Карибский кризис. 50 лет спустя

Куба опять оказалась, если можно так сказать, у разбитого корыта. Страна вынуждена была ввести строгий режим экономии энергетических ресурсов, в результате чего остановились многие предприятия промышленности, встал транспорт. Из-за прекращения поставок комбикормов пришлось уменьшить поголовье скота. Упало производство сахара.

Последствия разрыва отношений с нашей страной можно сравнить со стихийным бедствием, с пронесшимся над Кубой разрушительным смерчем. В 1992 году Фидель Кастро, выступая на конференции, посвященной 30-й годовщине Карибского кризиса, заявил, что распад СССР стал для Кубы «событием более тяжелым, чем сам ракетный кризис».

В послании Национальному собранию Кубы через год он описал итоговые потери страны в результате прекращения советской помощи и поддержки и охарактеризовал действия России как «предательский, разорительный удар». Сожалея о фактическом сворачивании торгово-экономических отношений с Россией, Фидель Кастро отмечал: «Мы видим, как целые страны умирают от разочарованности, потому что в их сознании были заложены посредственные политические иллюзии… Некоторые из этих бывших социалистических стран не знают, что они представляют собой, что они собираются делать… У них нет плана, нет порядка, нет программы, у них нет ничего, а что можно получить из ничего? Что осталось, кроме крушения надежд, страдания, неравенства и несправедливости?»

Жесткая, но во многом справедливая и провидческая оценка преобразований в нашей стране за последние полтора десятка лет. Кто может оспорить глубинную правоту анализа Фиделя Кастро?

В условиях неимоверных трудностей и лишений кубинцы сохраняют свою национальную гордость и достоинство. Это проявляется прежде всего в государственной заботе о населении.

Куба сегодня – это одна из самых передовых стран мира по уровню образования. 100 процентов детей охвачены бесплатным образованием, а по числу учителей на душу населения страна занимает лидирующее положение в мире. Не только в высшей, но и в средней сельской школе сейчас идет интенсивный процесс компьютеризации. Сам Фидель отзывается об этих процессах так: «Никогда и ни в каком другом месте не происходило такой колоссальной революции в области образования и культуры, которая превратит Кубу, с большим отрывом, в страну, имеющую самые обширные знания и самую высокую культуру в мире, упорно следующую убеждению Хосе Марти, что „свобода без культуры невозможна“».

Поразительные достижения Кубы в области образования тем более заметны на фоне социальной деградации большинства других латиноамериканских государств, где социальная пропасть между бедными и богатыми столь разительна, а социальные язвы столь многочисленны.

На Кубе сегодня социальное обеспечение охватывает 100 процентов граждан страны. Под жестким контролем государства находится проблема наркотиков. Кубинцы проповедуют здоровый образ жизни, физический, моральный и духовный. Сам Фидель подает здесь пример своему народу. Кубинское общество решительно порвало с наследием колониального прошлого – любыми проявлениями расизма, национальной дискриминацией, дискриминацией женщин.

Вот сравнительная выборка нескольких, на мой взгляд, очень значимых показателей развития России и Кубы в период 2000–2001 годов. Я не собираюсь сравнивать экономические возможности наших двух стран или рассуждать на темы государственного долга. Дело не в мифических процентах роста экономики страны, которые ни проверить, ни «пощупать» нельзя. Данная выборка затрагивает куда более существенные показатели, отражающие качественный уровень жизни населения.

И что же мы видим?

В сегодняшней Кубе люди живут дольше, причем мужчины – почти на два десятка лет. Уровень смертности в России, в том числе и детской, более чем в два раза превышает кубинский показатель. О естественном приросте населения и говорить не приходится: мы вымираем, а кубинцы со скоростью 5 процентов в год увеличивают свое население.

Разве все эти показатели не существенные? Что может быть «существеннее» жизни населения? Неужели ценность человеческой жизни у нас по-прежнему остается лишь на бумаге, констатируется в Конституции и – не более того?

Куба дает нам пример того, как государство должно относиться к своим гражданам, не на словах, а на деле. Пример, во всех отношениях достойный подражания.

Размышления и воспоминания

История кубинской революции

3 августа 1492 года экспедиция Христофора Колумба, снаряженная королевским двором Испании, на трех кораблях «Санта-Мария», «Пинта» и «Нинья» отправилась в далекое странствие на поиски западного морского пути в Индию. Путешествие было долгим, а от неизвестности казалось морякам еще длиннее. И вот когда они уже отчаялись увидеть землю, корабли достигли берегов земли обетованной. 27 октября Христофор Колумб высадился на побережье открытой им земли, богатой лесами и разнообразной живностью. Местное население, встреченное Колумбом, было принято им за жителей столь желанной Индии, потому и получило название индейцев. Вплоть до 1508 года испанцы даже не догадывались, что открытая ими земля – остров.

В 1511 году Диего Веласкес создал на Кубе, в восточной части острова, первое испанское поселение – Баракоа, а уже к 1515 году таких поселений было семь, включая Гавану. История «открытия» Кубы типична для всех земель Западного полушария. Европейцы проникли туда в поисках золота и драгоценностей, однако богатства Вест-Индии оказались большим блефом. Европейцы начали покорять новые земли, истребляя индейское население в огромных масштабах, и тогда для обработки новых земель колонизаторы начали ввозить чернокожих рабов с Африканского континента.

Захватив на Кубе богатейшие земли, испанские колонизаторы начали разрабатывать рудные месторождения, занялись животноводством, организовав феодальные хозяйства – латифундии. Индейское население Кубы, как и других островов Антильского архипелага, вскоре после порабощения в результате жесточайшего обращения испанских рабовладельцев, изнурительного труда, голода и эпидемий оспы было почти полностью истреблено. Для восполнения рабской силы испанцы начали завозить на Кубу рабов из Африки.

На протяжении всего колониального периода кубинской истории шла непрерывная борьба между рабовладельцами и рабами, угнетателями и угнетенными. Кубинский народ с оружием в руках неоднократно выступал за свое освобождение. Восстания индейских племен сменялись и дополнялись выступлениями порабощенного негритянского населения. Постепенно к ним присоединялись и наиболее бедные и обездоленные слои белого населения – испанских эмигрантов.

Страну постоянно лихорадили заговоры и восстания. В 1844 году жестоко было подавлено одно из самых крупных восстаний рабов на Кубе. В 1851 году вспыхнуло новое вооруженное восстание, но уже под лозунгом отделения от Испании. Экономический и социальный кризис, охвативший Испанскую империю в целом, привел на Кубе к так называемой Десятилетней войне 1868–1878 годов. В итоге этой национально-освободительной войны кубинского народа был подписан Санхонский мир, по которому Испания обязалась смягчить политический и экономический гнет на острове, признала некоторые права кубинского населения и главное – ликвидировала позорную систему рабства. Чернокожие жители острова были освобождены в 1886 году, но только в 1893 году им были формально предоставлены те же права, что и белым гражданам. Однако ситуация на Кубе оставалась крайне напряженной. Огромные налоги, коррупция административного аппарата, диктаторская власть испанского генерал-губернатора вызывали возмущение народных масс.

24 февраля 1895 года легендарный революционер Хосе Марти (1853–1895), называемый на Кубе «апостолом свободы», провозгласил войну за освобождение Родины. В первых рядах борцов были члены созданной им Кубинской Революционной партии. Хосе Марти был убежден, что Кубинская революция не должна ограничиваться только борьбой с испанскими колонизаторами, но и защищаться от экспансионистских устремлений Вашингтона. Он предвидел, что истинные цели политики США состоят не в освобождении Кубы, а в замене испанского господства американским. 18 мая 1895 года, за день до своей трагической гибели в кавалерийской атаке против испанцев, Хосе Марти писал: «Я понимаю, в чем состоит мой долг, и у меня хватит духу его выполнить, а это значит, своевременно завоевав независимость Кубы, воспрепятствовать тому, чтобы на Антильские острова обрушились США и, обретя новые силы, напали на наши земли».

15 июля 1895 года Куба была провозглашена независимым государством. Однако до истинной независимости было еще далеко. Новый генерал-губернатор Кубы генерал Валериано Вейлер – «мясник Вейлер» – превратил Кубу в огромный концентрационный лагерь. Сельское население острова было согнано в так называемые «реконсентрадос», где погибало от голода, изнурения и болезней. На головы активных участников национально-освободительной борьбы обрушились жесточайшие репрессии.

Все прогрессивное человечество осудило тогда карательные действия испанских властей на Кубе. Соседние Соединенные Штаты неоднократно заявляли свой протест испанским властям. Воспользовавшись создавшейся на Кубе ситуацией, преследуя, однако, свои собственные корыстные цели, США объявили войну Испании.

В апреле 1898 года американский президент Уильям Маккинли отдал приказ о высадке американских войск на Кубу. Военная кампания была короткой и решительной. Американская пехота, поддержанная сильным флотом, высадилась на юге провинции Ориенте и вошла в Сантьяго-де-Куба. Вся административная власть перешла в руки американцев, действовавших на Кубе завоевателями – нагло, жестко, бескомпромиссно. Кубинцы были полностью отстранены даже от обсуждения условий мирного соглашения между США и Испанией, не говоря уж об их участии в местных органах власти. В соответствии с Парижским договором 1898 года, США устанавливали над Кубой свою опеку, а фактически – полную военную оккупацию острова. Вся власть перешла в руки американских военных. Столь желанная свобода и независимость Кубы по-прежнему оставалась только вожделенной мечтой патриотов.

К 1902 году борьба кубинцев за свои права и свободу завершилась принятием конституции страны и провозглашением 20 мая того же года Кубы республикой. Однако одним из главных условий, которые правительство США поставило перед избранным кубинским правительством во главе с Томасом Пальма, стало включение в конституцию так называемой «поправки Платта». Эта поправка давала Вашингтону право в любое время высаживать свои войска на Кубе для наведения порядка и создавать свои военные базы на территории острова. К своему «праву» оккупировать Кубу американцы прибегали трижды, а военно-морская база Гуантанамо действует до сих пор…

Опасения великого Хосе Марти в отношении США сбывались. И все же американцам не удалось подавить свободолюбивый дух кубинского народа. В 20-х годах XX века мощное революционное движение возникло в молодежной среде, особенно среди студенчества. Руководителем и истинным героем этого движения стал основатель Коммунистической партии Кубы Хулио Антонио Мелья, отдавший жизнь за счастье своего народа.

Угнетаемая, раздираемая противоречиями, страдающая от перманентных кризисных явлений Куба превратилась в настоящий театр марионеток. Одно правительство сменяло другое, Вашингтон прямо или косвенно вмешивался в политическую жизнь островного государства, защищая свои капиталовложения и собственность американских капиталистов. Экономическая депрессия в США усугубляла ситуацию на Кубе, накрепко привязанной к американской экономике. Волнения происходили в университетах, на промышленных предприятиях, в воинских частях.

В августе 1933 года падает кровавая диктатура Херардо Мачадо, на Кубе происходят некоторые демократические преобразования. Именно в это время взошла звезда Фульхенсио Батисты. Он возглавил бунт младших армейских чинов, получивший название «душевой мятеж» и проходивший под лозунгом «Душевые комнаты не только для офицеров, но и для унтер-офицеров». Возникнув по частному поводу, мятеж вскоре приобрел черты широкомасштабного организованного выступления. Решительность, волевой характер и ораторские способности позволили скромному сержанту совершить головокружительную карьеру и превратиться в наиболее влиятельную фигуру на кубинском политическом небосклоне. Пользуясь поддержкой вооруженных сил, Батиста негласно формирует и свергает правительство, становится даже сам на некоторое время президентом страны, а затем уезжает в США.

Испытывая затруднения с выбором «достойных» кандидатов на пост кубинского президента после Второй мировой войны, Вашингтон вновь был вынужден сделать ставку на Батисту.

10 марта 1952 года Ф. Батиста совершает военный переворот, отменяет действие конституции страны 1940 года и устанавливает железную диктатуру. Американские империалисты снабдили диктатора самолетами, которые бомбардировали многие города Кубы. Диктатура Батисты со зверской жестокостью приступила к подавлению революционного движения в стране. Начались массовые убийства. Убивали прямо на улицах. Число жертв достигло 20 тысяч человек. Правительство Батисты развалило экономику страны, полностью подчинив ее американским империалистам. Все это резко ухудшило положение народных масс, привело к массовой безработице и голоду. Диктатура свирепствовала, и это еще больше озлобляло народ, порождало новую волну революционного движения. Возмущение народных масс было направлено против Батисты и жестокой репрессивной машины, созданной им. На острове набирало силу повстанческое движение во главе с Ф. Кастро и А. Сантамария.

26 июля 1953 года отмечалось 100-летие со дня рождения великого кубинского революционера Хосе Марти. Этот день был приурочен повстанцами для нападения на цитадель батистовской диктатуры – казармы Монкада, расположенные в Сантьяго-де-Куба. Патриоты решили захватить оружие, овладеть городом, а затем, подняв крестьянство, совершить поход через всю страну, войти в Гавану, свергнуть диктатуру Батисты и установить власть народа.

Для повстанцев штурм закончился трагически: некоторые погибли в перестрелке, большинство было замучено до смерти поймавшими их солдатами, немногие из оставшихся в живых укрылись в горах, но в конечном счете были схвачены и оказались в тюремных казематах. Среди последних был и Фидель Кастро.

В 1955 году Батиста, маневрируя в сложной политической обстановке, был вынужден амнистировать политических заключенных, в том числе и участников нападения на казармы Монкада. Ф. Кастро и его сподвижники, выйдя на свободу, немедленно эмигрировали в Мексику, где развернули подготовку к новому вооруженному выступлению на Кубе. Созданное ими Движение 26 июля готовилось к новому этапу вооруженной борьбы на Кубе.

Намеченная на 30 ноября 1959 года операция по высадке повстанческого отряда с яхты «Гранма» в провинции Ориенте была крайне опасной и рискованной. Из-за шторма отряд Ф. Кастро смог высадиться на Кубе лишь 2 декабря. К этому времени несогласованные, разрозненные вооруженные выступления внутри страны были уже подавлены, Батиста получил возможность сосредоточить все свои силы на уничтожении высадившихся повстанцев.

Отряд Кастро был полностью разгромлен. Оставшимся в живых участникам экспедиции во главе с самим Ф. Кастро удалось прорваться в горы Сьерра-Маэстра (провинция Ориенте). Там после недолгого совещания было принято мужественное решение: накапливать силы и постепенно переходить к ведению партизанской войны. Несмотря на кажущееся безрассудство, это решение оказалось самым верным.

Слухи о подвиге горстки повстанцев быстро распространились по всей стране. Одиозный, всеми ненавидимый режим Батисты терял поддержку даже у относительно благополучных слоев населения. В отряд к Фиделю Кастро стали стекаться люди со всех уголков Кубы. К началу 1958 года большая часть труднопроходимых горных районов Кубы была охвачена пожаром партизанской войны.

Попытка Батисты в мае 1958 года провести широкую контрпартизанскую операцию под кодовым наименованием «Финальная фаза» окончилась для диктатора провалом: более 400 батистовских солдат и офицеров были взяты в плен.

И тогда наступило время Фиделя: 12 ноября 1958 года он отдал приказ о начале операции «Решающее вторжение». Натиск и самоотверженность бойцов ошеломили армию диктатора, которая фактически распалась.

В ночь на 1 января 1959 года Батиста вместе со своими ближайшими соратниками бежал с Кубы, направившись в Доминиканскую Республику. Забегая вперед, отметим, что всего через месяц после этого позорного бегства сами сторонники Батисты вынесли ему смертный приговор за то, что он не поделился с ними захваченной с собой государственной казной. Один из обвинителей заявил тогда: «Мы не будем убивать его здесь. Это означало бы нарушить наше обещание, данное генералиссимусу Трухильо (диктатору Доминиканской Республики). Но собака должна умереть, и она об этом знает». И хотя этот приговор так и не был приведен в исполнение (Батиста скончался в 1973 году), факт этот красноречиво свидетельствует о сущности самого кубинского диктатора и его подельников.

Соединенные Штаты сначала заняли позицию нейтралитета в отношении повстанческого движения. Когда даже в США стало очевидно, что строй Батисты прогнил окончательно, американцы начали строить планы, чтобы сделать ставку на Фиделя. Формально под этим были весомые основания. Ф. Кастро принадлежал к богатой семье, его отец был крупным латифундистом. В Вашингтоне революционные процессы на Кубе виделись в традиционном для Латинской Америки свете, когда одна хунта сменяется другой. В этих условиях, как считали в США, настала пора сделать ставку на более прогрессивную хунту. Фиделю его единомышленники как раз и представлялись такой «более прогрессивной хунтой».

Но с каждым днем Ф. Кастро вызывал в Вашингтоне все большее раздражение. После бегства Батисты из страны при активном участии американского посольства была срочно сформирована правительственная хунта, которая провозгласила президентом страны члена Верховного суда К. Пьедру.

Эта весть застала Фиделя Кастро на востоке страны, в родной провинции Ориенте, где намечалось проведение крупной военной операции против батистовских войск в Сантьяго-де-Куба. Днем 1 января 1959 года, узнав об очередном политическом перевороте в столице, Фидель воскликнул: «Это же трусливое предательство! Предательство! Они всеми силами хотят не допустить победы революции!»

2 января войска повстанцев вошли в Сантьяго-де-Куба, гарнизон крепости Монкада капитулировал. Со дня 26 июля 1953 года, когда горстка революционеров во главе с Фиделем Кастро пыталась штурмом овладеть казармами Монкада, прошло ровно 5 лет, 5 месяцев и 5 дней. Фидель вернулся в то самое место, где революция начиналась, вернулся победителем.

На стихийном митинге на центральной площади Сантьяго-де-Куба Ф. Кастро произнес свою первую после победы революции речь: «На сей раз, к счастью для Кубы, будут действительно достигнуты цели революции. Она не будет такой, как в 1898 году, когда пришли американцы и стали здесь хозяевами. Она не будет такой, как в 1933 году, когда народ поверил в то, что совершается революция, а Батиста пришел, предал ее, захватил власть и установил жестокую диктатуру. Она не будет такой, как в 1944 году, когда массы горячо поверили в то, что народ, наконец, взял власть в свои руки, но ее захватили авантюристы…

Мы не думаем, что все проблемы будут легко разрешены. Мы знаем, что предстоит трудный путь, но мы оптимисты, и нам не привыкать преодолевать сложные препятствия. Народ может быть твердо уверен в том, что хотя мы можем ошибаться, но чего мы никогда не сделаем – это никогда не предадим движения».

Следующим этапом Кубинской революции стал победоносный поход на Гавану. Военная колонна в составе тысячи «барбудос», бородачей-повстанцев, и двух тысяч перешедших на сторону революции солдат и офицеров бывшей армии Батисты выступили во главе с Фиделем Кастро в поход на запад, через всю Кубу. Это была не военная акция, а политическая и пропагандистская кампания, целью которой являлось донести правду о революции до народа, утвердить победу новой власти во всей стране.

8 января население Гаваны восторженно встречало повстанческую армию во главе с ее лидером. Революция победила на всей территории страны.

В связи с победой Кубинской революции хотелось бы особенно подчеркнуть один принципиально важный момент. Советский Союз ни в какой форме не участвовал в этом процессе. На Кубе не было ни советских советников, ни тем более каких-либо наших войск. Более того, между СССР и Кубой в то время даже дипломатические отношения были разорваны. Революция имела всенародный национальный характер и была организована и проведена силами героических сынов и дочерей Кубы.

Победа повстанческой армии Фиделя Кастро показала силу духа революционеров и гнилость режима Батисты. Отряды повстанцев, численностью всего в полторы тысячи человек, победили 40-тысячную армию диктатора, имевшую на вооружении танки, самолеты, пушки и пулеметы. С отрядом в полсотни человек Эрнесто Че Гевара взял Санта-Клару. На железнодорожных путях стоял воинский эшелон, в котором находились 4 тысячи солдат войск Батисты, и все они сдались горстке смельчаков. Солдаты сами были сыновьями крестьянской бедноты, которая жила впроголодь, за гроши работая на крупных землевладельцев.

Новое политическое руководство Кубы во главе с признанным национальным лидером Фиделем Кастро на начальном этапе своего существования было неоднородным. Никто в нем не знал, куда и как двигаться дальше в развитии страны. Одни деятели стояли на относительно умеренных позициях, призывая сосредоточиться на выборах демократического правительства, справедливом перераспределении земель и национализации природных ресурсов и богатств страны. Другие лидеры повстанцев во главе с братом Фиделя Раулем Кастро и Эрнесто Че Геварой выступали за революционную диктатуру, союз с кубинскими коммунистами, за проведение аграрных реформ по советскому образцу и за развитие тесных отношений с СССР.

Сам Фидель Кастро тогда еще колебался в выборе путей развития страны. Однако в одном кубинский лидер был последователен: он обещал народу лучшую жизнь и от своих слов не отступил. Проблема была только в одном – как, за счет чего обеспечить лучшую жизнь населения. Природных богатств на острове немного, золота нет, промышленная база отсутствует. На острове имелось 162 небольших сахарных завода, но они производили только сырец. Окончательная переработка сырца производилась в США, и прибыль оседала там же.

Фидель понимал, что не дать землю народу – значит не решить никаких проблем. В мае 1959 года был принят Закон об аграрной реформе, положивший конец крупному помещичьему землевладению – латифундизму. Это не могло не вызвать резко негативной реакции местной буржуазии. Одним из первых экспроприированных имений стало владение семьи Кастро в Биране, родительском доме Фиделя Кастро. В стане недоброжелателей Фиделя оказались даже его родственники, в том числе старший брат и младшая сестра. Но народу он дал землю, и кубинский народ пошел за ним.

Во второй половине того же года кубинские власти утвердили Закон о контроле над полезными ископаемыми, в соответствии с которым компании США облагались 25-процентным налогом от стоимости вывозимых металлов и минералов. Затем был принят еще ряд актов, серьезно ограничивших американское всевластие в экономике Кубы. Наконец, 6 июля 1960 года был утвержден Закон о национализации предприятий и имущества американских граждан.

В Вашингтоне видели, что Куба все отчетливее занимает антиамериканскую линию. Этого США, естественно, не могли допустить. Типичное имперское мышление американской администрации не позволило Вашингтону объективно оценить создавшуюся ситуацию и принять необходимые гибкие меры.

В каком-то смысле американцы тогда упустили свой шанс. Они вполне могли бы «подстроиться под Кастро», поддержать новую власть кредитами, еще сильнее привязать экономику Кубы к себе.

Но в Вашингтоне пошли на принцип: там обиделись на Фиделя. В США не понимали глубину отвращения кубинского населения к марионеточным антинародным правительствам прошлых лет, не до конца оценили серьезность и профессионализм правительства Ф. Кастро. В Вашингтоне игнорировали силу и притягательность революционных идей, идей свободы и независимости.

Фактически американцы сами подтолкнули Ф. Кастро в сторону Советского Союза. В феврале 1960 года во время визита в Гавану члена Политбюро ЦК КПСС А. И. Микояна было подписано первое советско-кубинское торговое соглашение. СССР брал обязательство закупить на Кубе 5 миллионов тонн сахара в течение пяти лет, обеспечивать Кубу нефтью и нефтепродуктами и предоставить заем в 100 миллионов долларов на 12 лет.

В Вашингтоне ответили на это введением экономического эмбарго и подготовкой военного вмешательства. 17 марта 1960 года президент Эйзенхауэр подписал секретную директиву о создании из кубинских эмигрантов отрядов для вооруженного вторжения на остров.

Привыкшие хозяйничать на Кубе как им заблагорассудится американцы просто не могли поверить, что страна уходит из сферы их влияния. Это была даже не пощечина, это был вызов основополагающим принципам американской внешней политики. В Вашингтоне «кубинская эпопея» рассматривалась как акт настоящего «национального унижения».

На мой взгляд, «потеря» Кубы является самым серьезным провалом американской внешней политики XX века, может быть, даже более значимым, чем война во Вьетнаме. Поражение в Юго-Восточной Азии с геополитической точки зрения было поражением на далекой периферии, причем вовсе не в критически важном для США регионе мира. Во Вьетнаме нет таких огромных запасов нефти, как на Ближнем Востоке.

Остров Куба – это пистолет, направленный в самое сердце Америки. Куба – это Карибский кризис, когда Вашингтон вдруг обнаружил советские баллистические ракеты, направленные на американские города. «Красная» Куба – это кошмар, который для американцев длится уже более четырех десятилетий.

В свое время Эрнесто Че Гевара провидчески сказал: «В силу простого закона тяготения маленький остров площадью в 114 тысяч квадратных километров и с населением в 6,5 миллиона человек стал во главе всей антиколониальной борьбы в Латинской Америке. Куба заняла героическую, славную и опасную позицию авангарда».

Поездки по пригородам Гаваны

9-10 октября 2002 года

Пользуясь любезным приглашением товарища Фернандеса, в первый же день нашего визита на Кубу мы совершили недолгое, но хорошо запомнившееся путешествие в Мариель – небольшой населенный пункт к западу от Гаваны.

Выделенный нам автобус был оснащен кондиционером, и мы почти сразу оценили заботу наших хозяев: в условиях Кубы кондиционер – явно не роскошь, а средство существования. Температура воздуха уже к полудню достигла отметки в 30 градусов, что переносилось особенно тяжело в условиях высокой влажности. Наглухо закрытые окна помогали поддерживать внутри автобуса нормальную температуру, спасая от невыносимой жары. Невольно вспомнилась Москва, последние холодные и промозглые дни перед дальней поездкой. Октябрь в Москве всегда дождливый, холодный и неуютный. Здесь же, на Кубе, буйно цвела тропическая растительность, вокруг сновали толпы загорелых людей, всюду слышался радостный смех и зажигательная музыка. Контраст с серой октябрьской Москвой был поразительным!

Автобус медленно проезжал по улицам Гаваны, а наш гид бегло рассказывал о достопримечательностях кубинской столицы. Город, основанный еще в 1515 году, является одним из старейших населенных пунктов Нового Света. Население Гаваны сегодня превышает 2 миллиона человек. Это – главный экономический и культурный центр страны.

Здесь находится Академия наук Кубы, старинный Гаванский университет, учрежденный еще в 1728 году.

Старая Гавана провозглашена ЮНЕСКО достоянием человечества: в ней множество памятников истории и культуры разных эпох и разных цивилизаций. Старинные крепости, дворцы, богатые виллы, церкви и монастыри, узкие улочки, подобные средневековым испанским, – все это древняя Гавана. В городе сохранилось множество памятников XVI–XVIII веков, в частности знаменитая Кафедральная площадь с собором XVIII века.

В городе много новостроек – жилых и административных зданий, современных гостиниц и торговых центров. Архитектура в новых районах города абсолютно иная – легкие, воздушные конструкции, открытые солнцу и свежему дыханию океана.

Вдоль всего маршрута нашей поездки в Мариель сплошной полосой шли населенные пункты. Слева и справа от дороги, скрываемые разлапистыми ветвями могучих пальм, виднелись аккуратные белые домики, большинство – двухэтажные. Ухоженность и чистота были заметны всюду: тщательно подстриженные деревья и цветущие кустарники обрамляли разбегающиеся в стороны улочки. Во дворах и на улицах – огромное количество цветов.

Наконец, в просветах между пальмами справа от дороги появилось море. На очередном повороте перед нами вдруг во всей своей красе предстал залив Мариель. Вздох восхищения невольно вырвался из наших уст: темно-синяя вода, безоблачное голубое небо и сочная зелень прибрежной растительности, то здесь, то там дополняемая яркими красками цветов и кустарников. На восточной стороне залива виднелся университет и медико-спортивный центр Мариель, цель нашего путешествия.

Не так давно на этой территории располагалась военно-морская академия, превращенная ныне силами кубинских тружеников в один из самых современных медицинских научных, образовательных и практических центров Латинской Америки. Мы прекрасно понимали, сколько трудностей пришлось преодолеть строителям, чтобы превратить военный объект в современный и комфортабельный студенческий городок. Помимо переоборудования классов пришлось полностью поменять все внутренние коммуникации, изменить планировку зданий, построить новые общежития, открыть спортивные залы, клубы, столовые и кафе.

По всему было видно, что иностранные гости часто наведываются в этот центр. У входа в административный корпус нас уже встречали хозяева. Доброжелательные улыбки, любезное обращение, ароматный кубинский кофе и прохладительные напитки. Удобно разместившись в мягких кожаных креслах, мы выслушали целую лекцию об университете. Мариель сегодня является международным медицинским центром, в котором обучаются не только молодые кубинцы, но и студенты многих латиноамериканских стран, а также государств Азии и Африки. Занятия в университете ведут опытные преподаватели, многие из которых, кстати, учились в нашей стране. Советская медицинская школа, как нам сказали, на Кубе всегда считалась одной из лучших в мире, и многие направления развития современной кубинской медицины сформировались под влиянием наших достижений.

После завершения ознакомительной «лекции», нам была предоставлена возможность пообщаться со студентами и преподавателями. Не успели мы подойти к учебным корпусам, как нашу группу плотным кольцом окружили студенты разных рас и национальностей. Доброжелательные улыбки на белых, смуглых, желтых и черных лицах. «Как в оранжеpee!» – подумалось мне тогда, наверное, под впечатлением бурной тропической растительности вокруг.

– Кто вы? Откуда? – Вопросы сыпались со всех сторон.

– Россия! Мы прилетели из России.

– О, Советико! Советские! – вдруг послышался знакомый нам всем термин. Именно так нас всегда звали на Кубе.

– Мы – из России, ветераны Карибского кризиса.

В ответ на наши слова из толпы студентов послышались родные нам звуки:

– Как дела, товарищ?

И тут же, не дожидаясь ответа, прозвучал второй вопрос: «Который час?» На этом, судя по всему, у спрашивающего познания в русском языке исчерпывались. Под всеобщий смех он только глотал воздух, силясь вспомнить что-нибудь еще.

Ему на помощь пришли члены нашей делегации. Генерал-лейтенант Н. С. Леонов и капитан первого ранга И. А. Амосов прекрасно говорили по-испански и отлично знали общительность кубинцев.

Один из кубинских студентов, к нашему удивлению, неожиданно достаточно неплохо заговорил по-русски. Оказывается, его родители учились в Москве, в Университете дружбы народов имени Патриса Лумумбы. Сам же он учится в Мариеле, потому что родители всегда мечтали, чтобы их сын стал врачом.

Поощряемый нашими вопросами, студент рассказал немного о себе. Он выразил признательность кубинскому правительству, кубинскому вождю Фиделю Кастро за возможность получить бесплатно престижное медицинское образование. «Более того, – продолжал молодой человек, – нам еще и деньги на карманные расходы дают». В подтверждение своих слов он ловко вывернул карман и вытащил оттуда 100 песо. Студенты, не понимавшие, о чем шла речь, но заинтригованные этим жестом, закидали своего товарища вопросами. Когда он перевел им свои слова, в толпе раздались аплодисменты.

По всему было видно, что Фиделя молодежь просто обожает. Это не было показухой или игрой на публику. Для многих кубинцев Фидель – это не просто государственный деятель, лидер страны, но и безусловный авторитет. Они почитают его так же, как другие нации гордятся своими великими философами, поэтами или музыкантами.

Беседуя с молодежью, мне вспомнились события 40-летней давности, как мы в 1962 году искали по всей провинции Ориенте квалифицированного врача. Мой мотострелковый полк, только-только прибывший на Кубу, занимался обустройством, постройкой жилых зданий. И вдруг у наших воинов на теле стали появляться кровоточащие язвы. Настоящая эпидемия. Наши военные врачи, не имевшие специальных знаний, не знали, что предпринять. С трудом мы нашли квалифицированного медика, который в прямом смысле этого слова спас наш полк. Оказывается, язвы вызывались от соприкосновения с деревом, которое использовалось нами в качестве строительного материала. Пропитанное водой, это дерево становилось ядовитым. Прошедший дождь сделал этот «безобидный» строительный материал опасным для здоровья.

И вот теперь, через каких-то 40 лет, Куба не только стала лидером среди латиноамериканских государств в области медицины и здравоохранения, но и превратилась в один из наиболее авторитетных центров мировой медицинской науки. Сегодня Куба занимает одно из первых мест в мире по количеству врачей и находится в первых рядах стран с наименьшим уровнем смертности среди новорожденных. А этот показатель, кстати, является важной характеристикой уровня жизни населения.

Поездка в Мариель оказалась для нас очень важной и познавательной. Мы понимали, что хозяева всегда стараются показать гостям все самое лучшее. Кубинские товарищи показали нам медицинский университет и оздоровительный центр, которыми они гордятся и с энтузиазмом показывают своим гостям. И это говорит о многом!

Медицина и здоровье населения считаются на Кубе национальными приоритетами. Об этом говорит сам Фидель Кастро: «Научные центры страны без устали работают над тем, чтобы найти превентивные или терапевтические решения в борьбе против самых тяжелых болезней. Кубинцы будут располагать самой лучшей медицинской системой в мире, и медицинское обслуживание будет и дальше оставаться совершенно бесплатным».

Каковы бы ни были проблемы, а их сегодня на Кубе очень много, страна дорожит своим генофондом. Такое политическое руководство не может не вызывать уважения. Об этом думали мы на обратном пути в Гавану, невольно обращая наши мысли к России…

На следующий день после завтрака автобус уже ждал нас у входа в гостиницу. Не было еще и 10 часов утра, но солнце пекло вовсю, столбик термометра на двери гостиницы доходил до отметки 30 градусов. Поинтересовавшись, как прошла ночь, наш гид проинформировал нас о плане на предстоящий день. Нам было предложено совершить поездку в бывшее военное училище связи, переоборудованное ныне в центр подготовки спортсменов и тренеров большого спорта.

На этот раз наш путь лежал на юго-восток от Гаваны, в направлении населенного пункта Манагуа. Разместившись поудобнее в мягких креслах, мы наслаждались искусственной прохладой в салоне автобуса. Справа и слева вдоль дороги нескончаемой полосой тянулись плантации сахарного тростника – главного богатства Кубы. Урожай был уже убран, пожелтевшие стебли лежали на земле, но сквозь них уже пробивались новые молодые ростки. От этого вся плантация казалась желто-зеленой, а от земли под воздействием солнца и высокой влажности поднимался пар.

Не доезжая Португалете, наш автобус вдруг резко повернул вправо, и нашему взору открылась огромная банановая плантация. Широкие листья колыхались на ветру, а грузные ветви плодов клонились вниз к земле.

Мы поинтересовались у нашего гида, сколько же может весить такая банановая ветвь.

– По-разному, – был его ответ. – Бывает двадцать-тридцать килограммов, а то доходит и до пятидесяти.

– А сколько же самих плодов бывает на одной ветви?

– Да у нас их как-то не считают. Может, десятки, а может, сотни. В общем – много. Но главное не в количестве, а во вкусе бананов. Вот вы бы выбрали крупные или мелкие?