Литературная Газета 6495 ( № 22 2015)

Много ли грибов? –

А думал –

Там,

В пристрелянных снегах,

Что, если жив останусь и приду, –

Слёз не стыдясь,

При людях,

На виду,

На улице пред нею упаду.

Теги: литература , история

Един в трёх лицах

Говорить о Михаиле Веллере - задача не из лёгких, настолько он многолик: то академик, то герой, то мореплаватель, то плотник. Широк человек, я бы сузил. Будет с нас и трёх ипостасей: филолог, прозаик, гуру.

ФИЛОЛОГ

Для начала, следуя привычке, брошу ложку мёда в бочку дёгтя. Отношение к М.В. у меня более чем противоречивое. Веллер-филолог много симпатичнее прочих своих близнецов: умён, дерзок и за словом в карман не лезет. Выводы его чаще всего бесспорны, а характеристики точны и ядовиты. Да загляните хоть в "Песнь торжествующего плебея" – сами всё поймёте:

«Сорокин сегодня один из самых модных и самых известных русских писателей. Уберите все взломы табу из его текстов – и от текстов ничего не останется. Останется серое текстовое полотно из заурядных фраз».

«Лимонов создал условно-автобиографический, бытовой, описательный текст без каких бы то ни было видимых литературных достоинств. Язык, сюжет, детали, психологизм решительно вялы и заурядны. Но циничная откровенность и грязнотца[?] – это было нечто из ряда вон выходящее».

Справедливости ради замечу, что филологические штудии Веллера, как правило, подпорчены не лучшим знанием предмета. М.В. без тени сомнения может приписать Достоевскому педофилию (сплетня Страхова, никак им не подтверждённая), может объявить еврея Горенштейна поволжским немцем, может запросто перепутать гауляйтера Вены Бальдура фон Шираха с драматургом Хансом Йостом. Но кто из пишущих Богу не грешен да царю не виноват? Тем паче главные претензии впереди:

«Человеку свойственно играть не в того, кто он есть на самом деле» («Гонец из Пизы»).

Вот и у пчёлок с бабочками то же самое, сказал бы наш герой.

ПРОЗАИК

Аксиома: охотнее всего каждый говорит о себе, любимом. Веллер не исключение: его хлебом не корми, дай потолковать о трудах и лишениях литературной юности. О спартанской жизни впроголодь, о многодневных, до сердечного приступа, поисках единственно верного слова в тысячах тонн словесной руды. М.В. поёт Лазаря настолько проникновенно, что сама собой вспоминается сентенция Сково­роды: Господь , по великой милости своей, сделал всё нужное лёгким, а всё трудное – ненужным. Ну не надо бы вам в писатели, Михаил Иосифович, вы и проза суть вещи несов­местные. От того и все страдания – большей частью абсолютно никчёмные.

Если угодно – несколько фраз для дегустации:

«Прочёркивая и колотя глинозём… рвала короткое пространство конница» («Всё уладится»). Послушайте старого металлурга: глинозём, он же Al sub 2 /sub O sub 3 /sub , – сырьё для производства алюминия и на полях Гражданской, клятвенно заверяю, не водился. Ибо первый алюминиевый завод в СССР построили лишь в 1932 году.

«Фрукт пах затхлью и клеем» («Всё уладится»). Пах затхлью, помилуй Бог! Попробуйте-ка без запинки выплюнуть этот шершавый слиток из взрывных, фрикативных и латеральных…

«Всё дальнейшее она воспринимала под лёгкой шандарахнутостью» («Приключения майора Звягина»). От комментариев воздержусь – скучно доказывать очевидное.

Однако Веллер, великий начётчик, наверняка знаком с постулатом Лебона: не факты поражают воображение толпы, а то, каким образом они представляются. И потому не скупится на акафисты самому себе, выдавая откровенные провалы за немыслимые достижения:

«Затвор лязгнул. Последний снаряд. Танк в ста метрах. Жара. Мокрый наглазник панорамы. Перекрестие – в нижний срез башни. Рёв шестисотсильного мотора. Пыль дрожью по броне. Пятьдесят тонн. Пересверк траков. Бензин, порох, масло, кровь, пот, пыль, степная трава. Пора! Удар рукой по спуску… Хрен кто сегодня может так работать, деточки. Идите сюда, плюньте мне на ботинок» («Моё дело»).

Это всегда пожалуйста, Михаил Иосифович. Благо есть за что. Телеграфная череда назывных. Не высший пилотаж. Пильняк. Лимонов. Козлов (Владимир). Бородатый еврейский анекдот: «Хаим всё. – Ой!» Сколько угодно. Погонными километрами. Оптом и в розницу. Не забудьте вытереть ботинок.

Продолжим наши экзерсисы. Опять-таки цитата:

«В «Чужих бедах», одна из ирреальных сцен, герой выпускает из пистолета обойму в своего директора школы. «Бледнея, Георгий Михайлович рванул трофейный вальтер, рукой направил в коричневый перхотный пиджак». Какой рукой направил?.. Вот на эту чёртову руку я потратил качественный рабочий день» («Моё дело»).

Опустим список из 43 разномастных прилагательных и огласим результат терзаний:

«Итог был: взвешенной. Кто стрелял из пистолета – поймёт точность… В этом слове и точность, привычность, и спокойная решимость».

Шедевр, стало быть. Поднимите мне веки – не вижу! Прибегнем к презумпции недоверия, ибо практика есть единственный критерий истины. Разложим фразу на составляющие. Во-первых, глаза мозолит психологическая нестыковка: бледнея – взвешенной. О какой спокойной решимости речь, коли персонаж побелел от волнения? Во-вторых, «рванул трофейный вальтер, взвешенной рукой направил» – семантический плеоназм. Попробуйте удержать пистолет ногой – очень скоро поймёте, что руку поминать здесь вовсе незачем, и все адовы муки с эпитетами были напрасны…

Кстати, Веллер-прозаик вполне мог бы стать объектом поношений Веллера-филолога. Ибо легко нарушает все табу своего двойника – скажем, на dirty fiction или обсценную лексику:

«Крахмальный халат распахивается и летит в сторону. Ничего красивее и сумасшедшее голой Маши невозможно себе вообразить. Она остаётся в белой шапочке на вороной гриве, и густой треугольник в низу смуглого литого живота у неё тоже вороной… Округлые массивы её ягодиц перекатываются в движении. Она нарочно расставляет ноги, цокая каблучками, туфли на каблуках удлиняют её ноги, мускулистые, крепкие, прямые, и между ног сзади нам виден чёрный курчавый островок…

– Ой, Машенька… какая у тебя смуглая, горячая, узкая, красивая…» («Самовар»).

Обрываю цитату на полуслове: хватит Рос­комнадзор гневить.

И последнее – практически любой текст М.В. испорчен разудалым, цыганочка с выходом, слогом:

«Их аристократическим происхождением можно, пардон, подтереться». («Любовь и страсть»).

Предвижу стандартные возражения: про тиражи и переиздания, про перманентный восторг читателей, про «Легенды Невского проспекта» и «Байки скорой помощи», ставшие бестселлерами… Тиражи и аплодисменты – ей-богу, не лучший аргумент. Они говорят не столько о талантах, сколько об умении навязать себя публике. Тому в истории мы тьму примеров слышим: хоть Бенедиктов с Булгариным, хоть Донцова с Акуниным. Прав был непопулярный ныне Чаадаев: «Болезнь одна лишь заразительна, здоровье не заразительно; то же самое с заблуждением и истиной». А у бест­селлеров, по слову Веллера-филолога, есть одно отличительное свойство: они легко читаются, но про прочтении в голове ничего не остаётся.

Уж коли графа Монте-Кристо из тебя не вышло, впору переквалифицироваться в управдомы…

ГУРУ

…но не таков наш герой. Он предпочёл скромно переквалифицироваться в философы.

К несчастью, поэт в России больше, чем поэт. Потому всяк отечественный литератор, от Достоевского до Лимонова, рано или поздно осваивал профессию проповедника. Сколько помню, есть единственное похвальное исключение из общего правила – Николай Гумилёв, который писал жене: «Аня, если я начну пасти народы, убей меня!»

Учительствовать Веллер начал давненько. «Майор Звягин», вполне по профессору Преображенскому, под завязку набит рекомендациями космического масштаба и космической же глупости. Но житейских советов в жанре self-help Михаилу Иосифовичу показалось катастрофически мало. Красть – так миллион, любить – так королеву, рассуждать – так о Большом взрыве, энергетических полях, энтропии и сингулярности.

Необходимое лирическое отступление. Выпускнику филфака позволительно толковать о мироздании лишь в одном случае: жарким июльским вечером, нащупывая застёжку лифчика на спине подруги. Во всех остальных ситуациях такого рода резонёрство выглядит комично. Тем паче философия в её классическом изводе приказала долго жить. Всеобъемлющие учения создавали наши предки, ибо их мироздание особой сложностью не отличалось: Земля стояла на трёх китах, небесная твердь была хрустальной, а псоглавцы за пределами ойкумены крестились кукишем. После Великой французской революции представления о Вселенной и человеке начали меняться, будто картинки в калейдоскопе. «Традиционные понятия философии стали обнаруживать свою бессодержательность… Философия больше не внушала доверия к своим способностям достичь обещанной цели: дать людям доступные формализации модели какого бы то ни было понимания», – писала С. Зонтаг.

Выдумывать теории глобального свойства в постфилософскую эпоху могут либо сектанты, либо дилетанты. Тем не менее Веллер-гуру уверен в своей непогрешимости: «Вы меня извините, в современной России не существует философии, кроме, простите великодушно, моего энергоэволюционизма» (Интервью «Независимой газете», 29 мая 2008 г.). Право, не знаю, чего тут больше – сектантской мегаломании или дилетантского апломба…

Пересказывать постулаты энергоэволюционизма, пожалуй, не стану. Во-первых, трактатами М.В. забиты все полки в книжных магазинах: «Всеобщая теория всего», «Всё о жизни», «Человек и система», «Социология энергоэволюционизма», «Психология энергоэволюционизма», «Эстетика энергоэволюционизма» и проч. Если не боитесь неизбежного морального вреда – милости прошу припасть к первоисточникам. Во-вторых, пёстрый коллаж из обрывков Шопенгауэра, Спенсера и Оствальда, Тейяра де Шардена и Шпенглера вряд ли заслуживает пересказа. Во всяком случае, в учёном мире проповеди Веллера до сего дня снискали всего один отклик – язвительную статью доктора философских наук, зампреда научного совета РАН Д. Дубровского. Не хотите ли ознакомиться с экспертным заключением?

«Нетрудно увидеть, что перед нами некая смесь банальностей, общих мест с теоретически неясными, некорректными утверждениями… Чтобы эти расхожие слова и выражаемые с их помощью онтологические утверждения обрели определённый философский смысл, они должны получить, по крайней мере, гносеологическое обоснование. О необходимости такого обоснования и о том, как это делается, наш автор не слыхал… Для тех, кто серьёзно изучал философию, очевидно, что перед нами дилетантские, маловразумительные повторения пройденного, представленные местами в эпатажном виде… Может быть, М. Веллер действительно писатель (я не читал его произведений), но к философии он имеет весьма отдалённое отношение… Он верит, что, придумав пару хлипких силлогизмов, он постиг сущность человека и мира».

ВРЕМЯ СОБИРАТЬ КАМНИ

Приведём всё сказанное к одному знаменателю.

Веллер – феномен отнюдь не литературный и уж тем более не философский, но экономический. Живое подтверждение расхожей истины: в постиндустриальном обществе 70 процентов цены товара составляет бренд.

«Что главное? – имидж. Какой? – у которого высокий рейтинг. А без паблисити – хоть шуйзом об тэйбл, хоть тэйблом об фэйс» («Ящик для писателя»).

Непримиримый борец с засильем имиджей и паблисити, М.В., опять-таки по профессору Преображенскому, должен лупить себя по затылку: медийный персонаж, гомункул из телевизионной реторты, созданный посредственностями для посредственностей… И тут хоть шуйзом об фэйс, хоть тэйблом по тому же месту. «После смерти писатели попадают в телевизор», – горько усмехнулся Г. Садулаев.

Михаил Иосифович! А может, всё-таки, в управдомы?

Теги: литературный процесс , критика

Как это будет по-русски?

В Оренбурге подвели итоги Открытого евразийского конкурса на лучший художественный перевод. Возможность попробовать свои силы на литературном поприще, передать мысли и чувства зарубежного автора на русском языке предоставляется всем желающим уже двенадцатый год подряд. Оренбургское региональное отделение Союза переводчиков России и местный культурный фонд "Евразия" придумали конкурс, который, едва появившись в интернете, сразу же привлёк внимание любителей иностранных языков от мала до велика. Двенадцать лет назад он смело перешагнул границы России. Вскоре к названию добавилась приставка «евразийский», ведь кроме участников из самых разных уголков страны, на конкурс приходили работы из Средней Азии и дальнего европейского зарубежья, а однажды приз отправился победителю в Аргентину.

Два обязательных задания - отрывок прозы и стихотворное произведение на одном из семи иностранных языков – члены жюри подбирают из непереводившихся ранее произведений маститых авторов, ловко комбинируя страны: немецкие тексты – из Австрии и Германии, французские – из Бельгии и Швейцарии, английские – могут быть даже из Австралии. Предпочтение отдаётся авторам тех государств, чьи посольства в России считают необходимым поддержать такой конкурс, «подкинув» в подарочный фонд что-то из своих книжных запасов. Обязательный перевод стихотворения – уловка жюри, которая позволяет сдержать вал конкурсных работ: перевести поэзию решится не каждый. Ведь члены жюри – лингвисты из оренбургских университетов, известные литераторы – двенадцать лет безропотно и совершенно безвозмездно читают поток работ, сравнивают, оценивают[?] При этом они до момента оглашения имён победителей даже не догадываются об авторстве переводов – работы на конкурс приходят под шифрами. Не потому ли так легко решиться попробовать свои силы школьнику и академику, профессиональному переводчику и домохозяйке, студенту и инженеру, замахнуться если уж не на Вильяма нашего Шекспира, то хотя бы на нобелевского лауреата Гюнтера Грасса или обладателя Гонкуровской премии Жозефа Кесселя?

Награда Ларисе Сайновой из Красноярска (номинация «Испанский язык»)

В этом году благодаря информационной поддержке «ЛГ» переводческий конкурс обрёл участников из Читы и Петропавловска-Камчатского, Калининграда, Санкт-Петербурга, Москвы. Всего поступило более 450 работ. Заметно добавилось конвертов с марками Украины и Казахстана, пришли письма из Беларуси, Польши, Болгарии, Великобритании, Финляндии. Призёры этого года живут в Париже и Тюбингене, в Казани и Жуковском, Москве и Красноярске. Среди них, конечно, много переводчиков, филологов, но есть и ученица 11-го класса Екатерина Бердышева из Ижевска, занявшая первое место в номинации «Испанский язык», есть студентка Российского национального исследовательского медицинского университета им. Н.И. Пирогова Дарья Балтабаева – второе место в номинации «Английский язык».

В церемонии вскрытия конвертов с именами призёров принял участие чрезвычайный и полномочный посол Швейцарии в России Пьер Хельг, находившийся в Оренбуржье с официальным визитом. Кому как не представителю страны, где немецкий, французский и итальянский считаются официальными языками, было подписать альбомы на память занявшим первые места в этом конкурсе! Швейцария всегда поддерживала это открытое состязание. В этом году солидный довесок к премиальному фонду художественной литературой, словарями и альбомами сделали посольства Бельгии, Польши и Чехии. Но для большинства участников главный приз – это предоставленная возможность поверить в свои силы, когда победа достаётся не учёными степенями и званиями и даже не наличием диплома лингвиста, а способностью чувствовать язык оригинала и виртуозно владеть языком родным.

Игорь ХРАМОВ, член правления Союза переводчиков России

Теги: литературный процесс

Золотой венец Победы

Объявлены имена лауреатов и дипломантов Всероссийской премии "Золотой венец Победы" 2015 года. Премия эта, как известно, учреждена Цент­ральным музеем Великой Отечественной войны, расположенным на Поклонной горе - месте поклонения всех россиян.

Лауреатами премии стали композитор, народная артистка СССР Людмила Лядова и писатель Альберт Лиханов.

Дипломантами Всероссийской премии «Золотой венец Победы» объявлены прозаик из Санкт-Петербурга Виктор Васильев – бывший малолетний узник фашистских лагерей, заслуженный артист России Анатолий Елизаров, народные артисты России Рафаэль Клейнер и Эдуард Лабковский, писатели Борис Леонов, Григорий Петров (Григорий Демидовцев) и Алексей Пьянов.

В числе дипломантов премии – два издания: журналы, часто рассказывающие на своих страницах о героизме наших соотечественников, воспитывающие подрастающее поколение в духе патриотизма, любви к своей Родине, – «Ветеран МВД России» и «Ветеран границы».

Комиссия по присуждению премии уже приступила к работе над лауреатским портфелем 2016 года.

Марина ПОВОЛЯЕВА,  президент фонда «Ради жизни на земле»

Теги: литературный процесс , премия

Литинформбюро № 22

Литюбилей

В Казахском академическом театре драмы имени Мухтара Ауэзова состоялся творческий вечер, посвящённый 75-летию выдающегося казахского писателя, лауреата Государственной премии Республики Казахстан, заслуженного деятеля РК Сабита Досанова.

Олжас Сулейменов в своём выступлении отметил: "Есть в казахском языке слово «жаса", имеющее два смысла. «Жаса» значит - живи долго. А второй смысл – твори. Поэтому – коп ( много – казах.) жаса, дорогой друг!»

«Литературная газета» наградила Сабита Досанова дипломом общероссийской премии имени Антона Дельвига «За верность слову и Отечеству» и серебряным знаком этой премии. «Литературную газету» на мероприятии представлял Алесь Кожедуб.

Литфестиваль

В Оренбуржье состоялся фестиваль содружества национальных литератур «Красная гора».

На церемонии открытия участников фестиваля поприветствовала министр культуры и внешних связей Оренбургской области Евгения Шевченко.

В день открытия фестиваля произошло ещё одно событие – из екатеринбургской типографии привезли новые номера альманаха «Гостиный Двор». К микрофону, чтобы почитать стихи, выходили не только признанные авторы, но и неизвестные широкой публике молодые поэты. Обратившись к собравшимся, оренбуржский поэт и вдохновитель фестиваля Виталий Молчанов отметил, что существование «Красной горы» на регулярной основе – большое достижение в культурной политике региона.

ЛИТНАГРАДА

Лауреатами Патриаршей литературной премии 2015 года стали Юрий Бондарев, Юрий Кублановский и Александр Сегень.

В канун 70-летия журналист и писатель Вячеслав Недошивин стал лауреатом Всероссийской литературной премии им. К.Д. Бальмонта «Будем как солнце». Она присуждена за книгу «Адреса любви. Дома и домочадцы русской литературы», в своё время высоко оценённую «ЛГ».

Литмузей

Книги, фотографии, архивные материалы и научные публикации стали основой экспозиции первого частного дома-музея «Русская литература во Вьетнаме». Его торжественное открытие с участием представителей посольства России во Вьетнаме и руководства Общества вьетнамо-российской дружбы состоялось в субботу в городке Тышон провинции Бакнинь.

Уникальный музей появился благодаря усилиям известного вьетнамского поэта, писателя и переводчика русской литературы Хоанг Тхюи Тоана. В экспозиции – копии переводов русской классической литературы, сделанные с французского и китайского языков в начале ХХ века. Особое место в экспозиции отведено творчеству великого русского поэта А.С. Пуш­кина.

Литаллея