность нашего эго была не более чем иллюзией, великим обманом чувств; в действительности мы не отделены от остального мира и не замкнуты в своих внутренних пределах. Наш ум – это механическое устройство, предназначенное для приема, переработки и передачи в измененном виде поступающих в него волн информации; в него постоянно, каждое мгновение, вливается нескончаемым потоком извне множество самых разнообразных вибраций, сверху, снизу – отовсюду. Добрая половина наших мыслей и чувств не принадлежит нам – в том смысле, что они сформировались вне нас; да и вряд ли хотя бы о каких-то внутренних движениях можно с уверенностью сказать, что они берут начало в нашей природе. Значительная их часть поступает к нам от других или из окружающего пространства, иногда как полуфабрикат, иногда как готовый импортируемый продукт. Но еще большая часть приходит из универсальной Природы этого мира или из иных миров и планов и от их существ, сил и влияний; ибо над нами и вокруг нас простираются иные планы сознания, планы разума, планы жизни, планы тонкой материи, которые питают нашу жизнь и деятельность или питаются за их счет, оказывают на них давление, властвуют над ними, используют их для проявления своих форм и сил. Трудность нашего индивидуального освобождения бесконечно возрастает из-за этой сложности нашего существа, из-за его открытости многочисленным планам и подчиненности потокам вселенских энергий. Всё это мы должны обнаружить и исследовать и в итоге – прийти к осознанию скрытой основы нашей природы, а также всей совокупности составляющих ее и движущих ею сил и утвердить в этом хаосе божественный центр, истинную гармонию и светозарный порядок.
Обычные направления йоги используют для работы с этими конфликтующими составными элементами природы простой и прямой метод. Они избирают в качестве единственного средства для достижения Божественного одну из главных психологических сил нашего существа, все же остальные силы и энергии либо приводятся в состояние инертного покоя, либо постепенно иссякают, не получая развития. Так бхакта, овладев эмоциональными силами своего существа, горячими порывами сердца, непрерывно и всецело сосредоточен на Божественной любви, поглощенный одним-единственным стремлением, подобным языку пламени, неизменно поднимающемуся в небо. Он безучастен к умственной деятельности, не обращает внимания на докучающий интеллект, его не заботит свойственная разуму жажда знания. Всё необходимое ему знание – это его вера и воодушевление, которое переполняет сердце в состоянии единения с Божественным. Любое побуждение к действию кажется ему бессмысленным и бесполезным, если оно не связано непосредственно с почитанием Возлюбленного и служением в Его храме. Человек Знания, добровольно ограничивающий свой интерес силой и деятельностью различающего ума, находит освобождение в самоуглублении и самоисследовании ума. Он сосредоточивается на идее истинного «Я», при помощи тонкого внутреннего различения обнаруживает безмолвное присутствие этого «Я» среди затмевающей его активности Природы и через концентрацию на этой идее, определяющей его восприятие, обретает конкретный духовный опыт. Он безразличен к игре эмоций, глух к ненасытному зову страсти, закрыт для разнообразных видов активности Жизни – и чем большего благословения он удостаивается, тем быстрее они оставляют его и он получает освобождение, пребывая в состоянии неподвижного внутреннего покоя и безмолвия, вечного недеяния. Тело для него – камень преткновения, витальные функции – враги; если нужды витального существа удается свести к минимуму, это для него – великая удача. От бесконечных трудностей, приходящих из окружающего мира, можно отгородиться, используя надежную защиту внешнего физического и внутреннего уединения; укрывшись за стеной внутреннего безмолвия, он остается бесстрастным и отстраненным по отношению к миру и к другим людям. Пребывать наедине с собой или с Божественным, удалиться от мира, чтобы общаться только с Богом и преданными Ему собратьями, сконцентрировать все усилия ума исключительно на познании высшего «Я» и все стремления сердца на всепоглощающей жажде Божественного – такова основная тенденция этих направлений йоги. Проблема решается исключением всех трудностей, кроме одной центральной, для преодоления которой избирается единственная движущая сила; среди разрозненных голосов и призывов нашей природы принцип такой «исключающей концентрации» становится для нас эффективным средством освобождения.
Но для садхака интегральной Йоги такое внутреннее или внешнее уединение может быть лишь временной необходимостью или этапом на его духовном пути. Принимая жизнь, он должен нести не только собственное бремя, но и значительную часть бремени мира в дополнение к своей и без того нелегкой ноше. Поэтому его йога, как никакая другая, сравнима с битвой; однако это не только индивидуальная битва, это коллективное сражение, разворачивающееся на огромной территории. Он должен не только одержать победу над силами эгоистической лжи и беспорядка в самом себе, но и победить их в их вселенской ипостаси – в качестве представителей могущественных враждебных сил мироздания. Этот универсальный масштаб придает им гораздо больше сил для упорного сопротивления, способность воскресать вновь и вновь – почти до бесконечности. Часто он обнаруживает, что даже после того, как одержана очевидная победа в его собственной индивидуальной битве, он, тем не менее, должен снова и снова вести борьбу за победу в этой, кажется, нескончаемой битве, поскольку его внутреннее существование настолько расширилось, что оно не только включает в себя его собственное существо с его четко определенными потребностями и переживаниями, но и пребывает в единстве с жизнью других существ, ибо он заключает в себе весь универсум.
Для искателя интегральной реализации недопустимо также слишком произвольное разрешение конфликта между различными внутренними составляющими собственного существа. Ему нужно достичь гармонии между знанием здравомыслящего рассудка и безусловной верой; ему нужно примирить нежную душу любви и грозную необходимость силы; нужно соединить в одно целое пассивность души, живущей умиротворенно в трансцендентном покое, и активность божественного посланника и воина. Ему, как и всем искателям духа, предложено разрешить противоречия разума, избавиться от цепкой хватки чувств, утихомирить эмоциональные бури, обезвредить ловушки желаний, преодолеть оковы физического тела. Но он должен улаживать их взаимные внутренние конфликты, а также устранять препятствия, которые они создают на пути к его цели, в ином духе, ибо ему предстоит достичь бесконечно более сложного совершенства в искусстве управления всеми этими мятежными элементами. Принимая их все как средства достижения божественной реализации и божественного проявления, он должен настроить их нестройное звучание на божественный лад, озарить их непроницаемый мрак, преобразовать их, каждый в отдельности и все вместе, установить всеохватывающую гармонию в каждом из них и между ними всеми – не пренебрегая ни одной крупицей, ни одной струной или вибрацией, не оставляя ни единого атома несовершенства ни в одной части своего существа. Концентрация, охватывающая лишь одну из частей нашего существа или даже несколько его частей одну за другой, может рассматриваться в его сложной, комплексной работе лишь как временная полезная мера, и от нее нужно отказаться, как только она утратит свою пользу. Концентрация, охватывающая всё его существо, всю жизнь – вот та великая задача, которую ему предстоит осуществить.
Концентрация, на самом деле, является первым условием любой йоги, а всеобъемлющая, интегральная концентрация является самой сутью интегральной Йоги. Несомненно, твердая фиксация мыслей, эмоций или воли на отдельных идеях, объектах, состояниях, внутренних движениях или принципах часто бывают необходимы и здесь, но лишь в качестве вспомогательного средства. В этой йоге требуется более масштабное усилие: необходима тотальная, всеобъемлющая открытость, гармоничная концентрация всего существа и всех его энергий на Едином, которое есть всё сущее, – без такого усилия эта йога не может достичь своей цели. Ибо мы стремимся к сознанию, которое неизменно пребывает в Едином и в то же время активно действует в мире; именно такое сознание мы хотим утвердить в каждом элементе нашего существа и в каждом движении нашей природы. Эта всесторонне открытая, всеохватывающая концентрация всего существа на Божественном является сутью садханы [интегральной Йоги], а ее суть должна определять ее практические методы.
Но хотя концентрация всего существа на Божественном и составляет основу этой йоги, наше существо все же слишком сложно устроено, чтобы им можно было овладеть легко и сразу, – это всё равно что ухватить мир обеими руками и обратить его весь, целиком и полностью, к единой цели. Человеку, стремящемуся превзойти себя, выйти за пределы своего ограниченного сознания, вначале обычно приходится найти некую особую пружину, действенный рычаг в сложном механизме, который представляет собой его природа. Именно эту пружину или рычаг он использует чаще других, чтобы привести в движение весь механизм и заставить его работать для достижения поставленной цели. А его выбор всегда направляет сама Природа. Но в данном случае это должна быть Природа в наиболее высоких и широких проявлениях своей активности в нем, а не в низших и ограниченных ее движениях. На уровне низшей витальной активности самым действенным рычагом Природы является желание; но главная отличительная особенность человека состоит в том, что он – ментальное существо, а не просто витальное животное. Точно так же, как он использует свой мыслящий разум и волю для того, чтобы контролировать и сдерживать витальные импульсы, он может привести в действие еще более высокий озаренный разум, вдохновляемый его глубинной душой, психическим существом, и заменить этими двумя более могущественными и чистыми движущими силами доминировавшую ранее витально-чувственную силу, которую мы называем желанием. Он может полностью подчинить желание и преподнести его для преобразования божественному Владыке. Этот возвышенный разум и эта глубинная душа, психический элемент в человеке, – это те два рычага, с помощью которых Божественное может овладеть его природой.
Высший разум в человеке есть нечто иное, более чистое, широкое и могущественное, чем интеллектуальный или логический ум. Животное – это витально-чувственное существо; человек, по общему мнению, отличается от животного тем, что он обладает интеллектом. Но это очень упрощенный и очень несовершенный взгляд, который вводит нас в заблуждение. Ибо интеллект – это лишь инструмент, обладающий специфическими и очень ограниченными функциями, связанными с практической жизнью, а источником его деятельности является нечто неизмеримо более великое, чем он сам, сила, пребывающая в более светлом и свободном, безграничном эфире. Истинное и высшее предназначение нашего наблюдающего, рассуждающего, исследующего и оценивающего интеллекта (в отличие от выполняемых им сиюминутных и промежуточных задач) состоит в том, чтобы подготовить человека к правильному восприятию и неискаженному проявлению действия Света свыше, который должен постепенно заменить в нем сумеречный низший свет, управляющий животным. Животное также обладает рудиментарным рассудком, неким подобием мысли, душой, волей и остро переживаемыми эмоциями; его психология, пусть и менее развитая, принципиально ничем не отличается от психологии человека. Но в животном все эти способности подчиняются жесткому автоматизму и строго ограничены, почти полностью обусловлены низшим нервным существом. Все восприятия, ощущения и действия животного управляются нервно-витальными инстинктами, нуждами и потребностями, которые связаны с витальными желаниями и импульсами. Человек тоже подвержен этому автоматизму витальной природы, но в меньшей степени. Человек может привнести в сложную работу, направленную на саморазвитие, просветленную волю, просветленную мысль и просветленные эмоции; он может всё больше и больше подчинять этим более сознательным и разумным руководящим силам низшую функцию желания. И в той степени, в какой ему удается таким образом контролировать и озарять светом знания свое низшее «я», он уже больше не животное, а человек. Когда же он может начать полностью замещать желание более высокими, озаренными мыслями, видением и волей, пребывающими в контакте с Бесконечным, сознательно подчиняющимися более высокой, чем его собственная, божественной воле, связанными с более масштабным, универсальным и трансцендентным знанием, он вступает на путь, ведущий ввысь, к сверхчеловеку. Он начинает свое восхождение к Божественному.
Таким образом, мы должны сосредоточить свое сознание прежде всего на уровне высшего разума и его мысли, света и воли или во внутреннем сердце и его глубочайших чувствах и эмоциях – в любом из этих центров или, если удастся, в обоих сразу – и использовать их как рычаг для того, чтобы возвысить всю свою природу к Божественному. Концентрация просветленных ума, воли и сердца, устремленных все вместе к единой и грандиозной цели нашего познания, единому светоносному и беспредельному источнику наших действий, единому и непреходящему объекту наших эмоций есть отправная точка этой йоги. Мы должны направить свои поиски на открытие подлинного источника Света, возрастающего в нас, и Силы, которую мы призываем, чтобы она управляла нашим существом. Нашей единственной целью должно быть само Божественное, к которому осознанно или неосознанно вечно стремится нечто в нашей сокровенной природе. Необходима объемная, всесторонняя и вместе с тем целенаправленная концентрация ума на идее, восприятии, видении, пробуждающем прикосновении единого Божественного и реализации Божественного нашей душой. Необходима пламенная концентрация сердца на Всеедином и Вечном и, когда мы наконец обнаруживаем его, глубокое погружение и переживание состояния высшего экстаза и единения с Тем, кто есть высшая Красота и Блаженство. Необходима твердая, непоколебимая концентрация воли на достижении и полной реализации всего, что есть Божественное, и свободная, пластичная открытость всему, что оно намерено проявить в нас. Таков триединый путь нашей йоги.
Но как же можно концентрироваться на том, что нам еще не известно? И, тем не менее, нам не удастся познать Божественное, пока мы не сможем достичь этой концентрации своего существа на нем. Концентрация, которая завершается живой реализацией и постоянным ощущением божественного Присутствия, присутствия Единого в нас самих и во всем, что мы осознаем, – вот что в йоге подразумевается под словом «знание» и поиском знания. Недостаточно, прибегая к чтению Писаний или напряженным философским раздумьям, посвятить себя интеллектуальному постижению Божественного; ибо в итоге наших длительных ментальных усилий мы, возможно, познаем всё, что сказано о Вечном, постигнем всё мыслимое о Бесконечном и всё же не будем знать о нем ничего. Конечно, такая интеллектуальная подготовка может стать первым этапом интенсивной йоги, но она не является неизбежной: эта ступень не является обязательной для всех и не все должны ее проходить. Йога была бы недоступна, исключая лишь немногих, если бы ее необходимым условием или обязательным подготовительным этапом была интеллектуальная форма знания, приобретаемого с помощью умозрительных рассуждений Разума. Зов, исходящий из души, и достаточно интенсивная поддержка со стороны разума – вот всё, что от нас требуется, чтобы Свет, пребывающий над нами, мог начать в нас свою работу. Эта поддержка может быть достигнута настойчивым сосредоточением ума на идее Божественного, соответствующей волей в динамических частях существа, стремлением, верой, потребностью сердца. Любой из этих элементов может играть ведущую роль или преобладать, если они не могут действовать в унисон или в едином ритме. На первых порах идея может быть и неизбежно бывает неадекватной; стремление – узким и несовершенным, вера – мало просветленной и даже (если она не стоит прочно на твердыне знания) шаткой, неустойчивой, подверженной колебаниям и сомнениям; часто она даже может угаснуть совсем, и требуется немало усилий, чтобы, словно факел на ветру, зажечь ее снова. Но если однажды где-то глубоко внутри нас утверждается необратимое самопосвящение, если мы пробуждаемся и внимаем зову души, то эти неадекватные инструменты становятся пригодными для божественной работы. Вот почему мудрецы всегда были против того, чтобы хотя бы как-то ограничивать пути, ведущие человека к Богу; они не хотят закрывать перед ним даже малейшую возможность: даже самая узкая дверь, самые темные и скрытые закоулки, самые извилистые и неприметные тропы могут служить средством приближения к Божественному. Любое имя, любая форма, любой символ, любое подношение считались действенными, если они сопровождались самопосвящением; ибо в сердце ищущего Божественное осознает себя и приемлет жертву.
Но всё же чем величественнее и шире движущая идея-сила, стоящая за самопосвящением, тем лучше для искателя, тем богаче и многограннее будет его реализация. Если мы хотим следовать интегральной Йоге, мы должны опираться на интегральную идею Божественного. Нужно обладать достаточно широким стремлением в сердце, чтобы достичь ничем не ограниченной реализации. Мы должны избегать не только узких религиозно-сектантских взглядов, но и односторонних философских концепций, пытающихся заключить Невыразимое в жесткие рамки той или иной ментальной формулы. Наилучшей динамической концепцией или побудительным мотивом для того, чтобы начать практику интегральной Йоги, была бы, естественно, идея или ощущение сознательного Бесконечного, объемлющего всё сущее и всё превосходящего. Наш взгляд должен быть устремлен к свободному, всемогущему, совершенному и блаженному Единому и Единству, в котором движутся и живут все существа и в котором все могут встретиться и стать едиными. Это Вечное, когда оно открывается и прикасается к душе, предстает в личной и безличной форме одновременно. Оно обладает личностью, поскольку оно есть сознательное Божественное, бесконечное «Я», созерцающее собственные отражения в мириадах отдельных осколков – божественных и небожественных «я» мироздания. Оно безлично, поскольку предстает для нас как бесконечное Бытие, Сознание и Ананда и поскольку оно есть источник, основа и сущность всех существований и энергий – изначальная субстанция нашего бытия, ума, жизни и тела, нашего духа и нашей материи. Сосредоточивая на нем наш ум, мы должны не просто интеллектуально понять, что оно существует, постичь его как нечто абстрактное, логически неизбежное, – наш ум должен прозреть и увидеть его здесь, в этом мире, скрыто пребывающим во всех созданиях, осознать его в нас самих, наблюдать и использовать движения его сил. Оно есть единое Бытие – оно есть изначальное и универсальное Блаженство, которое лежит в основе всего сущего и превосходит всё сущее, – Оно есть единое бесконечное Сознание, которое порождает все сознания и вдохновляет всю их деятельность. Оно есть единое безграничное Существо, которое осуществляет все действия и принимает все их последствия; его воля направляет эволюцию всего сущего к некой пока еще недостигнутой, но неизбежной цели и полноте. Сердце может посвятить себя ему, устремиться к нему как к высочайшему Возлюбленному, наполниться его присутствием, жить им, познавая его как универсальную сладость Любви, как живой океан Наслаждения. Ибо ему принадлежит тайная Радость, которая поддерживает душу во всех ее переживаниях, поддерживает даже заблудшее эго в его испытаниях и трудностях, пока все горести и страдания однажды не исчезнут навсегда. Ему принадлежат Любовь и Блаженство бесконечного божественного Любящего, который мириадами путей ведет всё сущее к своему счастливому единству. На нем непоколебимо может сосредоточиться Воля, как на незримой Силе, которая направляет ее и воплощает в жизнь, и как на источнике ее могущества. В своем безличном аспекте, это побуждающее Могущество есть светоносная Сила, которая содержит в себе все результаты и спокойно работает над их осуществлением; в аспекте личностном – это всеведущий и всемогущий Владыка Йоги, которому ничто не в силах помешать достичь своей цели. Именно с такой верой должен ищущий отправиться в путь и начать свой духовный поиск; ибо во всех своих усилиях в этом мире и особенно в своем стремлении к Незримому ментальный человек должен волей-неволей руководствоваться верой. Когда будет достигнута духовная реализация, вера, обретя свое божественное воплощение и исполнение, превратится в негасимое пламя знания.
В любом нашем усилии, направленном к духовному восхождению, вначале, естественно, присутствует низший элемент желания. Ибо того, что просветленная воля видит как свою главную цель и к чему стремится как к своему высшему завоеванию, того, что для сердца является единственно важной ценностью, способной дать ему высшее наслаждение, – та часть нашего существа, которая чувствует себя ограниченной и встречающей противодействие и в силу своей ограниченности постоянно с чем-то борется и чего-то жаждет, будет добиваться с беспокойной страстью эгоистического желания. Эта неутолимая сила жизни или душа желаний в нас должна быть, прежде всего, принята, но только для того, чтобы мы могли ее трансформировать. С самого начала мы должны научить ее отвергать любые другие желания и жаждать одного лишь Божественного. Добившись успеха в этом ключевом вопросе, необходимо научить ее желать что-то не ради собственного блага, но ради Бога в мире и Божественного в нас самих. Душа желаний должна быть сосредоточена не на личном духовном завоевании, хотя мы можем быть уверены во всех возможных духовных завоеваниях, но на осуществлении великой работы как в нас самих, так и во всех остальных, на высочайшем грядущем проявлении, которое станет блистательным воплощением Божественного в мире, на Истине, которую предстоит найти, пережить на собственном опыте и навсегда утвердить на троне жизни. И наконец, что труднее всего для нее, труднее, чем стремиться с правильными побудительными мотивами, она должна научиться стремиться правильным образом; ибо она должна следовать не собственным эгоистическим прихотям, но желаниям Божественного. Она должна перестать настаивать на своем собственном способе достижения духовной реализации, на своей мечте об обладании, на своем представлении о правильном и желательном, как это свойственно сильной эгоистической воле; она должна направить все свои силы на исполнение более великой и всеобъемлющей Воли и согласиться подчиняться менее пристрастному и менее невежественному руководству. Подчиненное подобным образом, Желание, этот великий нарушитель человеческого покоя, причина всех трудностей и ошибок, будет готово к трансформации, в результате которой оно превратится в свой божественный прообраз. Ибо и желание, и страсть также имеют свои божественные формы; существует чистый экстаз души, стремящейся превзойти все пристрастия и страдания; существует Воля Ананды – сиятельная владычица высшей благодати.
Если однажды три главных инструмента: ум, сердце и воля – овладевают объектом концентрации и подчиняют себя его власти (а осуществить это в полной мере становится возможным только после того, как душа желаний в нас признает Божественный Закон), то у нас появляется реальная возможность достичь совершенства ума, жизни и тела в нашей преобразованной природе. Это совершенство будет достигнуто не для того, чтобы удовлетворить индивидуальные эгоистические требования и желания, а для того, чтобы всё наше существо могло воистину стать храмом Божественного, безупречным инструментом божественной работы. Ибо эта работа может совершаться должным образом, только когда инструмент, достигший полной самоотдачи и совершенства, будет способен действовать без всякого эгоизма – то есть когда устранены личные желания и эгоизм, но не сам освобожденный индивид. Даже после того, как устранено мелкое и ограниченное эго, в нас, тем не менее, сохраняется истинная Духовная Личность, через которую осуществляется божественная Воля, божественный труд и которая воплощает в себе блаженство Бога; а также у нас остается возможность духовного применения достигнутых этой Личностью совершенства и полноты. Тогда наш труд становится божественным и совершается божественным образом; наши ум, жизнь и воля, посвященные Божественному, отныне служат лишь тому, чтобы помочь осуществлению в других и в мире того, что мы сначала обрели в нас самих: совершенного Единства, Любви, Свободы, Силы, Могущества, Великолепия и бессмертной Радости, которые только мы способны проявить в теле – ибо это является подлинной целью путешествия духа на земле.
Отправной точкой йоги должно быть усилие в практике такой всеобъемлющей концентрации или, по крайней мере, твердое намерение идти в этом направлении. От нас требуется постоянная и неослабевающая воля, направленная на то, чтобы достичь посвящения всего нашего существа Всевышнему, полное самопожертвование, охватывающее все многочисленные части нашей природы, Вечному, который есть Всё. Насколько полной и действенной будет наша концентрация на единственно необходимом объекте, исключая все остальные, настолько полным будет наше самопосвящение Единому, который является для нас единственно желанным. Но, в конце концов, это «исключение» не будет в действительности исключать ничего, кроме ложности нашего видения мира и невежественности нашей воли. Ибо наша концентрация на Вечном станет совершенной на уровне разума, когда мы будем не только постоянно видеть Божественное в его сущности и Божественное в нас самих, но также и Божественное во всех вещах, существах и событиях. Она станет совершенной в сердце, когда все эмоции соединятся в тотальной любви к Божественному – Божественному не только в его сущности и ради него самого, но также и в любви к Божественному во всех его существах, силах, ипостасях и формах, имеющихся во вселенной. Она станет совершенной на уровне воли, когда мы будем всегда чувствовать и воспринимать божественное побуждение и принимать только его в качестве нашей единственной движущей силы; но все это будет означать, что искоренив все беспорядочные импульсы эгоистической природы (до последнего мятежного элемента), мы «универсализируем» себя и сможем постоянно и с радостью воспринимать только божественное действие во всем сущем. Таково первое фундаментальное достижение (Siddhi) интегральной Йоги.
Именно это – не меньше того – мы, в конечном счете, имеем в виду, когда говорим об абсолютном самопосвящении человека Божественному. Но такая тотальная полнота посвящения может прийти только в результате постоянного внутреннего развития, когда долгий и трудный процесс трансформации, в результате которой желание исчезает как таковое, по большей части завершен. Совершенное самопосвящение предполагает совершенное самоотречение.
В интегральной Йоге существует два процесса, два периода с переходной стадией между ними: один – процесс самоотречения, другой – его кульминация и следствие. Во время первого человек подготавливает себя к тому, чтобы воспринимать Божественное во всех частях своего существа. В течение всего этого периода ему приходится работать, опираясь на инструменты низшей Природы, но все больше и больше получая помощь свыше. Однако на переходной стадии, завершающей этот процесс, наши личные и по определению невежественные усилия постепенно уменьшаются и замещаются действием высшей Природы; вечная Шакти нисходит в эту ограниченную смертную форму и постепенно овладевает ею и преобразует ее. В течение второго периода высший принцип деятельности полностью замещает низший или первоначальный способ действия, который был прежде необходим; но это становится возможным, только когда наше самопосвящение становится полным. Наша эгоистическая личность не может трансформировать себя и обрести природу Божественного с помощью своей собственной силы, собственной воли или собственного знания, ни благодаря какой-то личной добродетели; всё, что она может сделать, это подготавливать себя к трансформации и всё больше и больше подчинять себя тому, чем она стремится стать. До тех пор, пока в нас существует эго, наша личная деятельность неизбежно будет принадлежать по своей природе низшим уровням существования, оставаясь темной или полупросветленной, ограниченной по своему охвату, крайне малоэффективной по своим возможностям. И если нам всё же предстоит подлинная духовная трансформация, а не просто некоторое просветляющее изменение нашей природы, то мы должны будем призвать Божественную Шакти совершить в нас эту чудесную работу, ибо только она обладает необходимой для этого силой, полновластной, мудрой и безграничной. Но невозможно сразу же полностью заменить индивидуальный человеческий способ действия божественной деятельностью. Сначала необходимо исключить или лишить силы любое влияние снизу, которое может исказить истину высшего принципа деятельности, и это должно произойти в результате нашего собственного свободного выбора. От нас требуется постоянное и настойчивое отвержение импульсов и искажений низшей природы и неуклонная приверженность Истине по мере ее роста в различных частях нашего существа; поскольку для того, чтобы нисходящие в нас и одухотворяющие нас Свет, Чистота и Сила могли постепенно утвердиться и достичь высшего совершенства в нашей природе, мы должны добровольно принять их и упорно отклонять все противоположные, низшие и несовместимые с ними движения нашей природы.
На первой стадии подготовки, в период личных усилий, методом, который нам необходимо использовать, является подобная концентрация всего нашего существа на Божественном, которого мы ищем, и как следствие – постоянное отвержение, удаление,
Поделиться книгой: