Заблудившийся ангел

Она тряхнула головой, не желая думать о своей последней глупой ошибке. Ее мысли снова вернулись к Мэтту. Что произошло в его жизни за эти десять лет? Что заставило его отказаться от карьеры, ради которой он пожертвовал всем?

Наконец Мэттью нарушил молчание:

– Чем ты сейчас занимаешься?

«Думаю о тебе. Хочу к тебе прикоснуться».

– Еду в отель.

– Я имел в виду, чем ты зарабатываешь себе на жизнь, – терпеливо пояснил он.

Вздохнув, Эй-Джей медленно повернулась к нему лицом:

– Торгую на ярмарках Золотого Берега.

– Что продаешь?

– Картины.

– Ты рисуешь?

– Да. Карандашом и красками. Лучше всего расходятся безобидные шаржи.

– Не знал, что ты художница. Однажды я видел, как ты рисовала карандашом, но…

– Мы с тобой занимались сексом, – перебила его Эй-Джей, – а не делились друг с другом сокровенными мыслями и переживаниями. – Она пожала плечами: – Мы весело провели те несколько месяцев.

Каким-то образом ей удавалось сохранять внешнее спокойствие, несмотря на то что под его взглядом внутри у нее все дрожало.

«Тебе уже не двадцать три, – сказала она себе. – Ты можешь выдержать взгляд мужчины, а не вести себя как стыдливая девственница».

– Во всяком случае, мне было хорошо, – добавила она.

Его глаза потемнели, губы изогнулись в улыбке.

– Я знаю.

С тех пор как она увидела его на вечеринке, она только и делала, что предавалась воспоминаниям об их романе. Будь она прежней Эй-Джей, которая умела радоваться жизни и самозабвенно любить, она бы возобновила свои отношения с ним. Судя по тому, как Мэтт пожирал ее взглядом, он хотел именно этого.

Еще в детстве она научилась читать выражения лиц людей, определять по ним их настроение и вести себя в соответствии с этим. Правда, несмотря на этот полезный навык, ее природное остроумие зачастую брало верх. Зачастую мать поднимала на нее руку из-за ее колких шуточек.

Той девчонки, жаждавшей материнской любви, давно уже нет.

Сейчас в глазах Мэтта она видела неприкрытое желание и, судя по его кривой ухмылке, он тоже с легкостью прочитал ее мысли.

Похоже, он собирался что-то сказать, но затем передумал и уставился в окно. Мгновение спустя впереди показались огни отеля «Финикия».

– Мне пора выходить, – произнесла она, напряженно улыбаясь. – Пока. Желаю, чтобы твой перелет в Сидней прошел благополучно.

– Спасибо.

Эй-Джей выбралась из машины. К ее удивлению, Мэтт последовал за ней.

– Я сама в состоянии дойти до своего номера, – съязвила она.

Он поднял руку. На пальце у него висела ее крошечная сумочка.

– Знаешь, эта прическа тебе не подходит.

Эй-Джей схватилась за ручку сумочки, но Мэтт не отдал ее ей.

– Мне, как подружке невесты, полагалось выглядеть скромно.

– Скромно?

– Отдай!

Эй-Джей снова дернула за сумочку, но Мэтт потянул ее на себя, и расстояние между ними сократилось.

– Я остановился в «Палаццо Версаче». Может, составишь мне завтра компанию за ланчем?

Ее сердце подпрыгнуло, но она устояла перед искушением и ответила «нет».

– У тебя другие планы?

– Да.

– Ты могла бы рассказать мне о своих картинах. Уверен, мне будет интересно.

«Да ты льстец, Мэттью Купер».

Наклон его головы, выражение лица, вкрадчивый тон – все говорило о том, что он знает, что ее к нему влечет. В прошлом она совершила несколько больших ошибок, но подавление желаний своего тела не входило в их число.

Как давно она не была с мужчиной? Очень давно.

По ее телу пробежала знакомая дрожь возбуждения. Она раздраженно вздохнула и сильнее дернула за ручку сумочки, но он снова потянул ее на себя.

– Черт побери, Мэтт. Отдай мне мою…

Он взял ее свободную руку в свою, и по ее венам растекся расплавленный огонь.

У Мэттью красивые руки с длинными тонкими пальцами. Это руки талантливого хирурга, в которых инструменты превращаются в мощные орудия в борьбе с тяжелыми болезнями. Также это руки умелого любовника, ласки которого доводили ее до экстаза.

Когда Мэтт начал поглаживать большим пальцем тыльную сторону ее ладони, у нее перехватило дыхание, а все умные мысли вылетели из головы.

Затем он резко притянул ее к себе и поцеловал в губы на глазах у прогуливающихся постояльцев отеля.

От волнения пульс Эй-Джей участился, однако нарастающее желание смело все возражения. Его губы были такими же жаркими и настойчивыми, как и раньше. Ее глаза закрылись, и она ответила на его поцелуй. Мэтт слегка наклонил ее назад, и его язык проник в глубь ее рта.

Черт бы его побрал! Он умеет разжечь в женщине огонь.

Внезапно постояльцы отеля окружили их и начали подбадривать их свистом и пьяными возгласами. Они вернули Эй-Джей к реальности, и она оторвалась от губ Мэтта, но не разомкнула объятий. Тепло Мэтта и исходящий от него тонкий аромат одеколона окутали ее, поэтому она едва заметила, как подвыпившая компания неловко извинилась и пошла дальше.

– Может, все-таки передумаешь и позволишь мне проводить тебя до номера? – произнес он мягким баритоном, от которого все нервные окончания в ее теле зазвенели.

– Нет.

Он улыбнулся:

– Тогда, может, примешь мое приглашение на ланч?

– Что бы ты там ни думал, Мэттью Купер, мир не вертится вокруг тебя. – Достав из сумочки телефон, она посмотрела на дисплей, чтобы узнать, который час. – Завтра утром у меня дела.

– В таком случае я разрешаю тебе опоздать.

Эй-Джей вздохнула. После завтрашнего визита в клинику ей меньше всего захочется с ним встречаться и вести светскую беседу.

Мэтт отобрал у нее телефон.

– Что ты делаешь?

Он набрал номер, нажал кнопку вызова, и в кармане его пиджака запищал мобильный телефон.

– Завтра ты приедешь ко мне в отель. – Вернув ей ее телефон, он пошел назад к машине.

Эй-Джей стояла на месте и ошеломленно смотрела ему вслед.

Наконец «бентли» уехал. Вздохнув, она повернулась на каблуках и вошла в фойе отеля.

В том, что произошло, нет ничего страшного. Завтра она ему позвонит и отменит встречу. Он ничего не сможет с этим поделать.

Все же она не могла отделаться от ощущения, что упускает шанс вернуть Мэттью в свою жизнь.

Раздраженная, Эй-Джей нажала кнопку вызова лифта.

Десять лет назад она безумно хотела этого мужчину, но не предлагала ему свое сердце, да он никогда его и не требовал. Она была юной, беспечной и жизнерадостной и не относилась к их роману всерьез. Однако, несмотря на это, ему все-таки удалось причинить ей боль.

Мэттью Куперу нет места в ее будущем, поэтому ей следует запереть дверь в прошлое и сосредоточиться на настоящем.

Глава 3

Соединив руки в замок, Эй-Джей сидела в кабинете врача в клинике Брисбена, специализирующейся на проблемах планирования семьи.

Доктор Сэнджей открыл папку, лежащую на его столе.

– Как вы, мисс Рейнольдс?

– Хорошо, только немного нервничаю.

Он посмотрел на нее поверх оправы очков и улыбнулся:

– Значит, это ваша вторая консультация. Доктор Макгрегор полностью вас обследовал и обсудил с вами ваши шансы забеременеть?

– Да.

Он продолжил читать.

– Здесь говорится, что три месяца назад вам удаляли кисту яичника.

– Да. Хирург сказал мне, что мои шансы зачать ребенка невысоки. Всего тридцать процентов.

– Да, прогноз неутешительный.

– Но тридцать процентов лучше, чем ничего, правда?

Доктор вздохнул, затем неохотно кивнул:

– Это не означает, что вы не сможете зачать ребенка. Просто вам будет сложно это сделать.

Сняв телефонную трубку, он сделал звонок. По окончании короткого разговора он снял очки, закрыл папку и внимательно посмотрел на Эй-Джей.

– Что-то не так? – спросила она, нервно теребя ручки сумочки.

– Мисс Рейнольдс, мне жаль, но боюсь, в этот раз ничего не получится.

Внутри у нее все упало.

– Почему?

– Мне сообщили, что выбранный вами донор недоступен, – сочувственно улыбнулся он.

– Что?

– Ваш донор неожиданно передумал с нами сотрудничать. Это означает…

Эй-Джей тупо смотрела на папку, не слушая его объяснения.

«Нет! Это невозможно!»

– Мисс Рейнольдс? Вы меня слышите? Вы будете продолжать?

– Что вы имеете в виду?

– Вам нужно будет выбрать другого донора и снова нам позвонить, чтобы записаться на прием, – терпеливо пояснил доктор Сэнджей.

Он протянул ей свою визитку, но Эй-Джей растерянно уставилась на него:

– Но… но… я… Я ждала этого приема целых три месяца! Я не могу выбрать прямо сейчас другого донора и?…