Помоги проекту - поделись книгой:
Подпись «Ваш друг Ромен Роллан» не была лишь данью вежливости. Французский писатель, всего на восемь лет переживший советского собрата по перу, немало сделал для пропаганды замечательного романа «Как закалялась сталь».
Еще в конце 1936 года французские читатели коммунистической газеты «Юманите» познакомились с отдельными главами романа Николая Островского. Прочел избранные места романа и молодой профессор, преподаватель эстетики и философии Дьепского лицея, коммунист Валентин Фельдман. Прочел и загорелся благородной идеей: он должен перевести весь роман для французского народа, для молодежи страны. В этом он видел свой долг коммуниста, воспитателя юношества.
В 1937 году переведенная Фельдманом книга советского писателя была издана. Предисловие к ней согласился дать уже знакомый с творчеством Н. Островского Ромен Роллан. «…Все в Островском, — писал Р. Роллан в предисловии, — пламя действия и борьбы; и чем теснее мрак и смерть обступали его, тем больше росло и ширилось пламя… Он разрабатывал планы восстания в далеких краях, командовал армией, громил фашистские банды Франко… Он видел приближение мировой революции и прокладывал ей дорогу».
В 30-е годы Ромен Роллан выписывал советскую газету «Комсомольская правда», поддерживал с газетой контакт. По просьбе «Комсомолки» Ромен Роллан написал статью «Счастье Островского», которая была опубликована в газете 6 июля 1937 года. Эта статья в несколько расширенном виде и стала потом предисловием к первому французскому изданию романа в переводе В. Фельдмана. В мае 1939 года в мексиканском журнале «Ruta» («Рута») Ромен Роллан первый рассказал читателям Мексики о замечательном сыне Советского Союза Николае Островском. Р. Роллан писал: «Величайшие творения искусства эпохи революции — это рожденные ею люди… В будущем эти люди станут вдохновителями и героями эпических и романтических песен — жатвой обильных лет, для которых время революции было суровым предвестьем. Н. Островский — один из таких людей, гимнов кипучей жизни и героизма». Предвидение Р. Роллана подтверждено самой жизнью. Рожденные и вскормленные революцией Николай Островский и его герои не забыты благодарными потомками.
Скромный тираж романа Островского в переводе Фельдмана разошелся быстро: книгу ждали, она была нужна.
Когда немецкие фашисты вторглись во Францию, в стране поднялось мощное, как девятый вал, движение Сопротивления. В. Фельдман — активный участник Сопротивления, командир батальона франтиреров (вольных стрелков), сотрудник подпольной демократической газеты «Ла верите» («Правда»). Гитлеровцы арестовали его в феврале 1942 года в Руане. Позже его переводят в Париж, в тюрьму гестапо. Палачи ничего не добились от заклепанного-коммуниста. Измученный допросами и пытками, Валентин никого не выдал.
«Мне суждено погибнуть, это я чувствую, но книга, мною переведенная, останется и будет служить моим бойцам, моему народу», — думал Фельдман. В углу камеры он нашел большой гвоздь и нацарапал на стене: «Все самое прекрасное в моей жизни — это моя смерть».
Ранним утром 27 июля 1942 года, когда солнце только вставало над горой Мон-Валерьен, ушел из жизни коммунист-корчагинец Валентин Фельдман. Но книга, им переведенная, живет на земле Франции.
В 1945 году роман «Как закалялась сталь» в новом издании, но в переводе Фельдмана и с предисловием Ромена Роллана уже открыто появился на полках книжных магазинов городов Франции, и Павка Корчагин снова увидел свет солнца и улыбку друзей.
К 40-летию Великого Октября в 1958 году «Клуб друзей прогрессивной книги», возникший во Франции после победы над фашизмом, выпустил красиво оформленный двухтомник Н. Островского с предисловием Р. Роллана и послесловием Анны Караваевой.
В последующие годы книга переиздавалась во Франции не один раз и всегда находила и находит своих читателей.
…Совершенно неожиданно в начале осени 1936 года Николай Островский получил экземпляр романа в переводе на… японский язык. Удивленный и обрадованный писатель спешит поделиться новостью с А. Караваевой: «Вчера получил, „Как закалялась сталь“ на японском языке, издано в Токио издательством, „Наука“. Жаль, что ничего не поймешь в иероглифах». И дальше: «Теперь „Как закалялась сталь“ за рубежом выходит в следующих странах: в Англии, Франции — в издании „Эдисион Сосиаль Интернациональ“, в Голландии, Чехословакии и Японии. В Нью-Йорке „Как закалялась сталь“ печатается в ежедневной газете».
Японский экземпляр романа, присланный писателю, интересен в двух отношениях. Во-первых, постановление правительства о награждении Н. Островского орденом Ленина (1 октября 1935 года) и предисловие Председателя Всеукраинского ЦИК Г. И. Петровского к первому изданию романа были даны по-русски. И, во-вторых, Н. Островский получил всего лишь сигнальный экземпляр романа.
Тираж книги как крайне «опасной» для милитаристской Японии был сразу уничтожен, удалось продать лишь несколько экземпляров романа. Как известно, во второй половине 30-х годов Япония усиленно готовилась к войне, и самураи, ненависть которых к Советской стране всячески разжигалась, не должны были даже видеть эту «красную» книгу, воспевающую свободу, братство народов мира. Однако вскоре после войны книга стала снова тайно распространяться среди молодежи Японии. Многие из прочитавших книгу, кто на русском языке, кто в английском переводе, подобно молодым читателям других стран, выписывали в записные книжки и дневники полюбившиеся места из романа и, конечно, клятву-монолог Павла Корчагина.
В 1950 году и сразу — в 1951 «Как закалялась сталь» была переведена в Японии. И с тех пор почти каждый год роман Островского выпускает то или иное прогрессивное издательство Японии.
Интерес японских читателей к Павлу Корчагину растет год от года. В книжных магазинах книга не залеживается, в библиотеках — не стоит на стеллажах…
В 1973 году в Японии был образован «Комитет содействия переводам и изданию советской литературы», и вслед за этим в японской прессе было объявлено о подготовке к печати большой книжной серии «Мировая революционная литература». Открылась серия в 1975 году романом «Как закалялась сталь» (переводчик Ёкота Мидзуо). После выхода нескольких книг этой серии критика отмечала, что среди «рекордсменов» — советских книг, переведенных и вышедших в Японии в 70-е годы от шести до 23 раз, на первых местах стоят «Тихий Дон» Шолохова, «Молодая гвардия» Фадеева и «Как закалялась сталь» Н. Островского — роман издан в Японии двадцать три раза!
Газета японских коммунистов «Акахата» («Красное знамя») недавно писала о романе Островского, что он является «шедевром пролетарской литературы и пользуется ныне огромной любовью читателей во всем мире». В этих словах нет преувеличения.
…В Шепетовский музей Н. Островского осенью 1973 года пришло интересное письмо из Японии. Японская писательница Киоко Сато сообщала, что она перевела на родной язык пьесу советских авторов Б. Равенских и М. Анчарова «Драматическая песня»[2] и что в одном из токийских театров пьеса готовится к постановке.
Японский театр не остался равнодушным к роману, обошедшему почти весь мир. С того времени «Драматическая песня» нередко идет на сценах японских театров, пользуясь постоянным успехом у зрителей.
…Здоровье Николая Алексеевича неуклонно ухудшалось, но он работал, он спешил… А письма от читателей все шли и шли… Вот строки из письма заведующей библиотекой села Левково Пушкинского района Московской области Гореловой: «…сильный мороз и вьюга. Иду в библиотеку и не могу понять, в чем дело: у моей библиотеки стоит несколько саней с лошадьми. Оказывается, это колхозники из разных деревень приехали за книгой „Как закалялась сталь“».
…Чувствуя огромный резонанс романа, Островский начинает по-иному оценивать свой труд «по истории комсомола», каким раньше он считал свою повесть. В мае 1935 года он пишет Анне Караваевой: «Я только теперь ощущаю со всей силой то хорошее, что разбудила книга в молодых умах». Да, роман разбудил много хорошего и светлого в умах и душах читателей. Книга стала необходимой, как учебник жизни, воспитания нового человека, только не сухой и педантичный, а полный живых, волнующих, запоминающихся человеческих образов и характеров. Автор понимал это и потому был счастлив.
«Рубайте за Павку Корчагина!»
Осенью 1935 года комсомол Украины попросил Николая Островского выступить на радиоперекличке городов Сочи — Киев — Шепетовка, тесными узами связанных с жизнью и творчеством писателя. В краткой взволнованной речи Николай Алексеевич сказал о том, как прекрасна наша Родина, как надо молодежи любить ее и украшать своим трудом. Не обошел он и того, что волновало многих: международной напряженности в мире, в Европе. «Когда грянет гром, — сказал писатель, — и настанет кровопролитная ночь, я глубоко уверен, что на защиту родной страны встанут миллионы бойцов — таких, как Павел Корчагин. Но меня среди вас уже не будет. И я прошу вас — рубайте за меня, рубайте за Павку Корчагина и под вашим натиском рухнет весь буржуазный мир».
Слова писателя-борца оказались пророческими. Не прошло и шести лет, как пламя второй мировой войны, зажженное немецкими фашистами на земле Польши, перекинулось и на Советский Союз. Советский народ поднялся на защиту Отечества. «Встал» в строй идущих на фронт и Павка Корчагин.
Утром 22 июня сорок первого года в сочинский музей Н. Островского пришла группа студентов. Осмотрев экспозицию музея любимого писателя, они оставили запись в книге отзывов: «Здесь, в музее пламенного патриота, мы прослушали сообщение по радио, что немецкие фашисты предательски ворвались в нашу страну. И мы клянемся тебе, Николай, что будем бороться с подлым врагом, как боролся ты до последнего удара сердца. Уходим из музея, как после напутственной большевистской речи, как после победной песни».
И они пошли, эти и сотни тысяч других ребят, вчерашние школьники, читавшие с восторгом «Как закалялась сталь» и писавшие автору искренние взволнованные письма. Они пошли воевать за Родину, взрастившую их, и победили! В их рядах с автоматом в руках и вещевым мешком за плечами незримо шагал по фронтовым дорогам и Павел Корчагин. Как воины советской армии, Павка так же «мерз» в окопах и землянках, «взбирался» по горным кручам, «утопал» в болотах, бросал под вражеские танки бутылки с горючей жидкостью, закрывал своим телом амбразуры дотов врага…
Примером всей своей жизни Павел Корчагин убеждал молодых воинов, что стойкость, мужество и бесстрашие в бею не всегда даются от природы, от рождения, а могут быть выработаны в нужных условиях любым человеком, только надо иметь волю и желать этого.
Роман Н. Островского прошел с бойцами и командирами Советской Армии по всем фронтам от полей Подмосковья до Эльбы, от Средней России до Восточной Пруссии, от Орла до Вислы. Многие советские солдаты и офицеры в героях книги Островского видели пример поведения, образец глубокой любви к Родине, коммунистической партии, народу.
… Москва. Осень 1942 года. Гитлеровский план захвата Москвы с позором провалился. Но в зоне Москвы по-прежнему действует противовоздушная оборона. Одна из батарей зенитной артиллерии — у Никитских ворот… Только что отбита очередная атака «юнкерсов» и «хейнкелей». Теперь можно будет немного передохнуть… Молодые зенитчики, свободные от небесной вахты, просят красноармейца Лебедеву: «Почитай-ка, Людмила, вслух „Как закалялась сталь“. У тебя с собой эта книга». Собравшись около солидной и строгой Люды, бойцы-зенитчики с интересом и вниманием слушают историю жизни и борьбы Павла Корчагина во имя счастья своего народа.
В дни войны все, что происходило с Павкой и его друзьями-комсомольцами, как-то по-новому стало близко и понятно воинам, еще вчера занятым мирным трудом и учебой…
Чтение закончено, все сидят молча, взволнованные… Один из молодых бойцов говорит: «Замечательная книга. Как здорово, что умные люди признали и поддержали нашего рабочего паренька Николая Островского, и он стал писателем, которого все знают и все уважают… Давайте напишем письмо в музей Островского, ведь он тут, недалеко, на улице Горького». Все поддержали паренька: «Напиши, Людмила, от нашего и своего имени». Люда охотно берется за карандаш:
«Музею писателя Николая Алексеевича Островского.
Роман Островского „Как закалялась сталь“ читали бойцы и командиры 13-й батареи в каждые свободные минуты. Многие руки прошла эта книга и оставила в сердцах читателей мужественный образ борца за счастье народа. На нашу долю выпала почетная задача защищать наше Отечество от фашистских поработителей. Самая же почетная задача стоит перед нами, защитниками Москвы, в которой жил и создавал свои крупные произведения Николай Алексеевич. Ко дню годовщины Великого Октября мы дали клятву: не пропустить ни одного фашистского пирата в Москву. Пусть же для выполнения этой клятвы нас вдохновляет образ великого писателя-большевика Николая Алексеевича Островского». Поставив точку, Люда подписалась крупными буквами: «Красноармеец Людмила Лебедева» и приложила к письму фотографию ее звена, слушающего чтение романа «Как закалялась сталь» в один из солнечных осенних дней 1942 года.
Роман «Как закалялась сталь» был боевым спутником и товарищем многих тысяч советских воинов, оружием, помогавшим разить, уничтожать ненавистных захватчиков. Залитые кровью, пробитые минами и снарядами, книги Николая Островского предстают перед нами как своеобразные «участники» беспримерных битв советского народа с фашистскими полчищами. В московском и сочинском музеях писателя хранится немало книг Островского, «сражавшихся» с фашистами. Вот один из таких экземпляров романа — обожженный, пробитый пулями, а рядом — обагренный кровью комсомольский билет девятнадцатилетнего бойца Федора Федотова, павшего смертью храбрых 16 декабря 1944 года. На титульном листе книги надпись: «С этой книгой комсомольцы, молодежь частей нашего фронта прошли путь от Витебска до Восточной Пруссии — логова фашистского зверя. Книга была верной спутницей в упорных боях».
Тут же в музее можно увидеть фотографию молодого, ясноглазого моряка, старшины первой статьи Григория Куропятникова. Григорий был призван во флот и служил в Севастополе с 1939 года. К осени 1941 года должен был уже демобилизоваться… За три года службы Григорий крепко усвоил наказ адмирала Макарова: «Желающий победить должен решить, что он победит или погибнет, и только при этих условиях его можно признать достойным победы». С первых дней войны Григорий служил на сторожевом катере СК-065, который начал свой боевой счет на Дунае, в восемь часов утра 22 июня 1941 года… Он успел 350 раз провести, охраняя, транспорты с военными моряками и грузами. 250 раз небольшой катер бесстрашно вступал в бой с врагом. Бои шли непрестанно, но день 25 марта 1943 года Григорий запомнил на всю жизнь… На катер совершили налет тридцать фашистских самолетов. Завязался неравный бой. Григорий за пулеметом вел огонь по вражеским самолетам. В бою левая рука у него была оторвана снарядом и кровь горячим потоком заливала бушлат… Внезапно старшина увидел, что на корме загорается связка дымовых шашек, лежащих на глубинных бомбах… Мартовский ветер раздувает пламя, и оно вот-вот дойдет до бомб, тогда — конец: катер окажется на дне моря. Ползком добравшись до шашек, Григорий пытался их развязать, но это не удается. Тогда, одной рукой прикрыв глаза от бушующего пламени, старшина зубами перегрызает найтовые концы[3] шашек, бросает их за борт и возвращается к своему орудию. В бою он получает еще два ранения: в щеку и в голову, но боевого поста не оставляет. Так же геройски вел себя в бою и весь экипаж катера.
Когда Григория, истекавшего кровью, привезли в госпиталь, в кармане бушлата нашли залитую кровью книгу «Как закалялась сталь»… За несколько дней до этого боя члены экипажа катера СК-065 побывали в сочинском музее Николая Островского. Ольга Осиповна, мать писателя, приветливо, по-матерински любовно встретила моряков, рассказала им о жизни сына, познакомила с дорогими реликвиями музея. На прощанье она подарила каждому воину-моряку однотомник произведений писателя.
Григорий не расставался с любимой книгой. Она и была с ним в том памятном сражении. За геройство и находчивость, проявленные в бою, Григорию Куропятникову было присвоено высокое звание Героя Советского Союза.
1942 год. Блокированный Ленинград героически держится. Люди мерзнут, гибнут от бомб и артобстрелов, но все же им сейчас стало немного полегче: с сентября 1941 года действует историческая «Дорога жизни», проложенная по льду Ладожского озера.
Как-то вечером, в мае, ленинградцы заметили в типографии имени Евгении Соколовой слабый свет. Типография закрылась пять месяцев назад. И вдруг — свет… Типография возобновила свою работу. Бледные, истощенные наборщики, вручную вращая машины, набирали тексты новых книг. Одной из первых книг, выпущенных типографией осажденного Ленинграда, была «Как закалялась сталь». Ее тираж — 10 000 экземпляров разошелся за два дня! Роман о мужестве и любви к жизни оказался необходимым жителям-героям, не покинувшим в тяжкую годину свой город, колыбель русской революционной славы.
Книга «Как закалялась сталь» помогала человеку, казалось бы, в самые безысходные периоды его жизни. Химик-лаборант из Полоцка Зина Туснолобова пошла на войну добровольцем-сандружинницей. Служила во 2-м батальоне 849-го стрелкового полка. На фронте Зина стала коммунисткой. Боевое крещение получила под Воронежем и тут же — первую награду — орден Красной Звезды. За восемь месяцев боев Зина вынесла с поля боя 128 раненых. 2 февраля 1943 года в тяжелом сражении за станцию Горшечное на Курском направлении фашистская мина перебила девушке ноги, ранила руки. В обращении к воинам Первого Прибалтийского фронта Зина вспоминала: «В последнем бою, когда я бросилась на помощь раненому командиру взвода, ранило и меня, перебило обе ноги. Немцы шли в контратаку. Меня некому было подобрать. Я притворилась мертвой. Ко мне подошел немец. Он ударил меня ногой в живот. Затем стал бить прикладом по голове, по лицу». Более суток пролежала девушка без сознания на снегу, прежде чем ее подобрали разведчики. Отмороженные и перебитые руки и ноги пришлось ампутировать. Было тогда Зине 23 года.
…После операции Зина очнулась на вторые сутки. Сначала ничего не поняла — где она и что с ней? Захотела двинуть ногой, поднять руку и, все поняв, мучительно застонала… Потянулись страшные в своей мрачной пустоте и бессильных муках дни. Не хотелось жить… Кто-то из сестер принес в палату книгу «Как закалялась сталь», начали ей читать страницу за страницей. Книга сразу увлекла, глубоко взволновала Зину, но она не хотела постоянно отрывать сестер от работы, и девушка-солдат не без труда, но все же приспособилась переворачивать страницы книги… губами. Зина начала учиться писать, держа карандаш… во рту, а позднее, когда была сделана замшевая манжетка на правую руку — и рукой. Жить стало легче, пример мужественного Павки и его автора Н. Островского поддержал совершенно отчаявшуюся было девушку. И когда Зину попросили через газету «Комсомольская правда» обратиться к советским воинам, она написала: «Я не знала, как буду жить дальше. Тогда я прочла, „Как закалялась сталь“, и мне стало стыдно за себя, что я недостаточно мужественна. После этой книги никто не видел моих слез. Я стала упрямая». Поправившись, Зина уехала в Ново-Полоцк, работала диктором местного радио, вела большую общественную работу. Сейчас Герой Советского Союза Туснолобова-Марченко, как принято говорить, на заслуженном отдыхе. Уже подросли дети… жизнь продолжается.
Не так давно Международный комитет Красного Креста наградил 3. М. Туснолобову-Марченко медалью имени Флоренс Найтингейл [4].
В годы Великой Отечественной войны на многих фронтах, в частях и подразделениях как-то само собой получилось, что героев боев стали называть корчагинцами. Привилось это слово и в 62-й армии маршала Советского Союза В. И. Чуйкова, в частях генерал-лейтенанта Б. Горбатова, и нередко командиры, отвечая на приветствие младших по званию, обращались к ним со словами: «Здорово, корчагинцы!»
В полках, ротах и дивизионах выпускались ежедневные красноармейские газеты, боевые листки, листовки. Эта злободневная, «своя» пресса, написанные по горячим следам очерки и репортажи с места вызывали живой интерес у красноармейцев и командиров. У меня в руках листовки военных лет. Вот одна из них: «Подвиги молодых корчагинцев». В ней рассказывается об однофамильце героя Островского, Корчагине Николае, который очень гордился своей героической фамилией и старался быть достойным ее. «В одной из жестоких схваток по отражению контратаки гитлеровцев Корчагин был ранен, — рассказывает листовка. — Однако с поля боя не ушел и раненый сражался еще двое суток подряд». В этом бою ефрейтор Корчагин из ружья ПТР подбил два немецких танка и уничтожил пулеметную точку врага. Боец был награжден орденом Отечественной войны 1-й степени.
Листовка-призыв: «Смерть немецким оккупантам!» В ней дан лишь текст:
Ежедневная красноармейская газета «На защиту Родины» 1-го Украинского фронта от 16 августа 1944 года под заголовком «Бесстрашное племя Корчагиных» поместила рассказ о встрече Героев Советского Союза с молодыми бойцами. Герой Советского Союза Алексей Чайка рассказывает о военном эпизоде в боях за Днепр: «Целые сутки дрались мы и выстояли. Потом я чуть не задохся в блиндаже, сверху горела солома, подожженная немецкими снарядами, но продолжал разить врага. Я решил как Павка Корчагин: „Я хочу жить! Я хочу победить!“».
Одним из корчагинцев был и молодой боец Александр Сидоров… Начало сентября 1943 года. Стрелковый полк, в котором служил Саша Сидоров, готовился к бою с надвигающейся на город О. танковой колонной. Полку была поставлена задача: встретить вражеские танки на единственной шоссейной дороге, ведущей к городу, дать им бой и задержать до прихода основных сил Советской Армии. Помощник начальника политотдела части капитан Афанасьев, проходя по опушке леса, увидел под березой молодого русоголового бойца, Сашу Сидорова. Положив на колени кусок фанеры, тот что-то старательно писал на-листке бумаги. Капитан подошел, заглянул через плечо бойца. На типографском бланке Саша писал ровным школьным почерком: «В комсомольскую организацию 3 минометной роты, третьего батальона, 1148 стрелкового полка… Сидоров Александр Григорьевич… 1925 года рождения… русский… образование — 7 лет. Прошу принять меня в члены ВЛКСМ, так как я желаю быть достойным комсомольцем-корчагинцем и сражаться с немецкими палачами, как сражался Павел Корчагин».
Этот бой будет первым в жизни Александра, и он готовился к нему серьезно и требовательно, как истинный солдат и патриот.
Вскоре закипел бой — жаркий и упорный. Задание командования было выполнено, вражеские танки не прошли к городу О. Девятого сентября А. Сидоров, показавший себя в бою отважным воином и надежным корчагинцем, был принят в ряды ВЛКСМ.
В грозные годы минувшей войны в Белоруссии, на Украине, на Дону и Волге, рука об руку с регулярными частями Советской Армии сражались против захватчиков подпольщики, разведчики, советские партизаны.
В Смоленской области, в Дорогобужском районе действовал партизанский отряд, базой которого была небольшая деревня Новоселы… Партизан Афанасий Козлов на одном из тревожных привалов достал из вещмешка потрепанную книгу «Как закалялась сталь» — он ее читал всегда, как только выпадала свободная минута. Но сегодня книга закончена. Афанасий закрыл ее и задумался. Потом обратился к товарищам: «Ребята, все читали „Как закалялась сталь“ Николая Островского?» «Да, — ответили партизаны. — Книга наша, нужная, ее не забудешь». Тогда Афанасий предлагает: «Давайте в знак уважения к замечательному боевому писателю зачислим его правофланговым в наш отряд». Предложение принимается единогласно. На Островского заведен послужной лист партизана. С этого дня каждый раз во время переклички бойцов, когда командир вызывал: «Правофланговый Николай Островский», Афанасий Козлов громко отвечал: «Погиб на боевом посту!»
В Слуцком районе Белоруссии, неподалеку от деревни Жилин Брод, к маю 1943 года сформировался сильный партизанский отряд, насчитывающий 168 человек. Отряд носил имя Николая Островского.
— Жили мы очень дружно, одной большой семьей, — рассказывает бывший партизан-островец, ныне москвич, механик Научно-исследовательского института комплексной автоматизации Ростислав Павлович Автомонов. В отряд он пришел 17-летним парнем, осенью 1943 года, из ополчения. — У нас был настоящий интернационал, в отряде кроме русских были белорусы, осетины, азербайджанцы, словаки… Словаков было двое: Антон Кровина, мой побратим — мы жили в одной землянке, и командир взвода Тарабаш Менгар, мы его звали просто Митей. Оба словака были насильно призваны Гитлером в армию, но при первой же возможности, связавшись со слуцкими партизанами, оказались с нами, сражались против гитлеровцев — храбро, беззаветно.
Теплый денек начала апреля сорок четвертого года. Партизаны после успешно проведенной операции отдыхают… У входа в землянку под навесом из сосновых бревен и листвы расположилась группа партизан. Среди них Антон Кровина и Менгар Тарабаш. Разговор заходит об Островском, книга которого была в отряде, ее часто при возможности читали и вслух и про себя. Партизаны-словаки мало знают о самом писателе, хотя о романе «Как закалялась сталь» слышали еще до войны. Русские и белорусы охотно рассказывают боевым соратникам о любимом писателе.
Кровина и Тарабаш восхищены и взволнованы; теперь они понимают, почему партизанский отряд, казалось бы, не имеющий отношения к литературе, назван именем писателя Н. Островского. Они горды тем, что военная судьба привела их именно в этот отряд.
В одном из боев Митя Тарабаш был сражен фашистской пулей. И было ему тогда двадцать три года!
…Кончилась война, пришла победа, а за ней желанный мир. Но каждый год 9 Мая бывшие партизаны отряда имени Н. Островского собираются возле деревни Жилин Брод. Вспоминают грозные военные годы, с грустью — погибших товарищей. Но всем отрадно видеть, что жители этих мест свято берегут память о партизанах.
На бывшей опорной базе лагеря установлены обелиски, поддерживается в порядке и штабная землянка. У подножья памятника, на могиле Мити Тарабаша — всегда живые цветы: об этом заботятся юные следопыты-корчагинцы, пионеры здешних школ. На главном обелиске, рассказывающем кратко об отряде, нанесены слова Н. Островского, которые были девизом партизан: «Только вперед, только на линию огня»… Когда бывший партизан Антон Кровина приезжает в Москву, он навещает боевых товарищей. В один из приездов в столицу Кровина привез в подарок Р. П. Автомонову «Как закалялась сталь» на чешском языке, издания 1936 года. Сам Кровина получил эту книгу в подарок от старых чешских коммунистов, супругов Шпирковых — Карела и Вожены. Теперь это первое чешское издание — в экспозиции музея писателя в Москве. Павка Корчагин, «живущий» в Праге с 1936 года, снова оказался на родной московской земле в 70-х годах…
Примерно в те же 30-е годы, когда роман «Как закалялась сталь» вышел в Чехословакии, его прочел по-русски будущий комиссар подпольной юношеской организации «Молодая гвардия» Олег Кошевой, тогда еще ученик 6-го класса прилукской школы. В сочинении о жизни советской молодежи Олег высказал заветные мысли юношества тех горячих, полных энтузиазма лет: «Мы, пионеры, тяжелой жизни не знаем, мы растем счастливыми, нам открыты двери в любое учебное заведение и мы можем свободно выбрать себе любую профессию. И если на нашу Родину нападет враг и захочет отнять у нас, советских людей, все, чем мы пользуемся, то я буду драться за это, как Корчагин».
Свой первый доклад по литературе Олег сделал об Островском, и с тех пор любой из товарищей, желая прочесть «Как закалялась сталь», мог обращаться по адресу: «Комната Олега, этажерка, том № 1, на верхней полке». Пока все это еще было юношеской полу-шуткой, основанной на серьезной привязанности Олега и его друзей к героям романа Н. Островского. Неожиданно скоро и жестоко жизнь заставила ребят тихого городка Украины, Краснодона, начать уже по-взрослому опасную борьбу с оккупантами под знаменем мужества, знаменем Корчагина.
20 июля 1942 года фашистские войска заняли Краснодон, а уже в начале осени родился первый отряд «Молодой гвардии», с каждым днем разраставшийся в сильную разветвленную подпольную организацию. В нее вступали все новые и новые члены. Молодогвардейцы повели против оккупантов непримиримую борьбу. Скоро в ней насчитывалось 90 человек, сорок четыре из них были комсомольцами — учащимися школ Краснодона. Все молодогвардейцы прекрасно знали и любили роман Н. Островского «Как закалялась сталь». Один из самых бесстрашных подпольщиков Сережа Тюленин еще младшим школьником мечтал быть похожим именно на Павку Корчагина. Жора Арутюнянц раньше многих товарищей прочел роман Н. Островского и в записной книжке против его названия поставил краткое, но красноречивое резюме: «Вот здорово!» …Когда полицаи с собаками пришли за Ваней Земнуховым, на тумбочке около ваниной кровати остался лежать раскрытым томик «Как закалялась сталь».
Не раз бывало, что свои собрания молодогвардейцы начинали с чтения отрывков из романа «Как закалялась сталь» — он придавал им силы, они считали себя младшими братьями и воспитанниками Павки Корчагина. Разница была только в том, что Павел и его боевые товарищи закалялись и мужали в пламени революции и гражданской войны, а молодогвардейцы — в горниле Великой Отечественной.
У героя Советского Союза Александра Матросова было серьезное комсомольское поручение: он проводил с подразделением беседы о действиях советских войск, читал сводки Совинформбюро. Свои краткие сообщения Александр всегда заканчивал словами Николая Островского: «Только вперед, только на линию огня». И когда понадобилось, он бросился грудью на вражеский дот…
Бывалые воины, участники Великой Отечественной войны, нередко на встречах с молодежью вспоминают, что в майские дни сорок пятого года они видели на одной из полуразрушенных стен рейхстага нацарапанные штыком слова: «Дошел до Берлина. Павел Корчагин».
…В Москве в августе — сентябре 1975 года происходила Международная выставка: «Книга-75». Среди множества разделов, отражающих историю книжного дела в мире и его современное состояние, был раздел, названный «Книги удивительной судьбы». Одной из таких редких и ценных книг оказался роман «Как закалялась сталь». Начиналась книга с 231-й страницы и принадлежала она участникам морского десанта, высадившегося под Новороссийском. Между строк книги карандашом от руки написано: «Наш боевой счет за прошедшие бои: 1) Уничтожено 500 немцев, 2) Отбито шесть танковых атак».
Семь месяцев советские воины на Малой земле осенью 1943 года сдерживали атаки гитлеровцев. Уставшие, измученные в кровопролитных боях, советские солдаты в свободную минуту читали вслух роман Николая Островского «Как закалялась сталь». Книга придавала им силы, вселяла в них уверенность в близкой победе!
Через годы и океаны
В годы второй мировой войны и первые годы после ее окончания в буржуазных странах Европы роману «Как закалялась сталь» (как многим произведениям демократической литературы) выпала нелегкая судьба опасного политического «преступника». Полиция преследовала Павла Корчагина — несгибаемого революционера, одного из бесстрашных народных заступников, воспитателей молодых сердец. Роман «Как закалялась сталь», а вместе с ним и его герои не однажды бывали «арестованы», томились в фашистских застенках, но они не умирали, им было суждено бессмертие в сердцах миллионов тружеников планеты.
Валентин Фельдман в камере-одиночке парижского гестапо, конечно, не мог знать, что февральским вьюжным днем того же 1942 года в тюрьму югославского города Шабац гитлеровцы привезли партию пленных югославских партизан, и среди них находился первый переводчик романа «Как закалялась сталь» на сербохорватский язык, Драгу тин Костич Гута… Валентин Фельдман и Драгутин Костич не знали друг друга, но оба они боролись за свободу и независимость своих стран, и Павел Корчагин был их знаменем.
Драгутин Костич Гута родился в 1901 году в Македонии. Студентом белградского университета Драгутин принимал участие в забастовках, посещал марксистский кружок. Став адвокатом, Костич Гута выступал на судебных процессах защитником коммунистов, которых преследовал фашиствующий диктатор генерал Живкович.
По сфабрикованному «процессу сорока» Драгутин Костич заключен в тюрьму. Вместе с арестованным по этому же «делу» писателем-коммунистом, историком и общественным деятелем Веселином Маслешей (1906–1943) они работают на медных рудниках. В свободные от рудников часы Костич изучает русский язык. Для практики переводит статьи из советской газеты «Правда», которую ему доставляют товарищи с воли.
В 1936 году, когда Драгутин вышел из тюрьмы, его друг, писатель Боривое Нешкович как-то показал ему свежий номер литературного альманаха, издаваемого газетой французских коммунистов «Юманите».
— Здесь интересная статья о молодом советском писателе Николае Островском и даже главы из его первого романа «Как закалялась сталь», прочти-ка…
Драгутин прочел статью, отрывок из романа и загорелся: ему нужна вся книга, он немедленно, сейчас же будет ее переводить — это как раз та книга, которая нужна в Югославии.
— Прошу тебя, Боривое, достань мне всю книгу, пожалуйста!
Переводить роман Н. Островского Костичу приходилось по ночам. Коммунистическая литература в стране была запрещена, и то, что делал Костич, уже было «преступлением». Но Драгутин работал: он жил Павлом Корчагиным, его делами, его мыслями, он полюбил всей душой первых комсомольцев Советской России. И вот роман переведен. Но кто его напечатает? Кто отважится пойти на столь рискованный шаг? И все же смелый человек нашелся. Им оказался владелец небольшой типографии Живко Маджаревич. Правда, расход в сумме 30 000 динаров лег на плечи Драгутина Гуты, и он, не задумываясь, отдал все свои сбережения. Первое югославское издание «Как закалялась сталь» — всего пять тысяч экземпляров — было напечатано кириллицей, заголовок — красными буквами. После титульного листа — предисловие Р. Ролла-на и последнее письмо Н. Островского к матери от 14 декабря 1936 года. Указана была и фамилия переводчика. Драгутин радуется успеху опасного, но необходимого дела и восторженно приветствует Боривое Нешковича: «Победа за нами, Боривое! Эта книга — посильнее любой взрывчатки!»
В тот счастливый день Драгутин еще не знал, что в типографии Маджаревича полиция разбивает печатные машины, разбрасывает набор книги, а оставшиеся экземпляры увозит в заточение. Почти из всех книг, готовых для продажи, жандармерия вырвала вместе с фамилией переводчика предисловие Р. Роллана и письмо автора к матери. Таким образом, те немногие экземпляры романа, что попали к читателям, оказались без половины первого листа. Имя переводчика некоторое время оставалось неизвестным для широкого круга читателей. В партизанском отряде, где сражался Драгутин, первое время не знали, что этот отважный партизан — переводчик романа «Как закалялась сталь».
Близкие друзья Драгутина Костича по партии знали, конечно, над чем работает адвокат-писатель, и ждали с нетерпением книгу Н. Островского. Участница народно-освободительной борьбы югославского народа с гитлеровским фашизмом, Милева Златычанин вспоминает: «Я, помню, еще в 1940 году узнала, что выйдет в свет книга Н. Островского, „Как закалялась сталь“. В 1941 году прочла в нашей газете, что „Как закалялась сталь“ вышла из печати. Несколько экземпляров наши товарищи успели купить. Когда белградская полиция узнала, что это за книга, то запретила ее дальнейшую продажу, как наши товарищи говорили: „арестовали Николая Островского“, то есть спрятали его книгу в один из корпусов тюрьмы Главняча».
…Пламя второй мировой войны, разгораясь, приближалось к берегам Адриатики. С весны 1941 года фашистская авиация непрестанно бомбила города Югославии и с особой силой — Белград.
В одну особенно яростную бомбардировку было повреждено здание тюрьмы Главняча. Пламя и дым пожара, потоки воды от разрушенного водопровода… Положение казалось безнадежным. Но находятся смельчаки, которые врываются в горящее здание и выносят стопки только что изданных прогрессивными издательствами книг демократических авторов и вместе с ними — несколько томиков романа Н. Островского.
Поделиться книгой: