Помоги проекту - поделись книгой:
– А ты вспомни себя, каким был бандитом, – улыбнулся Грау.
– Не спорьте, мальчики, – строго прикрикнула на них девочка. – Мы же уже всё решили…
– А мне можно с вами? – с робкой надеждой попросил Агра.
– Я тоже хочу помочь этим… колдуньям, – хитро взглянул он на тигра. – Я ведь и сам тоже, немножко того…
Колдун. Вам не придётся из-за меня здесь задерживаться! Я уже всё видел и знаю, куда и когда нужно прибыть в Таурию, не придётся терять времени на объяснения.
– А почему бы и не взять? – решительно заступился за новичка дракон. – Вон, он какой здоровый. Если вдруг придётся драться, лишний великан никогда не помешает…
– С женщинами я драться не буду! – решительно заявил солдат.
– Да мы не собираемся с ними драться, тем более, они – мои родственницы, – засмеялась Аида. – Если ты так хочешь, пошли!
И она решительно направилась к холму.
Пройдя сквозь лабиринт из семидесяти семи живых камней, они поднялись на вершину холма и постарались представить себе Таурию. И ведь получилось!
Таурия
Через мгновение под ногами путешественников во времени оказался уже не холм, а сухая и каменистая почва Таурии, поросшая степной травой. Вдали, слева, возвышалась громадина замка повелительницы гномов, а справа – кажущиеся игрушечными Водяная и, немного по одаль, Каменная мельницы.
Аида с замиранием сердца пересчитала друзей:
– Один – дракон Брон, два – саблезубый тигр Ахр, три – пещерный лев Грау, четыре – гравилат Агра. Вроде бы, все – здесь!
Девочка никогда бы не простила себе, если бы кто-нибудь потерялся. Ведь это она уговорила друзей отправиться на поиски своих дальних и далёких родственниц, Карены и Арахны.
– Неужели мы и на самом деле в Таурии! – не мог поверить своим глазам Брон. – Ай да дабиринт!
Хотя его память и хранила где-то глубоко в себе сведения о лабиринтах Биармии, вживую он столкнулся с одним из них впервые.
Ахр и Аида отнеслись к перелёту спокойней, им уже приходилось перемещаться сквозь лабиринт.
А Грау, тот вообще был бывалым путешественником, ему уже доводилось шастать между Рамерией и Ирэной туда-сюда. Правда, не сквозь лабиринт, а через синхротуннель. Но ведь – это всего-навсего средство передвижения, как, например, лодка или самолёт. Главное-то – результат, путешествие во времени!
Как опытный разведчик, солдат-гравилат Агра сразу принял командование операцией на себя.
– Брон, слетай, пожалуйста, на разведку к Водяной и Каменной мельницам, а заодно и к замку Повелительницы гномов, – попросил он. – Выясни, здесь ли женщины! Только постарайся остаться незамеченным.
– Я поднимусь на такую высоту, что все, кто меня заметит, примут за птицу. Я же сам каждую травинку разгляжу, – пообещал дракон.
– Ну, колдуньи – не такие уж былиночки, – проворчал Ахр, – если они здесь, сразу заметишь!
Брон взлетел и направился в сторону, противоположную мельницам. Это была военная хитрость! Потом, набрав высоту, он вернулся обратно уже маленькой незаметной птичкой.
Брон коршуном нарезал круги над котловиной, стараясь разглядеть любую мелочь, которая может иметь отношение к колдуньям.
– Водяная мельница так и стоит неподвижно, – отметил он. – И никакого движения вокруг. Скорей всего, там никого нет.
– На Каменной мельнице – то же самое, – продолжил наблюдение Брон. – Полная тишина. Не видно и никакого движения в каменоломне. Напрасно дракон Голд надеялся на трудотерапию. Похоже, Грау оказался прав, Карена с Арахной прекратили крутить колёса мельниц сразу же, как только водяной змей Глуа исчез. С глаз долой – из сердца вон!
– Посмотрим, что делается в замке! – решил дракон. – Если колдуньи не эмигрировали из страны, то где им ещё жить, как не там?
Там ему и удалось обнаружить женщин. Они сидели рядком на каменной скамье во дворе замка и дремали, греясь под лучами уже не такого жгучего вечернего солнышка.
– Наконец-то, – обрадовался Брон. – Мы их по мельницам ищем, а они дома загорают.
Он уже совсем было вознамерился снизиться, но его остановили какие-то неживые, словно остекленевшие, глаза женщин. Они и сидели-то как-то неправильно, неподвижно и неуклюже, похожие на кукол, у которых на полуслове сели батарейки.
Брон попытался осторожно заглянуть в их мысли и… не смог. Они были защищены каким-то непроницаемым коконом.
– Чтобы дракон и не смог прочитать мысли? – озадачился Брон. – Где это такое видано?
– Но нельзя же так издеваться над людьми, – пожалел он колдуний. – Это же страшней любой тюрьмы! Не чувствовать тепло и свет, потеряться во времени, постоянно испытывать чувство тревоги и страха… Кто же сумел так безжалостно поступить с колдуньями? Неужели, Глуа?
Он еще раз внимательно осмотрел двор замка, потом попытался заглянуть в окна.
В окне спальни, на втором этаже, ему удалось заметить какой-то переменчивый желтоватый свет, струящийся изнутри, как будто там, прямо на полу, развели костёр. Но разглядеть лучше мешали отражаемые стёклами зайчики солнечных лучей, которые слепили чувствительные глаза дракона.
– Нужно рассказать обо всём этом остальным, – решил Брон, – вместе и решим, как действовать дальше.
Аида и Агра, Грау и Ахр тем временем с нетерпением поджидали возвращения дракона. Чтобы не сидеть без дела, тогда ожидание становится совсем уж невыносимым, пещерный лев пробежался по окрестностям и обнаружил вход в пещеру. Осторожно заглянув внутрь, Грау увидел обжитое помещение. Похоже, что кто-то из местных использовал его для временного пристанища. Пещерный лев оказался прав. Как потом ему объяснила девочка, это было убежище дворцового охотника Аркадо, в котором он прятал, вместе с повозкой и лошадьми, колдовскую книгу Карены, украденную гномами из тайника в её спальне.
– Вот самое подходящее место для ночлега, – обрадовался лев. – Пойду поделюсь новостью с нашими.
Он подбежал к остальной группе почти одновременно с прилётом дракона.
Конечно, вести Брона оказались более ошеломляющими.
– Мы нашли Карену с Арахной, – запрыгала от радости девочка. – Пойдемте же скорей к ним.
– Я бы не спешил! – нахмурился Брон. – Я же сказал, они какие-то ненастоящие. И в их мысли я не сумел пробиться… Нужно бы сначала всё разузнать.
– Тем более, что есть место, где мы можем остановиться на ночь, – поддержал дракона Грау. – Отличная трёхкомнатная пещерка, всем места хватит. Даже родничок есть, со свежей ключевой водой.
Аида неохотно согласилась, и спасательная команда отправилась на ночлег. Измученная путешествием, девочка сразу же уснула, едва только положила головку на охапку травы, принесённой заботливым гравилатом. Она же была, хоть и большой, но ещё совсем маленькой девочкой. Сам солдат предпочёл остаться на свежем воздухе, устроившись прямо на травке. Агра завернулся в плащ и сразу стал совсем незаметным.
А Брону не давал покоя свет в окне спальни.
– Слетаю-ка я ещё раз на разведку, – решил он. – Ночь – самое подходящее время для этого.
– Я – с тобой, – заявил Ахр.
– Ну, а я останусь охранять пещеру, – зевнул пещерный лев и улёгся у входа в пещеру, перекрыв изнутри всю его ширину. Теперь любой, кто попробовал бы проникнуть внутрь, в темноте обязательно бы наступил на льва. Мало ему, точно, не покажется!
Высоко в ночном небе Таурии неторопливо плыла огромная летучая мышь, отбрасывая на землю зловещую тень. Это летел дракон Брон. А в его тени прятался саблезубый тигр. Он бесшумно, как призрак, скользил по равнине Таурии. Ему было не привыкать красться в ночи, своим неожиданным появлением наводя страх на случайно попадающихся по дороге ночных зверушек. Но теперь он шёл не на разбойничье дело, им двигала благородная цель – помочь девочке-уиду спасти своих родственниц.
Добежав до замка, Ахр приостановился. Приглядевшись, он в самом деле заметил в окне второго этажа мерцающий свет.
Подкравшись к воротам внутрь замка, тигр обнаружил, что они заперты изнутри.
– Ну и как туда попасть? – задумался дракон.
– И от кого это колдуньи запираются? – удивился Ахр. – Кому взбредёт в голову забираться ночью в замок, когда во всей стране – ни души?
– Вот тебе же понадобилось! – прозвучал у него в голове насмешливый голос Брона.
Тигр проворчал смущённо:
– Тебя же подглядывать взяли, а не подслушивать!
– Я для тебя же стараюсь! – возразил дракон. – Взгляни вверх! Видишь, балконная дверь, ведущая в спальню, приоткрыта. Давай, я тебя подхвачу под микитки и подниму на балкон. А там увидишь, что дальше делать!
Ахр вынужден был согласиться, хотя перспектива болтать в воздухе всеми четырьмя лапами ему не очень-то пришлась по душе. А как иначе попасть на балкон? Свалиться вниз с такой высоты ещё можно, а вот запрыгнуть, вряд ли.
Тигр отбежал от замка в сторону, спрятавшись в его тень. Дракон подлетел к нему, прямо в пике подхватил передними лапами Ахра под живот и, снова взмыв в воздух, в вертикальном взлёте вдоль стены замка высадил тигра на балкон. Всё произошло так стремительно, что Саблезубый и охнуть не успел, как оказался как раз напротив двери. Ахру оставалось только заглянуть внутрь. Там, у стены, на широченной, что вдоль, что поперёк, кровати спали рядышком обе колдуньи, мать с дочкой. Они лежали так тихо и неподвижно, только внимательно приглядевшись, можно было заметить, что они дышат.
А напротив кровати, в бассейне, который пустовал без воды, наверно, с тех самых пор, как из замка сбежали гномы-водолеи, лежал огромный, не меньше полуметра в поперечнике, жёлтый кристалл. Даже не кристалл, а целая друза, группа из десяти кристаллов, выросших на общем основании. Пальцы кристаллов торчали беспорядочно, в разных направлениях, и именно с них, расходясь лучами во все стороны, струился нежно-жёлтый свет. Один из лучей скользнув по тигру, вернулся и с любопытством уставился прямо на него. Ахр, не в силах сопротивляться, как заворожённый, миновал открытую дверь и направился прямо к кристаллу.
– А, старый знакомый! – вдруг услышал он прямо в голове тягучий вкрадчивый голос. – Как поживаешь! В прошлый раз тебе удалось улизнуть из подземного хода от моих помощников: кусак и кусал. Ну, ничего, на этот раз – не отвертишься! Коготок увяз – всей птичке пропасть! Вон, взгляни на моих красавиц! Они только по разу соприкоснулись с моим ядом (Арахну цапнула за палец шуа, а Карену задел паук, когда они осваивали новую пещеру) и уже навечно стали моими рабами. А ты ведь тоже в своё время наглотался в подземелье живой пыли. Теперь тоже не отвертишься, будешь служить мне верой и правдой. Не можешь – научим, не хочешь – заставим! Ха-ха-ха, ха-ха-ха!
Ахр с ужасом почувствовал, что не может сделать ни одного движения.
– Даже не пытайся! – подтвердил голос. – Без моей команды ты теперь не сможешь сделать ни единого шага. Кстати, можешь величать меня просто: Великий Дру. Я – хозяин Ранга, третьего магического тела любого существа. А тебя, я знаю, называют Ахр.
Саблезубый понял, что влип, как муха в мёд. Нужно как-то выкручиваться…
– Спроси, что случилось с колдуньями, – прошелестел у тигра в голове голос дракона.
Ахр исподволь взглянул на кристалл. Похоже, Дру не услышал вопроса Брона.
– А что случилось с колдуньями? – послушно повторил тигр. – Почему они лежат, как неживые?
– Скоро и ты сам таким же будешь, – злорадно пообещал Дру. – А случилось вот что. И он, решив похвастаться своими подвигами, а заодно и припугнуть Ахра, рассказал ему историю своего появления на Земле.
Колдуньи нашлись
Когда-то, давным-давно, мимо Земли пролетал астероид Дру. Он был пойман её притяжением и стал спутником. Лучше бы, конечно, планета этого не делала. Ядром астероида был жёлтый кристалл, хозяин Ранга, третьего магического тела любого живого существа. Его верные слуги, кусаки, были способны высасывать прану, жизненную энергию любого живого существа, подменяя её собой, и передавать Дру. Кусаки всей толпой собирались в третьем магическом теле живого существа, представляющем собой яркий ореол из лучей жёлтого цвета, исходящих из головы и спускающихся вниз, вдоль всего тела. Обнаружить жёлтеньких проныр-кусак было невозможно, они ничем не отличались от обычной жизненной энергии. Когда их скапливалось достаточно много, кусаки объединялись, превращаясь в кусал. Они, как коконом, обволакивали всё третье энергетическое тело целиком, блокировали все мыслительные образы, делая существо недоступным для общения и обмена жизненной энергией с кем бы то ни было, кроме самого Дру. Кусалы допускали к телу только команды хозяина. Мало того, кусаки и кусалы обладали такой силой, что могли оживить всё, что угодно, бревно, камень или пыль. Эти зомби использовались ими для нападения на живых существ с одной единственной целью – окружить, поймать и высосать всю энергию до донышка. Жертва, конечно, после такой процедуры не выживала, зато кристалл рос, как на дрожжах. Умерщвляли не всех. Некоторые оставались на развод, становясь рабами Дру, выполняя все его команды и ожидая своей участи. Астероид Дру высосал из несчастных обитателей столько энергии, стал настолько большим и тяжёлым, что, в конце концов, не смог вырваться из плена и распался на куски, упавшие в самых разных частях земной поверхности. Само же ядро с жёлтым кристаллом в середине, окружённым толпой своих приспешников, кусак и кусал, в виде громадного облака живой космической пыли угодило в страну Среднего мира Таурию, провалившись глубоко-глубоко под землю. Там бы ему навсегда и оставаться. Но один из молодых, а поэтому особенно шустрых вулканов Таурии вынес кристалл вместе с пластом жёлтого туфа, в который подземным давлением спрессовалась живая пыль, в котловину. Водяной змей Глуа, узнав об этом, на борьбу с жёлтой напастью призвал гномов Нижнего мира. Нужно было загнать её обратно под землю, откуда пришла. Пласт туфа разделывали на глыбы и везли для переработки на Каменную мельницу. А её жернова крутились под напором воды, поставляемой Водяной мельницей из озера, возникшего на месте кратера-кальдеры вулкана. Одновременно вода смывала жёлтую пыль в ущелье, где её подхватывал один из притоков Тёмной реки, а потом уже сама река уносила течением, разбрасывая по всему руслу мельчайшими частичками. Собрать их снова вместе было труднее, чем добыть из воды золото, это даже Дру оказалось не под силу. А чтобы никто из Волшебной страны не смог попасть в Таурию, Глуа расселил по прибрежной долине вдоль Тёмной реки подгорных великанов-уидов. Он отобрал лучших из жителей империи Балланагар, что располагалась ниже по течению реки, за Драконовыми столпами, в стране Эллирии. И всё закончилось бы ко всеобщему удовольствию жителей Волшебной страны и всех её миров, за исключением, конечно, жёлтого кристалла со всеми его кусаками и кусалами. Но случилось непредвиденное. Одна из уидов, Карена, была поцарапана громадным пауком, жителем пещеры, на которую поимел виды её муж, Арахнар, и выгнал прежнего хозяина вон. Паук давно приспособился плести паутину из жёлтой пыли, вынесенной подземным родником из Таурии. Сноса ей не было! Паука-то прогнали, а царапина осталась. И не только на руке Карены, но и в её энергетическом теле в виде проникших туда кусак. Они-то, исподволь разъедая его и заражая жестокостью и властолюбием, и привели колдунью в Таурию, поближе к своему хозяину Дру, пока еще находящемуся внутри пласта туфа. Не миновала судьба матери и её дочь Арахну, которую укусила за палец заражённая кусаками подземная тварь Шуа. Кусаки и её, чуть ли не за ручку, тоже привели в Таурию. Они с матерью не смогли поделить власть над гномами и, в конце концов, обе оказались у разбитого корыта, у колёс Водяной и Каменной мельниц. Змей Глуа заставил колдуний крутить колёса вместо похищенных Арахной и увезённых ею в Верхний мир гномов. Нужно же было кому-то довести дело до конца, спрятать жёлтый туф под воды Тёмной реки. Может быть, кусаки постепенно и выветрились бы на свежем воздухе из энергетического поля женщин-уидов, как на это надеялся Глуа. Но вот незадача! Откалывая очередной кусок туфа, они наткнулись на сам жёлтый кристалл. Камень был таким красивым, настоящий огненный каменный цветок, что, конечно, женщины и не подумали запустить его в жернова Каменной мельницы. Они притащили Дру в замок и поместили, вместо цветочного горшка, в пустой каменный бассейн прямо в спальне. Пусть там растёт, чего зря месту пустовать! И кристалл не обманул их ожиданий. Он вскоре заметно подрос, но за счёт жизненной энергии обитателей Таурии. Даже саблезубый тигр однажды чуть не стал жертвой живой пыли, когда случайно забрёл в подземный ход. Дру мечтал заполнить собой весь бассейн и постепенно повывел в Таурии почти всю живность.
Не пощадил он и самих колдуний. Кусаки не замедлили высосать из них всю прану, заменив её собой. А кусалы постарались заблокировать мысли несчастных женщин. Они теперь жили, даже не замечая друг друга, каждая сама в себе и сама по себе, не осознавая, что они давно уже не в себе.
А жёлтый кристалл, вырвавшись наконец на свободу, лелеял новые захватнические планы. Он знал о существовании лабиринтов, связывающих между собой не только различные участки Земли, но и разные планеты: Землю и Биармию, Биармию и Ирэну, а также Биармию и Рамерию.
– Вот если бы мне попасть хотя бы в один, пусть даже самый малюсенький, самый завалященький лабиринтик, – мечтал Дру. – Вот где бы я развернулся! И тысячи лет не прошло бы, как все эти планеты стали моими…
Он уже устал с пристрастием допрашивать колдуний, доводя их до обмороков, не знают ли они, где находится хоть какой-нибудь лабиринт.
– Похоже, они и в самом деле ничего не знают, – жалел кристалл после очередной потери сознания очередной жертвы допроса, но печалился он не о судьбе несчастной женщины, а об отсутствии требуемого результата. – А я-то надеялся, что рано или поздно они доставят меня к лабиринту…
– И вот, наконец, такая долгожданная удача, – как ребёнок, радовался Дру появлению нового, свеженького пленника. – Саблезубый тигр! Уж он-то, надеюсь, знает что-нибудь о земных лабиринтах. Если не он сам, то его генетическая память. А мы, с моими кусаками и кусалами, сможем выжать из неё сведения, даже если для этого придётся вычерпать её до самого донышка. Он мне больше не понадобится, куда надо, меня донесут и эти две колдуньи.
Всё это Дру на радостях выболтал Ахру, а через него и дракону Брону. Он даже разбудил Арахну с Кареной, чтобы поделиться с ними своей радостью.
Колдуньи послушно сели на краешек кровати, протирая спросонья глаза и недоумевая, зачем это хозяин разбудил их ни свет, ни заря. На улице-то ещё темно. Они дружно, как китайские болванчики, сначала поворачивали головы на кристалл, а затем переводили взгляд на балконную дверь.
– Кто предупреждён, тот вооружён! – хмурился дракон, совершая круг за кругом над замком. – Тигр, конечно, ни в чём не виноват, кто же знал, что у него в душе поселились эти вредины-кусаки. Ведь даже я, постоянно мысленно общаясь с Ахром, ничего не заметил.
– Вот ведь приспособились, паразиты, селиться в чужих душах, – возмущался он. – И цвет выбрали подходящий, жёлтый. Вот это мимикрия, куда там плащу гравилата…
– Нужно спасать Саблезубого, вот только как, – размышлял Брон, нарезая круг за кругом. – Да и такая беда случится, если Дру вдруг попадёт в лабиринт. Всех бед бедовее! Никому ни в каких мирах Волшебной страны не поздоровится ни на Земле, ни во Вселенной!
Наконец дракон что-то придумал. Он решительно развернулся в сторону замка и направился к балкону спальни. Брон приземлился прямо на резную каменную ограду, ограждающую балкон. Ограждение и сам балкон, рассчитанные на великанов-уидов, выдержали и массу дракона.
Брон уравновесил себя хвостом и, выждав немного, чтобы убедиться, не привлёк ли он к себе излишнего внимания, осторожно просунул голову в открытую тигром балконную дверь. Взгляды Брона и Карены с Арахной встретились.
Вой сирены пожарной тревоги: вот что, пожалуй, могло бы сравниться с тем воплем, который издали насмерть перепуганные колдуньи при виде дракона, заглядывающего к ним в спальню. Они, конечно, слышали, что драконы живо интересуются девушками. Но обычно в сказках их ему приносят, а тут он сам пришёл…
Брон чуть не оглох от такого громкого приёма.
– Извините, дамы, что я заглянул к вам на огонёк без приглашения, – он кивнул на жёлтый цветок в бассейне, – но я должен забрать своего товарища.
Брон показал своей громадной, зубастой и рогатой головой в сторону саблезубого тигра. Колдуньи послушно повернули головы на Ахра и прибавили звук. Саблезубый прижал уши к голове, чтобы не оглохнуть. Дракон решительно, но аккуратно, чтобы нечаянно не повредить шкурку, ухватил тигра за шкирку, как нашкодившего котёнка, и выволок из спальни на балкон. Он такой встряски Ахр вышел из ступора, в который его ввёл Дру, и возмущённо запротестовал, барахтаясь в воздухе всеми четырьмя лапами:
– Пусти меня, дальше я сам! Что ты меня при людях-то позоришь!
Брон разжал челюсти. Саблезубый шарахнулся от дракона, как чёрт от ладана, вспрыгнул на балюстраду и, не раздумывая, ринулся вниз. Он мягко приземлился и стремглав помчался к потайной пещере. Дракон оглянулся на колдуний, приветливо кивнул головой, разрешите, мол, откланяться, и полетел догонять тигра. Накрыв Ахра своей тенью, Брон смущённо, извиняющимся тоном, прошептал:
– Извини, друг, но у меня не было другого выхода. Ещё немного, и ты бы навсегда остался во власти этого кристалла. А теперь представь, что тебе пришлось бы вытерпеть, если бы Дру принялся выбивать из тебя сведения о том, где находится лабиринт…
– Да я всё понимаю, – пробурчал Ахр, – но за шкирку-то зачем? Я не помню даже, когда в последний раз испытывал такое…
Он взглянул вверх на дракона и вдруг неожиданно для них обоих громко, раскатисто рассмеялся:
– Ну, ты даёшь, Брон! Меня – и за загривок? Да во мне весу – под двести кило! Как ты только челюсть себе не вывихнул?
– На что только не пойдёшь ради дружбы! – весело воскликнул дракон, радуясь, что гроза миновала. – Даже на перспективу жить дальше со вставной челюстью…
Так, балагуря на ходу, они добрались до пещеры. Отвлекшись на разговор с Броном, Саблезубый не заметил лежащего на травке гравилата и с разбегу пробежался по нему. Агра вскочил, размахивая руками:
– Ты что, не видишь, куда бежишь? Чуть все кости не переломал!
– Я же говорил, что я – под двести килограммов! – воскликнул Ахр, чем совсем запутал недоумевающего гравилата.
– Я вроде бы и не сомневался! – проворчал Агра. – Зачем судьбу-то испытывать?
И он незаметным движением убрал в ножны, висевшие на перевязи под плащом, длинный обоюдоострый клинок.
Поделиться книгой: