— Ну-ка, держи, — Кел перебросил Элли одну из сумок. Девушка раскрыла ее и с недовольным видом вытащила оттуда два тонких куска провяленного мяса. Сумка перекочевала к Керрису, она была полна мясом. Солонина оказалась жесткой и пряной. По кругу пустили бурдюк с водой. К Керрису он попал полупустым, булькал и перекатывался. Добраться до содержимого, даже помогая себе культей, он не мог. На помощь пришел Кел. Вода была теплой, хорошего вкуса. Керрис подал мех Элли. Девушка взвесила кожаный пузырь в руке.

— Ну и свиньи же вы.

— В реке полно воды, — утешил Риньярд.

Глотнув из бурдюка, Элли состроила Риньярду рожицу. Ее сосед Эриллард лежал на спине, прикрывшись от света рукой. Элли легонько его подтолкнула.

— Вставай, старина, вода.

Эриллард отнял руку от лица, потянулся за бурдюком. Он был поджар, как гончий пес, выше своих товарищей. В темных волосах шири серебрилась седина.

Калвин подбросил вверх нечто вроде двух камешков и, поймав, зажал в ладони.

— Сыграем, — предложил он Элли.

— Нет настроения.

Как бы между прочим Кел склонился к Керрису и спросил на ухо:

— Ноги здорово ободраны?

— Нет.

— Хорошо.

Керрис достал из сумки еще один ломтик мяса и держал во рту, пытаясь размочить. Закатные лучи пригревали. Шум реки стал различим в наступившей тишине. Трава под ним казалась периной. Керрис блаженно растянулся и закрыл глаза… Его разбудила Элли, бесцеремонно тормоша за плечо.

— Проснись же, пора трогаться.

Керрис моргал, тер глаза руками.

— Я спал.

— Вздремнул.

Перед ними появился Риньярд.

— Эй, лежебоки!

— Йа-а! — с этим криком Элли стремительно зацепила рыжего ногой под колено и резко дернула. Риньярд, падая, успел подобраться, едва коснувшись земли, пружинисто подскочил и оказался на ногах.

— Знатный бросок.

— Хо. — Элли протянула руку ошалевшему Керрису. У нее была горячая и крепкая ладонь. — Вперед? — Не дожидаясь ответа, девушка подняла его.

Шири миновали развилку дорог, проехали мимо деревни. С речного откоса им махали прачки, возвращавшиеся домой с корзинами мокрого белья. Встретилась грохочущая повозка, груженная бревнами. За деревней дорога стала шире. От полей и выгонов ее отделяли каменные изгороди. И все же эта голая местность имела привычный Керрису вид. А они уже так долго в пути.

— Скоро ли Галбарет?

— Будем там дня через четыре, — ответила Элли.

До темноты не останавливались. Когда лошади перешли на шаг, Керрис совсем обессилел и плохо соображал. Кто-то взялся за повод Магриты, и потерявшие чувствительность пальцы сами собой разжались. Пахло готовящейся едой и овчиной. Керрис ступил на землю и споткнулся. Его подхватила под культю чья-то рука.

— Сейчас отдохнешь. — Кел, а это был он, похлопал брата по плечу. Темноволосая женщина в грубой одежде подошла и поклонилась, приложив руки к груди.

— Можно спросить тебя, скайин?

— Я вовсе не учитель, ты заблуждаешься, но, разумеется, спрашивай.

— Скажи, сколько вас? Нам нужно знать, поместитесь ли вы в общей комнате.

— Семеро. Нет, восемь. А комнату можно осмотреть?

Керрис прислонился к столбу, вдыхая кухонные ароматы. В желудке урчало. Хозяйская собака облаяла его.

— Идти можешь? — спросила Элли.

— Я просто устал с дороги, — буркнул Керрис, выпрямляя спину. Вокруг проглядывали в сумраке убогие приземистые строения. — Где это мы?

— Это поселок Брас. Здесь мы получим ужин и кров. — Элли откинула голову назад и прогнулась до хруста в позвоночнике.

Мальчишка-конюх, пробегая мимо, нечаянно задел Керриса и испуганно попятился со сбивчивыми извинениями. Должно быть, принял за шири, решил Керрис.

В общей комнате было темно, витал винный дух. Он наощупь отыскал скамью и уселся. Зажмурился от вспышки зажженного огня. Перед ним остановился человек-Керрис ощутил тепло его тела и толчок под ребро.

— Эй, не спать, — негромко сказал Кел. — Все веселье проспишь.

— Я не спал, — Керрис открыл глаза.

Пальцы брата охватили его локоть.

— Взгляни, — рука Кела вытянулась рядом с его рукой. Их удивительное сходство сразу бросилось в глаза. Совпадало все, до складок кожи и формы ногтей. Только у Кела были шрамы.

— Вот это да, — поразился Керрис. Брат, довольный произведенным эффектом, казался совсем не усталым.

— Элли. — Девушка, освобождавшаяся от защитных кожаных причиндалов конника, подняла лицо на Кела. — Мы с Керрисом похожи?

— Я бы не сказал, — возразил Керрис.

— Нам с тобой не годится быть судьями в этом деле. Вообще-то ты похож на матушку.

— На нашу мать?

— Да. Тебе исполнилось три года, когда ее не стало, а мне-двенадцать. Помню, как сейчас, ее глаза. Точь-в-точь твои. — Кел встал со скамьи, тут же поднялась и Элли. — Сейчас смотри внимательно.

За разговором Керрис не заметил, что просторная общая комната, похожая скорее на замковый зал, наполнена людьми. Горело множество свечей в железных канделябрах. Центр помещения освободили от мебели. Шири сомкнули круг. Топ! — ударил в пол каблук. Топ! — распущенные волосы Кела взвились блестящей волной. Топ! — брат вовлек в танец Айлин. Ударив в ладоши друг друга, они разошлись, снова сблизились, завертелись на месте. Все движения танца, стремительные, как боевые выпады, согласовывались ритмичным притопыванием. Шири то разбивались на пары, то менялись партнерами, то соединялись в хоровод. Из стремительной смены поз и пируэтов рождался прихотливый узор танца. Так из множества цветных нитей слагаются картины гобеленов.

Танец вел Кел. Задавал ритм, начинал новые фигуры, увлекал товарищей, зажигая своей энергией.

В конце шири сошлись вплотную в центре, разбежались в круг, разом топнули и застыли. Они стояли без движения в потемневших от пота рубахах, касаясь друг друга кончиками пальцев. Шумное дыхание танцоров слышалось в притихшей комнате. Керрис цепенел от восторга.

Очнувшиеся жители Браса исступленно заорали и затопали ногами. Шири улыбались во все стороны. Керрис хотел быть с ними. Шагнул и оказался на полу-ноги не держали. Через расступающуюся толпу к нему шагал Кел, блестели бисеринки пота на гладком лице.

— Понравилось? — Рука брата легла на плечо.

— Д-да.

Запыхавшаяся Элли повалилась на пол.

— О, как я устала, Керрис. Славно мы плясали?

— Моему брату не могло не понравиться, — Кел решил избавить его от рассказа о впечатлениях от танца.

Хозяева сносили в общую комнату блюда с едой: хлебом, сыром, пирогами, ягодой. Шири всему воздали должное, устроив перепалку из-за вина.

— Это сражение могло бы пройти с меньшим ожесточением, — заметил Кел.

Слушая беззаботный смех шири, Керрис поражался их способности мгновенно восстанавливать силы. После целого дня безостановочной скачки и лихой пляски они снова были свежими. Элли всунула в руку кусок чего-то. Керрис механически жевал и глотал, не чувствуя вкуса. Глаза слипались. Усталость валила с ног…

— Эй! — Его окликал Риньярд.

Чьи-то пальцы взяли его за подбородок и приподняли поникшую голову. Кел заглядывал в его глаза.

— Изнемогаешь?

— Это с непривычки к верховой езде.

К твоим прикосновениям, брат, я тоже не привык, добавил про себя Керрис. Так приятно было ощущать на подбородке тепло родной руки.

— Тебе стоит прилечь. Элли, где его вещи?

— Вон, в углу.

— Так далеко? — Керрис испугался, как ребенок.

— Не пугайся, — Кел рассмеялся. — Я тебя перенесу.

Выпустив подбородок, брат обнял его за плечи, а другую руку, склонившись, просунул под колени. Комната пришла в движение. Керрис охнул.

— Ну вот и все, — успокаивал Кел. — Лежи спокойно, челито. — Он разул Керриса и снял пояс, заботливо тронул лоб. Одеяло пахло Торнором и щекотало горло. Керрис засыпал.

ГЛАВА III

Керрису приснился сон. Они с Келом в Торноре, садятся на лошадей и куда-то скачут. И звучит песня:

В чужой земле я вечный странник, Изгой в стране своей родной. Иду…

Тут он проснулся. Рубаха была влажной и липла к телу. Вместо старика Жозена перед Керрисом была Элли. Стоя на коленях, она скатывала свою постель.

— Узнал меня? — улыбнулась она.

— Угу. — Он потянулся, чувствуя ломоту во всех мышцах.

— На дворе светло, мы скоро выезжаем. Слышал, как поет Айлин?

— Да. — Керрис приподнялся на локте.

Из противоположного угла ему помахал Риньярд. Он выносил вещи-свои и Дженси. Пинком распахнул дверь и что-то крикнул во двор.

— Соображаешь, где ты? — участливо спросила Элли.

— В поселке… — Керрис сел.

— С названием Брас, в общей комнате.

Гладкие деревянные стены блестели, будто начищенная медь. Столы и стулья громоздились друг на друга в одном углу-их убрали, освобождая место для сна. Пахло горелыми свечами и вином.

— А наш вчерашний танец помнишь?

Керрис мотнул головой. Все это никак не могло быть продолжением сна. Он взаправду здесь сидел и говорил с этой девушкой. Восторг не давал ему говорить.

В дверь просунулась Дженси.

— Завтрак на улице.

Элли подхватила упакованную постель.

— Я тебе принесу.

Она вышла. Керрис протер глаза. Пятнистый кот умывался на столе. Кто-то посапывал в одеяло. Похоже, это Калвин до сих пор не проснулся. Никак не верилось, что происходящее-реальность, что сосновые стены не обернутся в одно мгновение серыми камнями Торнора. У постели стояли сапоги, рядом лежал пояс. Керрис взялся за него, пояс оттягивал кинжал. Подарок Жозена тоже существовал наяву. Керрис подпоясался, обулся и принялся облачаться в кожаные штаны-доспехи всадника. Кот заинтересовался его возней, спрыгнул со стола, подошел и обнюхал однорукого человека. Тот, довершив облачение, скатал свою постель в несуразный шар и пошел во двор. На правом боку висел кинжал, и ножны хлопали по ноге при каждом шаге.

Шири стояли вокруг дворового очага. С ними была и вчерашняя темноволосая женщина, которая называла Кела скайин-учитель. Керрис сразу ее узнал. Сейчас с братом говорил кряжистый человек с квадратными плечами. Над огнем на вертелах шипели колбаски. Этого зрелища желудок Керриса не смог вынести и требовательно заворчал. Свернутое одеяло полетело на землю. Вчерашний торнорский писарь протиснулся к очагу между Айлин и Элли.

Коренастый собеседник Кела сразу отметил появление нового лица. Коротышка был одет в кремовую рубаху и коричневые штаны. На поясе у него висел нож. Женщина тоже предпочитала штаны юбке. Обувью ей служили башмаки из мягкой кожи, без каблуков. Она приглядывала за готовящимся завтраком, неторопливо и с изяществом управляясь с вертелами.

Керрис наконец-то мог рассмотреть брата: свежевыбритое лицо, волосы, перехваченные красным шарфом. Руки Кела исполняли стремительный танец в воздухе. Он замахивался, обозначая удары, и защищался от невидимого врага. Коренастый кивал. Они обсуждали поединок или новый трюк шири.

— Керрис, что Калвин, не проснулся? — спросила Айлин.

— Спал, когда я уходил.

— Пойду поднимать. — Айлин ушла в дом.

Теперь и Кел заметил брата.

— Керрис, позволь представить тебя нашим гостеприимным хозяевам: Суре-главе общины Брас, — он указал на женщину. — И Мэроку-здешнему мастеру площадки.

Керрис вежливо улыбался, не понимая смысла этой затеи. Ведь он не шири.