-Здесь двойное остекление и толстые, бархатные шторы, - ласково ответил я. - А рядом проходит электричка. Любые вибрации от голоса будут поглощены.

Редько немного расслабился. Я подвёл его к креслу.

-Садитесь. Сегодня в вас чувствуется тревога...

-Потому что я видел одного из них, - хрипло произнёс Редько. - Он проходил по улице и смотрел в окно моей палаты. Это был он. Я видел!

Параноидальная мания преследования составляла заметную часть его болезни.

-Даже если вы не ошиблись, здесь нас никто не услышит, - я придвинул своё кресло поближе. Это безошибочный метод; любой человек воспринимает такой жест как знак доверия. - Расскажите мне о НИХ, Константин Владимирович.

-Я уже рассказывал, - нервно отозвался Редько.

-Но этого мало, - я покачал головой. - Вы описали лишь самые общие факты. Теперь я знаю, что они не люди. Но кто же тогда? Пришельцы?

-Не мелите чепухи! - внезапно вспылил Редько. - Пришельцев на Земле нет и не будет ещё очень долго!

Я серьезно кивнул.

-Да, помнится вы рассказывали что первый контакт произойдет в двадцать пятом веке.

-Две тысячи четыреста десятый год, - нервно отозвался Редько. Семнадцатого ноября сообщат о первом контакте с внеземной формой жизни.

-А вы видели пришельцев? - не удержался я. Редько ответил с таким выражением, словно отмахивался от надоевшего вопроса:

-Видел, конечно. Ящеры двуногие. Зачем вы спрашиваете? Разве вас интересуют пришельцы? - он внезапно встревожился. - Вы не похожи на доктора! Скачете с темы на тему... Так не ведут обследование!

Я с трудом подавил улыбку.

-Мы не психоаналитики, Константин Владимирович. Вас обследует техника, а я лишь поддерживаю разговор...

Как ни странно, упоминание о технике всегда его успокаивало. Вот и сейчас, Редько с заметным облегчением откинулся в кресле.

-Да, я видел вашу установку, - сказал он неожиданно спокойно. - Как она работает?

Я насторожился. Такого осмысленного поведения Редько пока не проявлял.

-Вы не того спрашиваете, Константин Владимирович, - пришлось развести руками. - Я не техник.

-Но должны же вы хоть что-то знать! - он вновь занервничал.

Я поспешно кивнул:

-В общих чертах, да, знаю. На потолке этой комнаты укреплены сенсоры, которые считывают волны вашего мозга. У меня на запястье... - я показал ...есть приборчик, который колет меня током, если вы начинаете нервничать. Таким образом, я сразу определяю темы, которые вас волнуют, и могу задавать более точные вопросы.

Редько презрительно скривил губы.

-Каменный век.

-Чем богаты, тем и рады, - я улыбнулся. - А вы уверены, что прибыли из будущего?

-Я похож на лжеца?! - щуплый телемастер вскинулся, и в его движении была такая МОЩЬ, что я невольно отпрянул. Редько сузил глаза.

-Вы мне не верите, доктор?

-Я такого не говорил, - возразил я. - Но согласитесь, все это очень странно. Вы ведь известный, пожилой человек, у вас есть семья. В вашей анкете написано, где вы родились, где работали...

-Не я! - Редко взмахнул руками. - Это не я! Это всего лишь тело! - он схватил себя за волосы и сильно дернул. - У них не было выбора, пришлось брать первого попавшегося человека!

Браслет ощутимо кольнул меня током. Но я и сам затаил дыхание: в словах больного впервые прозвучал намек на искомую нами информацию. До сегодняшнего дня Редько наотрез отказывался говорить, почему в один прекрасный день он заявил родным, что больше не является человеком.

-Неужто нельзя было подобрать тело получше? - спросил я с легким налетом небрежности. Это сработало.

-Вы... - Редько тигриным движением пригнулся к столу, словно собирался прыгнуть. - Вы знаете, откуда я бежал? Знаете, ЧТО со мной собирались сделать?! Думаете, у меня был выбор? Думаете, я ХОТЕЛ попасть в ваше доисторическое болото?!

-Что же вам угрожало? - спросил я, допустив в голос чуть-чуть заинтересованности.

Редько расслабился, с шумом выдохнул. У него постоянно наблюдались внезапные переходы от агрессии к апатии.

-Вы все равно не поймете...

-Но расскажите, быть может мы вместе найдем выход? - предложил я, тоном давая понять, что ни в какой выход я не верю. Эта, казалась бы, абсурдная стратегия, с Редько еще ни разу не двала осечек.

Так и сейчас, помолчав, он странным движением встряхнулся. Я никогда не видел подобного: казалось, по его телу прошла волна от ног до шеи.

-Что вам рассказать? - бесцветным голосом спросил Редько.

-Кто вы? Откуда бежали?

-Мое имя Ким Фанг Лаар. Я прибыл из будущего.

-Это вы уже говорили, - заметил я. - Но почему, по какой причине вы явились к нам? В такое болото?

-Я был сенатором, - устало опустив голову, начал низенький телемастер. - И я умирал. Вы даже представить не сможете, какие болезни появились за последние четыре века. Вы, здесь, наверно известный доктор, да? - он внезапно дико расхохотался и столь же внезапно оборвал смех. - А у нас вы были бы телебомжем! Не больше!

-Мы говорим о вас, - напомнил я мягко. Редько поник.

-Да, обо мне... - он всхлипнул и перебрал плечами точно как леопард. Я совершил преступление. Но я не хотел умирать! Я хотел жить! Я заслужил это право, ведь я был сенатором, а не жалким телебомжем!

-Вполне законное желание, - согласился я. Редько вскинулся:

-Да-а-а? - прошипел он. - Законное? По закону, меня больше не было! Сенатора Ким Фанга не было! Был дракон Лаар.

Я сильно вздрогнул.

-Дракон?!

-А о чем я вам толкую уже десятый день?! - Редько вспылил.

Я с трудом взял себя в руки:

-Простите. Я слушаю.

-Не слишком-то вы хороший доктор! - язвительно заметил больной. Я сокрушенно опустил голову. Признание превосходства за пациентом очень часто помогает ему расслабиться и сбросить внутрненние барьеры. С Редько мы такого еще не пробовали, и я с опаской ждал результата.

Константин Владимирович помолчал, глядя куда-то в пустоту. Внезапно он рывком - всем телом, будто промышленный робот - обернулся ко мне:

-Вы верите в драконов?

Я на миг запнулся, обдумывая ответ, но Редько меня опередил:

-Не верите. И правильно. Не заслуживают они того. Чтобы люди в них верили.

-Почему же? - спросил я с неподдельным интересом.

-Они убили меня, - спокойно ответил Редько. - Вернее, полагали что убили. Они не знали, что я подсунул им свинью! - он нервно рассмеялся. Меня сейчас ищут по всем измерениям. Там, дома, нового меня, наверное, судят. А мне хвосто... - он запнулся и с ужасом посмотрел мне в лицо. ...Что я сейчас сказал?!

-Что вам хвостом, - напомнил я скромно. Редько отпрянул.

-Опять... - пробормотал он. - Опять из меня лезет этот ящер. Что б ты никогда не рождался!!! - он неожиданно с яростью ударил себя кулаком по лбу. Я вскочил:

-Константин Владимирович! Что вы делаете?!

Редько опомнился.

-Я? - он посмотрел на свою руку, потер лоб. Взглянул на меня и неожиданно улыбнулся совершенно живой, человеческой улыбкой.

-Должно быть, все ваши спецы от меня спятили, - спокойно заметил Редько. - Верно? Держу пари, вам еще не встречался человек с тремя мозгами в одной черепушке.

ВОТ ОНО! Затаив дыхание, я опустился в кресло и подался вперед.

-Три разума? - спросил тихо. - Вы ощущаете себя тремя разными существами?

-Если бы, - с горечью ответил Редько. - Из нас троих только я на что-то годен. Еще один - недоразвитый ящер со своими ящериными проблемами, а третий - жалкий получеловек, этот урод Редько! Все из-за его несносного упрямства!

Я нахмурился.

-Постойте, но ведь...

-Нет, - внезапно больной заговорил скороговоркой, будто спешил все высказать прежде чем ему помешают. - Я сенатор Ким Фанг. Я умирал. Мой разум должны были переписать в тело юного дракона, эти животные не любят даже собственных детенышей. Я не мог позволить им это сделать. Но я не хотел умирать! У меня был выбор - либо жизнь в теле дракона, либо смерть в своем.

Редько поднял водянистые голубые глаза.

-Я разрывался надвое. Жить? Зная, что ценой твоей жизни будет смерть ребенка? Пусть даже драконьего! Я знал нескольких ящеров, их уродует только воспитание, а новорожденный, в правильных руках... Но я не мог умереть. Ведь они все равно убили бы малыша и отдали тело другому человеку, не такому чувствительному. Я хотел жить, и хотел чтобы дракон тоже жил! Так родился план. Я очень богатый человек, знаете, доктор? - бывший телемастер улыбнулся как идиот. - Я мог купить что угодно. Я подкупил всех спецов в драконьем инкубаторе, и они согласились перед записью моего разума в тело детеныша, вначале записать мне в мозг личность драконенка.

Редько вскочил и принялся нервно ходить по комнате. Я наблюдал, не веря своим глазам.

-Это был хороший план, верно? Разум детеныша оставался цел, я оставался жив... Но мне никто не сказал, что после записи ничего не изменится! больной остановился, напряг мышцы и согнулся, будто готовясь поднять штангу. От напряжения у него на лбу проступили жилы.

-Что должно было измениться? - спросил я осторожно.

-Все! - рявкнул Редько. - Я должен был стать драконом! И я стал! Только уже не я! То есть это был я, но не я! Не тот я, который я, а тот я, который он!!!

-Что? - переспросил я ошарашенно.

Редько выпрямился. Он был бледен.

-В палате, где меня держат, есть магнитофон. Вы его видели? Конечно, видели. Знаете, как он работает? Или вы не техник, вас это не интересует?

-Я знаю, как работает магнитофон, - ответил я сдержанно.

-Отлично! - Редько рассмеялся. - Скажите, если у вас есть кассета с редкой записью, и у этой кассеты сломан корпус, что вы сделаете?

-Я перепишу запись на новую кассету.

-Вот! Вот именно! - он кошачьим движением обернулся ко мне и ссутулился, выпятив лопатки. - А что вы потом сделаете со старой кассетой, а, доктор? Вы ее выбросите?

Я медленно кивнул.

-Возможно.

-Конечно, выбросите! - Редько скрипнул зубами. - У вас уже есть новая, здоровая и качественная. Зачем вам старая? Только вот незадача: запись-то на старой кассете так и осталась. У вас теперь ДВЕ записи. Вот оно как, да, доктор?

Я удивленно подался вперед.

-Так для вас ничего не изменилось? Ваш разум... переписали в новое тело, но вы...

-Но я, - с горечью оборвал Редько. - Я так и остался в своем, умирающем тулове, только теперь у меня в голове поселился новорожденный дракончик.

-Ах да, вам ведь записали его личность...

-Именно. Именно, доктор... - Редько передернуло. - Взгляните на меня. Все мои моторики, все инстинкты - больше не человечьи. Я наполовину дракон! Вернее, был наполовину, а теперь на треть...

На таком пациенте можно защищать диссертации.

-Константин Владимирович, но как же вы оказались в прошлом? У нас? спросил я вкрадчиво.

Редько вздрогнул.

-А вы как думаете? - неожиданно огрызнулся он. - По-вашему, я хотел умирать? Это сейчас я знаю, что после перезаписи разума, настоящих носителей умерщвляют, оставляя лишь копии. А тогда я понимал одно - меня обманули! Об инкубаторах в сетях не говорят, знаете ли, доктор! Откуда мне было знать, что после записи тебя убивают?! Это как у вас секс - все о нем знают, но открыто не обсуждают!

Я невольно улыбнулся, и тут до меня дошло, что Редько произнес фразу, которую НЕ МОГ произнести больной. Такое сравнение называется непрямой аналогией Бериньи, и ни один пациент, ни в одной клинике мира, не сказал бы таких слов. Собственно, чаще всего психиатры отличают симулянтов от подлинно больных именно с помощью непрямых аналогий. Скажем, человек симулирует водобоязнь, в панике отбрасывает чашки с кофе и чаем. Ему дают мороженное. Симулянт преспокойно его сьест, в то время как настоящий больной, ощутив на языке влагу, впадает в панику.

-Константин Владимирович, поясните насчет секса... - я осторожно взглянул на зеркало, за которым стоял профессор Капштейн и весь персонал нашей лаборатории. Заметили они или нет? Браслет тут же кольнул меня в запястье: заметили, продолжай. Я обернулся к Редько.

-Что происходит? - нервно спросил тот. - Почему вы смотрите в зеркало?

-Не волнуйтесь, я просто размышляю над вашими словами, - откинувшись в кресле, я демонстративно потер лоб. - Константин Владимирович, а как вы... Точнее, каким образом личность сенатора Фанга оказалась в вашем теле?