Агентство «ТЧК». Нечисть в помощь

— Оставайтесь здесь, — выдавила я. — А я у того же Чара, если что, мне не привыкать…

Я хотела язвительно заявить, что мне не привыкать по чужим квартирам шариться, но вовремя осеклась и подсунула Нике яблоко, которое та с удовольствием стала грызть. А Крис практично не стал строить из себя недотрогу и отнекиваться. Что неудивительно. Раз уж у него хватило наглости в мою квартиру вломиться без моего ведома, то уж с разрешения его и подавно отсюда не выгонишь.

Без особого аппетита прикончив бутерброд, я оставила семейство и пошла одеваться.

— Какая вы краси-ивая, — восхищенно раздалось за моей спиной, когда я крутилась перед зеркалом, придирчиво осматривая выбранное платье.

Мне сегодня всем назло захотелось стать невероятно очаровательной. Яркий васильковый цвет мне определенно шел. Здесь я с малявкой была согласна.

— Вот что, Ника, мы с тобой две взрослые девушки, так что давай на «ты», хорошо?

— Давай, — легко согласилась девчонка, копошась в своем детском бледно-сиреневом чемоданчике. — А какая ты на самом деле? Из всех этих лиц?

— Понятия не имею, — честно призналась я.

— Совсем? — В ее глазах даже возникло подобие сожаления.

— Совсем. — Я опустилась на кровать и провела рукой по темным, спутанным после сна прядям. — Я начала меняться с самого рождения.

— А тебе не грустно из-за этого?

— Я утешаю себя мыслью, что от природы я страшненькая, — улыбнулась я.

Крис, заглянувший узнать, куда запропастилась дочь, застукал нас за тем, что мы, выбрав из кучи маленьких одежек подходящее случаю платье (появление в новом детском саду среди новых мальчиков и девочек — разве не случай?), решали наиважнейший вопрос — косички или хвостики. Я настаивала на конском хвосте, малявка утверждала, что две косички ей идут больше. В итоге мы пришли к очередному компромиссу, остановившись на двух хвостиках.

Выходя из квартиры, Ника восторженно вцепилась в мою ладонь, так что пришлось проводить их до машины.

— Увидимся на работе. — Я кивнула Крису и направилась в сторону метро.

Хотела направиться. Темный маг ловко ухватил меня за локоть.

— Ты куда? Мы только Нику завезем в садик и поедем вместе.

— Да я лучше…

Крис мотнул головой в неопределенно-укоризненном жесте. Распахнув дверцу автомобиля, он впихнул меня на переднее сиденье и мгновенно ее захлопнул. Я было дернулась выскочить, пока маг обходит машину, но в очередной раз обожглась. Он и машину зачаровал, поганец?! Пришлось дождаться, пока он усядется за руль.

— Это похищение? — грозно поинтересовалась я, скрестив руки на груди.

— Ага, — кивнул он, не глядя на меня. — Пристегнись. Ник, как думаешь, сколько мы можем потребовать за Саби?

Малявка на заднем сиденье захихикала.

— Миллион тысяч миллиардов!

— Тебя высоко оценили. — В мою сторону прилетел косой недовольный взгляд.

— Вот еще! Я вообще бесценна! И кому вы меня собрались продавать?

— Действительно, кому такое счастье нужно? — Маг побарабанил пальцами по баранке. Язвительности в его голосе хватило бы на целый легион брызжущих ядом бабулек.

Зато Ника призадумалась по-настоящему, а подумав, надула щеки и объявила:

— Никому! — Но прежде чем я успела оскорбиться, а Крис заулыбаться, как Чеширский кот, она пояснила: — Никому не продадим, себе оставим.

— Приехали… — вздохнул маг. Правда, непонятно, было ли это сказано по случаю возникшей на горизонте калитки детского сада или торжественного решения завести суккуба в качестве домашнего любимца. — Подожди здесь, — бросил он мне.

Можно подумать, у меня был выбор. Дверная ручка по-прежнему обжигала так, что дотронуться до нее было невозможно. Однако я благосклонно кивнула — так и быть, подожду, уговорил, — и помахала Нике рукой.

Вернулся маг быстро и на этот раз газанул куда более порывисто, чем с ребенком на заднем сиденье. Я от него отвернулась и исподлобья уставилась в окно, провожая невидящим взглядом мелькающую обочину.

В офисе никто не знал о том, что мы с Крисом когда-то были вместе. Тогда все вышло стремительно, насыщенно и закончилось глупо. Я только начала работать в «ТЧК» и чувствовала себя крайне неуютно, как из-за столь разношерстной компании, так и из-за нового для себя амплуа. Спокойная насмешливость темного мага и то невольное уважение, которое он всем внушал, держась тем не менее на равных, меня совершенно очаровали, и я подумала: а почему бы и нет. Наверное, и он так подумал. Мы продержались вместе несколько месяцев, чувствуя себя не то заговорщиками, не то шпионами, а потом…

Я сейчас уже даже и не помнила, что именно случилось. Все вдруг пошло вкривь и вкось. Князь завалил меня работой, и стремительно возросшее количество клиентов Криса, естественно, не воодушевило. Он получил какое-то очередное повышение в их магической иерархии и стал допущен к шабашам. Это такие магические кружки по обмену опытом, отказываться от участия в которых было не просто неприлично, а смертельно опасно. Это, в свою очередь, не воодушевило меня. Как-то вечером мы поругались. Из-за какой-то ерунды… вроде того, чья очередь мыть посуду. Крис ушел, хлопнув дверью, и не вернулся. Упрямства у обоих хватало для того, чтобы вины своей не чувствовать и не признавать, а значит, пойти на мировую никто не пожелал. Со временем мы как-то к этому привыкли и оставили все как есть, решив, что служебные романы все равно не приводят ни к чему хорошему. Я встретила Игоря, а Крис вполне убедительно делал вид, что мы просто коллеги.

— Ты ей понравилась. — Мужской голос выдернул меня из некстати нахлынувших воспоминаний. А я-то уже обрадовалась, что мы не будем разговаривать всю дорогу.

— Я вообще многим нравлюсь, — пробубнила. Имею право. В конце концов, меня похитили и удерживают силой всякие темные маги.

— Она не мужчина. — В голосе послышалась насмешка.

— И я у нее пока что никого не увела. Так что она входит в ту счастливую категорию женщин, которым я тоже нравлюсь.

— Тебе обязательно все время быть такой ворчливой маленькой ведьмой?

— От Колдуна слышу.

Крису мы подходящую кличку даже всеобщими усилиями найти не смогли. Поэтому он у нас проходил под незамысловатым прозвищем — Колдун. Хотя я могла бы предложить парочку менее лестных, но кто ж меня будет спрашивать?

Мой спутник понял, что светской беседы не получится, и на этом лимит его безграничного терпения и вежливости в мой адрес в благодарность за помощь был исчерпан, а потому он заткнулся и прибавил газу.

Мы уже подъезжали, когда вдруг произошло нечто странное. Крис любил скорость, но без неоправданного риска, а тут он вдруг так «вписался» в поворот, что, если бы не ремень безопасности, меня бы швырнуло прямо на баранку. Ощущение было такое, словно машина встала на два боковых колеса.

Ты что творишь?! — взвизгнула я, глядя, как с надрывным гудением «мерс» набирает скорость.

— Это не я, — процедил Крис сквозь зубы, и тут мне стало страшно.

Машина завиляла так, словно она была истеричной девицей, решившей покончить жизнь самоубийством, а темный маг — незадачливым ухажером, дергающим ее за рукав и умоляющим не совершать глупости. Водители на встречной отчаянно сигналили и судорожно шарахались в стороны, с перекошенными от испуга лицами кто куда разбегались пешеходы. Пару раз мы вылетали на тротуар, но нечеловеческим усилием Крис умудрялся выкручивать руль на место.

В тот момент, когда «мерс» чуть не влетел лоб в лоб в выруливший из переулка КамАЗ, я зажмурилась и глаз больше не открывала. Так что оглушительный визг тормозов, удар и звон стекла стали для меня полной неожиданностью. Ремень намертво впился в грудь, а в машинально вскинутую руку вонзились осколки. Открыть глаза и отнять руку от лица я не сумела даже после того, как все стихло. Сердце колотилось так быстро и гулко, что мне казалось, его стук разносится на всю округу. А когда все-таки смогла под шорох осыпающегося с одежды и волос стекла, то едва не поседела. В нескольких сантиметрах от моей головы салон прошила толстенная деревянная балка с торчащими из нее гвоздями. Возьми Крис чуть левее, они торчали бы у меня во лбу. Вероятно, он выбрал меньшее из двух зол: если уж столкновение, то с чем-то мягким. На наше счастье, поблизости как раз оказалась куча набитых мусором мешков. Только вот мусор оказался строительным.

Я перевела взгляд на кресло водителя. Маг был без сознания. Он уронил голову на руль, рассеченный висок влажно поблескивал медленно струившейся кровью.

— Крис? — испуганно позвала я и затормошила его за плечо.

Темноволосая голова лишь безвольно качнулась туда-сюда.

Скользкими от крови пальцами я с трудом нащупала отстегивающую ремень кнопку и, на этот раз не обращая внимания на заклинание, до слез обжигающее руки, вывалилась из машины. Вокруг уже начинала собираться перепуганная толпа, люди держались на расстоянии, беспокойно гудели, но на помощь бросаться не спешили. Мелькнула парочка явно ведущих видеосъемку телефонов. Мне захотелось швырнуть в них первым попавшимся под руку осколком стекла, которого вокруг было как грязи, но я сдержалась и, обойдя машину на непослушных ногах, распахнула дверцу водителя.

Моих сил хватило только на то, чтобы Криса отстегнуть. Маг и так не был перышком, а уж в бесчувственном состоянии и на фоне моего общего стрессового бессилия оказался просто неподъемным. Благо настоящие мужчины в толпе все-таки отыскались. Они оттеснили меня в сторону, проворно вытащили мага и отволокли его подальше от разбитой вдребезги машины.

— Девушка, вы в порядке? — От назойливого голоса над ухом я лишь отмахнулась.

Какое, к чертям собачьим, «в порядке»?

— …Он что, умер? — долетело откуда-то.

— Мама, мне стра-ашно, пойдем отсюда… — Где-то рядом захныкал ребенок.

Я вам «умру»! Этот мерзкий колдунишка всех нас переживет не один раз. Отпихнув одного из «спасателей», я рухнула перед Крисом на колени, безжалостно их обдирая. Пульс на шее с перепугу не сразу, но нащупала, а потому уже куда увереннее похлопала его по щекам, а потом снова потрясла за плечи.

— Крис, вставай, — отчаянно забормотала я, сама не понимая, что несу. — Поднимайся давай, тебе сегодня еще ребенка из садика забирать, я за ним не пойду, так и знай. Я тебе в няньки не нанималась!

Не знаю, что подействовало — встряска или угроза, — но маг вдруг дернулся и со сдавленным стоном схватился за голову. Я так обрадовалась, что он живой, что мне его аж стукнуть захотелось, чтобы неповадно было больше так пугать.

— Сабрина?! Крис?! — Ставший в два раза звонче от волнения голос Фея перекрыл гул толпы.

Я вскинула голову, не веря своим ушам. Послышались возмущенные окрики, но светлый маг, не обращая на них внимания, распихал людей и со всех ног бросился к нам.

— Что у вас стряслось?! — С не пойми откуда взявшейся силой парень вздернул меня, поставив на ноги, и окинул тревожным взглядом. — Еду на работу, смотрю — давка какая-то, думаю, дай проверю, а тут вы…

Крису тоже помогли подняться. Страхующую его руку он тут же гордо отпихнул, продолжая тем не менее придерживать голову.

— Мы вызвали «скорую» и полицию. — Один из «спасателей» шагнул вперед.

Мне послышался странный звук, заставивший воздух визгливо завибрировать, а в следующий миг на лицо попало несколько горячих капель. Незнакомец покачнулся, посмотрел на меня разом остекленевшими глазами и рухнул. Я машинально коснулась рукой щеки и изумленно уставилась на собственные, поблескивающие алым пальцы. Мгновение спустя яркий, радужно переливающийся, как мыльный пузырь, щит полусферой разросся вокруг. Несмотря на то что внешне Фей — вылитый растяпа, когда нужно, он становится предельно собранным. Следующие несколько пуль предназначались ему, но лишь пустили расходящиеся по защитной поверхности круги. За ее пределами послышались истерические крики и визг: люди уже не считали, что авария, плавно перешедшая в перестрелку с применением магии, — это интересно.

Второй «спасатель» посмотрел на нас вытаращенными обезумевшими глазами и бросился прочь. Между ладоней Криса возник черно-фиолетовый клубящийся шар размером с футбольный мяч.

— Саби, спрячься куда-нибудь, — прошипел он, напряженно осматривая окрестности сквозь переливающуюся пелену. Длинные тонкие пальцы его слегка дрожали, а свежая кровь на виске придавала ему вид пугающий и несколько зомбиобразный.

Я растерянно огляделась и, не придумав ничего лучше, шмыгнула к нему за спину. Он вздохнул, но от комментариев воздержался.

Пули продолжали стучать по щиту, словно капли дождя по воде. «Круги» наслаивались друг на друга, «волны» становились все больше. Фей нахмурился и слегка уменьшил диаметр сферы. А спустя мгновение работа нашлась и для темного мага. Преодолев щит, словно завесу водопада, рассыпавшуюся по одежде радужными брызгами, перед нами встали три странных персонажа, больше всего походившие на японских ниндзя. По крайней мере, в популярных американских фильмах их изображают именно так: облаченные во все черное, так что видны лишь глаза, гибкие силуэты с длинными, слегка изогнутыми мечами наголо. Спина Криса сразу перестала мне казаться надежным убежищем, но маг поспешил развеять мои опасения. Черно-фиолетовый шар, сорвавшийся с его пальцев, устремился к нападающим, поблескивая зловещими разрядами молний и увеличиваясь вдвое с каждым преодоленным метром. Ниндзя оказались прыгучими, под раздачу угодил лишь один. Дикий вопль боли, подобных которому мне слышать еще не доводилось, ударил по барабанным перепонкам. Фиолетовый дым окутал фигуру, изламывая ее под невероятными углами, а затем выплюнул и устремился к следующему противнику. Тот оказался не промах и встретил опасность мечами. Зачарованными, потому что противостояли они сгустку темной магии с поразительной эффективностью. Третий ниндзя бросился к Фею с явным намерением снести ему голову, но был отброшен назад легким движением руки, а через мгновение несколько десятков искристых раскаленных звездочек вроде той, что вчера прожгла бумаги на столе, устремились к врагу стаей рассерженных шмелей. Светлый маг заметно побледнел, однако продолжал удерживать щит, одновременно управляя атакующим заклинанием.

Сквозь радужную пелену нырнули еще двое, на этот раз больше походившие на древних викингов с их рогатыми шлемами и огромными топорами. Издав боевой клич, они понеслись на нас, как два носорога. Я снова зажмурилась от ужаса, втянув голову в плечи, так что не видела, что именно с ними сотворил Крис. Но, вероятно, что-то действенное, раз, когда я решилась приоткрыть глаза, мы были все еще живы. Облегченно выдохнуть мне не пришлось. За спиной раздался странный жужжащий звук, я оглянулась, отчаянно завизжала и шарахнулась в сторону, хватая Криса за шиворот, чтобы утянуть за собой. Только благодаря этому бензопила с крупными ярко-красными буквами «Дружба» на лезвии сердито нашинковала воздух, а не наши бренные тела.

— Что за… — грязно выругался ошарашенный маг.

Держащий пилу бугай с рожей из ночных кошмаров криво усмехнулся гнилыми зубами и снова замахнулся своим «оружием». А дальше Крис мне наглядно продемонстрировал, что пинок в живот иногда бывает не менее действенным, чем заклинание.

Силы становились определенно не равны.

Я вжалась в стенку, мечтая с ней слиться, когда мимо пролетел один из брошенных викингом топоров. Мама дорогая! Мужчины, конечно, должны бегать за мной толпами, но я бы предпочла, чтобы при этом из колюще-режущих предметов у них в руках были максимум розы с шипами!

Мысль о мужчинах всколыхнула во мне странное ощущение неправильности происходящего. На удивление, неправильность эта заключалась не только в том, что суккубы — редкий магический вид и убивать их категорически не рекомендуется. Этим ощущением я не преминула поделиться. А вдруг окажется полезным?

— Крис! — крикнула я, выбрав момент, когда маг не убил бы меня за то, что отвлекаю его от создания очередного проклятия.

Тот нервно дернул плечом: чего тебе? — и продолжил швыряться куда менее эффективными, но куда более быстросотворимыми огненными шарами.

— Я их не чувствую! Никого из них!

Короткий, недоуменно-раздраженный взгляд был мне ответом. Нашла, видите ли, подходящий момент, чтобы сокрушаться, что не работают суккубовские чары. Однако спустя пару секунд до него дошло. По губам скользнула усмешка, не предвещавшая врагам ничего хорошего. Лично я бы на их месте самоликвидировалась, посмотри на меня Крис таким взглядом, но, увлеченные схваткой, нападавшие даже не обратили на него внимания.

Маг замер столбом, прикрыв глаза. Я озадаченно уставилась на него с нарастающим беспокойством. Нашел время постигать дзен! Ко всему прочему Крис не пошевелился, даже когда на него прыгнули одновременно ниндзя и мужик с бензопилой. Я вскрикнула, пытаясь привлечь его внимание, заставить выйти из странного оцепенения, и в тот же миг время остановилось.

Так мне показалось в первые секунды. На самом деле восковыми фигурами в различных позах застыли все нападавшие. Не открывая глаз, Крис выхватил из пустоты темную пульсирующую субстанцию с фиолетовыми отсветами внутри, похожую на вырванное из груди, но все еще бьющееся сердце, швырнул ее на землю и припечатал каблуком. Замершие фигуры ниндзя, викингов и маньяков осыпались на землю бесцветным песком и растаяли. А темный маг пошатнулся и обеими руками схватился за голову. Мы все на несколько мгновений остолбенели, не веря до конца в воцарившуюся вокруг тишину.

Фей слегка помедлил, но затем поднял руку и убрал щит, повернулся ко мне:

— Саби, ты…

Он не договорил, внезапно согнувшись, как от удара в живот. Крис среагировал мгновенно: несколько чернеющих копий устремились к одному из окон дома, откуда секундой позже вывалилось тело и с глухим звуком ударилось об асфальт.

Я бросилась к светлому магу. Тот продолжал стоять, пошатываясь и прижимая руки к животу: по светлой рубашке стремительно расплывалось красное пятно.

— Нет-нет-нет, — с ужасом пробормотала я, подхватывая его и плавно опуская на землю.

Олег беззвучно пошевелил губами, из-под ладоней вырвалось солнечное свечение. Однако черные из-за расширившихся, подрагивающих зрачков глаза вдруг закрылись, свечение погасло, и он обмяк на моих руках.

— Крис! — истерично вскрикнула я, оборачиваясь к темному магу.

Тому последние два заклинания тоже дались нелегко. Он привалился к стене и, судя по всему, без этой опоры уже давно бы оказался на земле. Грудь вздымалась резко и тяжело, а воздух из приоткрытого рта выходил с хрипами. Зеленые глаза лихорадочно блестели, казалось, маг сам вот-вот свалится в обморок, однако он нашел в себе силы выдохнуть:

— Там… его машина… подгони…

С трудом нашарив трясущимися руками ключи в карманах джинсов Фея, я, спотыкаясь, бросилась к знакомому серо-голубому «рено». Вдалеке раздались вопли полицейских сирен, в окна начали выглядывать осмелевшие жители.

Надо было торопиться.

Вдвоем с Крисом мы кое-как сумели затащить Олега на заднее сиденье, после чего темный маг рухнул на переднее и потерял сознание, а я рванула с места так, словно участвовала в Гран-при «Формулы-1».

Чар, неспешно куривший на крыльце, чуть не подавился сигаретой, когда я с визгом затормозила около офиса, едва сама не стукнувшись лбом о баранку. Объяснения оборотню не понадобились: моя бледная измазанная в крови физиономия и два полутрупа были неоспоримым признаком того, что случилось что-то страшное. Тратить время на бессмысленные сейчас расспросы Чар не стал, одним прыжком преодолев разделяющее нас расстояние.

Зная, что Крисом и Олегом он займется куда лучше меня, я кинулась внутрь, к телефону.

— Агентство «Лунный кролик», Светлана, слушаю вас, — бархатисто промурлыкал голос на другом конце провода.

— Светка, срочно, умоляю, у нас тут ужас что, — выпалила я, стискивая трубку так, что аж пластик захрустел.

— Сабрина? — изумился голос в телефоне. Следующие слова раздались уже прямо за моей спиной: — Что стряслось?

Я обернулась и едва с рыданиями не бросилась на шею светлой магичке. Света была последней и самой «долговечной» пассией Князя. И хотя я с трудом могла вообразить себе подобные отношения, принимая во внимание трудности определенного рода, стоило признать, эта парочка прекрасно друг друга дополняла. Особенно если учесть несказанно повеселивший нас факт: фамилия у Светы была Князева. Она держала агентство вроде нашего, но с более узким профилем и, стоило отдать ей должное, в помощи никогда не отказывала.

Объяснения не понадобились, потому что в следующую секунду в офис с грохотом ввалился Чар, держа в каждой руке по магу. Света охнула, всплеснула руками и поспешно распахнула дверь в гостевой кабинет, за которой они все и скрылись. У меня окончательно подкосились ноги, и я без сил упала на свой стул, разрываясь между желанием расплакаться, броситься помогать, вернее, путаться под ногами с причитаниями или самой отключиться, чтобы это все уже закончилось. Разом нахлынуло множество забытых в суматохе ощущений: болела стиснутая ремнем грудь, саднили ободранные колени и расцарапанные осколками рука и щека, меня трясло, как от озноба. Часть стекляшек, очевидно, попала и в туфлю, потому что там тоже было больно и липко. А я сидела, не в силах пошевелиться, и пялилась на слегка дрожащую от сквозняка (дверь офиса так и осталась открытой) орхидею. На мои плечи неожиданно, заставив вздрогнуть, легла тяжелая куртка, вкусно пахнущая кожей и чаровским любимым одеколоном, и оборотень сунул мне в руки свою огромную чашку, до краев наполненную горячим ромашковым чаем.